Формирование политической элиты единого русского государства :XIV-80-е гг. XVI в. тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.02, кандидат исторических наук Ткачук, Василий Анатольевич

Диссертация и автореферат на тему «Формирование политической элиты единого русского государства :XIV-80-е гг. XVI в.». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 261606
Год: 
2007
Автор научной работы: 
Ткачук, Василий Анатольевич
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Барнаул
Код cпециальности ВАК: 
07.00.02
Специальность: 
Отечественная история
Количество cтраниц: 
212

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Ткачук, Василий Анатольевич

Содержание.

Введение.

Глава I. Социальные основы московской знати. 1. Старомосковское боярство. 2. Выходцы из русских княжеств.

Глава II. Экономические факторы формирования московской элиты. 1. Эволюция княжеско-боярского землевладения. 2. Служба как источник экономических ресурсов.

Глава III. Этнополитические особенности служилой знати. 1. Московское нетитулованное боярство. 2. Потомки «княжат». 3. Инкорпорация представителей ордынской знати в состав великорусской политической элиты.

Глава IV. Эволюция московского боярства в правление Ивана IV.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Формирование политической элиты единого русского государства :XIV-80-е гг. XVI в."

История России XTV-XVI вв. - это период политического объединения северо-восточных русских земель вокруг Московского княжества и последующего становления единого государства. На этом отрезке исторического времени Москва совершила гигантский скачок «вверх», которому в мировой истории трудно найти аналоги. В сложных условиях внутренней борьбы княжеств и внешней зависимости от Орды, московским правителям удалось к исходу XV - середине XVI столетия создать сильное и независимое государство с собственной элитой.

Актуальность темы диссертации заключается в том, что по сей день среди историков не ослабевает интерес к проблемам образования централизованного великорусского государства. Проблема выявления характерных особенностей его складывания принадлежит к числу ключевых и до сих пор остается актуальной для отечественной исторической науки. Изучение московской политической элиты в X3V-XVI вв. необходимо для того, чтобы понять специфику его качественных изменений.

В центре внимания историков XVIII - XIX вв. находилась главным образом политическая сторона данной проблемы. При этом исследователями практически не предпринималось попыток проследить взаимосвязь между процессом развития московской элиты и событийным ситуационно-политическим фоном этого времени. Среди отечественных историков вышеуказанного периода преобладало мнение, что вся княжеско-боярская корпорация практически полностью относилась к служилой группе населения1.

1 Этого мнения придерживались Н.М. Карамзин, который не описывает в своей «Истории.» бояр и князей попавших в элиту благодаря своим вотчинам (См: Карамзин Н.М. История государства Российского в 8 тт. Т. 5. М., 1993. С. 115-196); JI.B. Черепнин, считавший исчезновение удельных владений в процессе образования централизованного государства закономерным процессом (См: Черепнин JI.B. Образование русского централизованного государства М., 1960. С. 135-140); А.А. Зимин, не акцентировал ведущую роль крупных удельных землевладельцев в составе московской знати (См: Зимин А.А. Формирование

Хотя авторы всё же пытались провести аналогию между западным феодализмом и русским средневековьем. К середине XVI в. княжеско-боярская корпорация, по мнению многих исследователей XX в., стала превращаться в группу государевых слуг. Сложившиеся к концу XV в. определенные правила её функционирования вплоть до эпохи Петра Великого служили серьезным ограничением для усиливавшегося самодержавия и своего рода гарантом существования земской сословно-представительной монархии XVII в.

Политическая элита Московского государства, бесспорно, сыграла ключевую роль в истории страны. Это была особая, весьма специфичная общественная группа, влиявшая на складывание его структуры. В течение всего рассматриваемого периода усиливался процесс непосредственного служебного прикрепления бояр и князей к различным звеньям административного аппарата. Издававшиеся верховной властью законы и частные правовые акты превращали политическую элиту в боярство, которое, в свою очередь, становилось особой привилегированной закрытой корпорацией. Её члены имели значительные полномочия в определенных московским князем рамках.

Представляют особый интерес источники и методы рекрутирования великорусской элиты. В неё входили только представители самых богатых и знатных фамилий государства. В.И.Сергеевич отмечал: «Звание боярина в древнейшее время является, не чином, раздаваемым князем, а наименованием целого класса людей, выдающегося среди других своим имущественным превосходством»2. По определению ИЛ. Фроянова, «бояре предстают перед нами, прежде всего как лидеры, управляющие обществом»3. Источником статуса могла быть «честь», воздаваемая боярину князем, ибо они вместе составляли верхушку дружины. Однако наличие земской знати, не связанной службой в княжеской дружине, показывает, что источник этот не был единственным. Силу боярского рода составляла система традиционных связей. боярской аристократии во второй половине XV - первой трети XVI веков. М., 1988. С. 96100) и д.р.

2 Сергеевич В.И. Лекции и исследования по древней истории русского права. М., 2004. С. 65.

3 Фроянов И.Я. Исторические реалии в историческом сказании о призвании варягов// Вопросы истории. 1991. № 6. С. 4.

Недаром в более поздний период излюбленным оружием борьбы центральной власти против боярского своеволия было переселение на новое место. В условиях социальной подвижности знатность могла быть утрачена или приобретена. Об этом косвенно свидетельствует появившийся в XV в. термин «дети боярские». Учитывая его условность, можно предположить, что раньше он имел буквальный смысл и мог обозначать действительно конкретных потомков захиревших знатных родов, происхождение которых, в принципе, позволяло им называться боярами. Но по остальным параметрам, а может быть вследствие обеднения или иных причин, они «не дотягивали» до столь высокого звания4.

В дворянской историографии весь ход отечественного исторического процесса XIV-XVI вв., как правило, рассматривался через призму деятельности отдельных князей. Уже в XVIII в. сложилась концепция, согласно которой сильная монархическая власть способствовала увеличению мощи государства. Слабость же самодержавия, соответственно, приводила к его упадку. Так В.Н. Татищев связывал очевидное нарастание могущества Московского государства прежде всего с личностью Ивана III, «который восстановил монархию». Ссылался при этом историк на летописную концепцию о «собирании земель» московскими князьями.5 Предшествующий период рассматривался как время междоусобиц и ослабления единоличной власти на Руси. Основное внимание исследователя было сосредоточено на фигуре московского князя. Персоналии из числа ведущих представителей княжеско-боярской корпорации В.Н. Татищевым упоминаются, однако их роль в историческом процессе представлена лишь в качестве фона для великокняжеской политики.

В оригинальной авторской трактовке изложил российскую историю данного периода Н.М. Карамзин. По сравнению с исследователями XVIII века он значительно расширил круг источников. Многие из них были впервые введены в научный оборот. Процесс консолидации северо-восточных русских

4 Мартышин О.В. Вольный Новгород. Общественно-политический строй и право феодальной республики. М., 1992. С. 175 Татищев В.Н. История Российская. Т. 5. М., 1966. С. 152. земель историк объясняет по преимуществу субъективными личными качествами московских князей: решительной волей Дмитрия Ивановича господствовать единодержавно и дипломатичной осторожностью великого князя Василия Дмитриевича. Стремление московских великих князей усилить свою единоличную власть, по мнению историографа, поддерживалось самим русским народом. Принцип «народной» легитимации данного процесса особенно ярко проявился в описании Н.М. Карамзиным событий междоусобной династической войны второй четверти XV в. Поражение Галицких князей было для него обусловлено не поддержкой Василия Темного князьями и боярами, а мнением и силой народа, считавшего незаконными притязания на верховную власть со стороны князя Юрия Дмитриевича и его сыновей.6 С окончанием этой междоусобицы историк связывал начало нового периода русской истории. По его мнению, «бессмысленные драки княжеские» сменились политической ясностью и определенностью эпохи Ивана III. Одним из первых российских историков Н. М Карамзин пытался упорядочить фактический материал по истории XTV-XVI вв. Процесс образования единого государства он освещал в хронологическом порядке, причем анализ событий у него отходил на второй план. Будучи убежденным монархистом, Н.М. Карамзин рассматривал исторические события скорее с романтических позиций, выделяя факты, свидетельствующие о сплочении русской элиты перед лицом общей опасности. При этом он зачастую игнорировал или обходил стороной в своем описании представленные в летописях действительные данные, которые не укладывались в его концепцию. Бояре у него - это служебники великого князя: разведчики, военачальники, дипломаты, наместники. К фактам их неповиновения московскому властителю историк относился негативно, видя в этом своеволии первопричину всех слабостей и бед великорусского государства. Он считал, что репрессии против политической элиты в XV-XVI вв. были вызваны её собственными злоупотреблениями властью и полномочиями. Однако,

6 Карамзин Н.М. История государства Российского в 8 тт. Т. 2. М., 1993. С. 190-200.

7 Там же. Т. 3. С. 246. например, при освещении событий времен опричнины Н.М. Карамзин отдавал должное и произволу со стороны царя. В его труде есть описание подробностей о опричных казней бояр и служилых людей. Основное внимание в своей работе он уделял деятельности московских правителей. И лишь на этом фоне приводятся фактические данные, касающиеся специфики статуса боярства в Московском государстве.

Вторая половина XIX в. характеризуется появлением значительного числа крупных отечественных исследователей русского средневековья.

В концепции борьбы этатистского и родового начал С.М. Соловьева, крупнейшего представителя «государственной школы» в отечественной историографии, удельные князья и бояре противостояли объединительной политике московских государей в силу своей приверженности к традициям старинного родового быта.9 Своеобразной кульминацией этой борьбы стала, по его мнению, междоусобная война второй четверти XV столетия. Князь Юрий Дмитриевич и его сыновья упрямо цеплялись за старые представления, не понимая их анахроничности. В результате, политически более слабый князь -Василий Темный - одержал победу, так как новый государственный порядок созрел и окреп в самих недрах московской княжеской династии. Основная роль в его работе отводится политической элите в кризисные моменты развития государства. С.М. Соловьев оттенял влияние крупнейших представителей этого слоя на развитие политических государственных отношений. Данный автор обращал внимание на судьбу отдельных членов политической элиты. У него есть достаточно подробное и полное описание социального статуса, функций, обязанностей и привилегий аристократии. Большое значение в процессе объединения русского государства придается внутрибоярскому соперничеству. Рассматривая приход к власти того или иного великого князя, С.М. Соловьев принимает во внимание и правящую группу, которая обычно его сопровождала. Политическая элита, с точки зрения ученого, являлась прежде всего важным

8 Карамзин Н.М. История государства Российского. Т.5. М., 1993. С. 365.

9 Соловьев С.М. Сочинения в 18 кн. Кн. 3. М., 1995. С. 85-102. дополнительным инструментом московского государя, помогая ему решать насущные государственные проблемы. При рассмотрении событий, касающихся княжеско-боярской корпорации, основное внимание им уделялось представителям фактически всех княжеств Северо-Восточной Руси. У него представлены события по вхождению Ростово-Суздальского княжества в состав

Московского, приведена история с боярином Василием Румянцем и присоединением Нижнего Новгорода, также описаны события, касающиеся московского боярства - история Семена Морозова и И.В. Всеволожского.10

Большое внимание С.М. Соловьев оказывал политике московских правителей в отношении удельных и служилых князей. При этом он рассматривал их в качестве единой корпорации, естественным образом стремившейся под покровительство московского князя. Московская элита являлась для него высшим слоем общерусской знати. Из изменения характера государственных задач С.М. Соловьев выводил процесс трансформации аристократии11. В истории становления русской государственности, по его мнению, самую значительную роль играл военный фактор: «Государство бедное, мало населенное и должно содержать большое войско - отмечал историк, - для защиты растянутых на длиннейшем протяжении и открытых границ. Понятно, что здесь мы должны встретиться с обычным в земледельческих государствах явлением: вооруженное сословие, войско, не имея денег вследствие промышленной и торговой неразвитости, раздает военным служилым людям 12 земли» . В очерке царствования Ивана IV историк возвращался к своей излюбленной теме борьбы «государственных начал» и родового быта. Он первым увидел в возникшем Российском государстве продукт борьбы родовых и частновладельческих тенденций, которые проявлялись в соперничестве «вечевых» и «княжеских» городов. С.М. Соловьев настаивал на прогрессивности вытеснения родовых отношений собственно государственными. От Рюрика до Андрея Боголюбского, по его оценке, Русь

10 Там же. С. 110-145.

11 Там же. кн. 18. С. 19.

12Там же. С. 20. составляла «нераздельную собственность» правящего княжеского рода. От правления Ивана III вплоть до конца XVI в. происходило поэтапное возобладание государственных отношений над родовыми. В отличие от Н.М. Карамзина, считавшего самодержавие исконным свойством русского государства, он связывает этот особый институт власти с оседлостью княжеских линий, с появлением наследного владения землей. Этот исходный тезис его авторской концепции русской истории позже дал начало теориям происхождения московской элиты у более поздних исследователей. В своих исследованиях С.М. Соловьев сравнивал российскую историю с западноевропейской. Даже титул боярина у него происходит от европейского «барон». На Руси, как и в Западной Европе, по его мнению, произошло завоевание местного населения извне. Однако на Руси завоеватели-варяги превратились в собственников не сразу, они стали землевладельцами лишь к XV в. Зарождение же «общей сословной связи» произошло и вовсе только к XVIII в.

Основная заслуга этого ученого состоит в том, что он впервые систематически проработал архивы XVII-XVIII вв., которые до него так глубоко не изучались. Тексты летописей являются для него базовым источником при описании событий вплоть до конца XV в. Ссылки на неопубликованные документы у С.М. Соловьева встречаются вообще сравнительно редко. В своей работе он использовал по преимуществу опубликованные источники. При освещении событий русской истории с XVI века фигурируют сведения из рукописей: «Сказания.» Андрея Курбского, Судебника 1550 г., Разрядных книг и списков. С.М. Соловьев сопоставлял тексты различных летописей с целью выявления различий при описании ими одних и тех же фактов. Несмотря на то, что он намного шире, чем его предшественники, привлекал актовые материалы, в достаточной мере аргументировать политическую позицию удельных князей и бояр исключительно вотчинными мотивами ему не удалось.13

13 Там же. Кн. 1. С. 55-59, Кн. 3. С. 57-60,704-707.

В созданной С.М. Соловьевым исторической традиции работал А.В. Экземплярский. Он рассматривал историю титулованной знати в составе Московского государства вплоть до начала XVI в., создавая картину подчиненного статуса удельных и служилых князей (в основном Рюриковичей) при дворе великого князя14. В его работе анализировались судьбы крупнейших княжеских линий. Сам исторический процесс, согласно концепции данного автора, складывается из результатов деятельности князей после их перехода на московскую службу. Однако при этом историк не оставлял без внимания связь князей со своими фамильными вотчинами. В основу его трудов легли данные, почерпнутые из личных дворянских архивов, которые сохранились до середины XIX в. Посредством их использования он ввел в научный оборот информацию, ранее недоступную предшественникам по историографии. Она отражала сложные судьбы большинства потомков дома Рюриковичей и некоторых других княжеских фамилий. Описывая историю отдельных князей, А.В. Экземплярский создал собственную картину исторического процесса, интересующего нас периода. Основным эталонным материалом для проверки данных дворянских архивов у него служат летописные свидетельства и актовые источники. Княжеская корпорация, в освещении этого историка, предстает перед читателем как структурированная пирамида, в которой самое главное место принадлежит московским князьям, а у подножия находятся потомки удельных Рюриковичей. Следуя логике используемых первоисточников, данный исследователь оставался в рамках задаваемого ими контекста. Так, княжеская элита у него рассматривается в связи с политическими событиями объединения русских земель. Экономическая и социальная составляющие у него остаются без должного внимания.

Крупнейший отечественный историк второй половины XIX - начала XX вв. В.О. Ключевский внес заметный вклад в изучение всего процесса политического объединения Северо-Восточной Руси. Развитие Московского

14 Экземплярский А.В. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период с 1228 по 1505 гг. М., 1998. княжества, как будущего центра единого государства, базировалось, по его мнению, на синхронном развитии двух процессов. Во-первых, московские правители, как обладатели великокняжеского титула, добивались значительных успехов в деле присоединения новых земель ; во-вторых, по мере расширения территории и распространения авторитета Москвы, изменялась в пользу московского великого князя и внутренняя ситуация. Результатом явилось превращение Московского княжества в единое государство, а его правителя - в единодержавного российского государя.15 Подобно С.М. Соловьеву, В.О. Ключевский рассматривал роль крупных вотчинников в качестве преграды на пути объединения страны. В этой связи особенно негативную роль историк придавал действиям удельных князей Московского дома. По его мнению, все «они крамольники, если не по природе, то по положению»16. Особое внимание исследователь уделял предкам современных ему правителей России -боярскому роду Захарьиных-Юрьевых, от которых произошла династия Романовых. Он подробно изучил генеалогию этого рода, выводя его от мурзы Чета17. В докторской диссертации он подчеркивал особую роль Боярской Думы в качестве «колеса, приводившего в движение весь правительственный

1 о механизм» . Материалы для исследования ученый брал из актовых источников, духовных и договорных грамот, царских и великокняжеских указов, актов делопроизводства государственных институтов. Он широко использовал историко-сравнительный и историко-юридический подходы при анализе роли московских бояр в системе административного управления и в Боярской думе, сначала в Московском княжестве, а затем и в российском государстве. В.О. Ключевский подробно рассматривал состав и функции этого института. Он приводит его персональный состав в различные периоды XVI в. Полномочия и влияние Боярской Думы, по его оценке, во многом определялись и изменялись благодаря её персональному составу. Например, в ней

15 Ключевский В.О. Сочинения в 9 тг. Т.З. М., 1988. С. 15-53.

16 Там же. С. 55.

17 Там же. С. 22.

18 Черепнин JI.B. Отечественные историки XVIII-XIX веков. М., 1984. С. 78. присутствовали представители Воротынских и Одоевских, которые практически были суверенными владельцами своих огромных вотчин. Роль Боярской Думы начинает ослабевать с приходом в неё многочисленных Оболенских. Состав политической элиты, её полномочия определяли характер административного устройства государства. В.О. Ключевский пишет: «Центральная администрация Московского государства долго носила на себе отпечаток пестроты частей, вошедших в состав его территории».19 Он рассматривал историю земельных владений крупных боярских родов, переход земли от одних их представителей к другим, постепенное перетекание значительных земельных ресурсов в руки монастырей. На примере ростовских бояр В.О. Ключевский изучал процесс включения региональных политических элит в состав московского государства. Историк анализировал формирование особого института «служилого князя на уделе». Появление в Москве представителей прежде независимых политических элит было одним из главных свидетельств непосредственного административного включения принадлежавших им территорий в состав общерусского государства. Здесь, по мнению В.О. Ключевского, следует искать корни опричнины, когда на смену единоличному правлению московского князя в небольшом княжестве пришло совместное правление великого князя (царя) и удельных князей в огромном государстве. При всем значении его трудов необходимо отметить, что историк недостаточно полно использовал генеалогический подход. Его интересовала только наиболее политически активная часть элиты, непосредственно влиявшая на принятие политических решений.

Проблему формирования боярства затрагивал С.Ф. Платонов. В своем описании Смуты он попытался дать анализ положения политической элиты Московского государства в конце XVI в. Основой для подобного экскурса служила информация, позаимствованная из летописных свидетельств, Синодиков и духовных грамот этого времени. Боярство понималось им как

19 Цит. по: Ключевский В. О. Боярская Дума Древней Руси. По издания 1902. [Электронный ресурс]//Режим доступа: http:www.allpravo.ru высшая социальная группа великорусского общества, являющаяся в XVI в. основной ведущей политической силой20. Поэтому царская власть стремилась не только ограничить, но и в своих интересах использовать её могущество. С.Ф. Платонов замечает, что аристократия была неоднородна, она разделялась на высший и низший слои. В общем объеме его работ тема боярства затрагивается сравнительно редко. Приводимые факты не позволяют составить целостного, комплексного представления о генезисе великорусской знати.

Проблемы экономического положения правящего слоя стали предметом внимания Г.А. Власьева. Он рассматривал процесс изменения правового статуса боярского землевладения по документам XIV-XVI вв.21 Отличительной чертой исследователя было то, что он в своем анализе исторического процесса не отдалялся от первоисточников, следуя их структуре. Труды этого исследователя внесли значительный вклад в понимание автором диссертации одной из отечественных историографических позиций в отношении русского средневекового землевладения.

Особой группой исследований, затрагивающих социальную сторону боярского статуса являются труды генеалогического характера. В

IIA дореволюционной историографии известны работы П.В. Долгорукова , П.Н. Петрова , а также С.В. Думина и П.Х. Гребельского . Все они приводят версии происхождения практически всех боярских, дворянских и княжеских родов Российской империи. Ими приводятся как истинные, так и недостоверные сведения, извлеченные из личных родословных источников. Например, версии происхождения Коновницыных от легендарного Ивана Гланда Кобылы, или Бестужевых от английского аристократа Беста и др. Работы перечисленных авторов помогают восполнить недостаток материала по социальному развитию

Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории. М., 2006. С. 7-10.

21 Власьев Г.А. Потомство Рюрика. Т.1. СПб., 1906-1917.

22 Долгорукий П. Российская родословная книга. В 2 ч. Спб., 1854.

23 История родов русского дворянства: В 2 кн. М., 1991.

24 Думин С.В., Гребельский П.Х. Дворянские роды Российской империи. Т. 2. Князья. СПб., 1995. московской элиты. Приводимые ими генеалогические данные дают почву для применения историко-генетического подхода.

Отдельную группу работ составляют исследования дореволюционных историков-компаративистов. Одним из крупнейших представителей этого направления по праву может считаться Н.П. Павлов-Сильванский. Он провел сравнение русского средневековья с западным феодализмом. На основании некоторых фактов из истории московской политической элиты он сделал вывод о её тождестве с западноевропейскими феодалами-землевладельцами25. При этом акцент делается на усиливавшиеся позиции дворянства, что позволяло ученому находить общие моменты в составе и развитии русского и западноевропейских государств. Н.П. Павлов-Сильванский одним из немногих обратил внимание на неоднородность процесса генезиса московского боярства. В своей работе, посвященной государевым служилым людям, он отмечает, что «в годы правления первых варяжских князей от земского боярства резко отличались бояре-дружинники. Земские бояре были по преимуществу славянского происхождения; княжеская дружина была до XI века преимущественно варяжской»26 Земские бояре именовались в летописях старейшинами и имели прочную связь с местным населением, а дружинники никакой связи с населением не имели и переезжали с место на место вместе со своим князем. Сломило этот порядок наступление раздробленности, когда князья осели в княжествах и бояре прикрепились не только к князю, но и к княжению. Однако ученый не развивает свою мысль далее, считая, что в Москве все бояре были служилыми землевладельцами. Процесс постепенного превращения московского боярства из вотчинного и служилого в преимущественно служилое им оставлен без внимания.

С позиций критического пересмотра официозной концепции «собирания земель», утвердившейся в историографии XLX в., выступил один из последних

Павлов-Сильванский Н.П. Государевы служилые люди. Люди кабальные. М., 2001. С. 4.

26 Там же. С. 4-5. представителей дореволюционной школы А.Е. Пресняков. Историк по-новому подошел к работе с источниками. По его мнению, прежде чем использовать конкретную информацию из духовных и договорных грамот князей, необходимо было сначала выяснить обстоятельства появления того или иного документа. Основной темой его исследований была внутренняя эволюция великокняжеской власти в XIV-XV вв. Непрерывный и по-своему органичный процесс объединения Северо-Восточной Руси А.Е. Пресняков называл

98 собиранием власти». В свете его концепции русское боярство и князья представляются историку как разрозненные группы, которые обретают свою корпоративную организацию только на службе у московского князя. По информации известных новгородских, псковских летописей, а также сохранившихся договорных актов между князьями и княжествами исследователь воссоздает собственную историческую картину жизни русского боярства, описывая конкретные случаи перехода бояр на службу к московскому князю. Подобно С.Ф. Платонову, этот историк уделяет большое внимание политической стороне проблемы развития российской аристократии, в меньшей степени экономике.

Отечественными учеными дореволюционного периода сделан значительный вклад в изучение заявленной темы исследования. Ими разработан и введен в оборот большой круг источников по данной проблематике, определены основные подходы к изучению формирования политической элиты русского государства. В то же время, ввиду особенностей используемой методологии, осталось множество нерешенных задач, касающихся освещения некоторых особенностей этого процесса.

В советский период исторические труды С.Б. Веселовского29 значительно продвинули изучение средневековой вотчины, эволюцию которой он рассматривал в неразрывной связи с политическими событиями. Ученый

27 Пресняков А.Е. Образование Великорусского государства. М., 1918.

28 Он же. Российские самодержцы. М., 1990. С. 300-339.

29 См: Веселовский С.Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. М., 1969; Он же. Исследования по истории опричнины. М., 1963; Он же. Род и предки А.С. Пушкина в истории. М., 1990 и др. существенно расширил источниковую базу и усовершенствовал методику изучения княжеско-боярской корпорации и её владений. Он широко применял данные генеалогии, доказал достоверность родословцев и установил политическую роль тех или иных представителей княжеско-боярской корпорации в событиях XTV-XV вв. Труды академика основаны на огромном конкретно-историческом материале. Автор проследил историю возникновения вотчин московского боярства в XIV в. В отличие от своих предшественников, он считал наиболее активными субъектами процесса политического объединения не князей, а представителей служилой части смешанной княжеско-боярской корпорации. По его данным политические аспекты роста Московского княжества были тесно связаны с периодами образования московского боярства.

Стремление знати к государственному объединению С.Б. Веселовский называл «естественным следствием его политической и социальной сущности».30 В его трактовке событий междоусобной войны в Московском княжестве Галицких князей одолел не Василий Темный, а боярская верхушка, опасавшаяся потерять лидирующие позиции и свои земли в случае их победы. В работах историка была затронута проблема развития средневекового землевладения в уделах, а также персональный состав их княжеских дворов. Он подробно исследовал генеалогию представителей политической элиты, рассматривал землевладения каждого боярского рода в XIV - XV вв., с генеалогических позиций освещал процесс появления служилой аристократии31. Он первым исследовал архивные хранилища духовных корпораций XIV - XVI вв. (монастырей Троице-Сергиева, Кирилло-Белозерского, Симонова и т.д.).

Монография С.Б. Веселовского, посвященная средневековому землевладению , содержит в себе большое количество обработанного материала, почерпнутого автором из различных актовых источников

Он же. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. М., 1969. С. 302.

31 Там же. " Он же. Феодальное землевладение в Северо-Восточной Руси. М., 1947. государства XIV - XVI вв. Его исследования по генеалогии боярских и княжеских родов основаны на мысли, что весь «класс» бояр составляли не конкретные лица или семьи, а целые роды. Разложение родовых отношений к XVII в. это основная черта процесса формирования служилого сословия. В правление Ивана Грозного уделы становятся привилегированными владениями и постепенно теряют признаки своей былой самостоятельности. С.Б. Веселовским исследованы такие важные источники как «Дворовая тетрадь» и «Тысячная книга» середины XVI в., где установлен состав двора в этот период. По материалам Синодика Ивана Грозного составлен список казненных. Установлены личности и социальная принадлежность около 400 человек и сделан вывод, что казнили в основном людей низшего дворянского слоя. С.Б. Веселовский в своих работах особое внимание уделял социальной стороне проблемы. Достаточно глубокое и полное описание боярских родов у него граничит с определенным отдалением от политической стороны вопроса.

Проблема образования единого Русского государства в XIV-XVI вв. была центральной темой в исследованиях JI.B. Черепнина. Историк проделал большую источниковедческую работу с материалами русских средневековых архивов. Он доказал, что в ходе централизации развитие поместного землевладения, постепенное вытеснение вотчинного принципа играли важную роль.34 В контексте эволюции политической элиты и государевой службы развитие поземельных отношений «перерастало те рамки, которые были поставлены строем политической раздробленности».35 Однако роль конкретных представителей политической элиты в объединении страны он оценивал по-разному. Так удельные князья московского дома противодействовали объединительной политике великого князя, стремясь сохранить за собой выгоды удельной системы. В годы междоусобной войны князь Юрий Дмитриевич и его сыновья возглавили партию сторонников раздробленности.

33 Он же. Очерки по истории служилых землевладельцев. М., 1969. С. 311.

34 Черепнин JI.B. Русские феодальные архивы XIV-XV вв. Ч. 2. М., 1951. С. 356.

35 Черепнин JI.B. Образование русского централизованного государства в XIV - XVII вв. М., 1960. С. 135.

На их стороне стояли удельнокняжеские слуги, а также представители консервативного слоя боярства, которых JI.B. Черепнин назвал «старыми л/ боярами». Данную концепцию долгое время разделяло большинство отечественных историков. JI.B. Черепнин в своих работах исследовал множество текстов редких документов. Так он проанализировал законодательные акты XTV-XV вв., такие как Судебник 1497 г., Двинская уставная грамота 1397 г., ранние попытки кодификации законодательства (например, «Судебник» Софьи Витовтовны). По материалам духовных, закладных, охранных и дарственных грамот JI.B. Черепнин установил различия в статусах боярской и княжеской вотчины. Изучая соотношение боярства с другими группами населения, историк разработал проблему иммунитета вотчин аристократии. В этом его исследование перекликается с работами С.Б. Веселовского, в которых приводится множество актов конца XIV - начала XVI вв. Рассматривая феодальное землевладение, С.Б. Веселовский считал иммунитет универсальным средством в отношениях знати с великим князем. Однако он не принимал во внимание изменения законодательства в отношении населения вотчины. Иммунитет выводился им из княжеского пожалования. В отличие от С.Б. Веселовского, JI.B. Черепнин считал, что тархан из основного признака крупной феодальной вотчины превращается в особую форму княжеского пожалования. Ученый использовал в своих работах историко-юридический подход к описанию исторических событий, а это дает возможность оценить правовую сторону процесса формирования политической элиты.

Работы JI.B. Черепнина позволяют четко обрисовать картину образования русского централизованного государства. Находясь в достаточно жестких рамках марксистской концепции исторического развития, историк, тем не менее, приводит множество неизвестных ранее исторических фактов. Его труды по разработке и изданию русских средневековых архивов позволили

36 Спорные вопросы истории феодальной земельной собственности в IX-XV вв. // Новосельцев А.П. Пашуто В.Т. Черепнин JI.B. Пути развития феодализма: (Закавказье, Средняя Азия, Русь, Прибалтика). М., 1972. использовать в проведении диссертационного исследования множество ранее недоступных первоисточников.

В послевоенный период в отечественной исторической науке образовалась новая генерация ученых-исследователей. Одним из её представителей явился А.А. Зимин. В его работах рассмотрена эволюция политической элиты Московского государства. Склонность к применению историко-генеалогического подхода позволила ему глубже подойти к позиции тех или иных представителей княжеско-боярской корпорации. Изучение удельнокняжеских дворов и характера княжеской оппозиции в годы междоусобной войны второй четверти XV в. помогло ему внести некоторые коррективы в разработанную ранее концепцию JI.B. Черепнина. С точки зрения А.А. Зимина, сторонники Галицких князей поддержали Юрия Дмитриевича и его сыновей не потому, что эти князья хотели возврата ко временам раздробленности, а, наоборот, потому что они стремились к объединению страны.37 Автор посвятил исследуемому периоду несколько работ. В них он рассматривает источниковую базу, состоящую из договорных, духовных грамот, исследует «Жития.» относящиеся к периоду конца XIV - XV вв. Рассматривая приход на службу к московскому князю представителей Голениных, Оболенских, Хованских он дает информацию для определения способа формирования политической элиты княжества из состава пришлой

38 знати.

Среди причин междоусобной войны А.А. Зимин на первое место ставит поведение боярства и служилых князей. Историк сравнивает положение политической элиты до и после междоусобной войны с последовательным анализом всех изменений. Он выявляет интересные подробности передела земельных ресурсов и способ их включения в московское княжество. В частности, на примере истории устюжских владений бояр Свибловых39, автор

37 Зимин А.А. Витязь на распутье: феодальная война в России в XV веке. М., 1991. С. 53.

38 Зимин А.А. Крупная феодальная вотчина и социально-политическая борьба в России (конец XV-XVI века). М., 1977. С.107.

39 Зимин А.А. Витязь на распутье. С. 14. делает вывод о том, что ход событий в борьбе Василия II с собственным дядей и двоюродными братьями зависел от позиции политической элиты40. Подводя итоги междоусобной войны первой половины XV в., А.А. Зимин отмечает перераспределение политических ресурсов элиты и, в частности, возвышение бояр Челядниных и Морозовых, а также суздальской знати. Этот историк, безусловно, сделал значительный вклад в изучение процесса эволюции московской элиты в XV-XVT вв.

Р.Г. Скрынников в своих работах делал акцент на проблеме влияния на царя представителей его ближайшего окружения41 Подробнейшим образом освещая эпоху правления Ивана IV, этот ученый рассматривает роль бояр Избранной Рады и ближайшего царского окружения в годы его юности. Особое внимание исследователь уделяет изучению законодательных и церковных памятников эпохи. Его работы основываются на данных Государева Родословца и постановлениях «Стоглавого» и земских соборов. Рассматривая опричные репрессии, Р.Г. Скрынников ориентируется на информацию из летописей и результаты собственного анализа церковных источников, синодиков и духовных грамот. Труды этого историка позволяют почерпнуть важную информацию относительно опричного периода и его влияния на состав княжеско-боярской корпорации.

В.И. Буганов исследовал институт местничества в русской истории. В своих работах он подробно анализирует причины и последствия его введения. На примере «Разрядных книг» и «Разрядных списков» рассмотрел его структуру, основные правила, роль местнических споров в изменении состава элиты.42 В другой его работе, посвященной народным восстаниям, также есть моменты, описывающие взаимоотношения боярства и прочих слоев общества, сделаны выводы о социальной роли бояр.43

40 Там же. С. 21.

41 Скрынников Р.Г. Иван Грозный и его время. М., 1983. С. 7-23.

42 Буганов В.И. Разрядные книги последней четверти XV- начала XVII вв. М., 1969.

43 Он же. Страницы летописи Москвы: Народные восстания XIV-XVIII веков. М., 1986. С. 86.

Этот историк сделал значительный вклад в изучение указанного периода. Им были исследованы и опубликованы разрядные списки, содержащие информацию по карьерному росту представителей княжеских и боярских фамилий. При этом, в анализе событий, у него проявляется нарочито «классовое» отношение к средневековому историческому процессу.

На основании первоисточников (летописей, жалованых и духовных грамот, архивов Челобитного, Казанского и других приказов, материалов судебных заседаний и др.) Д.Н. Алыпиц, делает попытку воссоздать события эпохи Ивана Грозного. Он осмысливает реформы Избранной Рады и показывает их явные связи с политическими целями А. Адашева.44 Исследователь описывает взаимоотношения ближайшего царского окружения и остальной политической элиты. Характером этих связей обусловливается соотношение результатов реформ и стремлений основной массы бояр и служилых князей.

В работах В.Б. Кобрина русское средневековье описывается через призму экономической истории. Он рассматривал статус аристократии посредством анализа положения боярской вотчины. В различные периоды истории России она играла особую роль в формировании её прав и обязанностей. В своих работах45, ученый выделял эволюцию средневекового землевладения, рассматривая присоединение новых земель как источник земли для вотчин. Он считает появление новых боярских должностей и званий результатом целенаправленной централизаторской политики государства. Происхождение феномена «боярин-князь», по его мнению, является результатом развития региональных корпораций.46 Историк рассматривает экономические факторы аристократического статуса. Это позволяет ему привлекать конкретные свидетельства изменения в положении политической элиты в государстве в XV-XVI вв. В своих работах В.Б. Кобрин использует множество источников,

44 Алыпиц Д.Н. Начало самодержавия в России. М., 1988.

45 См: Кобрин В.Б. Власть и собственность в средневековой России. М., 1985; Он же. Материалы генеалогии княжеско-боярской аристократии. М., 1995; Он же. Землевладельческие права княжат в XV - первой половине XVI вв. и процесс централизации на Руси. // История СССР. 1981. № 4. С. 33-49.

46 Он же. Власть и собственность в средневековой России. С. 13 8. включающих поземельные росписи, архивы Разрядного, Поместного и Челобитного приказов, богатый летописный материал.

Большой вклад в изучение проблемы русской политической элиты в XIV веке сделали исследователи истории Золотой Орды и евразийского пространства. Самым ярким представителем этой группы в советское время явился JI.H. Гумилев. В своих работах он рассматривал великорусскую и золотоордынскую политические элиты как единое целое, анализировал связи русских бояр и князей с монгольской и европейской элитой. Рассматривая роль служилой аристократии в процессе этногенеза, историк делал вывод о том, что боярство XTV-XV вв. представляло собой отдельный субэтнос в составе русского этноса. Так, JI.H. Гумилев закладывал теоретическую основу изучения политической элиты московского государства. В рамках своей оригинальной историософии он доказывал, что боярство и князья представляли собой отдельный слой, состоящий из наиболее пассионарных личностей. Это позволило им выступать в качестве правящей группы. Однако позже эта группа замкнулась в себе и поэтому превратилась в субэтнос, который считал власть и государеву службу одним из своих атрибутов47. Изменения в статусе боярства связываются JI.H. Гумилевым с прохождением фазы пассионарности. Его теория позволяет глубже взглянуть на процесс формирования элиты в рамках более широкого процесса формирования великорусской нации.

Крупным исследователем истории взаимоотношений золотоордынской знати и московской политической элиты был Г.А. Федоров-Давыдов. Он рассматривал обширный фактологический материал по истории взаимоотношений Золотой Орды и русских княжеств, формулировал вывод о

47 «Оппозицию политике Годунова составляли, с одной стороны, противники опричнины, а с другой - ее сторонники, но противники самого Годунова. Ведь в пассионарном субэтносе, а именно таким образованием было боярство XVI в., каждый пассионарий - враг всем другим пассионариям, и, поскольку они ему мешают, он без зазрения совести отталкивает их локтями. Борису Федоровичу, хотя и не без труда, удалось справиться со всеми своими противниками, и когда боярин Богдан Вельский попытался захватить власть на Москве и даже занял со своими холопами Кремль, изображая из себя регента, то Годунов нанес ему такой "толчок локтем", что Вельский оказался в ссылке на Нижней Волге» (Гумилев Л.Н. От Руси к России. М., 1988. С. 326.) том, что ордынские аристократы-темники не делали различий между своими и русскими аристократами. Отсюда непосредственное их участие (хан У луг-Мухаммед, мурза Бегич и др.) во внутриполитических событиях русских княжеств и ответное соучастие русских бояр и князей в интригах золотоордынского двора. Здесь прослеживается влияние восточных традиций Золотой Орды на формирование корпоративной морали, свойственной позже политической элите Москвы.

В.Н. Темушев рассмотрел и определил состав земель Московского княжества в XTV в., обстоятельства вхождения тех или иных территорий в состав формирующегося государства, проблему точного определения его границ.49 Здесь ученый не мог обойти стороной проблему принадлежности пограничных территорий указанного княжества и состава боярского землевладения на его окраинах. Он использует архивы Поместного приказа, данные писцовых книг и описей. Достоверность информации проверяется сравнительным и топонимическим способами. Отражение древних описей автор находит даже в административно-территориальном устройстве некоторых современных областей.

Представителями особого направления явились исследователи восточных корней устройства средневековых институтов Московского государства. Среди них выделяется С.А. Нефедов. Он проводит анализ боярских вотчин и сравнение русского и восточного институтов землевладения, подробным образом освещая процесс возникновения тарханов на Востоке, проводит параллели со средневековым русским иммунитетом.50

В.В. Трепавлов освещает процесс вхождения татарской знати в состав московской элиты, а также роль бывших татарских мурз и царевичей в

48 Федоров-Давыдов Г.А. Общественный строй Золотой Орды. М., 1973. С. 107.

49 Темушев В.Н. Юго-западные границы Владимиро-Суздальской Руси накануне образования Московского княжества. //Восточноевропейский археологический журнал. 2002. № 1. С. 3035.

50 С.А. Нефедов Новая интерпретация истории Монгольской Руси [Электронный ресурс]//Режим доступа: http://madrona.uraic.ru/elib/Authors/Nefedov/Science/Russia/ Mongoll.htm политической жизни Москвы. В работах данного автора освещены факты ассимиляции восточных аристократов в Московском княжестве. Им подробно описываются взятые из первоисточников свидетельства об учащающихся с XV века контактах между тюркской знатью и Москвой.51 Его труды послужили отправной точкой диссертации при создании общей картины вхождения татарской знати в состав московской элиты.

Р.Г. Безертинов описывает историю отдельных представителей Московского государства на фоне истории Казанского царства. В его работах прослеживаются взгляды татарских дипломатов на тех или иных представителей великорусской знати. Свои выводы относительно специфики отношений Москвы с Казанским ханством и Сараем он делает, опираясь на работы своих предшественников, в числе которых JI.H. Гумилев и Г.А. Федоров-Давыдов. Труд Р.Г. Безертинова52 ориентирован на то, чтобы оттенить мировую значимость татарской государственности. Автором используются татарскоязычные источники по истории Казанского ханства. Описана судьба отдельных аристократов, получивших известность сначала в Казани, а затем продолживших свою служебную карьеру в Москве.

Из современных исследователей указанного исторического периода конца XX начала XXI вв. выделяются Б.А. Воронцова-Вельяминов53, А.В. Андреев54, Г.В. Абрамович55, посвятившие свои работы изучению отдельных представителей боярских и княжеских родов. К ним также можно отнести Н.С. Борисова - исследователя изучавшего время царствования Ивана I и личность самого московского князя . В развитии этого направления большую роль играет Санкт-Петербургская историческая школа.

51 Трепавлов В.В. Тюркская знать в средневековой России. //Элита и этнос. Сб. Статей. М., 1995.

52 Безертинов Р.Г. Тюрки, татары: потрясатели Вселенной. Казань, 2003.

53 Воронцов-Вельяминов Б.А. Отмена института тысяцких и судьба Протасьевичей. // Вопросы истории. 1981. № 7. С. 167-169.

54 Андреев А.В. История власти в России. М., 2003.

55 Абрамович Г.В. Князья Шуйские и российский трон. Л., 1991.

56 Борисов Н.С. Иван Калита. М., 1997.

Следующим направлением в современной историографии можно считать работы, посвященные изучению источников данного периода. Вводя в научный оборот ранее неиспользуемые документы, А.В. Антонов и К.В. Баранов57 открывают новые аспекты исторического процесса в период образования и укрепления Русского государства. К этой же группе исследователей можно о отнести и В.А. Кучкина , который посвятил свою работу процессу формирования территории Московского княжества и вхождению в состав его владений других князей и боярства. Открытые этими историками источники позволили вовлечь в научный оборот ранее малоизученные исторические факты.

Проведенный историографический обзор показывает, что московской политической элите XIV-XVI вв. уделялось заметное внимание. Однако единый, комплексный подход к проблеме её формирования у большинства историков отсутствует. Исследователями изучен значительный круг источников, данная тематика подвергнута солидной концептуальной разработке, значительна и разнообразна использованная методологическая база. По результатам историографии данной темы можно сделать вывод, что проблема формирования московской элиты достаточно проработана для создания комплексного исследования с использованием уже наработанных концепций и современных теоретико-методологических построений.

Источниковая база диссертации достаточно обширна. Корпус используемых в исследовании источников позволяет воссоздать историческую картину генезиса московской политической элиты. Классификация источников составлена на основе линейно-циклической концепции JI.H. Пуппсарева.59 Предложенная им типология оригинальна в теоретико-методологическом отношении. Историографом выделены три основные систематические категории: тип, род, вид. Критерием (основанием деления) предлагается

57 Акты служилых землевладельцев. Сб. документов.//Сост. А.В. Антонов, К.В. Баранов. Т.1. М., 1997.

58 Кучкин В.А. Даниил Московский. // Мир истории. 2003. №4. С. 43-50.

59 См: Пушкарев JI.H. Классификация русских письменных источников по отечественной истории. М„ 1975. С. 250-267. способ кодирования содержащейся в источнике информации - результата воплощения и отображения действительности", семь типов исторических источников (вещественные, письменные, устные, этнографические, данные языка, кинофотодокументы, фонодокументы) и два типа переходных, являющихся одновременно источниками историческими и биологическими (данные антропологии), историческими и естественными (географическая среда). Письменные исторические источники делятся на рукописные или печатные источники на бумаге, пергаменте, папирусе и т.д. В свою очередь, этот тип делится на два рода - делопроизводственные (документальные) и повествовательные, что стало традиционным в отечественной истории с 60-х годов XX в. С точки зрения JI.H. Пушкарева, в первом случае меньше или совсем не говорится о том прошлом, которое совершилось до создания самого источника, но зато содержится гораздо больше различных фактов, сведений, черт и т.д., свидетельствующих о многообразном воплощении реальной исторической действительности в данном письменном источнике. Во втором случае, отображается и далекое прошлое в виде рассказа, предания (устного или письменного), и живого настоящего, ибо любой источник есть одновременно и исторический факт, тысячами нитей связанный со средой, временем и местом своего создания. Следовательно, в первом случае речь идет о документальных источниках (т.е. тех, которые сами по себе являются как бы документом, подтверждающим историческое настоящее, конечно по отношению ко времени его создания). Для дальнейшего деления родовых категорий письменных источников, помимо видов, используются и особые категории - "разряды" - например, картографические, статистические материалы в ряду документальных источников или художественные, собственно исторические, научные среди повествовательных источников. Далее выделяются виды и разновидности (например, карты и планы исторические, политические и экономические в картографическом разряде, исторические повести, хронографы, летописи - в историческом разряде). Для воспроизведения относительно полной системы письменных исторических источников использованы две формы типологического моделирования: циклическая и линейная (точнее - иерархическая). Циклическую модель, изображающую всю совокупность письменных источников в виде замкнутого круга, Л.Н.Пушкарев считает наиболее объективной графической формой, ибо она наглядно показывает условность деления письменных источников на роды, разряды и виды. Что касается линейной формы, то она представляет собой известное упрощение действительно существующих взаимосвязей между различными категориями письменных исторических источников. Главное, что циклическая система при ее развертывании в линейный ряд дает возможность представить всю совокупность источников в виде непрерывного ряда, переходящего в одном направлении (повествовательные) в исторические исследования, а в другом (документальные) - в изобразительные источники. Данная концепция, с точки зрения автора диссертации, позволяет достаточно полно классифицировать используемые архивные документы.

Важная информация содержится в памятниках законодательства изучаемого периода. Сюда включаются прежде всего такие документы, как Судебники Ивана П1 (1497г.) и Ивана IV (1550г.). Их статьи относительно княжеского и боярского суда, статуса путных бояр, положения относительно великокняжеских переписчиков, устанавливаемые ими нормативы относительно статуса боярских вотчин и их населения служат важнейшим источником для исследования. К документальным памятникам законодательного происхождения можно также отнести проект «Судебника» Софьи Витовтовны, отражающий стремления некоторой части старомосковского боярства перед началом междоусобной войны. Сюда же относится «Запись о душегубстве», устанавливавшая наместничества. Помимо вышеназванных источников законодательного характера в исследовании использовались документы, принятые на различных соборах. Это прежде всего «Государев Родословец», который содержит информацию по местническим связям, служит основой для генеалогического анализа и «Уложение о службе

Ивана IV», регламентирующее основные правила занятия высших государственных должностей.

Списки Поместного приказа60 принадлежат к актам документального характера, созданным для нужд упорядочивания административного управления. Их исследование с подробным указанием княжеских пожалований позволяет выявить роды, обладавшие наибольшими доходами от службы московскому князю. Также эти архивные материалы позволяют установить характер указанных пожалований, а, соответственно, и цели, которые ставил перед собой московский князь. Следует отметить, что большинство материалов, касающихся княжеских пожалований, поземельных и социально-правовых отношений в рассматриваемый период, сохранилось в виде списков, относящихся к XVII в., а также в форме личных дворянских архивов, содержащих информацию как о новых, так и о существовавших прежде владениях отдельного рода или фамилии.

Отдельной группой источников для решения задач диссертации являются материалы родословных росписей и разрядных книг. Это документальные источники служебно-генеалогического, статистического характера. Без привлечения содержащихся в них данных практически невозможно воссоздать историю формирования княжеско-боярской корпорации и определить способы рекрутирования политической элиты. Исключительным по своей важности документом по истории формирования политической элиты явилась «Разрядная книга», опубликованная под редакцией В.И. Буганова.61 В ней содержится подробная информация по карьерному росту и местническим отношениям значительной части представителей политической элиты Московского государства рассматриваемого периода. Она приводит важные местнические документы, такие как выдержки из «Государева Родословца», местнические памяти и др. Использование разрядной книги дало возможность проследить динамику качественных изменений в политической элите. На основании

60 РГАДА Ф. 1209. Столбцы по Дмитрову. Столбцы по Костроме. Списки 1685 г., 1630-45 гг.

61 Разрядная книга 1475-1595гг. М., 1966. данных этого источника составлены графики активности представителей княжеско-боярской корпорации, создана таблица государственных должностей, занимаемых знатью в различное время.

Родословия позволяют выяснить биографические данные, родственные связи представителей княжеско-боярской корпорации, находившейся на службе в Московском княжестве. Их происхождение было связано в том числе с необходимостью защитить свои вотчинные и карьерные интересы от посягательств других членов элиты. Самые ранние генеалогические записи устанавливали круг лиц родичей, претендовавших на наследование родовых вотчин или на право выкупа части вотчин, уходивших по разным причинам из рода. Наиболее ранний материал на эту тему, датированный 90-ми годами XV в., содержится в Родословце Типографской летописи.63 Более тщательное и многочисленное составление родословий происходило уже в 40-х - 50-х гг. XVI в. и сохранилось до нашего времени в таких источниках как Летописная, Румянцевская редакции родословных книг и Государев Родословец. Информация из этих источников невероятно ценна, однако и они предоставляют её неполностью, особенно в вопросах службы больших родов со множеством боковых ветвей. Существенные пробелы наблюдаются в отношении лиц, которые находились при дворах удельных князей. В имеющихся родословиях представители боярских родов указывались на службе в уделах только с 60-х - 70-х гг. XV в. Разрядные записи связаны с несением военной службы и выполнением военно-административных поручений боярами и князьями, служившими Москве.

Особыми по своей важности являются дошедшие до нас различные договорные, духовные, жалованые грамоты. Это - документальные источники, относящиеся к административно-управленческому разряду. На основе сведений о землевладении того или иного рода появляется возможность сделать выводы о его служебной активности в составе элиты. Здесь незаменимыми для

62

Родословия - записи, содержащие информацию о службе и генеалогических связях всех членов данного рода.

63 Полное собрание русских летописей. Т. 24. М., 1964. С. 122. исследователя документами служат жалование тарханно-несудимые грамоты и завещания вотчинников. Перечисленные в них вотчины и права их владельцев позволяют выявить модель правовых отношений в составе элиты княжества. Духовные грамоты позволяют проследить административно-территориальную структуру княжества и в тот или иной период, определить способы получения новых земель титулованной и нетитулованной знатью, обозначить источники появления крупнейших в стране вотчинников. При этом, духовные грамоты князей обычно сопровождались списком «послухов» из числа наиболее авторитетных княжеско-боярских слуг. Поэтому завещания являются важным источником ещё и для изучения персонального состава княжеских дворов. Льготные пожалования крупным светским вотчинникам в основном содержаться в иммунитетных грамотах. Их ценность не только в том, что они несут информацию о землевладельцах и их вотчинах, но и в отражении политических интересов великокняжеской власти. Собрание духовных и договорных грамот великих князей64 отражает процесс экономического объединения русских земель. Например, это используемые в документах формулы об охране торговли («путь чист без рубежа»), о принципе единства таможенного обложения. Эти документы рисуют процесс политического объединения частей государства, фиксируя иерархические отношения внутри группы князей, показывая историческую роль Москвы в процессе объединения. Они свидетельствуют о достаточной разработанности структуры русского средневекового права и культуре дипломатической службы.

В числе привлекаемых документальных свидетельств большая роль отведена материалам летописных сводов. Они являются письменными источниками повествовательного характера, относящимися к историческому разряду. Помимо этого, они являются важнейшим источником по политической

64 Договорные и духовные грамоты великих и удельных князей XTV -XVI вв. М-Л., 1950. истории. Обстоятельная характеристика летописных памятников дана в работах отечественных исследователей А.А. Шахматова, Я.С. Лурье, А.Н. Насонова.65

Летописи дали значительную часть фактического материала. Никоновская летопись содержит данные до середины XVI в. В ней довольно полно отражена история военных походов. Приводится информация по отдельным случаям награждений и опал бояр. Этот источник включает различные юридические акты: завещания, приказы, законы, содержащие наиболее доступную информацию для исследования. Постниковский и Пискаревский сборники летописаний содержат информацию по XVI в. Есть данные о судьбе отдельных представителей политической элиты. Это дает возможность проследить политику государства в отношении аристократии по судьбе отдельных родов.

В этих источниках представлены свидетельства об участии князей и боярства в военных операциях московских князей, об их поездках в Орду, упоминаются события из личной жизни наиболее значимых фигур элиты государства. С конца XIV в. появляется обширный материал по административно-хозяйственной деятельности московских бояр - их назначении наместниками, «путными» боярами, переписчиками населения в присоединяемых землях и т. д. Рассказ о междоусобной войне представлен как цельное повествование со множеством подробностей и большим перечнем действующих лиц, что позволяет с большой долей вероятности утверждать, что эти сообщения могли составлять непосредственные свидетели событий. Идейная основа великокняжеской версии событий междоусобной войны -борьба законного правителя Василия Васильевича с мятежными Галицкими князьями. Летописец Никоновской летописи не признает великокняжеского достоинства князей Юрия Дмитриевича и Дмитрия Шемяки даже в те годы, когда Василий II терял власть.66 Серьезной проверки требуют свидетельства летописи о том, что Василия Темного поддержали крупные вотчинники.

65 Шахматов А.А. Обозрение русских летописных сводов XIV-XVI веков. М., 1938; Лурье Я.С. Общерусские летописи XIV - XV веков. Л., 1976; Насонов А.Н. История русского летописания XI - начала XVIII веков. М., 1969.

66 Там же. С. 60-75.

Вторая версия междоусобной войны сохранилась в Софийской I летописи. Проявляя сочувствие к борьбе Галицких князей, летописцы признавали великокняжеское достоинство Юрия Дмитриевича и Дм. Шемяки. Софийская I летопись передает, что в 1434 г. Василий Васильевич «выехалъ вонъ из града Москвы», а князю Юрию «гражане же отвориша» ворота Москвы без боя. Таким образом, летописи - богатый источник по политической истории рассматриваемого периода.

В качестве дополнительных источников применялись письменные повествовательные источники личного происхождения. Например, это переписка Ивана IV с Андреем Курбским, содержащая информацию по установлению статуса политической элиты. Она явилась ценным первоисточником. Здесь прослеживаются основные тенденции развития государства. Приведены идеологические, теоретические основы государственной политики в отношении политической элиты.

Круг источников по рассматриваемому периоду достаточно обширен. Основным препятствием для работы исследователя явилась их труднодоступность, а также то, что часть материала, особенно относящегося к XIV в. до сих пор не обработана и не включена в научный оборот. Некоторые архивы по XV-XVI вв. не подвергались должному изучению, особенно Разрядные списки. Между тем они содержат важнейшую информацию по складыванию структуры московской элиты. В целом источниковая база позволяет ответить на поставленные в диссертации задачи.

Методологической базой исследования является современная теория элит (элитология), в которой основным является принцип разделения всех обществ на высшую и низшую части. Слово "элита" в переводе с французского означает "лучшее", "отборное", "избранное". В одном из своих трактовок этот термин относится к действительно лучшей, наиболее ценной для общества группе, стоящей над массами и призванной управлять ими. Такое понимание отражает реалии западноевропейского средневековья, элитой которого выступала

67 Полное собрание русских летописей. Т. 5. С. 266. феодальная аристократия. Соответственно, и аристократия - это "власть лучших". Политическая элита представляет собой меньшинство общества, которое принимает непосредственное участие в принятии и осуществлении решений, связанных с использованием государственной власти.

Интерпретации термина «элита» среди ученых различны, одни полагают, что подлинность элиты обеспечивается знатным происхождением, другие причисляют к этой категории самых богатых, третьи — наиболее одаренных. Считается, что вхождение в элиту — это функция личных заслуг и достоинств. Основоположники классической концепции элиты полагают, что для включения в неё прежде всего важны социальная среда, из которой вышел человек, а только потом личная симпатия или антипатия лидера.

В древности одним из первых по поводу понимания элиты высказался Платон. Он сравнивал политическое неравенство с качеством души, присущим тем или иным группам населения: «.Разумной части души, добродетель которой заключается в мудрости, соответствует сословие правителей-философов (это и есть элита); яростной части, добродетель которой проявляется в мужестве, — сословие воинов; низменной, вожделеющей части души, погрязшей в утехах и наслаждениях, соответствует сословие ремесленников и земледельцев.».68

Конфуций делил общество на «благородных мужей» (правящую элиту) и «низких людей» (простолюдинов) на основании их отношения к моральным заповедям. В соответствии с его теорией, соблюдение моральных норм давало право управлять.69

Все обоснования этого деления первоначально строились на различного рода религиозных, моральных и нравственных воззрениях, а первыми, кто построил концепцию элит на опыте наблюдения за реальными политическими событиями были представители итальянской школы политической социологии: Н. Макиавелли, Г. Моска, В. Парето, Ж. Сорель, Р. Михельс, Э. Дженнинг. Эту

68 Платон. Диалоги. М., 2005. С. 105.

69 Конфуций. Лунь Юй: Изречения. М., 2006. С. 22. школу иначе называют макиавеллистской, поскольку именно Н. Макиавелли выделил политику в качестве самостоятельной сферы общества, он одним из первых развил понятие гражданского общества, впервые применил слово «государство» для обозначения политической организации общества, в его трудах можно найти идеи разделения властей, предпосылки к парламентаризму. Он рассматривал государство, как результат взаимодействия различных

70 социальных сил. По его мнению, все основные конфликты разворачиваются между элитами: меньшинством, удерживающим власть, и меньшинством, идущим к власти. В обоснование теории элит, Н. Макиавелли выдвинул предположение о циклическом развитии государственных форм: демократия; олигархия; аристократия; монархия.

Более поздним последователем теории элит был Гаэтано Моска (1854 — 1941гг.). Он анализировал политическое господство на основе организационного подхода. «.Согласованно и единообразно действующие люди победят тысячу человек, между которыми нет согласия.».71 Доступ в политический класс предполагает наличие особых качеств и способностей. Самым важным критерием для отбора в элиту является способность управлять, наличие знаний о ментальности народа, его национального характера.

Вильфредо Парето (1848 — 1923гг.) придерживался несколько других взглядов в вопросе формирования и обоснования теории элиты. Он говорит о круговороте элит, об их постоянной смене. В. Парето называет историю кладбищем элит, то есть привилегированных меньшинств, которые борются, приходят к власти, пользуются этой властью, приходят в упадок и заменяются другими меньшинствами.72 Элиты имеют тенденцию к упадку, а «неэлиты» в свою очередь способны создать достойных преемников элитарным элементам.

Совершенно другое обоснование деления общества на пассивное большинство и правящее меньшинство предложил Роберт Михельс (1876 —

70 Вступление к книге Н. Макиавелли «Государь». Рассуждения о Тите Ливии. Спб., 1900. С.

8.

71

Моска Г. Правящий класс. /Пер. с англ. и примеч. Т.Н. Самсоновой. // Социологические исследования. 1994. № 12. С. 97-117. Вильфредо П. История - кладбище элит.//Политическая мысль. Пермь, 2000. С. 51.

1936 гг.). Массы не могут сами управлять делами общества, поэтому необходима организация, которая неизбежно поделит любую группу на властвующих и подвластных.73

В современной России как исследователь теории элит выделяется О.В.

ПА —

Крыпггановская . По её мнению, классическая теория элит Г. Моски - «элита-массы» является отражением концепции К. Маркса «собственники - рабочие». В составе элиты корпорация это не только организация, призванная выполнять определенные функции, но и способная вбирать капиталы своих создателей и членов. Также заметным отечественным исследователем-элитологом является Г.К. Ашин. Он обосновывает положения этой новой научной дисциплины и уделяет значительное внимание её исторической составляющей.75 Свой вклад в российскую науку внесли московские элитологи М.Н.Афанасьев, О.В. Гаман-Галутвина, и др., которые посвятили свои работы проблеме рекрутирования политической элиты.76 Известна ростовская школа элитологов, наиболее заметными в которой являются А.В. Понеделков, В.Г. Игнатьев, A.M. Старостин, которые занимались проблемой социального состава современной элиты и её образовательным уровнем.77

В представленном диссертационном исследовании теория элит применена в комплексном варианте. Все концепции базируются на вполне определённом представлении об обществе, как состоящем из двух непохожих частей - элиты, которая занимается управлением, и остальной части общества. Концепции элит

73 Михельс Р. Демократическая аристократия и аристократическая демократия.//Социологические исследования. 2000. № 1. С. 56-61.

74 Крыпггановская О.В. Современные концепции политической элиты и российская практика. // Мир России. 2004. № 4. С. 45-52.

75 Ашин Г.К. Элитология, ее политико-философский и политико-социологический аспекты. // Вестн. Рос. ун-та дружбы народов. Сер.: Философия. 1998. N 1. С.6-15.

76 См: Гаман-Голутвина. О.В. Бюрократия или олигархия.//Независимая газета. 2000. № 15. С. 3; Афанасьев М.Н. Правящие элиты и государственность посттоталитарной России (Курс лекций). Воронеж, 1996.

77 Ашин Г., Понеделков А., Игнатьев В., Старостин С. Основы политической элитологии. М.,1999. основоположников этой теории Г. Моски, В. Парето и Р. Михельса сходятся в

78 следующем :

1. Особые качества элиты, связанные с природными дарованиями и воспитанием и проявляющиеся в ее способности к управлению или хотя бы к борьбе за власть.

2. Групповая сплоченность элиты.

3. Признание элитарности любого общества, его неизбежного разделения на привилегированное властвующее творческое меньшинство и пассивное, нетворческое большинство.

4. Формирование и смена элит в ходе борьбы за власть.

5. Руководящая и господствующая роль элиты в обществе. Положению о политической элите созвучно учение об аристократии и аристократизме Н. Бердяева. По его мнению, аристократия является необходимой социальной группой, она символизирует собой правление лучших. «Аристократия, как управление и господство лучших, как требование качественного подбора, остается во веки веков высшим принципом

7Q общественной жизни.» . Рассматривая русскую аристократию, Н. Бердяев приходит к выводу, что общественное неравенство неизбежно и порождает её как одну из лучших групп общества. «В человеческом обществе должны быть такие, которым не нужно возвышать себя, которые свободны от неблагородных черт, связанных с самовозвышением. Права аристократии - права лл прирожденные, а не благоприобретенные». Она играет роль политической элиты и как «правление лучших» присутствует в любом обществе. Н. Бердяев отмечает, что генезис этой группы вытекает из особенностей её положения в обществе, в частности её стремление к превращению в касту. «Аристократизм есть сыновство, он предполагает связь с отцами. Не имеющие происхождения,

78 Самсонова Т.Н. Концепция "правящего класса" Г.Моски.//Социологические исследования. 1994. № 10. С. 176-187.

79 Бердяев Н. Философия неравенства. М., 1990. С. 124.

80 Там же. С. 128. не знающие своего отечества не могут быть аристократами». Конечный итог развития аристократии ведет к её исчезновению: «Аристократия в истории может падать и вырождаться, она обычно падает и вырождается. Она имеет уклон к образованию касты. Она начинает противопоставлять себя народу. Она изменяет своему назначению и вместо служения начинает требовать себе привилегии». Политической элитой Московского государства в XIV - XVI вв. являлся социальный слой, который составили представители групп боярства и князей, находившихся на службе у великого князя.

В исследовании используется общепринятая методика комплексного и критического анализа источников. В основу содержания диссертации были положены принципы историзма и системности. Содержание исследования построено в соответствии с проблемно-хронологическим подходом.

Значительные результаты дало применение историко-сравнительного метода. Сопоставление положения аристократии московского княжества и прочих русских территорий, сравнение великорусской элиты с литовской и татарской знатью позволяет определить её специфику и особенности.

В какой-то степени преодолеть недостаток информации помогает историко-генетический метод, когда на основе данных более позднего времени о у удается реконструировать отношения раннего . Дошедшие до нас письменные источники XTV-XVI вв. в своем большинстве включены в научный оборот и большей частью изданы. Объем сохранившихся источников по истории средневековой знати неравномерно отражает картину экономических, социальных и политических отношений в Московском княжестве. В части определения экономической базы правящего слоя историк сталкивается с определенной источниковедческой проблемой. Истоки возникновения вотчинных владений в Московском княжестве в XIV в. источниками не освещаются. Имеющийся архивный материал становится надежной базой

81 Там же. С. 129.

82

Кучкин В.А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в X-XIV вв. М.,1984. С. 116. только с конца XTV - начала XV вв., когда определенная система земельных отношений в Московском княжестве уже сложилась.

Для исследования Разрядных книг и информации по карьерному положению представителей крупных родов применялся метод графопостроения. Он помогал статистически обработать большое количество данных о княжеско-боярской службе. С помощью персонального компьютера в программе Microsoft Exel создавалась специальная база данных, основанная на информации из Разрядных книг, был проведен её анализ, составлены графики карьерной активности представителей княжеских и боярских родов. За основу брались 2 показателя - время и должность, которую занимал представитель рода. Если с временной шкалой всё было более менее понятно - данные ранжировались по возрастанию, то со шкалой должностей все обстояло иначе. При её формировании за основу брался принцип, что военная служба требовала большей активности, чем гражданская и ставилась несколько выше. При ранжировании должностей военной службы использовалось положение из Государева Родословца 1555 г. о порядке старшинства должностей в войске. Вне войска наместничество ставится выше воеводства, отчасти из-за того, что согласно Судебнику Ивана III, кормления предусматривались в основном для наместников, отчасти из-за того, что число наместничеств было намного меньше числа воеводств. Результаты применения данного метода содержатся в Приложениях №№ 1 и 2 к данному исследованию. С помощью использования указанного способа обработки информации удалось систематизировать и упорядочить данные по карьерному росту практически всех крупных родов, чьи представители составляли элиту государства на протяжении второй половины XV - XVI вв.

Вышеуказанные методы являются лишь необходимыми дополнениями. Решение задач, поставленных в диссертации, возможно на основе системного анализа комплекса источников по истории формирования политической элиты Московского княжества.

Объектом диссертационного исследования выступает политическая элита Московского княжества. Под боярами понимаются землевладельцы и слуги великого князя, отчасти являвшиеся потомками воинов старшей княжеской дружины, отчасти потомками пришлых аристократов из других земель. Они получали от великого князя за службу вотчины и составляли группу, которая имела непосредственное отношение к государственной власти, исполняя поручения великого князя. Будучи наместниками великого князя и военачальниками, они концентрировали в своих руках некоторый объем исполнительной и судебной власти. Обладая ресурсами своих вотчин, они являлись серьёзной силой в государстве, с которой вынужден был считаться великий князь. К концу XV в. политическая элита Москвы представляла собой корпоративную группу, которая имела внутреннюю структуру, определенную местничеством, и обладала сложившимся кругом полномочий в государстве. Боярские и княжеские роды послужили основой для формирования единой политической элиты России. В состав правящей группы вливались аристократии присоединяемых территорий. Основой был необычных для русских земель принцип личной преданности князю, поэтому эти люди по своему положению значительно отличались от бояр из других русских княжеств.

Предметом исследования является княжеско-боярская группировка формирующегося русского государства в XTV -XVI вв.

Хронологические рамки исследования охватывают период с начала XTV в. по 80-е гт. XVI в. Начальная дата исследования связана с появлением на московском престоле потомков Александра Невского - московских Даниловичей. Конечная дата определена завершением времени царствования Ивана IV, когда в основах определились пути рекрутирования политической элиты и был установлен её статус. В связи с необходимостью более углубленного изучения проблемы, автором были предприняты соответствующие хронологические экскурсы в более ранние и более поздние хронологические периоды.

Территориальные границы устанавливаются в пределах границ Московского государства вплоть до 80-х гг. XVI в.

Цель работы - изучение генезиса и эволюции политической элиты Московского княжества с точки зрения взаимодействия её служилого и вотчинного начал.

Для проведения исследования ставится несколько конкретных задач.

Во-первых, необходимо выяснить источники происхождения политической элиты Московского государства, её персональный и социальный состав. Возникновение московских землевладельцев и пути появления новых вотчинников.

Во-вторых, определить пути и методы, благодаря которым пришлые на Москве бояре и князья получали и закрепляли свой статус.

В-третьих, следует проследить карьерный рост представителей некоторых родов на княжеской службе, выявить основных фаворитов и аутсайдеров этого процесса.

И, наконец, четвертой задачей исследования является освещение процесса дополнения московской политической элиты привилегированными группами из других государств.

Новизной исследования является использование теории элит в качестве оригинального методологического подхода. Он позволяет получить результаты, показывающие московскую элиту в полном смысле уникальным образованием на фоне прочего русского боярства. Она послужила основой для формирования правящего слоя Московского царства. Применение методологического инструментария позволило выявить структуру и особенности процесса её формирования. В подобном ракурсе проблема рассматривается впервые, так как из общей группы «служилых землевладельцев» выделяется несколько категорий, рекрутированных в элиту по различным принципам. Рассматривается генезис только московской элиты, всё остальное русское боярство выделяется в качестве фона для сравнительного анализа. Использование метода графопостроения позволило по-новому взглянуть на w РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ БИБЛИОТЕКА статистическую информацию, приводимую в источниках и широко применить её при решении задач исследования.

Практической значимостью диссертации является возможность её применения в преподавании истории России на базе высшей школы и как отдельного элемента при создании спецкурса. Также полученные результаты могут быть использованы в качестве материала для преподавания истории отдельных регионов и отправной точкой в исследованиях, посвященных российской элите.

Структура работы состоит из введения четырех глав, заключения, списка литературы и приложений.

Заключение диссертации по теме "Отечественная история", Ткачук, Василий Анатольевич

Заключение

Процесс формирования политической элиты Московского княжества имеет сложную структуру. Создание княжеско-боярской корпорации, ставшей неотъемлемой часть Московского царства было длительным процессом. С исторической точки зрения выделяется период XIV - до конца первой трети XVI вв., когда были заложены в основных чертах принципы создания этой группы.

Основой, образовывающей московскую княжеско-боярскую корпорацию, служит её происхождение и социальная структура. В процессе формирования последняя претерпела значительные изменения. Как показывают приведенные версии происхождения различных боярских и княжеских родов, московская элита образовывалась на основе выходцев из прочих русских княжеств, а также других выходцев из европейских и азиатских государств. Практически все пришлые слуги московского князя обладали заметными ресурсами: часть из них имели собственные дружины, другая часть обладала мощными доходами собственных родовых вотчин, а третьи славились давней и верной службой потомкам Александра Невского. В ходе формирования отдельной корпорации все эти группы пришлой знати значительно видоизменились. Исчезли прежние родовые вотчины, приобретя статус пожалований. Некоторые боярские фамилии утратили право на статус самостоятельных военачальников, превратившись в воевод московского князя. Были выработаны единые стандарты для вхождения с состав корпорации. Одной из главных особенностей процесса её формирования было деление на два основных этапа.

1) Формирование группы старомосковской знати. Московские князья создавали совершенно новую для русских земель, особую группу московских бояр. На этом этапе впервые применялись оригинальные принципы её устройства. Успешное апробирование разработанных методов создания собственной политической элиты (доминирование служебного принципа её рекрутирования, создание её трехуровневой структуры и т.д.) позволило этим правителям расширять свое влияние в русских землях. События междоусобной войны показали, что к середине XV в. все московские бояре строили свое благополучие не только на вотчине, но и на основе службы.

2) Вторым этапом создания московской княжеско-боярской корпорации явилась ассимиляция потомков бывших самостоятельных князей, попавших в Москву в результате расширения княжества. Доказавшая в ходе междоусобной войны свою надежность система образования собственной политической элиты продолжала развиваться. Способы ассимиляции пришлых князей и бояр в Московском княжестве XV в. в значительной мере повлияли на её структуру. Появился институт служилого князя на уделе. Великокняжеской властью был опробован путь наделения служилых князей уделами на основе пожалования. Власть московского князя в русских землях поднялась на недосягаемую высоту. В составе московской элиты появился слой служащих князей.

Социальная составляющая формирования московской княжеско-боярской корпорации оказала значительное влияние на её структуру. В ходе ассимиляции различных её составляющих (выходцев из других русских княжеств, Орды, Литвы) была определена оригинальная социальная структура и апробированы основные методы управления.

Политическая составляющая процесса формирования московской элиты позволяет определить пути и методы закрепления статуса её представителей в государстве. Набор политических прав и обязанностей этой знати в различные периоды её существования был различен. При характеристике её положения следует выделить два основных периода. Во-первых, это период нетитулованной элиты. До середины XV в. состав московской политической элиты был составлен в основном из представителей нетитулованных княжеских слуг. Переходившие на службу к московскому князю боярские роды не имели княжеских титулов и были княжескими слугами всегда. На этом этапе особенности функционирования московской боярской корпорации не выходили за рамки княжества. В Москве был боярский корпус, во главе которого стоял великий князь. Самым главным отличием московских аристократов от боярства прочих русских земель было то, что они могли получить статус «путного» боярина, а вместе с ним и уникальные властные полномочия ордынского сборщика налогов в русских землях. Данный период подошел к своему логическому завершению после того, как начался активный территориальный рост Московского княжества и в него попали князья.

Второй период формирования московской политической элиты характеризуется как период титулованной знати. В Московское княжество попадает большое количество князей. Они, в отличие от прежнего, нетитулованного боярства, слугами других правителей никогда не являлись. Московские князья поначалу не допускают эту знать к выполнению государственных обязанностей. Однако со временем, по мере того, как князья меняют свои уделы на пожалованные вотчины и поместья, их начинают допускать ко двору великого князя. Прежнее старомосковское боярство практически полностью отходит на задний план. Его представители попадают на второй и третий уровни элиты. Новая титулованная знать активно стремиться к боярскому чину и получению статуса постоянного слуги московского князя. Появляется местничество, как инструмент возвышения родовитых членов княжеско-боярской корпорации. С появлением слоя титулованной элиты московский великий князь получает в свое распоряжение элиту как мощную военно-административную машину, которая обеспечивает достаточную поддержку для создания собственного независимого государства.

Одной из основ существования и рекрутирования московской княжеско-боярской корпорации была экономическая сторона. Источники экономического благополучия московской аристократии разделяются на вотчинные и служебные. Относительно первых наблюдаются несколько параллельных процессов. Во-первых, постепенное превращение родовых владений слуг московского князя в пожалованные вотчины. Попадавшие в Москву родовые земли составляли особый корпус земель в составе княжества. На протяжении всего рассматриваемого периода происходил процесс утраты вотчинниками своих наследственных прав. Во-вторых, происходил процесс непрерывного образования пожалованных вотчин. Пришлые бояре и князья наделялись московским князем вотчинами в обмен на службу. Результатом этой политики стала зависимость вотчинника от службы. Положение родовых и пожалованных вотчин постепенно сближается. Не известно ни одного случая, когда территория Московского княжества уменьшалась за счет перехода вотчин под покровительство другого князя. В качестве экономического ресурса княжеско-боярской корпорации служба тесно переплетается с вотчиной. В отношении этого ресурса наблюдается единственный процесс - роль службы в княжестве неуклонно возрастает. Это происходит благодаря тому, что: 1) в Московское княжество попадает большое количество бояр и князей именно в качестве новых великокняжеских слуг; 2) родовые боярские и княжеские вотчины превращаются в пожалованные. Таким образом, все земельные владения московской аристократии постепенно приобретают статус пожалований. Этот процесс происходит непрерывно на протяжении всего рассматриваемого периода.

Изучение развития московской княжеско-боярской корпорации во второй половине XVI в. показало, что к этому моменту в ней стал доминировать служилый принцип. Карьерный рост стал одним из главных показателей процветания фамилии. Полунезависимые удельные властители исчезают, на их место приходит новый тип служилого князя. Состав корпорации структурируется, образуется три устойчивых слоя. Эти слои закрепляются, представители высшего слоя получают боярский чин. Персоналии из числа элиты четко прописывается в великокняжеских и царских документах. Московская знать получает нормативы собственного формирования. Местничество становится для неё одним из основных связующих факторов. На основе службы прежняя родовая сплоченность рядов московской элиты постепенно теряет свое значение, в ходе социальных потрясений XVI в. в её составе оказываются представители новых незнатных родов.

Показательным примером может служить включение представителей татарской знати в состав московской политической элиты. Она не могла похвастаться давностью службы московским князьям, большинство из них не могло гордиться и знатностью рода. Языковые и культурные барьеры затрудняли их ассимиляцию на Москве. Однако, татарская элита в XVI в. успешно дополнила состав московской княжеско-боярской корпорации, показав, что служилый принцип окончательно восторжествовал в качестве основы организации московской элиты, таким образом, к концу XVI в. был налажен механизм социальной мобильности. В состав высшего слоя элиты стали попадать новые люди.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Ткачук, Василий Анатольевич, 2007 год

1. Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. Спб., 1841.

2. Акты служилых землевладельцев//Сб. документов, сост. А.В. Антонов, К.В. Баранов. T.l. М., 1997.

3. Акты социально-экономической истории конца XIV начала XV веков. В 3 тт. Т. 1.М., 1958.

4. Акты социально-экономической истории конца XTV начала XV веков. В 3 тт. Т.З. М., 1964.

5. Акты феодального земельного хозяйствования. Ч. 1. М., 1951; 4.2. М., 1956.

6. Договорные и духовные грамоты великих и удельных князей XTV XVI веков//ред. JI.B. Черепнин. M-JL, 1950.

7. Древнерусские княжеские уставы XI-XV вв.//ред. JI.B. Черепнин. М., 1976.

8. Отечественное законодательство XI-XX веков. Т. 1. М., 2003.

9. Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским//ред. Лурье. М., 1981. ю. Писцовые материалы Ярославского уезда XVI века//сост. В.Ю. Беликов,

10. С.С. Ермолаев Е.И. Колычева. Спб., 1999. и. Полное собрание русских летописей. Т. 25. М., 1967.

11. Полное собрание русских летописей. Т. 13. М., 1965.

12. Полное собрание русских летописей. Т. 1. М.,1998. и. Полное собрание русских летописей. Т. 10. М., 1966.

13. Полное собрание русских летописей. Т. 13. М., 1980.

14. Разрядная книга 1475- 1597 гг.//ред. В.И. Буганов. М.,1966.

15. РГАДА Ф. 1209. Столбцы по Дмитрову. № 236/38937. Л. 173,174. Список 1685 г.is. РГАДА Ф. 1209. Столбцы по Костроме. № 1389/29384. б/п (на 6 л.). Список 1630-50-х гг.

16. Родословная книга. //ВОИДР. Кн.Х. М., 1851.1. Литература

17. Алыпиц Д.Н. Начало самодержавия в России. М., 1988.

18. Андреев А.Р. Подхватившие щит: митрополит московский и всея Руси Алексий, князь Владимир Андреевич Серпуховский. М., 1999.

19. Безертинов Р.Г. Тюрки, татары потрясатели Вселенной. Казань., 2003.

20. Бердяев Н. Философия неравенства. М., 1990.

21. Березин И.Н. Очерк внутреннего устройства улуса Джучиева в 8 тт. М., 1864.

22. Буганов В.И. Разрядные книги последней четверти XV начала XVII веков. М., 1962.

23. Буганов В.И. Страницы летописи Москвы: народные восстания XTV-XVIII веков. М., 1986.

24. Булычев А. А. Потомки "мужа честна" Ратши: генеалогия дворян Каменских, Курицыных и Волковых- Курицыных. М., 1994.

25. Бычкова М.Е. Родословные книги XVI-XVII вв. как исторический источник. М., 1975.

26. Бычкова М.Е. Состав класса феодалов в России XVI в. М., 1986.

27. Веселовский С.Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. М., 1969.

28. Веселовский С.Б. Исследования по истории опричнины. М., 1963.

29. Веселовский С.Б. Ономастикон. Древнерусские имена, прозвища и фамилии. М., 1974.

30. Веселовский С. Б. Род и предки А.С. Пушкина в истории. М., 1990.

31. Власьев Г.А. Потомство Рюрика. Т.1. СПб., 1906-1917.

32. Воронцов-Вельяминов Б.А. Отмена института тысяцких и судьба Протасьевичей//Вопросы истории. 1981. № 7. С. 167-169.

33. Греков И.Б. Восточная Европа и упадок Золотой Орды. М., 1975.

34. Греков И.Б., Шахмагонов Ф.Ф. Мир истории: русские земли в 13-15 веках. М. 1988.

35. Гримберг Ф.Л. Рюриковичи и семисотлетие «вечных вопросов». М., 1997.

36. Горский А.А. Москва и Орда. М., 2000.

37. Гумилев Л.Н. От Руси к России. М., 1988.

38. Долгорукий П. Российская родословная книга. В 2 ч. Спб., 1854 г.

39. Думин С.В., Гребельский П.Х. Дворянские роды Российской империи. Т. 2. Князья. СПб., 1995.

40. Зимин А.А. Витязь на распутье: феодальная война в России в XV веке. М., 1991.

41. Зимин А.А. Крупная феодальная вотчина и социально-политическая борьба в России (конец XV-XVI века). М., 1977.

42. Зимин А.А. Состав Боярской Думы в XV-XVI веках. М.,1988.

43. Зимин А.А. Формирование боярской аристократии во второй половине

44. XV первой трети XVI веков. М., 1988.

45. История родов русского дворянства: в 2 кн.//сост. П.Н. Петров. М., 1991.

46. История татарского народа и Татарстана в федеральных учебниках//«Магариф». 2001. С. .54-56.

47. Карамзин Н.М. История государства Россиийского в 8 гг. Т. 3-5. М., 1993.

48. Ключевский В.О. Сочинения в 9гг. Т. 2-6. М., 1988.

49. Кобрин В.Б. Власть и собственность в средневековой России. М.,1985.

50. Кобрин В.Б. Власть и собственность в средневековой России. М., 1989.

51. Кобрин В.Б. Землевладельческие права княжат в XV первой половине

52. XVI века и процесс централизации Руси.//История СССР. 1981. № 4. С. 33-49.

53. Кобрин В.Б. К вопросу о репрезентативности источников по истории феодального землевладения в русском государстве XV XVI веков.// Источниковедение отечественной истории .//Сб. статей. Вып. 1. М., 1973.55.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 261606