Экономическая, социальная, политическая структура ацтекского общества: Доколониальная Мексика тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 07.00.03, доктор исторических наук Баглай, Валентина Ефимовна

  • Баглай, Валентина Ефимовна
  • доктор исторических наукдоктор исторических наук
  • 2001, СтавропольСтаврополь
  • Специальность ВАК РФ07.00.03
  • Количество страниц 574
Баглай, Валентина Ефимовна. Экономическая, социальная, политическая структура ацтекского общества: Доколониальная Мексика: дис. доктор исторических наук: 07.00.03 - Всеобщая история (соответствующего периода). Ставрополь. 2001. 574 с.

Оглавление диссертации доктор исторических наук Баглай, Валентина Ефимовна

ВВЕДЕНИЕ

Глава I. АЦТЕКСКОЕ ОБЩЕСТВО В ДОКУМЕНТАХ

ИСТОЧНИКАХ) И ИССЛЕДОВАНИЯХ XVI-XX ВВ.

1.1. Ацтекское общество в свидетельствах и оценках первых европейцев

1.2. Раннеколониальный период: европейские и индейские источники XVI в.

1.3. XVII в.: пролегомены ацтекского общества

1.4. Век Просвещения и ацтекская культура: pro et contra

1.5. Ацтекское общество в науке XIX в.

1.6. Исследования первой половины XX в.

1.7. Ацтекское общество в исследованиях середины-второй половины XX в.

Глава II. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ, ПОЛИТИЧЕСКАЯ И ЭТНИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ АЦТЕКОВ

2.1. Истоки этногенеза (ацтекская этногония)

2.2. История народов и культур Мексиканской долины в доацтекский период

2.3. Основание Теночтитлана

2.4. Основные этапы истории ацтеков (в контексте эволюции социально-экономической и политической структуры общества)

Глава III. ХОЗЯЙСТВО, МАТЕРИАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА И СИСТЕМА СОБСТВЕННОСТИ (ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ

АЦТЕКСКОГО ДОКОЛОНИАЛЬНОГО ОБЩЕСТВА)

3.1. Краткая этнодемографическая и этногеографическая характеристика

3.2. Собирательство, охота, рыболовство

3.3. Аграрное производство

3.4. Формы землевладения

3.5. Ремесло

3.6. Торговля

3.7. Система повинностей

Глава IV. СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА АЦТЕКСКОГО ОБЩЕСТВА

4.1. Социальная структура раннеклассового государства: некоторые проблемы теории

4.2. Знать светская и военная

4.3. Жречество

4.4. Торговцы

4.5. Ремесленники

4.6. Община и общинники

4.7. Майеки

4.8. Рабы

Глава V. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ: СТРУКТУРА ВЛАСТИ,

УПРАВЛЕНИЕ, ПРАВО

5.1. Ранние империи: характерные особенности и принципы организации власти

5.2. Тлатоани и высший уровень власти и управления

5.3. Территориальная структура и управление покоренными народами

5.4. Соционормативная культура (обычай, право, правоотношения)

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Всеобщая история (соответствующего периода)», 07.00.03 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Экономическая, социальная, политическая структура ацтекского общества: Доколониальная Мексика»

Актуальность исследования. В истории человечества значительным является период, предшествующий современному индустриальному обществу и все народы в разное историческое время проходили этот этап. В рамках данного периода происходили фундаментальнейшие процессы, складывались важнейшие социальные институты, формировались признаки, придающие тому или иному обществу как специфические черты, так и те, что делали его частью общечеловеческой истории. Понятно, почему в исторической науке сохраняется стойкий интерес к данному этапу истории человечества. Осмысление таких обществ каждым следующим поколением исследователей вносит свой вклад в их изучение, формирует свой взгляд на них. И чем дальше вглубь истории человечества уходит доиндустриальная эпоха, тем более актуальной становится потребность исследовать этот ранний период существования общества на основе новых достижений науки и нового социального опыта.

Известно, что за последние два десятка лет в отечественной исторической науке произошли серьезные изменения в теоретическом переосмыслении существовавших до этого научных подходов, касающихся доиндустриальных обществ. Некоторые, ранее казавшиеся незыблемыми теоретические положения и постулаты, будучи изъяты из казалось бы необычайно прочной научной конструкции, обрушивали всю систему построения, всю концепцию, сформулированную в связи с тем или иным обществом и с анализом эпохи в целом. Понятно, что поиск выхода из подобной ситуации необычайно актуален.

Ответ на вопрос о сущности доиндустриальной эпохи может быть сформулирован на основе анализа конкретных обществ, тем более, что сама история поставляет науке богатейший материал. Действительно, в разных регионах мира история нам оставила (а в некоторых сохранила и до сих пор) интереснейшие образцы социальных систем, социумов, имевших или имеющих то самое общечеловеческое, общемировое и специфическое, индивидуальное, уникальное. Значительное число исследуемых доиндустриальных обществ анализируется на основе данных, характеризовавших эти общества в доколониальный период, когда при полном отсутствии связей или крайне слабых контактах с более развитыми обществами, социальные процессы в них протекали в наиболее чистом виде.

Богатый материал подобного рода представляет центральная Америка доколониального периода, в частности, доколумбовая Мексика. До момента ее открытия и завоевания в начале XVI в., она представляла собой по исторической, культурной и т.п. значимости один из двух регионов доевропейской Америки (наряду с доколумбовой Южной Америкой). Неудивительно, что начиная с XVI в. момента открытия и завоевания, Мексика доколониального периода стала объектом европейской, а затем и мировой науки. В отечественных исследованиях она фигурирует сначала крайне эпизодически (с кон.Х1Х-нач.ХХ вв.), и позже, когда возможности российской науки улучшились, изучение ею доколониальной Мексики не было пропорциональным. Так, в России имеется прекрасная школа майянистики, (заслуги которой несомненны прежде всего благодаря мировой известности работ Ю.В.Кнорозова), которая привлекает все новые молодые научные силы. В противоположность этому другие народы и культуры региона оставались вне сферы активного и специального внимания ученых. Между тем, становление, развитие таких обществ как миштекское, тольтекское, сапотекское, тарасканское и др. дает богатейший материал для исследования истории доколониальной Мексики. Более того, без их изучения историческая, культурная, этническая, хозяйственная и т.п. картина этого региона будет неполной. Тем более она будет неполной без научного исследования доевропейского ацтекского общества, которое наряду с инками считалось достигшим наиболее высокой стадии развития к моменту прихода испанцев. Около пяти веков назад ацтекское государство, контролировавшее значительную часть Мексики было сокрушено объективно более прогрессивным, но, отнюдь не более гуманным обществом Старого Света.

Культура и общество, почти совершенно сметенные в считанные годы, тем не менее постоянно напоминали о себе. Всем известны огромные политико-экономические последствия для Европы открытия Нового Света, но современная Мексика - дитя не только европейской цивилизации, ее оригинальное лицо неразрывно связано с древними этнокультурными корнями, которые живы в этой земле, несмотря на зигзаги истории.

Понятно, что ответ на вопрос о сущности этого общества, стадии его развития является принципиальным. Поэтому исследование ацтекского общества, через изучение его социальной и политической структуры на основе современных подходов и взглядов может пополнить багаж научных представлений не только о цивилизациях Нового Света, но и о специфике доиндустриальных обществ в целом.

Научная новизна исследования определяется прежде всего тем, что данная диссертация является первым в отечественной науке и наиболее полным в американистике в целом, комплексным исследованием, посвященным ацтекам доколониального периода.

Впервые при анализе заявленной темы используется и вводится в научный оборот большое количество документов доколониального и раннеколониального периода. Самыми ценными из них являются пиктографические рукописи (кодексы), которые одновременно представляют собой и памятники искусства доколумбовой или раннеколониальной мексиканской истории.

Впервые используются и соответственно вводятся в научный оборот также хозяйственные, частноправовые, административные документы раннеколониального периода. Они являются интереснейшими памятниками, отражающими моменты контактов двух культур, в которых отражены не только соответствующие европейские социальные нормы, привнесенные колониальной властью, но и содержатся следы доколониальных общественных традиций.

В работе также впервые используются материалы трудов крупнейших авторов, свидетелей исчезновения ацтекской доколониальной общественной традиции - историков и миссионеров Б.Саагуна (364), Т.Мотолинии (318), Д.Дурана (186-188), Х.Мендиеты (301), Ф.А.Тесосомока (397, 398), Ф.А.Иштлильшочитля (240, 241) и др.

Практически любой из подобного рода документов является открытием для отечественного источниковедения. Попадая в сферу внимания научной общественности, эти исторические памятники сами могут стать объектом отдельного исследования.

Впервые в отечественной американистике в диссертации представлено развитие зарубежных научных исследований в области изучения крупнейшей и важнейшей цивилизации доколониальной Мексики. Выделены наиболее принципиальные подходы в исследовании ацтеков в разных исторических и политических (в том числе международных) условиях, разными научными школами и авторами. Благодаря этому создана полная историографическая панорама ацтекского доколониального общества, которая представляет интерес не только для американистов, но и специалистов в области всеобщей истории, так как появляется возможность использовать материалы диссертации (равно как и публикации автора по данной теме) для исследования историографических проблем мировой истории.

Благодаря богатой источниковой и историографической базе в работе впервые

- дана периодизация ацтекской доколониальной истории от эпохи номадизма до формирования раннеклассового государства;

- определены и освещены вопросы материальной культуры и производства ацтекского доколониального общества;

- выделены основные и наиболее характерные формы собственности (прежде всего в области землевладения);

- исследованы этнические и демографические процессы, имевшие место в доколониальной Мексике и ацтекском обществе прежде всего. С помощью использования документально зафиксированных показателей, археологических данных, свидетельств раннеколониальной эпохи воссоздается картина расселения народов, составляющих население этого государства;

- выявлена и обоснована роль города, процесса урбанизации вообще в становлении ацтекской цивилизации;

- обоснована огромная роль общины и общинных традиций в системе общественной, административной, хозяйственной и культурной (прежде всего духовной) жизни основной части населения ацтекского государства;

- исследована социальная структура в ее историческом развитии; проанализирована политическая система и организация, административный механизм ацтекского доколониального общества;

- освещены вопросы соционорматики, взаимосвязь обычая, обычного и раннего права;

- выявлена (на основе конкретных примеров) огромная роль религиозно-мифологической традиции в социальной и политической жизни ацтекского государства, в оформлении его конкретно-исторической специфики.

В целом, изучение ацтекского общества в учетом современных подходов позволит пополнить багаж научных представлений отечественной науки о раннеисторических обществах как мировом явлении.

На защиту в качестве цели исследования выносятся следующие положения:

- Обосновать сущность и характер ацтекского общества как раннеклассового государства, «мировой империи», олицетворяющей апогей экономических, социальных и политических процессов, протекавших в Мексике в доколониальный период.

Показать ацтекское общество как составляющую часть доколониальной центрально-американской истории, в которой в концентрированном виде сохранились, пережив столетия, основные принципы общественной жизни, характерные культурам и цивилизациям региона в целом.

- Определить место и роль ацтекского общества в доевропейской американской (индейской) и мировой истории.

Объектом исследования в свете вышесказанного является ацтекское доколониальное общество, предметом научного анализа - состояние и закономерности функционирования социальной и политической структуры в контексте истории и экономики этого общества.

Осознавая многогранность и сложность темы, невозможность в рамках одной работы полноценно отразить всю совокупность проблем связанных с ацтекским обществом, автор ограничилась кругом вопросов, составляющим основу для реализации поставленной цели исследования. Другие проблемы (культурные, религиозные и т.д.) лишь обозначены в связи с рассматриваемой темой (хотя в научных публикациях автора они отражены).

Исходя из приведенного выше, в качестве конкретных задач исследования выделяется следующее:

- Определить источниковедческую базу предмета исследования.

Проследить развитие научных исследований, посвященных ацтекскому обществу, в частности, изучению его социальной и политической структуры, начиная с XVI в.

- Рассмотреть процесс исторического развития ацтеков с момента их появления в Мексике и до прихода испанских завоевателей в тесной связи с историей народов, культур, обществ и цивилизаций, как современных им, так и предшествующих.

- Исследовать материальную, производственную, экономическую базу доколониальной Мексики как основу развития общественных процессов.

- Выделить этапы развития социальной структуры ацтеков, ее черты и характерные особенности.

Охарактеризовать систему политической организации, административную систему ацтекского общества.

Источники. Исследование доколониальной Мексики и собственно ацтеков возможно благодаря разнообразным, хотя и неравноценным по объему и значимости источникам.

Это прежде всего письменные свидетельства, принадлежащие европейским и индейским авторам раннеколониального периода. Самая ранняя информация об ацтеках относится к эпохе Консисты. Разного рода отчеты, письма, «истории» и т.п. оставлены Э.Кортесом (169) и рядом его соратников и современников - Б.Диас (15), А.Тапиа (394), Ф.Агилар (45), А.Суасо (424) и др. Особый интерес вызывают исторические сочинения XVI-Ha4.XVII вв., принадлежащие авторам индейского происхождения -Ф.А.Тесосомок (397, 398), Ф.А.Иштлильшочитль (240, 241), Д.Муньос Камарго (319) и некоторые другие, - поскольку их мировоззрение сформировавшееся в эпоху контактов двух культур (европейской и индейской), специфическим образом отразилось и на освешении ими реалий доколониального ацтекского прошлого. Большая группа авторов XVI-нач-XVII вв. в лице Б.Саагуна (364), Т.Мотолинии (318), Д.Дурана (186, 187, 188), Х.Торкемады (401-402) и др. имели духовный сан, преследовали миссионерские цели, что также повлияло на их оценки ацтекского прошлого. В архивах (главным образом Мексики и Испании) хранятся документы раннеколониального периода, содержащие короткую информацию о доиспанском периоде истории ацтеков, их общественной и хозяйственной жизни, этнических связях и т.п. Все они составлены авторами имена которых не всегда известны. Сведения, собранные в данных документах предполагалось использовать колониальными властями в целях наиболее эффективной эксплуатации новых земель. Среди подобного рода работ представляют интерес целый ряд документов: донесение о поселениях, подчиненных сеньории Тлакопан.» (300), «Анонимное сообщение, описывающее распределение земель.» (348), «Сообщение Бартоломе де Сарате.» (350) и др. Данные о традиционной нормативной культуре ацтеков доиспанского периода содержатся в некоторых частноправовых документах этого времени, поскольку в них переплетались доевропейские и испанские нормы. В работе используются несколько документов, связанных с гражданскими и уголовными делами - «Завещание Мигеля Осомы.» (277), «Завещание Хуана Рафаэля Тлакочкалкатля» (396), «Кодекс о процессе в Куаутитлане» (15 2) и др.

Следующую группу источников составляют так называемые кодексы, относящиеся главным образом к XVI в. (реже к нач. XVII в.). Задолго до испанского завоевания ацтеки создали свою систему фиксирования событий, представляющую собой смесь пиктографики (передача информации с помощью рисунков) и зачаточной иероглифики (в топонимике и именах собственных). В раннеколониальный период некоторые из кодексов были снабжены интерпретацией (объяснением) на европейских языках (чаще испанском) или науатль (языке ацтеков) с использованием латиницы. В качестве писчего материала применялась оригинальная индейская бумага, выделанная кожа, холст. В кодексах фиксировались разные сведения -хронология, ритуалы, генеалогия, размеры землевладений, планы поселений и др. (отсюда их соответствующее разделение). В диссертации используются данные из кодексов исторического содержания, таких как «Кодекс Ботурини» (147), «Кодекс Аскатитлан» (146), «Кодекс на кресте» (149), «Кодекс Шолотля» (159); информация хозяйственного характера имеется в «Списке дани» (299), «Кодекс Мендосы» (150) и др.

Кроме письменных источников, в диссертации учитываются в качестве дополнительных свидетельств, некоторые памятники искусства и материальной культуры доколониального периода, предметы культового назначения (прежде всего это знаменитый Камень Солнца). Это позволит лучше понять ацтекское общество и своеобразие мировоззрения, господствовавшего в нем.

Подробный анализ источников дается в гл.1 данного диссертационного исследования.

Специальная историография. История изучения ацтекского доколониального общества требует учета факторов, влияющих на мировоззренческую позицию автора (а значит и на его оценку объекта исследования) - личность исследователя (социальный статус, уровень образования и др.), политической, идеологической ситуации в том или ином государстве и даже международного положения. В основе историографического анализа также используется хронологический принцип, который позволяет выявить наиболее характерные оценки ацтекского общества в определенном временном промежутке, а также отмечать возможные черты преемственности в научных исследованиях. В диссертации используются работы на русском, испанском, английском, французском, немецком языках (424 названия).

Самые ранние попытки дать характеристику ацтекскому доколониальному обществу относятся к авторам эпохи Конкисты и в целом XVI в. В это время сложились две основные оценки вновь открытой культуры: в основном положительная (за исключением обвинения в «грехе язычества») и отрицательная («варварское общество»). Данные подходы с теми или иными вариациями повторялись в исследованиях последующего периода. Для авторов XVI в. характерно также восприятие ацтеков и их общества в соответствии со стереотипами и представлениями позднего средневековья: ацтеков то изображали «благородными дикарями», то сравнивали с мусульманами, то сопоставляли с миром европейских народов (сравнение ацтекских правителей с императорами, королями, жрецов — с христианскими священниками и т.п.).

В XVII в. период более чем в сто лет, прошедших со времени открытия Нового Света, не могли не отразиться на изменении подходов в анализе ацтекского общества. В это время наряду с инерцией негативной оценки культуры, столь хорошо известной по предыдущему периоду, появились и свидетельства признания ее, и, что важно, с попыткой использования данных науки того времени, а не только эмоций. Исследователи и авторы Мексики и Испании на уровне европейских знаний XVII в. дали первую развернутую картину истории и общественной жизни ацтекского общества; особое внимание они уделяли этногенетическим проблемам: история доколумбовой Мексики изображалась как история контактов народов и культур. В XVII в. больший интерес, нежели ранее, к истории доколониальной Мексики стали проявлять исследователи третьих стран.

В XVIII в. изучение ацтекского общества, оценка его сущности, нередко находились под влиянием международной ситуации, обстоятельств внутриполитических. Так, в Англии XVIII в. неприязнь к Испании, как политическому противнику, нередко переносилась и на оценки ацтекской культуры и общества: большая часть исследователей занижала уровень достижений ацтеков в области материальной культуры, приравнивая стадию их общественного развития к племенному строю (наряду с традиционными обвинениями их в природной ленности и греховности). Лишь немногие английские, французские и итальянские исследователи видели доказательства более высокого уровня развития доколониальной Мексики - отмечали в ацтекском обществе разделение труда, социальное неравенство, наличие развитых общественных традиций и институтов. В самой Мексике под влиянием идей Просвещения распространялись взгляды, воспитывающие уважение к доиспанскому прошлому страны. Исследователи изображали ацтекское доколониальное общество разделенным по признаку неравенства, опирающимся на крепкую экономику и руководимым сильным правителем.

Первая половина XIX в. характеризуется пробуждением интереса к археологии Мексики. С XIX в. крупным центром исследований доколониальной Мексики становятся США. При оценке ацтекского общества с перв.пол.Х1Х в. здесь сложились три основные точки зрения. Первая исходила из идеи высокоразвито сти ацтекского общества. Приверженцы второй точки зрения ставили ацтеков на один уровень развития с племенными народами. Третий подход был промежуточного характера.

Как известно, во втор.пол.Х1Х в. в исторической науке одним из господствующих становится эволюционизм. Л.Г.Морган (28) на основе научного анализа пришел к выводам, оказавшим серьезное влияние на значительное число исследователей кон.Х1Х-нач.ХХ вв. Стадию развития ацтекского доколониального общества он определял как позднеродовую военную демократию (сходную стадии развития ирокезов и пуэбло в Северной Америке): он распространил выводы, полученные им на основе изучения обществ североамериканских индейцев на цивилизацию Мексики. В результате такого подхода ацтекские доколониальные правители, о могуществе которых единодушно сообщали раннеколониалъные авторы и хроники, были низведены до положения племенных вождей, их дворцы приравнены к общинным домам, а столица Теночтитлан из города превратилась в большое родовое поселение. Естественно, что среди ученых разных стран нашлись как стойкие его последователи (особенно в США), так и противники (прежде всего в Мексике).

Наибольшее внимание в диссертации уделяется исследованиями сер.-втор.пол. XX в. как наиболее полно отражающим современное состояние проблемы. Ведущими центрами изучения ацтекского общества в настоящее время являются Мексика и США. Исследования ведутся по очень широкому кругу проблем. Дается анализ традиционного хозяйства (с привлечением последних данных археологии). Через этноархеологические изыскания доказывается непрерывность культурного развития в Мексиканской долине (центре ацтекского государства). Традиционно мексиканские ученые лидируют в источниковедческих и историографических исследованиях, изучении главнейших принципов организации духовной жизни (важных при анализе социально-политических проблем).

Доколониальное прошлое Мексики в настоящее время, как и ранее, привлекает внимание исследователей разных стран. Значительное их большинство не ограничивается общим описанием ацтекского общества, а занимается скрупулезным анализом узловых пунктов его хозяйственной, социальной, политической структуры, изучением систем товарообмена, объемом выплаты дани и принципов ее организации, исследованием поземельных отношений, традиционной соционорматики и др. В настоящее время в исследовании ацтекского общества зарубежными учеными можно выделить несколько подходов. Значительное большинство американистов определяют его как стратифицированое, где была знать, владеющая землей, где торговлей занимался особый клан торговцев, где были общинники и рабы, где существовало «аристократическое», «автократическое» управление (чаще - «монархическое», реже - «теократическое», по их терминологии), где ведущую роль играла территориальная (сельская, городская) община. В целом по их оценкам это доколониальное общество находилось на взлете своего исторического развития, прерванного Конкистой. Преподаватели второй группы ученых выделяются скорее не итогом своих исследований (в конечном счете они могут придерживаться той же концепции о сущности ацтекского общества, что и вышеназванные), а по теоретической и методологической основе, ими используемой. Имеется в виду использование фрейдизма и неофрейдизма П.К.Падден (331), И.Николсон (320), И.И.Ромероваргас (359), Е.Дель Рио (179) или теории энтропии весьма специфическим образом применяяемым к анализу ацтекского общества (К.Дюверже - 193, 194, 195). Третью группу (немногочисленную) составляют исследователи, опирающихся на марксистскую теорию - Ф.Катц (248, 249), Е.Е.Эрнандес (224), У.Шлентер (371), У.Захсе (363).

В отечественной литературе исследование ацтекского общества занимало незначительное место, в то время как изучение майя Ю.В.Кнорозовым, Р.В.Кинжаловым, В.И.Гуляевым имеет международное признание. Тем не менее, их исследования оказали огромное влияние на тематику и содержание представленной диссертации. Особенно полезными оказались анализ В.И.Гуляевым месоамериканского города (12, 13), выводы Р.В.Кинжалова по материальной культуре (19-21), исследования Ю.В.Кнорозовым этногенетических процессов в доацтекский и раннеацтекский период (22). Автором диссертации кроме того, учтены и используются исследования современных отечественных ученых, исследующих культуры и цивилизации Южной Америки - В.А.Башилова (3,4), Ю.Е.Березкина (5, 6), Ю.А.Зубрицкого (17), С.А.Созиной (37), И.И.Магидович (26), Л.Ю.Слезкина (36). Особое внимание обращено на данные, содержащиеся в исследованиях М.С.Альперовича и Л.Ю.Слезкина, посвященных закономерностям этноконтактов раннеколониального периода (1).

Историографический анализ показывает, что представление о месте и роли ацтеков в истории и культуре человечества, определение уровня, стадии развития их общества менялись, начиная с момента первых контактов Старого и Нового Света, при этом чисто оценочный подход со временем трансформировался в научный. И в настоящее время можно наблюдать наличие разных точек зрения, основанных на разных теоретических и методологических принципах. Все они в той или иной форме находят свое отражение как в специальной историографической главе (см.гл.1), так и в соответствующих разделах диссертации, посвященных анализу конкретных сторон жизни ацтекского доколониального общества.

Методология и методика исследования. Изучение такого сложного объекта как ацтекское доколониальное общество, требует от исследователя понимания глобальных общественных процессов, владения необходимыми методиками анализа и обобщения материала. Научная разработка проблем должна основываться не только на осмыслении конкретно-исторического материала, который, безусловно является основой, но и опираться на определенные теоретические ориентиры. Между тем, как известно, ситуация в науке касающаяся ранней истории, в частности, ее теоретическом осмыслении, остается не самой благоприятной, хотя публикаций выходит достаточное количество.

Из значительного числа исследований теоретического характера посвященных древней истории примечательной, как кажется, является' недавняя работа И.М.Дьяконова и В.А.Якобсона «Гражданское общество в древности» (ВДИ, 1998, №1). Не в последнюю очередь серьезный научный авторитет, каковым обладают эти исследователи, позволил им открыто заявить о сути и состоянии теоретического осмысления древних обществ в современной, прежде всего отечественной науке. Как следует из их анализа, она находится на такой стадии, что в обозримом будущем надежды на «создание единой общепринятой теории» не имеется: стадиальный (формационный) подход многим теперь кажется устаревшим (из-за стремления к широким обобщениям) и заменяется цивилизационным, у которого, однако, свои недостатки (отказ от всяких обобщений, игнорирование очевидных общих черт многих цивилизаций). В итоге, для отечественных историков сейчас характерен «эклектический подход» в построении теории древнего общества; он отчасти и неизбежен, однако при этом требуется сочетание эклектики со строгим учетом фактов, недопущение искажений в угоду каким-либо теориям. Поэтому, нет причин «для отказа ни от формационного, ни от цивилизационного подхода. Первый из них позволяет выявить общие черты и различия в обществах древности, а второй эти различия уточняет и объясняет». Один из самых идеологически актуальных вопросов в связи с этим - влияние марксизма на историческую науку. Надо сказать, что отказ от марксистских позиций не вызвал широких дискуссий (отдельные публикации не меняют картины). Марксизм не столько оспорили, сколько замолчали. Почему - понятно: сегодня марксизму трудно противопоставить что-либо солидное, способное занять место этой хорошо продуманной мировоззренческой системы, даже такой привлекательный для некоторых коллег «современный доброкачественный релятивизм».

В свете только что отмеченного, многие основанные на обширных исторических данных методологии (в том числе и марксистской) труды имеют рациональные идеи и подходы к истории. В диссертационном исследовании используются те из них, которые соответствуют предмету исследования, особенностям фактического материала. Полноценное исследование социально-экономических, политических, специальных этнологических проблем древнего общества возможно лишь при комплексном подходе и использовании достижений различных школ и направлений. Но только конкретно-историческое исследование должно быть основой теоретических обобщений, а не наоборот. В данной работе, которая во многом носит историко-этнографический характер сочетаются методы конкретно-исторического, сравнительно-исторического, статистического анализа и т.д.

В соответствии с данными методологическими установками, в диссертации используются в качестве общих теоретических положений выводы, содержащиеся в исследованиях отечественных и зарубежных ученых и отражающие проблемы, касающиеся как сущности древних обществ в целом (и древневосточных, в частности), так и американских и месоамериканских в особенности, составной частью которых являлась ацтекская цивилизация.

Хронологические рамки диссертации. Временные рамки диссертационного исследования обусловлены периодом существования ацтекского общества и цивилизации (XII в. - 1519 г.). «Нижняя» граница исследования определяется временем появления ацтеков - номадов (бродячих охотников и собирателей) в Центральной Мексике (Мексиканская долина), «верхняя» - началом испанского завоевания. Используемое иногда в диссертации понятие «древний» имеет типологическую, а не хронологическую окраску, поскольку по общемировой хронологии анализируемое ацтекское общество привязано к средневековью.

Локальные границы исследования. История и экономика, социальная и политическая структура и организация ацтекского доколониального общества анализируются с учетом территории, которую оно занимало накануне испанского завоевания. Это большая часть современной центральной Мексики и сопредельных земель, крайними точками которых являлись: восточный Веракрус на побережье Атлантики, современный западномексиканский штат Герреро; на юге граница проходила по линии перешеек Теуантепек, Гватемала, Юкатан; центром была Мексиканская долина.

Практическая значимость диссертации. Предложенный в диссертации материал, содержащийся в ней анализ исследуемых проблем и выводы могут быть использованы научными работниками, преподавателями при подготовке лекционных курсов и работ по истории раннего и средневекового общества, истории географических открытий, обычному и древнему праву, этнографии и религиоведению.

Апробация работы. По теме диссертации и смежной с ней проблематике автором издана монография (издательский грант РГНФ за 1996 г.), а также ряд статей, глав в коллективных сборниках общим объемом около 60 авторских листов. По отдельным аспектам темы автор выступала на нескольких конференциях (среди последних - Всероссийский симпозиум по американистике, январь 1999 г., Москва; III Конгресс этнографов и антропологов России, июнь 1999 г.; Первая научная конференция «Кнорозовские чтения», октябрь 1999 г., Москва, РГГУ). Данные диссертационного исследования использовались и используются автором при чтении лекционных курсов на историческом факультете Кубанского государственного университета и факультете традиционной культуры Краснодарского государственного университета культуры и искусств.

Структура диссертации. Работа построена по проблемному принципу и состоит из Введения, пяти глав, Заключения, библиографии.

Похожие диссертационные работы по специальности «Всеобщая история (соответствующего периода)», 07.00.03 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Всеобщая история (соответствующего периода)», Баглай, Валентина Ефимовна

Основные выводы.

Анализ различных моделей территориального устройства раннеклассовых обществ приводит к выводу, что ни одна из них в чистом виде здесь не применима. Ацтекская система территориальной организации и управления сложились в результате синтеза собственных традиций и тех норм, которые существовали в Центральной Мексике еще до появления ацтеков. В то же время, значительная доля общеисторических закономерностей, наблюдавшихся в Старом Свете, применима и к ацтекам. В частности, учитывая высокую степень развитости системы управления и -власти, внушительность территории, характер проходивших этнических процессов (направленных на консолидацию различных народов), ацтекское государство можно определить как империю. В данном отношении она является параллелью Новоассирийской державе и государству инков.

Верховная власть (административная, военная, религиозная) олицетворялась правителем-тлатоани. Она имела сакральный характер (вплоть до появления зачатков прижизненного культа правителя). Политический режим ацтекского государства можно определить как восточная деспотия.

В ацтекском обществе, сложилась достаточно четкая система государственного управления. Вертикаль возглавлял тлатоани. Вторым по важности человеком был сиуакоатль (хозяйственные, административные и судебные функции). К высшему уровню воласти принадлежал Совет четырех (высший совещательный орган при тлатоани). Средний (региональный) уровень власти составляли 38 «провинций» (политико- и этно-территориальных областей), имевших разную степень зависимости от центра (безусловно привилегированным было положение основателей Тройственного союза - Теночтитлана, Тескоко и Тлакопана). Нижний (местный) уровень власти образовывали общинные структуры. Дуализм государственных и традиционных структур - органическая черта системы власти Тройственного союза, который, однако, к кануну Конкисты уже определялся как Мешикайотль («власть мешиков». ацтеков).

Соционормативная культура в ацтекском обществе проявлялась как в обычае, так и в санкционированных государством нормах права, отвечающих потребностям раннеклассового государства. Нет оснований говорить о дифференциации видов права, скорее, это было своего рода «совокупное право», где гражданские, уголовные, международные и т.д. нормы сосуществовали только в форме зачатков. Право носило сословно-классовый характер (отсутствие равенства перед законом, наличие специальных сословных судов). В ацтекском институте судопроизводства имели место как горизонтальные правовые связи (решение дел без участия государства на уровне общины), так и вертикальные-(е участием государственных органов и должностных лиц). В последнем случае это были суды разных инстанций (вплоть до Совета четырех и тлатоани).

Давая оценку сущности права можно сказать, что здесь мы имеем дело с этико-правовыми нормами, в которых переплетались законы писанные и неписанные, санкционированные государством и рожденные еще в эпоху родового коллективизма. Этико-правовые нормы, а не просто право и составляли основу соционормативной культуры ацтекского государства.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Главной целью настоящего исследования было проанализировать процесс формирования ацтекского государства, его особенности, и вместе с тем, показать развитие этого общества как представляющего собой часть мирового социально-политического и исторического процесса. С учетом конкретных выводов, сделанных к каждой главе диссертации, здесь отметим те положения, которые касаются определения типологической принадлежности ацтекского доколониального общества и государства. Мы считаем, что оно было раннеклассовым государством восточного типа. Это подтверждает как характер его возникновения и развития, так и состояние на момент первых контактов с европейцами.

Современная наука исходит из того, что возникновению государства и государственных властных структур накануне вторичных формаций способствовал целый комплекс необходимых условий, которые можно считать общими условиями формирования раннего государства.

Прежде всего это оптимальная экологическая среда, являющаяся исходным фактором первостепенной важности. В ранний период человеческой истории такие благоприятные условия складывались в районах с теплым климатом и плодородными землями. Предпринятый в работе анализ подтверждает, что географические рамки территории, которую занимали ацтеки и покоренные ими народы, соответствовали этому необходимому экологическому условию.

Следующий важный фактор связан с достижением обществом определенного уровня производства, прежде всего достаточной степени освоения потенциальных ресурсов природь1, регулярного обмена, трудовой кооперации и, как итог, появление избыточного продукта. Подобное исследование материального производства и экономики ацтекского доколониального общества подтверждает наличие и этого фактора.

Еще одно важнейшее условие возникновения государства и его структур связано с достижением определенного демографического показателя, прежде всего, плотности населения. Последняя, достигнув критической точки и порождает условия, способствующие ускорению процессов социально-политической интеграции общин, составляющих данный регион; они же необходимы и для возникновения надобщинных (т.е. государственных) структур. Как видели, и этот фактор наличествовал в ацтекской истории.

Но перечисленным не исчерпывалась картина как становления, так и своеобразия самого ацтекского доколониального государства, сформировавшегося с учетом данных условий. Мы считаем, что наиболее точным критерием, определяющим характер общества и государства, является система собственности и отношения, складывающиеся по отношению к ней. В ацтекском доколониальном обществе, как восточного типа государстве (прекрасно изученного отечественными востоковедами) собственность была сочленена с властью. В нем власть (владение) рождали понятие и представление о собственности, собственность рождалась как функция владения и власти. Власть и собственность были неразделимы, нерасчленимы: это - власть-собственность. Поэтому у ацтеков по наследству могла быть передана должность с ее правами и прерогативами (включая и высшую собственность правителя-тлатоани).

Все это сказывалось на природе, роли и месте узлового звена в социальной структуре ацтекского общества, общине-кальпулли: она теряла свои исключительные права владения угодьями и продуктом с них и вынуждена была делить эти права с теми, кто в силу причастности к власти мог претендовать на долю ее имущества, начиная от регионального вождя (превращенного государством в администратора), которому верховный правитель-тлатоани передавал часть своих высших прерогатив и кончая общинным старейшиной, все более превращавшимся в чиновника аппарата администрации.

В области правоотношений это приводило к появлению в ацтекской соционорматике широко известного в раннеклассовом обществе феномена множественности прав или перекрывающих друг друга владельческих прав: одна и та же земля (а точнее, право на продукт с нее) принадлежала и обрабатывающему ее общиннику-масеуалу, и общине в целом, от лица которой выступал распределяющий угодья старейшина и региональному администратору, и верховному собственнику-тлатоани. Отсюда, используемые понятия «коллективная», «частная», «общинная», «храмовая», «служебная» и т.д. собственность, во многом условны. По причинам множественности прав, поскольку земля не являлась частной собственностью и принадлежала всем, совершенно естественно, что каждый получал свою долю дохода от нее, причем, в строгом соответствии с той долей власти над ней, которой реально располагал.

Описанная система власти-собственности, как экономическая основа ацтекского доколониального общества, исторически складывалась на основе внедрения в формирующемся государстве важнейших нововведений, определяемых востоковедением как появление и рост престижного потребления, а также так называемой тенденции к приватизации.

В самом деле, предпринятый выше анализ экономических основ ацтекского государства показывает, что оно строилось по линии постоянного роста престижного потребления. Этот рост был неизбежен и связан с усложнением социальной структуры. Действительно, формирование в определенный момент в ацтекском обществе степеней знатности (рангов, титулов, чинов и -т.п.), выражалось в возможности и праве носить в соответствии со степенью знатности дорогие одежды, потреблять лучшую пищу и т.п. Последнее требовало соответствующего уровня их поддержания в глазах соплеменников. Это в свою очередь, как видели, способствовало формированию и усложнению системы услуг, технологического разделения труда (например, появление разных специализаций в структуре ремесленного производства, для обслуживания прежде всего социальной верхушки, ее престижного потребления).

Совершенно естественно возникал вопрос об источнике престижного потребления. В ацтекском доколониальном обществе их было два. Первый -это щедрость тлатоани. Она требовала обратной связи в форме преданности подданных, выражающейся в виде военных^ экономических, идеологических и иных услуг (при характеристике социальной структуры отмечалась роль и функции в этом отношении всех социальных групп ацтекского общества). В начальный период становления государства это выглядело как реципрокация, (т.е. взаимообмен, равноценный обмен услугами и избыточным продуктом). Однако со временем она становилась все более асимметричной превращаясь в иную разновидность - редистрибуцию, в основе которой не идея взаимного обмена социальными услугами и избыточным продуктом (правителя и подданных), но идея их перераспределения. Это выглядело следующим образом: ацтекский правитель-тлатоани перераспределял из казны (амбаров, складов как сфер централизованной редистрибуции) избыточный продукт (в разных формах - продукты питания, изделия ремесла и т.п.; правда, сама эта избыточная продукция, это понятно, появилась в результате добровольно-обязательных даров, податей, общественных работ и т.п.). Редистрибуция по своей природе асимметрична: перераспределение не всегда было построено на учете принципа равноценности услуг и продукции и, как правило, было в пользу верхушки ацтекского общества и прежде всего тлатоани. Но эта асимметричность компенсировалась в идеологической, религиозной сфере: ацтекский тлатоани, как носитель сакральности, как связанный с вышним миром, выполняя религиозные обряды и ритуалы, в соответствии с традиционными представлениями (характерными, впрочем многим раннеклассовым обществам) магическим образом обеспечивал природное плодородие и процветание общества в целом и каждого его члена. Таким образом, в ацтекском раннеколониальном обществе сакральность и редистрибуция были не просто связаны друг с другом, но переплетены и взаимосвязаны, что проистекало из сакрального характера власти правителя.

Вместе с тем, принцип реципрокации на этом этапе, этапе раннеклассового государства, не исчез полностью, поскольку у ацтеков сохранялась традиция дарения как показатель щедрости правителя и его могущества. Сама щедрость правителя, в свою очередь, являлась сакральной, священной и связана не с личностью конкретного правителя, а с его должностью. Поэтому в источниках, относящихся к ацтекской доколониальной истории непрерывным потоком идут описания разного рода церемоний и церемониальных подношений. Но все эти подношения являлись своего рода податью, ибо отсутствовала свобода выбора (дарить или не дарить). Подобного рода дарения вышестоящему (прежде всего тлатоани), содержали по существу элементы налогообложения, а со стороны правителя дар был вознаграждением за службу (разного вида).

Второй источник роста престижного потребления — активная и в целом успешная внешняя (главным образом военная) политика тлатоани. Расширяя границы своего государства, территорию Тройственного союза, увеличивая его население и богатства, тлатоани обязывал покоренное население выплачивать в знак, зависимости определенную дань, которая была источником щедрости правителя. Иначе говоря, второй источник престижного потребления и его роста во многом определял первый, щедрость тлатоани.

Следующим (после роста престижного потребления) важнейшим экономическим новшеством на этапе формирования экономических основ ацтекского раннеколониального государства была так называемая приватизация. Она предполагала: 1. приватизацию материальных продуктов; 2. приватизацию людей; 3. приватизацию выгод от служебного положения.

Принципиально важно то, что первоначально в процесс приватизации в той или иной форме были вовлечены все представители верхушечного слоя общества.

Действительно, постоянное увеличение территории Тройственного союза, собираемой дани, позволяло тлатоани уже от своего имени отдавать эти земли (как в виде участков, так и целых областей) в своего рода «кормления» нужным, преданным ему людям (в источниках много сообщений об этом). По нашему мнению это не в последнюю очередь было вызвано неразвитостью товарно-денежных отношений, в результате чего практика редистрибуции имела форму натурального обмена.

На первом, начальном этапе развития приватизации доход с этих территорий принадлежал новому владельцу частично (как видели, значительная доля шла в государственную казну - амбары, склады, располагавшиеся по всей территории государства, содержимое которых использовалось в том числе и в экстренных случаях). Однако при отсутствии развитой бюрократии и учета, создавались благоприятные условия для того, чтобы доход становился объектом присвоения со стороны нового владельца или администратора. Более того, расширение территории (которое, как отмечалось, не всегда сопровождалось пропорциональным усилением государственной власти и чем дальше от столицы, г.Теночтитлана-Мехико, тем она меньше ощущалась) этот новый владелец (который не редко, а даже чаще, был военным, занятым в операциях в новых районах) мог передавать земли (сбор дани с нее) иным субъектам или лицам обрабатывающим эту землю, в том числе, представителям местной верхушки, покоренной в результате завоевания и признавшей власть ацтеков, приближенным и т.п. Вследствие всего этого создавались условия для возникновения многоступенчатой иерархической структуры, причастной к источнику приватизации. Таким образом, в систему приватизации материальных продуктов постепенно вовлекались значительные массы и она стала пронизывать все ацтекское доколонииальное общество. Об этом говорят, например приводимые факты сурового наказания за казнокрадство.

Тенденция к приватизации проявлялась не только в формировании условий для приватизации господствующим общественным слоем продуктов материального производства. Развитие ацтекского социума эпохи раннего государства приводило к тому, что этот господствующий слой со временем обретал право распоряжаться и людьми, которые производят продукты материального производства или услуги и находятся под их властью (например, общинники-масеуалы, майеки, рабы). Выше, при анализе соционорматики, мы отмечали факты «несправедливого закабаления».

Наконец, можно предполагать, что тенденция к приватизации проявлялась и в традиции использования выгод служебного положения администраторами любого уровня. Практически каждый на своем месте имел возможность выйти за пределы строгого выполнения должностных обязанностей, с тем чтобы позаботиться об улучшении собственного материального положения.

Итогом приватизации в ацтекском о.бществе стало появление излишков материального производства. Первоначально они концентрировались на надобщинном уровне: ими пользовалась все-таки главным образом социальная верхушка. Однако анализ торговообменных отношений в Тройственном союзе показал, что со временем в них вовлекались все социальные слои и не последнюю роль здесь играла приватизация во всех охарактеризованных выше формах и видах. И как окончательное следствие этого - изменение характера земледельческой общины-кальпулли, являвшейся ядром общества, дифференциация ее членов. Хотя, как видели, это-происходит крайне медленно и постепенно.

Иными словами, в ацтекском доколониальном обществе создавались условия для развития частнособственнических отношений. Однако подобные традиции развивались здесь, как и в других восточных обществах, в противостоянии с враждебной им административно-командной структурой, которая определялась как «восточная деспотия» (по Гегелю) или «азиатский (государственный) способ производства» (согласно историко-материалистической терминологии). Здесь государство стояло над экономикой: тон задавал не рынок, а команда сверху, административный указ. Но это совсем не означало, что власть государства была абсолютной. Как мы считаем, и проанализированный материал это подтверждает, здесь имело место сочетание государственной и частной форм хозяйства при ведущей роли первой (торговля при всей ее специфичности служит подтверждением этому).

Как видели в историографическом обзоре, некоторые исследователи считали Тройственный союз рыхлым объединением слабо связанных завоеванных ацтеками территорий. Мы убеждены в обратном - это общество и государство было жизнеспособным и • подобно другим восточного типа государствам имело комплекс защитных институтов, хорошо изученных в подобного типа обществах - обязательный реципрокный обмен, централизованная редистрибуция (избыточного продукта и труда коллектива), сакрализация правителя-тлатоани, появление престижного потребления (правящих верхов), формирующаяся практика социального принуждения и безусловно огромная роль всей системы идеологического обоснования существующего положения; как вечного и единственно возможного, опирающаяся на привычные моральные и религиозные установления. Такая социально-экономическая система успешно действовала. Она была жизнеспособна тогда, когда был силен центр. А он в ацтекском доколониальном обществе был силен - обеспечивал стабильность и, следовательно, определенность и предсказуемость событий.

Предлагаемый вариант формирования ацтекского доколониального государства требует в качестве Необходимого условия его появления социального расслоения. Однако нельзя не указать и на то, что наряду с этим своего рода классическим положением, предполагающим синхронность процессов классо- и политогенеза, в частности, в отечественной науке собраны данные, указывающие на возможность опережающего характера процесса государствообразования по отношению к классообразованию. Это прежде всего известные исследования Л.Е.Куббеля, посвященные изучению африканской Сонгайской державы. Подобная асинхронность являлась результатом специфического сочетания внешних и внутренних факторов развития при преобладающей роли внешнего. В случае с Сонгайским государством это внешняя торговля. В результате сложилось государство, которое можно назвать огромной внешнеторговой надстройкой над обществом, в котором процесс классообразования находился еще на ранней стадии (и проходил под влиянием преимущественно внешних условий), в то время как политогенез осуществлялся через монополию функций общественного управления общинной верхушкой. Иными словами, возможно зарождение государства при отсутствии частной собственности на основные средства производства (а для доколониальной Африки это являлось скорее нормой, чем исключением; см.ЗЗ). - ,

Не только африканский материал, но и исследования по другим регионам мира постепенно привели к накоплению данных для более широкого подхода к проблеме политогенеза, классогенеза, государствообразования, эволюции потестарно-политических структур и путей перехода от предгосударственных форм традиционного общества к государственным. Можно утверждать с большой степенью уверенности, что в исследуемом ацтекском доколониальном обществе роль важного внешнего фактора политогенеза играло его военйюе противостояние с соседними народами и городами-государствами. Формирование системы государственных органов происходило у ацтеков и под влиянием структур управления, имевшихся у народов, покоренных ими и имевших в целом ряде случаев более высокий уровень социальной организации (г.Аскапотсалько, г.Тескоко и др.). В результате монополию функций общественного управления закрепила за собой ацтекская военная верхушка (что подтверждает анализ особенностей аппарата управления, в частности, центральных структур). Все сказанное отчасти объясняет и быстрые темпы социального развития ацтеков - они использовали прямо или опосредованно опыт предшествующих великих культур доколониальной Мексики (ольмекской, теотиуаканской, тольтекской и др.). И тем не менее, это не меняло существа и характера направления, магистральной линии формирования классов и государства в ацтекском доколониальном обществе - военный путь политогенеза сочеталея с эволюционными процессами классо- и государствообразования, где огромная роль принадлежала проанализированному экономическому характеру. А это значит, что в процессе эволюции. были в системе управления и социальной структуры промежуточные формы, сочетавшие государственные и догосударственные системы (весьма заметные в ацтекском обществе).

Таким образом, если исходить из известного положения о том, что при формировании раннего государства возможны две основные модели развития экономики (а вместе с ней и модели самого общества) — через развитие частной собственности или власти-собственности, то ацтекская, как и большинство ранних экономик, была вариацией второй. И как уже отмечалось, это было восточного типа общество, с не завершившимся процессом классообразования, с сильнейшими сословными различиями, аналоги которого существовали как в древности, так и средневековье.

Список литературы диссертационного исследования доктор исторических наук Баглай, Валентина Ефимовна, 2001 год

1. Альперович М.С., Слезкин Л.Ю. Нации Латинской Америки. Формирование, развитие. М., 1964.

2. Афанасьев В.Л. Нарративные источники по истории открытия и завоевания Нового Света. От Аляски до Огненной Земли. М., 1967.

3. Башилов В.А. Древние цивилизации Перу и Боливии. М., 1972

4. Башилов В.А. «Неолитическая революция» в Центральных Андах. М., 1999.

5. Березкин Ю.Е. Мочика. Л., 1983.

6. Березкин Ю.Е. Инки. Исторический опыт империи. Л., 1991.

7. Бродель Ф. Материальная цивилизация (пер. с франц.). Т.1. М., 1986.

8. Вайян Дж. История ацтеков (пер. с англ.). М., 1949.

9. Вавилов Н.И. Великие земледельческие культуры доколумбовой Америки и их взаимоотношения. Избранные труды. Т.2. М., 1960.

10. Ю.Гуляев В.И. Древнейшие цивилизации Месоамерики. М., 1972.

11. П.Гуляев В.И. По следам конкистадоров. М., 1976.

12. Гуляев В.И. Город и общество в Центральной Мексике накануне Конкисты.-Археология Старого и Нового Света. М., 1982.

13. Гуляев В.И. Города-государства майя. М., 1979.

14. Гумбольдт А. Путешествие в равноденственные области Нового Света в 1799-1804 гг. Т. 1.М., 1969.

15. Диас Б.-Егоров Д.Н. Записки солдата Берналя Диаза. Т.1, 2. М.-Л., 19241925.

16. Дидро Д. Избранные произведения. М., 1951.17.3убрицкий Ю.А. Инки-кечуа. Основные этапы истории. М., 1975.

17. Кинжалов Р.В., Белов А. Падение Теночтитлана. Л., 1956.

18. Кинжалов Р.В. Ацтекское золотое нагрудное украшение. К вопросу о ювелирном искусстве древней Мексики.-Сб.МАЭ. Т.Х1Х. Л., 1960.

19. Кинжалов Р.В. Искусство племен нахуа на Мексиканском плоскогорье в Х1У-ХУ1 вв.-См.МАЭ. Т.ХХ1. Л., 1963.

20. Кинжалов Р.В. Мифы о происхождении какао у народов Месоамерики.-Проблемы истории и этнографии Америки. М., 1979.

21. Кнорозов Ю.В. Этногенетическйе процессы в древней Америке.-Проблемы истории и этнографии Америки. М., 1979.

22. Лас Касас Б. История Индий. Л., 1968.

23. Латинская Америка. Т.1, 2. М., 1979, 1982.

24. Леон-Портилья М. Философия нагуа. М., 1961.

25. Магидович И.И. История открытия и исследования Центральной и Южной Америки. М., 1965.

26. Монтескье Ш. Избранные произведения. М., 1955.

27. Морган Л.Г. Древнее общество. М., 193-5.

28. Народы Америки. Т.2. М., 1959.

29. Неронова В.Д. Формы эксплуатации .в древнем мире в свете советской историографии. Пермь, 1992.

30. Парке Г. История Мексики (пер. с англ.). М., 1949.

31. Прескотт В. Завоевание Мексики Эрнандо Кортесом (пер. с англ.). Т.1, 2. М., 1886.

32. Ранние формы политической организации: от первобытности к государственности. М., 1995.

33. Ранние формы социальной стратификации. М., 1993.

34. Ранние формы социальной организации. СПб., 2000.

35. Слезкин Л.Ю. Земля Святого Креста. Открытие и завоевание Бразилии. М., 1969.

36. Созина С.А. Муиски еще одна цивилизация древней Америки. М., 1969.

37. Солис-и-Рибандейра А.де.Антона Солиса история о покорении Мексики. Т.1, 2. СПб., 1789.

38. Тайлор Э. Первобытная культура. М., 1989.

39. Феномен восточного деспотизма. Структура управления и власти. М., 1993.41 .Фиске Д. Открытие Америки. М., 1892.

40. Фрезер Дж. Золотая ветвь. М., 1986.

41. Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства.-Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. Т.21., гл.7.

42. Acosta J. Historia natural y moral de la Nueva España. Buenos Aires, 1962.

43. Aguilar F. Relación breve de la conquista de la Nueva España. Mexico, 1977.

44. Aguilar G.F. La medicina. — Mexico prehispanico. Mexico, 1946.

45. Aguilera C. Algunos datos sobre el chapopote en las fuentes documentales del siglo XVI. ECN.Vol. 14, 1980.

46. Alcina Franch J. Fuentes indigenas de Mexico. Madrid, 1956.

47. Anavalt P. Costume and Control: Aztec Sunctuary Laws. — A. Vol. 33, 1980, № 1.

48. Anales de Cuauhtitlán. — Códice Chimalpopoca. Mexico, 1945.51 .Anales mexicanos. Mexico, 1949.

49. Anales de Tlatelolco. — Mengin E. Ünos anales historíeos de la nación mexicana. Die manuscrits mexicains Nr. 22-bis del Bibl. Nat. de París. — Corpus Codicum Americanorum Medii Aevi. Vol. 2. Copenhagen, 1945.

50. Anaya Sarmiento R. Nezahualcóyotl. Mexico, 1966.

51. Anderson A.J. O. Materiales colorantes pr'ehispánicos. — ECN. Vol. 4, 1963.

52. Apenes O. The Primitive Salt Production of the Lake Texcoco, Mexico. E. Vol. 9, 1944, № 1.

53. Armillas P. Notas sobre sistemas de cultivo en Mesoamerica. — AINAH. Vol. 3, Mexico, 1949.

54. Armillas P. Gardens in Swamps. Archaeological Research Verifies Historical Data on Aztec Land Reclamation in the Valley of Mexico. — S. Vol. 174, 1971, №4010.

55. Aveni A.F., Calnek E.E., Hartung H. Mith, Environment, and the Orientation of the Templo Mayor of Tenochtitlan. ÁA. Vol. 53, 1988, № 2.

56. Ballesteros Gaibrois M. Atlas culturas americas. — Las raices de America. Madrid, 1968.

57. Barlow R.H. La fundación de la Triple Alianza (1427-1433).-AINAH. Vol. 33, 1949.

58. Barlow R.H. The Extent of the Empire of Culhua Mexica. Berkley and Los Angeles, 1949.

59. Barlow R.H. Una nueva lamina- del Mapa Quinatzin. JSA (n.s.). Vol. 39, 1950.

60. Barry I. The Aztec «Flowery War»: a Geopolitical Explanation.- JAR. Vol. 39, 1989, № 4.

61. Barry I. Aztec Warfare; Goals and Battlefield Comportment. Ethn. Vol. 22, 1983, № 2.

62. Baudot G. Les lettres précolombiennes. Toulouse, 1976.

63. Baudot G. La perception histórica del drama demográfica de Mexico en el siglo XVI. QC. 1981, № 1.

64. Beaumont P. Crónica de Michoacán. Vol. 2. Mexico, 1932.

65. Berdan F.F. La organización del tributo en el imperio azteca. — ECN. Vol. 12, 1976.

66. Berdan F.F. Replicación de principios de intercambio en la sociedad mexica; de la economía a la religión. — Economia politica e ideología en el México prehispánico. Mexico, 1978.

67. Berdan F.F. Tres formas de intercambio en la economia azteca. — Economia politica e ideología en el Mexico prehispánico. México, 1978.

68. Berthe J. -R Aspects de l'esclavage des indiens en Nouvelle-Espagne pendant la première moitié du 16 siècle. JSA (n.s). Vol. 54, 1965, № 2.

69. Blanton R., Feinman G. The Mesoamerican World System. — AAn. Vol. 86, 1984, №3.

70. Boban E. Documents pour servir a l'histoire du Mexique. Vol. 1, 2. R, 1891.

71. Borah W.? Cook S.F. Price Trends of some Basic Commodities in Central Mexico, 1531-1570. Berkeley-Los Angeles, 1958.

72. Borah W., Cook S.F. The Aboriginal Population of Central Mexico on the Eve of Spanish Conquest. Berkeley—Los Angeles, 1963.

73. Borah W. The Spanish and Indian Law: New Spain. — The Inca and Aztec States, 1400-1800. Anthropology and History. N.Y., 1982.

74. Bosch Garcia C. La esclavitud prehispánica entre los aztecas. Mexico, 1944.

75. Bosch Gimpera P. La America prehispanica. Barselona, 1978.

76. Boturini B.L. Idea de una nueva historia general de la America septentrional. Madrid, 1746.

77. Brandt L. Cacaoatl: Zum Gebrauch des Kakaos im vorspanischen Mexico. -Alt. Bd. 32, 1986, H. 4.

78. Bray W. The City State in Central Mexico at the Time of the Spanish Conquest. JLAS. 1972, № 4(2).

79. Bray W. Land-use, Settlement Pattern and Politics in Prehispanic Middle America: a Review. — Man, Settlement and Urbanism. L., 1972.

80. Bray W. Civilizing the Aztecs. — The Evolution of Social Systems. Pittsburg, 1978.

81. Brinton D.G. American Heromyths. Philadelphia, 1882.

82. Brinton D.G. Rig Veda Americanus. LAAL. Vol. 8, 1890.

83. Brinton G.P. The Metal Industry of Aztecs. AAn. Vol. 27, 1925, № 4.

84. Broda J. El tributo en trajes guerreros y la estructura del sistema tributario mexica. — Economía política e ideología en el México prehispánico. Mexico,1978.

85. Broda J. Relaciones políticas ritualizadas; el ritual como expression de una ideología. — Economía política e ideología en el México prehispánico. Mexico, 1978.

86. Broda J. Aspectos socio-económicos e ideologicos de la expansión del Estado Mexica. — Economía y sociedad en los Andes y Mesoamerica. Madrid,1979.

87. Brumfiel E.M. Specialization, Market Exchange and the Aztec State. A View from Huexotia. -CA. Vol. 21, 1980, №4.

88. Brumfiel E.M. Aztec Statemaking: Ecology, Structure and the Origin of the State. — Statemaking and Social Movements. Ann Arbor, 1984.

89. Brumfiel E.M. Consumption and Politics at Aztec Huexotla. — AAn Vol. 89, 1987, № 3.

90. Burland C.A. The Picture Books of Ancient Mexico. NH. Vol 60, 1951, № 4.

91. Burland C.A. Magic Book from Mexico. L., 1953.

92. Burland C.A. The Gods of Mexico. N.Y., 1967.

93. Burland C.A. Montezuma: Lord of the Aztecs. L., 1973.

94. Calaza J. Codex Zempoala. Lille, Hidalgo; 1982.

95. Calnek E.E. Settlement Pattern and Ch'inampa Agriculture at Tenochtitlan. -AA. Vol. 37, 1972, № 1.

96. Calnek E.E. The Localization of the Sixteenth Century Map Called the Maguey Plan. AA. Vol. 38, 1973, № 2.

97. Calnek E.E. The Historical Validity of Codex Xolotl. AA. Vol 38. 1973, №4. •

98. Calnek E.E. The Internal Structure of Cities in America: Precolumbian Cities; the Case of Tenochtitlan. — Urbanization in the Americas from its Beginnings to the Present. Mouton, 1978.

99. Calnek E.E. The Sity-state in the Basin of Mexico; Late Prehispanic Period. — Urbanization in the Americas from its Beginnings to the Present. Mouton, 1978.

100. Calnek E.E. El sistema de mercado en Tenochtitlán.— Economía política e ideología en el México prehispánico. Mexico, 1978.

101. Calnek E.E. The Analysis of Prehispanic Central Mexican Historical Texts.-ECN. Vol. 13, 1978.

102. Calnek E.E. Patterns of Empire Formation in the Valley of Mexico, Late Postclassic Period, 1200-1521. The Inca and Aztec States, 1400— 1800. Anthropology and History. N.Y., 1982.

103. Caranca y Trujillo R. La organización social de los antiguos mexicanos México, 1966.

104. Carrasco P. El temazcal. — México prehispánico. México, 1946.

105. Carrasco P. The Civil-religious Hierarchy in Mesoamerican Communities; Pre-spanish Background and Colonial Development. -AAn. Vol. 63, 1961, №3.

106. Carrasco P. Los caciques chichimecas de Tulancingo. — ECN. Vol. 4, 1963.

107. Carrasco P. Sobre algunos términos de parentesco en el náhuatl clásico. -ECN. Vol. 6, 1966.

108. Carrasco P. Las clases sociales en el México antiguo. — Internationale Amerikanistenkongress, 38. Bd. 2. Stuttgart-München, 1970.

109. Carrasco P. La casa y la hacienda de un señor Tlalhuica. — ECN. Vol. 10, 1972.

110. Carrasco P. Sucesión y alianzas matrimoniales en la dinastia Teotihuacana. -ECN. Vol. II, 1974.

111. Carrasco P. The Joint Family in Ancient Mexico; The Case of Molotla. — Essays on Mexican Kinship. Pittsburg, 1976.

112. Carrasco P. Lá economia del Mexico prehispánica. — Economía política e ideología en el Mexico prehispánico. México, 1978.

113. Carrasco P. Comment on Offner. AA. Vol. 46, 1981, № 1.

114. Carrasco P. La sociedad mexicana antes de la conquista. — Historia general de México. Vol. 1. México, 1981.

115. Carrasco P. The Political Economy of the Aztec and Inca States. — The Inca and Aztec States, 1400-1800. Anthropology and History. N.Y., 1982.

116. Carreri G. Le Mexique á la fin du XVII siécle. P., 1968.

117. Carta de Fray Francisco de Guzman a S.M., Tolula, 10 de marzo de 1551. —Documentos inéditos del siglo XVI para la historia de México. México, 1975. '

118. Carta de Fray Nicolas de Witte a un ilustrissimo Señor. Meztitlan. 21 agosto de 1554. — Documentos inéditos de Mexico. Mexico, 1975.

119. Carta del licenciado Altamirano a su Majestât. — ECN. Vol. 7, 1967.

120. Carta de Pedro de Ahumada para la Real Audiencia de México, 1559. ECN. Vol. 7,1967.

121. Carta parecer de Fray Toribio de Motolinía y de Fray Diego de Olarte a Don Luis de Velasco el primo. Cholula, 27 agosto de 1554. — Documento inéditos del sigio XVI para la historia de México. México, 1975.

122. Caso A. La religión de las aztecas. México, 1945.

123. Coso A. El pueblo del Sol. México, 1953.

124. Caso A. Representaciones de hongos en los códices. — ECN. Vol. 4, 1963.

125. Caso A. Land Tenure among the Ancient Mexicans. — AAn. Vol. 65, 1963, №4.

126. Castillo F.V.M. Caminos del mundo'náhuatl. ECN. Vol. 8, 1969.

127. Castillo F.V.M. La casa y la hacienda de un señior Tlalhuica. — ECN. Vol. 10, 1972.

128. Castillo F.V.M. Estructura económica de la sociedad mexica. México, 1972.

129. Castillo F.V.M. Relación Tepepulca de los señiores de México-Tenochtitlán y de Acolhuacán. ECN. Vol. II, 1974.

130. Castillo F.V.M. Aspectos económicos en las fuentes de tradición indígena. Uso y aprovechamiento historiográfico. —ECN. Vol. 12, 1976.

131. Chapman A.M. Port and Trade Enclaves in Aztec and Maya Civilizations. — Trade and Market in Early Empires. Glencoe, 1957.

132. Chapman A.M. Raices y consecuencias de la guerra de los aztecas contra los tepanecas de Azcapotzalco. — AcAn. Vol. I, época 2, 1959.

133. Charencey H. de. Des couleurs considérées comme symboles des points de l'horizon chez les peuples du Nouveau-Monde. — ASPh. Vol. 8, 1877, № 3.

134. Charencey H. de. Noms des points de l'espace dans divers dialectes américains. ASPh. 1899, № 7.

135. Charlton Th.H. Texcoco Région Archaeology and the Codex Xolotl. — AA. Vol. 38, 1973, №4.

136. Chavero A. México a través de los siglos. Mexico, 1940.

137. Chevalier F. La formation des grands domaines au Mexique. Terre et société aux XVI-XVII siècles. P., 1952.

138. Chimalpáhin F.A. Diferentes historias originales de los reynos de Culhuacán y México, y de otras provincias. Hamburg, 1950.

139. The Chronicles of Michoacan. University of Oklahoma Press, 1970.

140. Clavijero F.J. Historia antigua de México. México, 1974.

141. Cline C.F. The Chronology of the Conquest; Synchronologies in Codex Telleriano-Remensis and Sahagun. JSA. Vol. 62, 1973.

142. Cobean R.H., Сое M., Perri E. etc. Obsidian Trade at San Lorenzo Tenochtitlan, Mexico. S. Vol. 174, 1971, №4010.

143. Codex Azcatitlan. -Barlow R. El Códice Azcatitlán. -JSA (n.s.). Vol. 38, 1949.

144. Codex Boturini. — Radin P. The Sources and Authenticity of the History of the Ancient Mexicans. UCPAAE. Vol. 17, № 1. Berkeley- Los Angeles, 1920.

145. Codex Cozcatzin. — Boban E. Documents pour servir à l'histoire du Mexique. Vol. 2. P., 1891.

146. Codex en Croix. — Boban E. Documents pour servir a l'histoire du Mexique. Vol. 1. P., 1891.

147. Codex Mendoza. — Mendoza A. de. Codex Mendoza. Vol. 1-3. Oxf., 1938.

148. Codex mexicanus № 23-24 (Histoire mexicaine du 1575). Mengin E. Commentaire du Codex mexicanus №23-24 de la Bibliothèque Nationale de Paris. - JSA (n.s.). Vol. 41, fasc. 2, 1952.

149. Codex Ramirez. Radin P. The Sourcès and Authenticity of the History of the Ancient Mexicans. - UCPAAE. Vol. 17, 1920, № 1.

150. Codex Ramirez. — Mitos indigenes. México, 1964.

151. Galarza J. Codex San Andres (juridiction de Cuauhtitlán). Manuscrit pictographique du Musée de l'Homme de Paris (II). JSA (n.s.). Vol. 52, 1963.

152. Codex Telleriano-Remensis. — Kingsborough E.K. Antiquities of Mexico. Vol. 1,6. L., 1831-1848.

153. Codex Vaticanus 3738A (Rios). — Kingsborough E.K. Antiquities of Mexico. Vol. 2, 6. L., 1831-1848.

154. Codex Vérgara. — Boban E. Documents pour servir à l'histoire du Mexique. Vol. 1. P., 1891.

155. Codex Xó 1 otl. Dibble Ch.E. Códice Xo 1 otl. Mexico, 1951.

156. Codex de Zempoala. — Galarza J. Codex Zempoala. Lille, 1982.

157. Coe M. The Chinampas of Mexico. S A. Vol. 211, 1964, № l.

158. Colston S. The «Historia mexicana» and Duran's Historia. JSA. Vol. 62, 1973.

159. Comas J. El cráneo supuestamente atribuido a Moctezuma II.- ECN. Vol. 7, 1967.

160. The Conquest of Mexico. 1968.

161. El Conquestador anónimo. Relación de algunas cosas de Nueva España y de la gran ciudad de Temestitlán-México; escrita por un compañero de Hernán Cortés. — Coleción de documentos para la historia de México. México, 1971.

162. Cook L.C. de. La indumentaria y el arte textil prehispanica. AM. Vol. 13, 1966, № 77/78.

163. Cook S.R The Interrelation of Population, Food Supply, and Building in the Pre-conquest Central Mexico. — AA. Vol. 13, 1947.

164. Cook S.F., Borah W. The Indian Population of Central Mexico in 1548. Berkeley-Los Angeles, 1960.

165. Cortés H. Cartas y documentas. México, 1963.

166. Couch Ch. Images of the Common Man in the Codex Borbonicus. — ECN. Vol. 17,1984. . : ' *

167. Covarrubias M. Mexico South. N.Y., 1947.

168. Cuellar Bernal R. Tlaxcala a través de los siglos. México, 1968.

169. Cuevas M. Historia de la nación mexicana. Mexico, 1940.

170. Dahlgren de Jordan B. La mixteca: su cultura e historia prehispánicas. México, 1966.

171. Davies N. The Aztecs. A History. L., 1973.

172. Davies N. The Toltecs. Until the Fall of Tula. Norman, 1977.

173. Dehouve D. Dos relates sobre migraciones nahuas en el estado de Guerrero. ECN. Vol. 12, 1976.

174. Del Pino F. Los Reinos de Méjico y Cuzco en la obra del PAcosta. — Economia y sociedad en los Andes y Mesoamerica. Madrid, 1979.

175. Del Rio A.E. Bases psicodinamicas de la cultura azteca. Mexico, 1973.

176. Delgado A. El maíz en la cultura prehispánica. — AM. Vol. 7, 1962, № 40.

177. Diehl R.A., Mandeville M.D. Tula and Wheeled Animal Effigies in Mesoamerica. An. Vol. 61, 1987, № 232.

178. Dieseldorf E.P. The Aztec Calendar Stone and its Significance. — Proceedings of Twenty-third International Congress of Americanists. N.Y., 1930.

179. Disposición testamentaría de Miguel C^oma, que tiene su casa en San Francisco Atempan (hacia 1577). ECN. Vol. 12, 1.976.

180. Drennan R.D. Long-distance Movement of Goods in the Mesoamerican Formative and Classic. AA. VoK 49, 1984, № 1.

181. Drennan R.D. Long-distance Transport Costs in the Prehispanic Mesoamerica. AAn. Vol. 86, 1984, № 1. •

182. Duran D. Aztecs. The History of the Indies of New Spain. N.Y., 1964.

183. Duran D. Historia de las Indias de Nueva España y islas de la Tierra-Firme. Vol. 1, 2. México, 1967.

184. Duran D. Book of the Gods and Rites and Ancient Calendar. Norman, 1971.

185. Durand-Forest J. de. El cacao entre los aztecas. — ECN. Vol. 7, 1967.

186. Durand-ForestJ.de. Cambios económicos y moneda entre los aztecas.-ECN. Vol. 9, 1971.

187. Durand-Forest J. de. Los grupos chalcas y sus divinidades según Chimalpáin. ECN. Vol. II, 1974.

188. Durand-Forest J. de. Sistema de fechamiento en Chimalpahin. — ECN. Vol. 12,1976.

189. Duverger Ch. L'esprit du jeu chez les aztèques. P., 1978.

190. Duverger Ch. «La fleur létale»; économie du sacrifice aztèque. P., 1979.

191. Duverger Ch. L'origine des aztèques. P., 1983.

192. Ekholm G.F. Ancient Mexico and Central America. N.Y., 1970.

193. Elzey W. The Nahua Myths of the Sun: History and Cosmology in Pre hispanic Mexican Religions. —N. Vol. 23, 1976, № 2.

194. Erdheim M. Transformaciones de la ideología mexica en realidad social. — Economía política e ideología en el México prehispánico. México, 1978.

195. Estas son leyes que tenían los indios de Nueva España. — Orozso y Berra M. Historia antigua y de la Conquista de México. Vol. 1. México, 1880.

196. Fay G.F. A Guide to Archaeological Sites in México. Arkansas, 1960.

197. Florentine Codex. Vol. 1-8. N. Y., 1950-1954.

198. Foster G.M. Empire's Children. The People of Tzintzuntzan. Mexico, 1948.

199. Gage Th. Thomas Gage's Travels in.the New World. Norman, 1958.

200. Galarza J. Liste-catalogue des sources pour l'étude de I 'ethnologie dans l'ancien Mexique (maya excepté) au Musée de l'Homme. — JSA (n.s.). Vol. 19, 1960.

201. Galvan J.R.G. Posible esqueme de las «Diferentes historias originales» de Chimalpáhin. ECN. Vol. 12, 1976.

202. Garcia Añoveros J.M. La fuerza dè trabajo del indígena americano en las épocas prehispanica y virreinal. — QC- 1982, № 3.

203. García-Quintana J. El Huehuetlatolli — antigua palabra — como fuente para la historia sociocultural de los nahuas. — ECN. Vol. 12, 1976.

204. Gardner B. A Structural and Semantic Analysis of Classical Nahuati Kinship Terminology. ECN. Vol. 12, 1982.

205. Garibay A.M.K. Vida economica de Tenochtitlán. México, 1961.

206. Garibay A.M.K. Relaciones internacionales en los pueblos de la maseta de Anahuac. -ECN. Vol. 3,1962.

207. Garibay A.M.K. Historia de la literatura náhuatl. Vol. 1,2. Mexico, 1971.

208. Genealogía de los reyes de Azcapotzalco. — Anales Tiatelolco. México, 1948.

209. Gerhard R A Method of Reconstructing Precolumbian Political Boundaries in the Central Mexico. JSA (n.s.). Vol. 58, 1970.

210. Gibson Ch. The Aztecs under Spanish Rule. A History of Indians of the Valley of Mexico, 1519-1810. Stanford, 1964.

211. Gledhill J. The Transformation of Asiatic Formations; the Case of Late Prehispanic Mesoamerica. — Marxist Perspectives in Archaeology. Cam bridge, 1984.

212. Gomara F.L. Historia de la Conquista de México. Vol. 2. México, 1943.

213. Gorenflo L., Gale N. Population and Productivity in the Teotihuacan Valley; Changing Patterns of Spatial Association in Prehispanic Central Mexico. JAA. Vol. 5, 1986, № 3.

214. Gosner K. Las élitas indígenas en los Altos de Chiapas (1524-1724). -HM. Vol. 33, 1984, №4.

215. Graulich M. Las peregrinaciones aztecas y el cicio de Mixcoatl. — ECN. Vol. II, 1974.

216. Hagen V.W. The Aztec and Maya Papermakers. N.Y., 1944.

217. Hartwig V. Tecali — Versuche der Rekonstruktion vorspanischer sozialer Verhälnisse im Gebiet Puebla (Mexiko). JMVL. Bd. 36, 1985.

218. Harvey H.R. Household and Family Structure in Early Colonial Tepetlaoztoc. An Analysis of the Cydice Santa Maria de Asunsión. — ECN. Vol. 18,1986.

219. Heleritz H. America. Land der Inka, Maya und Azteken. Wien, 1965.

220. Hernandez E.E. Die Arbeit und die Azteken. Versuch einer Wirtschaftsoziologischen Analyse der Arbeit bei den Azteken und ihrer Eingliederung in wirtschaftliche Kategorien. Kftin, 1964.

221. Herrera A. Historia general de los hechos de los castellanos, en las Islas, y Tierra-firme de el Mar Occéano. Vol. 3, 4. Bienos Aires, 1945.

222. Hicks F. Dependent Labor in Prehispanic Mexico. — E.CN. Vol. II, 1974.

223. Hicks F. Los calpixque de Nezahualcoyotle. — ECN. Vol. 13, 1978.

224. Hicks F. La posición de Temazcalapan en la Triple Alianza. — ECN. Vol. 17, 1984.

225. Highwater J. Rediscovering Ancient.Mexico City. — A. 1982, January/ February.

226. Hinz E. Aspectos sociales del calendario de 260 dias en Mesoamerica. Información de procedencia a mexica, siglo XVI. — ECN. Vol. 14, 1980.

227. Historia de los mexicanos par sus pinturas. — Nueva colección de documentos para la historia de México. Vol. 3. México, 1891.

228. Historia de Tiatelolco desde los tiempos mas remotos. — Anales de Tiatelolco. México, 1948.

229. Historia tolteca-chichimeca. — Mengin E. Historia tolteca-chichimeca. — Corpus Codicum Americanorum Medii Aevi. Vol 1. Copenhagen, 1942.

230. L'histoire du Mexique. Manuscrit français inédit du XVI siècle. — ISA (n.s.). Vol. II, 1905, № 1.

231. Hodge M.G. Aztec City-states. Ann Arbor, 1984.

232. Hosier D. Ancient West Mexican Metallurgy; South and Central American Origins and West Mexican Transformation. — AAn. Vol. 90, 1988, № 4.

233. Houdaille L. La population de l'Amérique avant Christophe Colomb. — P. Vol. 41, 1986, №3.

234. Humboldt A. Vues de Cordilliéres et monuments des peuples indigènes de l'Amérique. Vol. 1,2. P., 1816.

235. Hunt E.M., Nash J. Local and Territorial Units. — Handbook of Middle American Indians. Vol. 6. Austin, 1967.

236. Ixtlilxóchitl F.A. Relaciones (Obras completas, vol. 1). Mexico, 1891.

237. Ixtlilxóchitl F.A. Historia chichimeca (Obras completas, vol. 2). Mexico, 1892.

238. Ixtlilxóchitl F.A. Obras completas. Mexico, 1977.

239. Información sobre los tributos, que los indios pagaban a Moctezuma. — Zorita A. The Lords of New Spain (append.) L., 1965.

240. Jimenez Moreno W., Miranda J., Fernandez M.T. Historia de México. México 1971.

241. Jimenez Rueda J. Historia de cultura en México. El mundo prehispánico. Mexico, 1958.

242. Joyce Th.A. Mexican Archaeology. L., 1914.

243. Joyce Th.A. Maya and Mexican Art. L., 1927.

244. Katz F. Situación social y .economía de los aztecas durante los siglos XV y XVI. Mexico, 1966.

245. Katz F. Comparison of some Aspects of the Evolution of Cuzco and Tenochtitlan. — Urbanization in the Americas from its Beginnings to the Present. The Hague, Mouton, 1978.

246. Keen B. The Aztec Images in Western Thought. New Jersey, 1971.

247. Kellog S. La supervivencia cultural de los indígenas en México central desde 1521 hasta 1600; una nueva interpretación. — M. Vol. 8, 1984.

248. Kingsborough E.K. Antiquities of Mexico. Vol. 1-9. Mexico, 1831-1848.

249. Klein C.F. ¿Dioses de la lluvia o-sacerdotes ofrendadores del fuego? Un estudio socio-politico de algunas representaciones mexicas del dios TI aloe. -ECN. Vol. 17, 1984.

250. KoerdellM.M. La botánica. —México prehispánico. México, 1946.

251. Koerdell M.M. La zoología. — México prehispánico. México, 1946.

252. Kohler J. Das Recht der Azteken. ZVR. Bd. II, 1895.

253. KrickebergW. Altmexicanische Kultúren. B., 1956.

254. Krickeberg W., Trimborn H., etc. Precolumbian American Religion. N.Y., 1968.

255. Kurtz D.V. Strategies of Legitimation and the Aztec State. — Ethn. Vol. 23, 1984, №4.

256. Kutcher G. Le «Memorial breve» de Chimalpáin, un manuscrit mexicain inédit de la Bibliothèque Nationale de Paris. — Actes du XXVII Congrès International des americanistes. P., 1947.

257. Lameiras B.B. de. La estrategia geopolítica de los estados del altiplano mesoamericano; Teotihuacan, Tula, los chichimecas y los mexicas. — Economía y sociedad en los Andes y Mesoamerica. Madrid, 1979.

258. Langacker R. W. Types and Conventions of Colonial Nahuatl Documen tation. — Anderson À.J.O., Berdan R, Lockhart J. Beyond the Códices; the NahuaView of Colonial Mexico. Berkeley, 1976.

259. Leander B. Mestizaje ecologico en Mexico (algunas frutas, legumbres y semillas). JSA (n.s.). Vol. 59, 1970.

260. Lehman H. Las culturas precolombinas. Buenos Aires, 1984.

261. Lehman W. Les peintures mixtéco-zapotéques et quelques documents apparentes.; JSA (n.s.). Vol. 2, 1905, № 2.

262. Lehman W. Die «Historia de los reynos de Colhuacan y de Mexico». — ZE. Heft IV, V, 1906.

263. Lens H. El papel precortesiano. — Mé.xico prehispánico. Mexico, 1946.

264. León y Gama A. Descripción histórica y cronologica de dos piedras. México, 1792.

265. León-Portilla A.H. de. Un primerisimo de análisis etimológico de toponimias y otros vocablos náhuas en 1520—1523. — ECN. Vol. 18, 1986.

266. León-Portilla M. La institución cultural del comercio prehispánico. — ECN. Vol. 3,1962.

267. León-Portilla M. Axayácatl, poete y señor de Tenochtitlán. — ECN. Vol. 6, 1966.

268. León-Portilla M. El proceso de aculturación de los chichimecas de Xolotl. -ECN. Vol. 7, 1967.

269. León-Portilla M. La institución de familia náhuatl prehispánica. — CAm. Vol. 154, 1976, № 5.

270. León-Portilla M. Precolumbian literatures of México. Norman, 1969.

271. León-Portilla M. Códice Coyoacán — nómina de tributos, sigio XVI. — ECN. Vol. 9,1971.

272. León-Portilla M. Textos históricos y literarios en lenguas indígenas. — Historia de México. Vol. 2. Barcelona, 1974.

273. Leon-Portilla M. El libro inédito de los testamentos indigenas de Culhuacán. Su significación como testimonio histórico. — ECN. Vol. 12, 1976.

274. León-Portilla M. Mineria y metalurgia en el México antiguo. — La minería en México; estudios sobre su desarollo histórico. México, 1978.

275. León-Portilla M. Los nombres de lugar en náhuatl. Su morfología glífica. -ECN. Vol. 15, 1982.

276. Leyenda de los Soles. — Códice Chimalpopoca. México, 1945.

277. List of Market Prices Established by Judge, Tlaxcala, 1545. Anderson A.J.O., Berdan F., Lockhart J. Beyond the Cydices; the Nahua View of Colonial México. P. 208-213. Berkeley, 1976.

278. Lista de los reyes de Tenochtitlán. Anales de Tlatelolco. México, 1948.

279. Lista de los reyes de Tlatelolco. Anales de Tlatelolco. México, 1948.

280. Litvak King J. Las relaciones entre México y Tlatelolco antes de la conquista de Axayácatl. Problemática de la expanción méxica. — ECN. Vol. 9, 1971.

281. Lockhart J. Some Nahua Concept ■ in Postconquest Guise.— HEI. Vol. 6, 1985, №4.

282. Lomeli-Quirarte J. Condicion social de la mujere. — México prehispánico. México, 1946.

283. Long-Solis J. El ebastecimiento de chile en el mercado de la ciudad México-Tenochtitlán en el sigio XVI. HM. Vol. 34, 1985, № 4.

284. López-Austin A. Organización politica en el altiplano central de México durante el Postclásico. HM. Vol. 23. México, 1974.

285. Lopez Austin A. Tarascos y mexicas. México, 1981.

286. Lothrop S.K. Treasures of Ancient America. Geneva, 1964.

287. Lozoya X. Sobre la investigación de las plantas psicotrópicas en las antiguas culturas indigenes de México. —ECN. Vol. 16, 1983.

288. Macazaga Ordoño C. El templo mayor. México, 1981.

289. MacCurdy G.G. An Aztec «Calendar Stone» in Yale University Museum. AAn. Vol. 12, 1910, № 14.

290. Mapa de Tepechpan.— Boban E.Documents pour servir à l'histoire du Mexique. Vol. I.P., 1891.

291. Mapa Quinatzin. — Boban E. Documents pour servir à l'histoire du Mexique. Vol. 1. P., 1891.

292. Martínez Aranco F. El lago de Nezahualcóyotl. Santiago de Cuba, 1960.

293. Martínez J.L. Geronimo de Mendieta. ECN. Vol. 14. 1980.

294. Martínez Marin C. Historiografía de la migración méxica. — ECN Vol. 12, 1976.

295. Matrícula de tributes. Comentarios, paleografía y version. — Historia de México. Vol. 2. Barcelona, 1974.

296. Memorial de los pueblos sujetos al señorío de Tlacupán, y de los que tributaban a México, Tezcuco y Tlacupán (sin fecha). — Paso y Troncoso F. (ed.). Epistolario de Nueva España. Vol. 14. México, 1940.

297. Mendieta G. Historia eclisiastica indiana. México, 1870.

298. Mendieta y Nuñez L. El derecho precolonial. México, 1961.

299. Mendizabal M.O. La distribución geográfica de la sal.- México prehispánico. México, 1946.

300. Millón R. Irrigation Systems in the Valley of Teotihuacan —AA Vol. 23, part 1, 1957.

301. Minetti S.P. Los Aztecas (sus instituciones). Montevideo, 1931.

302. Minutes of Viceroyal Deliberation Concerning Aqueductes and Water Distribution in the Coyoacan Region, 1554. —Anderson A.S.O., Berdan F.,1.ckhart J. Beyond the Codices: the Nahua View of Colonial Mexico. Berkeley. 1976.

303. Miranda J. El tributario indígena en la Nueva España durante el sigio XVI. México, 1952.

304. Miranda J. La propriedad comunal de la tierra y la coheción sociál de los pueblos indígenas. CAm. 1966, № 6. •

305. Molina A. de. Arte de la lengua mexicana y castellana. Madrid, 1945.

306. Molina A. de. Vocabulario de la lengua mexicana. Mexico, 1966.

307. Monjarás-Ruiz J. Panorama general de la guerra entre los aztecas. — ECN. Vol. 12,1976. •

308. Monzon A. La educación. — México prehispánico. Mexico, 1946.

309. Monzon A. La Organización social de los aztecas.-México prehispánico. México, 1946.

310. Moreno M. La Organización jurídica y de los tribunales. — México prehispánico. México, 1946.

311. Moreno M. La Organización política y social de los aztecas. México, 1964.

312. Moreno Toscano A. Geografía economía de México. Mexico, 1968.

313. Moriarty J.R. The Pre-Conquest Aztec State. A Comparison between Progressive Evolutionist and other Historical Interpretations. — ECN. Vol. 8, 1969.

314. Motolinía T.B. Memoriales. Madrid, 1970.

315. Muñoz Camargo D. Historia de Tlaxcala. Mexico, 1948.

316. Nicholson J. Mexican and Central American Mythology. L., 1967.

317. Noguera E. La metalurgia en Mesoame'rica. — CAm. Vol. 25, 1966, № 4.

318. Nunley P. A Hypothesis Concerning the Relationship between Texcoco Fabric-marked Pottery, Tlateles, and Chinampa Agriculture. — AA. Vol. 32, 1967, №4.

319. Nuttal Z. The Fundamental Principles of Old and New World Civilization. Cambridge (Mass.), 1901.

320. Offner J.A. Aztec Political Numerology and Human Sacrifice: the Ideological Ramifications of the Number Six. JLAL. Vol. 6, 1980, № 2.

321. Offner J.A. On Carrasco's Use of Theoretical «First Principles». — AA. Vol. 46, 1981, № 1.

322. Offner J.A. On the Inapplicability of «Oriental Despotism» and «Asiatic Mode of Productions» to the Aztecs of Texcoco. — AA. Vol. 46, 1981, № 1.

323. Offner J.A. Law and Politics in Aztec Texcoco. Cambridge University Press, 1983.

324. OrozcoyBerra M. Historia antigua y- de la conquista de México. Vol. 1-4. México, 1880.

325. Oviedo G.F. Sucesos y dialogo de la nueva España. Mexico, 1946.

326. Oviedo G.F. Sumario de la natural historia de las Indias. México — Buenos Aires, 1950.

327. Padden R.C. The Humming-bird and the Hawk. Conquest and Sovereignty in the Valley of Mexico. Ohio State University Press, 1977.

328. Palasios F.L. Interpretación de la Piedra del Calendario. México, 1924.

329. Palm E.W. Tenochtitlan y la ciudad ideal de Dürer-JSA (n.s.). Vol. 40,1951.

330. El Parecer colectivo de 1532 sobre la perpetuidad y la población de Nueva España. — Zavala S. El parecer colectivo de 1532 sobre la perpetuidad y población de Nueva España. HM. Vol. 33, 1984, № 4.

331. Parecer de la Orden de San Augustín sobre los señores y tributes de los Indios, 1554. ECN. Vol. 7, 1967.

332. Parsons M.N. The Distribution of the Late Postclassic Spindle Whorls in the Valley of Mexico. AA. Vol. 40, 1975, № 2, pt. 2.

333. Pendergast D.M. Metal Artifact in Prehispanic Mesoamerica. — AA Vol. 27, 1962, №4.

334. Peter G. Estudios sobre la psicología azteca. — AMNAHE. Epoca 4a vol. 4, 1926, №3.

335. Peterson F.A. Le Mexique précolombién. P., 1976.

336. Piho V. Tlacatecutli, Tlacochtecutli, Tlacaeceatl y Tlacochclcatl. — ECN.1. Vol. 10,1972. .

337. Pollard H.P. The Political Economy of Prehispanic Tarascan Metallurgy. -AA. Vol. 52, 1987, № 4.

338. Poo P. de. History of America before Columbus. Vol. 1, 2. L., 1900.

339. Prem H.J. Milpa y hacienda. Tenencia de la tierra indígena y española en la cuenca del Alto Atoyac, Puebla, México (1520-1560). Wiesbaden, 1978.

340. Prem H.J. Las fechas calendáricas completas en los textos de Ixtlilxóchitl. -ECN. Vol. 16, 1983.

341. Radin P. The Sources and Authenticity of the History of the Ancient Mexicans. UCPAAE. Vol. 17, 1920, №1.

342. Reich J.R. Colonial America. Prentice-Hall, 1984.

343. Relación anónima, describiendo la división que tenian los indios en sus tierras en tiempo de Moctezuma y el orden que tenian en la sucesión de las mismas (sin fecha). — Paso y Troncoso F. (ed. ). Epistolario de Nueva España. Vol. 14. México, 1940.

344. Relación anónima sobre tributes y otros asuntos de Indias. — ECN. Vol. 7,1967.

345. Relación de Bartolomé de Zárate vecino y regidor de México sobre historia de Nueva España. 1544. — Paso y Troncoso F. (ed.). Epistolario de Nueva España. Vol. 4. México, 1939.

346. Relación de lo que tributaban algunos pueblos de Nueva España, de lo que podían tributar y gente que habia en ellos (sin fecha). — Paso y Troncoso F. (ed.). Epistolario de Nueva España. Yol. 14. México, 1940.

347. Reyes García L. Cuauhtinchan'del signo XII al XVI; formación y desarollo histórico de un señorío de prehispánico. Wiesbaden, 1977.

348. Reyes García L. Documentos de Toluca en la obra de Zorita. — ECN. Vol. 14,1980.

349. Richard C.G. Monograph on Ornament on Zapotee Funerary Urns. — JSA (n.s.). Vol. 30, 1938.

350. Riley G.M. El prototipo de la hacienda en el centre de Mexico; un caso del sigio XVI. — Haciendas, latifundios y plantaciones en America Latina. Mexico, 1975.

351. Robertson D. Mexican Manuscript Painting of the Early Colonial Period. The Metropolitan Schools. New Haven, 1959.

352. Romero Galván J.R. Las fuentes de las diferentes historias originales del Chimalpáhin. JSA. Vol. 64, 1977.

353. Romero Galván J.R. Dos atestaciones en la obra de Chimalpáhin. — ECN. Vol. 13,1978.

354. Romerovargas I.I. Organización politica de los pueblos de Anahuac, México. México, 1957.

355. Rounds J. The Role of the Tecuhtli in Ancient Aztec Society. — Eth. Vol. 24, 1979, №4.

356. Rounds J. Dynastic Succession and the Centralization of Power in Tenochtitlan. The Inca and Aztec States, 1400-1800. Anthropology and History. N.Y., 1982.

357. Ruz Lhuiller A. La estructura indígena. — México prehispánico. México, 1946.

358. Sachse U. Das Marktwesen bei den Azteca. WZUR. Jg. 14, Hf. 1-2, 1965.

359. Sahagún B. Historia general de las cosas de Nueva España. Vol. 1-4. México, 1956.

360. Sanders W.T. The Population of Central Mexican Symbiotic Region, the Basin of Mexico, and the Teotihuacan Valley in the Sixteenth Century. — The Native Population of the Americas in 1492. Wisconsin, 1976.

361. Sanders W.T, Parsons J.R, Santley R.S. The Basin of Mexico: Ecological Process in the Evolution of Civilization. N.Y., 1979.

362. Sanders W.T., Price B.J. Mesoamerica: the Evolution of a Civilization. Ch. 8.N.Y., 1968.

363. Sanders W.T., Santley R.S. A Prehispanic Irrigation System Near Santa Clara Xalostoc in the Basin of Mexico. — AA. Vol. 42, 1977, № 4.

364. Sanders W.T., Webster D. The Mesoamerican Urban Tradition. — AAn. Vol. 90, 1988, № 3.

365. Schedell G. Medicine in Mexico. From Aztec Herbs to Betatrons. Austin, 1968.

366. Schlenther U. Bodenbesitzverhältnisse und Tribute bei den Inka und Azteca. Mit einer sprachtlichen Analyse und dem Vergleich der sozialen, ökonomischen und politischen Verhältnisse. — EAZ. Heft 1, 1975.

367. Séjourné L. Burning Water. Thought and Religion in Ancient Mexico. N.Y, 1957.

368. Séjourné L. Arqueologia del valle de México. México, 1970.

369. Seier E. Gesammelte Abhandlungen zur Americanischen Sprach-und Altertumskunde. Vol. 1-5. Graz, 1960-1961.

370. Simeon R. Dictionnaire de la langue nahuati ou mexicaine. Graz, 1963.

371. Smith M.E. The Aztec Marketing System and Settlement Pattern in the Valley of Mexico: a Central Place Analysis. — AA. Vol. 44, 1979, № 1.

372. Smith M.E. El desarollo económico y la expansion del imperio mexica; una perspectiva sistémica. — ECN. Vol. 16,1983.

373. Smith M.E. The Aztlan migrations of Nahuati Chronicles: myths or history? Eth. Vol. 31, 1984, № 3.

374. Smith M.E. The Role of Social Stratification in the Aztec Empire; a View from the Provinces. AAn. Vol. 88, 1986, № 1.

375. Smith M.E. The Expansion of the Aztec Empire: a Case of Study in the Correlation of Diachronic Archaeological and Ethnohistorical Data. — AA. Vol. 52, 1987, № 1.

376. Soustelle J. La pensée cosmologique des anciens mexicains. P., 1940.

377. Soustelle J. Observations sur le symbolisme du nombre cinq chez les anciens mexicains. — Actes du XXVIII Congrès International des americanistes. P., 1948.

378. Soustelle J. La vie quotidienne des aztèques a la veille de la conquête espagnole. P., 1955.

379. Soustelle J. Les aztèques. P., 1970.

380. Soustelle J. El universo de los aztecas. México, 1982.

381. Spence L. The Myths of Mexico and-Peru. L., 1913.

382. Spence L. The Religion of Ancient Mexico. L., 1945.

383. Spence L. The Outlines of Mythology. L., 1961.

384. Spinden H.S. Sun Worship. Wash., 1940.

385. Sullivan Th.D. The Arms and Insignia of Mexica. ECN. Vol. 10, 1972.

386. Sullivan Th.D. Tlatoani and Tlatocayotl in the Sahagún manuscripts. — ECN. Vol. 14,1980.

387. Suplemento de la genealogía de los xeyes de Azcapotzalco. — Anales de Tlatelolco. Mexico, 1948.

388. Taboada Terán A. Mesoamérica: de su origen al modo de producción asiático. Quito, 1982.

389. Tápia A. Relación hecha por el señor Andrés de Tápia sobre la conquista de México. — Colección de documentos para la historia de México. Vol. 2. México, 1971.

390. Tasaciones de tributos de la ciudad de Tezcuco y su provincia. México, 26 de septiembre de 1544se tasaron despues en 30 de agosto de 1547 y de 1556. — Paso y Troncoso (ed.). Epistolario de Nueva España. Vol. 4. Mexico, 1939.

391. Testamento de Juan Rafael Tlacochcalcatl. Culhuacan, 12 de enero de 1581.- ECN. Vol. 12, 1976.

392. Tezozómoc A. Crónica mexicana. Mexico, 1943.

393. Tezozómoc A. Crónica mexicáyotl. México, 1949.

394. Thiemer-Sachse U. von. Die sozialökonomischen Verhalfnisse bei den Zapoteca zur Zeit der spanischen Eroberung Mexicos. — EAZ. Jg. 26, 1985,H. 3.

395. Thiemer-Sachse U. von. Salzgewinnung und Salzhandel bei den Zapoteca Südmexikos in vorspanischer Zeit. — EAZ. Jg. 28, 1987, H. 4.

396. Torquemada J. Los veinte i un libros rituales i monarchia indiana. Vol. 1-3. Madrid, 1723.

397. Torquemada J. Monarquia indiana. Vol. 1-4. México, 1977.

398. Toscano S. Arte precolombino de México y de la America central. México, 1944.

399. Toscano S. La organización social de los aztecas. — México prehispánico. Mexico, 1946.

400. Tovar J. The Tovar Calendar. New Haven, 1951.

401. Tratado del principado y nobieza del pueblo de San Juan Teotihuacán. — Guzmán E. Un manuscrito de la colección Boturini que trata de los antiguos señores de Teotihuacán.-E. Vol. 3, 1938, № 4-5.

402. Trautmann W. Formen der Landnutzung im präkolonialen Mexiko. -JGSWGL. Bd. 10,1973.

403. Umberger E. El trono de Moctezuma. ECN. Vol. 17, 1984.

404. Vázquez de Espinosa A. Descripción de la Nueva España en el siglo XVII. México, 1944.

405. Veytia M.F. Los calendarios mexicanos. México, 1957.

406. Vigil J.M. Nezahualcóyotl, el rey poeta. México, 1957.

407. White J.M. Cortes and the Downfall of the Aztec Empire. A Study in Conflict of Culture. L., 1971.

408. Williams B.J., Harvey H.R. Content, Provenience and Significance of the Codex Vergara and the Codice de Santa Maria Asunsion, — AA. Vol. 63, 1988, №2.

409. Wiske Ch. Escultura imperialista mexica: el monumento del Acuecuexcatl de Ahuitzotl. ECN. Vol. 17, 1984.565

410. Wobeser G. von. La formación de la hacienda en la época colonial. El uso de la tierra y el agua. México, 1983.

411. Zantwijk R.A.M. von. Principios organizadores de los mexicas, una introducción al estudio del sistema interno del regimen azteca. ECN. Vol. 4, 1963.

412. Zantwijk R.A.M. van. La estructura gobernamental del estado de Tiacupiin (1430-1520). ECN. Vol. 8, 1969.

413. Zantwijk R.A.M. van. Las organizaciones social-económicas religiosas de las mercaderes. BEL. Vol. 10, 1970.

414. Zantwijk R.A.M. van. lquehuacatzin, un drama real azteca. — ECN. Vol. 13,1978. •

415. Zantwijk R.A.M. van. La intronización de Acamapichtli de Tenochtitlán y las caracteristicas de su gobierno. — ECN. Vol. 15, 1982.

416. Zavala S. Hernán Cortés ante la justificación de su conquista de Tenochtitlán. RUY. a. 26. 1984, № 149.

417. Zorita A. Breve y sumaría relación de los señores de la Nueva España. México, 1942.

418. Zorita A. The Lords of New Spain. L.', 1965.

419. Zuazo A. Carta del licenciado Alonso Zuazo al padre Fray Luis de Figueroa, prior de Mejorada. — Colección de documentos para la historia de México. Vol. 1. México, 1971.566

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.