Интерьеры Большого Ораниенбаумского дворца XVIII - середины XIX века. История создания и опыт теоретической реконструкции тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 17.00.04, кандидат искусствоведения Павлова, Марина Анатольевна

  • Павлова, Марина Анатольевна
  • кандидат искусствоведениякандидат искусствоведения
  • 2002, Санкт-ПетербургСанкт-Петербург
  • Специальность ВАК РФ17.00.04
  • Количество страниц 380
Павлова, Марина Анатольевна. Интерьеры Большого Ораниенбаумского дворца XVIII - середины XIX века. История создания и опыт теоретической реконструкции: дис. кандидат искусствоведения: 17.00.04 - Изобразительное и декоративно-прикладное искусство и архитектура. Санкт-Петербург. 2002. 380 с.

Оглавление диссертации кандидат искусствоведения Павлова, Марина Анатольевна

Введение.

Гпава 1. Интерьеры Большого (Меншиковского) дворца в

Ораниенбауме в первой четверти XVIII века.

Гпава 2. Интерьеры Большого Ораниенбаумского дворца в 1750-1760-е гг.

Гпава 3. Интерьеры Большого Ораниенбаумского дворца в конце XVIII - первой трети XIX века.

Гпава 4. Интерьеры Большого Ораниенбаумского дворца в середине XIX века.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Изобразительное и декоративно-прикладное искусство и архитектура», 17.00.04 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Интерьеры Большого Ораниенбаумского дворца XVIII - середины XIX века. История создания и опыт теоретической реконструкции»

Большому (б. Меншиковскому) дворцу в Ораниенбауме принадлежит заметное место в истории отечественной культуры. В его «биографии», связанной с именами видных государственных деятелей, представителей российского императорского дома, запечатлелись различные события в жизни страны, начиная с эпохи петровских преобразований. Признанный памятник архитектуры XVIII -XIX вв. - он включен в Список всемирного наследия (в составе дворцо-во-паркового комплекса в г. Ломоносове) - ораниенбаумский дворец имеет богатую строительную историю, вобравшую в себя несколько эпох развития русской архитектуры и декоративно-прикладного искусства. Он является сегодня памятником своим создателям, тем, кто его строил, реконструировал, занимался отделкой дворцовых интерьеров - архитекторам и декораторам, иностранцам и русским, творческая деятельность которых развивалась в условиях разного времени, отражая изменявшееся мировоззрение, ценностные ориентации и направленность художественной школы.

За свою почти трехсотлетнюю историю дворец неоднократно менял владельцев. Первым из них был князь А. Д. Меншиков. После его ареста и последующей ссылки в 1727 году здание, конфискованное в государственную казну, пустовало в течение десяти лет, до тех пор, пока не было передано Адмиралтейств-коллегии для размещения в нем Морского госпиталя. Но уже в 1743 году новым владельцем Ораниенбаума стал наследник российского престола великий князь Петр Федорович, будущий император Петр III, а после переворота 1762 года - императрица Екатерина II. В 1792 году она пожаловала дворцовое здание Морскому шляхетному корпусу, однако в 1796 году по указу ставшего императором Павла I Ораниенбаум вновь получил статус летней резиденцией великокняжеского двора, а Большой дворец обрел нового владельца в лице великого князя Александра Павловича (будущего Александра I). После смерти Александра в 1825 году Ораниенбаум был оставлен за вдовствующей императрицей Елизаветой Алексеевной, а в 1827 году передан в совместное владение великим князьям Михалу Павловичу и Константину Павловичу. С 1831 года (после отказа Константина от своей доли в пользу брата) Большой дворец являлся собственностью великого князя Михаила Павловича, а после его смерти в 1849 году - его супруги, великой княгини Елены Павловны. Затем дворец унаследовала их дочь - великая княгиня Екатерина Михайловна (герцогиня Мекленбург-Стрелицкая), передавшая его своим детям -герцогам М. Г. и Г. Г. Мекленбург-Стрелицким и их наследникам, владевшим Ораниенбаумом до 1917 года.

Ранний период советской истории стал для Большого дворца одним из самых печальных за все время его существования. Он подвергся разорению, несмотря на то, что в марте 1918 года произведения искусства, находившиеся в ораниенбаумских дворцах, были взяты под охрану, а сами они переданы во владение Наркомата имуществ. Сначала в здании бывшего дворца разместился военный госпиталь. В 1919 году он уступил место средней Сельскохозяйственной школе, что отнюдь не способствовало поддержанию здания в должном виде1. Кронштадтское восстание 1921 года, во время которого учебное заведение было эвакуировано, принесло Большому дворцу новые разрушения2. В 1924 году дворец передали Лесному техникуму, а еще через десять лет он поступил в распоряжение военно-морских сил Министерства ВС СССР.

Только в 1946 году в здании начались востановительные работы с приспособлением его под военный научно-исследовательский институт (гл. инженер проекта А. Д. Андреев). В 1948 году Большой дворец (за исключением центрального корпуса, оставшегося в ведении ВМФ) был передан Министерству судостроительной промышленности, из средств которого должно было осуществляться дальнейшее финансирование восстановительных работ. В 1949-1950 гг. силами Ленинградских Архитектурно-реставрационных мастерских (ЛАРМ) был выполнен проект реставрации фасадов Большого дворца (автор проекта К. Д. Халтурин, с участием А. Э. Гессена и Е. В. Казанской), реализованный в основном к 1956 году. В середине 1970-х гг. начался новый этап реставрационных работ.

В настоящее время Большой Ораниенбаумский дворец в значительной части освобожден от военных учреждений и передан Государственному музею-заповеднику «Ораниенбаум». Не так давно завершились реставрационные работы в Японском павильоне. Доступен теперь и центральный корпус. Но он еще ждет своей реставрации с последующим созданием в его стенах новой музейной экспозиции, чем, в первую очередь, и обусловлена сегодня актуальность изучения вопросов истории Большого дворца.

Уже в XVIII столетии ораниенбаумский дворец привлекал к себе внимание современников. Различные отзывы о нем сохранились в дневниках и заметках иностранных путешественников3, в разные годы посещавших Ораниенбаум. Среди них были: автор немецкого сочинения о Петербурге, анонимно изданного во Франкфурте и Лейпциге в 1718 году4, второй аноним, вошедший в историографию раннего Петербурга как «поляк-очевидец»5, гольштейн-готторпский придворный - камер-юнкер Ф. Берхгольц6 и француз-путешественник О. де ла Мотрэ7, которые видели ораниенбаумский дворец еще при жизни его первого владельца - князя А. Д. Менши-кова; немецкий путешественник Беллерманн8, англичанин А. Свин-тон9 и француз Ф. де Пиль10, побывавшие здесь во второй половине столетия, когда дворец принадлежал Екатерине II; голландец Meерманн11, посетивший его уже после того, как Ораниенбаум был пожалован великому князю Александру Павловичу.

Ораниенбаумский дворец удостоился нескольких строк и в капитальном труде Кастера, который был издан в Париже в конце XVIII в.12.

Авторы различных «описаний» Санкт-Петербурга, издававшихся в России в XVIII - XIX вв., обязательно упоминали его среди прочих достопримечательностей в окрестностях города. Особый раздел, посвященный Ораниенбауму, появился в книге И. Г. Георги, которая стала источником информации для последующих авторов13. (В частности, в «Словаре» А. Щекатова сведения об Ораниенбауме, собранные Г еорги, повторяются дословно14.) И. Пушкарев перечислил всех владельцев ораниенбаумского дворца (вплоть до великого князя Михаила Павловича, который являлся владельцем Ораниенбаума к моменту появления книги), точно указав время перехода дворца из рук в руки15.

В 1845-1847 гг. журнал «Иллюстрация» опубликовал цикл статей Л. Кавелина16, которые открывают список трудов, посвященных специально Ораниенбауму и, в частности, Большому дворцу. Именно Кавелин впервые назвал имя зодчего, причастного к строительной истории Большого дворца: он установил факт работы в Ораниенбауме архитектора Растрелли в середине XVIII в. Однако, не претендуя на особую научность, «ораниенбаумский старожил» Кавелин наряду с документами дворцового архива использовал также рассказы местных жителей и предания, которые потом повторили в своих сочинениях Н. Шарубин, М. И. Пыляев, Ф. В. Домбровский, Ф. Раевский и другие авторы второй половины XIX в.17, в результате чего иные из древних легенд (равно как и некоторые ошибочные предположения самого Кавелина) надолго закрепились в общественном сознании, получив статус фактов, будто бы имевших место в истории Ораниенбаума.

Серьезным вкладом в изучение Большого дворца явилась работа А. И. Успенского: в своем капитальном труде «Императорские

1Я дворцы» он привел значительное количество новых сведении, которые были почерпнуты из документов, осевших в Общем архиве Министерства императорского двора. Несколько ранее И. Э. Грабарь на страницах «Истории русского искусства» дал первый искусствоведческий анализ архитектуры ораниенбаумского дворца, рассматривая его как образец петровского барокко. Он же впервые обозначил и попытался решить проблему авторства постройки. В числе первых строителей Большого дворца Грабарь назвал участвовавших в «меншиковских постройках» И. Г. Шеделя, И. Ф. Браун-штейна и Т. Швертфегера, допуская к тому же причастность Ж.-Б. А. Леблона и Н. Микетти19. С этого времени вопрос об авторах ораниенбаумского дворца неоднократно поднимался на страницах искусствоведческих изданий и рукописных исследований20. Существенным шагом на пути к его решению стало открытие В. Ф. Шилковым имени первого строителя - Фонтана21. С. Б. Горбатенко привел интересные сведения, доказывающие причастность Браунштейна (о чем только предположительно говорил И. Э. Грабарь) к строительству ораниенбаумского дворца22.

Наряду с поисками ответа на вопрос об авторстве (который, к слову сказать, до сих пор нельзя считать окончательно решенным) в XX в. продолжалось начатое трудами Кавелина и Успенского изучение строительной «биографии» Большого дворца, включающей сведения не только о его возведении, но также и о последующих перестройках в течение XVIII - XIX вв. Результатом архивных изысканий, проводившихся в связи реставрационными работами 1940-х гг. в фондах ЦГАНХ (РГИА), ЦГАДА (РГАДА), с привлечением иконографических и текстовых материалов, объединенных в архиве Китайского дворца-музея (КДМ), стала историческая справка, составленная В. В. Елисеевой 1948 году23. Она представляла собой первую в советской историографии попытку систематизации имеющихся данных по истории Большого дворца. Однако стремление объять необъятное (как следствие недостаточной определенности задач исследования) и отсутствие критического подхода к используемому материалу предопределили несовершенство этой работы. К тому же, небрежность в оформлении научного аппарата явилась серьезным препятствием для обращения к выявленным источникам других исследователей24. Как положительный факт следует отметить, что в справке В. В. Елисеевой нашлось место некоторым материалам о ремонтных работах, проводившихся во дворце в XIX - начале XX вв.

В конце 1970-х гг. изучением истории Большого дворца занималась Н. В. Якимова. В преддверии реставрационных работ по Японскому павильону ею был собран обширный историко-архивный материал25 и составлена методическая записка26. Содержание последней явно выходит за рамки, определявшиеся практическими нуждами реставрации на тот момент. В частности, Н. В. Якимова высказала ряд интересных соображений о формировании компози-ционого решения Большого дворца на раннем этапе его строительной истории. Безусловно, заслуживают внимания материалы по истории Японского павильона, включающие подробные сведения о ремонтных работах, проводившихся в течение XVIII - XIX вв., и их оценка исследователем. К сожалению, Н. В. Якимова в своей работе не рассматривала сохранившуюся внутреннюю отделку Японского павильона и связанные с ней вопросы атрибуции.

Значительная часть литературы об Ораниенбауме представлена популярными изданиями - альбомами и путеводителями, в которых можно найти только краткие сведения о Большом дворце27. В этом ряду выделяются альбом, изданный в 1954 году с сопроводительной статьей Г. И. Солосина28, книги А. Г. Раскина29 (1979) и Д. А Кючарианц30 (1980), содержащие новые (по сравнению с ранее опубликованными) сведениями по истории ораниенбаумского дворца.

В частности, Г. И. Солосин в нескольких словах охарактеризовал внутреннее убранство дворцовых покоев при жизни А. Д. Мен-шикова и привел наименования некоторых комнат, почерпнутые в описях первой трети XVIII в. (ссылки на конкретные документы в тексте отсутствуют).

А. Г. Раскин использовал, очевидно, еще более широкий круг источников, позволивших ему проследить историю Большого дворца в развитии. Не ограничиваясь характеристикой постройки в «меншиковское» время, он коснулся изменений, произошедших в последующий период, когда здание принадлежало Адмиралтейств-коллегии. На основании письменных источников автор дал краткую характеристику интерьеров дворца, декорированных Растрелли в середине XVIII в., назвал несколько имен мастеров-отделочников. Кроме того, А. Г. Раскин упомянул о проведении отделочных работ во дворце в XIX в.: в 1813-1815 гг. по чертежам К. Росси, а в период с 1834 по 1856 год- Л. Бонштедта, А. Штакеншнейдера (без указания конкретных работ) и Г. Боссе, имя которого было названо в связи с сохранившейся отделкой зала Большого дворца.

Д. А. Кючарианц дополнила список архитекторов, работавших во дворце в XIX столетии, именами Л. Руска и В. П. Стасова, но никак не конкретизировала личный вклад каждого из них.

А. Н. и Е. А. Петровы - авторы главы об Ораниенбауме для капитального справочного издания 1983 года, посвященного памятникам пригородов Ленинграда31, суммировали весь материал по истории Большого дворца, имеющийся на то время.

Вместе с тем отсутствие ссылок на документы не позволяет рассматривать названные труды в ряду научных исследований, а сведения, приводимые авторами, не могут восприниматься с безоговорочным доверием (ниже на конкретных примерах будет доказано, что подобные сомнения оправданы).

Последние два десятилетия помимо выхода новых альбомов (которые ничего не прибавили к ранее накопленным знаниям о Большом дворце), были отмечены появлением ряда статей и рукописных исследований С. Б. Горбатенко, посвященных отдельным вопросам истории ансамбля. Благодаря успешным поискам в различных архивных фондах, выявлению новых источников, дифференцированному подходу к анализу и изложению накопленного материала исследователю удалось пролить свет на историю формирования меншиковской усадьбы в 1710-1727 гг.32, определить истинный вклад Ф. Растрелли в развитие ансамбля ораниенбаумского дворца в середине XVIII в.33, проследить эволюцию внутренней планировки дворцового здания на протяжении XVIII - XIX вв.34, рассмотреть обстоятельства создания и дальнейшую судьбу иконостаса дворцовой церкви св. Пантелеймона35 и т. д. Основные сведения по истории Ораниенбаума, собранные Горбатенко, вошли в его книгу о Петергофской дороге, большая часть которой посвящена ораниенбаумскому историко-ландшафтному комплексу36. Это издание -последнее в хронологическом ряду опубликованных трудов, авторы которых касались вопросов истории ораниенбаумского дворца. Но в изучении последнего по-прежнему не может быть поставлена точка, тем более, что, как уже говорилось, предстоящая реставрация этого ценнейшего памятника архитектуры предполагает создание музейной экспозиции в его стенах. В этих условиях приоритетными в изучении истории дворца становятся вопросы, связанные с эволюцией его внутреннего убранства, которые до настоящего времени оставались мало изученными.

Многие исследователи отмечали, что в отличие от фасадов здания, которые сохранились без значительных изменений, его интерьеры на протяжении XVIII -XIX вв. неоднократно обновлялись. Назывались отдельные имена архитекторов и мастеров, в разные годы принимавших участие в оформлении дворцовых помещений. Но ни один из исследователей до сих пор не ставил перед собой задачи комплексного изучения материалов с целью создания полноценной картины эволюции интерьерного ансамбля, видоизменения архитектурно-художественного убранства интерьеров Большого дворца вследствие различных причин объективного (естественный процесс старения и разрушения декоративной отделки) и субъективного (требования новых владельцев, изменения функционального характера, зависимость от существующих норм и вкусов) порядка. Не было сделано ни одной серьезной попытки реконструкции не-сохранившихся интерьеров, хотя среди выявленных источников заметное место занимали описи Большого дворца, составлявшиеся в течение XVIII-XIX вв.

В специальной литературе по истории русского интерьера XVIII - XIX вв. Большой Ораниенбаумский дворец практически не упоминается. (Отчасти это объясняется их малой сохранностью и почти полным отсутствием иконографического материала.) Существует ряд исследований, посвященных различным вопросам истории русской культуры первой четверти XVIII в., авторы которых упоминают Меншиковский дворец в Ораниенбауме, используя опись последнего, составленную в1728 году37. Чаще других к ней обращаются исследователи петербургского дворца князя А. Д. Меншикова, ссылаясь на ряд существенных совпадений в ранней истории обеих построек. Но этот исключительно ценный источник, использованный вне связи с другими документами по истории ораниенбаумского дворца, иногда побуждает исследователей к ошибочным заключениям. Так, например, не соответствует истине встречающееся в литературе утверждение о существовании во дворце А. Д. Меншикова в Ораниенбауме помещения с отделкой стен из натурального мрамора38.

С описью 1728 года, определенно, был знаком Г. И. Солосин. Однако, характеризуя внутреннее убранство дворца при А. Д. Мен-шикове, он ограничился только перечислением использованных здесь отделочных материалов, не рассматривая оформление комнат по отдельности. Упомянув о двух «палатах», предназначенных для Петра I, исследователь неверно указал их местоположение - в центральном корпусе39 (последние были пристроены с надворной стороны, у оконечности восточного крыла).

Сведения об облике дворцовых комнат в первой четверти XVIII в., приведенные А. Г. Раскиным и Д. А. Кючарианц также исчерпываются перечнем отделочных материалов и наименованием некоторых комнат.

В статье А. Н. и Е. Н. Петровых была сделана попытка охарактеризовать архитектурно-художественное убранство зала менши-ковского дворца и соседней с ним восточной «передней», которую авторы почему-то назвали «Аудиенц-залом», равно как западную «переднюю» - «Столовой», хотя такие наименования, свидетельствующие о назначении помещений, были получены ими только в середине XVIII в.40.

Удивительно, но знакомство с описью 1728 года (об этом определенно свидетельствуют приводимые авторами цитаты из документа) не уберегло исследователей от ошибочных атрибуций. Так, например, А. Г. Раскин и Д. А. Кючарианц называют вестибюль и парадную лестницу дворца «уцелевшими первоначальными интерьерами», т. е. относят их пространственную композицию и отделку ко времени А. Д. Меншикова41. Однако это опровергается текстом описи и, еще более, имеющимися историческими планами42 (один из них, к слову сказать, воспроизводится в книге А. Г. Раскина), которые наглядно демонстрируют, что прежний, «меншиковский», вестибюль был значительно больше по площади, простираясь на часть первого этажа, занятую позднее, в середине XVIII в., парадной лестницей -той самой, которая сохранилась, но не имеет никакого отношения к первоначальному меншиковскому дворцу, равно как и ее резные балясины, изготовленные, согласно документам, «отставным резчиком» Канцелярии от строений Иваном Казанцевым в 1750 году43, никак не могут считаться «шедеврами декоративной резьбы первой четверти XVIII века» (А. Г. Раскин). Аналогичную ошибку еще раньше допускала Т. Сапожникова, говоря о лестнице ораниенбаумского дворца, как о «современной лестнице Большого дворца в Петергофе и вероятно исполненной тем же резчиком Мишелем»44, и позднее-А. Н. и Е. Н. Петровы, назвавшие лестничную баллюстра-ду «интересным образцом русской декоративной резьбы начала XVIII века»45. Правильная атрибуция сохранившейся парадной лестницы ораниенбаумского дворца впервые была сделана С. Б. Горба-тенко46. Вместе с тем предложенный им вариант реконструкции лестничной группы в меншиковское время, на наш взгляд, требует серьезной корректировки, т. к. не подтверждается данными письменных источников47. С. Б. Горбатенко высказал также некоторые соображения, касающиеся «организации жизненных процессов во дворце», попытался определить характер использования отдельных помещений. В частности, исследователь пришел к заключению, что при жизни Меншикова дворец делился на две половины: западную «мужскую» и восточную «женскую», аргументировав это, между прочим, преимущественно «женским» характером образов (Богородица, Премудрость божия), упоминаемых в описи восточной половины, и «мужским» западной (Троица, св. Николай)48. Однако несостоятельность этого довода становится очевидной, если обратиться к описи московского «слободского» дома князя Меншикова 1723 года, согласно которой, в «спальне его светлости» находились сразу две богородичных иконы («образ Благовещение Богородице в ковчеге» и «образ Богородицын в зеленых рамах писан на золоте»), в комнате сына Меншикова - Александра - был «образ Тихвинской Богородицы», тогда как в «спальне светлейших княжон» висела икона «преподобнаго Кирилы Новоезерского», а у Варвары Михайловны - «благовернаго князя Александр Невского»49.

С еще большей осторожностью следует относиться к имеющимся в литературе сведениям о работе архитектора А. Ринальди над отделкой центрального зала Большого дворца. Больше других на этом настаивала Д. А. Кючарианц утверждавшая, что Ринальди сохранил только «коробку» интерьера, декорировав его стены, падуги и перекрытие «изысканной лепкой в духе рококо»50. Предположение о том, что сохранившийся до настоящего времени лепной декор зала, выполненный в середине XIX в. по рисункам Боссе, повторяет ринальдиевский декор, было высказано и А. Г. Раскиным51. О «больших изменениях», внесенных Ринальди в архитектурно-декоративную отделку интерьеров дворца и в первую очередь Большого зала, с уверенностью писали А. Н. и Е. Н. Петровы52. Вместе с тем не подтвержденный документами факт работы Ринальди в зале (имеющиеся документы свидетельствуют только об обновлении им интерьера церкви и верхнего зала в Японском павильоне в 1760-е - 1770-е гг.) кажется тем более сомнительным, что, по данным описей, здесь длительное время сохранялись элементы резной (а не лепной!) отделки 1750-х гг., к созданию которой Ринальди никакого отношения не имел 53.

Упоминая о работе К. Росси, В. П. Стасова, А. Штакеншнейде-ра, Л. Бонштедта в интерьерах Большого дворца, исследователи никак не дифференцируют вклад каждого из них. Ошибкой является указание на конец XIX - начало XX в., как на время работы архитектора Е. А. Прейса54. В этот период в Ораниенбауме работал его сын - Константин Прейс, а отец занимался отделочными работами в середине XIX в., будучи тогда (в течение 1855-1859 гг.) дворцовым архитектором

Среди немногочисленных имен, называющихся в связи с отделкой интерьеров Большого дворца, можно встретить и такие, которые попали в этот список вовсе необоснованно: например, живописцы Н. Григорьев, И. Канатчиков, И. Гроот и Н. Панфилов, вопреки як сведениям, имеющимся в литературе , не принимали участия в работе над живописным плафоном для зала ораниенбаумского дворца в 1757 году57, а лепной мастер «Т. Дылев» (очевидно, подразумевается Тимофей Дылев), которого исследователи58 уверенно называют исполнителем сохранившегося лепного декора в зале, ни разу не упоминается в ораниенбаумских документах, где мастер именуется только по фамилии, и лишь в одном из счетов за лепные работы появляется сделанная его рукой подпись - «Полиокт Дылев»59.

Свидетельством недостаточной изученности вопроса является и тот факт, что в литературе отсутствуют атрибуционные сведения об обладающих несомненной ценностью сохранившихся элементах отделки в помещениях первого этажа (так называемые «покои Е. Р. Воронцовой») и росписи в нижнем зале Японского павильона. В путеводителях довоенного времени им совсем не уделялось внимания, поскольку считалось, что «ничего музейного в смысле убранства» во дворце не осталось60, и интересен он «лишь своей наружной архитектурой и некоторыми событиями, связанными с историей»61. Для авторов второй половины XX в. сохранившиеся фрагменты декоративного убранства представляются уже «интересными в художественном отношении». Однако достоверными сведениями о времени их создания и мастерах-исполнителях они, по всей видимости, не располагают. Лепной плафон «Охотничьего кабинета» (такое наименование интерьера, используемое в литературе, придумано исследователями), созданный весной-летом 1759 года, не точно датируется 60-ми гг. XVIII в. (А. Г. Раскин)62 или же - временем, «когда во дворце работал Б. Ф. Растрелли» (А. Н. и Е. Н. Петровы)63. К элементам отделки XVIII в. почему-то причисляется и камин, сохранившийся в помещении бывшей «опочивальни Воронцовой» (Д. А. Кючарианц)64, который на планах ораниенбаумского дворца появляется лишь в конце XIX в. Роспись плафона в нижнем зале Японского павильона считается «возобновленной в XIX веке» (А. Г. Раскин)65 без всякого указания на то, когда же именно и кем она была создана.

Таким образом, даже те немногие сведения об интерьерах ораниенбаумского дворца, которые можно найти на страницах альбомов и путеводителей, требуют критического отношения и проверки. Неточности и ошибки (отнюдь не исчерпывающиеся подмеченными выше), взятые отдельно друг от друга, возможно, не покажутся столь уж значительными. Однако, повторяясь из книги в книгу, все вместе они создают мало достоверную картину, которая на сегодняшний день уже нуждается в исправлении.

Изучение материалов по истории интерьеров ораниенбаумского дворца, анализ выявленных ранее исследователями документов66, поиск новых источников были начаты нами несколько лет назад, во время работы в Государственном музее-заповеднике в г. Ломоносове, в качестве научного сотрудника, хранителя Большого дворца, и затем продолжены в стенах института «Ленпроект», в группе 9-й мастерской, занимавшейся подготовкой проекта реставрации Большого Ораниенбаумского дворца. Результатом систематизации известных и выявленных вновь документов стала сводная хронологическая таблица, фиксирующая основные отделочные и ремонтно-строительные работы, проводившиеся во дворце в течение XVIII - XIX вв., с указанием имен архитекторов, мастеров-исполнителей, заказчиков. Сведения об отдельных помещениях дворца, почерпнутые в документах, были соотнесены с конкретными интерьерами (наименования которых в течение XVIII - XIX вв. неоднократно изменялись) на плане здания67. В 1991-1996 гг. нами были подготовлены исторические справки по основным интерьерам Большого дворца68.

В настоящее время представляется возможным и необходимым систематизировать и обобщить накопленные материалы, внести новые сведения, выявленные в процессе архивных изысканий. Составленная на основе документов, достоверная картина эволюции архитектурно-художественного оформления различных по назначению комнат Большого Ораниенбаумского дворца может существенно обогатить сумму фактических знаний по истории русского интерьера XVIII - XIX вв. Участие иностраных мастеров в создании декоративного убранства ораниенбаумских интерьеров позволяет также затронуть ставшую особенно актуальной в наши дни проблему россики, межнациональных связей в искусстве.

Не оспаривая необходимости обобщающих теоретических исследований, отметим, что для развития науки об искусстве не менее важным является изучение фактологического материала. В свое время об этом говорила Т. В. Алексеева, подчеркивая, что «без притока новых сведений и постоянного обогащения чисто фактических знаний обобщающая теоретическая мысль, в конце концов, оказывается стоящей перед опасностью схоластики. Изучение конкретного материала корректирует общие идеи и положения, способствует и новым поворотам рассмотрения искусства»69. Несмотря на то, что с тех пор, когда прозвучали эти слова, прошло уже без малого тридцать лет, они не утратили своей актуальности.

Цель данного исследования - проследить эволюцию архитектурно-художественного убранства интерьеров Большого Ораниенбаумского дворца в контексте истории русского интерьера XVIII -середины XIX вв.

Полноценное раскрытие темы предполагает решение ряда задач, к числу которых относятся:

1. Обобщение и анализ материалов по истории интерьеров ораниенбаумского дворца. Выявление и введение в научный оборот новых источников по теме.

2. Теоретическая (логическая) реконструкция архитектурно-декоративного убранства интерьеров на разных этапах существования дворца. Разработка методических принципов реконструкции.

3. Характеристика ораниенбаумских интерьеров в контексте развития русской архитектуры и декоративно-прикладного искусства XVIII - первой половины XIX вв.

4. Уточнение датировок и атрибуций сохранившихся интерьеров и элементов декоративного убранства.

5. Выявление новых сведений о мастерах-исполнителях декоративно-отделочных работ в интерьерах ораниенбаумского дворца.

Предметом исследования является архитектурно-декоративное убранство интерьеров, занимавших второй этаж центрального корпуса, где в течение XVIII - XIX вв. были сосредоточены наиболее значимые в художественном отношении парадные и жилые комнаты владельцев дворца. В отдельных случаях, если это диктуется необходимостью решения поставленных задач (прежде всего, это относится к задаче датировки и атрибуции сохранившихся элементов художественной отделки), анализируются и некоторые другие интерьеры Большого дворца70.

Хронологические рамки исследования охватывают период с первой четверти XVIII - времени постройки ораниенбаумского дворца -до середины XIX вв., когда основные интерьеры главного корпуса были декорированы в последний раз.

Построение работы подчиняется хронологическому принципу: в первой главе рассматривается оформление интерьеров Большого дворца в «меншиковское» время, в период становления русского искусства Нового времени; вторая глава ограничена кратким периодом 1750-х- 1760-х гг., на которые приходится время расцвета барокко и рококо; третья глава включает анализ изменений, происходивших в искусстве русского интерьера и, в частности в оформлении помещений ораниенбаумского дворца, в период классицизма конца XVIII - первой четверти XIX в.; и, наконец, в четвертой главе речь идет о видоизменении отделки в период эклектики середины XIX в. Такой принцип деления, оправдываемый, в основном, и общепринятой периодизацией русского искусства XVIII -XIX вв., позволяет выделить наиболее значимые периоды в «архитектурной биографии» Большого дворца и, вместе с тем, проследить эволюцию его интерьерного ансамбля в контексте стилевого развития русской архитектуры и декоративно-прикладного искусства XVIII -первой половины XIX в., выявляя общие (присущие большинству интерьеров каждого рассматриваемого периода) и специфические черты ораниенбаумских интерьеров.

Метод исследования, примененный в диссертации, основан на изучении и анализе текстовых источников, иконографии, визуальном изучении и анализе сохранившихся интерьеров и элементов декоративного убранства с привлечением широкого круга аналоговых материалов.

Основные источники - письменные документы, хранящиеся в различных фондах РГАДА, РГИА, РГА ВМФ, архивах СПбОИРИ РАН, КДМиКГИОП.

Первую группу источников формируют различные (вещевые, архитектурные, интерьерные, смешанного типа71) описи Большого Ораниенбаумского дворца, составлявшиеся в разные годы в связи с передачей дворцового имущества под ответственность от одного лица другому, либо фиксирующие состояние здания (или отдельных помещений) до или после проведения ремонтных работ. В частности, нами были проанализированы описи 1728, 1736, 1740, 1745, 1765, 1792, 1798, 1858, 1873 гг.72. Одни из них хорошо знакомы исследователям, другие - практически не использовались ими. Наименее известные тексты описей 1736 и 1745 гг. приводятся в Приложении к диссертации.

Во вторую группу источников входят документы, содержащие сведения об отделочных работах, более или менее крупных ремонтах и реконструкциях, происходивших в интерьерах ораниенбаумского дворца. Это различные сметы, подрядные договоры, ходатайства о финансировании, счета, требования на материалы, отчеты о расходовании средств, рапорты, доношения, письма и т. п. и т. д., осевшие в различных фондах, только часть из которых непосредственно связана с Ораниенбаумом. В числе последних следует назвать ф. 1239 (оп. 3, ч. 114) в РГАДА, где сосредоточены основные дела Ораниенбаумской домовой конторы (1743-1796) и ф. 492 в РГИА, где бумаги Ораниенбаумской домовой конторы объединены с делами Ораниенбаумского дворцового правления за 1796-1885 гг., а также разрозненные документы того же ведомства, оставшиеся в Ораниенбауме, собранные теперь в научном архиве КДМ.

Но изучение многих вопросов истории ораниенбаумского дворца было бы невозможно без обращения к материалам целого ряда архивных фондов - фондов тех учреждений или лиц, которые на разных этапах были связаны с возведением и содержанием здания. В частности, нами использовались: в РГАДА - документы из фондов А. Д. Меншикова (ф. 198), Кабинета Екатерины II (ф. 10), Придворного ведомства (ф. 14); в РГИА - документы из фондов Высочайших повелений по придворному ведомству (ф. 466), Кабинета е. и. в. (ф. 468), Канцелярии от строений (ф. 467), Гоф-интендантской конторы (ф. 470), Академии художеств (ф. 789), Канцелярии начальника Главного штаба е. и. в. кн. П. М. Волконского по придворной части (ф. 519), Канцелярии главноуправляющего дворцовыми правлениями и городом Царским Селом (ф. 486)73, фонда Шереметьевых (ф. 1088)74, различных фондов контор и канцелярий членов императорской фамилии - Конторы двора вел. кн. Михаила Павловича и вел. кн. Елены Павловны (ф. 548), Придворной конторы вел. кн. Екатерины Михайловны (ф. 533), Конторы герцогов Мек-ленбург-Стрелицких и принцессы Саксен-Альтенбургской (ф. 556). Очень полезными для исследования оказались также документы военных ведомств, хранящиеся в РГА ВМФ (фф. 138, 179, 212) и фонда А. Д. Меншикова (ф. 84) в составе архива СПбОИРИ РАН.

Новые материалы фактологического характера, выводы и обобщения по теме исследования, сделанные на основе изучения документальных источников и специальной литературы, нашли отражение в опубликованных нами статьях и докладах, прочитанных на конференциях в музеях Санкт-Петербурга и пригородов в 19982001 гг.75.

Похожие диссертационные работы по специальности «Изобразительное и декоративно-прикладное искусство и архитектура», 17.00.04 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Изобразительное и декоративно-прикладное искусство и архитектура», Павлова, Марина Анатольевна

Заключение.

Большому (б. Меншиковскому) дворцу в Ораниенбауме посвящена обширная литература. Но его интерьеры только в последние годы стали предметом специального изучения. Исходной для нас была оценка интерьеров ораниенбаумского дворца как динамической, изменявшейся во времени структуры, поэтому в диссертации нами рассматривалось архитектурно-декоративное оформление дворцовых комнат на разных этапах их существования. Следуя в русле общей тенденции современного искусствознания к целостному, системному изучению тех или иных художественных явлений, ораниенбаумские интерьеры исследовались нами в широком исто-рическо-культурном контексте. С этой целью в каждой из четырех глав работы анализировались особенности архитектурного и декоративного решения комплекса парадных и жилых интерьеров и их развитие в течение определенного периода, хронологические рамки которого укладывались в границы одной из относительно цельных стилевых эпох в истории русской архитектуры и декоративно-прикладного искусства за полтораста лет - от Петровской эпохи до середины XIX в. В результате впервые созданная на документальной основе картина эволюции архитектурно-декоративного убранства ораниенбаумских интерьеров в течение XVIII - первой половины XIX вв. предстала как отражение тех процессов, которые характеризовали развитие русского интерьера этого времени в целом. При анализе ораниенбаумских интерьеров в пределах каждого из указанных периодов были выявлены стилевые признаки, характерные для большинства подобных им интерьеров того же времени. Вместе с тем на всех этапах развития удалось отметить специфические особенности во внутреннем убранстве Большого дворца, объясняемые субъективными факторами - в первую очередь, личностной характеристикой того или иного владельца, выступавшего в роли заказчика, его социальным статусом, финансовыми возможностями, художественным вкусом и жизненными потребностями.

Незначительный объем художественной отделки XVIII -XIX вв., сохранившейся до настоящего времени в Большом Ораниенбаумском дворце, и отсутствие иконографического материала (за несколькими исключениями) были условиями, в которых только скрупулезное изучение и анализ письменных источников могли дать ответы на поставленные вопросы. В результате работы был собран и систематизирован обширный архивно-библиографический материал, в научный оборот введены десятки новых архивных документов, а также библиографические источники, до сих пор не использовавшиеся исследователями ораниенбаумского дворца.

Как уже говорилось, важным источником информации для нас стали различные описи ораниенбаумского дворца XVIII - XIX вв. Однако, в зависимости от тех задач, которые ставились перед составителями этих документов, последние существенно различаются между собой характером содержащихся в них сведений и, как следствие, они не могли быть одинаково полезны для нашего исследования.

В частности, описи второй четверти XVIII в. (1728, 1736, 1740 и 1745 гг.), взаимно дополняя друг друга, позволили реконструировать внутреннее убранство помещений ораниенбаумского дворца на «меншиковский» период, включая не только «вещное» наполнение комнат, известное благодаря конфискационной описи 1728 года, но и характеристику статичных элементов интерьера (окон, дверей, стен, перекрытий, пола, печей и каминов), основанную, главным образом, на сведениях из описей 1740-х гг. (при обязательном сопоставлении их с более ранними описями).

Напротив, полезных сведений, имеющихся в описях 1765, 1784 и 1792 гг., оказалось недостаточно для характеристики архитектурно-декоративного оформления интерьеров на середину XVIII в., когда они были существенно видоизменены. Поэтому в данном случае нами был опробован способ построения логической реконструкции, базирующийся на детальном изучении процесса создания отделки, отраженного в документах организации (в 1750-х гг. ею являлась Канцелярия от строений), курировавшей отделочные работы. Такой путь, безусловно, очень трудоемкий (об этом свидетельствует количество архивных дел, на которые в диссертации даются ссылки; еще больше из просмотренных нами документов не содержали искомой информации), но в некоторых случаях он оказывается весьма продуктивным: доказательством тому является теоретическая (логическая) реконструкция зала в середине XVIII в., построенная на материале многочисленных протоколов Канцелярии от строений за 1756-1757 гг.

Достаточно подробная опись 1798 года только с помощью дополнительных источников - писем-отчетов руководившего отделочными работами П. Аргунова, обрела необходимую конкретность в деталях, особенно важную для выявления специфических особенностей обновленных ораниенбаумских интерьеров в период утвердившегося классицизма, для которого было не чуждым использование относительно однообразных, унифицированных элементов во внутреннем убранстве.

Ни одна из описей ораниенбаумского дворца XIX в. без других документов, содержащих сведения о проведении отделочных работ, вообще не могла бы стать сколько-нибудь достаточной для реконструкции несохранившихся интерьеров, равно как невозможно было бы оценить, не владея дополнительной информацией, степень сохранности уцелевшей отделки.

Без привлечения широкого круга источников не удалось бы назвать новых имен мастеров различных художественных специальностей, которые в разные годы работали в интерьерах Большого дворца. Между тем, в результате проведенного исследования список мастеров-исполнителей, привлекавшихся к отделочным работам в ораниенбаумском дворце в XVIII в. пополнился никогда не упоминавшимися в этой связи именами иностранцев и русских - резчиков К. Ж. Доммажа, Л. Роллана и И. Казанцова, столяров И. Ротгауза и И. Миллера, «штукатурных дел» мастеров Дж. Джанни и «Гусени», работавших с ними вместе учеников - А. Кутафьева, Г. Полякова, А. Кусакина, И. Додонова, Ф. Андреева, И. Тарыбердеева, К. Засухина и А. Гусева, специалистов «золотарного дела» А. Федорова, А. Матвеева, Е. Волочаева, П. Дементьева. В начале XIX в. здесь трудились комнатные живописцы У. Иванов и Ф. Брандуков, обойщик С. Шашин, в 1850-е гг. к отделке интерьеров привлекались лепной мастер П. Дылев, резчик Дунаев, живописцы Титов и А. Гармут, столяры Мейндорф и Н. Беляев, слесарь А. Варзин, мастера-мебельщики Е. Жуков и С. Лихомахов.

В истории ораниенбаумского дворца нашли отражение тесные связи русского искусства с культурой других европейских стран, но характер этих связей существенно трансформировался на протяжении рассматриваемого периода.

В первой четверти XVIII в. этот процесс зачастую напоминал своего рода искусственную «трансплантацию» европейских достижений на русскую почву. Иностранные мастера своей активной деятельностью и своим творчеством приобщали Россию к искусству Нового времени: в сфере оформления дворцового интерьера они ориентировали русского заказчика на последнюю европейскую моду, способствовали внедрению современных планировочных решений, новых приемов и способов отделки, новых материалов. На примере ораниенбаумского дворца в диссертации были прослежены характерные образцы объемно-пространственных решений и декоративные приемы, которые, отражая общие тенденции, типичные для большинства петербургских интерьеров второго и третьего десятилетий XVIII в., позволяют говорить об интерьере Петровской эпохи как явлении, в целом, принадлежащем культуре Нового времени. Вместе с тем петербургские интерьеры первой четверти XVIII в. обладали своеобразием, поскольку внутреннее устройство и декор в частных постройках строго не регламентировались, а были оставлены на усмотрение заказчика, и, следовательно, в значительной степени отражали вкусовые пристрастия владельцев. Проведенный на основе письменных источников анализ архитектурного и декоративного решения интерьеров ораниенбаумского дворца позволил нам сделать вывод об использовании различных европейских образцов и прототипов, взятых за основу оформления интерьеров, а отмеченная «оригинальность» отделки, суть которой в эклектичном соединении различных образцов и способов декориров-ки, была расценена как следствие поверхностного знакомства с принципами искусства Нового времени.

Несмотря на устойчивый в последнее время интерес к проблеме «россики», деятельность иностранных мастеров сравнительно редко рассматривалась на материале русского интерьера. Говоря о конкретных исполнителях художественной отделки, исследователи зачастую неверно называли их имена, следуя искаженному канцеляристами написанию в документах. В результате проведенного исследования некоторые из таких ошибок были нами исправлены.

Привлечение широкого круга источников позволило совершенно по-новому взглянуть на деятельность «мармулира и архитекта» И. К. Ферстера, имя которого должно занять достойное место в истории русской архитектуры Петровского времени, прежде всего, благодаря его работам в области внутренней отделки с использованием нетрадиционного для русского искусства материалов. А документально установленный факт применения им искусственного мрамора в отделке «мраморовой» палаты ораниенбаумского дворца в 1719 году, расширяет имеющиеся представления о способах оформления интерьеров в первой четверти XVIII в. Самостоятельной ценностью обладают документальные источники, позволяющие сегодня реконструировать технологический процесс изготовления искусственного мрамора, использовавшийся при отделке названого интерьера Большого дворца в «меншиковское» время.

На основе документов в диссертации дается высокая оценка деятельности «штукатурных дел мастера» Дж. Джанни, который, прожив в Петербурге четверть века, принимал участие в отделке наиболее значительных построек в период с 1746 до начала 1770-х гг.

Иностранные мастера оказали решающее влияние на формирование русских художественных кадров в XVIII в. Как правило, все они имели русских учеников, вместе с которыми работали на различных объектах. Так, например, по указанию Канцелярии от строений Дж Джанни и подготовленные им русские лепщики в 1759 году занимались отделкой «покоев Е. Р. Воронцовой» в ораниенбаумском дворце, сохранившейся во фрагментах до настоящего времени. Благодаря документам стало известно, кем и когда были созданы сохранившиеся лепные плафоны «зала Дианы» и маленького «кабинета». Кроме того, выявленные в процессе исследования материалы о деятельности лепщиков в Петербурге явились поводом для того, чтобы сравнить их ораниенбаумские работы с хорошо сохранившейся лепной отделкой в «Елизаветинском» корпусе Смольного монастыря и, исходя из особеностей, характеризующих почерк мастера и его команды, определить сделанные ими плафоны.

В результате проведенного исследования было также установлено время создания и имя живописца, исполнявшего роспись перекрытия в нижнем зале Японского павильона. Им был академик Б. Медичи, прежде никогда не упоминавшийся в связи с отделочными работами в Большом Ораниенбауском дворце.

Изучение документов, отражающих историю создания сохранившейся отделки «Белого зала» и «столовой», не только способствовало выявлению имен мастеров-исполнителей, осуществивших замыслы архитекторов Г. Боссе и Л. Бонштедта, но также дает основание для постановки вопроса о воссоздании утраченных элементов декора в процессе будущих реставрационных работ.

В ходе исследования нами затрагивались вопросы интерпретации архитектурно-художественных терминов, встречающихся на страницах исторических документов. Существующие словари (глоссарии) не исчерпывают всего многообразия «профессиональной» терминологии XVIII в. Между тем, ее знание является непременным условием для успешного изучения истории отечественной архитектуры и эволюции интерьера: не владея терминологией, подчас невозможно правильно интерпретировать тот или иной документ. В диссертации, на материале Большого дворца, нами раскрывается содержание нескольких таких терминов-«загадок».

Результаты, достигнутые в ходе работы, могут быть использованы практически. Предпринятое исследование позволило впервые обобщить и систематизировать данные по истории интерьеров Большого Ораниенбаумского дворца с момента его создания до середины XIX в. Эти материалы могут оказать реальную помощь научным сотрудникам ГМЗ «Ораниенбаум» при разработке теоретически обоснованной концепции будущего музея, составлении темати

180 ко-экспозиционных планов и организации музейных экспозиций, архитекторам и реставраторам - в практической работе по проектированию, консервации и реставрации интерьеров Большого дворца. (Отдельные материалы уже использовались раньше архитекторами 9-й мастерской института «Ленпроект» при составлении проектной документации.) Сведения фактического и атрибуционного характера должны учитываться при издании новых альбомов и путеводителей по Ораниенбауму (особенно в тех случаях, когда они исправляют существующие ошибки).

Многочисленные фактические сведения, введенные в научный оборот, могут использоваться историками искусства в исследованиях, посвященных более широким вопросам русской архитектуры и интерьера XVIII - первой половины XIX вв., проблемам русско-европейских контактов. Сведения о мастерах-иностранцах, работавших в Петербурге, могут оказаться полезными при изучении их деятельности в других странах, а также должны учитываться при составлении биографических статей для справочных изданий. «Расшифрованные» нами термины могут пополнить существующие словари. Материалы диссертации, кроме того, могут использоваться при чтении лекционных курсов по истории русского искусства и в экскурсионной работе сотрудников музеев.

Список литературы диссертационного исследования кандидат искусствоведения Павлова, Марина Анатольевна, 2002 год

1. Алексеева М. А. «В Санкт Питере Бурхе грыдоровал.» // Первые художники Петербурга / Сост. В. Г. Андреева. Л.: Лениздат, 1984.-С. 95-135.

2. Алексеева С. Б. К истории отделки фасадов Зимнего дворца // Проблемы синтеза искусств и архитектуры: Тематич. сб. науч. трудов. Л.: Ин-т живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина, 1983. - Вып. XIV. - С. 25-34.

3. Алексеева Т. В. Некоторые проблемы изучения русского искусства XVIII века // Русское искусство XVIII века: Материалы и исследования / Под ред. Т. В. Алексеевой. М.: Наука, 1973. - С. 7-19.

4. Антонов В. В. Живописцы-декораторы Скотти в России // Русское искусство второй половины XVIII первой половины XIX в.: Материалы и исследования / Под ред. Т. В. Алексеевой. - М.: Наука, 1979.-С. 69-107.

5. Аркин Д. Материалы о жизни и творчестве Ф. Б. Растрелли // Сообщения Кабинета теории и истории архитектуры. М.: Акад. архитектуры СССР, 1940. - Вып. 1.-С. 17-46.

6. Аронова А. А. Архитектурные связи России с Северной Европой в последней четверти XVII первой четверти XVIII в.: Автореф. дис. канд. искусствовед. - М., 1993. - 21 с.

7. Архипов Н. И., Раскин А. Г. Петродворец. М.-Л.: Искусство, 1961.-331 с.

8. Архитектурная графика России (первая половина XVIII века) Собрание Эрмитажа: Научный каталог / Сост.: А. Н. Воронихина, Н. В. Калязина, М. Ф. Коршунова, Т. А. Петрова. Л.: Искусство, 1981. -176 с.

9. Бартенев И. А., Батажкова В. Н. Русский интерьер XVIII XIX вв. -Л.: Стройиздат,1977. - 128 с.

10. Бартенев И. А., Батажкова В. Н. Русский интерьер XIX века. -Л.: Художник РСФСР, 1984. 228 с.

11. Батажкова В. Н. Русский интерьер 1830-1850-х годов в характеристике современников // Проблемы развития русского искусства: Тематич. сб. науч. трудов. Л.: Ин-тживописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина, 1975. - Вып. VII. - С. 40-49.

12. Батовский 3. Архитектор Ф.-Б. Растрелли о своих творениях / Сост.: Ю. М. Денисов; пер. с польск.: А. Ю. Грязнова; пер. с фр.: С. 3. Ластовка. СПб.: Студия Александра Зимина, 2000. - 118 с.

13. Башуцкий А. П. Возобновление Зимняго дворца в Санкт-Петербурге. СПб.: Гуттенбергова тип., 1839. - 136 с.

14. Белявская В. Ф. Росписи русского классицизма. Л.-М.: Искусство, 1940. - 120 с.

15. Бенуа А. Н. Царское Село в царствование императрицы Ели-саветы Петровны. СПб.: Изд. Р. Голике и А. Вильборг, 1910. — 262 с.

16. Бенуа А. Н. Мои воспоминания / В пяти книгах. Изд. 2-е доп. -М.: Наука, 1990. Т. 2: Кн. 4-5. - 743 с.

17. Беспятых Ю. Н. Петербург Петра I в иностранных описаниях. -Л.: Наука, 1991. 280 с.

18. Библиотека Петра I: Указатель-справочник / Сост. Е. И. Боброва/Под ред. Д. С. Лихачева. Л.: Изд. отд. БАН СССР, 1978. -216 с.

19. Биржакова Е. Э., Воинова Л. А. и др. Очерки по исторической лексикологии русского языка XVIII века. Л.: Наука, 1972. -431 с.

20. Борзин Б. Ф. Росписи Петровского времени. Л.: Художник РСФСР, 1986.-208 с.

21. Борисова Е. А. Русская архитектура второй половины XIX века. -М.: Наука, 1979.-320 с.

22. Борисова Е. А. Знак стиля // Архитектура СССР. 1984. - № 1. -С. 21-22.

23. Борисова Е. А. К вопросу о взаимоотношениях архитектора и заказчика в России во второй половине XIX века // Художественные проблемы русской культуры второй половины XIX века: Сб. статей. М.: Наука, 1994. - С. 234-298.

24. Борисова Е. А. Русская архитектура в эпоху романтизма. -СПб.: Дмитрий Буланин, 1997. 314 с.

25. Бусева-Давыдова И. J1. Декор русской архитектуры XVII века и проблема стиля //Архитектурное наследство. М.: Стройиздат, 1995. - Т. 38. - С. 39-49.

26. Васильев Б. К истории планировки Петербурга во второй половине XVIII в. //Архитектурное наследство. -Л.-М.: Гос. изд-во литературы по строительству и архитектуре, 1953. Т. 4. - С. 1429.

27. Вершинина Н. М. Декоративные ткани в убранстве русских дворцовых интерьеров в конце XVIII первой четверти XIX века // Павловские чтения: Сб. материалов науч. конфер. 1996-1997 гг. -СПб.: Павловск, 1998. - С. 67-72.

28. Вильчковский С. Н. Царское Село. Репринтное воспроизведение издания 1911 г. СПб.: Титул, 1992. -278 с.

29. Виппер Б. Р. Архитектура русского барокко. М.: Наука, 1978. -230 с.

30. Виппер Б. Р. Введение в историческое изучение искусства. -М.: Изобразительное искусство, 1985. 288 с.

31. Гагерн Ф. Дневник путешествия по России в 1839 году // Россия первой половины XIX в. глазами иностранцев. П.: Лениздат, 1991. - С. 661-696.

32. Город Ломоносов (Ораниенбаум) / Вст. статья и сопроводит, текст Г. И. Солосина. М.: Искусство, 1954. - 112 с.

33. Георги И. Г. Описание российско-императорского столичного города Санкт-Петербурга и достопамятностей в окрестностях оного. СПб.: Имп. Шляхетный Сухопутный Кадетский корпус, 1794.-757 с.

34. Горбатенко С. Б. «Аранимбом» у речки Карости // Ленинградская панорама. 1986. - № 9. - С. 29-31.

35. Горбатенко С. Б. Иконостас Пантелеймоновской церкви Большого дворца в Ораниенбауме // Памятники истории и культуры Петербурга: Исследования и материалы. СПб.: Политехника, 1994. - С. 139-154.

36. Горбатенко С. Б. Новое об ансамбле Большого дворца в Ораниенбауме // ПК НО. 1985. М.: Наука, 1987. - С. 461-480.

37. Горбатенко С. Б. Петергофская дорога. Ораниенбаумский ис-торико-ландшафтный комплекс. СПб.: Дмитрий Буланин, 2001. -444 с.

38. Горбатенко С. Б. Формирование ансамбля Большого дворца в Ораниенбауме в первой четверти XVIII века // ПК НО. 1993. М.: Наука, 1994. С. 405-424.

39. Готье Т. Путешествие в Россию / Пер. с фр. и коммент. Н. В. Шапошниковой. М.: Мысль, 1988. - 396 с.

40. Грабарь И. Э. Архитекторы-иностранцы при Петре Великом // Старые годы. СПб., 1911. - Июль-сентябрь. - С. 132-150.

41. Грабарь И. Э. История русского искусства. СПб.: Изд. И. Кне-бель, 1911.-Т. 3.-584 с.

42. Грабарь И. Э. Петербургская архитектура в XVIII и XIX веках. -СПб.: Санкт-Петербург оркестр, 1994. 592 с.

43. Гуревич И. М., Знаменов В. В., Мясоедова Е. Г. Большой Петергофский дворец. Л.: Лениздат, 1979. - 168 с.

44. Гусева Н. Ю. Антуан Рушбот мастер «кроватного убору» // Русское искусство эпохи барокко: Новые материалы и исследования: Сб. статей. - СПб.: ГЭ, 1998. - С. 158-168.

45. Гусева Н. Ю. Новое о дворце Ф. М. Апраксина (к вопросу об убранстве интерьеров петровского времени) // Страницы истории русской художественной культуры: Сб. науч. трудов. СПб.: ГЭ, 1997. - С. 48-59.

46. Гусева Н. Ю. Палатного убора мастера // Ленинградская панорама. 1984. - № 2. - С. 34-36.

47. Дахнович А. С. Путеводитель по Ораниенбауму. Л.: Экскур-сионно-лекторская база ЛООНО Гос. Петергофских музеев, 1930. -35 с.

48. Денисов Ю. М., Петров А. Н. Зодчий Растрелли: Материалы к изучению творчества. Л.: Госстрой и здат, 1963. - 203 с.

49. Дмитриев А. Толковый словарь 40000 иностранных слов, вошедших в русский язык, русских старинных местных и технических, по всем отраслям знания, выражений и слов. М.: Тип. В. Готье, 1875.-950 с.

50. Дневник и путевые заметки князя Б. И. Куракина. 1705-1710 // Архив князя Ф. А. Куракина. СПб.: Тип. В. С. Балашева, 1890. -Т. 1. - С. 101-240.

51. Дневник каммер-юнкера Берхгольца, веденный им в России в царствование Петра Великаго, с 1721-го по 1725-й год / Пер. с нем. И. Аммон / В 4-х частях. М.: Тип. Каткова, 1857-1860. - Т. 1. -1857.-271 с.

52. Домбровский Ф. В. Полный путеводитель по Петербургу и всем его окрестностям. С описанием достопримечательных зданий, сооружений и памятников. и приложением плана столицы с окрестностями. СПб.: Тип. А. Якобсона наел., 1896. - 348 с.

53. Евангулова О. С. Изобразительное искусство в России первой четверти XVIII в.: Проблемы становления художественных принципов Нового времени. М.: Изд-во МГУ, 1987. - 296 с.

54. Евангулова О. С. К проблеме стиля в искусстве Петровского времени // Вестник Московского университета. История. М.: Изд-во МГУ, 1974. - № 3. - С. 67-84.

55. Евангулова О. С. Светский интерьер Москвы конца XVII начала XVIII в. // Русский город: Москва и Подмосковье. - М.: Изд-во МГУ, 1981. - Вып. 4. — С. 110-119.

56. Евсина Н. А. Архитектурная теория в России XVIII в. М.: Наука, 1975.-264 с.

57. Евсина Н. А. Архитектурная теория в России второй половины XVIII начала XIX века. - М.: Наука, 1985. - 256 с.

58. Евсина Н. А. Русская архитектура в эпоху Екатерины II. М.: Наука, 1994. - 219 с.

59. Ефремова И. К. Некоторые особенности обстановки парадных интерьеров московских дворцов и подмосковных усадеб эпохи классицизма // Павловские чтения: Сб. материалов науч. конфер. 1996-1997 г.-СПб., 1998.-С. 119-125.

60. Жаркова Н. Ю. К вопросу об античной символике в искусстве петровского барокко // Русское искусство эпохи барокко: Новые материалы и исследования: Сб. статей. СПб.: ГЭ, 1998. - С. 190-200.

61. Жаркова Н. Ю. Некоторые принципы организации и декора дворцовых интерьеров в Петербурге первой трети XVIII века // Русская культура первой четверти XVIII века. Дворец Меншикова: Сб. науч. трудов. СПб.: ГЭ, 1992. - С. 26-35.

62. Жаркова Н. Ю. О ранней живописи в интерьерах дворца Меншикова на Васильевском острове// Исследование, реставрация и использование интерьеров памятников архитектуры: Сб. науч. трудов. М.: НМС Мин. культуры и туризма РФ, 1992. - С. 109123.

63. Жерихина Е. И. «Елизаветинский» корпус Смольного монастыря II Первоначальные строения Санкт-Петербурга (итоги, исследования, открытия): Тезисы докл. Второй науч. конфер. Летнего сада и Дворца-музея Петра I. СПб., 1999. - С. 58-62.

64. Жуковский А. Дом княгини Юсуповой в С.-Петербурге г. архитектора Бонштета // Архитектурный вестник. -1859. № 3. - С. 221-226.

65. Забелин И. Е. Библиотека и кабинет графа Я. В. Брюса // Летописи русской литературы и древности, издаваемые Н. Тихонра-вовым. М., 1859. - Т. 1. - Отд. 3. - С. 28-62.

66. Забелин И. Е. Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях-Кн. 1: Государев двор или дворец. М.: Книга, 1990.-416 с.

67. Записки Якоба Штелина об изящных искусствах в России / Сост., перевод, вступит, статья, коммент. К. В. Малиновского / В 2-х томах. М.: Искусство, 1990. -448, 248 с.

68. Земцов С. М. Ораниенбаум. М.: Изд. Акад. архитектуры СССР, 1946.-93 с.

69. Змеев И. А., Плаксин А. А., Сорокин Н. И., Фатеев А. М. Ломоносов. Л.: Лениздат, 1968. - 167 с.

70. И. П. Келер, профессор живописи. Его автобиография (окончание). 1826-1886 // Русская старина. 1886. - Т. 52. - Ноябрь. - С. 333-378.

71. Изобразительное искусство российских немцев XVIII XX вв. / Авт.-сост. Л. А. Маркина, И. Н. Соловьева-Волынская. - М.: Литературное агенство «Варяг», 1997. - 181 с.

72. Из бумаг князя А. Д. Меншикова // Щукинский сборник. М., 1905. - Вып. 4. - С. 366-545.

73. Иконников А. В. Художественный язык архитектуры. М.: Искусство, 1985. - 175 с.

74. Иогансен М. В. Работы Д. Трезини по планировке и застройке Стрелки Васильевского острова И Русское искусство XVIII века: Материалы и исследования / Под ред. Т. В. Алексеевой. М.: Наука, 1973. - С. 45-55.

75. Искусство ансамбля. Художественный предмет интерьер -архитектура - среда / Сост. и науч. ред М. А. Некрасова. - М.: Изобраз. искусство, 1988. -464 с.

76. История русской архитектуры. Изд. 2-е, перераб. и дополн. / Под ред. Ю. С. Ушакова, Т. А. Славиной. СПб.: Стройиздат, 1994.-600 с.

77. Кавелин Л. А. («Ораниенбаумский старожил»). Очерки Ораниенбаума // Иллюстрация. СПб., 1845. - № 15. - С. 233-235; СПб, 1847. - № 4. - С. 57-59; № 5. - С. 72-75; № 6. - С. 85-88; № 7. - С. 102-104.

78. Калязина Н. В. Архитектор Леблон в России (1716-1719) // От Средневековья к Новому времени: Материалы и исследования порусскому искусству XVIII первой половины XIX в. / Под ред. Т. В. Алексеевой. - М.: Наука, 1984. - С. 94-123.

79. Калязина Н. В. Архитекторы ансамбля дворца Меншикова на Васильевском острове // Русская культура первой четверти XVIII века. Дворец Меншикова: Сб. науч. трудов. СПб.: ГЭ, 1992. - С. 3-25.

80. Калязина Н. В. Жилой интерьер Петербурга первой четверти XVIII века //Архитектурное и декоративное решение русского интерьера XVIII середины XIX века: Тезисы докл. науч. сессии. 2425 декабря 1968 г. - Л.: ГЭ, 1968. - С. 8-10.

81. Калязина Н. В. Интерьер первой четверти XVIII века в Петергофе: к истории материальной культуры Петровского времени // Тезисы докл. на юбилейной науч. сессии: К 200-летию Эрмитажа. Октябрь 1964 г. Л.; ГЭ, 1964. - С. 91-92.

82. Калязина Н. В. Интерьер первой четверти XVIII в. (Новое в планировочном и архитектурно-декоративном решении интерьера). Автореф. дис. канд. искусствовед. Л., 1971. - 23 с.

83. Калязина Н. В. Лепной декор в жилом интерьере Петербурга в первой четверти XVIII века // Русское искусство первой четверти XVIII века: Материалы и исследования / Под ред. Т. В. Алексеевой. М.: Наука, 1974. - С. 109-118.

84. Калязина Н. В. Новые принципы планировки и организации интерьера жилого дома в Петербурге первой четверти XVIII в. // ТГЭ. Л.: Искусство, 1974. - Т. XV: Русская культура и искусство. -С. 102-121.

85. Калязина Н. В. О дворце адмирала Ф. М. Апраксина в Петербурге // ТГЭ. Л.: Аврора, 1970. - Т. XI: Русская культура и искусство. - С. 131-140.

86. Калязина Н. В., Дорофеева Л. П., Михайлов Г. В. Дворец Меншикова: Художественная культура эпохи. История и люди. Архитектурная хроника памятника. М.: Сов. художник, 1986. - 220 с.

87. Калязина Н. В., Комелова Г. Н. Русское искусство Петровской эпохи. Л.: Художник РСФСР, 1990. - 272 с.

88. Кантор А. М. О стиле и стилистическом анализе // Советское искусствознание: Сб. статей. 77. М.: Советский художник, 1978. - С. 248-254.

89. Каплун А. И. Стиль и архитектура. М.: Стройиздат, 1985. -232 с.

90. Кириллов В. В. Архитектура и градостроительство // Очерки русской культуры XVIII века / Под ред. Б. А. Рыбакова. М.: Изд-во МГУ, 1990. - Ч. 4. - С. 7-69.

91. Кириченко Е. И. Архитектурные теории XIX века в России. М.: Искусство, 1986. - 344 с.

92. Кириченко Е. И. Русский интерьер 30-60-х гг. XIX столетия // Декоративное искусство СССР. 1970. - № 7. - С. 39-45.

93. Кислягина Л. Г. Екатерина II в повседневном быту // Русская культура последней трети XVIII века времени Екатерины II: Сб. статей. - М.: ИРИ РАН, 1997. - С. 22-72

94. Клементьев В. Г. Китайский дворец в Ораниенбауме. СПб.: Русско-Балтийский информационный центр Блиц, 1998. - 104 с.

95. Ключевский В. О. Неопубликованные произведения. М.: Наука, 1983.-416 с.

96. Коваленская Н. Н. Русский классицизм. Живопись, скульптура, графика. М.: Искусство, 1964. - 416 с.

97. Козьмян Г. К. Чарльз Камерон. Л.: Лениздат, 1987. - 176 с.

98. Коноплева М. С. Театральный живописец Джузеппе Валериа-ни: Материалы к биографии и истории творчества. Л.: ГЭ, 1948. -54 с.

99. Красовский А. Гражданская архитектура. Части зданий. СПб.: Тип. военно-учебн. заведений, 1851. -578 с.

100. Крашенинников А. Ф. Первое десятилетие после Растрелли // Эрмитаж. История строительства и архитектура зданий / Под. ред. Б. Б Пиотровского. Л.: Стройиздат, 1989. - С. 93-104.

101. Кулагин А. Н. Архитектура и искусство рококо в Белоруссии (в контексте общеевропейской культуры). Минск: Наука и техника, 1989.-235 с.

102. Курбатов В. Я. Сады и парки. Пг.: Т-во Вольф, 1916. -752 с.

103. Курбатов В. Я. Стрельна и Ораниенбаум. Л.: ЛГСПС, 1925. -51 с.

104. Кючарианц Д. А. Антонио Ринальди. Л.: Стройиздат, 1984. -176 с.

105. Кючарианц Д. А. Художественные памятники города Ломоносова. -Л.: Лениздат, 1980. 168 с.

106. Лем И. Теоретические и практические предложения о гражданской архитектуре, с объяснением правил Витрувия, Палладия, Серлия, Виньолы, Блонделя и др. СПб., 1792.

107. Лихачев Д. С. Барокко и его русский вариант XVII в. Великие стили и стиль барокко // Русская литература. 1969. - № 2. - С. 18-45.

108. Локтев В. И. Растрелли и проблемы барокко в архитектуре // Барокко в славянских культурах. М.: Наука, 1982. - С. 299-315.

109. Ломоносов. Дворцово-парковый музей-заповедник / Сост.: Л. П. Иванова, Н. А. Румянцева. Л.: Лениздат, 1986. - 198 с.

110. Ломоносов М. В. Избранные произведения / В 2-х томах. М.: Наука, 1986. - Т. 2: История. Филология. Поэзия. -496 с.

111. Луппов С. П. Книга в России в первой четверти XVIII века. Л.: Наука, 1973.-374 с.

112. Люлина Р. Д. Большой Эрмитаж и корпус Лоджий Рафаэля // Эрмитаж. История строительства и архитектура зданий / Под ред. Б. Б. Пиотровского. Л., 1989. - С. 349-380.

113. Маркина Л. А. От барокко к рококо. Эволюция конного портрета в России // Барокко в России. М.: Гос. ин-т искусствознания, 1994. - С. 168-177.

114. Матвеев А. А. Растрелли. Л.: Искусство, 1938. -228 с.

115. Маца И. Л. К вопросу о стиле // Искусство. 1959. - № 1. - С. 39-41.

116. Михайлов Г. В. Гравюра А. Зубова «Свадьба Петра I»: Реальность и вымысел // Панорама искусств. М.: Советский художник, 1988.-Вып. 11.-С. 20-55.

117. Михайлов Г. В. Зимние дворцы Петра I: История строительства. Архитектура и художественное убранство. События и люди // Архитектурные тетради: Сб. статей по истории и реставрации памятников архитектуры России. СПб.: ГЭ, 1994. - Вып. 1. - С. 115-183.

118. Михайлов Г. В. У истоков Петровского барокко. Зимний дворец Петра 11711 года: Исследования и реконструкция // Русское искусство эпохи барокко: Новые материалы и исследования: Сб. статей. СПб.: ГЭ, 1998. - С. 54-75.

119. Мозговая Е. Б. И. П. Зарудный и А. Д. Меншиков // Русская культура первой четверти XVIII века. Дворец Меншикова: Сб. науч. трудов. СПб.: ГЭ, 1992. - С. 100-109.

120. Морозов А. А. Эмблематика барокко в литературе и искусстве петровского времени // XVIII век. Сб. 9: Проблемы литературного развития в России первой трети XVIII века. - Л.: Наука, 1974. -С. 184-226.

121. Мотрэ О. де ла. Описание Петербурга в 1726 году / Пер. с англ., предисл. и коммент. Ю. Н. Беспятых// Белые ночи: Очерки. Зарисовки. Воспоминания. Документы / Сост. Л. Б. Добринская. -Л.: Лениздат, 1989. С. 175-221.

122. Н. Ш. Шарубин Н. Ораниенбаум и ораниенбаумский дворец// Иллюстрированная газета. 1870. - № 24. - С. 371-372.

123. Неизвестные и предполагаемые постройки В. И. Баженова: Сб. статей / Под ред. И. Э. Грабаря. М.: Изд-во АН СССР, 1951. -291 с.

124. Николаев Е. Интерьер русского классицизма // Декоративное искусство СССР. 1966. - № 9. - С. 21-27.

125. Николаев Е. Русский интерьер начала XIX века //Декоративное искусство СССР. 1967. - № 9. - С. 12-17.

126. Николаев Е. Судьба классического интерьера // Декоративное искусство СССР. 1968. - № 2. - С. 27-29.

127. Новицкий Г. К изучению интерьера XVIII века // Сб. общества изучения русской усадьбы. М., 1927. - Вып. 2. - С. 12.

128. Овсянников Ю. М. Доминико Трезини. Л.: Искусство, 1987. -223 с.

129. Овсянников Ю. М. Новые материалы о жизни и творчестве Доминико Трезини // Советское искусствознание. М.: Советский художник, 1986. - Вып. 20. - С. 471-492.

130. Оленин А. Н. Изложение средств к исполнению главных предначертаний нового образования Императорской Академии художеств, предлагаемое президентом господам действительным и почетным сей Академии членам художникам. СПб.: Тип. И. Глазунова, 1831. - 90 с.

131. Опочинин Е. Дом боярина XVII столетия. СПб.: Тип. т-ва «Общественная польза», 1889. -43 с.

132. Ораниенбаум // Иллюстрированная газета. 1866. - № 26. - С. 10.

133. Отчет Императорской Академии художеств за 1835 и 1836 г., читанный конференц-секретарем В. И. Григоровичем в торжественном ее собрании, бывш. 27 сентября 1836 г. СПб.: Греч, 1836.- 18 с.

134. О доме А. П. Брюллова // Художественная газета. 1841. - № 2.

135. Памятники архитектуры Ленинграда / Авт. кол.: А. Н. Петров, Е. А. Борисова, А. П. Науменко, А. В. Повелмхина. Изд. 4-е, перераб. Л.: Стройиздат, 1975. - 576 с.

136. Памятники истории и культуры Ленинграда, состоящие под го-сударственой охраной: Справочник. Л.: Стройиздат, 1985. - 240 с.

137. Панченко А. М. Русская культура в канун петровских реформ. -Л.: Наука, 1984.-205 с.

138. Партина А. С. Архитектурные термины: Иллюстрированный словарь. М.: Стройиздат, 1994. - 208 с.

139. Пашкова Т. Л. Интерьеры А. П. Брюллова во втором этаже северо-западного ризалита Зимнего дворца// Культура и искусство России XIX века: Новые материалы и исследования: Сб. статей. -Л.: Искусство, 1985. С. 80-92.

140. Петербург в 1720 году. Записки поляка-очевидца / Пер. с польск. и предисл. С. Л. Пташицкого // Русская старина. 1879. -Т. 25.-Июнь.-С. 263-290.

141. Петров А. Н. Палаты Кикина // Архитектурное наследство. М.-Л.: Гос. изд-во литературы по строительству и архитектуре, 1953. -Т. 4. - С. 141-147.

142. Петров А. Н. Пушкин. Дворцы и парки. Л.: Искусство, 1969. -232 с.

143. Петров А. Н., Петрова Е. Н. Ломоносов // Памятники архитектуры пригородов Ленинграда. Л.: Стройиздат, 1983. - С. 480539.

144. Петров П. Н. Биографический очерк ректора архитектуры К. А. Тона // Отчет Императорской Академии художеств с 4 ноября 1864 по 12 сентября 1865 г. СПб., 1865. - С. 97-119.

145. Пилявский В. И. Фельдмаршальский и Петровский залы (О. Р. Монферран. 1833 г.) // Эрмитаж. История строительства и архитектура зданий / Под ред. Б. Б. Пиотровского. П.: Стройиздат, 1989. - С. 179-183.

146. Письма Екатерины II к М. Гримму (1774-1796) // Сборник РИО. СПб.: Тип. Имп. Акад. наук, 1878. - Т. 23. - 734 с.

147. Плужников В. И. Термины российского архитектурного наследия: От А до Я: Словарь-глоссарий. М.: Искусство, 1995. - 159 с.

148. Проекты Л. Бонштедта//Зодчий. 1876. - № 10-12. - С. 119.

149. Пронина И. А. Ансамбль дворцового и усадебного интерьера России XVIII первой половины XIX вв. - Автореф. дис. докт. искусств. - М., 1995.-48 с.

150. Пронина И. А. Декоративное искусство в Академии художеств: Из истории русской художественной школы XVIII первой половины XIX века. - М.: Изобразительное искусство, 1983. - 312 с.

151. Пронина И. А. Терем. Дворец. Усадьба: Эволюция ансамбля интерьера в России конца XVII первой половины XIX века. - М.: НИИ теории и истории изобраз. искусств, 1996. - 181 с.

152. Пунин А. Л. Архитектура Петербурга середины XIX века. Л.: Лениздат, 1990. - 351 с.

153. Пушкарев И. Описание Санкт-Петербурга и уездных городов Санкт-Петербургской губернии / В 4-х частях. СПб.: Тип. Н. Греча, 1839-1842. - Ч. 4. - 1842. - 193 с.

154. Пьетро ди Готтардо Гонзага. 1751-1833. Жизнь и творчество. Сочинения / Моногр. исследование и пред. Ф. Я. Сыркиной. Пер сочинений с франц., коммент. и послесл. А. Г. Мовшенсона. М.: Искусство, 1974. - 273 с.

155. Пыляев М. И. Забытое прошлое окрестностей Петербурга. -СПб.: Суворин, 1889. 550 с.

156. Пыляев М. И. Старый Петербург. Репринтное воспроизведение издания 1889 г. Л.: Титул, 1990.-498 с.

157. П. Г. Ораниенбаум//Нива. 1878. - № 19.-С. 334-335.

158. Раевский Ф. Петербург с окрестностями. С подробным планом и описанием всех достопримечательностей в Петербурге и окрестностях. СПб.: Изд. М. В. Попова, 1902. - 330 с.

159. Ракова А. Л. XVIII век в зеркале орнаментальной гравюры: Каталог выставки из собрания Эрмитажа. СПб.: ГЭ, 1997. - 60 с.

160. Раскин А. Г. Город Ломоносов: Дворцово-парковые ансамбли XVIII века. Л.: Искусство, 1979. - 138 с.

161. Реставрации русских художников // Художественная газета. -1840.-№10.-С. 3-5.

162. Россия XVIII столетия в изданиях Вольной русской типографии А. И. Герцена и Н. П. Огарева: Записки императрицы Екатерины II: Репринтное воспроизведение издания 1859 г. М.: Наука, 1990.-280 с.

163. Русское декоративное искусство / Под ред. А. И. Леонова / В 3-х томах. М.: Изд-во Акад. художеств СССР, 1962-1965. - Т. 2: Восемнадцатый век. - 1963. - 695 с.

164. Саванович Л. А. Большой Меншиковский дворец в Ораниенбауме // Санкт-Петербург: Спец. выпуск. 1994. - 2 (8). - С. 3.

165. Саверкина И. В. Вещь в культуре России второй половины XVII первой четверти XVIII века: Учеб. пособие. - СПб.: СПбГАК, 1995.- 108 с.

166. Саверкина И. В. Изделия в «китайском вкусе» в интерьерах петровского времени (на примере дворцов А. Д. Меншикова) // Русская культура первой четверти XVIII века. Дворец Меншикова: Сб. науч. трудов. СПб.: ГЭ, 1992. - С. 79-87.

167. Санин Д. В. Замена искусственного мрамора облицовкой из ангидрита // Строительство Москвы. 1938. - № 4. - С. 14-15.

168. Сарабьянов Д. В. Русская живопись XIX века среди европейских школ. М.: Советский художник, 1980. - 261 с.

169. Сапожникова Т. Петергоф. Ораниенбаум. Стрельна. М.-Л.: ГИЗ, 1927.- 143 с.

170. Свиязев И. И. Руководство к архитектуре, составленное для студентов Горного института / В 4-х частях. СПб.: Тип. Вингебе-ра, 1833-1841.-Ч. 1.- 1833.-65 с.

171. Сидоренко О. В. Большой дворец в Ораниенбауме: первая треть XVIII века // Петр Великий и его время: Материалы Всерос. науч. конфер., посвященной 290-летию Полтавской победы. 8-11 июля 1999 г. СПб.: Историческая иллюстрация, 1999. - С. 137141.

172. Симонов Л. Словарь практических сведений, необходимых в жизни всякому. СПб.: Тип. А. С. Суворина, 1884. - 1232 стб.

173. Сиповская Н. В. Фарфоровый кабинет как тип интерьера эпохи барокко // Барокко в России. М.: Гос. ин-т искусствознания, 1994. - С. 189-197.

174. Славина Т. А. В русле реалистического искусства // Строительство и архитектура Ленинграда. 1978. - № 7. - С. 44-46.

175. Смирнов Н. А. Западное влияние на русский язык в Петровскую эпоху. СПб.: Тип. Акад. наук, 1910. - 384 с.

176. Соколова Т. М. Орнамент почерк эпохи. - Л.: Аврора, 1972. -176 с.

177. Соколова Т. М. Стилистические особенности русского интерьера первой трети XIX в. //Тезисы докладов науч. сессии. Ноябрь 1967.-Л.: ГЭ, 1967.-С. 27-29.

178. Соколова Т. М., Орлова К. А. Глазами современников: Русский жилой интерьер первой трети XIX века. Л.: Художник РСФСР, 1982.- 184 с.

179. Станюкович В. К. Крепостные художники Шереметьевых. К двухсотлетию со дня рождения Ивана Аргунова. 1727-1927 // Записки Историко-бытового отдела ГРМ. Л.: ГРМ, 1928. - Вып. 1. -С. 131-178.

180. Стемпаржецкий А. Г. Декоративные ткани в русском интерьере. Л.: Госстройиздат, 1958. - 65 с.

181. Стенник Ю. В. Эстетическая мысль в России XVIII века // XVIII век. Сб. 15: Русская литература XVIII века в ее связях с искусством и наукой. - Л.: Наука, 1986. - С. 37-51.

182. Тарасова Л. А. Скульптурное убранство парадных интерьеров Зимнего дворца после пожара 1837 года // Культура и искусство России XIX века: Новые материалы и исследования. Л.: Искусство, 1985. - С. 65-79.

183. Тыдман Л. В. Динамизм, статичность и стабильность в пространстве интерьеров домов-дворцов эпохи классицизма // Русский классицизм второй половины XVIII начала XIX в. - М., 1994. - С. 51-58.

184. Тыдман Л. В. Изба. Дом. Дворец. Жилой интерьер России с 1700 по 1840-е гг. М.: Прогресс-Традиция, 2000. - 336 с.

185. Ульман Э. Наследование традиций в средние века и историзм XIX века // Советское искусствознание'82: Сб. статей. М.: Советский художник, 1983. - Вып. 1 (16). - С. 260-268.

186. Успенский А. И. Императорские дворцы / В 2-х томах. М.: Изд. Имп. Моск. Археолог, ин-та, 1913. - Т. 2. - 557 с.

187. Уханова И. Н. Русское лакирное дело в XVIII веке // Культура и искусство России XVIII века: Новые материалы и исследования: Сб. статей. Л.: Искусство, 1981. - С. 109-122.

188. Фридрикс А. И. Разговор о вкусе в архитектуре для всех в свете городов, а особливо для Санкт-Петербурга и прочих мест под одинаким с ним климатом / Пер. с нем. Н. Осипова. СПб., 1796. -58 с.

189. Художественная газета. СПб., 1840-1841.

190. Чекалевский П. Разсуждение о свободных художествах с описанием некоторых произведений российских художников. СПб., 1792.-232 с.

191. Шапиро М. Стиль / Пер. А. Л. Расторгуева // Советское искус-ствознание'24: Сб. статей. М., 1988. - С. 385-425.

192. Шаркова И. С. Россия и Италия: торговые отношения XV-первой четверти XVIII в. Л.: Наука, 1981. -208 с.

193. Шарубин Н. Очерки Петергофа и его окрестностей. СПб.: Тип. Акад. наук, 1868. - 72 с.

194. Шварц В. Пригороды Ленинграда. Л.-М.: Искусство, 1961. -311 с.

195. Шеманский А. Петергоф и Ораниенбаум. Л.: Изд. Леноблис-полкома и Ленсовета, 1933. - 71 с.

196. Шилков В. Ф. Архитекторы-иностранцы при Петре I // Русская архитектура первой половины XVIII века: Исследования и материалы / Под ред. И. Э. Грабаря. М.: Гос. изд-во литературы по строительству и архитектуре, 1954. - С. 118-166.

197. Шрейдер К. Новыя комнатныя декорации или Образцы-рисунки изящно отделанным комнатам. СПб.: Тип. X. Гинце, 1850. - 6 л.

198. Щербатов М. О повреждении нравов в России // Князь М. Щербатов и А. Радищев ( Предисл. Искандера. Лондон: Trubner & С., 1858.- 340 с.

199. Элькин Е. Н. Строительство Петропавловского собора (17121733) // Краеведческие записки: Исследования и материалы. -СПб.: Акрополь, 1994. Вып. 2: Петропавловский собор и Великокняжеская усыпальница. - С. 56-86.

200. Энеева Н. Т. Категория «великолепия» в архитектуре Ф.-Б. Растрелли // Барокко в России. М.: Гос. ин-т искусствознания, 1994. - С. 136-146.

201. Яковлев Е. Г. Эстетический вкус как категория эстетики. М.: Знание, 1986.-62 с.

202. Bellermann. Bemerkungen uber Russland in Rucksicht auf Wissenschaft, Kunst, Religion und andere merkwiirdige Verhaltnisse. Erster Theil. Erfurt, 1788.

203. Boillot Joseph. Nouveaux Pourtraitz et figures de termes pour user en I'architecture. Lengres, 1592. - 122 p.

204. Daviler A. C. Explication des termes d'architecture. Vol. 1,2.-Paris, 1710. -896 p.

205. Fortia de Piles. Voyage de deux francais dans le Nord de I'Europe. Paris: Imprimeur-Libraire, au ci-devant Palais-Royal, 1796. -T. 4. -317 p.

206. Kadatz H. I. Worterbuch der Architektur. Leipzig: VEB E. A. Seemann Verlag, 1980. - 284 S.

207. Karling S. Narva. Eine baugeschichtliche Untersuchung. Stockholm: Wahlstrom & Widstrand in Kommission, 1936. - 384 S.

208. Lullies R. Die Typen der griechischen Herme. Konigsberger Kunstgeschichtliche Forschungen. - Koenigsberg: Pr. Grafe und Un-zer, 1931.-90 S.

209. Meermann J. Reise durch den Norden und Nordosten von Europa. In den Jahren 1797 bis 1800. Weimar, 1810.

210. Reimers H. von. St. Petersburg am Ende seines ersten Jahrhunderts.-SPb., 1805.1. СПИСОК ИЛЛЮСТРАЦИЙ.

211. Большой (б. Меншиковский) дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. Вид с южной стороны.

212. И. Дешкин. Большой дворец в Ораниенбауме. Северный фасад и план. 1738(?) г. ГЭ.

213. Большой дворец в Ораниенбауме. План первого и второго этажей (фрагмент). 1740-е гг. Национальный музей. Стокгольм.

214. Большой дворец в Ораниенбауме. План (фрагмент). 1740-е гг. Национальный музей. Стокгольм.

215. Дом бургграфа К. фон Кохена в Нарве. Вестибюль. Отделка Г. Киндлера. 1690-е гг.

216. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. Парадная лестница. Арх. Ф. Растрелли. 1749-1750 гг.

217. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. Балюстрада парадной лестницы. Резчик И. Казанцов. 1749-1750 гг.

218. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. Парадная лестница. Лепной декор потолка. Нач. 1760-х гг.

219. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. Парадная лестница. Фрагмент лепного декора потолка. Нач. 1760-х гг.

220. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. Парадная лестница. Фрагмент лепного декора потолка с монограммой вел. кн. Петра Федоровича «PF» . Нач. 1760-х гг.

221. Л. Роллан (?). Проект оформления северной стены центрального зала в Большом дворце в Ораниенбауме. 1756 г. ГМИСПб.

222. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Опочивальня Е. Р. Воронцовой». Альковная арка. Резчик Л. Роллан (?). Позолотчик Ф. Лепренс. 1758 г.

223. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Зало» («Охотничий кабинет»). Фрагмент лепного декора потолка. Лепной мастер Дж. Джанни, ученики А. Кутафьев, Г. Поляков, А. Кусакин. 1759 г.

224. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Зало» («Охотничий кабинет»). Фрагмент лепного декора потолка. Лепной мастер Дж. Джанни, ученики А. Кутафьев, Г. Поляков, А. Кусакин. 1759 г.

225. Смольный монастырь. «Елизаветинский» (восточный) корпус. Фрагмент лепного декора потолка в третьей комнате садовой анфилады. Лепной мастер Дж. Джанни. 1750-е гг.

226. Комната («диванная») императрицы Елизаветы Алексеевны в Большом дворце в Ораниенбауме. Литография с акварели Шифлера. После 1818 г.

227. Большой дворец в Ораниенбауме. Японский павильон. Фрагмент росписи плафона в нижнем зале. Живописец Б. Медичи. 1836 г.

228. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Столовая». Фрагмент восточной стены с лепным декором. Арх. Л. Бонштедт. Лепной мастер Дылев. 1852-1854 гг.

229. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Столовая». Фрагмент лепного декора на падуге. Лепной мастер Дылев. 1852-1854 гг.

230. Боссе Г. А. Проект оформления центрального зала в Большом дворце в Ораниенбауме. Южная стена. 1853 г. НИМ PAX.

231. Боссе Г. А. Проект оформления центрального зала в Большом дворце в Ораниенбауме. Восточная стена. 1853 г. НИМ PAX.

232. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Белый зал». Отделка восточной стены. Лепной мастер П. Дылев. 1853-1855 гг.

233. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Белый зал». Лепной медальон с портретом Петра III в декоре западной стены. Скульптор Д. Иенсен. 1855 г.

234. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Белый зал». Фрагмент лепной отделки стен. Лепной мастер П. Дылев. 1853-1855 гг.

235. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Белый зал». Фрагмент лепной отделки восточной стены. Лепной мастер П. Дылев. 1853-1855 гг.

236. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Белый зал». Фрагмент лепной отделки потолка. Лепной мастер П. Дылев. 1853-1855 гг.

237. Г.-Г. Прейс. Проект оформления гостиной в Большом дворце в Ораниенбауме. Продольный разрез (вариант). 1855 г. ГРМ.

238. Г.-Г. Прейс. Проект оформления гостиной в Большом дворце в Ораниенбауме. Плафон (вариант). 1855 г. ГРМ.

239. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. «Малиновая гостиная». Фрагмент лепного декора потолка. Лепной мастер Дылев. 1858 г.

240. Большой дворец в Ораниенбауме. Центральный корпус. Восточная «гостиная» («Большой кабинет»). Фрагмент лепного декора потолка. Кон. 1850-х гг.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.