Бытие истины: Структурно-системный аспект тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 09.00.01, кандидат философских наук Дремина, Марина Игоревна

• Дремина, Марина Игоревна
• кандидат философских наук
• 1999

Оглавление диссертации кандидат философских наук Дремина, Марина Игоревна

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Глава 1. Понятие бытия истины

§ 1. Единство и специфика понятий «истина бытия» и «бытие

истины»

§ 2. Обоснование архетипичности истины как меры единства

бытия

§ 3. Многомерность бытия истины и архетипичность его

форм

Глава 2. Модель бытия истины

§ 1. Четверичная модель бытия (человека) как форма адекватного

выражения многомерности бытия (йдтвды^

§ 2. Уровни бытия истины

§ 3. «Четвертый» уровень бытия, или бытие истины

Заключение

Литература

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Бытие истины: Структурно-системный аспект»

Введение.

Актуальность темы исследования. Истина в истории философии рассматривается как сущностный атрибут знания или бытия. Человека всегда интересовала проблема истины его собственного бытия в связи с проблемой смысла его жизни. Утрата человеком смысла жизни приводит к условности, пассивности его существования, совершающегося в силу привычки, приверженности к форме [38, 21]. Данную ситуацию с полным правом можно охарактеризовать как «утрату», «исчезновение» истины человеческого бытия. Нечто подобное мы и наблюдаем в современной жизни России. Однако понимание истины исключительно как характеристики бытия оказывается, на наш взгляд, несколько упрощенным подходом к действительности. Ибо более актуальным является для человека осознание того, что он сам есть истина бытия, являет и осуществляет собою бытие истины. Это понятие связано с первичной потребностью человека «естествовать»: если перефразировать слова М. Хайдеггера, человек, в самом интимном понимании этого слова, не может быть или не быть, ибо он всегда есть. Поэтому необходимо рассмотреть истину в ее бытии через понятие бытия как сущностной характеристики истины. Быть человек может кем угодно, но есть он всегда именно на уровне бытия собственной истиной. Истина в аспекте индивидуального и социального бытия человека представляет собой основу осмысления и оправдания (данные понятия используются в контексте их рассмотрения в философии В. Соловьева, Н. Бердяева) его жизни. Говоря метафорично о том, что данный вопрос является вопросом жизни и смерти, мы тем не менее, совершенно точно указываем его буквальную суть, ибо человек, не будучи в состоянии осуществлять самоосмысление и самооправдание, утрачивает укорененность в бытии, собственную душу [См. 121, 162].

Поэтому речь уже идет не только и не столько об утрате истины человеческого бытия, сколько об утрате человеком самого себя.

Не будучи в состоянии жить без истины как меры единства собственного бытия, человек перманентно находится в состоянии ее поиска (в процессе самоосуществления), осознавая сам процесс этого поиска в кризисные периоды жизни, аналогичные тому, что переживает наша страна сегодня. Именно в состоянии кризиса общество обращается к проблеме истины как жизненности, как целостности бытия, взятого в единстве его противоположных сторон. В. С. Хазиев отмечает, что потребность в истине «наиболее ярко вспыхивает в переломные моменты истории»[136, 10], когда возрастает и «цена истинных знаний» [там же], словно сама действительность (и человек) требует своей истинности, вторгаясь поправкой (недостатками) в схематизм теории. Искажения нашей современной жизни, ее гипертрофированные, предельно-уродливые и, можно даже сказать, в какой-то мере карикатурные, недостатки являют собой сопротивление жизни процессу ее собственного омертвения в столь превозносимых еще совсем недавно достоинствах (институциональная формализация). Сложность современной ситуации в России настоятельно актуализирует обращение к проблеме истины. К числу особенностей нашей страны как социального организма, тонирующих осуществление истины ее бытия, следует отнести такие характеристики как эмоциональность и соответственно затененность (криптограммность), связанную со слабым развитием рационализма (в единстве ментального и чувственного компонентов) и личностного начала.

Процесс поиска истины (в рамках традиционного понимания) формулируется в виде нового идеала истинности, для которого характерно самозамыкание. Такое состояние определено Гегелем как «дурная бесконечность» и представляет собой, по нашему мнению, чрезвычайную интенсификацию жизни в самой себе при одновременной недостаточности содержания. Жизнь блокируется, ограничивается не смертью, что

эмпирически понятно и кажется вполне естественным, а жизнью, обращенной против себя самой (данная ситуация эмпирически трудно пред ставима, из общепринятых категорий более близка «отчуждение», но не совсем, почему мы предвидим некоторые трудности в связи с возможной интерпретацией ее как исключительно субъективной рассудочной мыслеформы диссертанта). Идеал истинности представлен двумя формами:

а) как «самозамкнутая подвижность», инициирующая поиск нового идеала истины ради самого поиска, который в этом случае выступает как самоцель и представляет собой «мимо-всего-странствие»[12, 107 - 108]. Механизм осуществляется через прохождение повторяющихся стадий цикла (от обретения до утраты), сопровождающихся переживаниями соответственно оптимизма и пессимизма, и на принципе «маятника» -незаслуженно забытое возвращается как современно-оправданное, однако для компенсации своего забвения в некоторой степени обнаруживает тенденцию к доминированию и порождает в недрах своего развертывания встречно-попятное движение;

б) как «самозамкнутая неподвижность» (термин Г. С. Батищева), определяемая как исключительно вовне направленная интенция, при которой принцип «бытия собою» подменяется исключительностью собственного бытия, что предполагает несамостность, дезинтеграцию, дезадаптацию личности («частичный человек»).

Процесс поиска истины как собственного бытия, осуществления бытия истины человеком может представлять собой «прорыв круга», скачок, связанный с осуществлением истины бытия в индивидуально-социальной форме проявления, истины социума в индивидуально-природном аспекте бытия и истины индивида в аспекте его природного и социального начал, т. е. с осуществлением единства бытия через посредство творчески-свободного восприятия-воссоздания истины как меры его единства. Поэтому полная характеристика данного процесса с

необходимостью должна содержать в себе еще одно тональное, фоновое, проникающее звено - бытие истины как проникновение бытия, социума и индивида, их прозрачность, прозрение, про- и перспективность.

Построение идеала истинности ограничивает жизненный процесс линейностью и одномерностью. Самоосуществление человека многомерно по своей сути, и это означает, что оно ни в коем случае не отрицает и не подавляет одномерность первого направления, но развивает, усиливает его, как бы высвечиваясь в одномерности, образуя ее перспективу. Однако, наличие в современности способности человека к осуществлению данного скачка вовсе не является гарантией такого осуществления. В противном случае произошла бы редукция к фатализму, энтелехии в ее исключительной линейности, пониманию бытия и человека как «готовых» объектов или субъектов. Само развитие современности предполагает выход на многомерность бытия как на его конструктивный принцип. Понимание истины, конкретизация истины в процессе развертывания ее бытия является не просто одним из четырех возможных путей к этому, но методом, позволяющим осуществлять единство четырех возможностей, т. е. целостность бытия и человека.

Выделяется несколько уровней проявления проблемы истинности: 1. Глобальный, который мы характеризуем как мировоззренческий поиск современности, или процесс смыслообразования. Наша эпоха является «именно эпохой мировоззренческих поисков» [128, 19], что может, по мнению автора, соответствовать эпохе «осевого» времени и, в частности, быть рассмотрено как «второй этап мировоззренческих исканий, начавшихся в осевую эпоху» [там же, 28]. «Ни одно из уже имеющихся ...мировоззрений...не соответствует масштабам тех проблем, которые встали перед человечеством в XX веке» [там же, 20]. Необходимо добавить, что человек встает перед собой как собственная проблема во всей ее масштабности. Об этом подробно писали Ф. Ницше, Г.

Флоровский, А. Сервера Эспиноза («в нашу эпоху человек впервые стал целиком проблематичным» [45, 75] ), К. Юнг.

2. Социальный, как форма проявления глобального смыслообразования в исторически обусловленных границах культуры и цивилизации. Современная ситуация в России может быть определена как ситуация «исчезновения» истины бытия, что ставит вопрос именно в контексте обращения к проблеме бытия истины-«...опыт показывает, что общество имеет тенденцию умирать благодаря своему развитию - ... налицо некий радикальный дефект в его системе, его идея человека и его метод развития не соответствуют всей реальности человеческого существа и цели жизни»[38, 289].

3. Индивидуальный, вне которого как глобальный, так и социальный процессы, очевидно, невозможны. Человеку необходимо сегодня «...заново открыть субстанциальные истины жизни, мысли и действия» [там же, 35], причем не только свою «индивидуальную» истину, но вместе с ней и в рамках нее истину коллективного существования, истину познания и истину природного бытия. Никто не может сделать этого за человека, ибо смыслообразование не есть процесс исключительно гносеологический, как это может показаться на первый взгляд. Человек не только созерцает свое бытие интуитивно, целостно, не только раскрывает, разворачивает для себя эту интуицию, наполняя ее понятийным содержанием, но и осуществляет себя как смысл собственной жизни. Человек становится смысло-бытием, или личностью, индивидуальностью, способной превосходить четко очерченные пределы своего личного бытия. «Истина есть то, что мы создаем...и в этом смысле... то, чем мы становимся»[там же, 340]. Поиск истины во многом есть поиск себя, отсюда его связанность с творчеством и свободой, актуальность обращения к которым на современном этапе развития человека несомненна.

Смыслообразование понимаемое как бытие истины, таким образом, есть в определенной степени духовное оформление человека, процесс создания (собирания) им личности на уровне телесно-фактического, сознательно-мысленного, душевно-чувственного и собственно духовного бытия, процесс прозрения, возрождения, пробуждения, одухотворения человека. Речь идет о становлении человека «волевой ответственностью» ( термин Г. Флоровского) в процессе его духовного оформления, ибо в человеке существует «воля к духовности» (И. А. Ильин), потребность «создавать нечто... оформленное в духе» [162, 34]. Сегодня человек переживает данный процесс наиболее остро, соответственно уже достигнутому уровню готовности к собственному обновлению. Человек и в глобальном и, что особенно обнадеживает, в индивидуальном плане вплотную приблизился к собственной «невозможности», пределу своего исторического явления. Осознание себя как бытия истины, как само осуществляющегося события истины поможет человеку возвратиться к самому себе как к «Я есмь» и объединить в себе, собою все прошлые, настоящие и будущие события себя, в какой бы исторически определенной форме они не выступали.

Степень разработанности проблемы. Будучи центральной темой теории познания, истина получила освещение в работах, касающихся общих проблем данной теории. Традиционный подход определяет, что первоначально истина разрабатывалась в сугубо онтологической форме ее существования (Парменид), т. е. истина выступала в роли самого бытия. Однако, мы полагаем, что истина в учении Парменида имеет несколько особый характер, в частности, соотносимый с особенностью самого бытия Парменида, которое, по сути своей, не только не существует, но и не не существует. Не случайно Аристотелем «подобные взгляды» на истину были названы близкими к безумию. В таком же контексте существует концепция истины в даосской философии (ср. понятие Дао и бытия Парменида). Отголоски данного учения звучат в учении Спинозы,

воззрениях Дешана, монадологии Лейбница, теории Гегеля, русской религиозной философии XIX века (В. Соловьев).

В учении Платона и Аристотеля, хотя последний и рассматривается как основоположник классической (гносеологической) концепции истины, наряду с сохранением прежнего понимания истины (субстанциально-предикативного, или онтологически-гносеологического, если говорить точнее, до- и после- онтологически-гносеологического) развивается понимание истины в двух противоположных формах: онтологической и гносеологической. Дальнейшее развитие проблемы шло в рамках как онтологического, так и гносеологического понимания истины, ибо на деле грань между данными формами истины провести можно только условно в интересах более тщательной проработки каждой из форм в отдельности.

Онтологическое понимание истины более свойственно развитию западного идеалистического мышления (неоплатоники, христианские мыслители средневековья, Гегель) и русской религиозной философии, в частности, представителями русского космизма (С. Булгаков, В. Соловьев, П. Флоренский). Представителями последней в контексте онтологии разрабатывалось и учение о познании как о живознании, как о знании-истине, «цельном знании», «цельном мировоззрении» (И. В. Киреевский, В. Соловьев, П. Флоренский, А. С. Хомяков). О необходимости найти место познанию в системе онтологии писал и Н. Гартман [45, 463 - 540].

Гносеологическое понимание истины наиболее последовательно разработано в рамках диалектико-материалистической философии советского периода. В работах В. Г. Афанасьева, М. Н. Руткевича, А. Г. Спиркина истина предстает как «верное, правильное отражение действительности в мысли... Характеристика истинности относится именно к мыслям, а не к самим вещам и средствам их языкового выражения» [127, 176]. Историко-философскому анализу концепций истины посвящен ряд работ современных философов - В. С. Хазиева, Р. X. Лукмановой.

В истории философии достаточно подробно разработаны концепции когерентности - саморавенства - (древнейшие философские воззрения Востока, в том числе Греции, религиозная философия, труды Спинозы, Канта) и корреспонденции - соответствия - истины в ее онтологической (Парменид, Платон, Аристотель, причем если учение первого содержит недифференцированное единство когерентности и корреспонденции онтологической и гносеологической форм истинности, то в концепциях последних формы истинности сосуществуют в оформляющемся противоположении друг другу) и гносеологической формах. Концепция когеренции (отношение между идеями) и корреспонденции (соответствие идей объектов объектам) представлена в учении Д. Юма о двух родах истины.

В истории философствования истина рассматривалась в аспекте единства единичности (многообразия) и множественности:

1. В форме множественности «многоликости» истины как на основе ее бесконечной трансформации (как вариант существует выделение двух (онтологическая и гносеологическая) или трех форм истины ( к указанным добавляется логическая форма истины) , так и в силу вариативности восприятия истины в рамках той или иной исторической эпохи, определенным обществом или индивидом; средневековое учение о «двойственной истине», развившееся в неотомизме в учении о множественности истин (эмпирической, научной, философской и религиозной).

Положение о «многомерности» (выявление наряду с «сознательными» истинами «истин бессознательного и неосознаваемого» [76, 9] как «внезнаниевых» форм истины) истины, обусловленной «человеческими параметрами познания», отстаивает Р. X. Лукманова [там же, 10].

2. В форме множественности истин (Дешан, Гхош).

Обозначена и проблема истины как индивидуальной и коллективной (истина общества), как естественной и предписанной [38, 33 - 34], как истины отражения и истины творчества [111, 12-15].

В целом, можно говорить о выделении в истории философии четырех основополагающих уровней бытия истины: фактического (эмпирически-мистического, «полевого»), рассудочно-логического в двух формах рассмотрения рассудка: как интуитивной способности целостного схватывания события (А. Шопенгауэр) и как дискурсивной функции разума), чувственного и разумного (соответственно также выделяются две тенденции в понимании разума). Этим уровням соответствуют понятия истины как нерасчлененно - целостного поля (одна вечная истина), как единой многообразной в своих трансформациях истины (дуализм, триединство - истины субъекта, объекта и процесса познания), как множественности (монадичности) истин и как истины -меры единства поля и частицы. Соответственно этому представлены и пути познания истины как мистический (безмолвный, полевой), который часто несправедливо отождествляется с чувственным (средневековая мистика и алхимия, пантеизм, учение Г. Паламы (исихазм), русская религиозная философия), Логос - рациональный - (единство чувственного и мыслительного компонентов), эмоциональный и духовный. Каждому уровню свойственны особая логика осуществления, своя темпоральность, свое пространство (перспективность).

Разработана и аксиологическая концепция истины в формах: истины как самоценности, вечной идеи, сущностного ядра феноменального мира (Гуссерль, Дешан, экзистенциалисты,), прагматической ( Джеймс, Дьюи, Пирс, философия социального действия, социальной активности человека - марксизм, В. И. Ленин), как «креативного отношения» человека к миру и себе, формирующегося в точке «пересечения гносеологического, онтологического и аксиологического ракурсов» бытия[153, 98].

На современном этапе развития концепции истины ряд философов акцентирует внимание на необходимости преодоления абсолютизации гносеологической истины и именно в форме ее корреспонденции (соответствие знания об объекте реальному объекту) как одностороннего подхода к существу проблемы. Разрабатывается концепция онтологической истины в рамках ее материалистического прочтения [См. 17, 135, 136, 137]. Обращается внимание на диалектику гносеологического и «экзистенциального», при котором «понятие истины выступает не только характеристикой знания об объекте, но и в значительной мере - знания о субъекте, аспектов истины [76, 28].

Идет постановка проблемы истины (поиск специфических форм ее проявления) в рамках человеческого измерения: как истины социального познания в аспекте единства «истины отражения» и «истины творчества» и человека как истины бытия. На очереди дня стоит задача обретения философской антропологией «духовной перспективы» в свете онтологии [См. 45], понимание истины как «онтологической себя-адресованности... другим.. .всему универсуму» [13, 114], как ответ на вопрос «кто?» и добавим, как сам вопрос «кто?», как личностного аспекта бытия. Проблема истины в ее антропологическом аспекте освещается в работах К. М. Бахтиярова, Т. И. Касавина, Б. С. Крымского, Л. А. Микешиной.

Отметив тщательную, серьезную разработку проблемы истины в отечественной и зарубежной литературе, необходимо уделить внимание и некоторым пробелам в данной тематике. Несмотря на существование уже устоявшегося категориального аппарата, позволяющего раскрывать указанную проблему, мы должны констатировать наличие большого числа разночтений в самой дефиниции истины. Эта проблема становится особенно актуальной сегодня, когда осуществляется процесс углубления понятия истины через обращение к ней в аспекте человеческого измерения( философская антропология и социальная философия). Некоторая путаница обусловлена и обращением к не-философским

(метафоричным) категориям, заимствованным в религиозной философии, психологии, коль скоро мы обращаемся к не вербализируемым формам бытия истины. Сегодня философия истины стоит перед необходимостью ревизии (обновления) и уточнения своего категориального аппарата.

Необходимым представляется и смещение акцента с проблемы истины бытия и знания, человека и социума на проблему бытия самой истины, проявляющегося в этих формах истинности. Важным в данном аспекте представляется создание в общих контурах модели бытия истины с обозначением уровней и механизма его осуществления. Понятие истины на сегодня заключено в оправданных (соответствующих уровню сознания), но требующих своего преодоления, рамках онтологическо-гносеологической дихотомии, вследствие чего происходит не всегда оправданный перенос логики осуществления истины в границах указанной области на другие уровни ее бытия. Процесс алетизации человека как развития его сознания до его естественной полноты (учета бессознательного) представляет собой «испытание многомерности истины» и на уровне современного развития требует несколько иного подхода к проблеме самой истины. В существующих формах истины не дифференцированно реально существует (бытийствует) истина и в форме «проникающей реальности» (поля, меона). В рамках логики трехмерного пространства понимание этой структуры представляется безумием (Аристотель, В. Соловьев), но современный уровень развития создает основу готовности человека к признанию собственного безумия (Юнг «все люди немного сумасшедшие») и, следовательно, возможности осознать данный уровень бытия.

Объектом данного исследования является бытие истины как холотропный принцип мироздания, как мера единства бытия.

Предметом исследования выступает структурный аспект бытия истины, его основополагающие свойства.

Цель данного исследования состоит в том, чтобы а) обосновать необходимость обращения к истине как ее собственному со-бытию для адекватного понимания сущности бытия; б) показать структурообразующую роль истины в мироздании и процессе самоосуществления человека; в) конкретизировать понятие истины через моделирование ее бытия Для достижения поставленной цели предполагается решить следующие задачи:

1. Определить специфику понятий истины бытия и бытия истины на примере концепций Парменида и Платона.

2. Дать обоснование архетипичности истины как конструкта мироздания.

3. Дать определение понятию многомерности истины. Обосновать методологический характер принципа четверичности для построения модели бытия истины.

4. Определить возможные уровни бытия истины на основе анализа структурообразующей идеи (духа) ряда философских систем.

5. Дать характеристику основным уровням бытия истины.

6. Описать принцип развертывания (осуществления) многомерности истины.

Научно-теоретической и методологической основой исследования явились труды классиков мировой философской мысли, работы отечественных и зарубежных философов. Работа потребовала привлечения материалов из различных областей знания - мифологии, религии, истории, этнографии, психологии. В основу исследования положен метод сравнения осевых конструктов философских систем, т. е. анализ философских концепций бытия, истины, человека, социума в аспекте методологических принципов их построения. Этим обусловлено внимание к тем системам, где структура бытия прослеживается наиболее последовательно. Использован структурно-типологический метод исследования, такие принципы диалектического метода, как принцип

историзма, развития, системности, восхождения от абстрактного к

конкретному.

Научная новизна заключается в том, что:

1. Истина исследуется с позиций единства субъекта и объекта в рамках потока духовной культуры.

2. Аргументировано утверждение, что сам факт существования человека не служит доказательством того, что данное существование является его собственным. Сделан вывод о том, что основой, условием и процессом самоосуществления человека, или его со-бытия истиной, является философствование.

3. Сделан вывод о том, что бытие на каждом из уровней своего проявления осуществляется в единстве двух, парадоксальных относительно друг друга, логик, или о двойственной сути логики бытия. Осуществление двуединой логики бытия человеком, т. е. его самоосуществление, неразрывно связанное с адекватным познанием сути логики, определено в рамках данного исследования с помощью понятия «бытие истины».

4. Исследована модель бытия истины, в которой выделяются четыре («три + один») уровня бытия, каждый из которых не только выступает в единстве с двумя другими уровнями, но и по отношению к данному единству (троице) имеет принципиально иную (парадоксальную) логику осуществления.

5. Понятие архетипа, широко распространенное в психологии, возвращается в сферу философствования. Дается обоснование архетипического характера истины как структурообразующего и одновременно деструктурирующего фактора бытия.

6. Исследуется принцип четверичности, как способ постижения и наиболее адекватного выражения сущности самоосуществляющегося бытия, или истины. Исследуются возможности использования данного

принципа в качестве своеобразного камертона для самореализации человека.

Практическая значимость В исследовании предложена модель бытия истины, позволяющая на более свободной основе подходить к проблеме бытия, социума и конкретного человека. Будучи осмыслена в парадигме восприятия и творения мира и собственно человека (самого себя), концепция обеспечивает видение сущности бытия. В этом аспекте можно говорить о возможности построения на основе данного исследования рекомендаций по формированию духовной культуры человека. Положения, отстаиваемые в работе, могут помочь человеку преодолеть стереотипы «зрения», открыть глаза на его собственную сущность, помочь в обретении права бытия в качестве «Я есмь». Исходя из этого можно построить более гибкую, более оптимистическую стратегию жизни. Положения концепции способствуют формированию свободного отношения человека к жизни, развитие его как креативного существа. Исследование может служить основой для разработки курса обществоведческой направленности, проведения семинаров.

Апробация Основные положения и выводы исследования докладывались на научных конференциях вузов городов Уфа и Пермь, семинаре «Мировоззренческие поиски современности», представлены в ряде публикаций:

1. Время быть самим собой, или человек как часть самого себя //Мировоззренческие поиски современности / Под ред. В. Н. Финогентова - Уфа, 1998. - С. 52-58.

2. Гуманизация как основополагающий принцип новой парадигмы образования // Гуманизация образования - императив XXI века. -Пермск. Госуд. Технич. Университет. Пермь, 1997. - С. 47 - 49.

3. Духовность, или к вопросу о главном вопросе // Человек и его мировоззрение: Сборник статей аспирантов и соискателей / Под ред.

В. С. Хазиева, В. В. Гонеевой - Уфа: БГПИ, 1999. - С. 5 - 13.

4. Образование как сложное и целостное явление // Проблемы обучения и воспитания молодежи. Материалы докладов. - БГПИ. - Вып .IX. - Уфа, 1998. -С.42 - 44.

5. Совершенствование личности как ценностная ориентация в подготовке специалистов // Ценностные ориентации в подготовке специалистов. Материалы всероссийской научно-практической конференции - Уфа: БГПИ, 1997.-С. 18.

6. Философия Бердяева как философия оптимизма и гуманизма (опыт рассмотрения покаяния как метафизической категории) // Философский космос России. Материалы научной конференции. - Уфа: Изд-е Башк. Ун-та, 1998. - С.135-141.

Заключение диссертации по теме «Онтология и теория познания», Дремина, Марина Игоревна

Заключение.

В своей работе мы пытались показать насколько жизненно важным для современного человека является обретение нового взгляда на мир, на самого себя. В истории философии необходимость такого видения обозначается как пробуждение, прозрение, очищение, сосредоточение в себе, собирание души, целостного человека, обретение Бога, рождение в Боге - «второе рождение» человека. Единство (бытие) основы, процесса и результата такого видения, на наш взгляд, представлено в философии в понятиях Абсолюта, Абсолютной идеи (Понятия), Единого (философия неоплатонизма), Сущего (В. Соловьев), в теологии - в понятии Бога. Мы считаем, что, в указанном аспекте, все эти и другие, соответствующие им понятия, находят свой «единящий принцип» в понятии «бытие истины», ибо сама истина рассматривается нами в ее этимологии как весть, ведение, проведение.

В работе предпринята попытка вычленить наличие осознания бытия истины в единственно возможной (для сознания) форме множественности его инобытия в ряде философских концепций. Рассмотрение проблемы бытия истины позволяет сделать следующие выводы:

1. Бытие истины, или бытийствующая истина (просто истина), являясь особым способом видения (ведения), представляет собой некую компоненту бытия, смысл которой состоит в том, чтобы задавать структуру связи «всего со всем». При этом общее внутреннее содержание всех элементов мироздания осуществляется каждым как его собственное, которым каждый владеет свободно [115, 107]. Элемент мира, таким образом, не является чьим бы то ни было, но всегда (в истине) своим собственным результатом.

2. Бытие истины (просто истина), следовательно, также не есть нечто, причинно обусловленное, но вечное («ведное», заповедное») видение бытия. Будучи видением, оно «не видит» (что бы то ни было как предстоящее себе и вне себя находящееся). В силу этого истину следует «рассматривать» как над истиной истину, над красотой красоту [99, 231], над благом благо и над бытием бытие. Или как идею всех идей, не являющуюся никакой определенной идеей, форму всех форм, монаду всех монад. Поэтому истина не имеет какого-либо содержания, обособляющего ее от всего мироздания в его бесконечно малых или бесконечно больших формах. Все в мире порождает себя как собственное содержание (в единстве с соответствующей данному содержанию форме).

3. Истина поэтому является не содержательной или формальной, а информационной, по смыслу, по ведению целого как связь всего со всем. В исследовании мы попытались обосновать положение, согласно которому истина является структурообразующим типом самоосуществления мира и человека, архетипом. Истина как архетип не имеет структуры в себе и не представляет ее собою, но позволяет всему в мире (человеку) создавать его собственную структуру через бытие в истине, через обретение себя в истине. Человек в истине становится видением всего, и в этом смысле, видением самого себя, причем, не видящим себя фиксированным единичной определенностью.

4. Истина, таким образом, есть способ соединения себя и всего остального, мера единства бытия, для человека - его собственное со-бытие. Отсюда и проникающий характер бытия истины. Бытие истины показано в исследовании как тональное, фоновое, проникающее звено - как проникновение бытия, социума и индивида, их прозрачность, прозрение, про- и перспективность.

5. В работе доказывается многомерность истины и предпринимаются попытки показать некоторые архетипические образы истины.

На основе сказанного можно сделать вывод о том, что, истина всегда остается непознаваемой, как таковая, но познаваемой в своих образах, каждый из которых есть истина (истинный) при учете истины всех истин, или «фона». Рассматривая Бога как способ видения, зрения, можно сказать словами Н. Бердяева, что человек есть существо «духовно независимое» при наличии Бога, если же его нет, то человек целиком зависит от природы и общества [18, 425]. В современности для человека жизненно важно быть независимым, т. е. быть самим собой, истиной, бытием.

Истина предстает в исследовании не только связанной с личностным измерением бытия, но и самим процессом укоренения в мироздании человека как существа помнящего завет предков, наследующего им (в полноте не только фило-, но и онтогенеза) и передающего наследие потомкам. Поэтому истину мы рассматриваем и как сам процесс истории, творимой в современности, а человека - как творца себя как ЧЕЛОВЕКА в истории.

Список литературы диссертационного исследования кандидат философских наук Дремина, Марина Игоревна, 1999 год

Литература.

1. Агудов В. В. Место и функция «структуры» в системе категорий материалистической диалектики. - М.: Высшая школа, 1979 - 144 с.

2. Аверьянов А. Н. О природе взаимодействия. - М.: Знание, 1989. - 64 с.

3. Аверьянов А. Н. Системное познание мира: методологические проблемы. -М.: Политиздат, 1985.-263 с.

4. Аксенов Г. П. Времявластие // Вопросы философии. - 1992. - №1. - С. 89-114.

5. Акулинин В. Н. Философия всеединства: от В. С. Соловьева к П. А. Флоренскому / Отв. редактор Г. А. Антипов. - Новосибирск: Наука, 1990.- 154 с.

6. Алиева Б. А. Теория двойственной истины. - М.: Мысль, 1972. - 128 с.

7. Алтухов Г. О. Современные аспекты теории истины // Человек в социокультурном мире. - Саратов, 1997. - Ч. 3. - С. 5 - 6.

8. Андрос Е. И. Истина как проблема познания и мировоззрения. - Киев: Наук, думка, 1984. - 144 с.

9. Антология даосской философии /Сост. В. В. Малявин, Б. Б. Виноградский. - М.: Товарищество «Клышников, Комаров и К», 1994. -446 с.

10. Аристотель Сочинения в 4-х томах. - М.: Мысль, 1976 - 1983.

11. Арутюнова Н. Д. Истина и этика // Истина и истинность в культуре и языке.-М.: ,1995.

12. Батищев Г. С. Найти и обрести себя // ВФ. - 1995. - №3. - С. 103 - 109.

13. Батищев Г. С. Особенности культуры глубинного общения // ВФ. -1995.-№3,-С. 109- 129.

14. Бахтин Н. М. Из жизни идей. Статьи, эссе, диалоги. - М.: Лабиринт, 1995.- 152 с.

15. Бахтин М. М. Проблемы поэтики Достоевского. - М.: Советская Россия, 1979.-318 с.

16. Бахтияров К. И. В сетях парадоксов: поиски выхода // ОНС : общ. науки и современность. - М, 1997. - №3. - С. 181 - 183.

17. Бенин В. Л., Хазиев В. С. Истина и культура философского мышления / Баш. гос. педаг.

ин-т . - Уфа: Изд-во БГПИ, 1992. - 140 с.

18. Бердяев Н. И. Самопознание: Сочинения. - М.: ЗАО Изд-во ЭКСМО -ПРЕСС, 1997. -624с.

19. Бердяев Н. И. Философия творчества, культуры и искусства в 2-х томах. - М.: Изд-во ИЧП Лига, 1994.

20. Библия.-М, 1991.-1220 с.

21. Богданов А. А. Тектология. Всеобщая организационная наука в 2-х книгах / Отв. редактор Л. И. Абалкин. - М.: Экономика, 1989.

22. Булгаков С. Православие: Очерки учения православной церкви. - М.: Терра, 1991.-416 с.

23. Ведин Ю. П. Структура, истинность и правильность мышления. - Рига: Лиесма, 1979. -

194 с.

24. Взаимосвязь и взаимовлияние жанров в развитии античной литературы. -М.: Наука, 1989,- 280 с.

25. Видгоф В. М. К проблеме духовности истины // Культура отечества : прошлое, настоящее, будущее. - Томск, 1993. - Вып. 1. - С. 80 - 84.

26. Визир П. И., Урсул А. Д. Диалектика определенности и неопределенности. - Кишинев: Штиинца, 1976. - 124 с.

27. Власенко О. И. Релятивна ли истина? // Методология науки: человеческое измерение и дегуманизированные факторы научного познания. - Томск, 1996. - С. 50 - 51.

28. Воловик Л. А., Дроздова Э. М. Истина в марксистской и домарксистской философии. - М.: Мысль, 1965. - 224 с.

29. Гаврюшин Н. К. Самопознание как таинство: Заметки о русской религиозной антропологии // ВФ. - 1996. - №5. - С. 140 - 162.

30. Гайсин Ф. А., Попов В. Д. Духовность - сущность человека. - Уфа: Б. и., 1995.- 116 с.

31. Гегель Г. - В. Энциклопедия философских наук в 3-х томах / Отв. редактор Е. П. Ситковский. - М.: Мысль, 1977.

32. Горелов А. А. Человек - гармония - природа. - М.: Наука, 1990. - 186с.

33. Горская А. Д. На путях обощения традиционного понимания истины // Новые грани философского и социально-политического мышления. -М., 1994.-С. 11-20.

34. Горский А. К., Сетницкий Н. А. Сочинения. - М.: Раритет, 1995. - 445с.

35. Григорьева Т. П. Синергетика и Восток // ВФ. - 1997. - №3. - С. 90 -102.

36. Григорьева Т. П. Будда в лесу Уолдена // Человек. - 1994. - №2. - С. 15 -29.

37. Григорьева Т. П. Дао и Логос: Встреча культур. - М.: Наука, 1992. -422 с.

38. Гхош Ауробиндо Человеческий цикл: пер. с англ. - Казань: Новый век, 1992.-350 с.

39. Декарт Р. Избранные произведения. - М.: Политиздат, 1950. - 448 с.

40. Дешан Леже - Мари Истина, или истинная система. - М.: Мысль, 1973.-532 с.

41. Диалектическое противоречие / Пред. Б. М. Кедрова. - М.: Политиздат, 1979.-343 с.

42. Добронравова И. С. Синергетика: становление нелинейного мышления. - Киев: Наук, думка, 1990. - 147 с.

43. Доброхотов А. Л. Категория бытия в классической западноевропейской философии. -М.: Изд-во МГУ, 1986. - 246 с.

44. Желнов М. В. «Сущность свободы как истины» и «сущность истины как свободы»: (Идеи Ф. Шеллинга и М. Хайдеггера в наши дни) // Соц. теория и современность. - М., 1996. - Вып. 21. - С. 52-80.

45. Западная философия: итоги тысячелетия. - Екатеринбург: Одиссей, 1997.-656 с.

46. Зальцман JI. И. Модели пятимерного мира // Современная картина мира. Формирование новой парадигмы. - М., 1997. - С. 58 - 90.

47. Заславский Г. М. Стохастичность динамических систем. - М.: Наука, 1984.-271 с.

48. Идеалистическая диалектика в XX столетии / Под общ. редакцией Ю. Н. Давыдова, М. Б. Митина. - М.: Политиздат, 1987. - 332 с.

49. Ильин И. А. Философия Гегеля как учение о конкретности бога и человека в 2-х томах. - СПб.: Наука, 1994. - 541 с.

50. Интегративные тенденции в современном мире и социальный прогресс / Под ред. М. А. Розова. - М.: Изд-во МГУ, 1989. - 224 с.

51. Казначеев В.П. Космопланетарный феномен человека / Отв. редактор JI. М. Непомнящих. - Новосибирск: Наука, Сибирское отделение, 1991. -302 с.

52. Кайбов К. В. Структура архетипа как генетического кода истории культуры // Философия культуры, 97. - Самара, 1997. - С. 77 - 79.

53. Калантар A.JT. Красота истины: Об эстетическом начале научного познания. - Ереван: Изд-во АН Арм. ССР, 1980. - 185 с.

54. Кант И. Сочинения в 6-ти томах. - т. 3. - М.: Мысль, 1965.

55. Кант И. Трактаты и письма. - М.: Наука, 1980. - 709 с.

56. Кармин A.C. Познание бесконечного. - М.: Мысль, 1981. -229 с.

57. Категории «закон» и «хаос» / Отв. редактор М. А. Парнюк. - Киев: Наук, думка, 1987. - 292с.

58. Киселева М.С. Мера и вера// ВФ. - 1995.-№8.-С. 103- 122.

59. Коников И.А. Материализм Спинозы. - М.: Наука, 1971. - 268 с.

60. Коршунов A.M., Мантатов В.В. Диалектика социального познания. -М.: Политиздат, 1988. - 382 с.

61. Кузанский Н. - Сочинения в 2-х томах /Сост. В. В. Бибихин. - т.1. - М.: Мысль, 1979.-488 е., т.2. -М.: Мысль, 1980.-471 с.

62. Кураев В.И., Лазарев Ф.В. Точность, истина и рост знания /Отв. ред. В. А. Лекторский. - М.: Наука, 1988. - 237 с.

63.Курсанов Г.А. Ленинская теория истины и кризис буржуазных воззрений. - М.: Мысль, 1977. - 350 с.

64. Лазарев В. В. Истина: монизм и плюрализм // Вестник Пятигорск, гос. лингв, ун-та. - Пятигорск, 1997. - № 1 / 2. - С. 48 - 55.

65. Лаздин Р.Х. Приглашение к переосмыслению объективной реальности. - Екатеринбург: МП Уралинфо, 1992. - 58 с.

66. Лебедев А.А. Любовь без радости // ВФ. - 1992. - №7. - С. 77 - 91.

67. Лежебоков П.А. Диалектическое противоречие как закон познания. -М.: Высшая школа, 1981. - 176 с.

68. Лейбин В.М. «Модели» мира и образ человека. - М.: Политиздат, 1982.-255 с.

69. Ленин В. И. Сочинения. - изд. 3. - М., 1928. - т. 13.

70. Линский Б. И. Практическая природа истины / Ленингр. высш. худ-пром. уч-ще им. В. И. Мухиной. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1988. - 150 с.

71. Леонтьев Д.А. Ценность как междисциплинарное понятие: опыт многомерной реконструкции // ВФ. - 1996. - №4. - С. 15-26.

72. Лобковиц Н. От субстанции к рефлексии: Пути западноевропейской метафизики//ВФ. - 1995.-№1,- С. 95 - 105.

73. Лосев А. Ф. Владимир Соловьев и его время. - М.: Прогресс, 1990. -719 с.

74. Лукач Д. К онтологии общественного бытия: Пролегомены / Общ. ред. Н. Н. Нарского. - М.: Прогресс, 1991. - 410 с.

75. Лунев Г.К. Истинное познание и религиозно-идеалистические заблуждения. - Воронеж: Изд-во Воронеж, ун-та, 1979. - 156 с.

76. Лукманова Р.Х. Проблема истины: гносеологический и экзистенциальный аспекты: Автореф. дис. канд. филос. наук. - Уфа, 1995.-28с.

77. Мамлеев Ю. В. Судьба бытия // ВФ. - 1993. - №10, 11.

78. Материалисты Древней Греции /Общ. ред. М. А. Дынника. - М.: Госкомиздат, 1955. - 239 с.

79.Медведев П.Н. (Бахтин М.М.) Формальный метод в литературоведении. -М.: Наука, 1993.-231 с.

80.Мещеряков В.Т. Развитие представлений о гармонии в домарксистской и марксистско-ленинской философии. - JL: Наука, 1981. - 204 с.

81.Микешина JI. А. Истина: диалог традиций // Россия и Запад: взаимовлияние идей и исторических судеб. - Саратов, 1997. - С. 22 -27.

82.Михайлова Э.Н., Чанышев А.Н. Ионийская философия. -М.: Изд-во МГУ, 1966.- 184 с.

83.Могильницкий Б. Г. Проблема исторической истины в современной западной историографии // Историческая наука в меняющемся мире. -Казань, 1993. - Вып.1. - С. 8-12.

84.Моисеев H.H. Тектология Богданова - современные перспективы // ВФ.

- 1995. - №8. - С.8 - 13.

85.Мотрошилова Н.В. Истина и социально-исторический процесс познания. - М.: Знание, 1977. - 64 с.

86.Мотрошилова Н.В. Познание и общество. - М.: Мысль, 1969. - 297 с.

87.Мухамедьянов С. А. Феномен смерти как социально-педагогическая проблема. - Уфа, 1998. - 159 с.

88.Назаретян А.П. Агрессия, мораль и кризисы в развитии мировой культуры: (Синергетика исторического процесса) - М.: Наследие, 1996.

- 183 с.

89.Неганов Ф.М. Рациональное и иррациональное в человеческой деятельности: Автореф. дис. д-ра фил. наук. - Уфа, 1996 - 36с.

90.Ницше Ф. Воля к власти: опыт переоценки всех ценностей. - М.: ТОО Транспорт, 1995. - 300с.

91.Ницше Ф. По ту сторону добра и зла. - М.: ЗАО Изд-во ЭКСМО -Пресс. - Харьков: Изд-во Фолио, 1998. - 1056 С.

92.0лдак П.Г. Теогносеология = Тео§по8ю1с^у: Миропостижение в рамках

единения науки и веры. - Новосибирск: Вист, 1994. - 182 с. 93.0ртега - и - Гассет X. История как система // ВФ. - 1996. - №6. - С. 79

- 103.

94.о.Андрей Кураев О вере и знании - без антиномий // ВФ. - 1992. - №7. -С. 45 -63.

95.Павленко А. Н. Бытие у своего порога // Человек. - 1994. - №2. - С. 62-78.

96.Петренко В. Ф. Личность человека - основа его картины мира // Модели мира.-М, 1997.-С. 9-24.

97.Печенев В.А. Истина и справедливость. - М.: Политиздат, 1989. - 254с.

98.Платон Сочинения в 3-х томах / Под общ. ред. А. Ф. Лосева, В. Ф. Асмуса. - Т. 2. - М.: Мысль, 1970 - 611 с.

99.Плотин. Сочинения. - СПб.: Алетейя, 1995. - 670 с.

100. Познание в социальном контексте / Отв. ред. В. А. Лекторский, И. Т. Касавин. - М.: ИФРАН, 1994. - 171 с.

101. Потемкина В. Н. К истокам философствования. - Уфа: БГУ, 1997. -206 с.

102. Потемкин В. К., Симанов А. Л. Пространство в структуре мира / Отв. ред. А. Т. Москаленко; АН СССР, Сибирское отделение. -Новосибирск: Наука. Сибирское отделение, 1990. - 174 с.

103. Рассел Б. Человеческое познание: его сфера и границы. Пер. с англ. -Киев: Ника - центр, 1997. - 560 С.

104. Розин В.М. Контекстное, полифоническое мышление - перспектива XXI века. // ОНС: Общественные науки и современность. - М., 1996. -№5. - С.120-129.

105. Русская философия Словарь. - М.: Изд-во Республика, 1995. - 655 с.

106. Руэн Суонистика- единая теория всего: Диалектика Абсолюта (1).

- М.: Б. и., 1991.-212 с.

107. Самуэлс Э. Юнг и постъюнгианцы. Курс юнгианского психоанализа. Пер. с англ. - M.: ЧеРо, 1997. - 416 С.

108. Сачков Ю.В. Независимость в структуре бытия и познания // Свободная мысль. - 1995. -№12. - С. 81 - 92.

109. Связь и обособленность / Отв. ред. М. А. Парнюк. - Киев: Наук, думка, 1988.-295 с.

110. Селиванов Ф.А. Истина и заблуждение. - М.: Политиздат, 1972. -96 с.

111. Семенов С. Н. Проблема истины в социальном познании: истина отражения и истина творчества // Теория развития и социальное познание. Межвузовск. научн. сб./ Башк. ун-т./Отв. ред. В. Н. Финогентов. - Уфа, 1990. - С. 12-15.

112. Семенов Ю.О проблеме истины и научном познании // Диалог. - М., 1996. - №9. - С.41-48.

113. Сиверц ван Рейзема, Ян Вильям Философия планетаризма. - М.: Новое тысячелетие, 1995. - 336 с.

114. Совершенный человек // Человек. - М., 1995. - Вып.6. - С.37 - 52.

115. Соловьев B.C. Лекции по истории философии // Вопросы философии. - 1989,-№6.-С. 76- 138.

116. Соловьев В. С. Смысл любви: избранные произведения / Сост. Н. И. Цимбаев. - М.: Современник, 1991. - 524 с.

117. Соловьев B.C. Сочинения в 2-х томах / Сост., общ. ред. А. Ф. Лосева и А. В. Гулыги. - M.: Мысль, 1988.

118. Сороко Э.М. Структурная гармония систем / Под ред. Е. М. Басосова. - Минск: Наука и техника, 1984. - 264 с.

119. Спиркин А. Г. Основы философии: Учебное пособие для вузов. -М.: Политиздат, 1988. - 592 с.

120. Сто шесть философов в 2-х томах. - Симферополь: Таврия, 1995.

121. Тайлор Э. Б. Первобытная культура. - М.: , 1989. - 573 с.

122. Тузов Н.В. Философия теории Единой идеи. - М.: Мысль, 1994. -252 с.

123. Уайт Д. От философии к всеобщей организационной науке: истоки и предшественники тектологии А. Богданова // ВФ. - 1995. - №8. -С.38-48.

124. Уемов А.И. Истина и пути ее познания. - М.: Политиздат, 1974. -88 с.

125. Уткина Н. Ф. Тема всеединства в философии Вл. Соловьева // ВФ. -1989,- №6.-С. 76- 102.

126. Фейнберг Е. Л. Наука, искусство и религия // ВФ. - 1997. - №7. - С. 54-62.

127. Философский словарь / Под. ред. И. Т. Фролова. - 5-е изд. - М.: Политиздат, 1987. - 590 с.

128. Финогентов В. Н. Лекции по философии: Учеб. Пособие / Изд-е УТИС. - Уфа, 1998.-205с.

129. Финогентов В. Н. Темпоральность бытия: Автореф. дис. д-ра фил наук. - Екатеринбург, 1992. - 35с.

130. Флоренский П.А. Столп и утверждение истины. - М.: Правда, 1990.

131. Флоровский Г. Пути русского богословия. - Вильнюс, 1991. - 599 С.

132. Франц фон М. - Л. Алхимия (Введение в символизм и психологию). Пер. с англ. Ю. М. Донца / Под общ. ред. В. В. Зеленского. - СПБ.: БСК, 1997.-291с.

133. Франц фон М. - Л. Наука и бессознательное // Человек. - 1996. -№5. - С.55-64.

134. Фролов И.Т. О человеке и гуманизме: работы разных лет. - М.: Политиздат, 1989. - 558с.

135. Хазиев В. С., Шарипов Р. А. Истина, образование, жизнь. - Уфа: БГПИ, 1998.-48 с.

136. Хазиев В. С. Роса истины. - Уфа: Башгоспедин-т, 1998. - 90с.

137. Хазиев В. С. Философское понятие истины: Автореф. дис. д-ра филос. наук. - Уфа, 1994. - 38 с.

138. Хайдеггер М. Время и бытие. Статьи и выступления. - М., Республика, 1993. - 447с.

139. Хайдеггер М. О сущности истины // Фил. науки. - 1989. - №4.

140. Халиков Ф.Г. Соотношение эмпирического и теоретического в процессе обоснования истины: диалектический и исторический материализм: Автореф. дис. канд. филос. наук. - Уфа, 1986. - 18 с.

141. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности: Основные положения, исследования и применение. - СПб.: Питер,1997. - 608 с.

142. Цоколов С.А. Единая наука о человеке: иллюзия или реальность // Человек, - 1996. - №5. - С.5-20.

143. Цофнас А. Комплементарность мировоззрения и миропонимания // Фил. и соц. мысль. - Киев, 1995. - к.1 - 2. - С.5 - 22.

144. Чернов С. А. Субъект и субстанция. Трансцендентализм в философии науки. - СПб.: Изд-во СПб ун-та, 1993. - 260 с.

145. Черняков А. А. Диалектика ценностей: истина и польза // Образование и культура молодежи: профессиональный аспект. -Новосибирск, 1997. - С. 38 - 39.

146. Чернякова Н.С. Ценностная природа истины: Автореф. дис. канд. филос. наук. - М., 1995. - 32с.

147. Чудинов Э.М. Диалектика научного познания и проблема истины. -М.: Знание, 1979.-64 с.

148. Чудинов Э.М. Природа научной истины. - М.: Политиздат, 1977. -312 с.

149. Чучин - Русов А.Е. Культурно-исторический процесс: форма и содержание // ВФ. - 1996. - №4. - С. 3 - 15.

150. Шалютин Б.С. Человек лгущий // Человек. - 1996. - №5. - С.151 -161.

151. Шарипов Р. А. Диалектика правды жизни и онтологической истины // Тезисы к конференции: Гуманизация образования - императив XXI века. - Пермь, 1997. - С.61 - 63.

152. Шердаков В.Н. Добро - истина- красота. - М.: Знание, 1983. - 64t

I

153. Шердаков В.Н. Г.С. Батигцев: в поиске истины пути и жизни // ВФ. -1995. - №3. - С.95-102.

154. Шестов JÏ. Сочинения / Сост., вступ. статья и прим. Л. В. Полякова. -М.: Раритет, 1995.-431 с.

155. Шичалин Ю. Истина и история // Логос. - М., 1996. - Вып.7. - С.62 -80.

156. Шопенгауэр А. Мир как воля и представление в 2-х томах. - т. 1. -М.: Наука, 1993. - 670 С., т.2.-М.: Наука, 1993.-669 с.

157. Элез Й. Проблема бытия и мышления в философии Людвига Фейербаха. -М.: Наука, 1971. -239с.

158. Эмоциональные нарушения в детском возрасте и их коррекция / В. В. Лебединский, О. С. Никольская, Е. Р. Баенская, M. М. Либлинг. - М.: Изд-во МГУ, 1990.- 169 с.

159. Это человек: антология /Сост. П. С. Гуревич. - М.: Высшая школа, 1995.-320 с.

160. Юнг К. - Г. Аналитическая психология: теория и практика. Тавистокские лекции. Пер. с англ., вступ. ст. В. В. Зеленского. - СПБ.: БСК, 1998.-211с.

161. Юнг К.-Г. Воспоминания, мечты, размышления // Человек. - 1996. -№5. - С.64 - 80.

162. Юнг К. - Г. Душа и миф: шесть архетипов. Пер. с англ. - Киев - М.: ЗАО Совершенство - Порт - Рояль, 1997. - 384 с.

163. Юнг К. - Г. Постигая дзен // Человек. - 1995. - №6. - С.78 - 88.

164. Ясперс К. Смысл и назначение истории. - М.: Республика, 1994. -527 с.

165. Allen B. Truth in philosophy. - Cambridge (Mass); L.: Harvard Univ. press, 1993.-XIII, 230p.

166. Atkins P. Science as truth // History of the human sienses. - L, 1995. -Vol.8, №2.-P. 97- 102.

167. Comstock G.H. The truth of religious narratives // Intern, j: for philosophy of religion. - The Hague ets, 1993. - Vol. 34, №3. - P. 131 -150.

168. Dallmayr F. Truth and diversity: some lessons from Herder // J. Of speculative philosophy N. S. - University Park (Pa), 1997. - Vol. 11. -№ 2. -P. 101 - 124.

169. Desmond W. Between fmitude and infinity: Hegelian reason and the Pascalian Heart //J. of speculative philosophy. N.S. - University park, 1995 -Vol. 9,№2.-P.82- 110.

170. Dworkin R. Objectivity and truth: you'd better believe it // Philosophy a. public affairs. - Princeton, 1996. - Vol. 25, №2. - P.87 - 139.

171. Hallman M. O. Expanding philosophical horizons: An antology of nontraditional writings. - Belmont ets.: Wadsworth, 1995. - XIV, 32lp.

172. Hugly Ph., Sayward Ch. Theories of truth and truth-value gaps // Linguistics a. philosophy. - Dordrecht, 1993 - Vol. 16, №6. - P.551 - 559.

173. Kemp G. Truth in Frege's «law of truth» //Synthese. - Dordrecht, 1995. -Vol. 105, №1.-P. 31-51.

174. Kohalc E. Truth and the humanities //Human studies. - Dordrecht ets, 1993. - Vol. 16, №3.-P. 239-253.

175. Mangiafico J. Nietzsche and the value of truth // Philosophy today. -Celina, 1997.-Vol. 41.-№ 1.-P. 174- 180.

176. Norwich P. Implicit definition, analytic truth and apriori knowledge // Nous. - Bloomington, 1997. - Vol. 31.- №4. - P. 423 - 440.

177. Puntel L. B. The context principle, universals and primary states of affairs //Amer. philos. quart. - Oxford, 1993. - Vol. 30, №2. - P. 123 - 135.

178. Travis Ch. Meaning's role in truth // Mind. - Oxford, 1996. - Vol. 105, №419.-P. 451 -466.

179. Wallis Ch. Truth-ratios, process, task and knowledge //Synthese. -Dordrecht, 1994. - Vol. 98, №2. - P. 243 - 269.