Историческая и социальная топография Московского Кремля в середине XII - первой трети XVI в. (опыт комплексного исследования). К проблеме формирования территории древнерусского города тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 07.00.06, доктор исторических наук Панова, Татьяна Дмитриевна

  • Панова, Татьяна Дмитриевна
  • доктор исторических наукдоктор исторических наук
  • 2003, МоскваМосква
  • Специальность ВАК РФ07.00.06
  • Количество страниц 607
Панова, Татьяна Дмитриевна. Историческая и социальная топография Московского Кремля в середине XII - первой трети XVI в. (опыт комплексного исследования). К проблеме формирования территории древнерусского города: дис. доктор исторических наук: 07.00.06 - Археология. Москва. 2003. 607 с.

Оглавление диссертации доктор исторических наук Панова, Татьяна Дмитриевна

Введение. Тема исследования. Общий подход. Характер археологических исследований в Кремле. . 6

Глава 1. Источники. Историографический очерк. Методика и общие задачи исследования. . 15

1. 1. Источники.

1. 2. Историографический очерк.

1. 3. Методика и общие задачи исследования.

Глава 2. Общие данные о Боровицком холме. Культурный слой и материк центрального района Москвы. Боровицкий холм в эпоху бронзы и раннего железного века. . 39

2. 1. Боровицкий холм в географическом и геологическом отношениях.

2. 2. Ландшафт и рельеф Боровицкого холма в исторической литературе XX столетия.

2. 3. Обоснование для реконструкции палеорельефа и построения карт параметров культурного слоя района Кремля. 2. 4. Реконструкция палеорельефа Боровицкого холма на основе геоморфологии района Кремля и данных археологии. 2. 5. Реконструкция палеоландшафта района Кремля. 2. 6. Гидрогеология района Боровицкого холма. 2. 7. Культурный слой и характер материка.

2. 8. Боровицкий холм в эпоху бронзы и раннего железного века.

Глава 3. Происхождение Москвы. История укреплений средневековой Москвы в середине XII - начале XVI в. по данным археологии и письменных источников. . 89

3. 1. Вятичи междуречья Москвы и Оки и исторические предпосылки возникновения Москвы.

3. 2. Древнейшие дерево - земляные укрепления Москвы середины XII - начала XIV в.

3. 3. Крепость времени княжения Ивана Калиты.

3. 4. Белокаменная крепость Москвы второй половины XIV в.

3. 5. Кирпичная крепость Москвы конца XV - начала XVI в.

Глава 4. Общая характеристика деревянной застройки и элементов городского благоустройства. Объекты исторической и социальной топографии Кремля середины XII - первой трети XVI в. .279

4. I. Деревянной застройка и элементы городского благоустройства на Боровицком холме.

4. 2. Застройка и планировка на Боровицком холме в середине -второй половине XII в.

4. 3. Формирование территории города в конце XII - первой трети XIII в. (по 1238 г.)

4. 4. Топография укрепленного центра Москвы с 1238 по 1325 г. 4. 5. Топография укрепленного центра Москвы в период с 1325 по 1366 г.

4. 6. Топография Кремля в период 1367 - 1485 г.

4. 7. Топография Кремля в период 1485 - 1533 г.

Глава 5. Верховная собственность на землю в Москве и проблемы формирования городского землевладения в Кремле. Структура владений великих князей и княгинь. Статус укрепленного центра Москвы и его изменения. Трансформация Кремля - крепости в резиденцию высшей светской и духовной власти в России. 517

5.1. К вопросу о верховной собственности на землю в

Москве.

5. 2. Структура двора великого князя.

5. 2. 1. Казенный двор (административное здание дворцового комплекса.

5. 3. Структура двора великих княгинь XV в. в Кремле. 5. 4. Формирование светского землевладения в Кремле. 5. 5 . К вопросу о правовом статусе церковных владений в Кремле.

5. 6. Трансформация крепости Москвы в резиденцию высшей светской и духовной власти в России.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Археология», 07.00.06 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Историческая и социальная топография Московского Кремля в середине XII - первой трети XVI в. (опыт комплексного исследования). К проблеме формирования территории древнерусского города»

археологических исследований в Кремле.

Реконструкция исторической и социальной топографии древнерусского города является одной из главных задач в исследовании проблем русского средневековья. В отечественной медиевистике XX столетия город представлен как средоточение светской и церковной власти - законодательной, судебной, административной, политической и военной /Тихомиров М. Н. 1997; Штыхов Г. В. 1975; Янин В. Л. 1998; Артемьев А. Р. 1998; Куза 1989; Куза 1996/, как центр ремесла и торговли, духовной и материальной культуры /Толочко П. П. 1976; Николаева Т. В. 1976; Седова М. В. 1978; Седова М. В. 1997; Антипов И. В. 2000; Рабинович М. Г. 1988; Юшко А. А. 1991/. Публикации, специально посвященные изучению исторической топографии города (или содержащие таковые разделы), в этом списке встречаются редко /Лабутина И. К. 1985; Мазуров А. Б. 2001/.

Общие исследования дают представление как о развитии отдельных городских центров в целом, так и об особенностях региональных процессов урбанизации на Руси. Конкретные, посвященные вопросам реконструкции исторической и социальной топографии отдельных участков древних городов или города в целом, но в ограниченный временной отрезок, демонстрируют подходы к изучению общей картины эволюции древнерусских центров.

Редкость монографий по исторической и социальной топографии древнерусского города объясняется как сложностью проблемы, так и состоянием источниковой базы. Сегодня для решения этих вопросов в распоряжении историков есть две группы источников - письменные (данные летописей, актовый материал, берестяных грамот) и археологические (остатки усадебной застройки, культовых построек, городских укреплений, предметы материальной культуры). Но неравнозначность количественного и качественного состояния источников в каждом конкретном случае, то - есть, для каждого городского образования средневековой Руси, создает массу препятствий на пути изучения их прошлого. Даже в Великом Новгороде невозможно было бы определить принадлежность усадеб конкретным лицам без таких находок как берестяные грамоты, только по археологическим материалам. Лишь благодаря данным берестяных грамот и свидетельствам других письменных источников это удается сделать и достаточно успешно /Янин В. JI. 1981. С. 25 - 26/. И вопросы социальной топографии по находкам в ходе раскопок участков городской территории решаются сложно, так как ее индикаторы - в виде предметов роскоши - встречаются редко и плохо поддаются статистическому анализу.

Все это в полной мере относится и Москве, ранний период истории которой слабо отражен в письменных источниках русского средневековья и в картографическом материале. Необычайно трудно интерпретировать археологические данные по истории Москвы, так как собственно раскопки здесь проводятся редко, а наблюдения (в ходе строительных и ремонтно - реставрационных работ) не всегда дают полноценную картину как по стратиграфии, так и по хронологии городских древностей. Реалии источниковой базы таковы, что сегодня мы можем назвать лишь несколько публикаций, затрагивающих проблемы исторической и социальной топографии древнего центра города - Кремля XIV-XVIII в. /Федоров В. И. 1973. С. 41 - 52; Кучкин В. А. 1980. С. 5 - 12; Комарова Е. К. 1994. С. 113 - 120; Флоря Б. Н. 1996. С. 111 - 119;

Панова Т. Д. 2003. С. 204 - 214/. Ранний период в истории Москвы в них практически не рассматривается.

Анализ археологических материалов и данных письменных источников выявил их полную нестыковку при изучении исторической топографии Кремля середины XII - первой трети XVI в. Достаточно информативные сами по себе, эти две группы источников информативны для разных периодов самостоятельно, дополняя друг друга лишь в отдельных случаях. Среди объектов кремлевской топографии середины XII - середины XIV в. определены жилые, ремесленные и хозяйственные постройки, но судить по ним о характере усадеб и их принадлежности мы не можем. Следует напомнить, что в Москве до сих пор найдена лишь одна булла домонгольского времени, а в письменных источниках город упоминается для того периода как центр без детализации его топографической схемы. Картина в корне меняется в XIV столетии. Второй хронологический этап (середина XIV - первая треть XVI в.) в жизни центрального района Москвы подробнее отражен в письменных источниках. Но свидетельства летописей и актового документов не дают возможности четких топографических привязок объектов на территории укрепленного центра. Между тем археологических данных в виде остатков светской и культовой застройки сохранилось крайне мало.

Все эти обстоятельства ставят исследователя исторической и социальной топографии Кремля перед необходимостью оперировать неполными данными, что не может не влиять на результаты работы.

Тема монографии продиктована, в первую очередь, назревшей необходимостью обобщения, анализа, и введения в научный оборот комплекса археологических материалов, полученных в результате наблюдений и раскопок на территории исторического ядра Москвы - ее Боровицком холме (Кремле) в 1959 - 2001 г. Этого требует и нерешенность многих вопросов ранней истории города, и спорность предлагавшихся в 1960 - 1970 -е гг. заключений по вопросу времени основания города, истории систем его обороны, роста территории укрепленного центра и т.д.

Многие задачи, в том числе реконструкция топографии на отдельные периоды, развитие застройки, изменение планировки территории укрепленного центра Москвы, превращение его из обычного жилого района города в резиденцию светской и духовной власти, изменение социального состава населения Боровицкого холма, остались за пределами интереса исследователей 1960 - 1980 -х гг. Во многом это объясняется слабостью источниковой базы на то время, поскольку значительные по объему информации археологические данные были выявлены в Кремле, в основном, в середине 1980 - х и в 1990 - е гг. Вполне естественно, что количественное накопление археологических источников дало качественный скачок в наших представлениях о прошлом древнейшей территории Москвы и позволяет сегодня, пусть и не всегда в полном объеме, ответить на поставленные в настоящем исследовании вопросы.

Археологические материалы дают возможность представить всю сложность и многообразие жизни укрепленного центра Москвы периода средневековья, ее изменение на разных этапах развития города. Наибольшие проблемы здесь связаны с интерпретацией данных о раннем периоде в истории Москвы (середина XII - XIII в.), поскольку он крайне слабо освещен в письменных источниках. Сказывается при этом и специфика археологических работ, проводимых на территории Кремля. Только письменные памятники XIV - XV вв. в какой - то степени облегчают анализ археологических данных и помогают воссоздать более полную картину жизни на Боровицком холме - древнейшем районе города. Следует отметить, что немаловажную информацию о ранней топографии этого участка Москвы дают некоторые объекты церковной застройки. Сведения о них можно почерпнуть из старых планов города начала XVII в. В совокупности с археологическими данными они позволяют, в отдельных случаях, провести исключительно точные и важные наблюдения по исторической топографии Кремля.

Стоит напомнить о том, насколько обезличена история древнерусских городов. Упоминания событий, с ней связанных, доносят до нас только имена князей, церковных иерархов, военноначальников, представителей высшей знати. Исключение здесь составляет, пожалуй, только Великий Новгород, масштабные исследования культурного слоя которого позволили обрести значительный корпус берестяных грамот, памятников сфрагистики, надписей на бытовых предметах и т. п. Эти находки наполнили историю города именами его жителей разных социальных групп, озвучили многие ее страницы. В археологическом материале других городов подобные находки или редки, или отсутствуют вовсе. Между тем такие артефакты позволяют оживить историю, наполнить ее голосами людей, сведениями об их семейной жизни, юридических правах, профессиональных занятиях и т. д.

Первые века истории Москвы не «отягощены бременем документов», по выражению историка Жака ле Гоффа. Это делает ранний период жизни города анонимным, безликим и затрудняет анализ социального состава его населения. Археология лишь частично восполняет эти пробелы и позволяет воссоздать жизнь средневекового города, исследовать которую до конца на нашем современном уровне знаний не представляется возможным.

Картина меняется, когда мы переходим к изучению событий XIV - начала XVI в. Во второй половине XX столетия в научный оборот был введен значительный корпус документов, на основании которых реально реконструировать социальный состав населения укрепленного центра Москвы, определить систему землевладения, зоны застройки его территории, составить персональный список дворовладельцев и проследить изменения в процессе превращения этого района — крепости из обычного жилого в резиденцию светской и духовной власти. В российской историографии подобная попытка предпринималась видным историком Москвы И. Е. Забелиным /Забелин И. Е. 1990/. Но современная источниковая база предоставляет совершенно иные возможности при воссоздании исторической и социальной топографии Боровицкого холма в домонгольский период и ее изменений в последующий, до первой трети XVI в. Возможность при этом заселить укрепленный участок города людьми разных социальных групп, пусть только для XIV - начала XVI в., позволяет устранить безликость и безымянность русского средневековья, столь характерные для публикаций археологических материалов средневековых городских центров.

Прокламированные выше общие подходы к рассматриваемой теме определяют основные направления работы, осуществление которых во многом затруднено как объективными, так и субъективными факторами.

В первую очередь среди них следует назвать нарушение или даже полное уничтожение (на отдельных участках) культурного слоя Боровицкого холма в результате активной строительной и хозяйственной деятельности человека в период XV - XX в. Наиболее значительны они были в конце XVIII - конце XX в., при возведении на территории Кремля крупных дворцовых построек и прокладке подземных коммуникаций. Строительные работы в Кремле в последние десятилетия давали (и дают) археологам возможность изучить культурный слой средневековой Москвы, но обрекали на получение лишь частичной информации о характере и заполнении жилых слоев древнего города. Так при подготовке котлована под строительство КДС в 1959 - 1960 гг. археологам Москвы удалось исследовать жилой слой Боровицкого холма с соблюдением методики лишь на отдельных участках, но на значительной части котлована ученые смогли провести только визуальные наблюдения объектов древней топографии Кремля и выбрать незначительное количество вещевых находок. Не стоит, наверное, говорить о том, что при возведении зданий Арсенала, Судебных установлений, митрополичьего дома в XVIII в., БКД и Оружейной палаты в середине XIX в. подобные исследования вообще не проводились, а наблюдавшиеся в ходе земляных работ остатки древностей лишь конспективно упоминались в исторической литературе того времени /Снегирев И. М. 1842 - 1845. С. 125; Вестник ОДРИ. 1875. Раздел IV. С. 47 - 49; Султанов Н. 1898. С гб. 586; Скворцов Н. А. 1913. С. 156 - 157/. Немногие из вещевых находок, обнаруженных на территории Боровицкого холма в конце XVIII-XIX в., дошли до нашего времени в музейных собраниях города (в основном, Оружейной палаты и ГИМ).

Следует учитывать и тот факт, что на протяжении более трех десятков лет (до 1955 г.) Кремль был закрытой территорией города. Размещение в 1918 г. в его зданиях советских правительственных учреждений и квартир руководителей СССР привело, в связи с необходимостью обеспечить их охрану, к строгой изоляции древнейшего участка города. На долгие годы Кремль оказался недоступен для историков Москвы. В случае обнаружения древностей (монетных кладов, отдельных предметов материальной культуры прошлого) ученых привлекали для определения характера находки и ее описания - такие факты известны по архивным документам. Но ни разу археологи не были допущены в крепость для проведения хотя бы наблюдений во время вскрытий культурного слоя. А таковых было немало. Один из интереснейших участков Кремля - его архитектурные памятники и культурный слой, значительно пострадал в 1929 - 1933 гг., когда по решению советского правительства возле Спасских ворот построили здание для военной школы ВЦИК (арх. Рерберг). В архивном деле тех лет сохранился небольшой реестр вещевых находок, на которые тогда обратили внимание, но можно только догадываться о том, какой информации о раннем периоде в истории Москвы лишились историки.

Некоторым свидетельствам о земляных работах в Кремле в тот «закрытый» период его жизни мы обязаны людям, интересовавшимся русской историей вообще и историей Кремля в частности. Весной 1941 г. значительные вскрытия культурного слоя были проведены на площади между зданиями Арсенала и 1 корпусом (бывшее здание Судебных установлений). Директор Оружейной палаты Н. Н. Захаров составил тогда достаточно подробное описание найденных при этом сооружений и находок, снабдив его схематическими рисунками /Клады и находки на территории Московского Кремля. 1941. Лл. 99 - 101/. Но такие случаи крайне редки.

Только с середины 1960 - х гг. земляные работы в Кремле проходят при постоянном участии археологов. Но при этом удается осуществить лишь наблюдения, поскольку организовать упреждающие раскопки на территории резиденции правительства (в последние годы - президента России) практически невозможно. Только дважды, в 1979 и 1982 г. в мысовой части Боровицкого холма были проведены раскопки по полной археологической методике. Наблюдения же не дают возможности получить стопроцентную информацию о культурном слое и его заполнении и не всегда позволяют точно датировать объекты исторической топографии средневековой Москвы.

Состояние источниковой базы на разных этапах изучения прошлого Москвы, естественно, сказывалось на представлениях об истории города и на характере публикаций. И. Е. Забелин создавал свою книгу опираясь только на данные письменных источников /Забелин И. Е. 1990/. Один из основоположников археологического исследования Москвы М. Г. Рабинович, располагая ограниченными археологическими данными (лишь по отдельным участкам города), был склонен удревнять возраст столицы России и занижать динамику роста ее территории /Рабинович М. Г. 1964; Рабинович М. Г. 1967. С. 21 - 33/, за что уже в 50 - е годы XX в. подвергался справедливой критике /Тихомиров М. Н. 1997. С. 37 - 38/. В кандидатской диссертации Н. С. Шеляпиной, основанной на значительном числе археологических материалов, вопросы исторической топографии хотя и затрагивались, но на ее реконструкцию автор так и не решилась /Шеляпина Н. С. 1974а/.

Таким образом, в российской историографии нет публикаций, посвященных исторической и социальной топографии Боровицкого холма Москвы и представляющих реконструкции по этим вопросам на основе комплексного источниковедения.

Отсутствие предшественников (в обозримом прошлом) и осложняет и облегчает работу автору данной монографии. И делает ее весьма интересной и важной, так как это первый опыт реконструкции исторической и социальной топографии территории центра Москвы, дополняя и уточняя которую в дальнейшем исследователи XXI столетия продолжат изучение истории столицы России.

Похожие диссертационные работы по специальности «Археология», 07.00.06 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Археология», Панова, Татьяна Дмитриевна

Заключение.

Предлагаемое к защите в качестве докторской диссертации исследование по исторической и социальной топографии древнего центра Москвы (середина XII - первая треть XVI в.) является одним из этапов изучения прошлого столицы России в целом и ее исторического ядра - Кремля в частности. Ученые начиная с XIX столетия проявляли интерес к истории Москвы и ее средневековой крепости. Отсутствие археологических данных вынуждало И. Е. Забелина, Скворцова и других (конец XIX - начало XX в.) ограничиваться сведениями письменных источников и исключать из своих трудов ранний период истории города, связанный с территорией Боровицкого холма. В первой половине - середине XX в. Кремль стал закрытой зоной Москвы, что не давало возможности для накопления археологических материалов. Только после 1955 г. начинается пополнение источниково й базы по ранней истории города.

Условия археологических исследований в Кремле традиционно - в силу размещения на его территории (также традиционно!) органов государственной и политической власти -сложны и затруднены. Результатом этого всегда была неполнота знаний о характере и мощности культурного слоя Боровицкого холма. Это, в свою очередь, служило причиной спорности многих выводов, представленных в трудах первых поколений исследователей прошлого Кремля М. Г. Рабиновича, Н. Н. Воронина, Н. С. Шеляпиной (Владимирской), В. И. Федорова и других. Отдавая должное их трудам и заслугам в деле изучения истории Москвы, мы сегодня имеем возможность, опираясь на более фундаментальный комплекс источников, во многом пересмотреть представления о происхождении Москвы и развитии древнейшего ядра города, со временем оформившегося в средневековую крепость.

Ряд основных выводов данной работы касается крайне важных вопросов, среди которых главными являются время и место основания Москвы, а также характер поселения в первые десятилетия его существования.

Москва возникает не ранее второй четверти XII в. на верхней террасе Боровицкого холма. Ее предшественниками здесь были могильник (?) эпохи бронзы (фатьяновская культура, конец II тыс. до н. э.) и городище раннего железного века (дьяковская культура, VIII - III в. до н. э.).

Основание Москвы совпадает с начальным периодом феодальной раздробленности Руси (этот процесс обозначился с 30 -х гг. XII в.), обусловленным не только политическими, но и экономическими причинами - ростом самостоятельных экономических районов с крупными городами, образованием сильной феодальной верхушки, усложнением социальной структуры населения городских центров земель и т. д.

Москва была основана как пограничная княжеская крепость (место сбора войска) на южной границе Ростово - Суздальской земли, активно расширявшей в середине XII в. свои территории. Именно формирование территорий новых самостоятельных княжеств и необходимость укрепления их границ вызвало в середине - второй половине XII столетия значительный рост числа городов. Среди них была и Москва - удобный пункт на пути в южные (Чернигов, Киев) и западные (Смоленск) земли (в среднем течении реки Москвы и сети ее притоков). И первые упоминания о ней в русских летописях свидетельствуют об этом со всей очевидностью.

Крепость была заложена в средней части верхней террасы Боровицкого холма, где археологические данные позволяют выделить для середины XII в. Детинец (собственно укрепление) и неукрепленный посад с христианским храмом и кладбищем. Освоена была и мысовая площадка, на которой, под защитой Детинца, разместилось социально значимое население. Первоначально освоенная территория составила около 2, 5 га.

Анализ геоморфологии Боровицкого холма и археологических данных позволяет окончательно опровергнуть теорию поэтапного мысового роста территории древней Москвы, представленную практически во всех исследованиях по истории города на протяжении столетия, начиная с книги И. Е. Забелина. Данный вывод, один из самых важных в работе, дает возможность, отрешившись от искусственных геометризированных схем роста территории ранней Москвы, более обоснованно реконструировать этапы этого процесса.

В домонгольское время Москва из княжеской крепости переходит в разряд "малых городов" древней Руси, составлявший наиболее многочисленный тип городских образований XII - XIII в. Площадь освоения и застройки на Боровицком холме увеличивается в конце XII столетия до 14 га, ее защищают новые дерево -земляные укрепления (с сохранением Детинца), устроенные на отдельных участках с использованием хаковой конструкции в валах. В пределах крепости еще сохраняется достаточный градостроительный резерв.

Топография двух кладов ювелирных изделий выделяет участок размещения княжеской и боярской застройки - это восточный район, рядом с юго - восточным въездом на холм со стороны Владимира, один из самых высотных и удобных участков в пределах дерево - земляных укреплений (ближе к напольной стороне Боровицкого холма). Подобная топография (не мысовая) княжеских дворов характерна как для центра митрополии - г. Владимира, так и для некоторых других городов, например, Старой Рязани и Коломны.

Археологические материалы фиксируют начало формирования в ранней Москве уличной сети, элементы которой сохраняются достаточно долго, плоть до конца XV столетия. Свидетельствует археология о наличии в городе церковной организации, связанной с центром - митрополичьей кафедрой в Киеве.

Следует отметить, что для большинства древнерусских городов характерна система планировки, обусловленная характером рельефа и ландшафта обживаемого участка. Некоторые исследователи даже называют их ландшафтными городами свободной планировки /Алферова Г. В. 1989. С. 5. 43/. Зарождение Москвы проходило, как показывает реконструкция исходного рельефа, на сложном по строению мысу при слиянии рек Москвы и Неглинной. Это отразилось как на системе оборонительных сооружений раннего города, так и на его планировке. В пределах укреплений в первую очередь осваивались наиболее ровные и сухие площадки, чем объясняется наличие на первых порах значительного градостроительного резерва. При постройке оборонительных сооружений использовались сложные участки рельефа как для минимизации затрат при создании крепости в целом, так и отдельных ее элементов - надежных въездов - захабов, например (с использованием балок в склонах западной и восточной частей Боровицкого холма).

Монголо - татарское разорение Москвы в 1238 г. не смогло окончательно подорвать сложившиеся политические и экономические связи города, хотя и замедлило их развитие.

Активизация этих процессов относится к рубежу 80 - 90 - х гг. XIII в. с окончательным утверждением на московском уделе сына Александра Невского - Даниила. Если для домонгольского времени характерно развитие сельскохозяйственной округи формирующегося на Боровицком холме "малого города" ("села подгородные" в Занеглименье, на Красной площади), то в середине XIII столетия начинается рост и собственно городской территории вне пределов ее укрепленного центра (район современной Красной площади, на Красной горке и др.).

В конце XIII в. (при Данииле Александровиче) княжеский двор переносится в наиболее защищенную часть крепости - ближе к мысу, к западной границе верхней террасы (III надпойменной) Боровицкого холма.

В первой половине XIV столетия столица Московского княжества становится духовным центром Руси, что выделяет ее среди других городов. Это обстоятельство, в ряду других, приводит московских князей к осознанию изменения статуса Москвы. Результатом этого является активное белокаменное строительство в центральном районе города, развернувшееся в 1326 - 1333 гг. при Иване Калите. И начало формирования двух основных зон в крепости - великокняжеского двора и культового центра не только Москвы, но и всего московского княжества. Высокий статус двух этих зон застройки сохранялся в масштабе русского государства вплоть до советского периода в истории России.

Но к реконструкции дерево - земляных укреплений Москвы Иван Калита смог приступить лишь в 1339 г. Напряженная внутренняя ситуация (соперничество с Тверским княжеским домом) и городские бедствия (пожары) вынудили заниматься ремонтом крепости в сложное зимнее время, что не позволило (как свидетельствуют археологические данные) провести масштабные работы. В результате этого площадь крепости была увеличена незначительно и достигла размера 19 га. Линиями валов обвели только часть верхней террасы в районе Арсенала и пойменный участок возле юго - восточного въезда на холм, укрепив его дополнительной системой защиты - воротами на месте будущих Тимофеевских. Как для периода середины XII - начала XIV в., так и для времени Калиты данными о конструкциях верхних деревянных частей укреплений (стены, башни) наука не располагает. Гипотетически реконструируется оборонительный ров с напольной стороны и, частично, система крепостных въездов - захабов (район Спасских, Боровицких ворот, а также западный и юго - восточный въезды). Наиболее сложные узлы обороны развивались в юго -восточной и западной частях крепости, где использовались для этого глубокие естественные балки в склонах Боровицкого холма. Это еще раз доказывает, насколько важен был важен исходный рельеф района обживания на ранних этапах формирования городской территории, особенно ее укрепленного центра - Детинца. На примере московских укреплений эти наблюдения историков находят блестящее подтверждение.

В период правления князя Ивана Калиты и его сыновей Семиона Гордого и Ивана Красного в укрепленном центре города окончательно выделяются две зоны, определившие на столетия вперед характер древнейшего района Москвы. Речь идет о княжеском дворе и культовой зоне - Соборной площади. Типичное для многих древнерусских центров близкое размещение дворов светского владыки и митрополита, находит косвенные подтверждения и в Москве середины XIV в.

В этот период (середина 1320 - 1366 гг.) отмечается активное формирование в Москве, а именно в Кремле, церковных институтов и развитие духовной культуры. Древнейший район Москвы становится местом размещения митрополичьей кафедры, здесь создается Спасская обитель, считающаяся центром московского летописания того времени, устанавливается архимандрития (в Спасопреображенском соборе Кремля), возводятся первые каменные храмы, налаживается изготовление колоколов, процветают ремесла, обеспечивавшие церковь всем необходимы для отправления богослужений, а княжеско - боярскую верхушку -предметами роскоши.

Летописи отмечают работы по росписи кремлевских храмов греческими и русскими мастерами - Успенский собор расписывали "грецы Феогностовы митрополичи", Архангельский собор -"русские писци, Захарья, Иосиф и Николае и прочая дружина их", Спасопреображенский собор - мастера Семен и Иван во главе со "старейшиной Гойтаном". Симптоматично, что наряду с именами великих князей и княгинь, русских митрополитов, иерархов церкви и отдельных представителей московской знати (достаточно редких) в летописных сводах названы и деятели культуры, что говорит об их заметной роли в духовной жизни средневековой Москвы. Другим свидетельством богатства духовной жизни города являлись книжные собрания, о наличии которых говорят как отрывочные записи в летописях, так и рукописи того времени, сохранившиеся в фондах московских музеев и библиотек. Описывая трагическую судьбу Москвы в Тохтамышево нашествие 1382 г. летописец с сожалением отметил гибель множества книг в сгоревших храмах Кремля, куда их поместили для сбережения. На окладе евангелия великого князя Симеона Гордого (1344 г.) изображены переписчики книг и детально - весь необходимый для этого инструментарий, что говорит о знании ювелиром работы московских (кремлевских в том числе) скрипториев первой половины XIV столетия.

Все эти примеры свидетельствуют о том, что в Кремле при великокняжеском дворе и митрополичьей кафедре складывались благоприятные условия для развития культурных процессов и формирования собственных кадров в области книгописания, церковной живописи и прикладного искусства. Участие в этом процессе "иноземцев" только обогащало русскую культуру, способствуя сложению московских традиций во многих ее областях.

Усиление Московского княжества, рост города и сложная политическая ситуация середины 1360 - х гг. (из - за соперничества за великое княжение с Тверью и другими землями) требовали обновления старых и весьма пострадавших от времени и пожаров дерево - земляных укреплений. С постройкой белокаменной крепости Московское княжество приобретает еще большее влияние на русские события, обезопасив свою столицу от нападения врагов. Время существования первого каменного Кремля (1367 - середина -конец 1480 - х гг.) - один из наиболее динамичных в истории застройки и планировки укрепленного центра города. Эти фортификационные сооружения во многом определили и в дальнейшем площадь исторического ядра столицы России, поскольку территория, охваченная ими, составила около 23 га.

Во многом система укреплений времени Дмитрия Донского была обусловлена условиями рельефа Боровицкого холма (особенно его верхней террасы) и частично базировалась на конструкциях дерево - земляной крепости предшествовавшего периода (валах древнерусского этапа истории города). Но уровень фортификационной науки середины - второй половины XIV столетия и возможности нового строительного материала - белого камня, привели к тому, что в пойме Москвы - реки были возведены более мощные и менее зависящие от условий рельефа участки крепости. Использование прирусловых валов и искусственные подсыпки грунта (в том числе и культурного слоя) дали возможность на отдельных участках построить более регулярную линию стен - вдоль Москвы - реки (с деревянной системой предстенья). Этот этап в истории московских укреплений стал промежуточным в развитии крепостного строительства в городе; в конце XV в. здесь будет возведена полностью регулярная крепость.

В пределах этого мощного оборонительного сооружения и в период его существования письменные источники отмечают активные процессы формирования владений (дворов) великих князей и княгинь, членов великокняжеской семьи, высшей знати и крупного купечества, представителей великокняжеской администрации и слуг, церковных институтов (двор митрополита, приходские храмы, монастыри и подворья).

Во второй половине XIV - XV в. продолжится формирование (с расширением территории) дворцовой и культовой зон, в пределах Кремля сформируется район компактного проживания купеческого сословия и представителей великокняжеской администрации (дьяков) — в восточной части крепости, будет освоен под застройку (жилую, хозяйственную, церковную) Подол Боровицкого холма.

Признавая верховную власть великого князя над всей территорией Москвы (третное владение в Москве означало только участие братьев московского князя в распределении и получении городских доходов по годам), отметим многообразие форм земельной собственности в пределах ее средневековой крепости. Юридические нормы предусматривали владение недвижимостью (двором) в Кремле "до живота" (то - есть, до смерти находившегося на службе у великого князя человека), на правах "отчины" - с наследованием по завещанию (случаи передачи двора по наследству зафиксированы неоднократно), возможность покупки и продажи двора, его обмена на другой участок (в Кремле или другой части города). В случае смерти владельца "отчины" в роду без наследников или опалы двор всегда переходил в состав великокняжеских владений и перераспределялся уже по указанию последнего.

На территории Кремля прослеживаются все перечисленные выше формы дворовладения, хотя источниковая база для анализа операций с городской недвижимостью невелика. Вряд ли удастся, по этой же причине, полностью реконструировать историческую и социальную топографию Кремля. К тому же история средневековой Москвы лишена графических материалов и подробных (с указанием площадей и данных о застройке) описаний Кремля (древнейшее относится к 1626 г.).

Наименее обеспеченной источниками по Москве остается проблема земельной собственности русской церкви. Случаи с покупкой двора в Кремле Кирилло - Белозерским монастырем у частного лица и наличие духовной Ярлыка, завещавшего свой кремлевский двор Симонову монастырю (середина XV в.) не могут осветить всю историю этого вопроса. Только привлекая данные актового материала по другим древнерусским центрам удается представить условия владения церковью недвижимости в Кремле. В отличие от светского дворовладения, все данные, жалованные и пр. грамоты на недвижимость (дворы) русской церкви в городах отличаются значительными материальными льготами (освобождением от многих пошлин и повинностей) и судебным иммунитетом (только случаи "душегубства", совершенные церковным человеком, рассматривались на совместном суде княжеского представителя и церковных властей).

Экстерриториальность церковных дворов, подворий, монастырей в Кремле и их судебный иммунитет подтверждаются и тем, что эти церковные владения никогда не упоминаются в духовных грамотах великих князя и княгинь, других светских лиц -за исключением случаев завещания им каких - либо земель, денежных вкладов, "поминков" и т. п.

В период 1367 - середины 1480 - х гг. на территории Кремля были основаны четыре монастыря Чудов и Афанасьевский (мужские) и Вознесенский и Рождественский женские. Вознесенскую обитель следует считать детищем великой княгини Евдокии (1407 г.) - княгининым монастырем. В нем сразу же начинает формироваться одна из самых элитных усыпальниц средневековой России - некрополь великих и удельных княгинь. Ктитором Рождественского монастыря была серпуховская княгиня, что и определило характер этой родовой обители, так и не ставшей заметным явлением в жизни средневекового Кремля (поэтому известий о нем сохранилось крайне мало).

Один из древнейших московских монастырей Спасопреображенский - был в 1470 - е гг. выведен за пределы крепости и с тех пор число обителей в крепости Москвы в исследуемый период не менялось.

К концу XV столетия на территории Кремля располагалось 32 храма (с учетом приделов). При многих из них существовали кладбища и часть из них зафиксирована археологически. В число церковных владений входили и епископские и монастырские подворья (их было 6). К епископским относились подворье крутицкого и коломенского владыки; последнее появилось на Подоле в конце 1360 - начале 1370 х гг. Остальные были "дворами на приезд" крупных подмосковных и дальних монастырей. В их число входят подворья Симонова, Троице - Сергиева, Николо -Угрешского и Кирилло - Белозерского монастырей.

Активная храмоздательная деятельность привела к появлению в Кремле новых храмов. Они возводились по инициативе великих князя и княгини (церковь Рождества Богородицы с приделом Воскрешения Лазаря и Благовещенский собор дворцовой зоны Кремля), русского митрополита (церковь Ризположения на митрополичьем дворе, Чуда архистратига Михаила, а затем и сам Чудов монастырь), московской знати (придел Архангельского собора) и купеческих фамилий (церковь Афанасия - по "наряду" Бобыниных). Отмечено в этот период появление корпоративного храма Козьмы и Демьяна в ремесленном районе крепости (вторая половина XIV в.) и на частном дворе у купцов (затем казначеев и бояр) Ховриных (первый каменный храм на частном дворе в Москве вообще, первая треть XV в.). И в последующем основателями и строителями церковных построек в крепости Москвы оставались светские владыки и высшие иерархи, а также московская знать - на своих кремлевских дворах.

Наряду с этим следует отметить развитие в середине XIV в. рядовой жилой и ремесленной застройки; топография этого района крепости весьма показательна, так как обеспечена археологическими источниками. Посадское население вытесняется в северо - восточную часть Боровицкого холма (в пределах укреплений), где постройки ремесленников (литейщиков, кузнецов, ювелиров, сапожников) фиксируются с середины XIV и по конец XV в. Этот район освящал патрональный храм Козьмы и Демьяна, наличие которого на территории Кремля нашло объяснение благодаря археологическим данным.

Письменные источники позволяют восстановить весьма ограниченный список дворовладельцев Кремля, без указания на точные место и площадь этих земельных участков. Свидетельствуя о сложном социальном составе населения Кремля, они не дают возможности для полной (по времени и месту) реконструкции исторической топографии средневекового Кремля. В данной работе представлен список из 114 объектов исторической и социальной топографии Кремля периода середины XII - первой трети XVI в. (в нем 71 владение светских лиц и 43 церковных постройки - храмы, монастыри, подворья, двор русского митрополита).

Современные исследователи прошлого Москвы находятся в более выигрышном, по сравнению со своими предшественниками, положении, располагая восстановленными исходным рельефом Боровицкого холма, системой укреплений древнерусского времени и другими археологическими данными. Поэтому даже предварительные планы - реконструкции исторической застройки и планировки более приближены к действительности. Дальнейшее их уточнение зависит от степени археологической изученности территории Кремля нашими последователями.

Формирование площади укрепленного центра Москвы завершилось строительством в конце XV столетия новой кирпичной крепости. Возведение регулярной крепости, план которой приближался к треугольнику, показало возможности европейской фортификациоиной науки конца XV в. по преодолению сложностей рельефа Боровицкого холма. Кремль конца XV столетия резко контрастирует с характерным для предшествующих этапов освоения этого участка укреплениями, строившимися с учетом рельефа и гидрогеологии мыса в междуречье Москвы и Неглинной. Но следует сказать, что возведение кирпичного Кремля подтверждает в значительной степени удачный проект русских "горододельцев" времени великого князя Дмитрия Ивановича. Их сооружение - белокаменная крепость, стала основой для разработок итальянских фортификаторов времени княжения Ивана III.

Последний из рассматриваемых в работе этапов незначителен и захватывает только начальный период в истории сложения новой уличной сети Кремля, которая, с незначительными изменениями, сохранилась до наших дней. С последними годами княжения великого князя Ивана III и правлением Василия III связано воплощение в жизнь идеи превращения Кремля в хорошо защищенную резиденцию светской и духовной власти в России.

Этот период характерен расширением в крепости владений великокняжеской семьи за счет дворов бывших удельных князей и опальной знати, дворов крупной торговой элиты Москвы, кремлевские дворы которых великий князь забирал в свое владение в обмен на другие, за пределами "города Кремля" и т. п. В это время увеличивается территория собственно дворцовой зоны и культового центра города - Соборной площади, перестраиваются, в больших объемах храмы, возводится Казенный двор - административное здание полифункционального назначения (от места хранения казны до тюремных застенков). Последующие события русской истории приведут к еще большему сокращению кремлевского населения и застройки его территории (особенно во второй половине XVI в. в период правления царя Ивана IV). Но начало этому процессу было положено еще при великом князе Иване III; и осуществлялась эта идея более гуманными методами.

В истории развития древнерусских городов статус их укрепленных центров, его изменение со временем, изучен крайне слабо, о чем свидетельствует современная отечественная историография. Необходимо признать, что многие из них проходят в своем развитии несколько этапов. С утратой статуса городской крепости некоторые из них становятся культовыми зонами, как например, центр Владимира. На территории других культовая составляющая совмещалась (иногда совмещается и до сих пор) с присутствием институтов местной власти (удела, губернии, области, города - в разные периоды, вплоть до XX в.), как например, в Великом Новгороде, Пскове и других центрах. История московского Кремля яркий пример того, как постепенно эволюционировал укрепленный центр Москвы в резиденцию светской и церковной власти в России; этот высокий статус Кремль сохраняет и сегодня.

При разработке схем - реконструкций исторической топографии крепости Москвы сознательно не определялись площади владений (частные дворы, церковные подворья и т. д.). В начале прошлого столетия С. П. Бартенев представил реконструкцию застройки Кремля, указав как место каждого из владений, так и его точную территорию. Но и сегодня данных для столь смелого решения явно недостаточно. Ограничившись при реконструкции застройки чаще всего только указанием примерного места размещения дворовладений (светских и церковных), мы получаем более достоверную топографию центрального района Москвы. Она послужит основой для дальнейших разработок по истории развития столицы России.

В исторической и социальной топографии московского Кремля остается еще много белых пятен, заполнить которые помогут последующие археологические исследования. И представленные в данной работе схемы - реконструкции исходного и современного рельефа, геоморфологии Боровицкого холма, мощности культурного слоя и исторической топографии древнейшего района Москвы являются важными этапом в подготовке этих исследований. Опираясь на эти разработки уже сегодня можно планировать археологическое изучение конкретных объектов кремлевской исторической топографии.

Работа вслепую всегда чревата возможностью совершить ошибку, просмотреть неповторимую по своей ценности историческую информацию о прошлом столицы России. Картографирование объектов исторической топографии Кремля, в том числе и археологически выявленных, дает возможность на стадии предпроектных и проектных работ по строительству новых (эта ситуация не исключена), ремонта или реставрации древних сооружений и зданий нового времени, планировать археологические исследования с вполне конкретной программой по изучению прошлого Кремля.

Поэтому столь важно введение в научный оборот данной научной разработки по изучению исторической и социальной топографии территории средневековой крепости Москвы.

Список литературы диссертационного исследования доктор исторических наук Панова, Татьяна Дмитриевна, 2003 год

1. Акты российского государства. Архивы московских монастырей и соборов XV начала XVII в. М. 1998

2. Акты социально экономической истории Северо - Восточной Руси. Т. 1.М. 1952

3. Акты социально экономической истории Северо - Восточной Руси. Т. 2. М. 1958

4. Акты социально экономической истории Северо - Восточной Руси. Т. III. М. 1964

5. Акты, собранные археографическою экспедициею АН. Т. I. СПб. 1836

6. Акты феодального землевладения и хозяйства. Акты московского Симонова монастыря (1506 1613 гг.). J1. 1983 Акты феодального землевладения и хозяйства. Ч. II. Акты юридические. Т. I. М. 1857

7. Александровский A. JL, Кренке Н. А. Изучение средневековых пахотных горизонтов в Москве и Подмосковье. //КСИА. Вып. 208. М. 1993

8. Алешковский М. X. Новгородский Детинец. 1044 1430 гг. //Архитектурное наследство. Т. 14. М. 1961

9. Алешковский М. X. Отчет об археологическом наблюдении за земляными работами в июле декабре 1965 г. ЦНРМ МК СССР. Ш. 130, инв. 451

10. Анненская Г. Н. и др. Ландшафты Московской области. //Вестник МГУ. Серия 5. География. 1987. N. 2

11. Антипов И. В. Древнерусская архитектура второй половины XIII -первой половины XIV в. М. 2000

12. Анучин Д. Н. Геологическое прошлое и географическое настоящее

13. Москвы. Москва в ее прошлом и настоящем. М. 1909

14. Артемьев А. Р. Города Псковской земли в XII XV вв. Владивосток.1998

15. Археология СССР. Древняя Русь Город, село, замок. М. 1985 Археологическая карта России. Московская область. Ч. 1. М. 1994 Арциховский А. В. Курганы вятичей. М. 1930

16. Арциховский А. В. Археологические работы в Москве. Преподавание истории в школе. М. 1946. 1 2 Арциховский А. В. Основные вопросы археологии Москвы. //МИА 7. Т. I. М. 1947

17. Бадер О. Н. Материалы к археологической карте Москвы и ее окрестностей. //МИА 7. Т. I. М. 1947

18. Бартенев С. П. Московский Кремль в старину и теперь. Т. 1 2. М. 1912, 1916

19. Беляев Л. А. Древние монастыри Москвы по данным археологии. М.1995

20. Беляев JI. А. Проблемы архитектурной топографии Москвы XVI в. Древнерусское искусство. Русское искусство позднего средневековья. XVI в. СПб. 2003

21. Бойцов И. А., Гунова В. С., Кренке Н. А. Ландшафты средневековой Москвы: археолого палинологические исследования. Известия РАН. Сер. Географическая. 1993. N.4 Борисов Н. С. Церковные деятели средневековой Руси XIII-XVII вв. М. 1988

22. Борисов Н. С. Русская церковь в политической борьбе XIV-XV вв. М.1986

23. Борисов Н. С. И свеча бы не угасла. М. 1990

24. Борисевич Г. В., Владимирская Н. С., Векслер А. Г. Московский Кремль град древян. //Знание - сила. 1986. 9

25. Векслер А. Г. Москва в Москве. М. 1982

26. Вздорнов Г. Н. Благовещенский собор или придел Василия Кесарийского //С А. 1966. 1

27. Вельтман А. Описание нового императорского дворца в Кремле Московском. М. 1851

28. Веселовский С. Б. Феодальное землевладение в северо восточной Руси. М. - Л. 1947

29. Веселовский С. Б. Исследование по истории класса служилых землевладельцев. М. 1969

30. Веселовский С. Б. Исследование по истории опричнины. М. 1963 Владимирский летописец //ПСРЛ.Т. XXX. М. 1965 Владимирская Н. С., Авдусина Т. Д., Панова Т. Д. Оружие и предметы воинского снаряжения из раскопок в Московском Кремле //С А. 1979.2

31. Владимирская Н. С. Отчет об археологических раскопках в Московском Кремле в 1979 г. М. 1980. //Архив ИА РАН. Р 1, 7901 Владимирская Н. С. О раннем московском поселении на кремлевском холме. Музей. М. 1980.1

32. Вологодско Пермская летопись //ПСРЛ. Т. XXVI. М. - Л. 1959 Воронин Н. Н. Московский Кремль (1156 - 1367) //МИА 77. М. 1958 Воронин Н. Н. Два памятника архитектуры XIV в. в Московском Кремле. Из истории русского и западноевропейского искусства. М. 1960

33. Воронин Н. Н. Отчет об археологических работах в Московском

34. Кремле в 1959 г. М. 1960. //Архив ИА РАН. Р 1, 2004

35. Воронин Отчет об археологических работах на территории Кремля

36. Москвы в 1960 г. М. 1961. //Архив ИА РАН. Р 1, 2128

37. Воронин Н. Н. Зодчество северо восточной Руси. XII - XV вв. Т. II.1. М. 1962

38. Воронин Н. Н., Рабинович М. Г. Археологические работы в

39. Московском Кремле//СА. 1963. 1

40. Воскресенская летопись //PJI. Т. 3. Рязань. 1998

41. Гастев М. С. Материалы для полной и сравнительной статистики1. Москвы. Ч. 1.М. 18411. ГИМ. ОПИ. Чудов. N 62/264

42. Гиршберг В. Б. Надписи из Гергиевского монастыря. Археологические памятники Москвы и Подмосковья. Труды ГИМ. Вып. 5. М. 1954

43. Головин Н. Несколько слов о роде греческих князей Комниных. М. 1854

44. Голубинский Е. Е. История русской церкви. Т. II. Первая половина. М. 1911

45. Гончаров В. К. Райковецкое городище. К. 1950

46. Гончаров В. К. Раскопки древнего Городска. Археолопчшпамятники УССР. Т. III. К. 1952

47. Грабарь И. Э. Феофан Грек. Казанский музейный вестник. 1922. 1 Гращенков А. В. Фасадное убранство Благовещенского собора XV в. Реставрация и архитектурная археология. Новые материалы и исследования. Вып. III. М. 1995

48. Гусева Т. В. Итоги и перспективы археологического изучения Городца на Волге. Городецкие чтения. Городец. 1992 Гусева Т. В. Городец и Нижний Новгород древнейшие русские города Среднего Поволжья. Сб. 60 лет кафедре археологии МГУ. М.1999

49. Даркевич В. П., Борисевич Г. В. Древняя столица Рязанской земли. М. 1995

50. Дашков С. Б. Императоры Византии. М. 1996

51. Денисов JI. И. Православные монастыри Российской империи. М. 1908

52. Духовные и договорные грамоты великих князей и царей. М. 1950

53. Дьяконов М. А. Акты, относящиеся к истории тяглового населения.

54. Вып. II. Юрьев. 1897 (N. 4, подлин.)

55. Ермолинская летопись//ПСРЛ. Т. XXIII. СПб. 1910

56. Ермолинская летопись //РЛ. Т. 7. Рязань. 2000

57. Жилина Н. В. Тверской Кремль. Этапы строительства укреплений ироста городской территории. Кремли России. МИ ГИКМЗМК. Вып.1. XIV. М. 2003

58. Забелин И. Е. История г. Москвы. Т. II. Рукопись. ГИМ. ОПИ.

59. Забелин И. Е. История г. Москвы. М. 1905

60. Забелин И. Е. История г. Москвы. М. 1990

61. Зарайск. Т. 1. Исторические реалии и легенды. М. 2002

62. Заяц 10. А. Оборонительные сооружения Менска XI XIII вв.1. Минск. 1996

63. Зимин А. А. О составе дворцовых учреждений Русскогогосударства конца XV и XVI в. //ИЗ. Т. 63. М. 1958

64. Зимин А. А. Дьячий аппарат в России в XV XVI в. //ИЗ. Т. 87. М.1971

65. Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени. М. 1972 Зимин А. А. Россия на рубеже XV XVI столетий. М. 1982 Зимин А. А. Формирование боярской аристократии в России во второй половине XV - первой трети XVI в. М. 1988

66. Ивина JI. П. Крупная вотчина в северо восточной Руси конца XIV -первой половины XVI в. JI. 1975

67. Иероним (Алякринский) И. С. Рязанские достопамятности. Рязань. 1889

68. Иностранцы о древней Москве. М. 1991

69. Ипатьевская летопись //ПСРЛ. Т. 2. СПб. 1908

70. Истомин Г. Указатель святынь и достопримечательностеймосковского Большого Успенского собора. Сергиев Посад. 1916

71. История Москвы. Т. 1. М. 1953

72. История Москвы. XII XVII в. Т. I. М. 1997

73. История изучения, использования и охраны природных ресурсов Москвы и Московского региона. М. 1997 История русского искусства. Т. 3. М. 1955 История СССР. Т. II. 1966

74. Кавельмахер В. В., Панова Т. Д. Остатки белокаменного храма XIV в. на Соборной площади московского Кремля. Культура средневековой Москвы XIV XVII вв. М. 1995 Казанский А. М. Родословная Головиных, владельцев села Новоспасского. М. 1847

75. Карамзин Н. История государства Российского. Кн. II. Т. V. Гл. I. М.1989

76. Карамзин Н. История государства Российского. Кн. II. Т. V. Гл. II. М.1989

77. Карамзин Н. История государства Российского. Кн. И. Т. VI. М. 1989

78. Карамзин Н. История государства Российского. Кн. II. Т. VII. М. 1989

79. Карамзин Н. История государства Российского. Кн. III. Т. IX. М. 1989

80. Карлов В. В. О факторах экономического и политического развития русского города в эпоху средневековья. Русский город. М. 1976 Каштанов С. М. Социально политическая история России конца XV - первой половины XVI в. М. 1967

81. Каштанов С. М. Из истории русского средневекового источника. Приложение. М. 1996

82. Каштанов С. М. К истории феодального землевладения и иммунитета в Муромском крае в XV в. Уваровские чтения II. М. 1994

83. Каштанов С. М. О «жалованной юрисдикции» в европейском городе. Столичные и периферийные города Руси и России в средние века и раннее новое время. XI XVIII вв. М. 2003 Кирпичников А. Н. Метательная артиллерия древней Руси //МИА 77. М. 1958

84. Косточкин В. В. Деревянный город Колы. Из истории русского оборонительного зодчества конца XVI начала XVIII в. МИА 77. М.1958

85. Клосс Б. М., Назаров В. Д. Летописные источники XV века о строительстве Московского Успенского собора. МИ. ГММК. Вып. VI. М. 1989

86. Книга Степенная царского родословия //ПСРЛ. Т. XXI. Ч. I. СПб. 1908

87. Книга Степенная царского родословия //ПСРЛ. Т. XXI. Ч. I. СПб. 1913

88. Кочетков И. А., Лелекова О. В., Подъяпольский С. С. Кирилло -Белозерский монастырь. Серия «Памятники городов России». Л. 1979

89. Кренке Н. А. Отчет о раскопках во дворе дома Романов переулок д.4 (Москва) в 1996 г. 1997. Архив НА РАН. Р 1, 22197

90. Куза А. В. Малые города Древней Руси. М. 1989

91. Куза А. В. Древнерусские городища X XIII вв. М. 1996

92. Кузнецова О. Д. Обмерные чертежи шурфов 1967 г. в московском

93. Кремле. ОРПГФ МЗ МК. Архитектура. N. 1153 НВ

94. Кулакова М. И. Некоторые итоги дендрохронологическогоизучения дерева из раскопов по ул. Ленина. Археологическоеизучение Пскова. Вып. 3. Псков. 1996

95. Курбский А. М. История о великом княжестве Московском //РИБ. Т. XXXI. М. 1914

96. Кухаренко Ю. В. История Польши. М. 1969 Кучера М. П. Змиевы валы Среднего Поднепровья. К. 1987 Кучкин В. А. Сподвижник Дмитрия Донского //ВИ. 1979. 8 Кучкин В. А. Первые каменные постройки в кремлевском Чудовом монастыре. МИ ГММК. Вып. III. М. 1980

97. Кучкин В. А. Формирование государственной территории Северо -Восточной Руси в X XIV в. М. 1984

98. Кучкин В. А. Дмитрий Донской и Сергий Радонежский в канун Куликовской битвы. Церковь, общество и государство в феодальной России. М. 1990

99. Кучкин В.А. Москва в XII первой половине XIII вв. //ОИ. 1996. 1

100. Кучкин В. А. Забытый документ XIV в. из находки 1843 г. в Московском Кремле //ИА. 1997. 3

101. Кучкин В. А. Формирование и развитие государственной территории восточных славян в IX — XIII веках. //ОИ. 2003. 3 Лабутина И. К. Историческая топография Пскова в XIV XV в. М. 1985

102. Лаврентьевская летопись //ПСРЛ. Т. I. М. 1997

103. Латышева Г. П., Рабинович М. Г. Москва и Московский край впрошлом. М. 1973

104. Лебедев А. Московский кафедральный Архангельский собор. М. 1880

105. Левшин А. Историческое описание Московского Большого Успенского собора. М. 1783

106. Лекомцев М. Г. Место встречи великого князя Ивана III смитрополитом Филиппом 1 сентября 1471 г. и некоторые вопросытопографии древней Москвы. Сакральная топографиясредневекового города. Т. I. М. 1998

107. Летописный свод 1497 г. //РЛ. Т. 4. Рязань. 1999

108. Летописный свод 1518 г. //ПСРЛ. Т. XXVIII. М. Л. 1963

109. Лихачев И. П. Разрядные дьяки XVI в. СПб. 1888

110. Лихачева Э. А. Географическое положение столицы. Москва.1. Геология и город. М. 1997

111. Лихачева Э. А., Насимович Ю. А., Александровский А. Л. Ландшафтно геоморфологические особенности Москвы. Природа. 1997.9

112. Лицевой летописный свод XVI в. Остермановский II том. СПб. БАН. ОПИ. Ш. F. IV.

113. Лурье Я. С. Краткий летописец Погодинского собрания. АЕ за 1962 г. М. 1963

114. Львовская летопись //ПСРЛ. Т. XX. Ч. 1. СПб. 1910

115. Львовская летопись//ПСРЛ. Т. XX. Ч. 2. СПб. 1914 Львовская летопись //РЛ. Т. 4. Рязань. 1999

116. Мазуров А. Б. Когда основана коломенская епархия. Вестник МГУ. Серия 8. История. 1996. 4

117. Мазуров А. Б. Средневековая Коломна в XIV первой трети XVI вв. М.2001

118. Малицкий Н. В. Заметки по эпиграфике Мангупа //Известия ГАИМК. Т. 71. Л. 1933

119. Малыгин П. Д. Судьбы Торжка и Твери в XIII в. Русь в XIII в. Древности темного времени. М. 2003

120. Марков Н. К. Коломенская епархия. М. 1991 (с издания 1888 г.)

121. Материалы по истории СССР. Вып. 2. М. 1987

122. Медведев А. Ф. Ручное метательное оружие (Лук и стрелы,самострел. VIII XIV в.). САИ Е1 - 36. М. 1966

123. Мокеев Г. Древнерусские крепости комбинированного типа.

124. Проблемы теории и истории архитектуры. М. 1973

125. Москва. 850 лет. Т. I. М. 1996

126. Москва. Геология и город. М. 1997

127. Московский летописный свод //ПСРЛ. Т. XXV. М. Л. 1949

128. Московский летописный свод //РЛ. Т. 8. Рязань. 2000

129. Московские ведомости. 1894. N. 192

130. Московские ведомости. 1894. N. 196

131. Московские ведомости. 1894. N. 211

132. Московские ведомости. 1894. N. 225

133. ОРПГФ музеев Кремля. Фонд 20. Д. 9. 1941 г.

134. Назаров В. Д. Из истории государственных учреждений Россиисередины XVI в. //История СССР. 1976. 3

135. Назаров В. Д. Генеалогия Кошкиных Захарьиных - Романовых и предание об основании Георгиевского монастыря. Историческая генеалогия. 1993. 1

136. Низовцев В. А. История формирования городских ландшафтов Москвы //Географическое краеведение. Владимир. 2001 Низовцев В. А. Ландшафтные условия формирования Москвы и городов Подмосковья //Географическое краеведение. Владимир. 2001а

137. ОРПГФ музеев Кремля. Ф. 20. Д. 9. 1941

138. Памятники литературы древней Руси XIV середины XV в. М. 1981 Памятники литературы древней Руси. Середина XVI в. М. 1985 Памятники русского права. Вып. II. М. 1953

139. Панова Т. Д. Отчет об археологических наблюдениях в московском Кремле. 1988 г. М. 1989. Архив ИА РАН.Р-1, 14518 Панова Т. Д. Отчет об археологических наблюдениях в Московском Кремле в 1989 г. Архив ИА РАН. Р 1, 14470

140. Панова Т. Д. Отчет об археологических наблюдениях на территории Московского Кремля в 1990 г. Архив ИА РАН. Р 1, 15841 Панова Т. Д. Культурный слой Московского Кремля. Вестник МГУ. Серия 8. История. 1990.3

141. Панова Т. Д. Отчет об археологических исследованиях на территории московского Кремля в 1995 г. М. 1996. Архив ИА РАН. Р-1, 19 654, 19655

142. Панова Т. Д. Отчет об археологических исследованиях на территории московского Кремля в 1997 г. М. 1998. Р- 1, 20874

143. Панова Т. Д. О некоторых керамических находках из культурного слоя Московского Кремля. РА. 1998. 3

144. Панова Т. Д. Отчет об археологических исследованиях на территории Московского Кремля в 1999 г. Архив Иа РАН (в обработке)

145. Панова Т. Д. Отчет об археологических исследованиях на территории Московского Кремля в 2001 г. Архив ИА РАН (в обработке)

146. Панова Т. Д. Татарский двор в Кремле: миф или реальность. Отдревней Руси к России нового времени. М. 20036

147. Пастернак Я. Старый Галич. Краюв JIbBiB. 1944

148. Пашуто В. Т. О некоторых путях изучения древнерусского города.

149. Города феодальной России. М. 1966

150. Переписные книги г. Москвы. Т. I. М. 1881

151. Петров П. Н. История родов русского дворянства. Кн. 2. М. 1991

152. Подъяпольский С. С. Московский кремлевский дворец в XVI в. поданным письменных источников. Древнерусское искусство. Русскоеискусство позднего средневековья. XVI в. СПб. 2003

153. Полубояринова М. Д. Стеклянные браслеты древнего Новгорода. МИА 117. М. 1963

154. Поучение Владимира Мономаха. Изборник. М. 1969

155. Послания Иосифа Волоцкого. М. Л. 1959

156. Постниковский летописец //ПСРЛ. Т. XXXIV. М. 1978

157. Природа Москвы и Подмосковья. М. Л. 1947

158. Приселков М. Д. Очерки по церковно — политической истории

159. Киевской Руси X XII в. СПб. 1913

160. Приселков П. Н. Троицкая летопись. М. Л. 1950

161. Прохоров Г. М. Книги Кирилла Белозерского. ТОДРЛ. XXXVI. Л.1981

162. Псковская I летопись. Псковские летописи. Вып. 1. М. — Л. 1941 Псковские летописи. Вып. 2. М. Л. 1955

163. Путеводитель к древностям и достопамятностям московским. Ч. 1. М. 1792

164. Пушкарева Н. Л. Имущественные права женщин на Руси (X XV в.) //ИЗ. Т. 114. М. 1986

165. Рабинович М. Г. Дом и усадьба в древней Москве. СЭ. 1952. 3 Рабинович М. Г. Отчет о раскопках у башни Кутафьи Кремля на территории Александровского сада. М. 1956. Архив ИА РАН. Р 1, 1321

166. Рабинович М. Г. К истории укреплений московского Кремля. Историко археологический сборник в честь А. В. Арциховского. М.1962

167. Рабинович М. Г. Материальная культура и бы населения Москвы в XI XVI вв. Автореферат докторской диссертации. М. 1963 Рабинович М. Г. О древней Москве. М. 1964

168. Рабинович М. Г. О возрасте и первоначальной территории Москвы. Новое о прошлом нашей страны. М. 1967

169. Рабинович М. Г. Культурный слой центральных районов Москвы. Древности Московского Кремля. МИА 167. М. 1971 Рабинович М. Г. Предпосылки сложения древнего исторического центра Москвы. Сб. тез. «Стенам и башням Московского Кремля 500 лет». М. 1985

170. Рабинович М. Г. Очерки материальной культуры русского феодального города. М. 1988

171. Рабинович М. Г. Археологические данные о формировании исторического центра Москвы. Тезисы докладов советской делегации VI международного конгресса славянской археологии. М.1990

172. Равдина Т. В. Хронология «вятичских» древностей. Автореферат кандидатской диссертации. М. 1975 Разрядная книга 1479 1598 гг. М. 1966

173. Раппопорт П. А. Очерки по истории русского военного зодчества X -XIII вв. МИА 52. М. 1956

174. Раппопорт П. А. Древние русские крепости. М. 1965

175. Раппопорт П. А. Военное зодчество западнорусских земель X XIVв. МИА 140. М. 1967

176. Раппопорт П. А. Древнерусское жилище. САИ. Е1 32. JI. 1975

177. РГАДА. Дворцовая палата. Ф. 34. 120. Е. х. 69335

178. РНБ. ОР. Рук. Кир. Бел. 95/1332

179. Рогожский летописец //ПСРЛ. Т. XV. М. 2000

180. Родословная книга Великого Российского Государства //Временник1. ОИДР. Кн. 10. М. 1851

181. Родословная книга князей и дворян российских и выезжих (Бархатная книга). Ч. 2. М. 1787

182. Романов К. К. О формах Московского Успенского собора 1326 -1472 гг. МИА 44. М. 1955

183. Рыков Ю. Д. Новые акты Спасо Прилуцкого монастыря XV в. ЗОР ГБЛ. Вып. 43. М. 1982

184. Сакральная топография средневекового города. Т. 1. 1998 Сапожников Н. В. Оборонительные сооружения Смоленска. Смоленск и Гнездово. М. 1991

185. Седов В. В. К вопросу о жертвоприношениях в древнем Новгороде //КСИИМК. Вып. 68. М. 1957

186. Снегирев И. М. Москва. Подробное историческое и археологическое описание города. М. 1873 Собрание государственных грамот и договоров. Ч. 1. М. 1813 Сокращенный летописный свод 1493 г. //ПСРЛ. Т. XXVII. М. Л. 1962

187. Софийская I летопись //ПСРЛ. Т. VI. СПб. 1851

188. Софийская II летопись//ПСРЛ. Т. VI. СПб. 1851

189. Столярова Е. К. Происхождение и хронология стеклянных изделий

190. Москвы XII XIV в. //РА. 1997. 4

191. Тараканова С. А. К вопросу о крепостных стенах Пскова //КСИИМК. Вып. XIII. М. Л. 1946

192. Таран М. И. Белый камень Венева. Историко археологическиечтения памяти Н. И. Троицкого. Тула. 1997

193. Тверская летопись //ПСРЛ. Т. XV. СПб. 1863

194. Тверская летопись //РЛ. Т. 6. Рязань. 2000

195. Творогов О. В. Древняя Русь. СПб. 1994

196. Терехова Н. Н., Розанова Л. С., Завьялов В. И. Традициидревнерусского кузнечества в послемонгольский период. В печати.

197. Типографская летопись //ПСРЛ. Т. XXIV. М. 2000

198. Тихомиров М. Н. Малоизвестные летописные памятники

199. Исторический архив. VII. М. 1951

200. Тихомиров М. Н. Русское летописание. М. 1979

201. Толочко П. П. Древний Киев. К. 1976

202. Толочко П. П. Древнерусский феодальный город. К. 1989

203. Успенский А. И. Придворный дневник за январь август 1657 г.1. СПб. 1901

204. Устюжский летописный свод. М. Л. 1950

205. Федоров В. И., Шеляпина Н. С. Архитектурно археологические исследования на территории московского Кремля и их музейный показ. Рукопись.

206. Федотов Г. П. Святые древней Руси. М. 1990

207. Фехнер М. В. Москва и ее ближайшие окрестности в XV и начале XVI в. МИА 12. М.-Л. 1949

208. Флоря Б. Н. Изменение социального состава населения Московского Кремля в конце XV начале XVI в. Средневековая Русь. Вып. I. М. 1996

209. Хорошев А. С. Политическая история русской канонизации (XI -XVI вв.). М. 1986

210. Церковно историческое исследование о древней области вятичей //ЧОИДР. 1862. Кн. II

211. Церковь Константина и Елены в Московском Кремле, под горою. М.1894

212. Чагин Г. Н. Планировочные композиции и оборонительные сооружения Чердыни в XVI начале XVIII века. Кремли России. М. 2003

213. Черкасова М. С. Землевладение Троице Сергеева монастыря в XV -XVI вв. М. 1996

214. Шеляпина Н. С. Отчет об археологическом наблюдении в Московском Кремле 1967 1969 гг. //Архив ИА РАН. Р- 1, 3964 Шеляпина Н. С. Археологические наблюдения в Московском Кремле в 1963 - 1965 гг. Древности Московского Кремля. МИ А 167. М. 1971

215. Шеляпина Н. С. К истории изучения Успенского собора Московского Кремля//СА. 1972. 1

216. Шеляпина Н. С. Поселение железного века на Боровицком холме Московского Кремля//СА. 1973. 1

217. Шеляпина Н. С. Археологическое изучение Московского Кремля (Древняя топография и стратиграфия). Автореферат кандидатской диссертации. М. 1974а

218. Шеляпина Н. С. Отчет об архитектурно археологических наблюдениях на территории Кремля за 1972 - 1973 гг. М. 1974 //Архив ИА РАН. Р- 1, 4977

219. Шеляпина Н. С. Отчет об архитектурно археологических наблюдениях на территории Московского Кремля в 1974 г. М. 1975 //Архив ИА РАН. Р - 1, 5491

220. Шеляпина Н. С. Некоторые итоги археологического изучения Московского Кремля (1963 1975 гг.). Сборник докладов IIIмеждународного археологического конгресса. 1975 г. Т. 1. Братислава. 1979 г.

221. Шеляпина Н. С. Отчет об археологических наблюдениях на территории Московского Кремля в 1975 г. М. 1976 г. //Архив ИА РАН. Р- 1,6127

222. Шеляпина Н. С. Отчет об археологических наблюдениях на территории Московского Кремля в 1976 г. М. 1977. //Архив ИА РАН. Р- 1,6491

223. Шеляпина Н. С. Отчет об архитектурно археологических наблюдениях на территории Московского Кремля в 1977 г. М. 1978 //Архив ИА РАН. Р- 1,6832

224. Шеляпина Н. С. Меч из раскопок в Московском Кремле. Древняя Русь и славяне. М. 1978

225. Шеляпина Н. С., Панова Т. Д., Авдусина Т. Д. Оружие и предметы воинского снаряжения из раскопок в Московском Кремле //СА. 1979.2

226. Шмидт С. О. К характеристике русско крымских отношений второй четверти XVI в. Международные связи России до XVII в. М. 1961

227. Шохин Н. А. Исторический очерк Малого Николаевского дворца в

228. Московском Кремле. М. 1894

229. Штыхов Г. В. Древний Полоцк. Минск. 1975

230. Щапов Я. Н. Церковь в системе государственной власти древней Руси. Древнерусское государство и его международное значение. М. 1965

231. Щапов Я. Н. Архимандрития в древнерусском городе. Церковь, общество и государство в феодальной России. М. 1990 Щербатов К. К раскопкам в Кремле //АИЗ. М. 1894. 12 Экземплярский А. В. Русские великие и удельные князья. Т. II. М. 1891

232. Юра Р. А. Исследования Колодяжинского городища //КСИА АН УССР. Вып. 4. 1955

233. Юшко А. А. О феодальном землевладении Московской земли XIV в. Археологические источники об общественных отношениях эпохи средневековья. М. 1988

234. Юшко А. А. Московская земля в IX XIV вв. М. 1991

235. Юшко А. А. Этапы и закономерности освоения славянскимнаселением Московской земли //КСИА. Вып. 211. М. 2001

236. Янин В. Л. Актовые печати древней Руси X XV в. Т. 1. М. 1970

237. Янин В. Л. К вопросу о происхождении Михаила Клопского. АЕ за1978 г. М. 1979

238. Янин В. Л. Новгородская феодальная вотчина. М. 1981 Янин В. Л. Некрополь Новгородского Софийского собора. М. 1988 Янин В. Л. Новгород и Литва. Пограничная ситуация XII XV веков. М. 1998

239. Янин В. Л. Я послал тебе бересту. М. 1998

240. Янишевский Б. Е. Возникновение Москвы и Звенигорода в свете анализа археологических карт. Звенигородская земля. История, археология, краеведение. Звенигород. 2001

241. Archeologie de la mar Noire. Caen. 1997

242. Hensel W. New discoveries of Early Medieval Culture in Poland. Archaeology. V. 28. 2. 1975. New Jork

243. Herrmann J. Tornow und Vorberg. Berlin. Akademie verlag. 1966

244. Коска W. Ostrowska E. Prace wykopaliskowe wo Wroclawiu w latach 1949 1951. Studia wczesnosredniowieczne. V. III. 1955. Warszawa -Wroclaw.

245. Konstrukcje hakowe walpw wcztsnosredniowiecznych. Wiadomosci archeologiczne. V. 39. 4. 1975. Warszawa.

246. Wyrwa A. M. Lekno po raz drugi. Z otch lani wiekow. Rocznik. 3-4. 1984. Wroclaw Warszawa.

247. Zurowski K. Ostrow Lednicki w swietle ostatnich badan archeologicznych. Archeologiczny rozhledy. V. 4. 1952 Zurowski K. Konstrukcie obronne wczesnosredniowiecznego Gniezno. Archeologia Polski. V. 1. 1957. Warszawa Wroclaw.1. Список трудов.1. Монографии.

248. Панова Т. Д. Клады Кремля. М. 1996 г.

249. Панова Т. Д. Некрополи московского Кремля. Изд. 1. М. 2002 г.

250. Панова Т. Д. Некрополи московского Кремля. Изд. 2, исправленное и дополненное. М. 2003 г.

251. Панова Т. Д. Кремлевские усыпальницы. М. 2003 г.1. Публикации.

252. Панова Т. Д. Археологические наблюдения на территории Московского Кремля. МИ ГММК. Вып. VI. М. 1989

253. Панова Т. Д. Некоторые итоги изучения культурного слоя северной части Кремля. МИ ГММК. Вып. VI. М. 1989

254. Панова Т. Д. Культурный слой Московского Кремля. Вестник МГУ. Серия 8. История. N. 3. 1990

255. Кавельмахер В. В., Панова Т. Д. Остатки белокаменного храма XIV в. на Соборной площади Московского Кремля. Культура средневековой Москвы XIV XVII в. М. 1995

256. Панова Т. Д. Новые данные по исторической топографии средневековой Москвы. Столичные и периферийные города Руси и России в средние века и раннее новое время (XI XVIII в.). Тезисы докладов. М. 1996

257. Панова Т. Д. Древности Боровицкого холма. Наука в России. 1997. 3. Изд. Президиума РАН

258. Лоджевский М. И., Шаров В. И., Панова Т. Д. Геофизика на службе истории. Наука в России. 1997. 6. Изд. Президиума РАН

259. М.Панова Т. Д. Проблемы реконструкции исторической топографии средневековой Москвы. Проблемы славянской археологии. Труды VI Международного конгресса славянской археологии. Т. 1. М. 1997

260. Панова Т. Д. О некоторых керамических находках из культурного слоя Московского Кремля. РА. 1998. 3

261. Panova Т. D. Buried Treasures of Moscow Kremlin. Journal of journal. UNESCO Russian Academy of Sciences. NAUKA. 1988. V. 2/1

262. Панова Т. Д. Археология об исторической топографии московского Кремля. «60 лет кафедре археологии МГУ им. М. В. Ломоносова». Тезисы докладов. М. 1999

263. Панова Т. Д. Новые данные о древней топографии Московского Кремля. Памятники культуры. Новые открытия. 1999. М. 2000

264. Панова Т. Д. Археология мыса Боровицкого холма Москвы. Стратиграфия и хронология. Археологические памятники Москвы и Подмосковья. Часть III. Труды Музея истории г. Москвы. Вып. 10. М. 2000

265. Панова Т. Д. Москва и монгольское нашествие: характер культурного слоя Кремля XIII в. Русь в XIII веке: континуитет или разрыв традиций? Тезисы докладов. М. 2000

266. Панова Т. Д. Татарское подворье в Кремле: миф или реальность. Столичные и периферийные города Руси и России в средние века и раннее новое время. XI XVIII в. М. 2001

267. Панова Т. Д. Археологическое изучение территории Московского Кремля в конце XVIII XX веке. Сокровищница России. МИ ГИКМЗ МК. Вып. XIV. М. 2002

268. Панова Т. Д. Забытая усыпальница XIV в. в Кремле. Историко -краеведческий альманах «Московский архив». М. 2002

269. Александровская Е. И., Александровский A. JL, Кренке Н. А., Панова Т. Д., Ван дер Плихт Н. Й. Экологическая ситуация в районе московского Кремля в древности и в средние века. Известия РАН. Серия географическая. 2002/3

270. Панова Т. Д. К вопросу о социальной топографии московского Кремля XIV XVI в. по данным письменных источников. От Древней Руси к России нового времени. Сборник в честь юбилея A. JI. Хорошкевич. М. 2003

271. Панова Т. Д. Москва и монгольское нашествие: характер культурного слоя Кремля XIII в. Русь в XIII в. Древности темного времени. М. 2003

272. Панова Т. Д. История укреплений средневековой Москвы XII -XIV в. Кремли России. МИ ГИКМЗ МК. Вып. XIV. М. 2003

273. Отчеты об археологических работах.

274. Панова Т. Д. Отчет об археологических исследованиях в Московском Кремле в 1988 г. Архив ИА РАН. Р. 1, 14518

275. Панова Т. Д. Отчет об археологических наблюдениях в Московском Кремле в 1989 г. Архив ИА РАН. Р- 1, 14470

276. Панова Т. Д. Отчет об археологических наблюдениях на территории Московского Кремля в 1990 г. Архив ИА РАН. Р-1, 15841

277. Панова Т. Д. Отчет об археологических наблюдениях в Московском Кремле и на территории Александровского сада в 1991 г. Архив ИА РАН. Р- 1, 16156

278. Панова Т. Д. Отчет об археологических наблюдениях на территории Московского Кремля в 1993 г. Архив ИА РАН. Р 1, 17936

279. Панова Т. Д. Отчет об археологических исследованиях на территории Московского Кремля в 1994 г. Архив ИА РАН. Р 1, 19652

280. Панова Т. Д. Отчет об археологических исследованиях на территории Московского Кремля в 1995 г. Архив ИА РАН. Р 1, 19654

281. Панова Т. Д. Отчет об археологических исследованиях на территории Московского Кремля в 1998 г. Архив ИА РАН (в обработке)

282. Панова Т. Д. Отчет об археологических исследованиях на территории Московского Кремля в 1999 г. Архив ИА РАН (в обработке)

283. Панова Т. Д. Отчет об археологических наблюдениях на территории Московского Кремля в 2000 г. Архив ИА РАН (в обработке)

284. Панова Т. Д. Отчет об археологических исследованиях на территории Московского Кремля в 2001 г. Архив ИА РАН (в обработке)

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.