Станислав Игнаций Виткевич, 1885-1935 :Театральная теория и режиссура тема диссертации и автореферата по ВАК 17.00.01, кандидат искусствоведения Новикова, Лилия Михайловна

Диссертация и автореферат на тему «Станислав Игнаций Виткевич, 1885-1935 :Театральная теория и режиссура». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 67517
Год: 
1999
Автор научной работы: 
Новикова, Лилия Михайловна
Ученая cтепень: 
кандидат искусствоведения
Место защиты диссертации: 
Санкт-Петербург
Код cпециальности ВАК: 
17.00.01
Специальность: 
Театральное искусство
Количество cтраниц: 
175

Оглавление диссертации кандидат искусствоведения Новикова, Лилия Михайловна

Введение.

Глава I. Вигкевич и Россия. Формирование театральной концепции. Влияние русского авангарда 1910* годов.

Глава П. Режиссерские поиски С.И.Вигкевича в театре и драматургии. Театр в Закопане.

Глава III. Сценическая судьба драматургии С.И.Виткевича во второй половине XX столетия. С.Виткевич и Т. Кантор.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Станислав Игнаций Виткевич, 1885-1935 :Театральная теория и режиссура"

Художник, философ, драматург, автор пяти романов, создатель театральной концепции, режиссер Станислав Игнацы Виткевич (Вит-кацы) — весьма заметная, общезначимая фигура в польском театре 1920-1930* годов. Он родился 24 февраля 1885 года в Варшаве в семье художника, критика Станислава Виткевича и учительницы музыки Марии Петшкевич. Художественно-интеллектуальная атмосфера дома Виткевичей, где постоянными гостями были актриса Хелена Моджеевская, драматург Шолом Аш, скрипач и композитор Кароль Шимановский, пианист Артур Рубинштейн, способствовала развитию рано проявившихся способностей мальчика. Отец пророчил ему судьбу художника.

С 1904 по 1905 год Станислав Игнацы путешествует по Германии, Италии, Франции. Здесь состоялось его первое знакомство с миром, с бытом и культурой других стран. Здесь созрело желание поступить в Краковскую Академию Изящных искусств, что (несмотря на протесты отца, ратующего за индивидуальное, свободное развитие творческой личности) и было сделано. Однако обучение оказалось недолгим. После самоубийства Ядвиги Янчевской (невесты Виткацы) молодой человек переживает тяжелейший душевный кризис. По настоянию друзей и родителей он, вместе с этнологом Брониславом Малиновским, едет в путешествие по Австралии и Океании, прерванное началом Первой Мировой войны. Как русский поданный Виткевич отправляется в Петербург, где после окончания школы офицеров зачисляется в Павловский лейб-гвардейский полк.

Польские исследователи творчества драматурга неоднократно указывали на особую значимость в становлении его творческой лич3 ности «русского», «российского» периода. Так, например Г. Вишневский в статье «Рожденный дважды» писал: «В Советском Союзе более широкое признание приходит только сейчас, хотя мировоззрение художника во многом сформировалось именно в течение его пребывания в России, хотя русскую революцию он считал самым главным событием для современного человека и называл ее фантастического масштаба экспериментом, хотя его творчество многое роднит с русским авангардом»1. Аналогичное мнение в работе «Станислав Игнацы Виткевич: единство во множестве» высказал А.Базилевский: «По словам Я. Ивашкевича, именно в России он (Виткацы — Л.Н.) нашел свое место на земле. Почти активное, как говорил сам писатель, участие в небывалых событиях тех лет во многом определило его мировоззрение, обусловило форму его мысли, творчество, судьбу, сделав автора «Прощания с осенью» одним из самых радикальных и глубоких новаторов в польском искусстве XX века»2.

В 1987 году А. Мичинска в интервью журналу «Польша» замечала: «Без русского опыта Виткацы не был бы тем, чем он стал. Хотя это очень интересный период, документирован он наиболее слабо. Не сохранилось ни одного письма этого периода, а дневник Виткевича сгорел во время Варшавского восстания в 1944 году»3.

О пребывании Виткевича в России практически ничего неизвестно. Однако, большинство исследователей сходятся во мнении, что именно в Петербурге он сформировался как художник. Именно здесь он заявил о себе как о творце, с чьим именем будут связаны одни из самых остропролемичных страниц в истории польского театра. Именно в России он стал драматургом, который, вот уже более века,

1 Вишнев кий Г. Ровденный дважды.// Современная драматургия. 1991. №3. С.210.

2 Базилевский А. Станислав Игнацы Виткевич: единство во множестве.// Польша.1987.№9.С.27

3 Мичинска А. Вулкан, действующий с точностью часового механизма // Польша. 1987. №9. С.27. наряду с Ж.Кокто, А. Арто, Э. Ионеско, С. Беккетом, дает пищу современному авангардному театру.

Человек мира, художник, чья значительность заключалась в предчувствии заката человеческой цивилизации, которой Восток готовил эгалитарную революцию, а Запад пророчил рождение общества автоматов, способных управлять людьми, оставил наследие, по сути представляющее континуум двух мощнейших ветвей развития культуры — Востока и Запада. «Виткаций был понят лишь немногими, — быть может, оттого, что все мы жили еще накануне, тогда как он был уже после»1.

Он преобразовал собственную духовную «ненасытность» в теорию метафизических потрясений, озарений, дающих возможность, почти мистически, пережить Тайну Бытия. Абсолютизировав идею познания Тайной Сущности Бытия, как единства во множестве, превратив изложение ее основ в сплав противоречивых суждений, Вит-кевич, так же как А. Арто приходит к мысли о необходимости обращения театра к ^эстетике сна. Подобно А. Арто, в 1931 году написавшему статью «О Балийском театре», в 1920-1923 годах С. Виткевич увлекался эстетикой японского театра «Но». Как и А. Арто высокой и значимой польскому драматургу-философу представлялась теоретически обоснованная Ф. Ницше идея движения к сверхсознанию. Западный и Восточный контексты соединились в его творчестве воедино. С одной стороны он находился под непосредственным влиянием русского литературно-художественного авангарда 1910х годов. С другой — его деятельность являлась органичным и закономерным продолжением поисков, начатых западноевропейским искусством.

1 Kott J. S.I.Witkiewicz. The Madman and the Nun. Seattle. London. 1968,// Сапожники. Непериодический зависимый орган. М. 1991. С.2.

Исследования, направленные на осмысление творчества Витка-цы в контексте западноевропейской и собственно национальной культуры, появляются в Польше с конца 1950* годов. В это время переиздаются его теоретические работы, созданные в 1920е годы «Новые формы в живописи и вытекающие отсюда недоразумения» (1919), «Эстетические наброски» (1922), «Театр. Введение в теорию чистой формы в театре» (1923). В 1962 году впервые публикуются ранее неизвестные читателям 33 его пьесы.

В 1957 году в Варшаве выходит сборник «Станислав Игнацы Виткевич: человек и творец». На его обзоре остановимся отдельно, поскольку это первая послевоенная публикация, посвященная творчеству С. Виткевича. Книга содержит статьи двух направлений. Они не являются ее внутренним сюжетом или композиционным принципом, но четко обозначают пути движения исследовательской мысли виткациологов. Первая группа работ связана с анализом драматургического творчества и общеэстетических принципов Виткевича-художника. Другая, с воспроизведением, восстановлением, реконструкцией фактов его биографии.

К попыткам теоретического осмысления эстетической платформы Виткевича относятся: статья М.Валлиса «Виткевич, как теоретик живописи» (Wallis M.Witkacy jako teoretyk maiarstwa), где автор соотносит чистую форму в живописи со всей предшествующей историей развития этого искусства. Работа Я.Миллера «Теория чистой формы в театре» (Miller J. Teorija czystei formy w teatrze), где исследователь, исходя из положения, что «разговор о чистой форме в немалой степени анахроничен» и что «культ чистой формы и абстрактного искусства сегодня уступил место культу искусства, связанного с жизнью и ее общественными структурами»1, рассматривал теорию Виткевича, как несостоятельную, и доказывал, что она является лишь проявлением тенденции антинатурализма, которая «на Западе отразилась в таких художественных направлениях как кубизм, футуризм, экспрессионизм»2. Рассуждения Ч. Милоша «Границы искусства» (Milocz Cz. Granice sztuki), в которых творчество С. И. Виткевича сопоставляется с пьесами, романами, фактами биографии С. Пшибы-шевского.

Отдельно следует отметить вошедшие в сборник источниковедческие исследования. Их достойным образцом стала попытка П. Гже-горезика представить библиографию работ Виткацы (Grzegorezik Р. Dzielo pisarskie Stanislawa Ignacy Witkiewicza. Proba bibliografii). Здесь уделено внимание информации о датах написания произведений, изменениям, вносимым Виткевичем в предшествующий изданию текст того или иного сочинения. Даны исчерпывающие сведения о существующих переводах теоретических и драматических сочинений Виткацы на европейские и восточные языки. Акцентировано внимание на вариантах различных переводов.

Вторая группа статей представлена, в основном, исследованиями биографического, мемуарного характера. Это воспоминания Я. Ивашкевича, Я. Виткевича, И. Рытарда, И. Пламенского. В них впервые в Польше 1950* годов велся разговор о фактах творческой судьбы драматурга, которые были непосредственно (или косвенно) связаны с его пребыванием в России: Москве, Петербурге, Львове. Делался шаг по пути обнаружения связей Виткацы с русской культурно-художественной атмосферой 1910х годов.

1 Miller J. Teorija czystá formy w teaírze // S.I. Witkiewicz: czlowiek i tworca. Warczawa.1959. S.55.

2 Ibid. S.57.

Эти работы отчасти освещали период 1914-1918 годов. Однако, сведения, содержащиеся в них, носили чисто информационный характер. До настоящего времени не существует исследования, связанного с анализом влияния русской культуры на формирование мировоззрения и эстетических взглядов писателя, несмотря на то, что петербургский период признан польскими искусствоведами самым загадочным в его судьбе.

В 1973 году появилась книга Л. Сокула «Гротеск в театре С.И. Виткевича» (8око1 Ь. Ого1евка w ХеаХгге Staлislawa Ignacego kiewicza), где автор утверждал, что теория театра, созданная Витка-цы, во многом порождена той аурой, которой было окружено русское искусство 1910* годов. Но дальше констатации факта и общих фраз о значительности петербургского этапа деятельности драматурга дело не двинулось. В частности, Л. Сокул писал: «В свете этой теории. о предстали впечатления российского периода жизни Виткевича. Роль этого периода, по всей видимости, огромна. Для формирования театра Виткацего, того театра, который мы знаем, решающее значение имела атмосфера уходящего модернизма и рождения новых художественных направлений, в том числе экспрессионизма и, прежде всего, — сама российская революция»1.

Итак — «прежде всего — революция». Польские искусствоведы охотно погружали свои рассуждения о русском периоде в политический контекст. Литература всех последующих лет, в которой, так или иначе, рассматривался этап 1914-1918 годов, изобиловала различными трактовками событий, послуживших непосредственным поводом для приезда Виткевича в северную столицу России. Ян Виткевич в мемуарной статье «Жизнеописание С.И. Виткевича»2 утверждал, что

1 8око1 Ь. Стго1екка ад геаЬгге £Нашз1а№& 1воасе£0 \Vitkiewicza. ЛУгоскад. 1973.8.77.

2 '\yiikiewicz X гкюш: 8.1 АУОДепчсга // $.1. \Vitkiewicz: сг1отек 1 йягогса. \Varczawa. 1959.8.114.

Виткацы отправляется в Петербург в связи с тем, что является русским подданным, и в результате начавшейся 1 августа 1914 года войны между Россией и Германией отказывается воевать на стороне поляков, примкнувших к австрийским войскам. Иржи Рытард высказывал мнение1, что Виткевич не собирался ни в Россию, ни в Польшу, а просто путешествовал по миру, развеивая скорбные мысли2. В своих воспоминаниях И. Рытард писал: «Виткацы приезжает в Петербург в 1914 году. Поступает в Павловское военное училище. Служит среди отпрысков графских и княжеских родов русской аристократии. Здесь было все: и бессмысленная стрельба по люстрам, и рафинированная эротика, и пьянки «а ля русс»3. И.Рытард делает субъективный вывод: польский художник, попавший в «разлагающуюся» атмосферу царского войска, был вынужден опускаться до его стиля поведения, до его манер. Легенда И.Рытарда была неоднократно повторена, упрощена, и в связи с недостаточным количеством материалов о российском периоде, прочно прижилась в кругу исследователей.

В 1960-1970® годы точка зрения на проблему начала меняться. За петербургским этапом творчества драматурга все активнее признавалась иная роль, не сводимая к резюме И. Рытарда. Так, например А. Менцвел в статье «Виткевич: единство во множестве» писал: «Этот период был для него моментом перелома, катарсиса, переосмысления, коренным образом изменившим его мировоззрение, его образ мыслей и чувств»4. В предисловии к изданию романа «622 упадка Бунга или Демоническая женщина» А. Мичинска констатировала: «Галерея образов романа, основные темы сложились в период с 1914 по 1918 го

1 Rytard L Witkacy, czyli о zyciu ро drugiej stronie rozpaczu // Ibid. S.281

2 Весной 1914 года невеста Виткевича Я.Янчевская покончила жизнь самоубийством.

3 Rytard 1 ЧУйкясу, czyli j zychi ро drugiej stronie rozpaczy // S.I. Witkiewicz: czlowiek i tworca. Warczawa.1959. S.281.

4 Mencwel A. Witkacego jednosc w welosci // Dialog. 1965. №12. S.85.Makowiecki ды. Экспедиция, служба в России, революция стали для автора «Упадков Бунга» той школой жизни, в которой его взгляды и пристрастия резко изменились»1. Как видно из приведенных цитат, влияние русской культуры начинает восприниматься исследователями виткациологами в соотношении с творчеством Виткацы.

Однако, ни позиция А. Менцвела, ни мнение А. Мичинской не изменили общей ситуации. О петербургском периоде не писали. Анализируя литературу по этому вопросу, А.Маковецкий в 1980 году делает четкий вывод: «Вокруг военного времени с 1914 по 1918 годы по-прежнему все забито байками о пьяных выходках, эротике, анекдотами, домыслами о дружбе с К. Шимановским2 и их позднейшем разрыве».

Таким образом, проблема исследования русского этапа творчества Виткевича чрезвычайно актуальна. Молодой польский художник попадает не только в «разлагающуюся атмосферу царского войска», как утверждал И. Рытард, но, прежде всего в богатую культурную среду, влияние которой не могло не сказаться на его потециале.

Именно по возвращении из России Виткацы пишет все свои философские труды, более 30 пьес, несколько десятков картин маслом, более 3000 портретов, пять романов, интенсивно работает как фотограф-экспериментатор, художник-оформитель, режиссер. Необходимо иное направление в изучении деятельности Виткацы, которое позволило бы воспринять его творчество и как явление корнями связанное с национальными традициями, и как феномен сформировавшийся под воздействием передовых, прогрессивных идей западноевропейской культуры, и как своеобразное преломление разнонаправленных

1 Miczinska А. 622 upadka Bunga czyli demoniczna kobieta.Wstep. Warczawa. 1972.S.44-45.

2 Makowiecki A. Trzy legendy literackie: Przybyczewski, Witkacy, Galczinski. Warczawa. 1980. S.150. художественных поисков начатых российским искусством на рубеже XIX и XX веков.

В 1981 году издаются письма С.И.Виткевича к Б.Малиновскому1. В собрание писем попадает лист, датированный 1914 годом и отправленный из Петербурга. Это послание Виткевича до сих пор не попало в поле зрения польских исследователей его творчества, ибо, как утверждала в упомянутой нами статье 1987 года «Вулкан, действующий с точностью часового механизма» А. Мичин-ска, «ни одного письма этого периода не сохранилось». Письмо Виткевича свидетельствует о том, что Россия была для него не просто случайным пристанищем. Он писал: «В моих мыслях о России были страшные минуты. Теперь я твердо знаю, что каждый поляк с чистой совестью должен бороться вместе с Россией против нашего общего врага. Против немцев». И далее: «. невероятно много читаю российские газеты. Что они пишут о Польше! Какой энтузиазм! Какое сочувствие! Собираются пожертвования в пользу разоренного Польского Королевства. В эти минуты сомнения поляка страшны. Не воевать на стороне России значит — морально сгнить. Но не для этого я ехал из Австралии»2.

Эмоциональный тон этих строк, написанных Виткевичем о России в 1914 году, его уверенность в необходимости войны на стороне русского войска, его восхищение отношением к полякам,— все это позволяет предположить, что выводы И. Рытарда и других исследователей, стоящих на аналогичных позициях необъективны.

1 Бронислав Малиновский — польский этнограф. Близкий друг С.И.Виткевича. После смерти Я.Янчевской, Б.Малиновский и С.Виткевич едут в этнографическую экспедицию по Австралии и Океании. Возвращение Випсевича, в связи с началом первой мировой войны в Россию, а не в Польшу вызвало резкий протест Малиновского и позднейший разрыв отношений между близкими друзьями.

2 ЛУМаетосг &1.<к> Вгош81атМа1шо\«£1иево. \Уагсга«а.1981.8.101-102.

Среди работ, появившихся о Виткевиче в Польше за последние 15-20 лет —- исследования самого широкого жанрового спектра. Монографии, статьи о драматическом творчестве, публикации, связанные с изучением отдельных аспектов философского наследия художника. В целом в этой литературе отчетливо прослеживается две тенденции. Один тип работ, направлен на изучение локальных тем, отдельных образов. Например, статья Я. Деглера «В лаборатории чистой формы или о доселе неизвестных истоках пьесы «В маленькой усадьбе»» (1994), Л. Сокула «Виткацы и Стриндберг» (1990). Эти исследования имеют целью частное, фрагментарное изучение конкретного драматического произведения: истории его создания, сценической судьбы и т.д.

Исследования второй группы, где среди авторов К. Пузына, К. Ижиковский, И. Блоньский, Я. Клоссович, склонны к менее детализированному восприятию творчества Виткевича. Они рассматривают творческий путь драматурга как непрерывное, постоянно развивающееся движение, которое в процессе эволюции, совершая переход из количественного состояния в качественное, модулируя в разные тональности, все же сохраняет в качестве доминанты константную ос-тинатную основу. Эти искусствоведы последовательно идут по пути типологизаии героев драматических произведений Виткевича. Как правило, в их работах обозначаются маски некой комедии дель арте: титан, художник, демоническая женщина.

Иной оттенок вносят труды, в которых в качестве инструмента типологизации авторы избирают тематическую модель. Отдельно изучается, например, тема познания Тайны Бытия, тема упадка культуры, тема власти. Образцом такого подхода является статья Л. Сокула «Мир тотально-гротесковый» (1973), где драматургия Виткевича преломляется через категорию гротеска и напрямую связывается с темой гибели человеческой цивилизации.

Наработанный виткациологами материал — огромен. Фигура Виткевича одновременно выглядит и монументом, и зыбким, ускользающим, распадающимся на множество различных характеристик объектом. В изучении его творчества назрела потребность в некоем новом синтезе. Действительно, настало время, когда Виткевич признан классиком, создателем школы. В числе его учеников Б. Шульц, В. Гомбрович, Э. Галчинский, С. Мрожек. Рядом с его именем ассоциативно возникают имена А. Арто, С. Бэккета, Э. Ионеско.

Насколько актуально творчество Виткевича сегодня? Готов ли театр к воплощению его драматургии? Какой статус присвоить его поискам: классик или авангардист, традиционалист или новатор? Все эти проблемы оказались в центре внимания критиков, дискутирующих о творчестве Виткацы на страницах журнала «Театр» в 1985 году1.

Основой полемики, ее отправной точкой было стремление искусствоведов ответить на вопрос: достоянием какой эпохи является творчество драматурга и чего в нем больше «старого» или «нового»? Классификация такого типа кажется нам имеющей право на существование, но неполноценной.

Обосновывая данный подход, Л. Сокул утверждал, что «ценность драматургии Виткевича как раз и заключается в том, что он одной ногой стоял в XIX веке, а другой пробовал почву нашего времени»2. С позиций сегодняшнего дня, с достаточной долей уверенности можно утверждать, что Виткацы был не единственной фигурой в

1 '\Vitkacego рог<ге1 здчеЫачЛпу. Оузкивдо г и<&а1ет Юе^ега, ¿КЬюотсга, К Ригупу, О. втк!, Ь.8око1а// ТеаЬг. \Varczawa. 1985. №6. &3.

2 Пи<1. в.5. культуре рубежа веков, обладающей такой характеристикой. Разве нельзя сказать того же о Ф. Ницше, Р. Вагнере, О. Шпенглере, А. Ар-то, В. Кандинском, К. Малевиче? С этой точки зрения можно рассматривать творчество Виткевича как явление типичное для художественной атмосферы конца одного и начала нового века. Более точна, емка и вполне применима по отношению к фигуре Виткевича характеристика, данная В.Максимовым творчеству А. Арто («Введение в систему А. Арто». 1998) «. его значение было раз и навсегда усвоено и осознано западной культурой. Однако сейчас, по прошествии еще четверти века неизбежно переосмысление этого явления, как факта свершившегося, признанного, но таящего в себе еще нераскрытые глубины»1.

В аналогичном ракурсе вел разговор о Виткацы в 1985 году Ян Котт. Он писал: «Виткаций — катастрофист, (где теперь сыщешь этот катастрофизм?) на удивление не актуален. «Туманы бессмыслицы» предстают в виде несносной икоты. Даже в профессиональном театре экзистенциальная метафизика уже не вызывает никаких мурашек. Так что же осталось? Думаю, что кроме все еще сумасшедшей театральности Виткация, может быть самое интересное в его пьесах — открыть подспудно присутствующую в них эпоху конца 1920х годов»2. Подход Я.Котта, устремленный как бы во внутрь творчества

Виткевича кажется наиболее перспективным.

Предложенная польскими исследователями дилемма традиционалист-новатор не имеет принципиального значения, по отношению к наследию Виткацы. Очевидно, что его устремления для Польского театра рубежа XIX начала XX веков были революционными. Такими же, как идеи Ф.Ницше, как беспредметная живопись В. Кандинского,

1 Максимов В. Введение в систему А. Арто. Саб.: Горной, 1998. С.7.

2Kott J. Whkacy—katastrofist // Pamietnik teatralny. Warczawa. 1985. S.146. как концепция культуркатастрофизма О. Шпенглера. Важно изучить их истоки, пути формирования. Понять, что творчество Виткевича было и выражением определенного этапа в развитии европейской культурной традиции, и самобытным национальным явлением. Ключ к его драматургии в нем самом, в остром желании сохранить индивидуальность в стандартизированном мире.

Синтез знаний о Виткевиче на ином, по отношению к существующему уровне возможен, но лишь при условии введения новых параметров рассмотрения проблемы. Основополагающим моментом при этом, на наш взгляд, является определение стилевых особенностей его творчества.

До сих пор польское искусствоведение не вынесло четкого суждения по поводу того, к какому же художественному направлению причислить драматургию и живопись Виткевича. Он и «формалист», и «декадент», и «экспрессионист», и «модернист» одновременно. Всякое намерение свести его творчество к конкретным принципам, определенным стилевым особенностям, ограничивает восприятие. Об этом красноречиво свидетельствуют и попытки сценической реализации драматургии Виткацы. Ни одна постановка, остающаяся в рамках традиционного театра удачной признана не была. «Что же делается? Во всем Польском театре нет специалиста по Виткевичу? — возмущался в 1985 году Л.Сокул. И сам себе отвечал: «Нет». «Еще скажу, — продолжал критик, что нет и режиссеров, которые были бы заинтересованы в том, чтобы «выпотрошить» всего Виткевича и представить в театре. Как играть его драматургию, мы не знаем. И это только часть проблем»1. Мысль Л.Сокула почти адекватно озвучивает Я.Деглер: «Ни режиссеры, ни актеры недооценивают того по

1 \№(касево ройгй лиеЫачйпу // ТеаЬг. \Уагсга\га. 1983. № 3. 8.6. тенциала, который скрыт в текстах Виткевича. Как найти подход к его драматургии не скатившись вниз? Не говоря уже о том, что с точки зрения актерской, очень сложно играть роль не имеющую традиционной психологической мотивации. Режиссеры и актеры идут по пути чисто внешнему: жест, гримаса, костюм»1. Проблема сценической реализации драматургии Виткевича актуальна и по сей день, несмотря на то, что с первой премьеры в театре «Эльсинор» под руководством А.Шиффмана («Прагматисты» 1921) прошло уже более 70 лет и сыграно более 500 спектаклей. Анализируя состояние польского театра 1970-1980* годов, профессор Вроцлавского Университета Я. Деглер обратил внимание на тот факт, что количество постановок по пьесам Виткевича с 1971 по 1983 годы возросло в 10 раз. И популярность не ослабевает. Столь устойчивый интерес к его личности по справедливому замечанию Я. Котта объясняется тем, что «глубина его идей, его кошмарные видения, богатейшие театральные формы до сих пор остаются во многом непознанными»2.

Сегодня к творческому наследию драматурга обратились ведущие режиссеры польского театра: И. Яроцкий, Э. Аксер, К. Лупа, Т. Кантор, И. Шайна. Его проза, живопись, театральные поиски стали темами докторских и кандидатских диссертаций, среди которых наряду с исследованиями И. Блоньского, К. Пузыны, Я. Деглера, А. Мичинской, А. Жакевич, Я. Клоссовича, Л. Сокула, Г. Синки — работа российского ученого Наталии Якубовой (г. Москва) «Драматургия Виткевича и «Молодая Польша». Детально анализируя мировоззрение Виткевича, связывая его с национальными истоками, в частности с драматургией младополяков, Н.Якубова делает интересную и обоснованную попытку увидеть корни формирования художника в

1 \Vitkacego рог<ге1 теЬкгоЬху // Теайг. \Varczawa. 1985. № 3. в.8.

2 КоМ I. Веигейу Ыет. Иеад Уогк. 1987 // Сапожники. Непериодический зависимый орган.1990. С.2.

16 польском искусстве конца XIX начала XX веков. Расценивая русский период творчества Виткацы, как провал в стремлении стать человеком действия, Н. Якубова склонна интерпретировать его поиски, как настойчивое желание сохранить национальные истоки творческого вдохновения. Следует признать, что начавшееся 1987 годом почти триумфальное возвращение Виткевича в Россию, а так же вновь открываемые в данном исследовании факты, связанные с пребыванием художника в Петербурге готовят нас к несколько иным выводам. * *

Имя Станислава Виткевича впервые прозвучавшее на страницах Петроградской прессы в 1918 году, и уже известное на Родине драматурга в России последующих десятилетий было прочно забыто. Вплоть до 1970х годов у произведений Виткацы не было ни малейшего шанса быть воспринятыми в СССР. Лишь в 1971 году, в Киеве, на украинском языке вышла книга В. Гаккебуша «В современном польском театре», где подробно анализировалась пьеса «Соната Вельзевула». В 1981 в Москве и в 1982 в Ленинграде были защищены диссертации Яна Владыслава Сарны «Критический анализ философии С.И. Виткевича» и П. Курицына «Критический анализ концепции гибели культуры: на материале философии С.И.Виткевича». Авторы предприняли попытку рассмотрения философских воззрений художника, сконцентрировав интерес на вопросах онтологии, на специфике существования в его системе фундаментальных понятий Бытия, Пространства, Времени. Коснулись проблем упадка духовной культуры, в основе гибели которой (согласно Виткевичу) лежит несовместимость двух типов ценностей: социальных и индивидуальных.

Тема данной работы не позволяет остановиться более подробно на онтологическом обосновании трагического видения мира Витке-вичем. Скажем только, что в онтологии он дает специфическую трактовку человеческого бытия. Человек рассматривался Виткевичем как «Единичная Сущность», с только ей присущим самосознанием. Посредством включения индивида в структуру общественной жизни через телесность, преодолевалось препятствие между личностью и обществом. Но коренная противоположность их интересов оставалась неизбежной: общество тяготело к удовлетворению материальных потребностей, индивид — духовных.

В силу специфики и локальной направленности исследования ни П. Курицын, ни Я. Сарна не дали в своих диссертациях анализа театральной концепции Виткевича. Не вызвала интереса и его драматургия.

Вплоть до 1987 года, когда Варшавский Большой театр показал на гастролях в Москве балет Т. Станько «Ненасытимость» пьесы Виткевича нашему зрителю были абсолютно неизвестны. В 1989 году, тот же коллектив представил на российской сцене оперу Э.Богуславского «Соната Вельзевула». В 1988 в Челябинске и Москве давал «Автопародию» Закопанский театр им. С. И. Виткевича. А в мае 1989 К.Ясинский поставил на сцене русского драматического театра в Минске «Сумасшедшего и монахиню» в переводе Л.Чернышевой.

1990 год стал замечателен постановкой «Сапожников» польским режиссером В.Херманом («Театр у Никитских ворот» г. Москва), и самодеятельным спектаклем на сцене студенческого театра ЛИАП (Санкт-Петербург) «Каракатица или Гирканическое мировоззрение». Ошеломляющая популярность творчества С.И. Виткевича в Европе, «реабилитация» на родине, все это способствовало тому, что его драматургия была замечена нашим театром, но интерес носил случайный, эпизодический характер. Ни эстетика, ни философские воззрения, ни театральная концепция не стали объектами внимания отечественного искусствоведения.

В трудах Б.И.Ростоцкого «Станиславский и польский театр», А.Оконькой «Выспянский», Н. Башинджагян «Театр Польской народной республики», а так же в статьях этих авторов, помещенных в учебнике «История зарубежного театра», как в 8, так и в 4 томах, имя Виткевича не упоминается, несмотря на то, что с 1918 по 1939 он активно работает как режиссер и художник-оформитель в собственном театре в Закопане, создает оригинальную теоретическую концепцию.

В 1989 году в издательстве «Иностранная литература» вышел сборник пьес с предисловием А.Базилевского. В него вошли три этапных произведения «Дюбал Вахазар или на перевалах абсурда» (1921), «Каракатица или Гирканическое мировоззрение» (1922), «Сапожники» (1934). В 1991 году в журнале «Современная драматургия» была опубликована пьеса «Ян Мачей Кароль Взбешица или параноик у власти» с аннотациями Г. Мугайской, Г. Вишневского, Н. Башинд-жагян. Однако, и предисловие в сборнике пьес, выполненное А. Бази-левским и статьи в «Современной драматургии» носили характер популярно-ознакомительных очерков, в которых давалась краткая и достаточно общая характеристика драматургии Виткевича. Схема его творческого пути.

А.Базилевский и Н. Башинджагян стремились рассказать российскому читателю о театре Виткевича. Но их задачи были связаны скорее с изложением некоторых основополагающих тезисов о Витке-виче-драматурге, Виткевиче-философе, Виткевиче-художнике, Вит-кевиче-человеке. Очевидно, что необходим более серьезный разговор о его театральной концепции, более детальный анализ драматургии.

На одном из портретов 1920* годов Станислав Виткевич оставил надпись: «На посмертную выставку в 1955», и оказался пророком. С 1955 по 1975 годы выставки его живописи прошли в Германии, Франции, Италии, Японии, Америке, Испании. В мае 1993 в рамках Международного симпозиума «Станислав Игнацы Виткевич и европейский культурный авангард» состоялась выставка его фоторабот в Петербурге. В 1998 году город на Неве стал свидетелем еще одной экспозиции работ художника, приуроченной к «Дням Польской культуры». Через 85 лет (1914 -1999) на новом витке истории, но снова на рубеже веков, Виткевич возвращается в страну, культура которой оказала значительное влияние на развитие его творческой индивидуальности.

Движение навстречу Виткевичу, необходимо. Его театр следует воспринять, прежде всего, как универсальное по своей целостности и органике явление. Доказательность и аргументированность доводов каждого из исследователей, определяющих место Виткевича в системе существующих художественных направлений — красноречивое тому свидетельство. И приверженцы идей катастрофизма с мыслями о неизбежности многократных, грандиозных перемен, ведущих к полной гибели и последующему рождению общества заново. И структурализм, раскрывающий закономерности развития искусства путем изучения всех составляющих художественного произведения. И экспрессионисты с их гротескностью, мистикой. И модернизм с апелляцией к условности. И постмодернизм с иронией, сарказмом, принципами цитирования. Все, так или иначе, правы, называя Виткевича в числе своих представителей. Но в результате акцентировки одних особенностей его стиля уходят в тень другие, не менее важные. Можно принять во внимание момент эволюции взглядов Виткацы и допустить, что на разных этапах своего творчества он выбирал в качестве эстетической доминанты то или иное направление. Но как в таком случае расценивать те его произведения, в которых «все смешалось»? Например, «Роман Шизофреника» (1918), «Мачей Корбова и Беллатрикс» (1918) или «Сапожники» (1934). Что доминирует в «Сапожниках» — последней его пьесе? Социальность, гротеск, цитат-ность или ирония по отношению к собственному творчеству?

Ответ на этот вопрос может быть лишь один. Мышление Виткевича синкретично. В данном исследовании предпринята попытка рассмотрения театрального творчества Виткевича как целостного явления.

Заключение диссертации по теме "Театральное искусство", Новикова, Лилия Михайловна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Творчество Станислава Игнацы Виткевича является одним из пиков театральной культуры вообще и театральной культуры Польши — в частности. В нем нашли отражение некоторые типологические особенности развития искусства, наиболее остро проявляющиеся в кризисные моменты жизни общества Таким моментом была эпоха конца XIX начала XX столетия, в которую жил и творил С. И. Виткевич.

На основе анализа теоретических положений концепции «чистой формы» приходим к закономерному выводу о том, что влияние творчества В. Мейерхольда, В. Маяковского, В. Хлебникова, П. Филонова, В. Кандинского, В. Шкловского на мировоззрение С. И. Виткевича очевидно.

Период пребывания Виткацы на российской земле (1914-1918) во многом стал источником его размышлений о судьбах искусства, вызвал к жизни идеи, в последствии сыгравшие существенную роль в формировании и развитии польской экспериментальной режиссуры и драматургии абсурда Прямыми наследниками С. И. Виткевича стали Т. Кантор и Е. Гротовский, С. Мрожек и В. Гомбрович.

Стремление Виткевича «привить» на польскую почву идеи сформулированные русским литературно-художественным авангардом 1910х годов нашло отражение в его драматургии и режиссерской деятельности в «Форми-стском театре» (г. Закопане). Драматургия Виткацы с ее отсутствием логических связей, со склонностью к совмещению трагедийного и гротескового эффектов отнюдь не противоречит положениям теории «чистой формы». В пьесах мы находим последовательное воплощение тезисов о деформации психологии персонажей и их действий, здесь имеют место эксперименты в области смешения жанров, самодостаточной единицей драматургии Виткацы становится слово.

Несмотря на то, что режиссерская деятельность Виткевича в Закопане не получила должного развития, он все же создал свой театр, оставив в наследие потомкам самобытную драматургию и теорию театра с их сложным, непривычным художественным миром.

Список литературы диссертационного исследования кандидат искусствоведения Новикова, Лилия Михайловна, 1999 год

1. Произведения С.И.Виткевича

2. Виткевич С. Прагматисты. Пер. В. Кулагиной-Ярцевой // Суфлер. 1994. №2. C.I50-166.

3. Виткевич С. Сапожники. М.: Иностранная литература, 1989.

4. Виткевич С. Художник и знатоки // Сапожники. Непериодический зависимый орган. М., 1990. С. 16.

5. Witkiewicz S. 622 upadki Bunga czyli demoniczna kobieía. Warczawa,1972.

6. Witkiewicz S. Czysta forma w teatrze. Warczawa, 1977.

7. Witkiewicz S. Dramaty. Warczawa, 1972. T.I.

8. Witkiewicz S. Fem dramer. Uppsala, 1988.

9. Witkiewicz S. Jedyne wyscie. Warczawa, 1968.

10. Witkiewicz S. Listy do Bronislawa Malinowskiego. Warczawa, 1981.

11. Witkiewicz S. Niemyte ducze. Warczawa, 1975.

12. Witkiewicz S. Nowy formy w malarstwie i irme pisma estetyczne. Warczawa, 1959.

13. Witkiewicz S. O czistej formy. Warczawa, 1932.

14. Witkiewicz S. O idealizmie i realizarme. Warczawa, 1977.

15. Witkiewicz S. Pisma filosoficzne i estetyczne. Warczawa, 1974.

16. Witkiewicz S. Stanislawa Ignacego Witkiewicza wiersze i rysunki. Krakow, 1977.

17. Witkiewicz S. Teatr. Krakow, 1922.

18. Witkiewicz S. Wybor dramatow. Wroclaw-Warczawa-Krakow-Gdansk,1974.

19. Witkiewicz S. Wystawa Katalog. Warczawa, 1990.

20. Witkiewicz S. Zagadnienie psychofisyczne. Warczawa, 1978.

21. Книги и статьи на русском языке

22. Базилевский А. Виткевич: разговор по существу // Виткевич С.И. Сапожники. М.: Иностранная литература, 1989. С. 5-14.

23. Базилевский А. Виткевич: впервые на советской сцене // Театр. 1990. №2. С. 106.

24. Базилевский А. Последний путь Виткевича // Польша. 1988. №9. С.30-31.

25. Бахнева К. Станислав Игнацы Виткевич // Искусство. 1985. №10. С.32-35.

26. Белый А. Пророк безличия // Белый А. Символизм как миропонимание. М.: Издательство Республика, 1994.

27. Березин В. Театр Тадеуша Кантора // Театральная жизнь. 1991. №15. С.22-27.

28. Березницкий Я. Гамлет х 5 — Танго х 2, плюс еще три спектакля (О пьесе С.И. Виткевича «Они») // Театр. 1966. №11. С. 154-155.

29. Биографическая справка//Польша. 1985. №9. С. 19-21.

30. Блок А. Записные книжки 1901-1920. М., 1965.

31. Брюсов В. Здравого смысла тартарары // Русская мысль. Спб., 1914. С. 83-95.

32. Брюсов В. Литературное наследство. М., 1976. Т.85.

33. Брюсов В. Новые течения в русской поэзии // Русская мысль. Спб.,1913. С. 124-133.

34. БэлзаИ. История польской музыкальной культуры. М., 1954, Т. 1.

35. Бялокозович Б. Родственность, преемственность, современность. О польско-русских и польско-советских литературных связях М., 1988. С. 136150.

36. В спорах о театре. М.: Книгоиздательство писателей в Москве,1914.

37. Виткацы//Польша 1978. №2. С.36-37.

38. Вишневкий Г. Рожденный дважды // Современная драматургия.1991. №№. С.210-211.

39. ВыкаК. Статьи и портреты. М., 1982.

40. Выспянский С. Пьесы. М.: Искусство, 1963.

41. Вышиньска Э. Новое поколение. Дебюты 1975-1985 // Театр. 1988. №10. С. 89-95.

42. Гнедов В. Смерть искусству. СПб.: Петербургский глашатай, 1913.

43. Голяховский С. Кароль Шимановский. М.: Музгиз, 1982.

44. Гомбрович В. Девственность и другие рассказы. М.: Лабиринт,1992.

45. Гродзицкий А. Режиссеры польского театра Варшава: Интерпресс,1979.

46. Гумилев Н. Письма о русской поэзии // Гумилев Н. Собрание сочинений. М. : Художественная литература, 1990. Т.З.

47. Добровольский Т. История польской живописи. М., 1978.

48. Дордт Б. Театр границ // Театр. 1993. №2. С.153.

49. Евреинов Н. Театр для себя. 4.1. Пг.: Издание Бутковского, б. г.

50. Затонский Д. Элитарные представления об искусстве и современный мир. Киев. 1980.

51. Зелинская Б. Безумный локомотив польской драматургии // Польское обозрение. 1979 № 39.

52. Зонтаг С. Заметки о кэмпе // Киноведческие записки. 1995. №22. С 235-250.

53. История западноевропейского театра В 8 т. / Под ред. С. Мокуль-ского. М., 1970. Т.6. С.337-390.

54. История польской литературы / Под ред. В. В. Витт, И. С. Мисслер, В.А. Хорева М., 1969.

55. Кандинский В. О духовном в искусстве. Нью-Йорк: Международное литературное содружество, 1967.

56. Кандинский В. О сценической композиции II Из истории советской науки о театре в 1920-е годы. М. : ГИТИС, 1988.

57. Кандинский В. Ступени. Текст художника. М., 1918.

58. Кантор Т. Манифесты Тадеуша Кантора М., 1993.

59. Кантор Т. С самого начала я считал // Театр. 1988. №10. С. 130-136.

60. Кантор Т. Театр Смерти // Театр. 1992. №2. С. 147-152.

61. Катанян В. Маяковский. Литературная хроника. М., 1961.

62. Кемпинский 3. Польский импрессионизм, Варшава, 1961.

63. Комиссаржевский Ф. Творчество актера и театр Станиславского. Пг.: Свободное искусство, 1917.

64. Комиссаржевский Ф. Театральные прелюдии. М., 1916.

65. Конге А. Плененные голоса Спб., 1912.

66. Кручковский Л. Пьесы. Статьи. М., 1974.

67. Кульбин Н. Свободное искусство как основа жизни. Спб., 1910.

68. Курицын П. Идея катастрофизма в творчестве С.И.Виткевича // Философская мысль и актуальные проблемы познания мира Л., 1979.

69. Курицын П. Критический анализ концепции гибели культуры: на материале философской концепции С. И. Виткевича. Диссертация на соискание ученой степени кандидата философских наук. ЛГУ., 1981.

70. Курицын П. Проблема соотношения религии, философии и науки в культурфилософской концепции С. И. Виткевича // Проблемы человека и общества в философии и научном коммунизме. Л., 1979.

71. Кшемень Т. Европейский общий дом: место для Кантора забронировано // Театр. 1992. №2. С. 165-168.

72. Личность в XX столетии: Критика буржуазной философии. Л.: Мысль, 1979.

73. Лукшин И. Говорить о мистерии на языке мистерии. М.: Знание,1991.

74. Лундерберг Б. О футуризме // Русская мысль. Спб., 1914. Кн.З.1. С.21.

75. Львов-Рогачевский В. Символисты и их наследники // Современник. Спб., 1913. №6. С.271.

76. Малевич К. Живопись. Теория. М.: искусство, 1993.

77. Марков П. В театрах разных стран. М., 1967.

78. Матюшин Н. К истории русского авангарда Стокгольм, 1976.

79. Маяковский В. Отношение сегодняшнего театра и кинематографа к искусству // Маяковский В. Собрание сочинений. В 12 т. / Под. ред. Асеева М.: Гослитиздат, 1955. Т.1.

80. Маяковский В. Театр, кинематограф, футуризм // Маяковский В. Собр.соч.: в 12 т. М.: Гослитиздат, 1955. Т.1.

81. Маяковский и театр: Аннотированный библиографический указатель литературы: 1963-1973. Вып. 1. М., 1973.

82. Миклашевский К. // Театральная жизнь. 1993. №9. С.24.

83. Миронова Н. Общий стиль «гротеск-макамбр». Театр Вигкевича // Театр абсурда М., 1995. С.45-67.

84. Мислер Н. Филонов. Аналитическое искусство. М.: Советский художник, 1990.

85. Михайловский Б. Русская литература XX века с 1890-х до 1917 года. М.: Издательство Наркомпросса, 1939.

86. Мичинская А. Вулкан, действующий с точностью часового механизма//Польша 1987. №9. С.25-27.

87. Мочалова В. С.И. Виткевич и русская тема на рубеже веков // Проблемы развития славянских и балканских литератур. М., 1989. С.96-109.

88. Мочалова В. Семантика русскоязычных заимствований у С.И. Вит-кевича// ЗйкНа Ро1отса: к 60-легию В.А. Хорева М., 1992. С.177-192.

89. Мугайская Г. Виткаций неистовый и одинокий: Страницы одной жизни// Современная драматургия. 1991. №3. С. 190-192.

90. Нейгауз Г. Размышления, воспоминания, дневники. М., 1983.

91. Несгьев И. Скрябин и его русские антиподы // Музыка и современность. 1976. Вып. 10.

92. Нестьев И. Шимановский в России // Советская музыка. 1962. №11.1. С. 10.

93. Нюрнберг А. Маяковский с художниками // Искусство. 1940. №3.1. С.20.

94. Овэс Л. Пластические искусства и театр. Конструктивизм и его воплощение на сцене ТИМа // Театр в контексте культуры. Сб.ст. Л., 1991. С.99.

95. ОконьскаА. Выспянский. М.: Искусство, 1977.

96. П. Филонов в контексте художественной культуры XX века: Круглый стол // Философские науки. 1991. №2.

97. Павловское военное училище. Альбом фотографий: 1863-1913. Спб., 1913.

98. Памятники мировой эстетической мысли. М., 1968. Т.4.

99. Письмо И.Б. Репина к Е.И. Виткевич от 24 декабря 1908 года // Новое о Репине. Л.: Наука, 1969.

100. Попов Л. Виткевич и мы: запоздалое знакомство // Вечерний Петербург. 1993. № 116.С.З.

101. Прокофьев С. Материалы, документы, воспоминания. М.: Музгиз,1961.

102. Прокофьев С. Мясковский Н. Переписка. М., 1972.

103. Пшибышевский С. Освобождение. М.: Польза, 1913.

104. Пшибышевский С. Полн. собр. соч.: В 10 т. Т.5. Критика. М., 1909.

105. Пять мнений о Т. Канторе // Театр. 1992. №2. С.152-159.

106. Ростоцкий Б. Адам Мицкевич и театр. М., 1976.

107. Ростоцкий Б. Влияние советского театра на польскую сцену // Театр. 1957. №9. С. 171-174.

108. Ростоцкий Б. Маяковский и театр. М., 1952.

109. Ростоцкий Б. Станиславский и польский театр // Театр. 1963. №12. С.110-115.

110. Ростоцкий Б. Театр // Очерки истории народной Польши. М.,1965.

111. Рубцов А. Заветы Я. Циоглинского. Спб., 1913.

112. Рудницкий К. Русское режиссерское искусство. 1908-1917. М.: Наука, 1978.

113. Русская эстетика второй половины XIX века и общественная борьба М.: Искусство, 1971

114. Сарабьянов Д. Русская живопись конца 1900-х начала 1910 годов. М.: Искусство, 1971.

115. Сарна Я. Критический анализ философии С.И. Виткевича Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук. М.: МГУ, 1973.

116. Сарна Я. О философских воззрениях С. И. Виткевича // Философские науки. 1973. №2. С.ЗО.

117. Сарна Я. Теория пространства и времени С.И. Виткевича // Историко-философский сборник. М.: МГУ, 1972.

118. Современные польские пьесы. М., 1966.

119. Сольский Л. Воспоминания. М., 1961.

120. Спасский С. Маяковский и его спутники. Л.: Советский писатель,1940.

121. Сравнительное литературоведение и русско-польские литературные связи в XX веке. М., 1989. С. 92-104.

122. Сурис Б. Из истории связи польского изобразительного искусства и русской художественной культуры // Искусство. 1954. №1. С.ЗО.

123. Тананаева Л. Очерки польской графики XX века М., 1972.

124. Тарабукин Н. От мольберта к машине. М., 1923.

125. Театр польской народной республики // История зарубежного театра: В 3 т. М.: Просвещение, 1977.

126. Титова Г. Из истории становления советской театральной эстетики. Театрально-эстетические концепции Пролеткульта. JI: ЛГИТМиК, 1986.

127. Титова Г. Эстетические концепции русской революционной сцены и театральный процесс 1917-1927. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора искусствоведения. Л.: ЛГИТМиК, 1989.

128. Трагический паяц эпохи // Невское время. 1993. №95. С.З.

129. Турчин В. Авангардистские течения в современном искусстве Запада М., 1988.

130. Фик М. Тадеуш Кантор // Театр. 1988. №10. С.85-89.

131. Хлебников В. Неизданные произведения М.: Художественная литература, 1940.

132. Хлебников В. Творения. М.: Советский писатель, 1986.

133. Художественные процессы в русском и польском искусстве в конце XIX начале XX века М., 1974.

134. Чуковский К. Лица и маски. Спб.: Шиповник, 1914.

135. Швыдкой М. Питер Брук и Ежи Гротовский. Опыт параллельного исследования // Театр. 1988. №11. С. 89-95.

136. Шевченко А. Неопримитивизм. Его теория. Его возможности. Его достижения. М., 1913.

137. Шидловский Р. Театр в Польше. Варшава: Интерпресс, 1972.

138. Шимановский К Воспоминания. Статьи. Публикации. М.: Советский композитор, 1984.

139. Шкловский В. Воскрешение слова Спб.: тип. Соколинского, 1914.

140. Шкловский В. Предпосылки футуризма // Голос жизни. Спб., 1915. №18. С. 8.

141. Якубова Н. Виткаций: Бой с тенью // Московский наблюдатель. 1996. №3-4. С.87.

142. Якубова Н. Драматургия С.И. Виткевича и «Молодая Польша». Диссертация на соискание ученой степени кандидата искусствоведения. М.: ГИТИС, 1995.

143. Книги и статьи на иностранных языках

144. Antología polskiego futurismu i nowei sztuki. Wroclaw, 1978.

145. Baniewicz E. Jeczcze raz o «Matki» Witkacego // Teatr. Warczawa, 1984. № 6. S. 12.

146. Baranowicz Z. Polska awangarda artystyczna (1918-1930). Warczawa, 1979.

147. Baranowicz Z. Szymanowski: Zicie i tworczocs. Krakow, 1982.

148. Beznaázejnosc e nadzija w kregu mysli S.I.Witkiewicza (praca zbiorowa). Krakow, 1988.

149. Blonski J. О problematice dramatow S.I. Witkiewicza // Nurt. 1972. №5. S.43-46.

150. Blonski J. Podroz do Witkacy // Tworczosc. 1972. №11ю S.81-95.

151. Blonski J. Stanislaw Ignacy Witkiewicz jako dramaturg. Krakow,1973.

152. Blonski J. Teatr Witkiewicza — forma formy i i Dialog. 1970. № 5. S.79-83.

153. Blonski J. Trzy apokalipsy w jednej I I Tworczosc. 1976. №10. S.6578.

154. Blonski J. U zrodel teatru Witkacego // Dialog. 1970. №5. S.81-90.

155. Blonski J. Witkiewicz oiciec i syn czyli psychomachia rodzinna // Tworczosc. 1970. №7-8. S. 140-154.

156. Brzozowski S. Legenda Mlodej Polski. Studia o strukturze duszy kulturalnej. Lwow, 1910.

157. Chylinska T. Nieznany list Karola Szymanowskiego do Staniclawa Witkiewicza // Tworczosc. 1977. №11. S. 103-104.

158. Co mysli Witki ewicz // Ilustrowana Republika 1927. №152. S.35.

159. Czizewski M. Nowa tworcz Witkacego it Projekt. 1980. №1. S.2-9,

160. Danek-Woynowska B. Stanislaw Ignacy Witkiewicz i modernizm: Kstaltowanie idei katastroficznych. Wroclaw, 1976.

161. Dedegus K. Zur literatur und kultur Polena Frankfurt am Mein, 1981.

162. Degler J. «Oni» i Witkacy // Teatr. 1980. №11. S.22-24.

163. Degler J. Jak powstawalo «Nienasycenie» Witkacego // Pamietnik lit-eracki. 1992. Z.4. S.167-185.

164. Degler J. Sztuka teatru w systemje estetycznym Witkiewicza // Literaria 1971.Z.3. S.118-127.

165. Degler J. Teatr Formystyczny // Pamietnik teatrainy. 1969. №3.1. S.229.

166. Degler J. W laboratorium czystei formy czyli o niedostrzezonych zrodlach «W malym dworku» // Dialog. 1994. №12. S.131.

167. Degler J. Witkacy w teatrze miedzywojennym. Warczawa, 1973.

168. Degler J. Z dziejow scenicznych Witkacego // Pameitnik teatrainy.1985.

169. Dubinski K. Nieznany Witkaciana // Sztuka 1987. №3. S.50-53/

170. DuninowtiaN. Ci, ktoiych znalam. Warczawa, 1957.

171. Firma portretowa S.I. Witkiewicza // Sztuka 1977. №3. S. 164.

172. Florynska N. Metafizyka Czystei Formy // Tygodnik kulturalny. 1971. №3. S.85.

173. GerouldD. Witkacy. London, 1981.

174. Gutowski W. Kreator i medium. Wokol problemy tozsamosci artysty // Pamietnik literacki. 1982. Z.3-4. S.85-110.

175. Gutowski W. Nagie duszy i mask! (O mlodopolskich mitach milosci). Krakow, 1992.

176. Historia sztuki polskiej. Krakow, 1965.

177. Irzykowski K. Mysli. Warczawa, 1974.

178. Irzykowski K. Recenzie teatralne. Warczawa, 1965.

179. Irzykowski K. Walka o tresc. Studia z literackie i teorii poznanja Warczawa, 1929.

180. Irzykowski K. Wybor pism kiytyczno-literackich. Wroclaw, 1975.

181. Iwaczkiewicz I. Spotkanja z Szymanowskim. Krakow, 1947.

182. Jakimowicz I. Witkacy: maiarz. Warczawa, 1975.

183. Jakimowicz J. Witkacy maiarz. Warczawa, 1985.

184. Jwaczkiewicz J. Teorija i dramaturgia Witkacego Ii Dialog. 1959. №12. 1960. №1.

185. Jwaszkiewicz J. Petersburg. Warczawa, 1976.

186. Kapczuk P. O problemie sprzecznosci w ontologii i esteíyke Wit-kiewicza// Dialog. 1980. №>9. S. 134-141.

187. Kiebuczinska C. Rewolutionaries in the Theatr: Meyerhold, Brecht, Witkacy. London, 1988.

188. Kijowski Cyrk Witkacego //Szosta dekada. 1972. S.233-235.

189. Klossowicz J. Teorija i dramaturgja Witkiewicza // Dialog. 1959. №12. S.80.

190. Konic P. Ekscentryk awansowany na klassika // Teatr. 1978. №10. S.21-22.

191. Kosinski K. Stanislaw Witkiewicz. Warczawa, 1928.

192. Kott J. Der unterhofFe Realismus des Witkiewicz // Teate Heute. 1978. №7. S/32-38/

193. Krol L. Szewcy na serio // Teatr. 1983. №5. S.29-30.

194. Krysak M. Asemettyczna dama Witkacego // Projekt. 1985. №6. S. 10.

195. Krzysztofowicz-Kozorowska S. Firma portretowa Stanislawa Igna-cego Witkiewicza Krakow, 1989.

196. Leszczynski J. Filosof metafizicznego nepokoju // Stanislaw Witkiewicz: czlowiek i tworca Warczawa, 1957.

197. LupaK. Utopia a jej mieszkancy. Krakow, 1994.3 153

198. Majcherek J. Szewska passja // Teatr. 1983. №1. S. 10.

199. Makowiecki A. Trzy legendy literackie: Przybyczewski, Witkacy, Galczinski. Warczawa, 1980.

200. Makuczinski K. Szosty List z Zakopanego // Rzeczpospolita. 1921. №l.S.l.

201. Mencwel A. Witkacego Jednocs w wielosci // Dialog. 1965. №12.1. S.85.

202. Micinska A. S.I. Witkiewicza Juwenilia // Dialog. 1965. №8. S. 16.

203. Micinski J. Barwy do kwadratu (Moskowskie wspomniema o Witka-cym) // Wspolczesnosc. 1965. №7-8.

204. Moderne polische dramatik. Köln, 1969.

205. Mysl teatralna Mlodej Polski. Warczawa, 1966.

206. Nowakowska W. Nieznany dramat osmioletnego Witkacego // Przeglag Gumanisticzny. 1964. №1. S. 143.

207. Okulicz-Kazarin A. Dziwna przyjazn? O Romanie Jaworskim, Stanislawie Witkiewiczu i dandysowskim ich pokrewienstwie // Fakty i interpre-tacje. 1991. S.330.

208. Piotrowski P. Stanislaw Ignacy Witkiewicz. Warczawa, 1989.

209. Piotrowski P. Witkacy jako portretysta// Sztuka. 1978. №2. S.28-30.

210. Pollakowa J. Firma portretowa S.I. Witkiewicza // Projekt. 1974. №1. S. 38-43.

211. Pollarkowska I. Malarstwo polskie: miendzu wojnami 1918-1939. Warszawa? 1959/

212. Rostworowski KL Teorija bezsensu S.I. Witkiewicza Ii Glos narodu. 1921. №151. S.20.

213. Rudzinska K. Artysta wobec kultuiy. Dwa typy autorefleksii lit-erackiej: ekspresionisci «Zdroju» i Witkacy. Wroclaw, 1973.

214. Rudzinska K. S.I. Witkiewicz: historia o groteska // Problemy filosofii i historii. 1974. S.169-196.

215. Rytard J. Witkacy, czyli o zyciu po drugiej stronie rozpaczy // Stanislaw Witkiewicz: czlowiek i tworca Warczawa, 1957.

216. Sinko G. Witkacy w dobrymhumoru//Teatr. 1980. №11. S.ll-12.

217. Skabrowski I. Muzyka w powiesciach i dramatach S.I. Witkiewicza // Muzyka 1992. №2. S.74-80.

218. Skabrowski J. Stanislaw Witkiewicz a muzyka // Muzyka. 1992. №1. S.41-53.

219. SkwaraM. Szalency wsrod zmechanizowanych bydlat. O bochaterach dramatow Witkacego // Pamietnik literacki. 1992. Z.l. S.3-24.

220. Sokol L. «Oni» Witkiewicza w Plocku II Teatr. 1984. №4. S.12.

221. Sokol L. Groteska w teatrze S.I. Witkiewicza Wroclaw, 1973.

222. Sokol L. Prapremiera Strindberga i Witkacy // Teatr. 1984. №1. S. 1718.

223. Sokol L. Witkacy w swiete Strindberga // Teatr. 1981. №19-20. S. 12.

224. Sokolowski I. Nowy rok polskiego teatru // Teatr. 1984. №1. S.3.

225. Sosnowski J. Pierwszy upadek Bunga II Kresy. 1995. S.150-157.

226. Stanislaw Ignacy Witkiewicz // Sztuka 1985. №2-3.

227. Szpakowska M. Przemiany w interpretacjach tworczosci Witkiewicza //Pamietnik literacki. 1972. Z.3. S.346-362.

228. Sztaba W. Gra ze sztuka Krakow, 1982.

229. Sztuka XX wieku. Warczawa, 1971.

230. Szymberski T. Atessa, Krakow, 1910.

231. Teatr polski w latach 1890-1918. Warczawa, 1988.

232. Teorija i historija awangardy artysiycznei. Sztudia z teorii awangardy. Lodz, 1985.

233. Vogel K. Die Metafizik des zwei kopfingen Kalbes. Berlin, 1972.

234. Wielkopolski slownik biograficzny. Warczawa, 1983.

235. Wilski Z. Witkacy w Piotrogrodzie // Pamietnik teatralny. 1972. Z.l.1. S.272.

236. Wisinska E. Wokol Witkacego I I Dialog. 1978. №5. S. 20-30. 23.4. Witkacy et le theatre. Lauzann, 1976.

237. Witkiewicz J. Stanislaw Witkiewicz w Rosij // Miesiecznik literacki. 1977. № 8. S.66-74.

238. Witkiewicz J. Zicioiys S.I.Witkiewicza // Witkiewicz: czlowiek i tworca. Warczawa, 1957.

239. Wsrotmitof teatralnych Mlodej Polski. Krakow-Wroclaw, 1983.

240. Zakiewicz A. W poszukiwaniu Witkacego // Projekt. 1990. №3. S.2-5.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 67517