Браные узоры на текстильных изделиях русских крестьян Восточной Сибири тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 17.00.09, кандидат искусствоведения Шахнович, Алефтина Геннадьевна

  • Шахнович, Алефтина Геннадьевна
  • кандидат искусствоведениякандидат искусствоведения
  • 2007, ИркутскИркутск
  • Специальность ВАК РФ17.00.09
  • Количество страниц 249
Шахнович, Алефтина Геннадьевна. Браные узоры на текстильных изделиях русских крестьян Восточной Сибири: дис. кандидат искусствоведения: 17.00.09 - Теория и история искусства. Иркутск. 2007. 249 с.

Оглавление диссертации кандидат искусствоведения Шахнович, Алефтина Геннадьевна

Введение 3

Глава 1. Браные узоры как составляющая часть народного искусства: общее и специфическое

§ 1.1. Браные узоры: понятие и истоки 25

§ 1.2. Модуль. Типология 37

§ 1.3. Коэффициент асимметрии соотношения площадей браного 49-62 и фонового узоров как метод изучения браных узоров

Глава 2. Текстильные изделия с браными узорами русских старожилов Восточной Сибири

§ 2.1. Браные узоры: материал, предметы в истории и культуре 63-88 старожилов

§ 2.2. Изобразительно-выразительные средства браных узоров 88

§ 2.2. Декоративность браных узоров русских старожилов 105

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Теория и история искусства», 17.00.09 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Браные узоры на текстильных изделиях русских крестьян Восточной Сибири»

Актуальность темы исследования. Актуальность исследования обусловлена реальными потребностями российского общества в сохранении и развитии национально-культурных и культурно-исторических традиций народов Российской Федерации. Об этом свидетельствуют такие важные государственные документы, как Федеральная программа «Развитие и сохранение культуры и искусства Российской Федерации» (1997-1999 гг.), Указ президента РФ от 01.07.1996 № 1010 «О мерах по усилению государственной поддержки культуры и искусства в Российской Федерации».

Работа посвящена рассмотрению вопросов, касающихся народного искусства русских старожилов Восточной Сибири, такой его составляющей, как декорирование текстильных изделий браными орнаментами и их региональным особенностям.

Основные черты русского народного искусства в крае в значительной мере определялись составом и происхождением основного ядра старожильческого населения, которое составили выходцы из северных российских губерний (Вологодской, Пермской, Костромской, Архангельской и др.), переселенцы принесли в регион привычный уклад жизни, нравы, обычаи, веками воспитанные художественные навыки и традиции. Для браных орнаментов свойственно сохранение древнейшей первоосновы, они несут в себе символическое значение, связанное с различными сферами бытия: миропониманием, культурой, укладом и образом жизни, они характеризуются через мотивы, их конфигурацию, сорасположение, цветовое решение, назначение, технологию исполнения. Обладая культурной и художественной ценностью браные орнаменты в определенный исторический период были социально востребованы, поэтому бытовали в регионе как вид народного искусства в течение длительного времени. К первой половине XX в. по историческим, политическим, экономическим и иным причинам они утратили свое значение в культурно-бытовой жизни крестьянства и перестали использоваться в декорировании текстильных изделий.

Значимость браных орнаментов как части народного искусства заключается в том, что они, относясь к явлению художественной культуры прошлого, представляют собой уникальное художественное наследие. Браные узоры русских старожилов Восточной Сибири в искусствоведческой науке не были рассмотрены. Комплексное изучение и освоение этого художественного наследия обогатит новыми знаниями в сфере истории и теории искусства, будет способствовать эстетическому воспитанию и художественному образованию.

Степень научной разработанности проблемы. В отечественной науке проделана значительная исследовательская работа историками и археологами, этнографами и искусствоведами по изучению различных аспектов орнаментики в народном искусстве крестьянства России.

Историки и археологи привлекают орнамент крестьянских текстильных декорированных изделий в качестве исторического источника, их точка зрения базируется на изобразительной стороне орнамента. Для этнографов он является одним из характерных и широко распространенных способов украшения предметов быта и одежды. В исследованиях этих ученых важное место занимают изучение и описание приемов и способов вышивки, тканья, используемых материалов, местных особенностей технологий, типичных орнаментов, областей и регионов их существования. Искусствоведы изучают художественные особенности предметов материальной культуры, которые включают изобразительный характер орнамента; создаваемую фактуру декорируемой поверхности за счет свойств техники, технологии и используемых материалов; композиционное решение украс. Указанное определяет специфику образных и выразительных средств вышивки и тканья как прикладного искусства.

Следует считать временем становления науки о русском искусстве 1872 год, когда был издан Обществом поощрения художников первый научный труд - альбом русских вышивок с большим объяснительным текстом крупнейшего историка искусства В. В. Стасова «Русский народный орнамент. Шитье, ткани, кружева» [169]. В нем автор отмечает традиционность художественных образов вышивки и ее повсеместное распространение в России. До первой четверти XX в. шел процесс накопления фактологического материала и его описания, а с 30-х годов началось его научное осмысление и анализ [163, 193, 64, 87, 126, 134, 135, 136, 71]. В то же самое время выходит в свет альбом С. Соколова и И. Томского «Народное искусство Севера России» с предисловием И. Грабаря. В альбоме видим дивные узоры браного ткачества и бранья иглой - уникальные памятники, в которых «чувствуется какая-то сила и простота. и веет от них какой-то северной сказкой» [165, с. 6].

Темы нашего исследования касаются труды, систематизирующие и обобщающие понятие «народное искусство», рассматривающие вопросы истории и теории русского искусства, в том числе и сибирского народного искусства, его особенностей, орнаментику. Такими трудами являются исследования В. С. Воронова, В. А. Городцова, Л. А. Динцеса, М. А. Некрасовой, В. С. Иванова, Б. А. Рыбакова, Д. А. Болдырева-Казарина, Л. М. Русаковой, И. П. Работновой и других ученых.

В работе известного исследователя народного искусства В. С. Воронова «Крестьянское искусство» обосновывается значение русских крестьянских вышивок как «исключительной страницы в мировой истории искусств, определяющей наибольшую хронологическую глубину этого искусства и неопровержимо свидетельствующей о символическом и религиозном характере его первых иконографических слоев» [26, с. 12]. Автор отмечает, что «богатую и особенно оригинальную культуру графической линии крестьянской вышивки представляет главным образом северная фигурная вышивка красной нитью на подзорах простынь и на концах полотенец. Она содержит в себе исключительно древние орнаментальные слои русского искусства. Образы неведомых вышивальщицам богов и богинь, символических зверей и птиц в ритмичных графических построениях образуют прекрасные магические узоры на этих бытовых холстах. Красная нить в ряде различных технических приемов шва. достигает высоких степеней четкости, ритма, выразительности.» [26, с. 90]. В А. Городцовым рассмотрены общие черты композиционного строя русского народного искусства и дако-сарматского изобразительного творчества, уходящие в глубокую древность эпохи формирования восточнославянского искусства и отражающие процессы взаимного влияния культур [28].

В 20-е гг. были заложены основы изучения русского народного искусства в его разнообразных связях, как внешних, - со средой существования, так и внутренних (изобразительные средства, стилистические особенности воплощения отдельных образов, композиционный и колористический строй в их взаимообусловленности).

Руководитель отдела народного искусства Государственного Русского музея (ГРМ) Л. А. Динцес в своих работах показывал связи русского народного искусства с искусством других этнических общностей. Кроме того, он представил крестьянскую вышивку как явление изменяющееся, в котором наряду с образами, уходящими своими истоками в глубокую старину, появляются современные мотивы. В статьях Л. А. Динцеса содержится множество исторических фактов и выводов о народных ремеслах [45-47]. Говоря об изобразительных мотивах в шитье, Л. А. Динцес отмечал, что жанровые мотивы в формах древнего геометрического стиля более всего сохранены в народной вышивке.

Вопросам существования народного искусства, в том числе вышивки как части духовной культуры народа, посвятила свои исследования М. А. Некрасова, осмысливая место народного искусства в культуре не только прошлого, но и настоящего, как части целостного гуманитарного мира [127-132].

Б. А. Рыбаков привлекал материал по вышивке как самостоятельный источник при рассмотрении археологических и изобразительных памятников, начиная от скифо-сарматских до этнографических собраний, с их помощью реконструировались обычаи, обряды и верования древних славян [152].

В 1932 году в Москве был создан Научно-исследовательский институт художественной промышленности (НИИХП). В опубликованных трудах института изучалась русская народная вышивка, региональные особенности, сформулированы закономерности объединения ее в группы по региональным признакам. Это публикации В.Я.Яковлевой [6, 30, 63, 133], И. П. Работновой [141-147], Н.С.Королевой [77,78] и других научных сотрудников института.

С. В. Иванов в своих работах подробно исследовал не только образно-сюжетный строй орнамента вышивки, но и технику ее исполнения. Он различал виды вышивок обских угров - двустороннюю «роспись» и одностороннюю «гладь» - «набор» и проводил аналогию с русской вышивкой [57-59].

В рамках тематики настоящего исследования представляет интерес следующий факт: анализируя приведенные автором схемы узоров, приходим к выводу, что узоры III типа (решетка-«репей»; Б-элементы, ромбы с крючками - «лягушки», гребенчатые ромбы) по начертанию являются браными узорами. Они имеют «строго геометрические формы, прямолинейность, си-луэтность, излом под прямым углом, отростки и основу, состоящую из широкой ленты» [57, с.90]. Узоры эти характерны для многих коренных народов Сибири и сходны с узорами коми-зырян, саами и встречаются вышитыми на одежде, ткаными на поясах, вывязанными на чулках и носках, представлены в искусстве чувашей, башкир, марийцев, мордвы, удмуртов, карел, коми и северных русских [57, с. 97].

С 1936 г. публикуются результаты исследований крупного специалиста по русскому народному искусству Г. С. Масловой [102-121]. Она рассматривает искусство народной вышивки в историческом, этнографическом и искусствоведческом планах, раскрывает разнообразие и богатство этого искусства, его социальную значимость и место в художественном наследии русского народа, особое внимание уделяется семантике орнамента и роли художественных предметов в народном быту. В 1978 году был опубликован ее фундаментальный труд «Орнамент русской народной вышивки как историко-этнографический источник» [112]. Обширный полевой материал, собранный автором во время многочисленных экспедиций в северные районы и отчасти в среднюю полосу СССР, дополнен данными по вышивке и тканью южнорусских областей. Особое внимание уделяется семантике орнамента и народным названиям узоров. Важное значение имеет раздел, посвященный распространению мотивов и локальных типов вышивки (их картографирование -авт.) Мы согласны с автором монографии, что «геометрический орнамент, богатый и разнообразный, широко представленный в народной вышивке всех регионов . составляет обширную область орнаментального искусства и должен послужить темой отдельного исследования» [112, с.8].

В работе Д. А. Болдырева-Казарина «Народное искусство в Сибири», представлен анализ художественного качества композиции, элементов в орнаментальном народном искусстве, цветовой гаммы. В заключение отмечается: «. то, что сделано, обеспечивает народному искусству в Сибири почетное место в общей истории искусства Русского» [18, с. 5-20].

В монографии JI. М. Русаковой «Традиционное изобразительное искусство русских крестьян Сибири» комплексно исследуется развитие крестьянского искусства [150]. Ею обобщен значительный материал по вышивке, узорному тканью, кружеву, рассмотрены орнаментация предметов быта и одежды геометрическими и геометризованными узорами в технике браного ткачества, вышивки и кружевоплетения, композиционные и цветовые решения, их символизм, местные и региональные особенности и сравнительные отличия изделий и их декора [150].

Проблема связи образной семантики браной орнаментики и декорированных материальных памятников искусства и культуры с древними мифологическими и религиозными представлениями освещена в работах Е. Н. Клетновой, В. П. Даркевича, И. Я. Богуславской, И. И. Шангиной, А. К. Амброза, Б. А. Рыбакова, В. П. Дурасова, Л. М. Русаковой, С. В. Жарниковой, Д. А. Баранова и Е. Л. Мадлевской. Е. Н. Клетнова, изучая элементы украс Смоленского края, подтверждает положение, высказываемое многими учеными, что все первичные орнаменты являются символами чисто религиозного или приближающегося к нему значения - тотемистического, магического, профилактического и т.п. Впоследствии они утрачивают первоначальное значение и становятся просто лишь украшающими узорами. В работе отмечается, что основой орнамента является круг. Опираясь на исторические данные, автор приходит к заключению, что круг «изображаемый в силу технических условий в виде ромба, есть ничто иное как «символ бога-Солнца». Рассматривая распространенные узоры: «круговые» (большие и малые), Е. Н. Клетнова дает объяснение гребенчатым и городчатым ромбам, рассматривает их разновидности; «лягушечки» (простые и «завивастые»). Особое внимание уделено крюковым фигурам - свастикам, полагая, что «первоначально знак свастики был эмблемой огня и молнии, а летящая птица, которую она напоминает, являлась символом той же молнии [60, с. 18].

В. П. Даркевич рассмотрены основные «небесные» символы, которым придавалось значение чудесных оберегов [42].

И. Я. Богуславской анализируются многочисленные варианты вышивок с древними мотивами, относящимися к XIX -XX вв., отмечаются три основные тенденции развития древних мотивов [14, 15]. И. И. Шангиной изучен архаический пласт сюжетной вышивки на обрядовых полотенцах и выделены в ней антропоморфные, зооморфные, орнитоморфные, растительные и полиморфные мотивы. Автор рассматривает использование орнаментированных полотенец в свадебной, родильной, погребально-поминальной обрядности и приходит к выводу, что сюжеты вышивок отражали «проблемы соотношения жизни и смерти, воспроизводство людей» [191, с Л 6].

А. К. Амброз на историко-археологическом материале исследует «ромбы с крючками». Сторонники солярной теории считали его вариантом круга с загнутыми лучами. Поиски этнографических аналогий показали, что изучаемый знак - один из основных элементов крестьянского геометрического орнамента XVIII - XX вв. на огромной территории, охватывающей Среднюю и Восточную Европу [4, 5]. Б. А. Рыбаковым исследованы происхождение и семантика ромбического орнамента, как символа плодовитости, продолжения жизни, плодородия [153, с. 134]. Л.М.Русаковой на документальном этнографическом материале рассматриваются варианты мотива ромба с крючками, принципы включения его в орнаментальные композиции и этих последних в структуру всего декора полотенца, предпринимается попытка интерпретации смыслового содержания выделенного мотива и всей орнаментики полотенца в связи с функциями, которые выполнял этот орнаментированный предмет в свадебном обряде [148]. В статье «Образ мира в геометрическом орнаменте на полотенцах русских крестьянок» Л. М. Русаковой исследуются изготовленные в конце XIX - начале XX в. стеновые полотенца кержаков -русских старожилов Алтая, проживающих в долине реки Бухтармы. Исходя из важной роли орнаментированного полотенца в ритуалах жизненного цикла, автор подошел к характеристике его как семиотически значимого предмета, в котором запечатлен образ мира, каким он представлялся древнему человеку [149].

Общеславянское название ромба с крючками «лягушка» («жаба»). Действительно, ромб с расположенными попарно на двух (или четырех) вершинах крюками напоминает лягушку. Этот символ содержит и глубокий смысл. С. В. Жарникова отметила на материале сенокосных рубах и головных уборов Севера и Северо-запада России сакральную значимость орнаментов, включавших ромбы с крючками, или «жаб», а также «странных зооантропо-морфных рожающих существ» [53-55]. Н. П. Гринкова в статье «Отражение руки в русской орнаментике» указала на культовое значение мотива руки в народном искусстве - вышивке и резьбе [35]. В работе Д. А. Баранова и Е. Л. Мадлевской «Образ лягушки в вышивке и мифоэпических представлениях восточных славян» речь идет об образе лягушки в восточнославянской вышивке, встречающемся на предметах убранства жилища (полотенца, подзоры) и на деталях женского костюма (подолы рубах, головные уборы) [10].

На рубеже ХХ-ХХ1 вв. появилась монография Р. В. Багдасарова «Свастика: священный символ», которая представляет первое в России полномасштабное исследование, посвященное символизму свастики [7]. И. М. Денисова в своих статьях рассматривает вопросы семантики изображений в русской северной вышивке антропоморфных фигур по начертанию схожих с деревом [43,44].

Анализ художественных особенностей народного орнамента осуществлен в работах И. Я. Богуславской, Т. Бадяевой, Л. А. Кожевниковой. Г. Н. Климова в книге «Текстильный орнамент коми» освещает вопросы типового состава орнамента и генеалогии некоторых типов, определяет место отдельных видов узорной техники и типов орнамента коми среди искусства родственных и соседних народов. Особое внимание уделено понятийному аппарату исследований [68]. Вводимый новый термин «диагонально-геометрические узоры» характеризуется видом стежка, конструктивнми особенностями, видом симметрии. Одной из характеристик рассматриваемых узоров принято соотношение узора и фона. «Узор и фон чаще всего уравновешены, или узор преобладает над фоном, что достигается сдвоенной, строенной и т.д. линией узора» [68, с. 5].

Основы анализа художественных особенностей русской народной вышивки с геометрическим орнаментом заложены И.Я.Богуславской [14-17]. Преобладающими компонентами геометрического орнамента являются ромбы, квадраты, клетки, перекрестья, звезды, полосы, кресты-свастики и варианты, возникшие из указанных мотивов. Ограниченность исходных мотивов компенсируется богатством и разнообразием композиций на основе определенных приемов построения узоров (зеркальной симметрии, на равновесии и пропорциональном соотношении частей орнамента), используются принципы розетки, бордюра и сетки в сложных комбинациях и совмещениях. Благодаря технологии шитья фоновые промежутки между фигурами также приобретают вид узора, узор и фон равнозначны и могут меняться местами. Среди декоративных характеристик узоров указывается плотность, связанность. Сочетание в одной композиции различных технологий вышивки создает определенную фактуру, усиливая выразительность орнамента. С природой нитей и фактурой шитья тесно связан цвет вышивки. Господствует красный цвет на белом фоне полотна [17].

И. П. Работновой особое внимание уделено гармоничности пропорций, очертаниям мотивов и всей композиции вышивки на предметах быта и одежды крестьян, цветовому решению, анализу композиционных приемов, сближающих искусство русского текстильного орнамента со словесным и музыкальным фольклором [142]. Автор указывает, что части женских фигур, мотивов гуськов, оленей, и т.д., иногда настолько геометризированных, почти теряющих сходство с конкретным прообразом, выполнялись в технике браного ткачества или при вышивке счетными швами. «Части фигур - прямоугольные, равноширокие отрезки, из которых как из брусочков складываются достаточно разнообразные узоры, играют в вышивках с сильно гео-метризированными мотивами как бы роль первичного модуля орнамента. Строгой ритмичности орнамента этого типа способствует не только одинаковая ширина отрезков, строящих фигуры, и равенство углов, под которыми пересекаются его линии (идущие только по горизонтали), но и то что ширина просветов фона равна ширине элементов узора, благодаря чему фон также становится орнаментальным» [142, с. 28]. Изложенное убеждает, что хронология развития браной орнаментики основывается на принципе «от простого к сложному». Так самыми древними были узоры, составленные из полос с равной горизонтальной шириной, как указывает автор статьи; затем появились узоры, элементы которых суть сдвоенные такие полосы, разделенные узкой полоской ткани и позднее узоры стали создавать из сдвоенных полос, разделенных двумя узкими полосками ткани с расположенной между ними узкой цветной полоской. В указанной работе автор, к сожалению, не дает четкого понятия «первичного модуля орнамента», неясно, что конкретно имеется в виду под названием «прямоугольные равноширокие отрезки»? В другом месте читаем: «Одним из слагаемых общей гармонии является равновесие узора и фона, которое достигается нередко простой равновеликостью, одинаковостью ширины элементов узора и фона»[142, с.42]. Сказанное требует, на наш взгляд, количественного подтверждения, поскольку последнее не всегда верно, вследствие наличия оптических эффектов. Указанное справедливо наверняка лишь при условии одинаковости по начертанию браного и фонового узоров.

Т. А. Бадаева, анализируя виды народного творчества, отмечает, что мотивы народного орнамента сродни образам народной поэзии. Они также емки, метафоричны и поэтичны. По этой причине орнамент является своего рода атрибутом духовно-материальной культуры народа. Геометрический орнамент - древнейший слой народного узорочья, он имеет более опосредованную образную структуру, более жесткую творческую дисциплину, математически упорядоченные закономерности узорообразования, технологическую обусловленность многих приемов построения не только отдельных элементов, но и всей композиции. В орнаментальном творчестве господствующее положение занимает модульная система создания орнаментального целого [8].

Г. П. Громов, Д.В. Деопик, В. Н. Плющев, считая недостаточным метод визуальных наблюдений, применили методику статистического изучения орнамента при анализе вышивки Архангельской области [38]. Авторы сделали попытку проследить изменение форм элементов фигуры в зависимости от I вида шва. Расчеты осуществлялись на ЭВМ. Показанная методика анализа орнамента - шаг вперед, делающий наши знания более точными и определенными.

JI. А. Кожевниковой отмечается узорное ткачество Севера как очень разнообразное в построении узора, его расположении, масштабе самого рисунка [74]. Автор указывает, что браные узоры очень декоративны, богаты по фактуре, что ткачество часто сопровождается вышивкой, образуя единую композицию. В качестве характеристики для сравнения тканых браных узоров автором принята плотность узора, в котором белый фон узора играет значительную роль, влияет на декоративный эффект, оказывающий на зрителя эмоциональное воздействие [74, с. 110]. Исследования И. П. Работновой и JI. А. Кожевниковой по орнаментике в вышивке и художественном ткачестве русских Севера ценны для нас [141-147, 73-75].

Исследователи Б. А. Куфтин, Н. И. Лебедева, Н. П. Гринкова зафиксировали терминологию, материал, основные мотивы орнамента, обогатив науку новыми данными [87, 90-92, 37]. Исследователь Н. И. Калиткин, обратившись к местному археологическому материалу, обнаружил в орнаментальных * мотивах немало параллелей с геометрическим орнаментом вышивки [64].

Плодотворная исследовательская работа в области техники вышивания была проведена А. И. Некрасовым. В книге «Русское народное искусство» он делает важный вывод о том, что общая техника для Центральной и Северной Руси, стоит в зависимости от основы вышивки, то есть от клетчатой структуры холста, при вышивании отсчитывается точное число продольных и поперечных нитей соответственно основы и утка («счетное» шитье), то узор подчиняется геометрической разделке, т.е. геометризации [126]. В. А. Фалеевой детально исследовано исполнение различной техники вышивки: «двусторонний шов», «набор» [176, 177,179].

Методические вопросы изучения народного орнамента в разной степени затронуты в работах В. Харузиной, С. В. Иванова, Г. С. Масловой, Б. Э. Петри и других ученых [181, 59, 105,139].

Технические приемы исполнения вышивок и узорных тканей рассматриваются в учебно-методической литературе, призванной помочь в изучении чрезвычайно актуальных для современной культуры вопросов теории и истории орнаментального искусства, воспитанию художественного вкуса, снабдить знаниями об основах создания предметов, обладающих художественной ценностью [49, 50, 69, 70, 72, 76, 80, 86, 95, 96, 101, 161, 166, 173, 174, 175, 178, 187-190, 13, 168, 39, 40]. Однако в изученных работах не обращено должного внимания на бранье иглой, не раскрыты богатейшие возможности этой техники вышивания для достижения требуемого декоративного эффекта.

Картина изучения вышивки и узорного ткачества, как видов народного искусства старожилов Енисее-Ангаро-Ленского междуречья выглядит следующим образом. Русские крестьяне рассматриваемого региона в конце XIX - начале XX вв. представляли компактную и однородную группу старожильческого населения, связанного общностью исторических судеб, условий формирования и развития местного культурно-бытового уклада. Эти обстоятельства имели большое значение для его изучения, в котором нами выделены такие этапы:

- до последней четверти XIX в. имеются разрозненные упоминания путешественников о тех или иных видах народного искусства;

- с конца XIX до начала XX в. работа интенсифицировалась благодаря деятельности в этой сфере политических ссыльных; послереволюционный период изучения народного искусства продолжался до конца 30-х годов XX в. усилиями ученых Восточно-Сибирского Отдела Русского Географического Общества (ВСОРГО);

- после тридцатилетнего перерыва в связи с историческими, политическими и экономическими событиями в стране изучение духовной культуры и быта старожильческого населения было возобновлено в 1957 - 1962 гг., особенно в зоне затопления Братской ГЭС;

- последние десятилетия характеризуются общим процессом возрождения русской духовности и повышающимся интересом к народной культуре: традициям, обрядам, изобразительному искусству и т.д.

Огромная роль в организации этнографических исследований в Восточной Сибири принадлежит ВСОРГО. Оно создало широкую сеть корреспондентов на местах. Присланные ими материалы о разных сторонах жизни населения края впоследствии вошли в рукописный фонд ученого архива РГО. Значительное число работ опубликовано в этнографических сборниках ВСОРГО «Сибирская Живая Старина», выпускаемых под редакцией М. К. Азадовского и Г. С. Виноградова; в журнале археологии, истории и этнографии Сибири «Сибирский архив» и др.

В первой четверти XX в. выходят в свет работы А. А. Макаренко, М. В. Красноженовой, Н. И. Воробьева, А. Ермолаева, Д. Н. Мишарина, в которых имеются некоторые замечания о существовании среди женских рукоделий русских старожилов такого вида искусства, как декорирование предметов крестьянского быта и одежды браными узорами [97-100, 81, 25, 52, 124].

Большую роль в изучении быта русских старожилов региона, его культуры и искусства сыграли политические ссыльные, например А. А. Макаренко, В. С. Арефьев. Объектом их интереса были селения Енисейской губернии, расположенные по средней и нижней Ангаре. Публикации о традициях и быте населения Кежемского района особенно важны. Это один из старых очагов русского заселения с типичной для Приангарья культурой. Кежемский район - центральный для Приангарья по своему географическому положению и по той роли, которую он играл в прошлом. Здесь концентрировались транспортные, торгово-экономические, бытовые и другие связи населения края.

В опубликованном А. А. Макаренко в 1913 г. труде «Сибирский народный календарь в этнографическом отношении» отмечается, что изучением «народного быта вообще» он, бывший политический ссыльный, занялся с 1886 г., бывая в Енисейской и Иркутской губерниях в уездах: Ачинском, Красноярском, Енисейском, Канском, Минусинском, Нижнеудинском, Ки-ренском, волостях: Маклаковской, Казачинской, Пинчугской, Кежемской » [100]. Изучая быт и культуру русского населения, ему удалось собрать коллекцию предметов старины, которая пополнила фонды ГЭМ (г. Санкт-Петербург). Количество же этнографических материалов о русском крестьянском искустве Восточной Сибири в 20-е годы XX в. незначительно. Послевоенная разруха, немногочисленность исследовательских сил в регионе не позволяли развернуть экспедиционную работу в широких масштабах.

В соответствии с выдвинутой периодизацией исследований в русле тематики данной работы значительный интерес представляет деятельность Этнологической секции ВСОРГО в 30-е годы XX в. В этой связи обращает на себя внимание свидетельство об интенсификации работ по изучению русского населения Восточной Сибири в отчете о деятельности Этнологической секции ВСОРГО за 1925 г.: «По сравнению с прошлым (1924 - авт.) годом, несомненно, обращает внимание резкое преобладание тем и вопросов, относящихся к этнографии русского населения»[137, 167].

Носителями браных узоров являются текстильные изделия, это предметы крестьянского быта, одежда, головные уборы, чулки, носки, пояса и т.д. Ранее специальному целенаправленному сбору таких предметов в регионе должного внимания не уделялось. Подтверждением этому является следующая информация. И.И. Шангина в работе «Обрядовая одежда восточнославянских народов в собрании Государственного музея этнографии СССР» отмечает: «Одежда русского населения Урала и Сибири собрана недостаточно полно. Свадебная одежда русского населения огромной территории, включающей в себя Нижнее Поволжье, Урал, Сибирь, представлена в музее небольшим числом экспонатов: три женских костюма, одна мужская рубаха, > один женский головной убор и один платок. Такая картина сложилась потому, что собирательская деятельность музея среди русского населения этих регионов во все времена его существования была очень незначительна» [191, с. 159, 184]. Однако у русских крестьян именно свадебная одежда, особенно женская, всегда богато украшалась красным браньем.

В Государственном архиве Иркутской области даны сведения о характере работ П. Ф. Требуховского, проведенных им по поручению Этнологической секции ВСОРГО в 1927-1928 гг. [ф. 565 оп.2 д.2 л.З]. В 1927 г. (июль-август) он приступил к монографическому изучению русского старожилого населения поангарья Балаганского района. Прежде всего обращалось внимание на явления и стороны жизни, которые быстро видоизменяются, а иногда и исчезают. Таковыми в частности являются: искусство, жилище, обрядности, народная медицина и др. П. Ф. Требуховский, как нам стало известно из протокола заседаний Этнологической секции от 21 февраля 1928 г. доложил, что он посетил в Приангарском районе деревни: Кильварию, Шиверу, Мет-ляеву, Одиссу - места, где до последнего времени существовали элементы народной культуры (материальной и духовной). Собирая различные памятники старины он руководствовался соображениями, что Приангарская деревня, как хранительница старины, быстро вымирает. Свой доклад П. Ф. Требуховский иллюстрировал экспонатами, фотографическими снимками, зарисовками, дающими представление о народном строительном искусстве, художественной отделке на том или другом материале (резьба на наличниках, швейки, замки, орнаменты на комнатных заборках, вышиванье, вязанье и др.). В заключение докладчик высказал необходимость охватить гибнущую старую культуру в Приангарском районе. По его словам для этой цели нужно проработать в нем года три, собрать сырой материал, а затем приступить к I его систематической проработке по отделам. Однако, работа по изучению народной культуры и искусства старожильческого населения региона была прервана на тридцать лет, вплоть до конца 60-х годов XX в., а с середины XX в. такой вид народного искусства как украшение текстильных изделий браными узорами полностью утратил свое значение в культурно-бытовом укладе крестьянства.

Более детальное изучение русского населения Восточной Сибири началось в связи с интенсификацией освоения края. В 1957 г. Институт этнографии и Институт истории искусств АН СССР совместно с Ангарской археологической экспедицией сосредоточили усилия этнографов, искусствоведов, археологов на том, чтобы спасти культурные ценности в зоне затопления Братской ГЭС. Исследованиями были охвачены Братский, Балаганский, Бо-ханский, Кировский, Нижнее-Илимский и Усть-Удинский районы Иркутской области; Богучанский, Кежемский, Удерейский районы Красноярского края. Именно к этим территориям относится большинство публикаций первых этапов изучения русских старожилов в Восточной Сибири. В 1957-1962 гг. состоялось пять экспедиций. Результатом проведенных экспедиций по изучению материальной и духовной культуры в период 70-80-х годов XX в. явились публикации Л.М.Сабуровой [156, 157, 158, 160], Г. С. Масловой [116], Ф. Ф. Болонева [19], Н. И. Лебедевой [93]. Содержание работ, в основном обзорных, составляют данные из изученных архивов, либо результаты опроса старожилов исследованных районов, которые еще помнили «как это было». В этих работах в той или иной мере затронуты вопросы народного искусства.

Последнее десятилетие характеризуется общим процессом возрождения русской духовности и повышающимся интересом к народной культуре: традициям, изобразительному искусству, одежде, фольклору. В этой связи ускорилась работа по сбору и восстановлению «преданий старины глубокой», которые еще можно собрать и восстановить по рассказам тех немногих, доживших до наших дней хранителей и хранительниц народных традиций и обрядов. Многое уже забылось, другое уходит безвозвратно, потому решение задачи возрождения, сохранения и передачи будущим поколениям такой составляющей народного искусства, как орнаментация изделий браными узорами является исторически необходимой. В этой связи заслуживает внимания работа этнопедагога А. Д. Назаркина, которым по результатам своей этнографической экспедиции были опубликованы орнаменты на обрядовых браных полотенцах русских крестьянок Приленья [125].

Анализ научной литературы, проведенный диссертантом, выявил следующее: при безусловном интересе отечественных учёных и практиков к вопросам декорирования браными узорами текстильных изделий русскими крестьянами, и в частности, старожилами Восточной Сибири, они изучены недостаточно. Это и определило необходимость настоящего искусствоведческого исследования.

Объектом исследования выступают текстильные изделия русских крестьян как составная часть народного искусства.

Предмет исследования - браные узоры XIX - начала XX вв, декорирующие текстильные изделия русских старожилов Восточной Сибири.

Территориальные рамки исследования включают регион Енисее-Ангаро-Ленского междуречья, где сконцентрировалась основная масса русского переселенческого населения, сохранившего традиции народного искусства.

Целью настоящей работы являются художественно-типологический анализ браных орнаментов и выявление их региональных особенностей.

Задачи исследования:

• определить понятие «браный узор», основываясь на технологических особенностях;

• определить критерий для выявления закономерностей построения браных орнаментов;

• разработать количественные характеристики для анализа браных узоров;

• дать общую характеристику текстильным изделиям с браными узора> ми русских старожилов Восточной Сибири;

• осуществить анализ изобразительно-выразительных средств браных узоров;

• выявить декоративные и региональные особенности браных узоров русских крестьян исследуемого региона.

Методологическую основу исследования составили работы отечественных историков, этнографов и искусствоведов, в которых определены подходы и принципы изучения народного искусства (А. К. Амброза, Е. Э. Бломквист, И. Я. Богуславской, В. С. Воронова, Н. И. Гаген-Торн, В. А. Городцова, Л. А. Динцесса, Г. П. Дурасова, Г. С. Масловой, М. А Некрасовой, Б. А. Рыбакова, И. И. Шангиной, В. И. Чичерова); культуры и искусства русского сибирского населения (Л. М. Бережновой, Д. А. Болдыре-ва-Казарина, Ф. Ф. Болонева, В. С. Иванова, Н. И. Лебедевой, Б. Э. Петри, Л. М. Русаковой, О. М. Рындиной, Л. М. Сабуровой, Е.Ф. Фурсовой).

Специфика объекта исследования, поставленная цель и задачи обусловили необходимость применения следующих методов: искусствоведческого анализа: наблюдение и описание, позволившие получить данные и атрибутировать материальные памятники; формальный метод использован для анализа формы браных орнаментов и их стилистических особенностей; сравнительно-исторический метод и метод комплексного подхода, при котором привлекались данные таких наук как искусствоведение, этнография, математическая статистика, теория множеств, языкознание; методы: моделирования, полевых исследований, картографирование, позволившие зафиксировать и структурировать первичный эмпирический материал.

Эмпирическую базу исследования составили:

• музейные коллекции и отдельные экспонаты-образцы вышивок и бра-( ного ткачества из фондов: Российского этнографического музея (РЭМ), Иркутского областного краеведческого музея (ИОКМ), Архитектурноэтнографического музея «Тальцы» (г. Иркутск), Музея истории г. Иркутска (МИГИ), Братского городского объединенного музея истории освоения Ангары, Государственного историко-этнографического музея-заповедника «Шушенское» и др.;

• частные коллекции А. Д. Назаркина, Л. С. Дмитриевой, И. И. Таюр-ской и др.;

• альбомы и каталоги по браной орнаментике других регионов России;

• публикации в этнографических сборниках В СОРГО «Сибирская живая старина», в журналах «Сибирский архив» и др.;

• материалы авторских полевых исследований, проводимых в течение 1995-2005 гг.;

Научная новизна работы заключается в следующем:

• дано понятие «браные узоры» через их технологические и стилистические особенности;

• предложен модуль, позволяющий установить закономерности построения браных узоров, их классификацию, и положено начало формированию банка браных узоров;

• обоснован метод изучения браных узоров на основе теории множеств и коэффициента асимметрии;

• рассмотрены текстильные изделия с браными узорами исследуемого региона как вид народного искусства, имеющий историко-искусство-ведческое значение;

• дан анализ изобразительно-выразительных средств браных узоров;

• исследован декор материальных памятников русских старожилов Восточной Сибири, декорированных браными орнаментами, установлены их технологические, декоративные, структурно-типологические, региональные особенности.

Теоретическая и практическая значимость работы заключается в применении количественного метода к исследованию народного орнамента, а именно оценки соотношения площадей фонового и браного узоров; в применении методов математической статистики для анализа значений коэффициента асимметрии групп браных узоров с характерными закономерностями построения.

Материалы и выводы диссертационного исследования могут найти применение при разработке программ и спецкурсов «Декоративно-прикладное искусство народов России», «Дизайн костюма», «Орнамент народов Сибири», при чтении лекций для студентов, обучающихся по специальности «Народное художественное творчество» и для искусствоведов высшего и среднего специального образования; в деятельности краеведческих, этнографических и художественных музеев, при создании историко-культурных экспозиций; а также при создании сценических костюмов для различных фольклорных и хореографических коллективов.

Апробация результатов отдельных положений диссертации прошла в виде докладов на международной научно-практической конференции «Россия и Сибирь: проблемы взаимодействия в региональной политике в исторической ретроспективе» (Иркутск, 2003) и научно-практической конференции «Русский костюм на рубеже эпох» (Иркутск, 2002); сообщений на мастер-классах, проводимых Иркутским областным центром народного творчества и досуга (2002, 2005, 2007 гг.), в областной школе фольклора (2000, 2004, 2007 гг.), в областной мастерской «Русский костюм» (2004 г.) и «Искусство вышивки» (2006 г.).

Исследовательские материалы использовались диссертантом при составлении учебного курса по ручной вышивке и педагогической практике.

Результаты исследования отражены в 10 научных публикациях, в том числе в научном журнале «Вестник Иркутского государственного технического университета», включённом в перечень журналов ВАК, общим объемом 6 п.л. и книге-альбоме объемом 21,6 усл. п.л.

Положения, выносимые на защиту.

1. Браные узоры на текстильных предметах старожилов Восточной Сибири, существовавшие в определенный исторический период, являются частью русского орнаментального искусства; они обладают художественной ценностью, несут определенную смысловую нагрузку и имеют региональные } особенности.

2. Разработка технологии воссоздания схем браных узоров и создание свода использовавшихся в композициях декора на предметах быта орнаментальных мотивов, обнаруженных на натурных образцах, остатках изделий, а также на копиях, зарисовках и фотографиях недоступных или утраченных памятников материальной культуры.

3. Результаты искусствоведческого анализа браных орнаментов, позволяющие выделить такие общие черты как узнаваемость характерных орнаментальных мотивов, архаичность их происхождения, монохромность (они традиционно выполнялись красным цветом), браная техника исполнения, используемый материал, назначение, полифункциональность, изобразительно-выразительные средства создания художественного образа: геометрическая стилизация, ритм, симметрия, динамика, статика, контраст, нюанс, гипербола, тектоника и др.

4. Количественный метод оценки соотношения площадей браного и фонового узоров, позволивший сравнить орнаменты разных групп с характерными закономерностями построения и выявить способы построения орнаментов с узором и фоном, одинаковыми по начертанию.

5. Эстетическое значение изделий с браными узорами заключается в ценности художественной организации среды обитания людей (жилища). Будучи сакральными предметами, они были необходимыми атрибутами, сопровождавшими человека от рождения до смерти. В социальной жизни при непосредственном использовании предметов с браными узорами происходили все важные события, так как считалось, что они обладают защитной, благо-пожелательной, целительной и объединяющей силой. у

Похожие диссертационные работы по специальности «Теория и история искусства», 17.00.09 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Теория и история искусства», Шахнович, Алефтина Геннадьевна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

1. Такой вид народного искусства как декорирование текстильных изделий браными узорами был широко распространен в определенный исторический период среди крестьянства России.

В работе дан анализ основного термина «браный узор», отмечено, что за ним стоит класс узоров с уникальным стилевым единством: архаичность, долголетие, монохромность, узнаваемость орнаментальных мотивов, линейность орнамента, материал, технология исполнения и др.

Браные узоры относятся к геометрическому орнаменту, который пришел в русскую народную вышивку вместе с системой символических образов, выражавших конкретные явления природы, религиозные представления и путем геометризации растительных форм, изображений людей, зверей, птиц. Преобладающими компонентами геометрического орнамента являются ромбы, квадраты, клетки, перекрестья, звезды, полосы, кресты-свастики и варианты, возникшие из указанных мотивов.

В результате технологических исследований сформулированы существенные отличия браных узоров: глухая счетная, именно браная техника воссоздания узоров в материале (ткани полотняного переплетения); характерная геометрическая стилизация изображений, указанных выше, на основе только присущих браным узорам закономерностей построения; наличие порождаемого браным узором равнозначного по свойствам фонового узора. Выявлены различия между браными узорами, получаемыми в результате бранья иглой и браного ткачества: в первом случае узор располагается на поверхности ткани, получается выступающим над ней - барельефным; во втором случае узор образуется внутри ткани, изменяя ее структуру. На основе своего практического опыта автором дан ряд рекомендаций по технологии бранья иглой, особенно тех вопросов, которые не освещены в публикациях и которые составили основу методических разработок по обучению этому виду художественного рукоделия.

История существования браных узоров насчитывает не одну тысячу лет. Декоративному оформлению предметов быта и одежды придавалось за-клинательное или обережное значение, содержание декора было воплощением сакрального знания, связанного с космологическими представлениями языческой Руси.

О возникновении вышивки и узорного ткачества писало не одно поколение искусствоведов, историков, культурологов, этнографов, археологов. Остатки древнерусских тканей и отдельные находки Х-ХШ веков из раскопок сельских курганов среднерусской полосы по коллекциям Государственного исторического музея (ГИМ) свидетельствуют о существовании в древней Руси тканей с вышитыми и ткаными браными узорами. До начала XX в. декорирование текстильных изделий браными узорами на Руси было занятием самым массовым и повсеместным, такими изделиями были предметы крестьянского быта, одежда, пояса, головные уборы и т.д. Одновременно с крестьянским домашним производством в XVI - XVII вв. при царском дворе в крупных поместьях и городах существовали ткацкие мастерские и слободы, где вырабатывались рисунчатые скатерти, убрусы и другие изделия, предназначенные для господского и городского быта того времени.

Исторически сложилось, что вышивание и изготовление простого и узорного полотна являлось в основном женским занятием. Для русской женщины, которая вела достаточно замкнутый образ жизни, рукоделие было почти единственной доступной ей областью творчества; близкие к природе, воспитанные в быту, где почти каждая вещь была произведением искусства, они в своих творениях умели отразить художественные вкусы и высокую культуру своего времени, тонко передать многообразие и звучность красок окружающего их реального мира, художественное рукоделие являлось определенной практикой эстетического саморазвития в процессе таких занятий и достижения мастерицами различных ступеней мастерства.

2. Браное узорочье, зарожденное в недрах неолитического периода, когда формировались базовые мотивы, прошло путь удивительного развития и достижения художественного совершенства, они различаются по видам изображаемых мотивов, имеют разную степень сложности от самых простых до сложнейших, художественный образный язык их очень разнообразен.

Являясь компонентом, составляющим художественный синтез с вещью, браные орнаменты декорируют ее, повышают эстетические качества, углубляют и расширяют художественный смысл, придают выразительность, выявляют ее архитектонику (будь то женская рубаха, полотенце, пояс или головной убор), придают ей определенные эмоциональные оценки (именно богато орнаментированные браньем свадебные одеяния оказывают такое воздействие на зрителей, как торжественность и радость). Браные узоры представляют собой стиль, по которому определяется историческая, территориальная, социальная, эстетическая и временная принадлежность вещи. Они являются специфическим художественным феноменом народного искусства, основу которого составляют полифункциональность; коллективная основа творчества, в результате чего в них ярко проявляется коллективное представление о красоте в содержательном и формальном выражении. Использование браных орнаментов с характерными принципами формообразования делает возможным задать вещи или пространству стилевую окраску (например, русские фольклорные костюмы, русская деревенская изба). Браные узоры несли социальную, половозрастную, информационно-коммуникативную, воспитательную, художественно-концептуальную функции. Обобщенность, абстра-гированность, универсальность и выразительность художественного языка делают браные орнаменты проводником стилевых особенностей художественной культуры определенного исторического периода, региона, национального искусства.

Одна из информационных составляющих браных узоров заключается в смысловом содержании изображений космологической, мифологической, религиозной, магической направленности и может трактоваться как аналог бла-гопожелательной молитвы, поскольку орнаментальное искусство по своей сути позитивное и утверждающее, об этом и свидетельствуют мотивы браных узоров, символизирующие небесные светила, землю-кормилицу, живительную влагу и т.д. и изначальный их красный цвет - цвет огня, которому приписывали обережную и очистительную силу, все это особо подчеркивает свойственную глубину и значительность художественных образов браных узоров.

Для браных узоров характерны орнаментальные ленты, розетки и сетки, преимущественно наклонные (мотивы вписаны в ромб); в браных полосах при их построении используются параллельный перенос мотивов-раппортов и плоскости симметрии; ритм повторяющихся мотивов созидает, завораживает, создает ощущение организованности и доставляет удовольствие и наслаждение от созерцания браных узоров. Характерным является использование в качестве раппорта трехчастной композиции, например по сторонам стилизованного дерева, иногда имеющего вид антропоморфной фигуры, могут располагаться олени, кони, гуськи. В традиционном народном искусстве развитие замысла шло от детали к целому, от мотива к композиции, поэтому характерным для браных узоров является богатейшая выразительная разработка орнаментального рисунка, его детализация. Анализ изобразительной стороны узоров выявил наличие художественных отголосков разных эпох, заключающихся в том, что для достижения наибольшей декоративной выразительности шел процесс усложнения орнаментальных мотивов, связанный с технологическими возможностями бранья и композиционными закономерностями. При использовании приема многократного повторения основообразующих полос достигается эффект соподчинения второстепенных элементов главным.

Выразительность браных орнаментов определяют пропорциональные отношения площадей браного узора и фона, размеров мотивов и их составных частей, достигаемые за счет геометрической стилизации мотивов и счетной техники исполнения, основой которых является модульная система создания орнаментального целого. Теснота и разреженность определяют ритм и плотность узора, насыщенность цветом, наличие цветового контраста и фона, звучание фактуры ткани и технологии набора. Возможны случаи, когда в браном узоре одна и та же линия читается то как мотив узора (слитность), то как граница между мотивами (дискретность). Другие узоры, где линии переплетены и запутаны, один мотив перерастает в другой, границы между ними не выявлены, создают ощущение слитности и связанности.

Таким образом, браные узоры как результат материального и духовного производства народов России, имеют глубокое смысловое значение, представляют собой художественную ценность, обладают яркой декоративностью и стилевым единством.

3. Браные узоры в основном представляют собой орнаментальную полосу, образованную ритмическим повторением раппорта. Раппорт может состоять из ромбической сетки с заполненными узорами ячеями, отдельных мотивов и мотивов, образующих в полосе непрерывный узор, оставляющий просветы ткани - фон, который представляет собой узор (фоновый узор). Браный узор создает (порождает) соответствующий ему фоновый узор, браный и фоновый узоры взаимопроникновенны, находятся в определенной связи, вычленяют друг друга, не могут существовать друг без друга. Трудно отдать предпочтение по критерию красоты одному из них, в практике декорирования текстильных изделий используются как браные, так и фоновые узоры. Автор обращает внимание на взаимно однозначное соответствие между множеством браных узоров - А и множеством фоновых узоров - В и считает, что для изучения браных узоров информативно достаточно декорированной лицевой стороны изделия и целесообразным представление указанных узоров в виде множеств.

В работах по теории и практике народного искусства отмечается, что для орнаментального творчества характерна модульная система создания орнаментального целого, основанная на последовательном отсчете и варьировании отдельной неделимой единицы узора-модуля. В данной работе впервые для анализа браных узоров в качестве модуля предложена длина минимального стежка а, характерным и обязательным является выполнение условия а = р, где р - минимальный пробел между стежками. Анализ браных узоров, собранных как по Восточной Сибири, так и по другим регионам - Алтаю, Забайкалью, Восточному Казахстану, Западной Сибири и Европейской России, показал, что используются следующие стежки и пробелы: а, 2а, За, 4а, 5а и р, 2р, Зр, 4 р, 5р. Наибольшее распространение получили стежки: а, За, 5а и пробелы: р, 3 Р, 5р, использованием их комбинаций з различных подчиненных определенным закономерностям сочетаниях друг с другом в ряду и соседних рядах, обеспечивается возможность построения основного множества браных узоров. Браное узорочье при этом разнообразно по приемам достижения ими художественной ценности и определенной степени эмоционального воздействия на зрителя. Сочетания стежков и пробелов а, 2а, За, 4а, р, 2р, Зр, 4р и а, 2а, За, 4а, 5а, р, 2р, Зр, 4р, 5р встречаются значительно реже, чем более архаично-традиционные, по нашему мнению и некоторых исследователей, а, За, 5а, р, 3 р, 5р.

Предложенный модульный способ для установления закономерностей построения браных узоров и их классификации по этим закономерностям оказался универсальным. Самыми многочисленными оказались группы узоров, состоящих из полос с горизонтальной шириной: За, За-р-За и 3а-(3-а-Р~3а. Зубчатый контур этих полос для восприятия таких узоров принципиального значения не имеет, в них есть более сильные акценты, на которые обращается внимание зрителя. Обнаруженные закономерности в построении браных узоров являются определяющими и составляют существенные отличия от закономерностей построения других узоров, региональные особенности заключаются в использовании для построения браных узоров стежков а, 2а, За, 4а и пробелов (3,2(3,3(3,4р.

4. Среди многих показателей художественной выразительности орнаментального образа значимое место занимает соотношение площадей узора и фона. Для браных узоров, представляющих собой линейно-раппортную систему, это особенно важная характеристика. От соотношения площадей узора и фона зависит какое воздействие оказывает на зрителя орнаментальная тема: в одних случаях он видит браный узор; в других ярче выступает фоновый; в третьих - поочередно воспринимается то браный узор, то фоновый (создается впечатление размытости). В качестве количественной оценки этого соотношения впервые предлагается использовать коэффициент асимметрии Ка, вычисляемый по формуле (1). Значение коэффициента асимметрии может колебаться в диапазоне: Ка е [-1; +1], при Ка = О площади браного и фонового узоров равны (уравновешены). По величине коэффициента устанавливают на какую долю различаются эти площади, а следовательно и отклонение значения Ка от Ка = 0. Знак коэффициента Ка указывает какая площадь больше: при знаке (+) больше площадь браного узора, при знаке (-) - площадь фонового.

Особая значимость предложенного коэффициента заключается в том, что он является количественной оценкой такой категории красоты, как симметрия. В данном случае под симметрией понимается равенство площадей браного и фонового узоров; стремление создать узоры, удовлетворяющие этому принципу, имеет давние традиции. Анализ браных орнаментов русских Восточной Сибири позволил установить ряд интереснейших приемов в создании узоров с коэффициентом асимметрии Ка = 0, характеризующихся одинаковыми изображениями на лицевой и изнаночной стороне ткани. В раппорте фоновый узор, полностью совпадая по начертанию с браным, может быть использован в разных вариантах, (например может быть повернут относительно горизонтальной или вертикальной оси, входить в браный узор или быть присоединенным к нему).

При подчинении определенной закономерности изменение значений коэффициента асимметрии от одной орнаментальной полосы к другой в едином ярусном композиционном решении декора изделия возможно получить желаемый декоративный эффект. Отметим, что это один из множества возможных приемов принятия решения при композиционном построении узорочья изделия; он основан на количественном подходе, и по этой причине может быть формализован.

Средние значения или диапазон изменения значения коэффициента асимметрии могут быть характерными для классов браных узоров, сгруппированных по признакам: национальной и региональной принадлежности, по конкретному способу построения, схожим мотивам, назначению и т.д.

Величина коэффициента Ка, рассчитанная для разных групп узоров, характеризуемых различными способами построения, колеблется в пределах от (- 0,15) до (+0,35). Для узоров, образованных полосами с горизонтальной шириной За, Ка находится в диапазоне (- 0,12 -г + 0,24) и свидетельствует о том, что браные и фоновые узоры этой группы не всегда уравновешены, в таких орнаментах может преобладать как фон над браным узором так и последний над фоновым. Для группы узоров, образованных полосами За - Р -За, преобладание площади браного узора над площадью фонового подтверждается количественной оценкой Ка = (0,12 -4- 0,32).

5. Изготовление и декорирование браными узорами предметов крестьянского быта и одежды существовали в регионе со времени заселения русскими Восточной Сибири и до первой половины XX в. Явление это имело разную степень распространения на территории края и во времени, что определялось географическими, климатическими, экономическими, социальными и другими условиями. Из сохранившейся документации известно, что ткани в Восточной Сибири, из которых крестьяне изготовляли предметы быта и одежду, производили в своем хозяйстве из шерсти, конопли, поскони и льна. Промыслы с обработкой растительных волокон составляли почти исключительно достояние женского труда и эта трудоемкая отрасль промышленности сохраняла форму домашнего производства. Данные свидетельствуют о распространении на Ангаре среди женских домашних занятий тканья из льняной и конопляной пряжи браных скатертей, полотенец и других предметов.

Особое внимание уделялось вопросам украшения народного костюма, местам расположения украс на нем, орнамент народной одежды свидетельствует о его религиозном характере, под узорочьем понимали благо, красоту, декор одежды нес социальную, половозрастную, обережную, эстетическую функции. Таким предметам, как рубаха, пояс, платок и др. отводилась важная роль в обрядах жизненного цикла: родинах, крестинах, свадьбе, погребении. Широко использовались браные полотенца в свадьбе: со сговора и запоя до соединительных обрядов в день брака и на заключительных этапах, подтверждением этому являются материалы свадебного фольклора, зафиксированного в исследуемом регионе в конце XIX - начале XX вв. (причитания, величания, наговоры), которые являются частью единой художественной традиции, способствующий формированию этических и эстетических критериев личности. Вопросу обучения девочек женскому художественному рукоделию, подготовки ею приданого и отдарков жениховой родне придавалось особое значение.

Изложенные материалы подчеркивают существенную значимость браных узоров в культурно-бытовом укладе русских в определенном историческом периоде. Играя значительную роль в материальной и духовной жизни старожилов изделия с браными узорами, как и сами узоры, были частью их истории, культуры и искусства.

6. Проведенное исследование позволило собрать воедино неопубликованные и опубликованные данные, информацию этнографических экспедиций о браных узорах, изучить памятники материальной культуры, хранящиеся в музеях страны, и оценить браные узоры русских старожилов Восточной Сибири в контексте реалий крестьянского декоративного искусства. Автором выявлено четыре периода изучения (в той или иной мере) этого явления в регионе: первый период характеризуется исследованием вопроса политическими ссыльными на рубеже Х1Х-ХХ вв.; второй - усилиями в основном членов ВСОРГО до 30-х годов XX в.; третий - деятельностью Института этнографии и Института истории искусств АН СССР в 1957-1962 гг. в зоне затопления Братской ГЭС и четвертый - последнее десятилетие, отмеченное повышающимся интересом к истории, культуре и искусству старожилов региона.

Источниковую базу составили архивные и литературные данные, начиная с самых ранних публикаций искусствоведческого, исторического, этнографического содержания по русской народной вышивке и узорному ткачеству и кончая новейшими материалами; коллекции центральных и местных музеев, частных лиц, полевые материалы автора и творческой мастерской «Берестень», полученные в результате исследований 1995 - 2005 гг. Перечень указанных источников позволил решить поставленные в исследовании задачи. Относительно небольшое количество источников (около ста пятидесяти) объясняется несколькими причинами: недостаточной во все времена работой по сбору тканых изделий с браными узорами, их утрачиваемостью в результате износа или иных причин, например многие предметы «ушли в землю», поскольку было принято хоронить в свадебной одежде, которая богато украшалась браньем. Вследствие различных причин (политических, экономических, организационных) даже те не очень многочисленные изделия крестьянок края, хранящиеся в фондах музеев, оказались доступными для нашего исследования частично. Собранный материал однако представляет особую ценность для изучения - он документален, разнообразен по технологическим и изобразительным характеристикам. На сегодня обнаружено свыше двухсот местных браных узоров, положенных в основу их банка, и около тысячи, существовавших и существующих в других регионах России, необходимых для сравнительного анализа. Часть источников и схем узоров приведена в прил.2.

Для подчинения единой методике анализа источников в работе предложена и использована группа признаков, включающая среди паспортных данных на этнографический предмет, иногда не отличающихся полнотой информации, материально-технологические и декоративные характеристики. География распространения источников представляет собой Енисее-Ангаро-Ленское междуречье и включает населенные пункты Енисейской и Иркутской губерний. Картографирование мест обнаружения предметов свидетельствует о достаточно равномерном их расположении на указанной территории. Перечень изделий включает полотенца (ручники, рукотерники, утиральники), скатерки «белевы», «браны» (настольники), наквашенники, «бранину» (украшения к концам полотенец), опояски, кушаки, потники, женские рубахи, наибольшую группу составили полотенца и скатерти. Назначение предметов утилитарное, обрядовое, ритуальное.

Изготовление изделий относят к периоду от середины XIX до середины XX в., поэтому они имеют разную степень сохранности, вещи домотканые из льняных или конопляных нитей; переплетение нитей в основном полотняное, реже - узорное, плотность переплетения в зависимости от толщины нитей составляет 10-16 нитей основы и утка в сантиметре. Длина полотенец колеблется в пределах от 1,5 до 2,5-3 м, наиболее часто встречаемая ширина от 36 до 41 см, скатерти обычно сшиты из двух, чаще из трех полотнищ, имеют длину от 1,2 до 1,5 м, наквашенники, служившие для накрывания квашни с тестом, могут иметь размер, например, 75x61 см.

Для большинства рассматриваемых источников характерно браное узорочье, выполненное в технике ткачества, из-за отсутствия подножек у кросен эти узоры «перебирались» перед бердом руками с помощью дощечек-бральниц, вышивка набором встречается реже, но на сохранившихся в фондах РЭМ (г. Санкт-Петербург) изделиях из различных волостей Енисейской губернии двусторонний шов «набор» встречается довольно часто. Узорные нити на изделиях из льна, шерсти, конопли красного, красного и синего, желтого, черного и коричневого цвета; края изделий оформлены бахромой, подгибкой, крючковым или коклюшечным кружевом длиной 7-15 см.

Количество источников, география распространения и самое важное -документальность вполне характеризуют рассматриваемое явление в истории и культуре старожилов Восточной Сибири.

7. Декор изделий представлен украсами, выполненными в разных техниках: полосами бранья; кружевами с кистями, бахромой или с зубцами, плетеными крючком, на спицах или на коклюшках; наконечниками с зубцами, вышитыми строкою или стягами. Характерным является сочетаемость в одном изделии различных материалов, сюжетов, цветовой гаммы (бранье, как правило, выполнено традиционным красным цветом). Длина минимального стежка составляет 1, 2 или 3 мм; при этом перекрываются участком уточной нити две или три нити основы, число повторений рядов в узоре в основном 2 и 3. Узорная нить более толстая, чем фоновая уточная, формирует узор на изделии выпуклым, рельефным. При одновременном использовании нескольких челноков с узорными нитями трудоемкость тканья компенсируется декоративным эффектом, достигаемым за счет применения нитей другого цвета для каждого элемента, и определенного композиционного решения орнаментальной полосы. Увеличение числа повторений рядов узора до трех и более, деформирует (вытягивает) узор по вертикали, уменьшение - растягивает его по горизонтали. Одними из важных и часто применяемых в браном ткачестве как самостоятельных, так и дополнительных способов декорирования являются перетыки (украшающие полоски, в одну уточную нить), группируя их, разделяя пробелами ткани, получают очень интересные решения в украсах предметов быта.

Разнообразие композиционного решения декора полотенец в основном достигается за счет варьирования ширины (высоты) ярусно расположенных орнаментальных полос, их количества, места взаимного расположения, использования разделяющих полосок-перетык, их количества, способа группировки и места расположения. Изделия с различными композиционными решениями декора объединены в несколько групп; полотенца Енисейской губернии выделены особо, их характерной особенностью является узкая браная полоса, расположенная над наконечником, исполненным в технике белой перевита и содержащем сюжетные или трехчастные композиции. Орнаментация столешников - это обычно узкая кайма из «репьев», «полурепьев» или других мотивов, расположенная по краям противоположных узких сторон.

Орнаментальные мотивы браных узоров геометрические (квадратики, прямоугольники, треугольники и разнообразные ромбы: с продленными сторонами «репьи», с прямыми и косыми крестами внутри, гребенчатые, решетчато-гребенчатые, сдвоенные, с крюками, вложенные друг в друга, половинчатые - «полрепья» и др.), обнаружены мотивы, связанные с продлением жизни - лягушки в разных вариантах изображения; ряды чередующихся ромбов с косыми крестами; восьмиконечные звездчатые розетки; столбообразные, крестообразные и свастические фигуры. Мотивы несут солнечную символику, выражают идеею плодородия и рождения. Богатство орнаментики и ее смысл на изделии определялся его назначением и использованием в определенных ритуалах жизненного цикла, при этом красному цвету узоров придавалось обережное значение. Преобладают линейные, встречаются сетчатые орнаменты и реже розетки, как правило с зеркальной или осевой 4-го порядка симметрией и используемые в ленточных и сетчатых узорах в качестве разделок внутриромбических пространств. При сравнении орнаментальных мотивов местных браных узоров с мотивами узоров других регионов России обнаружено между ними сходство, которое объясняется общими историческими корнями этого явления.

Исследования украс предметов домашнего быта и одежды убеждают, что браные узоры составляют основу орнамента для других видов вышивки, ткачества и вязания. Трудоемкость изготовления ткани, прямой крой одежды, места сшивания деталей которой плотно покрывались вышивкой с узорами-оберегами, свидетельствуют о том, что первоначально ткань не «решетили» (не продергивали), поэтому использовали глухие счетные швы: «набор», «косую стежку» и т.д.; затем, полагаем, появился шов «роспись» - более скорый по исполнению и экономичный по затратам вышивальных нитей и обеспечивающий уже другой, отличный от первых названных швов декоративный эффект. Позднее ткань стали прореживать и применять различного цвета вышивальные нити, при этом достигалась совершенно иная художественная выразительность все тех же по начертанию геометрических узоров, изначально исполняемых в браной технике. Возможность такого развития техник вышивания подтверждается общеизвестным мнением о том, что материалы и технологии более изменчивы во времени, чем орнаментика. Именно в этом кроется одна из причин долголетия браных узоров, дошедших до нашего времени и сохранивших в себе архаические компоненты. Практически без изменения браные узоры исполняются в более поздних по времени техниках (цветная и белая перевить, вышивка крестом, филейное вязание крючком и др.). По этой причине в банк браных узоров включены узоры, выполненные в отличных от браной счетных техниках, но с соответствующими характерными признаками.

Браные узоры - результат материального и духовного производства народов России, они имеют глубокое смысловое значение, представляют собой художественную и историческую ценность, являются художественным наследием. Характеристики браных узоров: назначение; художественный синтез с вещью; открытость структуры, обладающей целостностью, достаточной внутренней завершенностью, относительно законченным идейным и художественным смыслом; используемые закономерности и приемы орнаментальной композиции, ее виды; полифункциональность являются общими и для орнаментов других художественных стилей. Однако такие особенности, как архаичность происхождения; обобщенный эстетический опыт в результате коллективной основы творчества; динамизм в достижении художественного совершенства; долголетие; обладающий гармонией геометрический язык изображения религиозных представлений; технологические особенности; изначальная монохромность; обширная география распространения мотивов, узнаваемость и поэтичность в художественном их прочтении; наличие собственных образов-маркеров; порождение браным узором обладающего этими же свойствами фонового узора; особая энергетика составляют стилистические особенности браных узоров, выделяют их в отдельный класс, позволяют рассматривать как специфический феномен орнаментального искусства и трактовать их как геометрический классицизм.

8. Приведенные результаты исследования далеко не исчерпывают всех проблем, возникающих на пути изучения браных узоров. В частности вне пределов настоящего исследования остались вопросы разработки САПР браных орнаментов, способов их воспроизведения в разных технологиях и материалах. Не освещены данные по декорированию браными узорами текстильных изделий переселенцев украинцев и белорусов, работы которых характеризуются технологическими особенностями и ярким самобытным колоритом узоров и композиционных решений.

Утративший свое значение в народной жизни русский орнамент осмысливается заново, используется наукой как полноценный исторический источник. Процесс, когда орнамент теряет свой смысл и над ним довлеет декоративность, был частью общего заката крестьянского искусства России конца XIX столетия - времени разрушения старых воззрений, обычаев и верований. Но даже с потерей обрядового назначения русский народный орнамент, особенно браные узоры, не утрачивает своей эстетической ценности. Отмеченный ярким национальным характером и вобравший в себя богатые крестьянские трудовые и культурные традиции, он способствует привитию художественного вкуса и играет в наши дни воспитательную роль. Развитие и использование рассмотренного вида декоративно-прикладного искусства в современных условиях может осуществляться на основе художественного синтеза традиций и новаций.

Очертив границы изучаемого материала и указав узловые проблемы его существования, утверждается значимость этой области исследования для отечественной искусствоведческой науки, традиционный пласт которой формировался и существовал на протяжении столетий.

Список литературы диссертационного исследования кандидат искусствоведения Шахнович, Алефтина Геннадьевна, 2007 год

1. О народных художественных промыслах: Федеральный закон от 6 янв. 1999 г N 7-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. -1999.-№2.-Стб. 234.

2. Агапитова Р. Н. Сибирский свадебный обряд / Р. Н. Агапитова, JT.A. Ладик. Иркутск : Архитектурно-этнограф. музей «Тальцы», 1995.-16 с.

3. Амброз А. К. О символике русской крестьянской вышивки архаического типа // Советская археология. 1966. - № 1. - С. 61 - 76.

4. Амброз А. К. Раннеземледельческий культовый символ «ромб с крючками» / А. К. Амброз // Советская археология 1965. - № 3. - С. 14 -27.

5. Архангельская народная вышивка / НИИ худож. пром-сти Рос-промсвета ; вступ. ст. В. Я. Яковлева. М.: КОИЗ, 1954. - 7 с.

6. Багдасаров Р. В. Свастика: священный символ: Этнорелигиозные очерки / Р. В. Багдасаров. М.: Белые альвы, 2001. - 432 с.

7. Бадяева Т. А. Орнамент и современное народное искусство // Советское декоративное искусство. 1986. - № 8. - С. 16-32.

8. Бакланов Н. Б. Гирих. Геометрический орнамент Средней Азии и методы его построения // Советская археология. 1947. - № 9. - С. 101-119.

9. Бардина Р. А. Изделия народных художественных промыслов и сувениры (товароведение и организация торговли) : учебник / Р. А. Бардина. -4-е изд., перераб. и доп. М.: Высш. шк., 1990. - 230 с.

10. Барташевич А. А. Основы художественного конструирования / А. А. Барташевич, А. Г. Мельников. Минск : Выш. шк., 1978. - 225 с.

11. Бломквист Е.Э. Искусство бухтарминских старообрядцев. Вышивка // Бухтарминские старообрядцы : материалы Комиссии экспедиционных исследований АН СССР. Л., 1930. - Вып. 17. - С. 397-452. - (Сер. Казахстанская).

12. Богуславская И. Я. Древние мотивы русской народной вышивки (К проблеме образования и развития орнаментальных форм в народном искусстве) : авторефер. дис. . канд. искусствоведения: 17.00.05 / И. Я. Богуславская. М., 1973. - 24 с.

13. Богуславская И. Я. О трансформации орнаментальных мотивов, связанных с древней мифологией, в русской народной вышивке : докл. на VII междунар. конгрессе антрополог, и этнограф, наук / И. Я. Богуславская М.: Наука, 1964.-11 с.

14. Богуславская И. Я. Русская народная вышивка / И. Я. Богуславская. М.: Искусство, 1972. - 152 с.

15. Богуславская И. Я. Художественные особенности русской народной вышивки с геометрическим орнаментом (XIX XX вв.) // Советская этнография.-1982.-№1.-С. 101-112.

16. Болдырев-Казарин Д. А. Народное искусство Сибири // Сибирская Живая Старина : этнограф, сб. 1924. - Вып. 2. - С. 5-20.

17. Болонев Ф. Ф. Прядение, ткачество и вязание у семейских Забайкалья // Этнография Северной Азии. Новосибирск, 1980. - С. 32-60.

18. Большой академический словарь русского языка : в 30 т. / РАН, Ин-т лингв, исслед. М.; Л.: Наука, 2005. - 240 с.

19. Буткевич Л. М. История орнамента : учеб. пособие для вузов / Л. М. Буткевич. М.: ВЛАДОС, 2004. - 268 с.

20. Вологодская и Ярославская народная вышивка / НИИ худож. пром-ти Роспромсвета; вступ. ст. В. Я. Яковлева. М.: КОИЗ, 1955. - 10 с.

21. Воробьев В. В. Формирование населения Восточной Сибири (географические особенности и проблемы) / В. В. Воробьев. Новосибирск : Наука. Сиб. отд-ние, 1975. - 259 с.

22. Воронов В. С. Крестьянское искусство / В. С. Воронов. М.: Госиздат, 1924.-139 с.

23. Герчук Ю. Я. Что такое орнамент? Структура и смысл орнаментального образа : альбом / Ю. Я. Герчук. М.: Галарт, 1998. - 328 с.

24. Городцов В. А. Дако-сарматские религиозные элементы в русском народном творчестве / В. А. Городцов // Труды / Гос. Ист. Музей. М., 1926. - Вып. 1 : Разряд археологический. - С. 6-36.

25. Гаген-Торн Н.И. Обрядовые полотенца у восточных славян и народов Поволжья (К вопросу о происхождении оберега) // Этнографическое обозрение. 2000. - № 6. - С. 103-117.

26. Горьковская народная вышивка / НИИ худож. пром-сти Роспромсвета ; вступ. ст. В. Я. Яковлева. М.: КОИЗ, 1955. - 12 с.

27. Гринкова Н. П. Женская одежда в бывших однодворческих селах Задонского и Землянского районов Воронежской области // Советская этнография.-1937.-№ 1.-С. 137-154.

28. Гринкова Н. П. Одежда бухтарминских старообрядцев // Бухтар-минские старообрядцы : материалы Комиссии экспедиционных исследований АН СССР. Л., 1930. - Вып. 17. - С. 313-396. - (Сер. Казахстанская)

29. Гринкова Н. П. Одежда западной части Калужской губернии / Н. П. Гринкова // Материалы по этнографии русских переселенцев на Алтае.-Л., 1927.-Т. 3,вып. 2.-С. 17-36.

30. Гринкова Н. П. Однодворческая одежда Коротоякского уезда Воронежской губернии // Изв. / Ленингр. гос. пед. ин-т им. А. И. Герцена. Л., 1928.-Вып. 1.-С. 148-174.

31. Гринкова Н. П. Отражение производственной деятельности руки в русской орнаментике // Советская этнография. 1935. -№ 1. - С. 60-89.

32. Гринкова Н. П. Очерки по истории развития русской одежды // Советская этнография. 1934. № 1-2. - С. 66-94.

33. Гринкова Н. П. Термины вышивания в русских диалектах // Учен, зап. / Ленингр. гос. пед. ин-т им. А. И. Герцена. Л, 1939. - Т. 20. - С. 173192.

34. Громов Г. П. Применение метода количественного анализа орнаментированных образов русской народной вышивки / Г. П. Громов, Д. В. Де-опик, В. Н. Плющев // Вестн. Моск. ун-та . 1971. - № 4. - С. 69- 97.

35. Гумилевская М. Н. Строчка и вышивка / М. Н. Гумилевская. -М. :КОИЗ, 1953.-84 с.

36. Гумилевская М. Н. Строчка и вышивка : крат, пособие по техминимуму / М. Н. Гумилевская. М.-Л.: КОИЗ, 1939. - 55 с.

37. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка : в 4 т. / В. И. Даль М.: ТЕРРА, 1994.

38. Даркевич В. П. Символы древних светил в орнаменте Древней Руси // Советская археология. 1960. - № 4. - С. 56-59.

39. Денисова И. М. Зооморфная модель мира и ее отголоски в русской народной культуре // Этнографическое обозрение. 2003. - № 6. - С. 19-46.

40. Денисова И. М. Отражение фито-антропоморфной модели мира в русском народном творчестве // Этнографическое обозрение. 2003. - № 5. -С. 68-86.

41. Динцес Л. А. Восточные мотивы в русском народном искусстве Новгородского края // Советская этнография. 1946. - № 3. - С. 93-112.

42. Динцес Л. А. Древние черты в русском народном искусстве // История культуры Древней Руси / АН СССР ; Ин-т истории материальной культуры. М.-Л., 1951. - Т. 2. - С. 465- 491.

43. Динцес Л. А. Изучение русского народного искусства и наследие Н. Я. Марра // Крат, сообщ. / Ин-т истории матер, культуры. 1946. - Вып. 12.-С. 141-152.

44. Дурасов Г. П. Об одной группе архаических узоров в русской народной вышивке и их истоках // Советская этнография. 1991. - № 4. -С. 65-79.

45. Еременко Т. И. Орловский спис // Мир женщины. 1994. - Май. -С. 61-63.

46. Еременко Т. И. Рукоделие / Т. И. Еременко. М.: Легкая и пищевая пром-ть, 1981. - 105 с.

47. Еремина О. Знак духовной силы / О. Еремина // Народное творчество. 2004.-№ 2. - С. 18-19.

48. Ермолаев А. Свадебные наговоры дружки в Ангарской деревне // Сибирский архив. 1912. - № 8. - С. 586-590.

49. Жарникова С. В. Архаические корни традиционной культуры Рус* ского севера : сб. науч. статей / С. В. Жарникова. Вологда: МДК (Худож.полиграф. салон "На Дворянской"), 2003. 98 с.

50. Жарникова С. В. О некоторых архаических мотивах вышивки сольвычегодских кокошников северодвинского типа (по материалам Вологодского областного крвеведческого музея) // Советская этнография. -1985.-№ 1.-С. 107-115.

51. Жарникова С. В. Обрядовые функции северорусского женского народного костюма : метод, рекомендации для рук. фольклор, коллективов / С. В. Жарникова; Волог. обл. науч-метод. центр нар. творчества и культ.-просвет. работы. Вологда, 1991. - 44 с.

52. Загоскин М. В. Одна из Сибирских общин (селение Грановское) : очерк действит. члена статком. М. В. Загоскина / М. В. Загоскин. Иркутск : Губ. тип., 1981.- 91 с.

53. Иванов С. В. Материалы орнамента: к проблеме культурно-исторических связей хантов и манси // Советская этнография. 1952. - № 3. -С. 85 -99.

54. Иванов С. В. Материалы по изобразительному искусству народов Сибири XIX начала XX вв. / С. В. Иванов - М.-Л. : Изд-во АН СССР, 1954. - 838 с. - (Труды Ин-та этнографии ; Новая серия ; т. 22).

55. Иванов C.B. Орнамент народов Сибири как исторический источник (по материалам XIX начала XX вв.). Народы Севера и Дальнего Востока / C.B. Иванов. - М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1963. - 500 с. - (Труды Ин-та этнографии ; Новая серия ; т. 81).

56. Изобразительные мотивы в русской народной вышивке. Музей народного искусства : альбом / сост. Г. П. Дурасов, Г. А. Яковлева. М. : Сов. Россия, 1990.-316 с.

57. Калашникова М.Н. Народный костюм (семиотические функции): учеб. пособ. / М.Н. Калашникова М.: Сварог и К, 2002. - 274 с.

58. Калининская народная вышивка / НИИ худож. пром-сти Роспром-света; вступ. ст. В. Я. Яковлева. М.: КОИЗ, 1955. - 20с.

59. Калиткин Н. Орнамент шитья Костромского полушубка / Н. Калиткин; предисл. В. Смирнова Кострома : Типо-лит. «Сев. Правды», 1926. - 11 е., 50 л. ил. - (Труды Костром, о-ва по изучению местной пром-сти ; вып. 38).

60. Канцедикас А. С. Народное искусство / А. С. Канцедикас. -М.: Знание, 1975. 55 с. - (Новое в жизни, науке, технике. Сер. «Искусство»).

61. Клетнова Е. Н. Символика народных украс Смоленского края / Е. Н. Клетнова. Смоленск, 1924. - 18 с. - (Отд. отт. из Трудов Смоленских гос. Музеев ; вып. 1).

62. Климова Г. Н. Текстильный орнамент коми / Г. Н. Климова. Ку-дымкар : Коми-Перм. кн. изд-во, 1994. - 130 с.

63. Климова Н. Т. Вышивка // Основы художественного ремесла. Вышивка. Кружево. Художественное ткачество. Ручное ковроделие. Художественная роспись тканей : практ. пособ. для руководителей шк. кружков. -М., 1978.-С. 7-64.

64. Климова Н. Т. Вышивка // Основы художественного ремесла. М., 1986.-Ч. 2.-С. 8-59.

65. Кнатц Е. Э. Вышивки Заонежья // Крестьянское искусство СССР. Искусство Севера. Л., 1927. - Вып. 1 : Заонежье. - С. 62-76.

66. Коварская Б. П. Уроки вышивания / Б. П. Коварская, Е. Ф. Евдокимова Кишинев : Тимпул, 1988. - 223 с.

67. Кожевникова Л. А. Народное ткачество Кокшеньги // Сборник трудов / НИИ худож. пром-сти. М., 1967. - Вып. 4 - 28-42.

68. Кожевникова Л. А. Особенности народного узорного ткачества некоторых районов Севера // Русское народное искусство Севера: сб. ст. Л, 1968.-С. 107-121.

69. Кожевникова Л. А. Художественне ткачество // Основы художественного ремесла. Вышивка. Кружево. Художественное ткачество. Ручное ковроделие. Художественная роспись тканей : практ. пособ. для руководителей шк. кружков.-М., 1978.-С. 95-171.

70. Корешкова 3. Г. Вышивание / 3. Г. Корешкова. М.: Росгизмест-пром, 1953.-120 с.

71. Королева Н. С. Народная вышивка РСФСР / Н. С. Королева. М.: Гостместпромиздат, 1961. - 7 е., 24 л. ил.

72. Королева Н. С. Новое и традиционное в современном узорном ткачестве / Н. С. Королева, Л. А. Кожевникова // Сборник трудов / НИИ худож. пром-сти. 1966. - Вып. 3.- С. 32-41.

73. Косменко А. П. Народное изобразительное искусство вепсов / А. П. Косменко Л : Наука. Ленингр. отд-ние, 1984. - 200 с.

74. Котлярова Т. Счетные швы / Т. Котлярова // Сельская новь. 1991. -Июль.-С. 57-58.

75. Красноженова М. В. Из свадебных обычаев Енисейской губ. Описание свадьбы в дер. Злобиной // Изв. ВСОРГО. 1909. - Т. 38. - С. 17-31.

76. Краткий отчет Е. Я. Самойлович о летних наблюдениях среди крестьян д. Марковой и других соседних с ней, Иркутского уезда // Сибирская живая старина. Иркутск, 1926. - Вып. 1. - С. 180-181.

77. Крепостная мануфактура в России / под общ. ред. М. Н. Покровского. Л.: Изд-во АН СССР, 1932. - Ч. 3 : Дворцовая полотняная мануфактура XVII века. 382 с. - (Труды Истор.-археол. ин-та ; материалы по истории экономического развития России).

78. Крестьянское искусство // Крестьянство Сибири в эпоху капитализма / отв. ред. Л. М. Горюшкин. Новосибирск, 1982. - С. 346-360.

79. Крестьянское искусство // Крестьянство Сибири в эпоху феодализма / отв. ред. Окладников. Новосибирск, 1982. - С. 441-444.

80. Курс женских рукоделий : пособие / Е. Е. Новосильцева и др. -3-е изд., испр. и доп. СПб.: Вестник Моды, 1902. - 533 с.

81. Куфтин Б. А. Материальна культура русской Мщеры / Б. А. Куф-тин. М.: Тайнинский Печатник, 1926. - Ч. 1 : Женская одежда: рубаха, понева, сарафан. - 142 с. - (Труды Гос. музея Центр.-Пром. обл.; вып. 3) .

82. Ладик Л. А. «Коса ль моя косынька.» : главы из книги «Клин благоуханный», подгот. к изданию и посвященный теме нравственной чистоты, красоте девичества, христианской добродетели целомудрия // Сибирь. 2005. -№2/3.-С. 97-113.

83. Лебедева А. А. Роль материальных компонентов в традиционном свадебном обряде русских старожилов Сибири (Вторая половина XIX начало XX вв.) // Советская этнография. - 1977. - № 3. - С. 104-116.

84. Лебедева Н. И. Материалы по народному костюму Рязанской губернии. Рязань, 1929. -32 с. - (Тр. О-ва исследований Рязанского края ; вып. 18).

85. Лебедева Н. И. Хозяйственный быт Приангарья (XIX начало XX в.) // Быт и искусство русского населения Восточной Сибири - Новосибирск, 1971. - Ч. 1 : Приангарье. - С. 78-95.

86. Левинсон-Нечаева М. Н. Ткачество // Очерки по истории русской деревни X XIII вв. / М.Н. Левинсон-Нечаева - М., 1959. - С. 9-38. - (Тр. / Гос. Ист. Музей ; вып. 33).

87. Литвинец Э.Н. Учитесь вышивать / Э.Н. Литвинец // Новое в жизни, науке, технике. Сер. Сделай сам. 1999. -№ 4. - С. 3-48.

88. Любович Б. И. Учитесь вышивать / Б. И. Любович. Минск : Гос. изд-во БССР, 1956. - 46 с. - (Гродненский обл. дом нар. творчества).

89. Макаренко А. А. Канун по Сибирским селениям // Живая старина. 1907.-Вып. 4.-С. 181-199.

90. Макаренко А. А. О красильном искусстве у русских Енисейской губернии //Живая старина. 1895. - Вып. 3/4 - 177-185.

91. Макаренко А. А. Промысел красной рыбы на р. Ангаре / А. А. Макаренко; М-во. Земледелия и Гос. Имуществ, Департамент Земледелия. СПб : Тип. «Т-ва Художеств. Печ.», 1902. - 24 с.

92. Макаренко А. А. Сибирский народный календарь в этнографическом отношении. Восточная Сибирь. Енисейская губерния / А. А. Макаренко. СПб.: Гос. Тип., 1913. - 292 с. - (Зап. Рус. геогр. о-ва ; т. 36).

93. Максимова М. В. Вышивка / М. В. Максимова, М. А. Кузьмина. М.: ЭКСМО, 1996. - 96 с.

94. Маслова Г. С. Ареально-типологические особенности орнамента населения северо-запада РСФСР // Проблемы типологии в этнографии / АН СССР, Ин-т этнографии им H.H. Миклухо-Маклая. М.: Наука, 1979. -С. 244-251.

95. Маслова Г. С. Выставка «Русская народная одежда» // Крат, со-общ. / АН СССР, Ин-т археологии. М.-Л., 1946. - Вып.1. - С. 124-125.

96. Маслова Г. С. Историко-культурные связи русских и украинцев по данным народного костюма // Советская этнография. 1954. - № 2. - С. 42-59.

97. Маслова Г. С. К методике полевого изучения орнамента // Полевые исследования института этнографии, 1977. М.: Наука, 1979. - С. 235243.

98. Маслова Г. С. Материалы по этнографии карел Калининской области // Советская этнография. 1936. - № 2. - С. 84-93.

99. Маслова Г. С. Медынские «карелы» : (отчет о рекогносцир. поездке) // Крат, сообщ. / АН СССР, Ин-т археологии. M.-JL, 1947. - Вып. 2. -С. 53-58.

100. Маслова Г. С. Народная одежда в восточно-славянских традиционных обычаях и обрядах XIX начала XX в. / Г. С. Маслова. - М.: Наука, 1984.-216 с.

101. Маслова Г. С. Народный орнамент верхневолжских карел / Г. С. Маслова. М : Изд-во АНСССР, 1951.- 137 с. - (Труды / Ин-та этнографии ; Новая серия ; т. 11).

102. Маслова Г. С. Опыт составления карт распространения русской народной одежды// Крат, сообщения / АН СССР, Ин-т археологии. -М., 1955.-Вып. 22.-С. 12-20.

103. Маслова Г. С. Орнамент русской народной вышивки как исто-рико-этнографический источник / Г. С. Маслова. М.: Наука, 1978. - 206 с.

104. Маслова Г. С. Орнамент русской народной вышивки как исто-рико-этнографический источник // Советская этнография. 1975. - № 5. -С. 34—44.

105. Маслова Г. С. Основные черты орнамента Ярославской и Костромской вышивки // Сообщ. / Гос. Истор. Музей. М, 1976. - Вып. 11. -С.181-189.

106. Маслова Г. С. Русская народная одежда Забайкалья// Быт и искусство русского населения Восточной Сибири Новосибирск, 1975. - Ч. 2 : Забайкалье. - С. 43-70.

107. Маслова Г. С. Русский народный костюм в Восточной Сибири // Этнографический сборник / АН СССР, Сиб. отд-ние, Бурят, комплексный науч. исслед. ин-т. Улан-Удэ, 1962. - Вып. 3. - С. 17-26.

108. Маслова Г. С. Русский народный костюм (XIX XX вв.) // Быт и искусство русского населения Восточной Сибири. - Новосибирск, 1971. -Ч. 1 : Приангарье. - С. 144 - 190.

109. Маслова Г. С. Северодвинская золотошвейная вышивка / Г.С. Маслова // Сборник Музея антропологии и этнографии / АН СССР, Ин-т этнографии . 1972. - Вып. 28. - С. 34-36.

110. Маслова Г. С. Старинная одежда и гончарное производство Кар-гополыцины (по материалам командировки 1947 г.) // Крат, сообщ. / АН СССР, Ин-т археологии. M.-JL, 1949. - Вып. 6. - С. 3-8.

111. Маслова Г. С. Узорное тканье на русском Севере (по материалам Северновеликорусской экспедиции 1948-1949 гг.) // Крат, сообщ. / АН СССР, Ин-т археологии. M.-JL, 1950. - Вып. 11. - С. 10-18.

112. Маслова Г. С. Этнографическое изучение русского населения Восточной Сибири: предварит, сообщ. о работе этнограф, отрядов Ангарской экспедиции АН СССР в 1957 г. / Г. С. Маслова, JI. М. Сабурова // Советская этнография. 1958 - № 3 - С. 154-167.

113. Мишарин Д. Н. Свадебные песни, записанные в Верхоленском уезде Иркутской губернии. Иркутск : Тип. Иркут. Т-ва Печат. Дела, 1917. -16 с.-(Изв. ВСОРГО ;т. 45).

114. Назаркин А. Д. Орнамент на обрядовых полотенцах русских крестьянок Приленья // Тальцы. 2002. - №2. - С. 20-23.

115. Некрасов А. И. Русское народное искусство / проф. А. И. Некрасов. -М. : Гос. изд-во : Тип.-лит. "Искра Революции", 1924. 164 с.

116. Некрасова М. А. Актуальные проблемы теории и практики народного искусства в свете постановления ЦК КПСС «О народных художественных промыслах» // Проблемы народного искусства. М., 1982. - С. 7-16.

117. Некрасова М. А. Народное искусство как часть культуры: теория и практика / М. А. Некрасова. М.: Изобразит, искусство, 1983. - 344 с.

118. Некрасова М. А. Народное искусство России: народное творчество как мир целостности: альбом / М. А. Некрасова. М.: Сов. Россия, 1983.-220 с.

119. Некрасова М. А. Народное искусство как проблема коллективного и индивидуального, традиции и новизны // Проблемы народного искусства.-М., 1982.-С. 17-33.

120. Некрасова М. А. Народное искусство как часть культуры. Теория и практика : автореф. дис. д-ра искусствоведения / М. А. Некрасова. -М., 1985.-51 с.

121. Некрасова М. А. Уровень теории, ее проблемы и реальность практики // Декоративное искусство СССР. 1979. - № 8. - С. 20-23.

122. Новгородская и Псковская народная вышивка / НИИ худ. промети Роспромсвета; вступ. ст. В. Я. Яковлева. М.: КОИЗ, 1955. - 13 с.: 19. л. ил.

123. Новицкий А. П. История Русского искусства / А. П. Новицкий. -М, 1900-1902. -Вып. 1-11.

124. Орлова М. Вышивальный промысел и его нужды в Рязанской губернии // Вестн. Рязан. губ. земства. 1913. - № 7. - С. 48-58.

125. Орнаменты на памятниках древнерусского искусства / Изд-ние Н. П. Сырейщикова и Д. К. Тренева. М.: Типо-лит. Н. И. Кушнерев и К0, 1904-1916.- Вып. 1-3.

126. Отчет о деятельности Этнологической секции // Сибирская Живая Старина. Иркутск, 1926. - Год издания 4, вып. 1 (5). - С. 163-183.

127. Пейзен Г. Этнографические очерки Минусинского и Каннского округов, Енисейской губернии (Из путевого журнала 1857 г. с рисунками построек) // Живая старина. 1903. - Вып. 3, год 13. - С. 297-357.

128. Петри Б.Э. Народное искусство в Сибири. Вопросы собирания и изучения / Б.Э. Петри. Сибгосиздат, СО, 1923. - 30 с.

129. Петри Б. Э. Орнамент Кудинских бурят // Сборник Музея антропологии и этнографии. 1918. - Т. 5, вып. 1. - С. 215-252.

130. Работнова И. П. Вышивка // Народное декоративное искусство РСФСР : сборник. -М., 1957. С. 103-110.

131. Работнова И. П. Композиция северных русских вышивок // Сб. тр. / НИИ худ. пром-сти. М., 1973. - Вып. 7. - С. 18-45.

132. Работнова И. П. Народная вышивка РСФСР / И. П. Работнова, Н. С. Королева. 2-е изд. - М.: КОИЗ, 1960. - 159 с.

133. Работнова И. П. Народное искусство Архангельской области / И. П. Работнова, В. М. Вишневская, Л. А. Кожевникова // Сб тр. / НИИ худ. пром-сти. 1962. - Вып. 1. - С. 3-35.

134. Работнова И. П. Русская народная вышивка // И. П. Работнова,

135. B. Я. Яковлева; НИИ худ. пром-сти. -М.: КОИЗ, 1957. 159 с.

136. Работнова И. П. Русская народная одежда / И. П. Работнова. -М.: Легкая индустрия, 1964. 57 с.

137. Работнова И. П. Финно-угорские элементы в орнаменте северорусских вышивки и тканья // Русское народное искусство Севера : сб. ст. Л., 1965.-С. 83-90.

138. Русакова Л. М. Образ мира в геометрическом орнаменте на полотенцах русских крестьянок Алтая / Л. М. Русакова // Традиционные обряды и искусство русского и коренных народов Сибири. Новосибирск, 1987.1. C. 99-124.

139. Русакова Л. М. Традиционное изобразительное искусство русских крестьян Сибири / Л. М. Русакова Новосибирск : Наука. Сиб. отд-ние, 1989. - 173 с. - (АН СССР, Сиб. отд-ние, Ин-т истории, филологии и философии).

140. Русская свадебная поэзия Сибири / сост. Р. П. Потанина. Новосибирск : Наука, 1984. - 262 с.

141. Рыбаков Б. А. Древние элементы в русском народном творчестве // Советская этнография. 1948. -№ 1. - С. 90-106.

142. Рыбаков Б. А. Происхождение и семантика ромбического орнамента // Сб. тр. / НИИ худ. пром-сти. М., 1972. - Вып. 5. - С. 127-135.

143. Рыбаков Б. А. Язычество древней Руси / Б. А. Рыбаков. М. : Наука, 1988. - 784 с. - (АН СССР, Отд-ние истории, Ин-т археологии).

144. Рындина О. М. Генезис орнамента обских угров и самодийцев в контексте их истории: Автореф. . д-ра ист. наук: 07.00.07 / О. М. Рындина. -Новосибирск, 1997. 42 с.

145. Сабурова JI. М. К вопросу о формировании культуры русского населения Приангарья : докл. на 7 междунар. конгрессе этнолог, и этнограф, наук (Москва, август 1964 г.) / Л. М. Сабурова. М. : Наука, 1964 - 8 с.

146. Сабурова Л. М. Культура и быт русского населения Приангарья (Конец XIX XX вв.) / Сабурова Л.М. - Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1967. -280 с. - (АН СССР, Ин-т этнографии).

147. Сабурова Л.М. Некоторые черты общественного и семейного быта русского населения Приангарья в первые годы Советской власти (19191929) // Советская этнография. 1965. - № 2. - С. 46-52.

148. Сабурова Л.М. Одежда русского населения Сибири // Из культурного наследия народов России / Акад. наук СССР ; Ин-т этнографии им. H. Н. Миклухо-Маклая. Л., 1972. - С. 99-139. - (Сб. музея антропологии и этнографии ; т. 27).

149. Сабурова Л.М. Русское население Приангарья // Крат, сообщ. / АН СССР, Ин-т археологии. М., 1962. - Вып. 37. - С. 3-11.

150. Семечкина Т. Б. Вышивание / Энциклопедический словарь / Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. СПб., 1892. - Т. 7 кн. 14. - С. 587-592.

151. Семенова Т. С. Народное искусство и его проблемы : очерки. -М.: Сов. художник, 1977. 246 с.

152. Симаков Н. Л. Русский орнамент в старинных образцах тканей, эмалей, резьбы по дереву и кости, чеканного, литейного и гончарного / Н. Симаков. СПб.: Изд-ние О-ва. Поощр. художеств, 1882. - Вып. 1-2.

153. Система научного описания музейного предмета: классификация, методика, терминология : справочник / М-во культуры Рос. Федерации, Рос. Этнографический музей СПб.: Арт-Люкс, 2003. - 407 с.

154. Соколов С. Ф. Народное искусство Севера России / С. Ф. Соколов, И. И. Томский ; предисл. И. Грабарь. М.: Изд-ние Архангел. Губерн. совета нар. хоз-ва, 1924. - 8 с.

155. Соколова И. Если вы начинающий ткач. Урок 4 : Браное ткачество // Народное творчество. № 4. - 2003. - С. 45^47.

156. Сорокина Г. Через мир вещей // Народное творчество. 2001. -№ 2. - С. 20. - (Вологодский обл. науч. метод, центр НТ).

157. Сорокина Л. М. Учитесь вышивать : альбом / Л. М. Сорокина. -6-е изд. Киев : Рад. шк., 1991. - 79 с.

158. Стасов В. В. Русский народный орнамент / В. В. Стасов. Спб.: Общ-во Поощрения Художников, 1872 - Вып. 1 : Шитье, ткани, кружева. -XX, 26 е., 82 л. цв. ил - (Объяснительный текст на русском и французском яз.)

159. Тверская вышивка в собрании Загорского музея : каталог / авт. вступ. ст., сост. Л. Э. Калмыкова. М.: Сов. художник, 1982. - 128 с.

160. Тюкавкин В. Г. Переселение крестьян в Восточную Сибирь в период столыпинской реформы : дис. . канд. ист. наук : 07.00.02 / В. Г. Тюкавкин. Иркутск, 1958. - 356 с.

161. Удимова Н. И. К изучению одежды русских тункинцев / Н. И. Удимова. Иркутск : Тип. изд. «Власть труда», 1926. - 12 с. - (Отд. отт. из сборника «Сибирская Живая Старина», 1926, вып. 2).

162. Узоры вышивки: пособие для строчевышивальных артелей, профшкол и для домашних хозяек. М.-Л.: КОИЗ., 1938. - Вып. 1 : Народные вышивки. Рязанские, тамбовские, олонецкие, белорусские - 5 е., 27 л. ил.

163. Уткин П. И. Народные художественные промыслы : учеб. для проф. учеб. заведений / П. И. Уткин, Н. С. Королева. М. : Высш. школа, 1992.- 158 с.

164. Фалеева В. А. Вышивка // Русское декоративное искусство: 18 век. М., 1963. - Т. 2. - С. 614 -630.

165. Фалеева В. А. Вышивка и кружево // Русское народное искусство : сб. ст. Л., 1959. - С. 67-79.

166. Фалеева В. А. О некоторых декоративных мотивах Московской Руси в народном шитье // Сообщ. / Гос. Ист. Музей. Л., 1947. - Вып. 2. -С. 33-36.

167. Фалеева В. А. Пособие по вышивке / В. А. Фалеева, И. Е. Кокуи-на. М. : Искусство, 1954. -61 с.

168. Фалеева В. А. Русская народная вышивка. Древнейший тип / В. А. Фалеева ; предисл. Л.А. Динцес. Л. : Гос. Ист. Музей, 1949. - 24 с.

169. Фурсова Е. Ф. Орнаментальные традиции рукоделии крестьянок Барабы и Васьюганья как результат межкультурных взаимодействий // Археология, этнография и этнография Евразии. 2005. - № 1 (25). - С. 128-140.

170. Хороших П. П. Задачи изучения изобразительного искусства бурят / П. П. Хороших. Верхнеудинск : Тип. И. К. П. Т., 1925. - 9 с. - (Отд. отт. Из журнала «Жизнь Бурятии», 1925, № 6).

171. Хороших П. П. Орнамент на шерстяных и волосяных изделиях прибайкальских бурят / П. П. Хороших // Записки Бурят-Монгольского науч.-исслед. ин-та культуры. Улан-Удэ, 1957. - Т. 23. - С. 149-153.

172. Хороших П. П. Орнамент северных бурят / П. П. Хороших. -Иркутск : Тип. изд. «Власть труда», 1927. Вып. 2 : Узоры на шитых работах. - 9 с. - (Бурят-Монгольская секция ВСОРГО)

173. Хороших П.П.Материалы по орнаменту ольхонских бурят/ П. П. Хороших. Иркутск : Тип. «Власть труда», 1926. - 5 с.

174. Чичеров В.И. Вопросы теории и истории народного творчества. М. : Сов. писатель, 1959. - 310 с.

175. Шалаева Н. И. Традиционная русская вышивка. Урок 1. Шов «набор» / Н. И. Шалаева // Народное творчество. 1995. - № 5. - С. 25-27.

176. Шалаева Н. И. Традиционная русская вышивка. Урок 2. Шов «счетная гладь» / Н. И. Шалаева // Народное творчество. 1995. - № 6. -С. 19-21.

177. Шалаева Н. И. Традиционная русская вышивка. Урок 3 / Н.И. Шалаева // Народное творчество. 1996. - № 1. - С. 19-21.

178. Шалаева Н. И. Традиционная русская вышивка. Урок 4 / Н.И. Шалаева // Народное творчество. 1996. - № 4. - С. 18-20.

179. Шангина И. И. Образы русской вышивки на обрядовых полотенцах XIX XX вв. (К вопросу о семантике древних мотивов сюжетной вышивки) : автореф. дис. . канд. ист. наук: 07.00.07. / И. И. Шангина. -1975.-34 с.

180. Шаховская С. Н. Узоры старинного шитья в России / Княгиня С. Н. Шаховская ; предисл. Ф. Буслаева. М. : б.и., 1885. - Вып. 1.-3 н.л., 6, 6 е., 9 табл.

181. Шереметьева М. Е. Женская одежда в б. Перемышельском уезде Калужской губернии / М. Е. Шереметьева ; Калужский гос. обл. музей. Калуга : Гостипография КГСНХ, 1929. - 55 с.

182. Шереметьева М.Е. Крестьянская одежда Калужской гамаюнщи-ны : этнограф. / М. Е. Шереметьева. Калуга, 1929. - 29 е.- (Тр. об-ва истории и древностей)

183. Шерстобоев В.Н. Илимская Пашня : в 2 т. 2-е изд. - Иркутск, 2001. - Т. 1 : Пашня Илимского воеводства XVII - и начала XVIII века. -603 е.; Т. 2 : Илимский край в II -IV четвертях XVIII века. - 636 с.

184. Элиаде М. Миф о вечном возвращении. Образы и символы. Священное и мирское : пер. с фр. / М. Элиаде ; науч. ред. В. П. Калыгин, И. И. Шептунова. М.: Ладомир, 2000. - 414 с.

185. Яковлева Е. Г. Искусство мари / Е. Г. Яковлева, В. Я. Яковлева // Народное декоративное искусство РСФСР. М., 1957. - С. 155-156.

186. Яковлева Е. Г. Искусство мордвы / Е. Г. Яковлева, В. Я. Яковлева // Народное декоративное искусство РСФСР. М., 1957. - С. 153-154.

187. Яковлева Е. Г. Искусство чувашей / Е. Г. Яковлева, В. Я. Яковлева // Народное декоративное искусство РСФСР. М., 1957. - С. 157-161.

188. Яковлева Е. Г. Узорное ткачество // Народное декоративное искусство РСФСР.-М., 1957.-С. 111-115.

189. Яковлева Е. Г. Искусство удмуртов / Е.Г. Яковлева, В. Я. Яковлева//Народное декоративное искусство РСФСР.-М., 1957.-С. 157-161.

190. Якунина Л. И. Слуцкие пояса / Л. И. Якунина. Минск: АН БССР, 1960.-236 с.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.