Нигилизм радикальной интеллигенции России в ее идеологии и практической деятельности :70-е годы XVIII - 70-е годы XIX веков тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.02, кандидат исторических наук Возилов, Владимир Владимирович

Диссертация и автореферат на тему «Нигилизм радикальной интеллигенции России в ее идеологии и практической деятельности :70-е годы XVIII - 70-е годы XIX веков». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 88296
Год: 
2000
Автор научной работы: 
Возилов, Владимир Владимирович
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Иваново
Код cпециальности ВАК: 
07.00.02
Специальность: 
Отечественная история
Количество cтраниц: 
228

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Возилов, Владимир Владимирович

Введение

Глава 1. Дворянская интеллигенция и становление политического нигилизма в конце XVIII - первой четверти XIX веков

§ 1. Русская либерально-западническая интеллигенция конца

XVIII века и идеология Просвещения

§ 2. Нигилизм в идеологии и практике радикального крыла декабристской интеллигенции

Глава 2. Распространение нигилистических умонастроений среди радикальной интеллигенции 30-50-х годов XIX века

§ I. Особенности нигилизма радикальной интеллигенции 30-х годов XIX века

§ 2, Усиление распространения нигилистических умонастроений в среде радикальной интеллигенции 40-50-х годов

XIX века

Глава 3. Разночинская интеллигенция и нигилистическое движение 60-70-х годов XIX века

§ I. Нигилизм 60-х годов как идейная база русской радикальной интеллигенции

§ 2. Революционное движение 70-х годов XIX века: реализация нигилистического мировоззрения в практике революционной борьбы

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Нигилизм радикальной интеллигенции России в ее идеологии и практической деятельности :70-е годы XVIII - 70-е годы XIX веков"

Актуальность т-sim ^(Спад-ованЕя, Обращение к теме «нигилизм радикальной интеллигенции» диктуется особенностями периода, который в настоящее время переживает российское общество. Нигилизм как и всякое иное негативное явление наиболее ярко проявляется в кризисные, переломные моменты исторического развития. Окружающая нас действительность полна примеров нигилистического мироотношения, проявляющихся на индивидуально-групповом уровне. Это следствие как процессов глобального характера, так и тех изменений, которые происходят в нашей стране.

Проблемы истории и современного положения российской интеллигенции становятся в последние годы одним из самых перспективных направлений отечественной науки. Этому способствует место интеллигенции в современном мире. В конце XX века она играет ведущую роль в определении перспектив развития страны, выборе дальнейшего пути народа, постановке ценностных ориентиров. Поскольку интеллигенция - группа людей, профессионально занимающаяся умственным трудом, она не является неким монолитом. Интеллигенция разделена по со-словно-классо.вым, историко-культурным, национальным, идейно-политическим признакам. Важной составной частью русской интеллигенции XIX - XX веков выступает радикальная интеллигенция. Она, как правило, стоит во главе социального протеста народных масс, предлагает им новые идеалы.

Деятельность радикальной интеллигенции была важна не только для российской политической практики XIX - начала XX веков. Не менее актуальную роль она играет и в современной общественно-политической жизни. О росте политического, религиозного, национального и даже экологического радикализма свидетельствуют многочисленные факты. Причиной распространения нигилистического мировоззрения становятся, с одной стороны, глобальные общечеловеческие процессы. Как известно, особое внимание современные зарубежные и отечественные исследователи уделяют общемировому кризису сознания, возможности заката европейской цивилизации, наступлению новых «средних веков», столкновению цивилизаций. С другой стороны, процессы социально-экономических, политических и идеологических изменений, происходящие в российском обществе, способствуют тому, что представители различных социальных слоев (от маргинализированных до высокообеспеченных) выступают носителями нигилистического мирочувствования. Одним из наиболее заметных распространителей подобного мирочувствования становится радикальная интеллигенция, которая в силу исторической традиции является выразителем недовольства простых людей.

Поэтому сейчас, когда российское общество находится в центре духовно-идеологии ее кого, хозяйственного и политического кризисов, оно особенно нуле дается в пристальном и детальном изучении такого исторического феномена как нигилизм рад и кальиой иuтел лигенци и.

Объект Е©ол§доважкж. В центре внимания данной диссертации находится российская интеллигенция и как ее составная часть - российская радикальная интеллигенция. В отечественном интеллигентоведении, которое в последнее десятилетие начинает рассматриваться как самостоятельная отрасль научного знания1, существует множество определений того, что есть интеллигенция. Попытки их анализа предпринимались в отечественной историографии неоднократно2. В последние годы в отечественном интеллигентоведении все чаще встречаются определения интеллигенции, которые условно можно назвать «истори-ко-кулътурологическими», отмечающие место и роль интеллигенции в культуре общества^

Отечественная интеллигенция определяется диссертантом как социальная группа, существующая на всем протяжении истории народа, объединяющая людей, профессионально занимающихся умственным трудом, основным свойством которых является интеллигентность, т.е. образованность, понятливость, способность к саморефлексии. В ее функцию входит задача отвечать на духовные запросы, возникающие в сознании представителей иных социальных групп. Постоянное нахождение в поиске жизненных смыслов позволяет ей способствовать сплочению общества в разумной организации его жизнедеятельности, предлагать людям разнообразные духовно-идеологические, политические и технико-технологические идеи.

Для обобщения различных подходов в определении интеллигенции можно использовать методы системно-исторического анализа, который позволяет выделить три основных отряда ин

1 Меметов B.C. К первым итогам становления «интеллигентоведения» как самостоятельной отрасли научного знания //Актуальные проблемы историографии отечественной интеллигенции: Межвуз. респ. сб. науч. тр. Иваново, 1996. С. 3 - 14.

Из последних работ следует указать раздел «Историография» в книге А.Н. Севастьянова «Национал-капитализм» (М., 1997) и монографию О.Ю. Олейника «Советская интеллигенция в 30-е годы (теоретико-методологические и историографические аспекты)» (Иваново, 1997).

Данилов А.А., Меметов B.C. Интеллигенция провинции в истории-и культуре России. Иваново, 1997. С. 9; Олейник О.Ю. Интеллигенция и отечество: проблема патриотизма в советском обществе и российском зарубежье в 30-е годы XX века: Автореферат дне. .д-ра ист. наук. Иваново, 1998. С. 3 - 4; Севастьянов А.Н. Формирование русской интеллигенции в XVIII веке /Юн же. Указ. соч. С. 135. теллигенции в области культуры: духовно-идеологический (здесь можно выделить также три подотряда - религиозный, художественный и научный), политико-управленческий (отдельные представители политической элиты и бюрократии) и хозяйственно-управленческий1. В рамках представленного исследования особое внимание уделяется интеллигентам, работавшим в идеологической сфере, а также активным участникам политической жизни России 70-х годов XVIII - 70-х годов XIX веков.

Предает геслвдсв&НЕЯ. Предметом исследования в настоящей диссертации избран нигилизм радикальной интеллигенции России (70-е годы XVIII - 70-е годы XIX века). Для понимания сущности интеллигентского нигилизма этого периода проводится комплексный, междисциплинарный анализ идейно-теоретического наследия и практической деятельности разных поколений русской интеллигенции.

Рассматривая мировоззрение русской интеллигенции в теоретическом плане можно вычленить в нем, среди множества разнообразных идей, две основополагающих идеи, которые автор предлагает обозначить терминами «омнизм» и «нигилизм». Омнизм (от лат. omnia - всё) - есть практико-мировоззренческий принцип утверждения бытия в целом и основных его частей, всеобщая идея положительного отношения человека к миру. В противоположность ему нигилизм (от лат. niиiI - ничто) - практико-мировоззренческий принцип отрица

1 Отдельные попытки такого анализа можно обнаружить в работах советских исследователей (См.: Ерман J1.K. Интеллигенция в первой русской революции. М., 1966. С. 8; Ушаков А.В. Интеллигенция в России периода буржуазно-демократических революций: (Профессиональный и политический состав) //Революционное движение демократической интеллигенции России в период империализма. М., 1984. С. 7; Троепольская И.М. Интеллигенция как особая социальная общность в условиях буржуазного и социалистического общества и ее роль в реализации социального прогресса: Автореф. дис. .канд. филос. наук. М., 1974. С. 15). ния мира или существенных сторон человеческого бытия: государства, семьи, религии, морали и т.п. Большинство представителей интеллигенции как в практической жизни, так и в теории склонны утверждать бытие мира, признавать его познаваемость, сохранять и приумножать важнейшие ценности. Вместе с тем, в любой национальной культуре, во всякую историческую эпоху действуют отдельные индивиды и целые группы, исповедующие прямо противоположное, т.е. нигилистическое отношение к миру, обществу, государству и т.п.

Нигилизм и омнизм как мировоззренческие принципы оппозиционных отрядов российской интеллигенции (революционеров i и консерваторов) - феномены взаимосвязанные, поскольку представляют собой противоположные стороны диалектического противоречия, а следовательно, не могут существовать друг без друга. Однако, единство противоположностей есть единство взаимоисключающих частей, что определяет такой тип связи между сторонами диалектического противоречия как борьба противоположностей, которая лежит в основе процессов движения и развития. Таким образом, противостояние омнизма и нигилизма как главных идейных принципов двух больших групп российской интеллигенции - радикалов и традиционалистов - в идеологической и практико-политической сфере определяет процессы духовного и социально-политического развития общества. Это означает, что деятельность радикальной интеллигенции не всегда носит только отрицательный характер, напротив, ее работа необходима для провозглашения и утверждения нового социального идеала, к которому готова стремится определенная (а иногда и большая) часть общества.

Хрэне'ЛОГЕчаекЕб paifss ггсс-дедоБВ центре внимания в диссертации находится период российской истории, заключенный во временные рамки 70-х годов XVIII - 70-х годов XIX веков. Выбор столь продолжительного периода не случаен: необходимость широкого временного лага обусловлена целями и задачами исследования. Поскольку автор рассматривал вопросы эволюции нигилизма в мировоззрении радикальной интеллигенции, а также этапы политической дифференциации, сделать это на коротком этапе не представлялось возможным. Выбранный период может считаться завершающей фазой формирования русской интеллигенции как самостоятельной социальной группы. Именно в это время интеллигенция приобретает свое традиционное значение и влияние в общественно-политической жизни. Указанный хронологический период важен для истории радикальной интеллигенции, которая проделывает путь от зарождения до открытого столкновения с властью.

В целом исторический период 70-х годов XVIII - 70-х годов XIX веков представляет собой отдельный этап истории российской интеллигенции, внутри которого с конца 10-х годов XIX века можно выделить зарождение радикально!7 интеллигенции, а в 60-е годы XIX века - леворадикальной интеллигенции. Его изучение позволяет установить время появления различных отрядов интеллигенции и проследить развитие нигилизма как мировоззренческого принципа их радикальной части.

ТарритС'ржаяьЕые рамкм изоя^д&ваггшя определяются объектом и предметом исследования, а также хронологическими рамками. Поскольку в центре изучения диссертации находится радикальная интеллигенция России и нигилизм как ее практико-мировоззренческий принцип, а хронологическими рамками определены 70-е годы XVIII - 70-е годы XIX веков, следует признать, что в рассматриваемый период деятельность радикальной интеллигенции ограничивалась, как правило, пределами двух столиц, а отдельные ее лидеры (А.И. Герцен, Н.П. Огарев, B.C. Печерин, М.А. Бакунин, С.Г. Нечаев и другие) были вынуждены работать в эмиграции.

Это объясняется тем, что радикальные идеи, даже самые умеренные, в условиях цензуры и профессиональной работы органов политического сыска редко доходили до провинции. Кроме того, Петербург и Москва аккумулировали представителей интеллигенции, потенциально готовых перейти в лагерь радикалов. Тем не менее, отдельные примеры деятельности радикалов на местах можно встретить в 20-50-е годы XIX века, а с конца 60-х годов радикальные кружки все чаще образуются в провинции.

Ц§ли и исследования. Целью настоящей работы является изучение нигилизма российской радикальной интеллигенции 70-х годов XVIII - 70-х годов XIX веков, опирающееся на анализ творческого наследия ее представителей и их практической деятельности, в которых получили отражение различные уровни нигилистического мировоззрения: миропереживание как эмоционально-психическое чувствование мира, миропонимание как рационально-смысловое объяснение мира, мирооценка как субъективно-ценностное приятие или неприятие мира. Выявление в литературно-художественном, публицистическом и научно-философском наследии русской интеллигенции омнистиче-ских концепций или нигилистических идей позволяет более глубоко понять эволюцию данной социальной группы.

Основными задачами исследования являются: © выявить истоки нигилистического мировоззрения радикальной интеллигенции России; ® проследить эволюцию нигилистического мировоззрения российской радикальной интеллигенции; рассмотреть, каким образом идеологические установки радикальной интеллигенции претворялись в практике общественно-политической борьбы;

• определить этапы идейно-политического размежевания интеллигенции и установить время появления ее радикального и леворадикального отрядов;

• Заказать противостоящее нигилизму радикальной интеллигенции альтернативное омнистическое мировоззрение русских интеллигентов XVIII - XIX веков.

МетуДОЛ'О'Гичейкая ос-кова жйсжадоважжя. Методологическими принципами диссертации являются идеи классической диалектики, лежащие в основе современного системного анализа. Системно-исторический подход позволяет видеть объект и предмет исследования и их целостности (т.е. как определенную систему, состоящую из элементов, обладающих сущностными чертами, связей, объединяющих элементы в единое целое, структуры и функций), что в свою очередь является основой для использования главных принципов научно-исторического исследования - историзма (изучения предметов и явлений в конкретно-исторических условиях их становления и развития) и объективности (полноты, всесторонности изучения предмета).

Как отмечал Гегель в работе «Философия история», все существующие исторические работы можно разделить на три вида: а) первоначальная история, Ь) рефлективная история и с) философия истории1. Представленная работа является по своему характеру переходной от рефлективной истории к философии истории, т.е. от простого сознательного возвышения над эпохой к ее мыслящему рассмотрению.

1 Гегель. Философия истории. М.; JL, 1935. С. 3.

Hctg4ZSZ£ з$оя£Д0ваЕЖ£, 1. Официальные документы. В эту группу источников входят документы российских государственных органов. Сюда относятся правительственные манифесты, официальные записки руководителей государственных органов и их выступления. Автором использовалась делопроизводственная документация, касающаяся судебно-следственных действий властей против представителей революционного движения: материалы следствия по делу декабристов, материалы III Отделения, документы Департамента полиции (например, дело Департамента полиции об А.И. Герцене (ГА РФ. Ф. 9595. On. 1. Ед. хр. 1),объяснительная записка в Департамент полиции о покушении Д.В. Каракозова (ГА РФ. 9595. On. 1. Ед. хр. 3)). Материалы судебно-следственных органов интересны тем, что показывают, каким образом нигилистическая идеология радикальной интеллигенции получала отражение в их практической деятельности1.

В диссертации широко использовались документы и материалы радикальных кружков, общественных организаций и движений, политических партий. В данной группе источников основное внимание автор уделял программным документам указанных организаций, в которых нигилизм радикальной интеллигенции получал идеологическое обоснование. Автором анализировались программные документы, относящиеся к разным поколениям радикальной интеллигенции: декабристамРусская правда» П.И. Пестеля), петрашевцам (речь М.В. Буташевича-Петрашевского о социализме Фурье), революционерам-шестидесятникам (прокламация П.Г. Заичневского «Молодая

1 Восстание декабристов: Материалы: В 18 т. М.; Л., 1925-1984; Дело петрашевцев: В 3 т. М.; Л., 1937-1951; Революционное народничество 70-х годов XIX века: Сборник документов и материалов: В 2 т. М., 1964-1965.

Россия»), русским анархистам конца 60-х - начала 70-х годов («Наша программа» М.А. Бакунина, программная статья П.А. Кропоткина для кружка чайковцев «Должны ли мы заняться рассмотрением идеала будущего строя?» (ГА РФ. Ф.1129. Оп.1. Ед. хр. 360), «Катехизис революционера» С.Г. Нечаева), народническим организациям 70-х годов (программы «Земли и воли» (1878 г.), «Народной воли» (1879 г.) и «Черного передела» (1880 г.)). Изучение данного вида источников позволило представить, какие формы нигилизма присутствовали и какие общественные институты отрицались в идеологии разных поколений российской радикальной интеллигенции.

2. Периодическая печать. Данный источник следует разделить на две группы, в зависимости от идейно-политической ориентации печатных органов. Первая группа - газеты и журналы, выражающие позицию радикальной и леворадикальной интеллигенции. В диссертации были использованы материалы следующих российских и эмигрантских изданий: журналов «Вперед!», «Русское слово», «Современник» и газеты «Колокол». Вторая группа - газеты и журналы, выражающие точку зрения либеральной и консервативной интеллигенции', журналы «Вестник Европы», «Европеец» и «Русский вестник» и газет «Московские ведомости» и «Русский». Интерес к данной группе источников обусловлен не только тем, что периодическая печать была рупором различных идейно-политических отрядов интеллигенции и оказывала влияние на основную часть образованного общества, но и тем, что история русской журналистики отражает процессы, происходившие в среде русской интеллигенции.

3. Научно-философские, публицистические и литературно-худолсественные произведения представителей российской интеллигенции. Поскольку одной из главных задач данной диссертации является изучение нигилизма в идеологии (т.е. групповом мировоззрении) российской радикальной интеллигенции, произведения ее представителей составляют валснейишй комплекс источников работы. В них нашли прямое отражение идейно-политические и нравственные установки радикальной интеллигенции. Анализ творческого наследия русских радикалов позволяет более глубоко понять характер их политического нигилизма, найти истоки данного явления, указать конкретные проявления в общественной борьбе. Следует подчеркнуть, что в нашей стране, как в дореволюционный, так и в советский период, активно осуществлялась публикация произведений деятелей революционного движения1. Стремясь к всестороннему изучению предмета исследования, автор обратился к архивным материалам, касающимся нигилизма русской радикальной интеллигенции. В Государственном архиве Российской Федерации им были изучены фонды П.Л. Лаврова (его заметки о русском политическом нигилизме)" и П.А. Кропоткина (его статья о нигилиз-ме)"\Так, статья П.А. Кропоткина представляет собой одну из наиболее цельных попыток показать, что такое революционный нигилизм радикальной интеллигенции. Он рассматривает всю деятельность русских революционеров второй половины XIX века (от Н.А. Добролюбова до покушения народовольцев на

1 Бакунин М.А. Избр. соч.: В 5 т. Пг.; М., 1919-1921; Он же. Собр. соч. и писем: В 4 т. М., 1934-1935; Белинский В.Г. Полн. собр. соч.: В 13 т. М, 1953-1959; Герцен А.И. Собр. соч.: В 30 т. М„ 1954-1966; Добролюбов Н.А. Собр. соч.: В 9 т. М.; Л., 1961-1964; Кропоткин П.А. Соч.: В 7 т. СПб., 1906-1907; Лавров П.Л. Избр. соч. на социально-политические темы: В 4 т. М., 1934-1935; Он же. Философия и социология. Избр. произв.: В 2 т. М., 1965; Михайловский Н.К. Полн. собр. соч.: Т. 1-8, 10. СПб., 1905; Огарев Н.П. Избр. социально-политические и философские произведения: В 2 т. М., 1952-1956; Писарев Д.И. Полн. собр. соч.: В 6 т. 5-е изд. СПб., 1909-1913; Он же. Соч.: В 4 т. М„ 1955-1956; Плеханов Г.В. Соч.: В 24 т. М.; Л., 1923-1927; Ткачев П.Н. Избр. соч. на социально-политические темы: В 6 т. М., 1932-1937; Чернышевский Н.Г. Полн. собр. соч.: В 16 т. М., 1939-1953.

ГА РФ. Ф. 1762. Оп. 2. Д. 111. Л. 39-67. Статья «Нигилизм в России» (на фр. и рус. языках).

3 ГА РФ. Ф. 1129. On. 1. Ед. хр. 459. Статья П.А. Кропоткина «Nihilism» (на англ. яз.).

Александра 11) как нигилистическую. Почерпнутый в этих источниках материал способствует более глубокому пониманию нигилизма радикальной интеллигенции, позволяет проследить его генезис и эволюцию. Кроме того, автор изучил заметки В.И. Семевского о русских сен-симонистах и фурьеристах николаевской эпохи (ГА РФ. Ф. 801. Ед. хр. 81), в которых рассматриваются проблемы истории русского политического радикализма.

В соответствии с поставленными задачами автор изучал творческое наследие представителей либеральной и консервативной интеллигенции1. Это было необходимо для того, чтобы показать этапы политической дифференциации интеллигенции в конце XVIT1 - конце XIX веков, а также противоположное нигилизму радикальной интеллигенции альтернативное омнисти-ческое мировоззрение русских традиционалистов. Следует отметить, что имеющиеся публикации собраний сочинений представителей русской интеллигенции, особенно выполненные академическими учреждениями, позволяют наиболее полно представить мировоззрение данных авторов.

Автором использовались также комплексные публикации материалов по отдельным темам, сборники произведений и хрестоматии2.

1 Гончаров И.А. Собр. соч.: В 8 т. М., 1977-1980; Грановский Т.Н. Поли. собр. соч.: В 12 т. СПб., 1905; Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М., 1991; Достоевский Ф.М. Поли. собр. соч.: В 30 т. Л., 1972-1990; Карамзин Н.М. Записка о древней и новой России. М., 1991; Он же. Избр. статьи и письма. М., 1982; Киреевский И.В. Поли. собр. соч.: В 2 т. М., 1911; Леонтьев К.Н. Собр. соч.: в 9 т. М., 1912-1913; Пнин И.П. Соч. М„ 1934; Радищев А.Н. Полн. собр. соч.: В 3 т. М., 1938-1952; Розанов В.В. Собр. соч.:[В б т.]. М., 1994-1995; Хомяков А.С. Соч.: В 2 т. М., 1994; Чаадаев П.Я. Полн. собр. соч. и избр. письма.: В 2 т. М., 1991; Щербатов М.М. Соч.: В 2 т. СПб., 1896-1898.

2 Избранные социально-политические и философские произведения декабристов: В 3 т. М., 1951; «Их вечен с вольностью союз»: Литературная критика и публицистика декабристов. М., 1983; Русские просветители: Собр. произв.: В 2 т. М., 1966; Утопический социализм в России: Хрестоматия. М., 1985; Философские и общественно-политические произведения петрашевцев. М., 1953.

В целом, анализ данного вида источников позволяет выi явить истоки нигилизма радикальной интеллигенции, проследить его эволюцию, столкновение с противоположным политическим мировоззрением, а также более глубоко понять сущностные черты нигилизма различных поколений русской интеллигенции.

4. Дневники, мемуары и эпистолярные источники. Дневники представляют собой непосредственный отклик на происходящие события, их анализ и оценку. Автором были изучены и привлекались в диссертации опубликованные дневники Н.А.Добролюбова, Н.М.Карамзина, А.В.Никитенко и других1.

Мемуарная литература в отличии от дневниковых записей представляет собой ретроспективный взгляд на исторические события, в которых мемуарист принимал непосредственное участие. Воспоминания носят субъективный характер, поскольку жизненный опыт и идейная позиция, занимаемая автором в конце пути, заставляют его иначе оценивать пережитое. Например, в ряде мемуаров в зависимости от принадлежности автора к тому или иному мировоззренческому лагерю дается соответственно положительная (Е.Н. Водовозова, Н.В. Шелгунов, II.А. Кропоткин)2 или отрицательная (В.Г. Короленко, J1.A. Тихомиров (ГА РФ. Ф. 634. On. 1), B.C. Печерин)" оценка нигилизма русской радикальной интеллигенции, хотя все авторы прошли период увлечения нигилизмом. В диссертации использовались воспоминания представителей разных поколений российской

1 Добролюбов Н.А. [Дневник 1855 года] //Он же. Собр. соч.: В 9 т. Т. 8. М., 1964; Карамзин Н.М. Из записной книжки //Он же. Избранные статьи и письма. М., 1982. С. 159-161; Ники-тенко А.В. Дневник: В 3 т. М., 1955-1956.

Водовозова Е.Н. На заре жизни: В 2 т. М., 1987; Кропоткин П.А. Записки революционера. М., 1990; Шелгунов Н.В. и др. Воспоминания: В 2 т. М„ 1967.

Короленко В.Г. История моего современника //Он же. Собр. соч.: В 10 т. Т. 5-7. М., 19541955; Печерин B.C. Замогильные записки//Наше наследие. 1989. № 1-3. интеллигенции XVIII - XIX веков, относящихся ко всем направлениям общественно-политического спектра1. Активно использовались в работе тематические сборники воспоминаний2, а также сборники, посвященные отдельным выдающимся представителям российской интеллигенции3. Работа с данным видом источников дает большой материал по истории русской интеллигенции и ее нигилизма, однако, следует помнить, что объективная информация в воспоминаниях часто заведомо фальсифицируется в угоду политической коныоктуре.

Эпистолярное наследие представителей отечественной интеллигенции также использовалось автором в качестве источника диссертационного исследования. Прежде всего, автором привлекались письма, в которых нашли отражение вопросы теории и тактики общественной борьбы, анализ проблемы нигилизма радикальной интеллигенции, противостояние омнистической и нигилистической традиций (М.И. Муравьева-Апостола, П.Я. Чаадаева, B.C. Печерина, А.И. Герцена, Н.П.Огарева, М.А.Бакунина и других)4. Указанные письма могут рассматриваться как необходимое дополнение к публицистическим произ

Дашкова Е.Р. Литературные сочинения. М., 1990; Русское общество 40-50-х годов XIX в. Ч. I. Записки А.И. Кошелева. М., 1991; Русское общество 40-50-х годов XIX в. Ч. II. Воспоминания Б.Н. Чичерина. М., 1991; Фигнер В. Запечатленный труд: Воспоминания: В 2 т. М., 1964.

Декабристы в воспоминаниях современников. М., 1988: Русские мемуары. Избранные страницы. 1800-1825 гг. М., 1989; Мемуары декабристов. М., 1989; Русское общество 30-х годов XIX в. Люди и идеи. Мемуары современников. М., 1989; Первые русские социалисты. Л., 1984; Штурманы будущей бури. Л., 1983; Революционеры 1870-х годов. Л., 1986; «Народная воля» и «Черный передел». Л., 1989.

3 В.Г. Белинский в воспоминаниях современников. М., 1977; Н.А. Добролюбов в воспоминаниях современников. М., 1961; Н.Г. Чернышевский в воспоминаниях современников. М., 1982.

4 Письма М.И. Муравьева-Апостола // Мемуары декабристов. Южное общество. М., 1982. С. 219-224; Чаадаев П.Я. Поли. собр. соч. и избр. письма: В 2 т. Т. 2. М., 1991; Герцен А.И. Собр. соч.: В 30 т. Т. XXI. М., I960; Письмо М.А. Бакунина к С.Г. Нечаеву 2-го июня 1870 г. //Бакунин М.А. Философия. Социология. Политика. М., 1989. С.527-568; Из переписки B.C. Печерина с Герценом и Огаревым. Публикация А. А. Сабурова //Литературное наследство. Т. 62. М., 1955. ведениям, поскольку ярко и эмоционально передают отношение авторов к тем или иным общественно-политическим проблемам.

В целом, использованный в диссертации комплекс источников позволил автору на основании анализа информационного поля по проблеме нигилизма российской радикальной интеллигенции провести системно-историческое междисциплинарное научное исследование.

Отачеспгзз^мЕузю5 и^торжографЕоо проблемы нигилизма радикальной интеллигенции можно разделить на три периода: публицистический (60-90-е годы XIX века), когда проблема была в центре газетно-журнальной критики; философский (конец 90-х годов XIX века - начало 20-х годов XX века), в рамках которого основное внимание вопросу нигилизма радикальной интеллигенции уделяли русские мыслители; научно-исторический (с 20-х годов XX века), когда нигилизм русской интеллигенции стал объектом научного анализа советских и российских исследователей.

Пу б л и и, и с т и ч с с к и it период отечественной историографии -этап становления основных подходов к изучению нигилизма российской интеллигенции - знаменуется острой полемической борьбой представителей противоположных политических лагерей. Одним из первых исследователей нигилизма русской радикальной интеллигенции был А.И. Герцен. Наибольший интерес представляют его работы «О развитии революционных идей в России»1, «Новая фаза в русской литературе»2 и «Еще раз Базаров»3. Истоки нигилизма А.И. Герцен видит в 40-х годах XIX века, а первым нигилистом называет В.Г. Белинского, после

1 Герцен А.И. Собр. соч.: В 30 т. Т. VII. М., 1956. С. 137-263.

2 Герцен А.И. Собр. соч.: В 30 т. Т. XVIII. М„ 1959. С. 171-220.

3 Герцен А.И. Собр. соч.: В 30 т. Т. XX . Кн. 1. М., 1960. С. 335-350. смерти которого в течение нескольких лет (в первой половине 50-х годов XIX века) сложился, развился и окреп в русских умах склад мыслей и прием мышления, который консервативная критика назвала нигилизмом. По мнению А.И. Герцена, это совершеннейшая свобода от всех готовых понятий, логика без структуры, отрицание любых догматов. Нигилизм стал составной частью мировоззрения интеллигенции и прежде всего таких ее представителей как Н.Г. Чернышевский, М.А. Бакунин, петрашевцы. Несомненно, что высокая оценка А.И. Герценом нигилизма радикальной интеллигенции носит субъективный характер, поскольку он сам долгие годы был в лагере русских радикалов .

Из умеренно-консервативных критиков нигилизма в 60-е годы следует отметить М.Н. Каткова и его теоретическую статью «О нашем нигилизме. По поводу романа Тургенева»1, а также К.Д. Кавелина, подготовившего в мае 1866 года записку для Александра II «О нигилизме и мерах, против него необходимых»2. Оба автора полагали, что нигилизм 60-х годов продолжал традиции русской молодежи 40-х годов, а К.Д. Кавелин, как и А.И. Герцен, называет родоначальником русского нигилизма В.Г. Белинского. М.Н. Катков подверг критике религиозную и утопическую сторону нигилизма, а К.Д. Кавелин отметил, что нигилизм - не русское явление, а принесенное с Запада. Оба автора указали на слой, который наиболее был подвергнут «заражению» нигилизмом - русская интеллигенция. Приблизительно одинаковые меры предлагали они против нигилизма: не усиление полицейского воздействия, а увеличение положитель

1 Русский вестник. 1862. Т. 40. № 7. С. 402-426. См. также статью М.Н. Каткова «Роман Тургенева и его критики» (Русский вестник. 1862. Т. 39. №5-6. С. 393-424).

2 Исторический архив. T.V. М.; Л., 1950, С. 326-341. ных моментов в русской жизни, в том числе в религии, образовании, политике и экономике.

Изучению и критике нигилизм русской радикальной интеллигенции подвергся в трудах представителей русского консервативного (почвеннического) направления. Наиболее глубокую оценку нигилизму радикальной интеллигенции дал в своих работах известный литературный критик Н.Н. Страхов1. Он предложил наиболее общее определение нигилизма как отрицания всяких сложившихся форм жизни. Рассматривая характер нигилизма русской интеллигенции, он считал, что это чисто русское явление, возникшее под влиянием Запада, прежде всего, гегелевской школы, Прудона, Фурье и материалистов. Н.Н. Страхов указал и социальный слой, ставший носителем подобного мировоззрения,- образованные люди, оторванные от родной среды2.

В 80-е годы изучение нигилизма русской радикальной интеллигенции было продолжено в работах русских консерваторов А.А. Киреева, Д.П. Лебедева, М. Де-Пуле, И.Ф. Циона3. Наиболее интересные из указанных работ (А.А. Киреева, М. Де-Пуле, И.Ф. Циона) не пошли в целом дальше основ критики нигилизма, заложенных М.Н. Катковым, К.Д. Кавелиным и Н.Н. Страховым. С другой стороны, в этих работах нашло отражение недовольство консерваторов ростом революционного движения. Так, И.Ф. Цион ставит знак равенства между нигилистами и ре

1 Страхов Н.Н. Счастливые люди. СПб., 1865 ; Он же. Бедность нашей литературы. СПб., 1868; Он же. Письма о нигилизме. СПб., 1881; Он же. Борьба с Западом в нашей литературе., 1887; Он же. Из истории литературного нигилизма. 1861-1865. СПб., 1890.

Страхов Н.Н. Бедность нашей литературы //Он же. Литературная критика. М., 1984. С. 75-81.

3 [Киреев А.А.] Избавимся ли мы от нигилизма: Записка, представленная в 1879 г. [ М., 1881 ]; Лебедев Д.П. Русское общество и нигилизм //Исторический вестник. 1881. №6; Де-Пуле М. Нигилизм как патологическое явление русской жизни// Русский вестник. 1881. Т. 156. № 11. С. 73-123; Цион И.Ф. Нигилисты и нигилизм. М., 1886; Cyon Е. de Nihilisme etAnarchie. P., 1892. волюционерами и считает, что нигилизм и либерализм - два плода одного дерева - петербургской интеллигенции1.

В 80-е годы XIX века наряду с публикациями, продолжившими линию консервативной критики нигилизма радикальной интеллигенции, начинают появляться работы, задачей которых было оправдать русских нигилистов. Это статьи и книги П.А. Кропоткина, JI.A. Тихомирова и С.М. Степняка-Кравчинского . Данные авторы выступили против обозначения русских революционеров словом нигилисты1. Причина этого, по мнению С.М. Степняка-Кравчинского, в том, что нигилисты вовсе не демоны разрушения, они имеют разработанную программу преобразований, которую готовы предложить народу4. С другой стороны, П.А. Кропоткин признавал, что слово выбрано недурно, т.к. обозначает отрицание всего, что буржуазная цивилизация окружает почетом и что по мнению революционеров должно быть уничтожено5. Следует отметить, что представители русской радикальной интеллигенции хорошо понимали нигилистическую основу своей политической программы, но желание показать русских революционеров с лучшей стороны заставляло их ретушировать наиболее разрушительную сторону своих взглядов.

Философский период6 изучения нигилизма русской радикальной интеллигенции характеризуется тем, что в начале XX

1 ЦионИ.Ф. Нигилисты и нигилизм. М., 1886. С. 6-7, 62.

Кропоткин П.А. Речи бунтовщика. По.; М., 1921. Первое (французское) издание этой книги вышло в 18S5r.; Степняк-Кравчинский С.М. Русская грозовая туча // Он же. В лондонской эмиграции. М., 1968. Первое (английское) издание этой книги вышло в 1888 г.; Nihilism as it is. [С.М. Степняка-Кравчинского] L., Ь.г.; Tikhomiroft L. Le Russie politique et sociale. P., 1886.

Кропоткин П.А. Указ. соч. С. 100; Степняк-Кравчинский С.М. Указ. соч. С.9; TikhomirofF L. Ibid. P. 533.

4 Степняк-Кравчинский С.М. Указ. соч. С. 7-17. Кропоткин П.А. Указ. соч. С. 100.

6 В России он заканчивается в начале 20-годов, но в рамках русской эмиграции продолжался до конца 30-годов. века приоритет в исследовании проблемы принадлежал русским философам, которыми был наработан огромный, прежде всего теоретико-методологический, материал.

Одним из первых русских философов к проблеме нигилизма радикальной интеллигенции обратился Вл. Соловьев. В противовес устремлениям представителей радикальной интеллигенции он выдвинул тезис, что никто не может насиловать общество во имя личного превосходства: самодовольная отвлеченная правда порождает лишь преступление. Альтернатива этому - поиск высшей истины1. Этот вывод Вл. Соловьева будет затем часто использоваться русскими философами.

Глубокую характеристику интеллигентского нигилизма представили авторы сборника «Вехи» (1908 г.). Н.А. Бердяев в своей статье подверг критике утилитаризм радикальной интеллигенции, в том числе ее отношение к истине, рассматривавшейся радикалами лишь с точки зрения ее пользы для борьбы с самодержавием"". С.Н. Булгаков рассматривал нигилизм как аморализм и вседозволенность, ведущие к неразборчивости в средствах достижения цели, максимализму и непримиримости к другим мнениям'. А.С. Изгоев указывал, что вся духовная атмосфера русского общества подготовила появление нигилистов4. Б.А. Кистяковский посвятил свою статью правовому нигилизму русской интеллигенции, причину которого видел в ее низком правознании, отсутствии уважения ею прав личности, безразличии к вопросам правовой реформы5. По мнению П.Б. Струве, идейной основой интеллигенции является отщепенчество в двух

1 Соловьев B.C. Соч.: В 2 т. М., 1990. С. 299.

Бердяев Н.А. Философская истина и интеллигентская правда //Вехи. Сборник статей о русской интеллигенции. М., 1990. С. 1-22.

3 Булгаков С.Н. Героизм и подвижничество // Вехи. М., 1990. С. 23-69.

4 Изгоев А.С. Об интеллигентной молодежи//Вехи. М., 1990. С. 97-124.

3 Кистяковский Б.А. В защиту права //Вехи. М., 1990. С. 125-155. его формах - анархизме и радикализме1. Оценивая нравственное мировоззрение интеллигенции, C.J1. Франк видел в нем нигилистический нерелигиозный морализм, который связан с отрицанием абсолютных ценностей и признанием относительных2. Таким образом, целью авторов сборника «Вехи» было желание показать насколько опасен для общества разрушительный нигилизм, раскрыть заблуждение той части интеллигенции, которая взяла на вооружение подобное мировоззрение. Наряду с этим был осуществлен поиск альтернативы разрушительным устремлениям радикальной интеллигенции. Такой альтернативой было выбрано созидательное творчество в политической и духовной сферах общества. Далеко не со всеми выводами авторов сборника можно согласиться. Главной их ошибкой было непонимание объективного и закономерного характера нигилизма радикальной интеллигенции, а также противопоставление политическому мировоззрению религиозно-нравственного.

Идеи, заложенные в сборнике «Вехи», получили логическое продолжение в сборнике «Из глубины» (1918 г.), где проблема нигилизма интеллигенции была затронута в статьях Н.А. Бердяева и C.JI. Франка. По мнению Н.А. Бердяева, русский человек - «апокалиптик или нигилист, апокалиптик на положительном полюсе и нигилист на отрицательном». Указанные черты определяют, на его взгляд, и характер русской интеллигенции, л особенно в ее поисках истины"'. C.J1. Франк поставил вопрос, почему народ-богоносец стал народом нигилистом. По мнению философа, нигилизм развивался в России в течении всего XIX века, когда из западных идей наибольший успех имели самые

1 Струве П.Б. Интеллигенция и революция // Вехи. М., 1990. С. 156-174.

2 Франк С.Л. Этика нигилизма//Вехи. М., 1990. С. 175-210.

3 Бердяев Н.А. Духи русской революции //Из глубины. Сборник статей о русской революции. М., 1990. С. 55-89. ' разрушительные, принятые на вооружение интеллигенцией1. Таким образом, в сборнике «Из глубины» нигилизм стал рассматриваться как явление гораздо более широкое, нежели короткий период революционного движения. Однако, идея, что вся нация может быть охвачена нигилистическим мировоззрением - требует замечания, что в самые кризисные моменты истории нигилистами является хотя и значительное, но меньшинство.

В начале века был опубликован ряд работ по истории русской философии и русской общественной мысли М.М. Филиппова, Э.Л. Радлова, Г.Г. Шпета2. Наиболее интересной представляется работа Г.Г. Шпета (опубликованная в 1922 г.). По его мнению, в России существовало три типа интеллигенции: духовная, правительственная, оппозиционная. Последнюю, которая с 30-х годов XIX века сменяет правительственную, он называет «нигилистической», поскольку радикальная интеллигенция принимала в науке и философии только то, что могло служить делу революции. Резкие оценки встречаются у Г.Г. Шпета не только в адрес оппозиционной интеллигенции, но и правительственной: первой - за невежество, второй - за недальновидность". В целом работа Г.Г. Шпета продолжает «веховскую традицию» и не со всеми его выводами молено согласиться, например, с оценкой русского Просвещения как нигилистического явления.

Одним из самых убежденных и последовательных критиков нигилизма радикальной интеллигенции был В.В. Розанов. Русской радикальной интеллигенции, разрушителям, он противо

1 Франк С.Л. De profiindis // Из глубины. М„ 1990. С. 251-269.

2 Радлов Э.Л. Очерк развития русской философии. Пг., 1920; Филиппов М.М Судьбы русской философии. СПб., 1904; ИГпет Г.Г. Очерк развития русской философии. Ч. 1. //Введенский А.И., Лосев А.Ф., Радлов Э.Л. Шпет Г.Г. Очерки истории русской философии. Свердловск, 1991. С. 217-578.

3 Шпет Г.Г. Указ. соч. С. 246-247, 251-253, 255-256, 280, 282-285, 307-308, 439, 503-505. поставил другую интеллигенцию - консерваторов-созидателей . По мнению В.В. Розанова, нигилизм связан с проблемами, порожденными русской революцией: предательством, аморализмом о и разложением". Многие подходы В.В. Розанова вызывают сомнение, в частности, его нежелание видеть заслуг российской радикальной интеллигенции перед русской историей и культурой, а также отрицание объективности русского революционного процесса.

Философский период изучения интеллигенции отмечен появлением ряда работ по истории общественной мысли Р.В. Иванова-Разумника, П.Н. Милюкова и Д.Н. Овсянико-Куликовского, которые можно назвать историко-культурологическими, поскольку в них рассматривается не только эволюция русской интеллигенции, но и философская мысль, и литературно-исторические персоналии. В книге Д.Н. Овсянико-Куликовского «История русской интеллигенции» в разделе «Базаров как отрицатель и общественно-психологический и национальный тип» нигилизм радикальной интеллигенции 60-х годов XIX века исследуется сквозь призму литературного персонажа Базарова и его близости к «мыслящим реалистам» Д.И. ПисареваJ. Научность подобного подхода, когда история интеллигенции рассматривается только в связи с историей литературы, вызывает сомнение. В книге Иванова-Разумника нигилизм определяется как отрицание всех ценностей - и объективных, и субъективных. По мнению историка русской интеллигенции, нигилизм ограничен узкими временными рамками и обыкновенно бывает пере

1 Розанов В.В. Уединенное. М„ 1990. С. 26, 31-32, 37, 45, 113, 182, 211, 223, 287, 289, 355; Он же. Белинский и Достоевский //Наше наследие. 1991. № 6. С. 72-75.

2 Розанов В.В. Уединенное. М„ 1990. С. 104, 231-233, 242-243, 279, 350.

3 Овсянико-Куликовский Д.Н. История русской интеллигенции //Он же. Собр. соч.: В 13 т. 5-е изд. Т. VIII. СПб., 1914, С. 57-91. ходным явлением, неизбежным, но недолговечным эпизодом в умственной жизни общества (в России это 60-е годы)1. Подобный подход не может быть принят полностью, поскольку не позволяет видеть зарождение и развитие такого феномена как нигилизм; ограничение его узкими временными рамками сужает предмет исследования, лишает целостного представления о нем. П.Н. Милюков в обстоятельных «Очерках по истории русской культуры» определяет интеллигенцию как междусословную культурную среду, в которой совершается работа критической мысли. По его мнению, после петровских реформ интеллигенция становится группой, взявшей на себя задачу критики государственных и национальных основ2. Однако, на наш взгляд, это может относиться только к определенной части интеллигенции.

Из послереволюционных работ русских философов, написанных в эмиграции, можно отметить статьи и книги Б.П. Вышеславцева, В.В. Зеньковского, И.А. Ильина, Н.О. Лосского, П.И. Новгородцева, Ф.А. Степуна, Г.П. Федотова. Б.П. Вышеславцев связывал проблему нигилизма с проблемами свободы и необходимости3. В.В. Зеньковский рассматривал нигилизм как составную часть истории русской философии, а его истоки видел в русском «вольтерианстве» XVIII века4. Н.О. Лосский сделал достаточно спорный вывод, что нигилизм - оборотная сторона добрых качеств русского народа3. И.А. Ильин считал, что нигилизм в его религиозной, научной, эстетической и государствен

1 Иванов-Разумник В.В. История русской общественной мысли. 5-е изд., перераб. 4.4. Пг., 1918. С. 27-57.

Милюков П.Н. Очерки по истории русской культуры: В 3 т. Т. 3. М., 1995. С. 16-17, 52-53, 210-212, 283, 300.

3 Вышеславцев Б.П. Этика преображенного эроса. М., 1994. С. 177-178.

4 Зеньковский В.В. История русской философии: В 2 т. М., 1991. Т. I. Ч. 1. С. 103; Т. I. Ч 2. С. 100, 145.

5 Лосский Н.О. Характер русского народа //Он же. Условия абсолютного добра. М., 1991. С, 349-350. но-правовой формах имеет место тогда, когда мораль становится над религиозным опытом, научным знанием, искусством, государством и правом1. Однако, с теоретической точки зрения такой подход не верен, поскольку указанные выше формы нигилизма должны предполагать не замену каких-либо ценностей моральными, а соответственно отрицание религиозных догматов, принципа познаваемости мира, основных эстетических ценностей, в целом государства и права. П.И. Новгородцев в своей работе показал нигилистическую основу таких социально-политических учений как социализм, коммунизм и анархизм2. В цикле статей Ф.А. Степуна делается вывод, что идейной основой большевизма был не только марксизм, но и бланкизм, и бакунизм, а в целом он являет собой завершающий этап ткачевско-нечаевского движения с его идеями инициативного большинства и достижения свободы через насилие1. Г.П. Федотов одним из качеств русской интеллигенции называет беспочвенность, которая предполагает отрыв от культуры, религии, государства и в крайних своих формах приводит к нигилизму4. Таким образом, в указанных работах присутствуют интересные замечания по рассматриваемой проблеме, которые необходимо учитывать в процессе научно-исследовательского поиска.

В 20-30-е годы XX века Н.А. Бердяевым и C.JI. Франком была представлена схема генезиса и эволюции русского нигилизма, которая сводилась к следующему. Нигилизм - чисто русское явление, а основным его носителем была интеллигенция. Истоки этого мировоззрения - в «вольтерианстве» XVIII века,

1 Ильин И.А. О сопоставлении злу силою //Он же. Путь к очевидности. М., 1993. С. 52-58.

2 Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М., 1991. С. 90-95, 247, 620-622.

3 Степун Ф.А. Мысли о России //Новый мир. 1991. № 6. С. 233-236.

4 Федотов Г.П. Трагедия интеллигенции //О России и русской философской культуре. М., 1990. С. 408-409. взращенном Екатериной II, а «первым» русским нигилистом («большевиком») был Петр I1. В узком смысле нигилизм - это умственное движение 60-х годов XIX века, главным идеологом которого был Д.И. Писарев, а основоположником - В.Г. Белинский. В широком смысле нигилизм следует понимать как религиозный феномен, возникший на почве православной аскезы. Книга Н.Г. Чернышевского «Что делать?» стала катехизисом русских радикалов, с нее была объявлена война исторической традиции. Ярким представителем этого течения был С.Г. Нечаев. На его примере Ф.М. Достоевскому удалось предсказать негативные последствия подобного мировоззрения. Последователями революционеров 60-70-х годов XIX века стали деятели леворадикальных партий начала XX века, а нигилизм достиг последних глубин народных масс и вылился в русскую революцию. Согласно их точке зрения, единственная альтернатива нигилистическому мировоззрению радикальной интеллигенции - новое о религиозное строительство - не была реализована". Однако, многие положения, выдвинутые Н.А. Бердяевым и С.Л. Франком вызывают резонные возражения. Так, русские масоны-просветители вряд ли могут быть названы нигилистами, а русский нигилизм не является религиозным феноменом, поскольку, во-первых, вся радикальная интеллигенция была настроена атеистически, а во-вторых, политический нигилизм относится к иному - научно-философскому типу мировоззрения.

Завершая рассмотрение философского этапа изучения ни

1 Франк С.Л. Религиозно-исторический смысл русской революции // Русская идея. М., 1992. С. 332 ; Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. Репр. воспр. изд. 1955 г. М., 1990. С. 12.

2 Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990; Франк С.Л. Из размышлений о русской революции//Новый мир. 1990. № 10. С. 207-225. О неоднозначности присущего русскому сознанию нигилизма он писал в статье «Русское мировоззрение» (Франк С.Л. Духовные основы общества. М., 1992. С. 491-492). гилизма радикальной интеллигенции, следует отметить, что русскими мыслителями начала XX века была проделана огромная работа. При всей спорности и субъективности их выводов была создана методологическая база, построена схема генезиса и эволюции нигилизма радикальной интеллигенции в России.

Научный период изучения проблемы нигилизма радикальной интеллигенции начинается со второй половины 20-х годов XX века. С этого времени слово «нигилизм» перестает быть «идеологическим» термином, хотя и продолжает нести определенную идейную нагрузку.

В 20-50-е годы проблема редко получала отражение в научных публикациях. Следует отметить несколько работ Б.П. Козь-мина, В.Я. Кирпотина, Л.А. Плоткина и В.Ф. Переверзева, посвященных нигилизму выдающегося представителя радикальной интеллигенции 60-х годов XIX века Д.И. Писарева1, а также публикации М.П. Алексеева, В.Г. Базанова, Ф. Бутенко, С. Малахова, Ю. Сорокина, А. Цейтлина, касающиеся в основном ис-торико-литературоведческих тем". В работах, посвященных нигилизму Д.И. Писарева, подчеркивался радикализм его идей, приверженность революционному пути преобразования общества, позитивность писаревского нигилизма. Следует отметить,

1 Козьмин Б.П. Д.И. Писарев и социализм //Он же. Литература и история: Сб. статен. М., 1969. С. 234-327; Он же. Раскол в нигилистах //Он же. Из истории революционной мысли в России. М., 1961; Кирпотин В.Я. Радикальный разночинец Д.И. Писарев. Л., 1929; Плоткин Л.А. Д.И. Писарев и литературно-общественное движение шестидесятых годов. Л.; М., 1945; Переверзев В.Ф. Нигилизм Писарева в социологическом освещении //Красная новь. 1926. Кн. 6. С. 162-175.

Алексеев М.П. К истории слова нигилизм //Сборник статей в честь академика А.И. Соболевского. Сборник отделения русского языка и словесности АН СССР. 1928. Т. 101. № 3. С. 413-417; Базанов В.Г. Тургенев и антинигилистический роман//Карелия. 1934. Кн. 4; Он же. Из литературной полемики 60-х годов. Петрозаводск, 1941; Бутенко Ф. Антинигилистический роман //Литературная учеба. 1933. № 6-7; Малахов С. Антидемократический роман Тургенева //Литературная учеба. 1933. № 5; Сорокин Ю. К историко-литературной характеристике антинигилистического романа //Доклады и сообщения филологического факультета МГУ. М., 1947. Вып. 3; Цейтлин А. Сюжетика антинигилистического романа //Литература и марксизм. 1929. № 2. что многие выводы советских авторов несут на себе отпечаток идеологического пресса. Известно, что в понимании революции Д.И. Писарев испытывал определенные колебания; по многим вопросам он не оставил законченной системы своих взглядов. Поэтому вызывают сомнение убежденность авторов в социализме Д.И. Писарева1, или вывод В.Ф. Переверзева, что «нигилизм т-1 2

Писарева предвосхищает оудущие построения марксизма» .

В историко-литературоведческих работах, посвященных антинигилистическому роману второй половины XIX века, последний рассматривался как один из признаков идейного наступления консервативной критики на радикальную интеллигенцию. В отдельных работах (Ф. Бутенко, С. Малахова) была сделана попытка представить сам роман И.С. Тургенева как антинигилистический, задачей которого было показать разрушительность нигилистического мировоззрения радикальной интеллигенции. Однако, эта позиция не получила поддержки. Сейчас можно утверждать, что роман Тургенева «Отцы и дети» содержит элементы антинигилистического характера и направлен против радикально настроенной части редакции журнала «Современник».

В 1928 году была опубликована статья М.П. Алексеева, в которой автор пытался проследить генезис слова «нигилизм» в России. Он указал, что слово было известно уже в первые годы XIX века, но настоящая его история начинается с момента, когда И.С. Тургенев применил его к типической психологии ин-теллигентов-шестидесятников\ Эта статья М.П. Алексеева легла в основу дискуссии о происхождении слова нигилизм, которая в начале 50-х годов развернулась между Б.П. Козьминым и А.И.

1 КозьминБ.П. Д.И. Писарев и социализм. С. 272-317; Плоткин Л. А. Указ. соч. С. 207. Переверзев В.Ф. Указ. соч. С. 174. Алексеев М.П. Указ. соч. С. 413.

Батюто1. Б.П. Козьмин отстаивал точку зрения, что раньше И.С. Тургенева слово нигилизм использовал М.Н. Катков. С опровержением этой позиции выступил А.И. Батюто, который пытался доказать полную несостоятельность утверждений Б.П. Козьмина. По мнению А.И. Батюто, М.Н. Катков, обнаружив слово «нигилизм» в новом для него значении в черновой рукописи И.С. Тургенева, не преминул использовать его при первой возможности. Отметим, что слово нигилизм, пришедшее в русскую литературу с Запада, благодаря роману И.С. Тургенева и русской журналистике 60-х годов XIX века, как консервативной, так и демократической, прочно утвердилось в русской языковой среде, а затем в новом значении было заимствовано Европой для обозначения конкретного мировоззрения. Статьи М.Н. Алексеева, А.И. Батюто, Б.П. Козьмина интересны тем, что позволяют через историю слова нигилизм проследить эволюцию мировоззрения радикальной интеллигенции, а также борьбу с этим мировоззрением русских консерваторов.

Как известно, начиная с 60-х годов XX века стало появляться значительное число работ, посвященных истории российской дореволюционной интеллигенции2. Первой специальной

1 Козьмин Б.П. Два слова о слове «нигилизм» //Известия АН СССР. Отделение литературы и языка. М.; Л., 1951. Т. X. Вып. 4. С. 378-385; Батюто А.И. К вопросу о происхождении слова «нигилизм» в романе И.С. Тургенева «Отцы и дети» (По поводу статьи Б.П. Козьмина «Два слова о слове «нигилизм»») //Известия АН СССР. Отделение литературы и языка. 1953. Т. XII. Вып. 6. С. 520-525; Он же. Тургенев-романист. Л., 1972. С. 12; Козьмин Б.П. Еще о слове «нигилизм (По поводу статьи А.И. Батюто) //Известия АН СССР. Отделение литературы и языка. 1953. Т. XII. Вып. 6. С. 526-528. Статьи Козьмина опубликованы также: Козьмин Б.П. Литература и история: Сб. статей. М., 1969. С. 225-242.

Булгакова Л.А. Интеллигенция в России во второй четверти XIX века: (Состав, правовое и материальное положение): Дне. .канд. ист. наук. Л., 1983; Даниленко А.В. Роль и место демократической интеллигенции в общественно-политической жизни Восточной Сибири 6080-х гг. XIX в.: Дис. .канд. ист. наук. Иркутск, 1986; Дворкин В.З. Концепции интеллигенции в русской общественной мысли конца XIX - начала XX вв.: Дис. .канд. филос. наук. Л., 1984; Курмачева М.Д. Крепостная интеллигенция России (вторая пол. XVIII - нач.Х1Х в.): Дис. .д-ра ист. наук. М., 1985; Лейкина-Свирская В.Р. Интеллигенция в России во второй половине XIX века. М., 1971; Севастьянов А.Н. Сословное расслоение русской художественнаучно-исторической работой, посвященной истории русской дореволюционной радикальной интеллигенции, стала монография В.Р. Лейкиной-Свирской «Интеллигенция в России во второй половине XIX века», в которой данному вопросу была посвящена отдельная глава. Приходится признать, что проблема нигилизма радикальной интеллигенции не получила отражения в данных работах. Отсутствие специальных интеллигентоведче-ских работ по проблеме в определенной мере компенсировалось появлением историко-литературоведческих работ и философских исследований, построенных на конкретном историческом материале. В 60-80-е годы нигилизм радикальной интеллигенции исследовался в рамках лишь нескольких тем: роман И.С. Тургенева и общественно-политическая борьба 60-х годов; Д.И. Писарев и круг публицистов «Русского слова»; Ф.М. Достоевский и его отношение к нигилизму радикальной интеллигенции. Лишь со второй половины 80-х годов появляются работы, посвященные русскому революционному движению, в которых находит отражение проблема нигилизма радикальной интеллигенции.

В работах 60-80-х годов, посвященных книге И.С. Тургенева «Отцы и дети», указывалось на большое влияние, которое роман оказал на общественно-политическую борьбу представителей разных лагерей русской интеллигенции 60-х годов XIX века, а также на самоидентификацию русской радикальной интеллигенции1. К сожалению, в отечественном литературоведено-публицистической литературы и ее аудитории в последней трети XVIII в.: Дис. .канд. филол. наук. М., 1983; Хасанова С.И. Правительственная политика в области высшего образования и формирование интеллигенции в России (60-90-е гг. XIX в.): Дис. .канд. ист. наук. Казань, 1981.

1 Батюто А.И. Парижская рукопись романа И.С. Тургенева «Отцы и дети» //Русская литература. 1961. № 4. С. 57-78; Он же. Тургенев-романист. Л., 1972; Буданова Н.Ф. Тургенев и Добролюбов: у истоков образа Базарова // И.С. Тургенев в современном мире. М., 1987. С. 136-145; Бялый Г.А. Роман Тургенева «Отцы и дети». М„ 1963; Винникова И.А. И.С. Турнии роман И.С. Тургенева только в последние годы стал рассматриваться как мировоззренческий1. Несомненно, что это является залогом к более глубокому его пониманию: в спорах отцов и детей столкнулись два типа мировоззрения - омнистиче-ское и нигилистическое, а в гибели Базарова Тургенев показывает недостаточность отрицательного мирочувствования радикальной интеллигенции.

Начиная с середины 60-х годов выходят в свет ряд работ, в которых делались попытки переоценки творчества Д.И. Писарева, его нигилизма, а также деятельности публицистов «Русского слова»2. Основная задача авторов состояла в том, чтобы показать закономерность появления нигилизма радикальной интеллигенции 60-х годов; их революционный нигилизм противопоставлялся обычному отрицанию, следовательно, показывалась позитивная сторона данного движения. Более того, Ф.Ф. Кузнецов пытался доказать, что Д.И. Писарев не был нигилистом'. К сожалению, советские исследователи забывали, что отрицание н и генев в шестидесятые годы (очерки и наблюдения). Саратов, 1965; Кулешов В.И. Об одной ситуации в жизни И.С. Тургенева как ближайшем стимуле образа Базарова // Проблемы теории и истории литературы: Сб. статей, поев, памяти А.А. Соколова. М, 1971. С. 327-336; Манн Ю.В. Базаров и другие // Новый мир. 1968. №10; Маркович В.М. О проблематике романа «Отцы и дети» // Известия АН СССР. Серия литературы и языка. 1971. Т. 30. Вып. 6. С. 495-508; Муратов А.Б. И.С. Тургенев после «Отцов и детей» (60-е годы). Л., 1972; Пусто-войт П.Г. Роман И.С. Тургенева. М., 1964; Он же. Роман И.С. Тургенева «Отцы и дети» и идейная борьба 60-х годов XIX века. 2-е изд. М., 1965; Он же. Роман И.С. Тургенева «Отцы и дети»: Комментарий. М., 1983; Троицкий В.Ю. К и ига поколений. О романе И.С. Тургенева <<Отцы и дети». М., 1979.

1 История русской литературы XIX века (Вторая половина). М., 1991. С. 69-79.

2 Варустин Л.Е. Журнал «Русское слово», 1859-1866. Л., 1966; Демидова Н. В. Д.И.Писарев и нигилизм 60-х годов // Вестник ЛГУ. Серия экономики, философии и права. Вып. 1. 1965. №5; Она же. Писарев. М. 1969; Короткое Ю. Писарев. М., 1976; Кузнецов Ф.Ф. Журнал «Русское слово» в 1863-1866 гг. М., 1965; Он же. «Нигилизм» и нигилизм. О некоторых новомодных трактовках творческого наследия Писарева //Он же. Родословная нашей идеи. М., 1985. С. 172-221; Он же. Нигилисты? Д.И. Писарев и журнал «Русское слово». М., 1983; Он же. Публицисты 1860-х годов. Круг «Русского слова». М., 1981; Лебедев А.А. Мыслящий пролетариат Писарева: Очерк. М., 1977; Русский нигилист за границей (об архиве Варфоломея Зайцева). Сообщение Ю.А. Красовского // Встречи с прошлым. Вып. 5. М., 1984. С. 4153.

3 Кузнецов Ф.Ф. «Нигилизм» и нигилизм. С. 185-218. гилистов 60-х годов было наиболее «чистым», а русские радикалы того времени не успели создать собственную систему, этим занимались уже революционеры 70-х годов.

Большой интерес исследователей вызывала проблема отношения к нигилизму радикальной интеллигенции Ф.М. Достоевского. Как известно, он прошел долгий путь от революционера, петрашевца до «почвенника», последовательного критика революционной идеологии. Советскими исследователями ставилась задача показать, что Ф.М. Достоевский не был антинигилистом, его отношение к радикальной интеллигенции было сложным, во многом противоречивым, поскольку он видел и положительные, и отрицательные черты российского освободительного движе

1 УЧ ния . Следует указать, что ряд произведений писателя имели антинигилистический характер (прежде всего «Бесы», в которых, как известно, Ф.М. Достоевский преувеличил те фактические сведения, которые получил на процессе нечаевцев) и были направлены против представителей радикальной интеллигенции.

В 60-80-е годы выходят в свет работы Ю.Н. Давыдова, Ю.М. Каграманова, Л.Г. Никитиной, Н.В. Дементьевой, в которых затрагивались отдельные проблемы нигилизма^. Вехой в научном анализе проблемы нигилизма радикальной интеллигенции стала публикация в 1972 году работы А.И. Новикова, которая обобщила имеющийся к этому времени материал по данному во

1 Володин А. Раскольников и Каракозов //Новый мир. 1969. № 11; Гроссман Л.П. Достоевский. М., 1962; Гус М. Идеи и образы Ф.М. Достоевского. М., 1971; Кирпотин В Я. Разочарование и крушение Родиона Раскольникова. М., 1970; Он же. Достоевский и Белинский. М., 1976; Кудрявцев ГО.Г. Бунт или религия (о мировоззрении Ф.М. Достоевского). М., 1969; Селезнев Ю.И. Достоевский. М., 1981; Тюнькин К.И. Базаров глазами Достоевского // Достоевский и его время. Л,, 1971. С. 108-119.

Дементьева Н.В. Из истории борьбы В.И. Ленина против ревизионизма и нигилизма идеологов Пролеткульта: Автореф. дне. .канд. нет. наук. М., 1971; Давыдов Ю.Н. Эстетика нигилизма. М., 1975; Каграманов Ю.М. Метаморфозы нигилизма. М., 1986; Никитина Л.Г. «Новая философия» для старого мира. М., 1987. просу1. Автор, опираясь на марксистскую методологию, показал развитие нигилистических идей в России в XIX-XX веках. Он выделил черты нигилизма в идеологии, психологии, поведении радикальной интеллигенции 60-70-х годов, ее эстетические принципы. А.И. Новикову не удалось избежать определенных ошибок, например, в противопоставлении русского радикализма (в лице П.Г.Заичневского, С.Г.Нечаева и других) русским революционерам-демократам2. Кроме того, А.И. Новиков начинает отсчет истории русского нигилизма с 60-х годов ХГХ века, не пытаясь рассмотреть мнение А.Н. Герцена о нигилизме 40-х годов3. Несмотря на то, что научное значение этой работы не утрачено до настоящего времени, многие оценки, суждения и аргументы автора (анализ форм нигилизма, «мелкобуржуазность» нигилизма Н.В. Соколова, отношение к нигилизму со стороны Ф.М. Достоевского и прочее) в значительной степени устарели и требуют пересмотра.

В 80-е годы появляются отдельные работы, в которых нигилизм радикальной интеллигенции рассматривается в связи с историей русского революционного движения4. • Так, в работе С.Н. Канева указывается, что зарождение русского анархизма непосредственно связано с нигилистическим движением русской

1 Новиков А.И. Нигилизм и нигилисты. Опыт критической характеристики. Л., 1972. Там же. С. 96.

3 Там же. С. 87.

4 Гайнцева Э.К. Антинигилистическая беллетристика «Русского вестника». 1870-1880 гг. // Проблемы поэтики русской литературы XIX века. М., 1983; Канев С.Н. Революция и анархизм: Из истории борьбы революционных демократов и большевиков против анархизма (1840-1917 гг.). М., 1987; Краснов Г.В., Викторович В.А. Нигилист на рубеже 60-х годов как социальный и литературный тип // Революционная ситуация в России в середине XIX века: деятели и историки. М., 1986. С. 22-38; Пантин И.К. и др. Революционная традиция в России: 1783-1883 гг. М, 1986; Седов М.Г. Современники и историки о русском нигилизме // История СССР. 1984. № 5. С. 49-65. интеллигенции 60-х годов1. В обобщающей монографии по истории русского революционного движения И.К. Пантина, Е.Г. Плимака и В.Г. Хороса нигилизм радикальной интеллигенции (правда, только в лице Д.И. Писарева) рассматривается как часть российской революционной традиции2. Следует отметить, что в указанных работах серьезное возражение вызывает наукообразная теория о противостоянии «подлинной революционности» революционеров демократов и «мнимой революционности» русских экстремистов. Напротив, в вопросах тактики представители леворадикальной интеллигенции (русские экстремисты) шли гораздо дальше более умеренных радикалов.

В 90-е годы проблема нигилизма радикальной интеллигенции вновь как и в начале века оказывается в центре внимания исследователей. Этому способствовала, с одной стороны, схожесть характера социальных преобразований, происходивших в российском обществе, а с другой, - в 90-е годы происходят серьезные изменения в развитии отечественного интеллигенто-ведения. Важную роль в организации изучения истории российской интеллигенции сыграл Межвузовский Центр Российской Федерации «Политическая культура интеллигенции, ее место и роль в истории Отечества», действующий при Ивановском государственном университете. Другим центром интеллигентоведе-ния стал региональный исследовательский центр «XX век в судьбах интеллигенции», работающий при Уральском университете. Непреходящее значение для развития отечественной науки имело проведение научных конференций по проблемам интелли-гентоведения. Первые из них были проведены в Кемерово и Иваново (1991 г.), а затем они организовывались и в других го

1 Канев С.Н. Указ. соч. С. 31.

2 Пантин И.К. и др. Указ. соч. С, 180-181. родах. Важную роль в определении перспектив развития научно-исторической мысли имеют ежегодные конференции в Екатеринбурге и Иваново. По итогам работы этих форумов издавались и издаются сборники материалов1.

Важное значение для отечественной науки имела публикация сборников научных трудов, прежде всего тех, что ежегодно готовятся к печати под редакцией B.C. Меметова (ИвГУ). Большинство из содержащихся в них статей предлагают новые подходы к изучению истории российской интеллигенции2. Современное интеллигентоведение в значительной степени питается идеями, новыми концептуальными подходами, предлагающимися отечественными исследователями В.Р. Веселовым, B.C. Волковым, М.Е. Главацким, В.Т. Ермаковым, А.В. Квакиным, М.И.

Интеллигенция в системе социально-классовой структуры и отношений советского общества: Тезисы докл. и сообщений Всесоюз. науч. конф. Кемерово, 1991; Интеллигенция и политика: Тезисы докл. межрегион, науч.-теор. конф. Иваново, 1991; Интеллигенция в политической истории XX века: Тезисы докл. межгос. науч.-теор. конф. Иваново, 1992; Поиск новых подходов в изучении интеллигенции: проблемы теории, методологии, источниковедения и историографии: Тезисы докл. межгос. науч.-теор. конф. Иваново, 1993; Культура и интеллигенция России в переломные эпохи (XX в.): Тезисы докл. Всерос. науч.-практ. конф. Омск, 1993; Интеллигенция России: уроки истории и современность: Тезисы докл. и сообщения межгос. науч.-теор. конф. Иваново, 1994; Российская интеллигенция: XX век: Тезисы докл. и сообщений науч. конф. Екатеринбург, 1994; История российской интеллигенции: Материалы и тезисы науч. конф.: В 2 ч. М., 1995; Российская интеллигенция в отечественной и зарубежной историографии: Тезисы докл. межгос. науч.-теор. конф. Иваново, 1995; Культура и интеллигенция России в эпоху модернизации (XVIII-XX вв.). Омск, 1995; Интеллигенция, провинция, Отечество: проблемы истории, культуры, политики: Тезисы докл. межгос. науч.-теор. конф. Иваново, 1996; Интеллигенция и власть на пороге XXI века: Тезисы докл. регион, науч.-практ. конф. Екатеринбург, 1996; Интеллигенция в России в конце XX века: система духовных ценностей в исторической динамике: Тезисы докл. и сообщения Всерос. науч. конф. Екатеринбург, 1998; Нравственный императив интеллигенции: прошлое, настоящее, будущее: Тезисы докл. междунар. науч.-теор. конф. Иваново, 1998.

2 Интеллигенция в политической истории XX века: Межвуз. сб. науч. тр. Иваново, 1993; Проблемы теории и истории изучения интеллигентоведения: поиск новых подходов: Межвуз. сб. науч. тр. Иваново, 1994; Проблемы методологии истории интеллигенции: поиск новых подходов: Межвуз. сб. науч. тр. Иваново, 1995; Интеллигенция России: уроки истории и современность: Межвуз. сб. науч. тр. Иваново, 1996; Актуальные проблемы историографии отечественной интеллигенции: Межвуз. респ. сб. науч. тр. Иваново, 1996; Некоторые современные вопросы анализа российской интеллигенции: Межвуз. сб. науч. тр. Иваново, 1997.

Кондрашевой, С.А. Красильниковым, B.C. Меметовым, В.Л. Со-скиным, Г.Г. Халиулиным и другими1.

В связи с развитием отечественного интеллигентоведения, проблема нигилизма радикальной интеллигенции оказалась в центре внимания научных работ и общественно-политической публицистики. Прежде всего это связано с возвращением к проблемам, затронутым в известных сборниках «Вехи» и «Из глубины», попыткой их анализа на новом этапе общественного развития". Однако желание отдельных авторов (например, А.Н. Лазаревой) развить идеи веховской критики нигилизма интеллигенции сегодня кажутся уже недостаточным для понимания поставленной проблемы. Все чаще нигилизм начинает рассматриваться в рамках исследования эволюции русской интеллигенции

Веселое В.Р. Современное ннтеллигентоведение: противоречия развития (субъективные заметки историка) // Некоторые современные вопросы . Иваново, 1997; Волков B.C. К научной концепции истории советской интеллигенции // В поисках исторической истины. Д., 1990; Ермаков В.Т. О современных подходах к изучению историографии российской и советской интеллигенции // Актуальные проблемы историографии. Иваново, 1996; Квакин А.В. Современные проблемы изучения истории интеллигенции // Проблемы методологии истории. Иваново, 1995; Кондрашева М.И., Главацкий М.Е. Итоги историографической «пятилетки» в исследовании истории российской интеллигенции (по материалам конференций межвузовского центра «Политической культуры интеллигенции, ее место и роль в истории Отечества») // Актуальные проблемы. Иваново, 1996; Они же. Научные конференции по исследованию проблем интеллигентоведения как историографический факт // Некоторые современные вопросы. Иваново, 1997; Красильников С.А. Советская интеллигенция: новые оценки и подходы // Проблемы методологии. Иваново, 1995; Меметов B.C. К первым итогам становления «интеллигентоведения» как самостоятельной отрасли научного знания // Актуальные проблемы историографии. Иваново, 1996; Меметов B.C., Данилов А.А. Интеллигенция России: уроки истории и современность (Попытка историографического анализа проблемы) //Интеллигенция в России. Иваново, 1996; Меметов B.C., Заховаев А.А. В поисках новых методологических подходов изучения истории интеллигенции России //Проблемы теории и истории. Иваново, 1994; Соскпн B.JI. Некоторые теоретические аспекты современного этапа изучения советской интеллигенции России // Актуальные проблемы историографии. Иваново, 1996; Халнулнн Г.Г. Исторические пути советской интеллигенции//Проблемы методологии. Иваново, 1995.

2 Гайденко П.П. «Вехи»: неуслышанное предостережение //Вопросы философии. 1992. № 2. С. 103-122; Казаков А. Этика антинигилизма // Литературное обозрение. 1990. № 12. С. 9698; Колеров М.А. Самоанализ интеллигенции как политическая философия // Новый мир. 1994. № 8. С. 160-171; Он же. Плотников Н.С. Русская интеллигенция и национальная судьба //Из глубины. М., 1990. С. 5-16; Лазарева А.Н. Интеллигенция и религия: К историческому осмыслению проблематики «Вех». М., 1996; Ширинянц С.А. Политическая культура интеллигенции в России на рубеже XIX-XX веков: Дис. .канд. филос. наук. М., 1993. С. 102-104.

XVIII-XIX веков1. Правда, публицистический характер работ помешал авторам изучить нигилизм радикальной интеллигенции как объективное явление. В 90-е годы появляются ряд монографий и диссертаций, посвященных как отдельным формам нигилизма, так и непосредственно нигилизму радикальной интеллигенции2. В работах В.Г. Мехтиева и J1.B. Чередниченко подчеркивается, что антинигилистический роман 60-70-х годов был направлен против идеологии и практической деятельности радикальной интеллигенции'', а В.Д. Сергеев указал на конкретном историческом материале появление революционных тенденций в среде разночинской интеллигенции 50-х годов XIX века4. Рост интереса авторов к проблемам нигилизма вполне закономерен в наши дни. Это указывает, что данная проблема не утратила актуальности, продолжает волновать умы исследователей.

Зарубежную историографию проблемы нигилизма радикальной интеллигенции можно разделить на несколько периодов. Первый из них приходится на конец XIX века, когда появляются работы Н. Карловича, К. Ольденбурга и А. Туна5. По

1 Афонский JI. Интеллигенция и государство // Москва. 1998. №2. С. 148-160; Кантор В. Лишенные наследства: К проблеме смены поколений в России // Октябрь. 1996. № 10. С. 161175; Оболенский А. На краю пропасти. Русская интеллигенция и трагедия русской истории (XIX век) //Дружба народов. 1993. № 9. С. 140-163; Парамонов Б. Голая королева. Русский нигилизм как культурный проект // Звезда. 1995. № 6.

Мальцев К. Г. Политический нигилизм как объект изучения в русской религиозной фило-софско-политической мысли (последняя треть XIX-начало XX вв.): Дне. .канд. политнч. наук. Алматы, 1994; Мехтиев В.Г. Роман Н.С. Лескова «Некуда» и проблемы духовности и нигилизма в русской прозе первой половины 60-х годов XIX века: Автореф. .канд. филол. наук. М., 1995; Пигалев А.И. Философский нигилизм и кризис культуры. Саратов, 1991; Сергеев В.Д. Вятские нигилисты. Из истории разночинной интеллигенции Вятки. П-Камчатскнй, 1994; Сирин С.А. Социальные и философские основания правового нигилизма: Дис. .канд. филос. наук. СПб., 1994; Чередниченко А.В. Проблема нигилизма в русской литературе начала 70-х годов XIX века ( Н.С. Лесков «На ножах», Ф.М. Достоевский «Бесы»): Дне. .канд. филол. наук. М., 1996.

3 Мехтиев В.Г. Указ. соч. С. 16-17; Чередниченко Л.В. Указ. соч. С. 213.

4 Сергеев В.Д. Указ. соч. С. 3-14, 35-40.

5 Karlowitsch N. Die Entwickelung des Nihilismus. Berlin, 1880;01denburg K. Der russische Nihilismus von seinen Anfangen bis zur Gegenwart. Leipzig, 1888; Tun A. Geschichte der revolutionaren Bewegungen in Russland. Leipzig, 1883. следняя работа, несмотря на невысокую оценку со стороны представителей русской радикальной интеллигенции, выдержала в России несколько изданий1. Альфонсу Туну принадлежит одна из первых попыток периодизации истории русского общественного движения, которое он делит на три периода: до 1825 года, с 1825 по 1855 год и с 1855 года. В последнем этапе он выделяет четыре подэтапа, первые два из которых (1855-1863 и 18631872 годы) рассматривает как период нигилизма. По его мнению, распространение нигилизма в среде русской интеллигенции было связано с крушением николаевской системы и развитием литературной критики. Нигилизм А. Тун понимал как новейший взрыв материализма и демократизма с сильным пессимистическим оттенком, без всякой оригинальности, поскольку он почерпнут из западной литературы, и его нельзя смешивать с социализмом и терроризмом2. Однако, с подобной характеристикой нигилизма радикальной интеллигенции, а также ограничением данного феномена небольшими временными рамками трудно согласиться. Тем не менее, приходится признать, что столь узкий критерий в подходе к нигилизму радикальной интеллигенции будет присущ затем многим зарубежным исследователям .

В 20-50-е годы нигилизм русской радикальной интеллигенции был в центре внимания исследователей, эмигрировавших из России - Н.А. Бердяева, В.В. Зеньковского, Н.О. Лосского, Т.П. Федотова, С.Л. Франка и других. По понятным причинам в настоящее время эти работы рассматриваются в разделе отечественной историографии.

1 Тун А. История революционных движений в России. М., 1905; Он же. Указ. соч. Б.г. «Библиотека для всех» О.Н. Рутенберга.

2 Тун А. Указ. соч. М., 1905. С. 76.

Интерес к проблемам истории русской радикальной интеллигенции и политическому нигилизму как части ее мировоззрения усиливается на Западе с конца 50-х годов. В это время появляются работы Ч.Мозера, М. Раева, Р. Хайнгли, А. Ярмолинского и других1. М.Раев в книге «Происхождение русской интеллигенции» показал, что русское дворянство XVIII века стало основой формирования русской интеллигенции. По его мнению, бюрократия, вставшая между дворянами и правительством, оттолкнула их друг от друга и способствовала трансформации служилого класса в интеллигенцию, которая пыталась определять курс правительства с одной стороны, и помогать народу с другой, что определило ее оппозиционность существующему государству . Анализируя взгляды М. Раева, нужно сказать, что он рассматривает лишь небольшую часть интеллигенции, оставляя в стороне консервативную интеллигенцию (многие представители которой были бюрократами).

В 50-60-х годах на Западе выходят в свет работы Дж. Гоуд-сблома, Р. Паннвица, С. Розена, X. Тилике, М. Хайдеггера и других, в которых предпринимается попытка философского осмысления проблемы нигилизма как исторического явления3. Однако, в данном случае у исследователей возникли серьезные противоречия. Например, Стэнли Розен считал, что нигилизм -случайное историческое явление, что это в большей степени не - просто исторический феномен, а философская теоретическая

1 Moser Ch. Antinihilism in Russian Novel of the 1860's. The Hague, 1964; Raeff M. Origins of the Russian intelligentsia. The Eighteen-Centry Nobility. N.Y., 1966; Hingly R. Nihilists. Russian Radicals and Revolutionars in the Reing of Alexander II. N. Y., 1969; Yarmolinsky A. Road to revolution. A centry of Russian radicalism. L., 1957.

2 Raeff M. Ibid. P. 52-53.

Хайдеггер M. Европейский нигилизм // Он же. Время и бытие: Статьи и выступления. М„ 1993. С. 63-176. Goudsblom J. Nihilism en Cultuur. Amsterdam, 1960; Panmvitz R. Der Nihilismus und die werdende Welt. Niirnberg, 1951; Rosen S. Nihilism: A Philosophical Essay.

-РОССИЙСКАЯ^ проблема, которая предполагает исследование объективной духовной природы людей1. Более широко и более глубоко историческую сущность нигилизма понимал М. Хайдеггер. По его мнению, «нигилизм есть история. Для понимания существа нигилизма мало что дает пересказ и портретные зарисовки из Истории нигилизма по отдельным столетиям. Все должно быть нацелено, главное, на то, чтобы увидеть в нигилизме закономерность истории. Вникание в существо нигилизма состоит поэтому не в ознакомлении с известными историографии нигилистическими явлениями - оно требует понимания шагов, промежуточных ступеней и промежуточных состояний.

В 70-е годы зарубеясная историография пополнилась работами Д. Броуэра, Р. Пайпса, Ф. Помпера, Р. Стайтса, посвященных анализу отдельных сторон истории нигилизма русской радикальной интеллигенции'. Р. Пайпс в своем докладе, опубликованном в СССР еще в 1970 году, попытался дать оценку нигилизму русской радикальной интеллигенции, а также показать противостояние двух мировоззренческих позиций - нигилизма и консерватизма. По его мнению, нигилист - это человек новой породы, западный позитивист, преувеличенный до гротеска, который ставит под сомнение существующие институты, готов отбросить их или разрушить, если они не совпадают с его точкой зрения. Теорией антинигилизма видится Р. Пайпсу русский кон

New Haven and L., 1969; Thielicke H. Der Nihilismus. Entstehung-Wesen-Uberwindung. Pfullingen, Neske, 1951. ' Rosen S. Ibid. P. 136-137. "" Хайдеггер. M. Указ. соч. С. 93.

Пайпс P. Русский консерватизм во второй половине XIX века М., 1970; Он же. Россия при старом режиме. М., 1993. Книга впервые опубликована в 1974 г.; Brower D. R. Training the Nihilists. Education and radicalism in Tsarist Russia. N.Y., 1975; Pomper Ph. Sergei Nechaev. New Brunswick, 1979; Stites R. The Women's Liberation Movement in Russia. Feminism, Nihilism, and Bolshevism, 1860-1930. Princeton, 1978. серватизм после 1860 года1. В работе «Россия при старом режиме» Р. Пайпс указывает, что под интеллигенцией в России понимались прежде всего революционеры: он считает, что основными критериями русской интеллигенции была оппозиционность существующему режиму и служение общественному благу. После петровских преобразований появляется критическое отношение к миру, из которого оформляются два направления: консервативно-националистическое и либерально-радикальное, выступившее оппозицией к власти2. Стремление Р. Пайпса «развести» два основных направления общественно-политической жизни заслуживает внимания, поскольку позволяет более глубоко понять эволюцию русской интеллигенции. Интересные рассуждения о нигилизме русской радикальной интеллигенции встречаются в работах Ф. Помпера. Рассматривая нигилизм как короткий период революционного движения (1855-1 869), он полагал, что нигилизм радикальной интеллигенции, направленный на отрицание традиционной русской культуры, был сознательным, но вместе с тем глубоко внутренним, заключенным в национальных мифах и символах, явлением. Нигилизм (а позже народничество и марксизм) принимал типичные формы, которые отражали влияние индивидуальной психологической стратегии, общепринятой в поиске самоидентификации в русском культурном контексте"'. Из работ, посвященных отдельным проблемам нигилизма радикальной интеллигенции, следует отметить книги Д.Р. Броуэра и Р. Стайтса. В первой из них автор выбирает объектом исследования русских радикалов, поскольку термины

1 Пайпс Р. Русский консерватизм во второй половине XX века. Материалы XIII Международного конгресса исторических наук. Москва, 16-23 августа 1970 г. М., 1970. С. 4 -5.

2 Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993. С. 330-332, 334-338, 356.

3 Pomper Ph. The Russian Revolutionary Intelligentsia. N.Y., 1970. P. 53-100; Pomper Ph. Sergei Nechaev. P. 20, 30-35. передовая российская интеллигенция», «нигилисты» и «революционные демократы» его не устраивают. По мнению Д.Р. Броуэра, русские нигилисты появляются в царствование Александра II и их основу составляла учащаяся молодежь, поскольку процесс обучения и среда создавали одну «школу инакомыслия»1. В монографии Ричарда Стайтса проблема нигилизма радикальной интеллигенции разбирается в связи с историей женской эмансипации в России. Автор уделяет большое внимание термину «нигилистка», а также участию женщин в революционном движении. Р. Стайте полагает, что нигилизм как политическое течение исчезает в конце 1860-х годов уступая место радикализму, который вместо поверхностных идей отрицания или разрушения культуры поставил задачу реализации социалистической идеи на русской почве2. При всех неоспоримых достоинствах книг Д.Р. Броуэра и Р. Стайтса, следует указать, что их разделение политического нигилизма и радикализма кажется недостаточно убедительным.

Современный период историографии вопроса показывает, что он продолжает волновать умы исследователей, а поэтому автор не склонен соглашаться с точкой зрения Вольфганга Крауса, который пишет, что «можно лишь удивляться тому, что о нигилизме сегодня говорят мало»'. Напротив в 80-90-е годы количество работ по проблемам нигилизма русской радикальной интеллигенции неуклонно увеличивалось. Из исторических и исто-рико-культурологических работ по данной теме следует отметить книги Н. Кейджи, М. Раева и Е. Роуза. М. Раев в книге

1 Brower D.R. Training the nihilist. P. 1-5, 30, 44-47, 82.

Stites R. The Women's Liberation Movement in Russia. Feminism, Nihilism, and Bolshevism, 1860-1930. P. 46-47, 89-114.

Краус В. Нигилизм сегодня, или Долготерпение истории. Следы рая. Об идеалах. Эссе. М., 1994. С. 7.

Понять дореволюционную Россию», которая может рассматриваться как продолжение упоминавшейся выше книги «Происхождение русской интеллигенции», под интеллигенцией понимает тонкий критический слой просвещеннейшего меньшинства, который сформировался благодаря государственной поддержке в период правления Екатерины II. Значительное влияние на интеллигенцию в 30-40-е годы оказал А.И. Герцен: он превратил ее интеллектуальные заботы и моральное непринятие существующей действительности в активную политическую идеологию, направленную против режима. Уже следующее поколение интеллигенции (60-е годы XIX века) легко превратилось в нигилистов и радикалов. Причины этого Раев видит в коллективной психологии (бунт против отцов) и студенческой жизни, где радикальный дух передавался от поколения к поколению1. Особый интерес вызывает книга Нишитани Кейджи, которая представляет собой историю мирового нигилизма. По мнению автора, нигилизм глубоко укоренен в радикальном темпераменте русского народа, это вид религиозной (квазирелигиозной, фанатичной) психологии. Особого внимания заслуживает замечание Н. Кейджи о том, что нигилизм и анархизм, которые полностью доминировали в сознании интеллигенции, становятся факторами истории России в XIX веке и появляются в последние годы правления Александра I. Позже представителями нигилизма будут А.И. Герцен и М.А. Бакунин". Это единственное упоминание, которое существует в зарубежной и отечественной историографии, относящее появление нигилизма ко времени правления Александра I и декабристам. Евгений Роуз (Серафим), извест

1 Раев М. Понять дореволюционную Россию: Государство и общество в Российской империи. L., 1990. Р. 134, 136-137, 159, 176, 199, 202-203, 241-243.

2 KeijiN. The Self Overcoming ofNihilism. N.Y., 1990. P. 127-156. ный проповедник, в книге «Нигилизм» полагал, что последний проходит несколько этапов: либерализма, реализма, витализма и нигилизма разрушения как наиболее полной формы нигилизма. Яркими выразителями нигилизма разрушения были, по его мнению, представители русской радикальной интеллигенции С.Г. Нечаев, М.А. Бакунин, В.И. Ленин. В духе христианской критики революционного радикализма Е. Роуз считал, что нужно отказаться от нигилизма (послушания дьяволу) и перейти к служению богу1. Эта позиция близка к тем альтернативам, которые предлагали в противовес нигилизму радикальной интеллигенции русские религиозные философы начала XX века.

В последние годы в российской периодической печати появились несколько работ Л. Люкса, В. Страда и П. Тиргена, в которых анализируется нигилизм радикальной интеллигенции. Л. Люкс в своей статье к общеизвестным обвинениям в адрес русской радикальной интеллигенции добавил не вполне заслуженное обвинение в ригоризме2. Публикация П. Тиргена не только возвращает нас к проблеме генезиса слова «нигилизм», но и позволяет взглянуть на характер нигилизма русской радикальной интеллигенции 60-х годов XIX века, а также на позицию автора романа «Отцы и дети», который, по мнению П. Тиргена, дал наглядное опровержение нигилизма интеллигенции3. Статья В. Страда - одна из лучших за последние годы по проблеме русского радикализма. В ней он пытается преодолеть антинечаев-ские настроения историографии и показать, что С.Г. Нечаев -«типично-идеальный образ», а также разобраться в смысле не

1 Rose Е. (Fr. Seraphim). Nihilism. The Root to the Revolution of the Modern Age. Fr. Seraphim Rose Foundation, 1994. P. 22, 33-34, 54-55, 58, 74-85, 99.

Люкс Л. Интеллигенция и революция. Летопись триумфального поражения // Вопросы философии. 1991. № 11. С. 3-15.

3 Тирген П. К проблеме нигилизма в романе И.С. Тургенева «Отцы и дети» // Русская литература. 1993. № 1. С. 37-47. чаевского случая как конкретного события и как сюрреволюци-онной парадигмы1. Работы Л. Люкса, В. Страда и П. Тиргена показывают, что современная зарубежная историография проблемы не стоит на месте.

В 80-90-е годы проблема нигилизма продолжает получать освещение в философско-культурологических работах Г. Ватти-мо, В. Крауса, Р. Жаккарда, К. Жанно, Д.М. Левина, М. Хар-рингтона и других2. В этих работах подчеркивается актуальность проблемы для современной эпохи, а также предлагаются пути преодоления нигилизма. Оценивая современные зарубежные работы, посвященные проблеме нигилизма, следует отметить, что в них отсутствует попытка рассмотрения нигилизма как закономерного, исторически обусловленного, объективного явления, анализ которого требует не только «отрицания» нигилизма, но и понимания его диалектической природы.

Научная эьзibeses мебдбдовйншл, Диссертация представляет собой первое в отечественной исторической науке исследование, в котором предпринимается попытка комплексного рассмотрения нигилизма российской радикальной интеллигенции 70-х годов XVIII - 70-х годов XIX веков. Научная новизна исследования заключается в следующем: о пересматриваются устоявшиеся стереотипы историографии (в частности, об истоках нигилизма радикальной интеллигенции);

1 Страда В. Гуманизм и терроризм в русском революционном движении // Вопросы философии. 1996. JSCs'7. С. 90-119.

2 Краус В. Указ. соч. М., 1994; Vattimo G. The End of Modernity. Nihilism and Hermeneutics in Postmodern Culture. Baltimore, 1988; Jaccard R. La tentation nihiliste. P., 1989; Jannoud C. Au rendez-vous du nihilisme: Symptomes. Arlea, 1989; Levin D.M. The Body's Recollection of Being. Phenomenological Phychology and the Deconstruction of Nihilism. L., 1985; Harrington M. The Politics at God's Funeral. The Spiritual Crisis of Western Civilization. N.Y., 1983. нигилизм радикальной интеллигенции рассматривается с позиций системно-исторического анализа; © выделяются два фундаментальных принципа мировоззрения интеллигенции - омнизм и нигилизм, показывается их взаимодействие в истории интеллигенции; © определяются сущностные черты радикальной интеллигенции и ее нигилизма; ® выявляются истоки нигилизма радикальной интеллигенции (в движении декабристов); о прослеживается эволюция нигилистического мировоззрения радикальной интеллигенции с 20-х по 70-е годы XIX века; о показывается, каким образом нигилистическая идеология получала отражение в общественно-политической борьбе; о определяются основные этапы политической дифференциации российской интеллигенции в 70-х годах XVIII - 70-х годах XIX веков, выявляются основные отряды русской интеллигенции.

В целом вся работа соискателя была направлена на комплексное, системно-историческое, междисциплинарное, теоретико-методологическое и историко-эмпирическое изучение феномена нигилизма российской радикальной интеллигенции 70-х годов XVIII - 70-х годов XIX веков.

Теор^ткчесЕЕя ж краЕтмческая значимость шеся&довазшя. Изучение проблемы нигилизма радикальной интеллигенции России имеет важное значение для более глубокого осмысления места и роли интеллигенции в революционных изменениях, происходивших в российском обществе на протяжении XVIII-XX веков. Представленная диссертация может послужить основанием для более глубокого понимания идейно-теоретического и духовно-нравственного наследия российской радикальной интеллигенции XIX-XX веков, а также изучения особенностей ее идеологии, нашедшей преломление в практической деятельности.

Диссертация может представлять интерес для политических лидеров, поскольку процессы, происходящие в среде современной интеллигенции, напоминают аналогичные, происходившие в ее среде в конце XVIII - начале XX веков. Учитывая, что одной из важнейших задач интеллигенции является выработка идеологии для иных социальных групп и поиск наиболее значимых и исторически обусловленных путей дальнейшего развития общества, современным лидерам и идеологам нужно помнить положительные и отрицательные стороны деятельности российской интеллигенции XVIII-XIX веков.

Данное исследование может быть полезным для ученых, анализирующих проблемы интеллигентоведения, а также истории и культуры России, российского общественного движения и общественной мысли. Отдельные положения, присутствующие в нем, открывают новые направления для разработки вопросов истории радикальной интеллигенции России. Поскольку проблемы нигилизма, интеллигенции и нигилизма радикальной интеллигенции изучаются представителями ряда гуманитарных наук, результаты представленной работы, как историко-эмпирические, так и теоретико-методологические, могут быть использованы философами, филологами, политологами, психологами и другими специалистами.

Результаты, выводы, суждения автора могут стать частью учебной и воспитательно-педагогической работы.

Апробация результатов гсслэдовдЕВЯ. По теме диссертации автором опубликовано 20 работ общим объемом более 3,0 п.л. Основные результаты и выводы исследования были изложены в

3 статьях , а также апробированы на 14 научных конференциях, в том числе : о двух международных, двух межгосударственных научно-теоретических и одной республиканской научно-практической конференциях, организованных и проведенных Межвузовским Центром РФ «Политическая культура интеллигенции, ее место и роль в истории отечества»; о девяти международных, межгосударственных, всероссийских, республиканских, региональных и межвузовских научно-теоретических, научно-практических и научно-методических конференциях в Екатеринбурге, Иваново и Москве.

Диссертационные материалы использовались автором при чтении учебных курсов в высшей школе и в рамках педагогической работы.

Диссертация обсуждалась на заседании кафедры истории и культуры России Ивановского государственного университета.

Заключение диссертации по теме "Отечественная история", Возилов, Владимир Владимирович

Заключение

Изучение проблемы «нигилизм радикальной интеллигенции», взятой в конкретно-исторической реальности с использованием непротиворечивой теоретико-методологической базы, позволяет глубже осмыслить развитие интеллигенции в целом, ее место и роль в истории отечества.

В диссертации отмечается, что интеллигенция есть социальная группа, существующая на всем протяжении истории всякого народа, объединяющая людей, профессионально занимающихся умственным трудом. Поскольку одной из задач интеллигенции является поиск значимых для общества экономических, политических и идеологических ориентиров, духовно-нравственное обоснование избранного пути, ей всегда приходится быть на острие идейно-политической борьбы, делать выбор между двумя практико-мировоззренческими тенденциями -утверждающей (омнистической) и отрицающей (нигилистической).

Автором подчеркивается, что в русской национальной культуре и национальном мировоззрении среди множества идей можно выделить два основополагающих принципа, которые обозначаются терминами «омнизм» и «нигилизм». Омнизм есть идея утверждения бытия в целом, всеобщий принцип положительного, созидательного отношения человека к миру. Противоположный ему нигилизм представляет собой субъективно-групповое отрицание бытия в целом или отдельных сторон общественной жизни. Основной линией миропонимания российской интеллигенции, несомненно, должен быть признан омнизм: строительство государства, собирание земель, выработка национальной идеологии, - все это черты отечественной созидательной теории и практики. Однако, во всякую историческую эпоху действуют индивиды и социальные группы, деятельность которых направлена на ниспровержение существующих социальных институтов. Диалектическое взаимодействие двух этих тенденций во многом определяет результаты исторических изменений, происходящих в российском обществе на разных ступенях его развития.

Исследуя генезис нигилизма российской радикальной интеллигенции, диссертант пришел к выводу, что ни с мнением отдельных отечественных исследователей, относивших его появление к концу XVIII века, ни с точкой зрения большинства зарубежных авторов, считавших, что нигилизм появляется только в 60-е годы XIX века, нельзя согласиться. Истоки нигилистического мировоззрения российской интеллигенции, по мнению автора, следует искать в радикальном направлении декабристского движения, в программных документах которого нашли выражение идеи субъективно-группового отрицания ряда основных условий жизни русского народа.

Эволюция нигилизма радикальной интеллигенции может быть представлена следующим образом. С момента возникновения в мировоззрении интеллигенции, входившей в декабристские организации, нигилизм становится важнейшей составной частью идеологии и практики российской радикальной интеллигенции 20-х - 70-х годов XIX века. В 20-е годы тенденция нигилизма обнаруживает себя в деятельности Южного общества декабристов, возглавлявшегося П.И. Пестелем, разработавшим наиболее радикальный план общественного переустройства России после военной революции. В конце 20-х - начале 30-х годов на смену декабристам приходят радикальные студенческие кружки, в которых складывается нигилистическая идеология.

Наиболее известным таким кружком было общество А.И. Герцена и Н.П. Огарева. В 40-е годы нигилизм стал составной частью идей петрашевцев. В 30-50-е годы нигилистического мировоззрения придерживались многие известные русские интеллигенты-радикалы: B.C. Печерин, М.А. Бакунин, В.Г. Белинский, Н.А. Добролюбов. Наиболее ярко нигилизм интеллигенции был представлен в 60-е годы в творчестве Д.И. Писарева и Н.Г. Чернышевского. Тогда же нигилизм принимается в качестве идеологии русскими радикалами (П.Г. Заичневским, Н.А. Ишутиным и другими), поставившими своей целью коренное изменение существующего строя. В 70-е годы нигилизм отчетливо проявлялся в программах и практике анархистских кружков и народнических организаций «Земля и воля», «Народная воля» и «Черный передел».

Сущностными чертами нигилизма радикальной интеллигенции, по мнению соискателя, стали: в идеологии следование утопическим теориям, отрицание государства, церкви, семьи, искусства, морали; в политике - полное отрицание существующего общественного строя, курс на политическую революцию; в экономике - отрицание действующих хозяйственных отношений. Способы достижения целей были самыми радикальными: подготовка вооруженного восстания, террор, экономический саботаж и прочее.

Проведенный диссертантом анализ деятельности российской радикальной интеллигенции позволяет заключить, что ей было свойственно стремление переносить нигилизм из области идеологии в практику общественно-политической борьбы. Первой такой попыткой стало выступление 14 декабря 1825 года, поскольку руководителями восстания готовился переворот в основах государственного устройства. В 30-50-е годы XIX века основная работа интеллигенции, по объективным причинам, проходила в области теории; исключение составляет деятельность B.C. Печерина и М.А. Бакунина, принимавших участие в европейском революционном движении. Особенно ярко нигилизм в деятельности радикальной интеллигенции проявился в 60-70-е годы. Примером такой деятельности становятся террористические акты (начало им положил выстрел Д.В. Каракозова), которые в конце 70-х годов принимают систематический характер; создание артелей, основанных на новых социальных началах; «хождение в народ» (1874-1 875 гг.), целью которого было поднять крестьян на бунты; авантюра В.К. Дебогория-Мокриевича («Чигиринское дело») и революционная деятельность С.Г. Нечаева.

Использование междисциплинарного подхода и системно-исторического анализа позволило автору показать динамику идейно-политического размежевания интеллигенции в 70-х годах XVIII - 70-х годах XIX веков. По мнению соискателя, можно выявить пять этапов политической дифференциации российской интеллигенции, в результате которых сформировались основные отряды интеллигенции. Первое идейно-политическое размежевание происходит в конце XVIII века, когда в среде российской интеллигенции выделяются два отряда - традиционалистов-консерваторов (М.М. Щербатов, И.Н. Болтин, Г.Р. Державин и другие) и либералов-западников (А.Н. Радищев, Н.И. Новиков, русские масоны). Если первых объединяло желание подчеркнуть национальное величие и историческое предназначение своего отечества, то вторые ориентировались на идеи европейского Просвещения. Вторая политическая дифференциация в среде интеллигенции происходит в конце 10-х - начале 20-х годов XIX века. В это время в рамках движения декабристов западническое направление распадается на два крыла: либеральное (во главе с Н.И. Тургеневым, а затем - Н.М. Муравьевым) и радикальное (во главе с П.И. Пестелем). Основное различие между двумя новыми отрядами было в видении будущего России: утопическим республиканским планам П.И. Пестеля противостояла более умеренная программа русских либералов. Третья политическая дифференциация происходит в 40-е годы XIX века. Тогда оформляются два основных направления русского либерализма: умеренно-либеральное и радикально-либеральное. Первое представляли славянофилы, дистанцировавшиеся от консерваторов, а второе - либеральные западники во главе с Т.Н. Грановским, который расходится с лидером русских радикалов В.Г. Белинским. Четвертый этап следует отнести к 60-м годам XIX века. В этот период из среды радикальной интеллигенции выделяется леворадикальное крыло. Именно оно соберет вокруг себя анархистов, бланкистов и якобинцев (П.Г. Заичневского, С.Г. Нечаева, П.Н. Ткачева, Д.В. Каракозова и других). В отличии от русских радикалов этого времени (прежде всего А.И. Герцена и Н.Г. Чернышевского) они не отказывались от самых крайних методов борьбы. Наконец, последний, пятый этап относится к началу 80-х годов XIX века, когда в ответ на усиление революционного движения в среде консервативной интеллигенции выделяется правоконсервативное крыло. Наиболее заметно это направление проявит себя в начале XX века в деятельности «Союза русского народа» и «Союза Михаила Архангела».

На всем протяжении работы диссертантом подчеркивается, что на каждом этапе истории отечественной интеллигенции нигилизму радикалов противостояла омнистическая программа русских консерваторов. Ее истоки можно найти в зарождающемся русском национализме конца XVIII века. Законченный характер программа русских консерваторов получила в творчестве Н.М. Карамзина, идеи которого противостояли нигилистическим устремлениям декабристов. В 30-50-е годы в противовес нигилистическому мировоззрению русских радикалов (В.Г. Белинского, петрашевцев, М.А. Бакунина и других) славянофилами, официальными идеологами (Л.В. Дубельтом, С.С. Уваровым) и П.Я. Чаадаевым выдвигается альтернативная программа самобытного развития России. В 60-е годы противоположные позиции занимают нигилисты и «антинигилисты» (М.Н. Катков, И.С. Тургенев, Н.Н. Страхов, М.П. Погодин и другие), а в 70-е годы - почвенническое мировоззрение Ф.М. Достоевского, Н.Я. Данилевского и К.Н. Леонтьева и ультрарадикальные идеи русских экстремистов (анархистов, народников и других).

Методы системно-исторического анализа, а также комплексный междисциплинарный подход позволили автору не только представить динамику идейно-политического размежевания и противостояния в среде российской интеллигенции, но и найти место отдельным представителям интеллигенции в рамках общественно-политического спектра. Диссертантом обосновывается положение, что А.Н. Радищев, а также ряд русских интеллигентов конца XVIII века (И.П. Пнин, Ф.В. Каржавин и другие) не могут быть названы революционерами, так как относятся к отряду либерально-западнической интеллигенции. С другой стороны, Н.М. Карамзин и П.Я. Чаадаев должны быть зачислены в состав омнистическо-консервативной интеллигенции, о чем свидетельствует анализ их творческого наследия.

Исследование противостояния двух идейномировоззренческих принципов в истории русской мысли - ом-низма и нигилизма - дает возможность не только переосмыслить историческое прошлое, но и лучше понять процессы, происходящие в нашн дни. Применение методов системно-исторического анализа позволяет вывести интеллигентоведение на новый уровень научно-исторического знания. Деление идейно-политического спектра на шесть частей, а следовательно, и деление интеллигенции на шесть основных отрядов с некоторыми видоизменениями может применятся как для анализа политических процессов в России конца XIX века, так и в России начала и конца XX века.

В современной российской общественно-политической практике роль радикальной интеллигенции (например, анархистов или троцкистов) не так заметна, как в начале XX века. Тем не менее, многочисленные факты свидетельствуют, что происходит усиление политического, религиозного, национального и т.п. экстремизма. В идеологии подобных движений, во главе которых всегда стоит интеллигенция, можно найти нигилистические моменты, а также стремление перенести их практическую плоскость.

Нигилизм радикальной интеллигенции» как предмет научно-исторического исследования содержит большие перспективы для дальнейшего изучения как в целом, так и применительно к отдельным историческим эпохам, периодам и конкретным личностям. В целом это явление изучено слабо и может быть интересно для представителей различных гуманитарных дисциплин. Наиболее важными направлениями изучения являются: нигилизм интеллигенции древней и средневековой Руси, столкновение омнистического и нигилистического мировоззрения различных групп интеллигенции, нигилизм в творческом наследии отдельных представителей русской интеллигенции и т.п. Дальнейшее изучение данной темы будет способствовать расширению сферы научно-исторического знания.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Возилов, Владимир Владимирович, 2000 год

1.ИСТОЧНИКИ1. 1. Архивные источники

2. Государственный архив Российской Федерации

3. Ф. 9595 (Коллекция документов по истории революционного движения в России).

4. Ф. 801 (Личный фонд В.И. Семевского).

5. Ф. 1762 (Личный фонд П.Л. Лаврова).

6. Ф. 634 (Личный фонд Л.А. Тихомирова).

7. Ф. 1129 (Личный фонд П.А. Кропоткина). I. 2. Документальные публикации.

8. Восстание декабристов: Материалы: В 18т,- М.;Л.: Госиздат Госполитиздат - Наука, 1925-1984.

9. Дело петрашевцев: В 3 т. М.;Л.: Изд-во АН СССР, 19371951.

10. Документы по Чигиринскому делу //Былое. 1906. - № 12.

11. Из архива Л. Тихомирова //Красный архив. 1926. - № 6.

12. Инструкция «Подготовительная работа партии» //Революционное народничество 70-х годов XIX века. Т. 2. -М., 1965.1 1 . Листовки «Великорусе», изданные Тайным комитетом //Русско-польские революционные связи. Т. 1. М., 1963.

13. Манифест к русскому народу. //И дум высокое стремленье. М., 1986.

14. Петрашевцы: Сборник материалов: В 3 т. М.;Л.: Госиздат, 1926-1928.

15. Покушение Каракозова: В 2 т. М.: Изд-во Центроархива РСФСР, 1928; М.;Л., 1930.

16. Программа «Земли и воли» //Революционное народничество 70-х годов XIX века. Т. 2. М., 1965.

17. Программа Исполнительного комитета «Народной воли» //Программы политических партий и организаций России конца XIX XX века.-Ростов-на-Дону, 1992.

18. Программы политических партий и организаций России конца XIX-XX века. Ростов-на-Дону: Изд-во Рост, ун-та, 1992.

19. Революционная журналистика семидесятых годов. Ростов-на-Дону: Донская речь, 1905.

20. Революционное народничество 70-х годов XIX века: Сборник документов и материалов: В 2 т. М.: Наука, 1964-1965.

21. Русско-польские революционные связи: В 2 т. М. -Wroclaw: Изд-во АН СССР, 1963.

22. Периодическая печать I. 3.1. Журналы

23. Вестник Европы (ежемесячный литературно-политический журнал, 1866-1918, Петербург, изд. под ред. М.М. Стасюле-вича).

24. Вперед! (непериодический журнал, 1873-1877, Цюрих-Лондон, изд. под ред. П.Л. Лаврова).

25. Европеец. Журнал И.В. Киреевского. 1832 М.: Наука, 1989.

26. Русский вестник (ежемесячный литературно-политический журнал, 1856-1887, Москва, изд. под ред. М.Н. Каткова).

27. Русское слово (ежемесячный литературно-политический журнал, 1 859-1866, Петербург, с 1860 г. изд. под ред. Г.Е. Благосветова).

28. Современник (ежемесячный журнал, 1847-1866, Петербург, изд. под ред. Н.А. Некрасова и И.И. Панаева).1. 3.2. Газеты

29. Колокол: Газета А.И. Герцена и Н.ГТ. Огарева. 1857-1867: Факсимильное издание. Вып. 1-9. Лондон-Женева.-М.: Наука, 1960-1964.

30. Московские ведомости (русская газета, 1756-1917, Москва, с 1 863 г. изд. под ред. М.Н. Каткова и П.М. Леонтьева).

31. Русский (еженедельная литературно-политическая газета, 1 867-1868, Москва, изд. под ред. М.П. Погодина).1. 4. Научно-философские, публицистические и литературно-художественные произведения.

32. Бакунин М.А. Государственность и анархия //Он же. Философия. Социология. Политика. М.: Правда, 1989.

33. Бакунин М.А. Избр. соч.: В 5 т. Пг.; М.: Голос труда, 1919-1921.

34. Бакунин М.А. Наша программа //Утопический социализм в России: Хрестоматия.-М.,1 985.

35. Бакунин М.А. Собр. соч. и писем: В 4 т. М.: Изд-во Всерос. об-ва политкаторжан и ссыльнопоселенцев; Правда, 1934-1935.

36. Белинский В.Г. Полн. собр. соч.: В 13 т. М.: Изд-во АН СССР, 1 953-1959.

37. Белинский В.Г. Провинциальные бредни и заметки Д.В. Прутикова //Он же. Полн. собр. соч.: В 13 т. Т. II. М., 1953.

38. Герцен А.И. Былое и думы //Он же. Собр. соч.: В 30 т. Т. II. М., 1957; Т. VIII. - М., 1956; Т. X. - М., 1956.

39. Герцен А.И. Еще раз Базаров //Он же. Собр. соч.: В 30 т. Т. XX. Кн. I. М., 1 960.

40. Герцен А.И. Новая фаза в русской литературе //Он же. Собр. соч.: В 30 т. Т. XVIII. М., 1959.

41. Герцен А.И. О развитии революционных идей в России //Он же. Собр. соч.: В 30 т. Т. VII. М., 1956.

42. Герцен А.И. Полн. собр. соч. и писем: В 22 т. /Под ред. М.К. Лемке. Пг.: Госиздат, 1 91 5-1 925.

43. Герцен А.И. Собр. соч.: В 30 т. М.: Изд-во АН СССР, 1954-1966.

44. Гончаров И.А. Собр. соч.: В 8 т. М.: Худож. лит., 19771980.

45. Грановский Т.Н. Полн. собр. соч.: В 12 т. СПб.: Изд-во Н.Ф. Мертца, 1 905.

46. Данилевский Н.Я. Россия и Европа: Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому. М.: Книга, 1991.

47. Дашкова Е.Р. Речь, говоренная при открытии Императорской Российской Академии октября 21 дня 1783 года //Она же. Литературные сочинения. М., 1990.

48. Добролюбов Н.А. Дума при гробе Оленина //Он же. Собр. соч. Т. 8. М.,1964.

49. Добролюбов Н.А. 18 девраля 1 855 //Он же. Собр. соч. Т. 8.- М., 1964.

50. Добролюбов Н.А. От Москвы до Лейпцига //Он же. Собр. соч. Т. 5. М., 1962.

51. Добролюбов Н.А. «Слухи». Газета литературная, анекдотическая и только отчасти политическая //Он же. Собр. соч. Т.1.- М., 1961.

52. Добролюбов Н.А. Собр. соч.: В 9 т. М.; Л.: Гослитиздат, 1961-1964.

53. Добролюбов Н.А. Стихотворения Михаила Розенгейма //Он же. Собр. соч. Т. 8. М., 1963.48

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 88296