Доктрина монархической государственности Л. А. Тихомирова: Философско-правовой анализ тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 09.00.10, кандидат юридических наук Понежин, Михаил Юрьевич

  • Понежин, Михаил Юрьевич
  • кандидат юридических науккандидат юридических наук
  • 2000, Ростов-на-Дону
  • Специальность ВАК РФ09.00.10
  • Количество страниц 129
Понежин, Михаил Юрьевич. Доктрина монархической государственности Л. А. Тихомирова: Философско-правовой анализ: дис. кандидат юридических наук: 09.00.10 - Философия политики и права. Ростов-на-Дону. 2000. 129 с.

Оглавление диссертации кандидат юридических наук Понежин, Михаил Юрьевич

Введение.

Глава /. Монархическая государственность как философскоправовая и теоретико-методологическая проблема.

1. Категориально-парадигмальные основания исследования государственности в контексте правовой аксиоматики.

2. Верховная власть как первичный принцип монархической государственности.

3. Естественно-правовое измерение монархического правосознания.

Гпава 2. Монархический принцип правовой легитимации верховной власти: ндеократический и национально-культурный аспекты.

1. Монархия как верховенство религиозно-нравственного идеала.

2. Типологическое своеобразие монархической государственно-правовой формы.

3. Непарламентское народное представительство как политике)— правовой феномен.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Философия политики и права», 09.00.10 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Доктрина монархической государственности Л. А. Тихомирова: Философско-правовой анализ»

Актуальность темы исследования обусловлена следующими об-стоятел ьствам и:

Во-первых, доктрина J1.A. Тихомирова была одной из конституировавшихся в российском правоведении попыток преодоления ситуации кризиса правосознания и связанных с ним кризиса академического юридического мышления, основ государственности и всей юридической системы России конца 19 - начала 20 вв. на почве и в рамках научного право- и государство-ведения.

Данный кризис был "эйдетическим" образом связан с кризисом модернистского правопонимания в натуралистском и нормативистском своих аспектах. Л.А. Тихомирову удалось разработать и обосновать "третий путь" в философском правоведении, выраженный положительным государственно-правовым учением и доктринально дистанцированным от гуманистической версии юснатурализма, от юспозитивистских школ, от коммунистических, анархистских и т. п. нигилистических доктринальных идеологем. Он предлагал творчески традиционалистское решение проблем прав и свобод личности, широкого демократического самоуправления в контексте "исторической государственности", а не на основе её разрушения.

Кроме того, в философии права на рубеже веков господствовали формы либерально-индивидуалистического правопонимания (разновидность юснатурализма) и различные социалистические концепции (варианты социологического юспозитивизма). Парадигмально родственные этим течениям правовой мысли направления существуют, как это показал С.С. Алексеев, в нынешнем российском правоведении, а именно: коммунистическая правовая философия и "философия правозаконности" (гуманистическая, либеральная философия права)1.

Таким образом, очевидно, что современное правоведение в ряде существенных теоретических моментов воспроизводит ситуацию кризиса рубежа 19-20 в.в., в качестве реакции на который и возникла классическая русская философия права, в том числе и исследуемая доктрина Л. А. Тихомирова.

Во-вторых, речь идёт о реальной угрозе обвального разрушения современного российского государства и правопорядка. Существует острая политико-правовая "прикладная" необходимость в исследовании традиционных фундаментальных принципов, основных понятий, внутренней идеи и смысла отечественной государственности и адекватных ей правоотношений. Л.А. Тихомиров создавал свою доктрину в условиях "двойного кризиса" в истории российского государства и нрава С одной стороны, разрушались исходные основания традиционного исторического государства с уверенностью в том, что оно не атомизируется, а реформируется. С другой стороны, имел место кризис правового мышления и правовых идеалов, сформировавшихся в рамках юридического модернизма, усвоенного в ходе вестернизации российской правовой системы. Правовой легализм на одном полюсе, и нигилизм и экстремизм на другом, стандартно приписывались распаду исторической государственности, но не попыткам создания новой русской государственности на доктринальных основаниях европейского правового модернизма.

В-третьих, интерес к доктрине Л.А. Тихомирова актуализируется характером научной судьбы трудов учёного. Очень высок уровень исследовательского мастерства и степень личной одарённости, позволившие создать работы мирового класса и энциклопедизма. Поражает практически полная для российской юриспруденции двадцатого века неизвестность творческого наследия Л.А. Тихомирова. "Монархическая государственность" едва сохранилась в единственном экземпляре в Британском музее (!), где и обнаружена в 1923 г. Очень медленно вводятся в научный оборот насыщенные философ-ско-правовой проблематикой, полные точных прогнозов и трезвой аналитики различных аспектов государственно-правовой сферы "докторально-публицистические" тексты ученого.

Степень научной разработанности проблемы.

Вклад J1.А. Тихомирова в целом, и в важнейших своих аспектах в отечественную и мировую науку ещё не получил адекватной оценки. Предпринимаются пока даже и не первые шаги, а лишь подготовка к ним. Нет не только аналитической и критической, но и даже достаточно обстоятельной справочно-биографической литературы. В постсоветской России начало знакомству с его текстами было положено лишь в 1992 г., когда осуществилось репринтное издание его фундаментальной работы "Монархическая государственность". В 1993 г. - переиздана впервые с 1896 г. в нашей стране его книга "Единоличная власть как принцип государственного строения". В этом же году журнал "Свободная мысль" публикует его публицистическую работу 1896 г. "Борьба века", а редакция журнала "Москва" издаёт фундаментальный труд " Религиозные и философские основы истории". В 1997 г. опубликован сборник " Критика демократии", а в 1999 г. увидел свет сборник научно-публицистических работ "Христианство и политика". Труды J1.A. Тихомирова, насыщенные философско-иравовым, философско-историческим, теоретико-юридическим, социологическим содержанием изданы благодаря, в первую очередь, усилиям М. Б. Смолина и С. М. Сергеева.

Само научно-теоретическое, публицистическое и философско-художественное наследие мыслителя как в целом, так и в важнейших своих аспектах, ещё не попало в поле зрения исследователей-правоведов, философов, социологов, историков государства и права. Предпринимаемая самостоятельная попытка философско-правового анализа доктрины JI.A. Тихомирова является, насколько нам известно, одной из первых не только в сфере философского правоведения, но и в диссертационном плане вообще. Преобладающим жанром работ, затрагивающих учение J1.A. Тихомирова, является пока не монография или научная статья, а предисловие к научным трудам, сборникам правовой, религиозной и политической публицистики, биографическая и библиографическая справка,

В чём заключаются трудности па пути вовлечения наследия ученого, мыслителя в научный оборот? Ответ на этот вопрос требует специальных исследований, но в самом первом приближении можно указать на доминирование ситуативно-политических причин. Посткоммунистической России нужно было пройти все фазы разочарования в созидательном потенциале вестерни-зированных либеральных проектов (политико-идеологические факторы, повлиявшие на правоведение в России), столкнуться после деформирования религиозного инстинкта людей тотальной секуляризацией с потенциально тотальной "оккультизацией" (социокультурные и психологические факторы), что осложнило адекватное восприятие творческой мотивации учёного, его аргументации как носителя православного ценностно-нормативного комплекса, питавшего русскую модель правосознания.

Осталась в силе и колоссальная живучесть некоторых научных предрассудков, против которых Л.А. Тихомиров боролся всем своим творчеством: путаница в фундаментальных понятиях государственного права, в основе которой - смешение верховной власти и инструментальной, абсолютизма и самодержавной монархии, непонятная уверенность в том, что монархия - это "отживший фазис развития человечества".

Весьма резко и остро обозначилась проблема противостояния принципов монархического и республиканского правосознания, исследованного впоследствии И.А. Ильиным, (коммунистическое правосознание в этом свете выглядит как частный случай республиканизма) и традиционных основ русского монархического правосознания, деформированных до неузнавания, но не исчезнувших полностью2. Вполне возможен, на наш взгляд, ренессанс русской православно-монархической модели правосознания в современной России. То, что данная модель менее всего пригодна как основа для массовой идеологии, партийной пропаганды в масс-медиа, заслуживает специального исследования. Однако, прочность данной модели правосознания определяется вовсе не количеством её адептов, а качеством её внутреннего содержания и высочайшим потенциалом для философско-правовой и юридико-догматической мысли.

Правовое и философское осмысление проблем российской государственности Л.А. Тихомиров считал частью проблематики самосознания нации, что отмечено С.А. Котляревским в ходе анализа Основных Законов 1906 года: "Положение монарха часто имеет гораздо более глубокое историческое, чем юридическое, обоснование. Правовые определения этой власти, формулы законодательных памятников и учредительных харгий - только поверхностный слой, который накинут на веками отлагавшиеся плоды побед и поражений в борьбе с окружающими социальными силами, на отпечатлевающиеся привычки, верования и чувствования. Русская история была исключительно бедна устойчивыми юридическими отношениями, к ней это особенно применимо"3.

Л.А. Тихомиров полагал, что делает первый шаг на пути создания адекватного своему предмету философско-правового государствоведения, на пути установления ясности в сфере самых основных понятий государственного права. При этом целью для него являлось исследование верховной власти и верховного властвования как фундаментальных государственно-правовых феноменов. Этим объясняется двоякое квалифицирование его работ классиком русской юриспруденции П.Е. Казанским как "глубоких фило-софско-политических трудов", с одной стороны, и как "сочинений по государственному устройству и публичному праву вообще" в числе таких трудов, как сочинения А.С. Алексеева, Г. Еллинека, Н И. Кареева, Н.М. Коркунова, С.А. Котляревского, В Н. Ренненкампфа, Б. Н. Чичерина. "Несомненно, - писал Казанский, - что Л.А. Тихомиров, изучавший в своём главном труде мо

1 Цнт. но: Казанский П. Е. Власть Всероссийского Императора Очерки действующего русского права, М 1999. С.27. нархическую политику, имел в виду в особенности русское государственное право, даже в тех случаях, в которых прямо на них не ссылается"4.

Л. А. Тихомиров заложил философско-правовые основы для формирования действительно самобытной, вдохновляемой научными целями, а не политико-идеологическими интенциями государственно правовой науки. Па этих основах П.Е. Казанский и П.А. Захаров (показательно, что оба они издавали труды не в столице, а в провинции, соответственно в Одессе и Новочеркасске), осуществили юридико-догматическое изучение русской императорской власти. Не без влияния философско-правового наследия Л.А. Тихомирова П.Е. Казанский, например, ставя задачу неуклонного проведения юридической точки зрения, то есть специального изучения русского права, указывал, что при этом необходимо "иметь в виду всё наше публичное право и его практику или толкование его при применении к жизни и в теоретических исследованиях, не только право, содержащееся в сборниках законов, но и то, которое живёт в неписанном виде в правосознании русского народа", что ограничиваясь по необходимости рамками действующего права, мы не должны забывать, что изучению нашему подлежит отнюдь не недавно созданный искусственный, чисто юридический институт, но уходящее своими корнями глубоко в прошлое и тесно переплетающееся со всеми сторонами русской старины и современности многогранное установление, живущее могучей творческой жизнью. Надо совершенно оставить в стороне мысль о том, чтобы власти русских Императоров возможно было дать чисто юридическую конструкцию. Как, положим, векселю или чеку. Исключительно юридические толкования в области основных вопросов публичного права вряд ли вообще могут дать вполне верное понимание вещей"5.

То, что "Система русской государственности" Н.А. Захарова и "Власть Всероссийского Императора. Очерки действующего русского права" П.Е. Казанского не вошли в научный оборот философии права и юриспруденции, объясняется социокультурными причинами, серией грандиозных катастроф в

России, прервавшими процесс формирования самобытной русской философской и государственно-правовой юриспруденции, главным инициатором которого, несомненно, был Л. А. Тихомиров,

Всё вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что доктрина монархической государственности мало известна в научной юриспруденции и философско-правовой литературе, что дает все основания для ее специальной проработки в рамках данного диссертационного исследования.

Литература и источники. Отсутствие аналитических источников обусловило особенности подхода к отбору литературы для разработки темы данного диссертационного исследования.

1. Главное место здесь занимают работы самого Л.А. Тихомирова: "Единоличная власть как принцип государственного строения" и "Монархическая государственность", а также "Религиозно-философские основы истории", сборники "Критика демократии" (1997) и "Христианство и политика" (1999).

2. Использованы труды классиков русской философии права: И. А. Ильина в части исследований правосознания и методологии философии права; П.И. Ыовгородцева, посвященные анализу истории философско-правовых доктрин и трактовки некоторых фундаментальных проблем философского правоведения; Н.Н. Алексеева, касающиеся самобытного "эйдетического" философского правоведения; Е.Н. Трубецкого, Б.II. Вышеславцева, С.А. Когляревского, А.С. Изгоева, интерпретирующие философские проблемы власти, государства, права.

3. Освоение доктринальных оснований западноевропейской философско-правовой традиции потребовало знакомства с первоисточниками: Аристотеля, Платона, Ж.-Ж. Руссо, Г. Гроция, Т. Гоббса, Д. Локка, И. Канта, Г. Гегеля.

4. Вовлечены в исследовательский оборот труды, проливающие свет на традиционно-православное понимание государственно-правовой проблематики: Филарета, митрополита Московского, Иоанна Дамаскина, Иосифа Волоцкого, а так же А. Кураева, А. Николина.

5. Фундаментальный труд II.Е. Казанского "Власть всероссийского императора. Очерки действующего русского права", в котором сведены в одно целое позиции выдающихся русских юристов различных школ (А. С. Алексеева, А. Д. Градовского, К.Д. Кавелина, В.Д. Каткова, В. М. Грибовско-го, Н. А. Захарова, Н.И. Лазаревского, В.В. Ивановского, Б.Н Чичерина., Н.М. Коркунова и др.), послужил серьёзным подспорьем в диссертационном исследовании.

6. Уточнению объективного понимания некоторых концептуальных конструкций доктрины Л.А. Тихомирова в немалой степени способствовали академические труды и учебники современных философов права С.С. Алексеева, B.C. Нерсесянца, Д.А. Керимова, Ю.В. Тихонравова, публикации по проблемам правосознания и правопонимания в научной периодической печати.

Объектом исследования является феномен российской государственности в его историческом развитии с позиций национально-правового традиционализма.

Предметом исследования выступает монархическая форма российской государственности, представленная Л.А. Тихомировым как национально-культурное и государственно-правовое целостно-системное образование.

Целыо настоящего диссертационног о является философско-правовой анализ монархической государственности в ее доктринальном виде, впервые представленном Л.А. Тихомировым в единстве теоретико-правовых, метаю-ридических, государственно-правовых, историко-правовых аспектов.

Реализация цели диссертационного исследования достигается путем решения следующих задач: определить парадигмальные основания и исходные методологические принципы концептуальною анализа государственности как политико-правового феномена, предпринятого JI.A. Тихомировым; воспроизвести логику обоснования принципа верховной власти как исходного методологического начала в исследовании монархической государственности и других государственно-правовых форм; выявить характерные особенности монархического правосознания в рамках его естественно-правового измерения, обозначенного J1.A. Тихомировым; представить монархическую государственность с идеократиче-ских позиций, заявленных JI.A. Тихомировым в качестве главного понятийного признака национально-культурной легитимации; уточнить типологические особенности монархической государственности и формы народного представительства в организации верховной власти.

Научная новизна исследования заключается в следующем:

Предпринята первая попытка философско-правового и теоретико-правового системно-структурного анализа доктрины монархической государственности J1.A. Тихомирова как важнейшего достижения русской философии права, характеризующая новаторский потенциал осмысления государственности на основе принципа первичности верховной власти;

Выявлено методологическое значение интеграции принципов свободы и власти на основе признания их личностной определенности;

Определена правовая аксиоматика, разработанная JI.A. Тихомировым с использованием принципа первичной реальности личности;

Установлены национально-культурные особенности естественно-правового измерения монархического правосознания;

Показано философско-методологическое значение синтеза фундаментальных начал в конституировании государственности и основ правопорядка - "справедливости" (школа естественного права) и "воли суверена" (позитивно-правовая школа), осуществленного JI.A. Тихомировым;

Проанализированы фундаментальные научные открытия JI.A. Тихомирова: принцип простоты верховной власти и ее генетическая корреляция с национально-религиозными особенностями идеократическим элементам, объективацией которого верховная власть является; соотношение понятий, гражданство и подданство, концептуализированных посредством различения в феномене государственного властвования верховного и инструментального типов;

Интерпретирована типологическая специфика монархической государственно-правовой формы в ее национально-культурном контексте.

Положения, выносимые на защиту:

1. Доктрина монархической государственности Л.А. Тихомирова синтезирует сциентистский и конфессиональный подходы в государствоведении и правопонимании в рамках национально-культурной и православно-телеологической традиции, задающей методологически значимую метаюри-дическую почву для догматико-юридической разработки проблем исторической российской государственности в перспективном, ретроспективном и эс-сенциальном отношениях.

2. В качестве первичного принципа понимания государственности Л.А. Тихомиров ввёл и теоретически обосновал принцип верховной власти, посредством которого удалось объединить классические теоретико-юриспруденческие подходы, традиционно существовавшие в рамках естественно-правовой (справедливость) и позитивно-правовой (власть суверена) школ в конституирован и и государственности и основ правопорядка. Если государство адекватно своей "норме", го есть идее-принципу, выраженной в вековом опыте национально-правового творчества, то "воля суверена" (верховной власти) и выражает ту трактовку справедливости, которая генетически связана с национально-религиозными особенностями ее идеократического элемента.

3. Понятия монархической государственности, структурированное на таких категориально-парадигмальных основаниях, предстало как единство двух основных элементов, верховной власти и подданных. Статус членов такого государственного союза определяется верховной властью как поддапство но отношению к ней и как гражданство в отношении правительства. Правительство есть не более как орудие управления, само по себе никакой власти не имеющее и пользующееся лишь теми полномочиями, какие ему дарованы верховной властью.

4. Власть и свобода осмыслены JI.A. Тихомировым как проявления одного и того же феномена самостоятельности человеческой личности, трактуемые соответственно в контексте национально-культурного измерения монархического правосознания и государственно-правового творчества народа.

5. Доктрина монархической государственности отличается мощным философско-правовым потенциалом как оппозиция веетернизированной российской правовой аксиоматике на основе правовой легитимации монархического принципа: от концепции монархии как верховенства религиозно-нравственного идеала до разработки политико-правовых механизмов непарламентского народного представительства.

Теоретико-методологической основой исследования стали системно-структурный и компаративистский анализ государственно-правовых феноменов, принципы диалектической телеономичности, инновационного традиционализма, методы правовой логики и юридической антропологии, а также историко-правовой и теоретико-методологический подходы.

Для решения исследовательских задач использован аналитический метод: в доктрине J1.A. Тихомирова выделены логические части, связанные с происхождением, сущностью и действием монархического принципа, сделаны выводы об ее общей логической и фактографической аргументированности.

Научно-теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что вводится в философско-правовой оборот и вообще в научное правоведение творческое наследие крупного учёного мирового уровня, замалчивавшееся и искажавшееся в угоду вненаучным обстоятельствам. Тем самым осуществлено определённое приращение к потенциалу отечественного философско-правового государствоведения и правопонимания. На основе полученных в ходе исследования результатов как юристы-правоведы, так и работники органов государственой власти, правоохранительных органов, смогут адекватно оценивать качественные характеристики федерального и регионального законодательства в эпоху созидания российской государственности, которая должна быть хотя бы коррелятивно связанна с традиционными историко-правовыми и метаюридическими основаниями. Результаты диссертационного исследования могут быть использованы также в сфере законотворчества в качестве метаюридической основы для догматико-юридических разработок, при подготовке учебных пособий, научных работ, при чтении лекций и спецкурсов по философии права, теории и истории государства и права. Важнейшие выводы диссертации могут быть применены для осмысления комплекса проблем совершенствования современной российской государственности.

Похожие диссертационные работы по специальности «Философия политики и права», 09.00.10 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Философия политики и права», Понежин, Михаил Юрьевич

Заключение

Доктрина Л.А. Тихомирова, исследованная в своих "эйдетических" аспектах, является одним из наиболее парадигмально самобытных ответов русской философско-правовой мысли на вопросы, порождаемые самим фактом ситуации кризиса правосознания. Она вполне сопоставима по значению для философского правоведения с классическими вариантами решения проблем, порождённых ситуацией кризиса, Г1.И. Новгородцева, И.А. Ильина, Н.Н. Алексеева и других. Как одно из оснований для эволюции отечественной правоведческой мысли в альтернативном западноевропейским парадигмам философско-правового мышления направлении.

Доктрина положила начало научной философско-правовой рефлексии, недостаточное развитие которой выделено самим JI.A. Тихомировым в качестве проблемной особенности в историко-правовой эволюции российской го

111 Тихомиров Л. А. Единоличная власть как принцип государственного строения. М. 1993. С.62.

Пилон Р. Права личности, демократия и конституционный порядок // Вестник Московского университета. Социально-политические исследования. 1992. № 2 С.63-64. 67 сударствеиности. С выходом в свет фундаментальных работ: "Единоличная власть как принцип г осударственного строения", "Монархическая государственность", "Религиозно-философские основы истории" появились все основания полагать, что публицистический этап в развитии русского самосознания, представленный классическими славянофилами, Катковым, Леонтьевым, Победоносцевым и др., подошёл к концу. Философско-правовое творчество Л.А. Тихомирова внесло в процесс формирования национально-культурного и правового самосознания России мощную академическую компоненту.

Исследование доктрины Л. А. 'Тихомирова показало её высочайший сциентистский потенциал, позволило увидеть в ней интереснейший пример синтеза сциентистского и конфессионального подходов к государственно-правовой проблематике, объединённых в определённом интегративном единстве.

Философско-правовой анализ доктрины Л.А. Тихомирова показал также, какое место занимает категория "государство" в его концепциях, что в русской философии права нет сопоставимого примера разработки государства как проблемы теоретического правоведения. Л.А. Тихомиров тщательно "выписал" философско-правовую методологию исследования государственности с точки зрения её принципа-идеи, исследовал сферу "абсолютного" (внутреннего, теоретического) смысла государства, его внутреннего принципа, "эйдоса", установил, в каком случае государство может быть втянуто в эволюцию с подчинением доминированию чуждой идеи, с неизбежным разрушением государственно-юридической системы при утрате соответствия собственной идее-принципу.

Л.А. Тихомиров обстоятельно разъяснил и способ установления этой государственной идеи. "Государственность нельзя основать ни в один момент, ни на один момент. Создать государство нельзя иначе как приспособляя его к задачам веков. в достижении этой задачи должны соединиться преемственно усилия всех поколений, начавших её по известному плану, и

1I г. постоянно достраивающих начатое здание, приспосабливая его к условиям времени, а в то же время неизбежно сообразуясь с влиянием того, что было сделано раньше, прежними поколениями"\

Установление государственной идеи-принципа не является отвлечённой академической задачей, так как "любой строй, государство гибнут от пренебрежения собственным принципом. обыкновенно каждый строй именно и гибнет таким образом не от силы врагов, а от непригодности своих защитников"114. К числу бесспорных заслуг Л.А. Тихомирова следует отнести его чёткую и ясную методологическую установку: принцип государства, закон его существования, властно, деспотично требует адекватности государства своей собственной идее.

Судьба основ философского правоведения, созданных Л.А. Тихомировым демонстрирует огромной силу "ходячих понятий 19 в.", которыми пополнился аксиоматический ряд не только обыденного, но и оснащённого аппаратом теоретической юриспруденции сознания. Согласно данному роду понятий, "монархия есть пережитый фазис развития, при условиях старины имевший живой смысл и значение, ныне же, при современных условиях, -уже не применимый к политической жизни. Постепенный переход от монархии к республике, через различные фазисы конституционной власти - это "истина", которую в Европе вдолбили каждому ребёнку""5. Не мог вызвать понимания и сочувствия своим государственно-юридическим идеям Л.А. Тихомиров ещё и потому, что показывал и доказывал ложность самой идеи парламентаризма, господствовавшей в государственно-правовой аксиоматике. Идея общенародного правления, осуществляемого посредством выборного представительства для него - "есть идея теоретически бессмысленная, а практически не осуществимая и нигде не осуществлённая""6. В "Последнем письме Столыпину" Л.А. Тихомиров писал, что подлинное народное предш Тихомиров Л.А Христианство и поли гика. М. 1999. С.37. 152

Там же. С. 126, " ' Там же. С.295. "" Там же. С.261 ставительство и парламентаризм несоединимые вещи, так как парламентаризм даёт представительство партий, а не народа.

Исследованная нами доктрина внесла значительную долю ясности в толкование фундаментальных понятий государственного права. Философско-правовая методология и историко-правовая аргументация Л.А. Тихомирова, являющие образец высокой исследовательской культуры, создали серьёзные возможности для юридико-догматической разработки проблематики государственного права. Введение категории "верховная власть" в метаюридиче-ский оборот означало, на наш взгляд, вклад мирового уровня в философское правоведение.

Долгое забвение научных трудов Л.А. Тихомирова объясняется не качеством его философско-правового мышления, не степенью академической глубины его работ, а разного рода вненаучными обстоятельствами. Коммунистическое правосознание, его республиканизм (в значении, придаваемом термину И. А. Ильиным), акцентированно секулярный характер были столь же оппозиционны и чужды православно-сциентистскому телеологическому философскому правоведению Л.А. Тихомирова, как и доминирующие в современном теоретическом правоведении парадигмы либерального правосознания. Л.А. Тихомиров противопоставил "узколиберальной" трактовке проблемы прав и свобод личности самобытную интерпретацию этой темы. "Автономному индивиду" он противопоставил "самоуправляющуюся личность", без которой "не мыслимы свобода, право, порядок".

Самоуправляющаяся, с "внутренними сдержками" личность не может сформироваться на почве иррелигиозной нравственности, "автономной морали". Более того, "автономная мораль" грозит "самому существованию общества", так как ведёт к релятивизму, то есть к "бесконечному разнообразию нравственных правил и исчезновению какой бы то ни было 11 общепринятой линии поведения" .

Для того, чтобы быть сильным, закон должен совпадать с голосом морали. Но с какой же "официальной" моралью сообразовать его, если автономная мораль будет порождать в обществе различные системы кружковой и даже единоличной морали?"

Автономность морали приводит к нравственному хаосу, при котором невозможны ни закон, ни обычай, ни общественное мнение, то есть вообще социальная и политическая дисциплина. Общество и государство должны были бы при этом или уничтожиться, или держаться голым деспотизмом, ti I 18 лишённым всякого нравственного руководства и контроля"

В государственно-правовом учении Л.А. Тихомирова прямо указывается на невозможность стабильной государственности, созидаемой на основе либеральной правовой аксиоматики, последовательное изложение которой можно увидеть, например, в современном учебнике С.С. Алексеева "Философия права". В основе правопонимания - и в этом Л.А. Тихомиров был глубоко убеждён, - должна находиться не автономная, а теономная (если воспользоваться термином П.И. Новгородцева 1923 г.) мораль, а вместо "узколиберального" понимания правового государства - интерпретация ряда существенных признаков "правового государства" в духе основ исторической государственности.

Доктрина Л.А. Тихомирова оказалась не востребованной в эпоху смут и революций 1905-1917 гг. Более адекватными в научных и политических кругах тогда оказались либеральная и марксистская правовые философии. После безраздельного господства марксистского правоведения в советскую эпоху теперь мы переживаем период господства в научной юриспруденции либеральной версии правпонимания с правовым идеалом "гуманистической правозаконности".

Если доктрина Л.А. Тихомирова окажется не востребованной или отвергнутой по тем или иным внсакадемическим обстоятельствам в современный период развития гражданского общества, многое из его положительной государственно-правовой концепции, из его философского осмысления проблем права останется ценнейшим достоянием отечественной и мировой науки.

Данное диссертационное исследование привело к выводу, что в условиях господства модернистскою правоведения, Л.А. Тихомиров создал основы творчески-традиционалистского, православно-сциентистского, телеологического право- и государство! юн и мания.

Творческо-традиционалистский характер правового учения Л.А. Тихомирова означает, что в его научных трудах осуществлена разработка в государственно- и философско-правовом поле проблем, поставленных более широко классическими славянофилами, М. Катковым, К. Леонтьевым. Доктрина Л.А. Тихомирова - это юридический аспект традиционализма, но не механически заимствованного у предшественников, а самобытно интерпретированного.

Проблемный характер научной деятельности Л.А. Тихомирова особенно очевиден в отношении государственно-юридического мышления к фактическому положению вещей, к конкретной государственно-правовой ситуации в России начала 20 в. Критика бюрократии, бессословной интеллигенции, слоя политиканствующих парламентских деятелей, то есть всего неорганичного для монархической государственности занимает много места в публицистике Л.А. Тихомирова. Бюрократия, парламентское политиканство и пр. явления - это результаты и симптомы искажения внутреннего смысла монархической государственности, а не органически связанные с ней феномены.

Весьма неординарны и вытекающие отсюда конструктивные предложения по достижению необходимой степени адекватности российской государственности собственному принципу, по обеспечению прав и свобод личности, "самодеятельности общества" на самобытных основах, а не на "узколиберальном созерцании".

Доктрину Тихомирова можно квалифицировать как православно-сциентистскую, так как учёный был глубоко убеждён в том, что вековые взгляды христианства и последовательного сциентизма на государственно-правовые проблемы в самом существенном совпадают: "Христианство скажет народу, в сущности, совершенно то же, что наука, но иным языком, таким, какой народу более понятен""

Л.А.Тихомиров глубочайшим образом изучил различные аспекты влияния христианства на государство, общество, культуру, право. Определение православного христианства и самодержавного монархизма как основ исторической государственности не является результатом влияния личных симпатий исследователя. Это строго сциентистский, эмпирически очевидный вывод из анализа тысячелетнего пути российской г осударственности.

Л.А. Тихомиров опирался на "грубо" эмпирическую основу, когда писал, что "Северо-американекая демократия и Российская монархия - эти два построения, оба внушённые гением христианского учения, во многом противоположны, но сходны в том, что одно дало миру величайшую из демократий, другое - величайшую из монархий. Пуритане всю мудрость свою черпали из Библии и Евангелия. Не на политических доктринах воспитывали они своё миросозерцание, а на священных книгах. То же самое можно сказать и о строителях русской монархии, источником политической мудрости которых были почти исключительно священные книги"120.

В этой сфере научных изысканий Л.А. Тихомиров последовательно разрушал миф об антагонизме "науки и религии", характерный для "узколиберального" и секулярного миросозерцания.

Как уже не раз отмечалось выше, доктрина Л.А. Тихомирова - это телеологическое понимание проблем государства и права. Государство без идеи, принципа, цели - бессмысленно. Эту идею, принцип, цель можно установить только на строго сциентистской основе, анализируя вековой путь российского государства и правовой регуляции в нем.

114Там же. С П.

Научным и нравственным призывом к нам звучат слова учёного о том, что как бы ни были разработаны законы и усовершенствованы правительственные механизмы, суд и армия, это ещё не обеспечивает достижения благих целей государства, если граждане не стремятся по собственному побуждению жить согласно справедливости и своему нравственному долгу.

Список литературы диссертационного исследования кандидат юридических наук Понежин, Михаил Юрьевич, 2000 год

1. Азаркин Н. Идеология и государство // Законность. 1999. №11.

2. Алексеев Н.Н. Основы философии права. Спб., 1999.

3. Алексеев С.С. Теория права. М., 1995.

4. Алексеев С.С. Философия права. М.,1997.

5. Артемов В.М. Правовой порядок: философский аспект проблемы // Философия права как учебная и научная дисциплина. Ростов-на-Дону, 1999.

6. Агаманчук Г.В. Теория государственного управления. М., 1997.

7. Бабаев В.К. Вопросы методологии российского правоведения // Право. Власть. Законность. Нижегородские юридические записки. Н. Новгород,1997. Вып. 3.

8. Баранов П.П. Вопросы типологии российской правовой культуры // Право и культура: проблема взаимосвязи. Ростов-на-Дону, 1996.

9. Баранов П.П. Место категории "правосознание" в юридической доктрине И.А. Ильина// Проблемы самобытности России в творчестве И.А. Ильина. Ростов-на-Дону, 1995.

10. Ю.Баранов П.П. Проблемы развития российского законодательства (теоретические аспекты) // Российское законодательство и правоприменительная деятельность органов внутренних дел. Ростов-на-Дону, 1995.

11. П.Баранов Г1.П., Русских В В. Проблемы теории правосознания и правовой культуры. Ростов-на-Дону, 1999.

12. Баскин Ю. Я. Очерки философии права. Сыктывкар, 1996.

13. Бачило И.Л. Факторы, влияющие на государственность // Государство и право. 1993. №7.

14. И.Белканов Е.А. Структура и функции правосознания. Автореф. дис. канд. юрид. наук. Екатеринбург, 1996.

15. Белых B.C. Сущность права: в поисках новых теорий или "консерватизм" старого мышления? // Росс. юрид. журнал. 1993. № 2.

16. Берман Гарольд Дж. Вера и закон: примирение права и религии. М., 1999.

17. Беспалова Т. В. Патриотизм в контексте нравственного измерения политической власти и права// Философия права как учебная и научная дисциплина. Ростов-на-Дону, 1999.

18. Бирюков Е. "Закон не должен быть безнравственным" (Вл. Соловьёв о праве и нравственности) // Российская юстиция. 1994. №6.

19. Бирюков Е. Константин Победоносцев государственный деятель и юрист//Законность. 1994. №12.

20. Бутенко А. П. Государство: его вчерашние и завтрашние трактовки // Государство и право. 1993. №7.

21. Веденеев Ю. А. Политические партии в избирательном процессе: правовые иллюзии и юридическая реальность /V Государство и право. 1995. № 7.

22. Величко A.M. Развитие идеи естественного права в трудах Б.Н. Чичерина //Правоведение. 1994. №3.

23. Верещагин В.Ю., Ясменко М.К, Философия права как философия человека // Философия права как учебная и научная дисциплина. Ростов-на-Дону, 1999.

24. Виноградов О. Обеспечен ли приоритет права в защите личности? // Законность. 1997. № 9.

25. Вышеславцев Б.П. Власть, право и справедливость // Новое время. 1992. №46.

26. Демидов J1. И. Власть в единстве и многообразии её измерений // Государство и право. 1995. №11.

27. Дмитриев Ю., Хышыктуев О. К вопросу о делимости государственного суверенитета // Право и жизнь. 1996. №10.

28. Ершов Ю. Г. Философия права (материалы лекций). Екатеринбург, 1995.

29. Иеринг Рудольф. Борьба за право. М., 1991.

30. Ильин И.А. О монархии и республике // Вопросы философии. 1991. №№ 4-5.

31. Ильин И.А О сущности правосознания. Соч. в 2-х гг., т. 1. М.,1993.

32. Ильин И.А. Понятия права и силы. Соч. в 2-х т., т. 1 М.,1993.

33. Исаев А.И. История России: правовые традиции. М., 1995.

34. История права: Англия и Россия М., 1990.

35. Казанский П.Е. Власть Всероссийского Императора. Очерки действующего русского права. М., 1999.

36. Карбонье Ж. Юридическая социология М.,1986.

37. Керимов Д.А. Методологические функции философии права // Государство и право. 1995. №9.

38. Керимов Д.А. Предмет философии права // Государство и право. 1994. №7.

39. Керимов Д.А. Психология и право // Г осударство и право. 1992.№ 12.

40. Керимов Д А. Русская философия права: философия веры и нравственности. Антология // Государство и право. 1998. №10.

41. Керимов Д.А. Философские основания политико-правовых исследований. М„ 1986.

42. Керимов Д.А. Философские проблемы права. М., 1972.

43. Кистяковский Б.А. В защиту права // Вехи. М.,1990.

44. Кистяковский Б.А. Право и метод // Русская философия права: философия веры и нравственности. Антолог ия. Спб., 1997.

45. Ковачёв Д.А. О критериях оценки результатов сравнения в области государственного права // Государство и право. 1992. № 10.

46. Кокотов А.Н. Русская нация и русское государство: конституционно-правовой аспект взаимоотношений. Автореф. дисс. докт. юрид. наук. Екатеринбург, 1995.

47. Коркунов Н.М. История философии права: пособие к лекциям. М., 1908.

48. Корпев А. В. К вопросу о правопонимании в дореволюционнной России // Государство и право. 1999. №5.

49. Коялович М.О. История русскою самосознания. Минск, 1997.

50. Кравцов Н.А. Право, философия, философия права (проблемы соотношения в работах М. Вилле)// Северо-Кавказский юридический вестник. 1997. № 2.

51. Кудрявцев В Н. О правопонимании и законности // Государство и право. 1994. № 3.

52. Куприянов А. Библейские корни правосознания россиян // Российская юстиция. 1998. №1.

53. Кураев А. Права человека в религиозной перспективе // Вестник Московского университета. Сер. 12. Политические науки. 1995. № 2.

54. Лукьянов А.И. О соотношении понятий "естественное право" и "философия права" // Философия права как учебная и научная дисциплина, Ростов-на-Дону, 1999.

55. Макаров О.В. Соотношение права и государства // Государство и право. 1995. №5.

56. Макарова Е.А. Традиция и обновление в праве: проблемы ценностного подхода // Государство и право. 1996, №5.

57. Морозова Л.А. Государство и Церковь: особенности взаимоотношений // Государство и право. 1995. №3.

58. Морозова Л.А. Национальные аспекты развития российской государственности // Государство и право. 1995. № 12.

59. Москаленко С.Г., Смирнова Е, М. Персоналистический аспект православного правосознания // Философия права как учебная и научная дисциплина. Ростов-на-Дону, 1999.

60. Нарыков Н.Е. Власть и право: единство противоположностей? // Философия права как учебная и научная дисциплина. Ростов-на-Дону, 1999.

61. Невинский В.В. Межрегиональный научно-практический семинар "Достоинство человека, or философско-правовой идеи к конституционному принципу современного государства" (к 50-летию Всеобщей декларации прав человека) // Государство и право. 1999. №10.

62. Нерсесянц B.C. Философия права. М., 1997.

63. Нигматуллин Р.В., Хабиров Р Ф. Идеалы Всеобщей декларации прав человека и современный мир. (Международная научно-практическая конференция, посвященная 50-летию Всеобщей декларации прав человека) // Государство и право. 1999. №11.

64. Новгородцев II.И Восстановление святынь. М., 1995.

65. Новгородцев П.И Демократия на распутье. М., 1995.

66. Новгородцев П.И Историческая школа юристов Спб., 1999.

67. Новгородцев П.И Кризис современною правосознания. Введение. М., 1995.

68. Новгородцев П.И О своеобразных элементах русской философии права. М., 1995.

69. Новгородцев П.И Существо русского православного правосознания. М., 1995.

70. Новгородцев П.И. Лекции по истории философии права. М., 1995. 71 .Новгородцев П.И. О задачах философии права, М., 1995.

71. Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М., 1991.73,Окара А. Н. Правосознание центральная категория философии права И.А. Ильина // Государство и право. 1999. №6.

72. Петрова Л.В. О естественном и позитивном праве (Критические заметки по поводу обсуждения учебника С. С. Алексеева) // Государство и право. 1995, №2.

73. Г1етрухин И.Л. Человек как социально-правовая ценность // Государство и право. 1999. №10.

74. Победоносцев К.Н. Великая ложь нашего времени // Церковь и демократия. М, 1996.

75. Победоносцев К.Н. Новая демократия // Церковь и демократия. М., 1996.

76. Поддубная О.А. Правовой нигилизм в российском обществе // Философия права как учебная и научная дисциплина. Ростов-на-Дону, 1999.

77. Проблемы самобытности российской государственности и культуры. Ростов-на-Дону, 1998.

78. Рыжов B.C. К судьбе государственного управления // Государство и право. 1999. №2.

79. Салтыкова С. Зарождение древнерусского права // Российская юстиция. 1997. №1.

80. Семитко А.П. Русская правовая культура: мифологические и социально-экономические истоки и предпосылки // Г осударство и право. 1992. № 10.

81. Синчеико Г.Ч. Право как категория культурно-философской антропологии // Философия права как учебная и научная дисциплина. Ростов-на-Дону, 1999.

82. Синченко Г.Ч. Столетие русской философии права. // Вестник Омского университета. 1998. №1.

83. Скрипилёв Е.А., Антонова Н А. Учение о законе в русском правоведении второй половины 19 начала 20 века // Теория права: новые идеи. М., 1993. Вып. 3.

84. Соловьёв Э. Ю. Личность и право // Вопросы философии. 1989. №8.

85. Соловьёв Э. Ю. Правовой нигилизм и гуманистический смысл права // Квинтэссенция. Философский альманах. М., 1990.

86. Солоневич И.Л. Народная монархия. Минск, 1998.

87. Сырых В.М. Воистину ли нормы законов истинны // Государство и право. 1996. №7.

88. Темнов Е. И. О деидеологизации методологических подходов в историко-политических и государственно-правовых исследованиях // Государство и право. 1992. № 3.

89. Теория права: новые идеи. М., 1991. Вып.1.

90. Тимонина Е.В. Опыт реконструкции консервативной правовой теории // Философия права как учебная и научная дисциплина. Ростов-на-Дону, 1999.

91. Тихомиров Л. А. Монархическая государственность Спб., 1992.

92. Тихомиров Л.А В чём наша опасность // Христианство и политика. М., 1999.

93. Тихомиров Л.А Внешняя опасность и внутреннее разъединение // Христианство и политика. М., 1999.

94. Тихомиров Л.А Государство, свобода и христианство // Христианство и политика. М., 1999.

95. Тихомиров Л.А Два типа народного представительства // Христианство и политика. М., 1999.

96. Тихомиров Л.А Между прошлым и будущим // Христианство и политика. М„ 1999.

97. Тихомиров Л.А Парламентарная Россия // Христианство и политика. М., 1999.

98. Тихомиров Л.А Переходное время // Христианство и политика. М., 1999.

99. Тихомиров Л.А Религиозно-философские основы истории. М., 1993.

100. Тихомиров Л.А. Государственность и религия // Христианство и политика. М„ 1999.

101. Тихомиров Л.А. Единоличная власть как принцип государственного строения. М., 1993.

102. Тихомиров Л.А. Петербургские адвокаты великой лжи // Христианство и полтика. М., 1999.

103. Тихомиров Ю. А. Государственность: крах или воскрешение // Государство и право. 1992. №9.

104. Тихомиров Ю. А. Государство на рубеже столетий // Государство и право. 1997. №2.

105. Тихомиров Ю. А. Проблемы сравнительного законоведения // Государство и право. 1993. № 8.

106. Тихомиров Ю. А. Публичное право: падения и взлёты // Государство и право. 1996. №1.

107. Тихомиров Ю. А. Сравнительное правоведение Конгресс учёных-правоведов // Государство и право. 1999. № 2.

108. Тихонравов Ю. В. Основы философии права. М., 1997.

109. Туманов В.А. Правовой нигилизм в историко-идеологическом ракурсе // Государство и право. 1993. №8.

110. Фарбер Е.И. Правосознание как форма общественного сознания. М., 1963

111. Ференс-Сороцкий А.А. Аксиомы в праве // Правоведение. 1998. №5.

112. Франк СЛ. Этика нигилизма // Вехи. М., 1990.

113. Хабибулин А.Г., Рахимов Р.А. Государственная идеология: к вопросу о правомерности категории // Государство и право. 1999. № 3.1 16. Хомяков Д.А. Православие, самодержавие, народность. Монреаль, 1983.

114. Четвернин В.А. Размышления по поводу теоретических представлений о государстве // Государство и право. 1992. №5.

115. Чиркин В.Е. Три ипостаси государства // Государство и право. 1993. №8.

116. Чиркин В.Е. Нетипичные формы правления в современном государстве // Государство и право. 1994. №1.

117. Чиркин В.Г. Легализация и легитимизация государственной власти // Государство и право. 1995. № 8.

118. Чичерин Б.Н. Наука и религия. М.,1901.

119. Шафиров В.М. О нравопонимании в правовом государстве // Правовое государство: проблемы формирования. Красноярск, 1991.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.