Когнитивная семантика указательного местоимения "это" тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 10.02.01, кандидат филологических наук Похолкова, Алёна Геннадьевна

  • Похолкова, Алёна Геннадьевна
  • кандидат филологических науккандидат филологических наук
  • 2003, ИркутскИркутск
  • Специальность ВАК РФ10.02.01
  • Количество страниц 189
Похолкова, Алёна Геннадьевна. Когнитивная семантика указательного местоимения "это": дис. кандидат филологических наук: 10.02.01 - Русский язык. Иркутск. 2003. 189 с.

Оглавление диссертации кандидат филологических наук Похолкова, Алёна Геннадьевна

ВВЕДЕНИЕ.

ГЛАВА 1. ПОДХОДЫ К ИЗУЧЕНИЮ ЗНАЧЕНИЯ МЕСТОИМЕНИЙ В СИСТЕМЕ ЯЗЫКА.

1.1. Изучение класса местоимений в структурной парадигме.

1.1.1. Различные подходы к определению местоимений.

1.1.2. Общий состав класса местоимений.

1.1.3. Проблема местоименного значения.

1.1.4. Проблема классификации местоимений.

1.1.5. Вопрос о частеречной принадлежности местоимений.

1.1.6. Местоимения в теории указательности.

1.1.7. Местоимение это в исследованиях отечественных лингвистов.

1.2. Когнитивный подход к исследованию местоимений.

1.2.1. Установочно-познавательные принципы современного языкознания.

1.2.2. Когнитивная лингвистика как методологическая парадигма.

1.2.3. Проблема представления знаний в языке в связи с проблемой местоименного значения.

1.2.4. Когнитивная семантика как интерпретирующий подход к анализу значения.

1.2.5. Когнитивно ориентированные исследования местоимений.

Выводы по первой главе.

ГЛАВА 2. КОГНИТИВНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ МЕСТОИМЕНИЯ ЭТО.

2.1. Указательность и эмоциональный дейксис.

2.2. Эмпирический дейксис.

2.3. Референциальные особенности местоимения это при его эмпирико-дейктическом употреблении.

2.4. О возможности существования местоименного глагола.

2.5. О номинативной функции местоимения это.

2.6. Механизмы интерпретации местоимения это в разговорной речи

2.7. Функционирование местоимения это в разговорной речи как ещё одно доказательство невербального мышления.

Выводы по второй главе.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Русский язык», 10.02.01 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Когнитивная семантика указательного местоимения "это"»

Сравнительно небольшой по объему, но чрезвычайно интересный по содержанию класс местоимений издавна привлекал внимание лингвистов. Интерес этот не случаен: «Местоимения, - по справедливому замечанию А.М.Пешковского, - из-за своей отвлеченности везде являются «нарушителями порядка»» [Пешковский 1938:167], что объясняется их семантическим, морфологическим и синтаксическим своеобразием, к изучению которого ученые подходят с разных точек зрения. Разнообразие подходов в традиционной лингвистике влечет за собой появление множества различных определений и классификаций местоимений, а также нестыкующихся между собой, порой даже диаметрально противоположных выводов об их частеречной принадлежности, значении и роли в языке.

Такое положение заставляет задуматься об изменении исследовательского подхода, что позволило бы иначе подойти к изучению местоимений, расширить исследовательские горизонты и, возможно, дать ответы на некоторые из наболевших вопросов. Проблема человеческого начала в языке в последние десятилетия стала одной из центральных проблем языкознания. В этой связи можно говорить о том, что «в настоящее время происходит постепенное, но верное изменение лингвистической парадигмы в целом, вызванное осознанием того, что язык, будучи человеческим установлением, не может быть понят и объяснен вне связи с его создателем и пользователем» [Кравченко 1992:6]. На современном этапе антропоцентризм в лингвистике представлен социолингвистикой, психолингвистикой, этнолингвистикой, нейролингвистикой, когнитивной лингвистикой и прагматикой. Поскольку объектом нашего исследования является местоимение, сосредоточим внимание прежде всего на психолингвистике, когнитивной лингвистике и прагматике, тем более, что «анализ публикаций последнего десятилетия показывает пересечение, а иногда и совпадение проблематики, которая оказалась в настоящее время актуальной для психолингвистики, когнитивной психологии, когнитивной лингвистики, исследований в области искусственного интеллекта и отчасти - прагматики» [Залевская 1998:92]. Такой интегративный подход объясняется тем, что в этих концепциях уделяется повышенное внимание прагматическим аспектам функционирования языковой системы, а именно, характеру связи «человек-язык». В русле данного подхода находится изучение указательности как свойства различных языковых знаков и такого языкового явления, как дейксис. Под дейксисом в общем смысле понимается класс языковых явлений, интерпретация которых предполагает знание условий экстралингвистической ситуации, в которой осуществляется акт речи, или контекста [см. напр.: ЛЭС 1990]. Многие проблемы, связанные с указатель-ностью и дейксисом, продолжают оставаться спорными [см. об этом Кравченко 1992].

Поскольку на сегодняшний день некоторые вопросы теории местоимений остаются нерешёнными, а явления указательности изучены явно недостаточно, объектом нашего исследования будет указательное местоимение это, а именно, особенности его семантики. Оно выбрано нами неслучайно. Мы считаем его типичным представителем своего класса. Как у каждой части речи выделяются такие классы единиц, которые характеризуют её наиболее полно и могут рассматриваться как лучшие представители своей части речи (например, предметные имена среди существительных), так среди местоимений выделяются указательные, а среди них, в свою очередь, местоимение это. Такое привилегированное положение объясняется не только частотностью употребления, но и универсальностью данного местоимения.

Фактический материал, на котором мы будем основывать свои выводы, собирался нами из двух источников. Первый из них - это устная речь в различной обстановке, в том числе непринуждённое общение в домашнем кругу или среди знакомых, диалоги в общественных местах (улица, магазин, транспорт), а также вузовские лекции, телерепортажи, интервью и т.п. Второй источник - периодическая печать, поскольку «периодика известна своим «заинтересованным отношением» к языковым инновациям: она быстрее других улавливает изменения, происходящие в живой речи носителей языка» [Норман 1994:17].

Понятия язык, речь, речевая деятельность по-разному толкуются разными лингвистами, поэтому необходимо определить наше толкование данных терминов. Разграничение языка и речи, идущее от Ф. де Соссюра, но наметившееся намного раньше [см. 1985:5], находит как многочисленных сторонников, так и не менее многочисленных критиков. Критика сосредоточена прежде всего не на различии языка и речи, а на идее их противопоставления. Если обратиться к положениям теории швейцарского учёного, то становится ясно, что в его представлении язык и речь, хотя и противопоставляются друг другу по ряду признаков, всё же являются диалектическим единством. И началом, призванным объединить язык и речь в его теории, было понятие речевой деятельности. Однако оно не приобрело в теории Ф. де Соссюра достаточной ясности и определённости. Это обстоятельство стало причиной того, что впоследствии большинство лингвистов анализировало только дихотомию «язык - речь», оставляя в стороне понятие речевой деятельности.

Впрочем, тенденция к объединению языка и речи в одно диалектическое целое никогда не прерывалась, и сегодня она достаточно сильна [см. Торопцев 1985]. Мы также считаем, что язык и речь существуют в единстве. Изучая речь, мы изучаем язык, ибо «язык творит речь, и в то же время сам творится в речи» [ЛЭС 1990:414]. Термины речь и речевая деятельность долгое время служили для разграничения объектов лингвистики и психолингвистики. Впоследствии широкое распространение получило понимание речи как процесса и результата одновременно (речь - тексты, продукт актов говорения, объект актов слушания), а речевой деятельности - как процесса без результата [Жаналина 1996:58]. Указанные расхождения в значениях рассматриваемых терминов незначительны для нашего исследования и не препятствуют их синонимическому употреблению.

С точки зрения вероятностных путей развития языка лучшим способом наблюдения, на наш взгляд, является изучение разговорной речи: анализ языковых форм, используемых в обиходных, не регламентируемых строгими нормами речевых актах, форм, отклоняющихся от книжно-литературных стандартов, дает лингвистам самый «свежий» материал, отражающий только лишь наметившиеся языковые изменения. Но именно разговорная речь, как всё привычное, самоочевидное, интуитивно освоенное, теоретически осмыслена в наименьшей степени, при этом никто не отрицает, что она является объектом лингвистики и требует лингвистического описания. Здесь уместно вспомнить предостережение Соссюра о недопустимости подмены живого звукового (естественного) языка как объекта лингвистической науки языком письменным, так как в этом случае полученные выводы и обобщения не будут адекватны целям и задачам исследования.

Уже младограмматики декларировали изучение живых языков в их отношении к индивиду. Прямое обращение к изучению языка повседневности мы встречаем у Ш.Балли и Ж.Вандриеса. В нашей стране перспективу изучения разговорной речи наметил ещё в 20-е годы Л.П.Якубинский, начало же активного её изучения было положено работами Т.Г.Винокур и Н.Ю.Шведовой, которые были продолжены целым рядом исследователей [Скребнев 1981].

Сегодня, когда в лингвистике происходит перенос акцента с изучения системы на характер связи «человек - язык», особенно актуальным является изучение местоимений, поскольку их невозможно до конца понять без обращения к экстралингвистическим факторам. Актуальность выбранной темы также обусловлена новым типом лингвистического описания, которому свойственна интегральность, т. е. согласованность грамматики и словаря. Это значит, что лексема должна рассматриваться на фоне полного набора лингвистических правил, включая семантические, синтаксические, прагматические, просодические, коммуникативные и иные нетривиальные правила (происходит переход от обычного описания лексемы к её лексикографическому портрету) [Апресян 1990].

Предметом нашего анализа являются предложения с местоимением это, рассматриваемые в контексте речевой ситуации, т.е. предложения, функционирующие как высказывания, ибо «объект, с которым должна иметь дело семантика, - это не только семантическое представление предложения, но и семантико-прагматическое представление предложения, включённого в речевой акт» [Падучева 1985:4].

Нас, так же как языковедов-коллоквиалистов, интересуют не уникальные, а высокочастотные языковые формы, отклоняющиеся от книжно-литературных стандартов. Такие языковые формы хотя и не получают лингвистического описания, но являются достоянием каждого, кто с детства владеет русским языком как родным. Причиной того, что подобные формы ранее игнорировались при традиционных нормативных описаниях, является их несоответствие нормам кодифицированного литературного языка. Мы же убеждены в том, что ненормативные явления живого языка требуют такого же внимания лингвиста, как и нормативные, ибо в речевых обмолвках и ошибках могут проявляться закономерности языка. О необходимости изучения языковых аномалий писали Ш.Балли, Л.В.Щерба, А.М.Пешковский и другие лингвисты. Ш.Балли считал, что языковые патологии «принадлежат живому языку и косвенным путем освещают его природу и функционирование», причем лингвиста должны интересовать наиболее постоянные отклонения, возникающие «в силу скрытого стремления восполнить недочеты правильного языка» [Балли 1965:54].

Мы понимаем норму как лингвистическую, а не социально-историческую категорию. Норма для нас - прежде всего понятие статистическое; вторым по степени значимости критерием является соответствие явления системе языка и, наконец, общественное одобрение - это тот критерий нормы, который менее всего, на наш взгляд, должен интересовать лингвиста. Такой подход к определению нормы можно назвать объективно-познавательным. Именно к нему призывал А.М.Пешковский [1965:289], когда говорил, что «в мире слов и звуков для него нет правых и виноватых».

Такое же отношение к проблеме нормы и в когнитивной лингвистике, ибо одним из основных постулатов когнитивной семантики является «постулат о значимости нестандартных употреблений» [Баранов, Добровольский 1997:11]. Когнитивный подход позволяет интерпретировать нестандартные употребления не как ошибки, а как специфические операции над знаниями. Кроме того, требование полноты семантического описания подразумевает отказ от ориентации на норму. Описание нестандартных употреблений языковых выражений может способствовать выявлению тех компонентов плана содержания, которые обычно исключаются из рассмотрения. В русле такого объективно-познавательного, а точнее - когнитивного подхода находится и наше исследование.

Таким образом, даже независимо от того, считаем ли мы какое-либо явление языка нормативным или нет, мы обязаны фиксировать и изучать его, если налицо факт его массовой и регулярной воспроизводимости. Это тем более важно, что в истории литературных языков существует много примеров либерализации уже сложившихся литературных норм под влиянием устных форм языка. Всё вышесказанное и определяет выбор конкретного материала для нашего исследования: часто встречающиеся, необычные с точки зрения системного подхода, но очень интересные и значимые для лингвистической теории случаи употребления местоимения это. Подход с объективно-познавательной точки зрения тем более актуален, что на сегодняшний день так называемые «ненормативные» употребления местоимения это мало изучены. Так, Е.В.Падучева [1982:7], уделившая много внимания изучению данного местоимения, охарактеризовала «по возможности весь спектр употреблений слова это; в стороне оставлены лишь употребления, свойственные исключительно разговорной речи, типа Он.вот это. выложился». Именно такие случаи стали предметом нашего исследования.

Убедившись, что в традиционной теории местоимений есть множество нерешенных вопросов, мы обращаемся к когнитивному подходу, который позволяет выйти в проводимом нами анализе за пределы собственно лингвистики и несколько расширить горизонты исследования. Так, например, изучение функционирования местоимения это в ранее не изучавшейся роли позволило нам сделать вывод о существовании в языке ещё одного вида указания - указания, для успешной реализации которого необходима некая общность, общность предыдущего опыта говорящего и слушающего: -Яне стала говорить, что ты это (закодировалась). -Лучше бы уж сказала, что я это, а то будут думать, что я действительно болею.

Как видно из примеров, говорящий знает, о чём хочет сказать, в его сознании есть образ предполагаемого референта местоимения, вербальное оформление которого по разным причинам запаздывает (или отсутствует). Кроме того, говорящий предполагает, основываясь на своём опыте, что слушающий знает, о чём идёт речь. Такой вид указания мы условно назвали эм-пирико-дейктическим. В языке нет ничего случайного, местоимение в подобных контекстах должно нести какую-то функциональную нагрузку, на наш взгляд, это указание говорящего на такой референт, представление о котором предположительно (исходя из общности предыдущего опыта) должен иметь слушающий. Если говорящий видит по реакции слушающего, что понимания не происходит, он поясняет указание:

Я тут поднабрался, да всё в валюте. Как бы с этими долгами не это. бизнес не запороть.

Дальнейшее рассмотрение этого явления высвечивает другие его аспекты. Например, просто невозможно обойти вопрос о том, каким образом слушающий понимает подобные сообщения. Следовательно, неизбежно обращение к проблеме интерпретации языкового знака.

Поскольку местоимение это в некоторых контекстах указывает на референт, вербальное обозначение которого говорящий затрудняется подобрать, возникает закономерный вопрос о соотношении языка и мышления: Мне пришлось сказать, что я бесплатно машину делаю, шефу ведь это. (не нравится, когда слесари без его ведома берут заказы);

Вот я сейчас работу закончу, а потом буду это. (худеть, сяду на диету, буду заниматься на тренажёрах и т. д.).

Функционирование местоимения это в разговорной речи также позволяет сделать вывод о том, что оно может выполнять не только дейктическую, но и номинативную функцию, причём степень дейктичности и номинативно-сти местоимения в разных контекстах будет разной. Так, если референт местоимения находится в непосредственной близости от участников речевого акта, т.е. в поле их восприятия, он выполняет собственно дейктическую функцию:

Ты опять эту с ёлки уронил? (игрушку).

Нередко в таком случае указание сопровождается жестом. Но во всех остальных случаях это выступает не только в дейктической, но и в номинативной функции:

Он прилетел пьяный, а мы в порту его встречали, опозорились, как эти;

Вечно устраивает что-нибудь это;

-Как жизнь?

-Да ничего, не это (не жалуемся).

В разговорной речи широкое распространение получило использование местоимения это в роли частично или полностью морфологизированного предиката:

-Будешь кушать?

-Нет, я что-то не это (не хочу);

В глазах замигало, потом я зашла, что-то попила, поэто, и легче стало;

-Зачем трясёшь кетчуп?

-Да он не выэтовается (не выливается);

Флоссы лучше обычных ниток, они не разэтоваются (не расслаиваются).

Такое употребление местоимения не согласуется с тем, что говорят традиционные грамматики и словари. Способность местоимения это выступать в функции предиката позволяет предположить, что говорящий, употребляя это, указывает слушающему на определенное действие, производя тем самым сложную когнитивную операцию, в отличие от тривиального употребления указательного местоимения это уже не на конкретно-предметном, а на абстрактно-системном уровне категоризации действительности. Таким образом, анализ данного явления может пролить свет на то, как когниция преломляется в языке вообще и в грамматике в частности.

Расширение горизонта исследования, обусловленное новым подходом, позволяет описать множество ранее не исследовавшихся случаев функционирования местоимения это в разговорной речи, что не только дополняет лексикографический портрет данного местоимения, но и даёт возможность подойти к решению некоторых общеметодологических вопросов.

Цель работы - выявить когнитивную специфику значения местоимения это в процессе его функционирования в разговорной речи.

В соответствии с заявленной целью в работе решаются следующие частные задачи:

1) критический обзор работ по семантике местоимений вообще местоимения это в частности;

2) описание незафиксированных в словарях случаев употребления местоимения это с целью дополнения его лексикографического портрета;

3) исследование когнитивной семантики русского это, включающее: а) рассмотрение его эмоционально-дейктического употребления, не отмеченного в толковых словарях; б) экспериментальное исследование его эмпирико-дейктического употребления; в) описание его номинативных возможностей; г) определение путём эксперимента механизмов его интерпретации; д) проведение эксперимента на верификацию его употребления в функции глагола.

Специфика поставленных целей и задач обусловила использование следующих частных методов и приёмов исследования:

1) метод полевого сбора материала;

2) метод интроспекции;

3) метод психолингвистического эксперимента;

4) референциальный анализ;

5) элементы статистического анализа, применяемые для обработки результатов экспериментов.

Научная новизна работы состоит в том, что впервые в практике лингвистических исследований применяется когнитивный подход к изучению указательного местоимения это, что позволяет описать его нигде ранее не изучавшиеся функции.

Теоретическая значимость работы состоит в следующем: а) вводится понятие эмпирического дейксиса, что является вкладом в разработку теории дейксиса;

6) приводится ещё одно доказательство нецелесообразности классификации местоимений в терминах частей речи; в) подтверждается высказывающееся ранее [Кравченко 1996] предположение о первичности местоименного филогенеза (интегрированная указательно-номинативная функция местоимения это, катафорическое использование местоимения или его использование без соотносимых с ним полно-значных слов).

Практическая ценность исследования заключается в возможности использования его результатов в преподавании курсов по морфологии, теории языка, в практике преподавания русского языка как иностранного, а также в лексикографической практике.

На защиту выносятся следующие основные положения диссертации:

1. Помимо пространственного, временного и эмоционального дейксиса, существует интегрированный вид дейксиса - эмпирический.

2. Местоимение это в разговорной речи может выполнять номинативную функцию, что говорит о единстве дейксиса и номинации.

3. В русском языке происходит становление местоименного глагольного значения, в чем проявляется бессознательное стремление носителей языка восполнить «пустые места» в языковой системе.

4. Особенности функционирования местоимения это в разговорной речи подтверждают существование невербального мышления.

5. Интегрированная указательно-номинативная функция местоимения это является косвенным указанием на первичность местоименного филогенеза.

Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы, включающего 138 источников, из которых 11 на иностранных языках, и приложения, содержащего список исследуемых примеров. Выводы по результатам проведенного исследования даются после каждой главы, а также изложены в заключении.

Похожие диссертационные работы по специальности «Русский язык», 10.02.01 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Русский язык», Похолкова, Алёна Геннадьевна

Выводы по второй главе

Проведённое нами когнитивное исследование функционирования местоимения это(т) в разговорной речи позволяет сделать следующие выводы:

1. Дейктическая функция местоимения это выходит за рамки пространственно-временного дейксиса. Анализ показывает а) возможность эмо-ционально-дейктического употребления данного местоимения; б) наличие в языке ещё одного вида дейксиса, впервые отмеченного в данном исследовании и условно названного «эмпирическим». Основным отличием эмпирического дейксиса от других видов дейксиса является то, что он реализуется в консенсуальной области участников речевого акта и зависит прежде всего от общности их опыта.

2. Референтами местоимения это при его эмпирико-дейктическом употреблении могут быть предметы, объекты, лица, признаки и действия, события и состояния, что было установлено в экспериментальной части исследования. Было выделено четыре типа референтов: объектные (местоимение выступает в роли существительного), атрибутивные (местоимение выступает в роли прилагательного или наречия), предикатные (местоимение выполняет синтаксическую роль глагола) и пропозициональные (местоимению могут соответствовать целые предложения или тексты).

3. Полифункциональность местоимения свидетельствует в пользу того, что местоимения не являются отдельной частью речи и должны распределяться по разным частям речи.

4. В русском языке происходит становление глагольного местоименного значения, а роль местоименного глагола выполняет местоимение это. Собранный нами материал отражает поэтапное нарастание «глагольной оформ-ленности местоимения»: местоимение это в синтаксической роли глагола —► префиксальные формы типа поэто, заэто и др. —> префиксально-суффиксальные формы, представляющие собственно глагол - знаменательную часть речи: переэтовать, разэтоватъея и др. Реальность существования последних была подтверждена нами экспериментально.

5. Местоимение это наряду с указательной способно выполнять и номинативную функцию.

6. Функционирование местоимения это в разговорной речи является ещё одним доказательством существования невербального мышления.

139

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Целью нашей работы явилось когнитивное исследование семантики русского местоимения это. В этой связи решались разного рода задачи, направленные на обобщение традиционного и когнитивного подходов к изучению местоимений, анализ уже изученных и выявление ранее нигде не отмеченных семантических особенностей местоимения это.

Когнитивному подходу, применяемому в нашей работе, свойственны специфические, только ему присущие положения: языковая форма является отражением структур человеческого сознания, поэтому язык рассматривается как средство, обеспечивающее доступ к ненаблюдаемому когнитивному миру. Таким образом, объяснение функционирования языка ведётся не только через другие единицы (как при системоцентричном подходе), но и через обращение к когнитивным структурам, становится неизбежен выход за рамки языка «в самом себе и для себя», противопоставление лингвистического и нелингвистического знания оказывается нерелевантным. При таком подходе ошибки и нестандартные употребления расцениваются как особые операции над знаниями, тем самым обосновывается их значимость.

Все вышеперечисленные особенности применяемого нами метода позволили не только зафиксировать и описать ранее не изучавшиеся языковые явления, но и получить ответы на некоторые вопросы теории местоимений (являются ли местоимения отдельной частью речи, существует ли местоименный глагол, обладают ли местоимения значением).

В своём исследовании мы приводим доказательства неправомерности выделения местоимений в отдельную часть речи (в пользу этого также говорит идея первичности местоименного филогенеза, рассмотрение местоимений как центральных смыслов человеческого бытия и анализ когнитивных основ современных частей речи). Местоимения не являются самостоятельной частью речи, они распределяются по различным морфологическим классам, органично встраиваясь в их структуру. То, что местоимения возникли раньше знаменательных частей речи, находит логическое продолжение во взгляде на местоимения как на некие центральные смыслы - смысловые исходы, отражающие основные ступени познания и саму структуру познания. Когнитивный взгляд на части речи, связывающий их появление с «первичными» концептами, которые определяли концептуальную систему человека ещё в начале его эволюции, также не предполагает выделения местоимений в отдельную часть речи. Это же подтверждает и проведённый нами анализ.

Наше исследование позволяет с большой долей уверенности утверждать, что местоимение это и его аффиксальные производные в русском языке выполняют роль местоименного глагола, тогда как традиционно выделяются только местоимения-существительные, местоимения-прилагательные и местоимения-наречия. Поскольку этот процесс происходит лишь в разговорной речи, практически невозможно установить, как давно он начался.

Доказательство номинативных возможностей местоимения это, представленное в нашей работе, говорит о том, что местоимения в плане наличия у них значения мало чем отличаются от других языковых знаков. Их своеобразие заключается в том содержании, которое выражает это значение.

Когнитивный подход к изучению местоимения это также даёт возможность сделать обоснованные общетеоретические выводы о нецелесообразности противопоставление дейксиса и номинации. Номинация и дейксис соотносят языковой знак с внешним миром, что на наш взгляд, невозможно без указания. Указание присутствует и в дейксисе, и в номинации, только у местоимений номинативная функция является вторичной по отношению к дейктической, а у полнозначных слов наоборот - дейктическая функция отступает на второй план, уступая номинативной.

Исследуемый нами феномен не только доказывает единство дейксиса и номинации, но и за счёт выделения особого вида дейксиса - эмпирического -дополняет само понятие дейксиса.

В центре внимания нашего исследования был язык как общий когнитивный механизм, как когнитивный инструмент, система знаков, участвующих в репрезентации (кодировании) и в трансформировании информации. С психолингвистикой такой подход сближает особое внимание к механизмам порождения и понимания высказываний, что предполагает использование психолингвистических экспериментов.

Определяющим положением для нас являлось то, что не только язык рисует эскиз мира, но и жизнь объясняет многие явления языка и речи, поэтому внимание к речевой деятельности влечет за собой обращение к прагматике. В исследовании большое внимание уделялось экстралингвистическим факторам, учёт которых позволил не только описать семантику местоимения это, но и объяснить механизмы его интерпретации.

Отвечая на вопрос, в чём специфика когнитивной семантики местоимения это, мы должны особенно подчеркнуть связь осуществляемого им указания с консенсуальной областью участников речевого акта.

Употребление указательного местоимения это, рассмотренное в нашем исследовании, отображает когнитивную основу механизма указания. Этой когнитивной основой является консенсуальная область, как разделяемый коммуникантами опыт языковых и неязыковых взаимодействий. Подобный подход к семантике местоимения это позволяет заключить, что так называемые неместоименные употребления (усилительная частица и под.) также связаны с указанием, осуществляемым в консенсуальной области. Другими словами, выбранный нами подход позволяет предложить универсальное объяснение всем случаям употребления местоимения это в современном русском языке.

Наше исследование следует рассматривать как предложение изучать языковые явления под несколько иным углом зрения, чем это принято в традиционном языкознании — с обязательным выходом за рамки языка в самом себе и для себя, с необходимостью анализа звучащей речи. На наш взгляд, такой подход может быть применён при рассмотрении семантики и функционирования русского местоимения такой, а также в изучении указательных местоимений в других языках.

142

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Похолкова, Алёна Геннадьевна, 2003 год

1. Алпатов В.М. Об антропоцентричном и системоцентричном подходах к языку/ В.М. Алпатов // Вопросы языкознания.- 1993.- № З.-С. 15-26.

2. Апресян Ю.Д. Дейксис в лексике и грамматике и наивная модель мира /Ю.Д. Апресян // Семиотика и информатика.- М.,1986.- Вып.28.-С.5-33.

3. Апресян Ю.Д. Формальная модель языка и представление лексикографических знаний/ Ю.Д.Апресян //Вопросы языкознания.- 1990.-№6,-С. 123-139.

4. Апресян Ю. Д. Отечественная теоретическая семантика в конце XX столетия /Ю.Д. Апресян // Известия АН. Серия литературы и языка. -1999.-Т. 58.- №4.-С.39-53.

5. Апресян Ю.Д. Значение и употребление /Ю.Д.Апресян // Вопросы языкознания.- 2001.- №4,- С.3-22.

6. Бабайцева В.В. Изолированные фрагменты текста со словом это в позиции подлежащего / В.В.Бабайцева // Филологические науки.-1998.-№3, С. 37-43.

7. Балли Ш. Общая лингвистика и французская лингвистика. Введение/ Ш.Балли // Звегинцев В.А. История языкознания XIX и XX веков в очерках и извлечениях. Ч. 2. М., 1965.- С. 42-59.

8. Баранов А.Н. Постулаты когнитивной семантики/ А.Н. Баранов, Д.О.Добровольский //Известия АН Сер.Литературы и яз.-1997.-Т.56.~ №1-.С.11-21.

9. Бенвенист Э. Общая лингвистика / Э.Бенвенист .-М.: Прогресс, 1974.447 с.

10. Ю.Берестнев Г. И. О «новой реальности» языкознания/Г.И. Берестнев // Филол. науки. -1997. №4,- С. 47-55.

11. П.Богмат Н.К. Употребление местоимений этот и тот /Н.К.Богмат II Русский язык в национальной школе.- 1988.- № 10.- С. 11-13.

12. Бодуэн де Куртенэ И.А. . Избранные труды по общему языкознанию / И.А. Бодуэн де Куртенэ. М., 1963.-Т.2.

13. Болдырев Н.Н. Когнитивная семантика: Курс лекций по английской филологии: Учеб. пособие для студентов вузов, обучающихся по спец. "Зарубеж. Филология" / Н.Н.Болдырев. Тамбов: ТГУ им.Г.Р.Державина,2000.-123 с.

14. Болыной энциклопедический словарь / Под ред. В.Н. Ярцевой. -М. :Сов.энциклопедия, 1998,-1200с.

15. Булаховский JI.A. Курс русского литературного языка.З-е изд./Л.А.Булаховский,- Киев; Харьков: Радяньска школа, 1938.-292 с.

16. Васильев J1.M. Современная лингвистическая семантика/Л.М.Васильев.- М.,1990.

17. Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание/А. Вежбицкая.- М.: Рус. словари, 1996.

18. Вейнрейх У. О семантической структуре языка/ У.Вейнрейх // Новое в лингвистике. -М., 1970.-Вып.5.

19. Виноградов В.В. Русский язык / В.В.Виноградов.- М.- Л., 1947.

20. Витгенштейн Л. Философские работы. 4.1./Л. Витгенштейн.- М.: Гно-зис, 1994.

21. Вольф Е.М. Грамматика и семантика местоимений / Е.М.Вольф.- М., 1974.

22. Востоков А. Русская грамматика / А.Востоков.- СПб., 1851.

23. Гак В.Г. Теоретическая грамматика французского языка. Морфология /В.Г.Гак.- М., 1987.

24. Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования / И.Р.Гальперин.- М., 1981.

25. Грамматика русского языка Т.2. Ч.1.- М.,1954.-375 с.

26. Грамматика современного русского литературного языка.- М.,1970.

27. Гурочкина А.Г. Понятие дискурса в современном языкознании /А.Г.Гурочкина // Номинация и дискурс. Межвуз. сб. научн. трудов.-Рязань, 1999.-С.12-15.

28. Демьянков В.З. Англо-русские термины по прикладной лингвистике и автоматической переработке текста/ В.З.Демьяянков.- М.,1982.

29. Демьянков В.З. Когнитивная лингвистика как разновидность интерпретирующего подхода / В.З.Демьянков // Вопросы языкознания.- 1994.-№4.-С. 17-33.

30. Жаналина Л.К. Язык и речь: оппозиции/Л.К. Жаналина//Филол.науки.-1996.- №5.-С.55-64.

31. Зб.Залевская А.А. Введение в психолингвистику /А.А.Залевская. М., 1999.37.3асорина Л.Н. О местоименных предикатах в русском языке / Л.Н.Засорина // Вопросы общего языкознания. Л., 1965.-С. 26-40.

32. Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность/Ю.Н.Караулов. -М.,1987.

33. Касевич В.Б. О когнитивной лингвистике / В.Б.Касевич // Общее языкознание и теория грамматики,- СПб.,1998.-С.14-21.

34. Кибрик А.А. Когнитивные исследования по дискурсу/ А.А.Кибрик // Вопросы языкознания.- 1994.-№5.-С. 126-139.

35. Киселёв И. А. Частицы в современных восточнославянских языках/ И.А.Киселев.- Минск, 1976.

36. Когнитивная лингвистика: Современное состояние и перспективы развития: Тез. науч. конф.в 2-х ч. -Тамбов:Изд-во ТГУ, 2000.

37. Когнитивная семантика: Материалы Второй междунар. школы-семинара по когнитивной лингвистике. В 2-х ч. -Тамбов: Изд-во ТГУ, 2000.

38. Когнитивные аспекты языкового значения 2: Говорящий и Наблюдатель: Межвуз. сб. научн. тр. Иркутск: ИГЛУ, 1999.-170с.

39. Когнитивные аспекты языкового значения 3.:Вестник ИГЛУ. Иркутск: ИГЛУ, 2000.-№5.-191с.

40. Кравченко А.В. Вопросы теории указательное™: Эгоцентричность. Дейктичность. Индексальность/А.В.Кравченко. Иркутск, 1992.

41. Кравченко А.В. К проблеме наблюдателя, как системообразующего фактора в языке/ А.В.Кравченко // Известия АН. Сер. литературы и языка.-1993.-Т.52,- №3.-С.45-56.

42. Кравченко А.В. Принципы теории указательности: Автореф. дис.д-ра филол. наук: 10.02.19 / МГЛУ.- М.,1995.

43. Кравченко А.В. Язык и восприятие: Когнитивные аспекты языковой категоризации/А.В.Кравченко. Иркутск, 1996.

44. Кравченко А.В. (а) Почему семантика не может не быть когнитивной: на пути к пониманию языка/ А.В.Кравченко // Когнитивная парадигма:

45. Тез. междунар. конф.27-28 апреля 2000г. Симпозиум 1.- Пятигорск, 2000.-С.102-104.

46. Кравченко А.В. (б) Знак, значение, знание. Очерк когнитивной философии языка/ А.В.Кравченко. Иркутск: Издание ОГУП , 2001.-261 с.

47. Кравченко А.В. Когнитивная лингвистика и новая эпистемология / А.В.Кравченко // Известия АН. Сер. литературы и языка.- 2001.-Т. 60.-№5.- С.3-13.

48. Краткий толковый словарь русского языка. М., 1988.

49. Кривоносов А.Т. Мышление без языка?/ А.Т.Кривоносов // Вопросы языкознания.- 1992.- №2.-С.69-83.

50. Крылов С.А. Детерминация имени в русском языке: Теоретические проблемы/ С.А.Крылов // Семиотика и информатика.- М.: ВИНИТИ, 1984.- Вып.23. С. 124-154.

51. Крылов С.А. О семантике местоименных слов и выражений / С.А.Крылов// Русские местоимения: Семантика и грамматика. -Владимир, 1989.-С.5-13.

52. Крылов С.А. Местоимения/ С.А.Крылов, Е.В.Падучева // Лингвистический энциклопедический словарь.- М., 1990.- С. 294-295.

53. Кубрякова Е.С. Краткий словарь когнитивных терминов/ Е.С.Кубрякова, В.З. Демьянков,Ю.Г.Панкрац,Л.Г.Лузина. М., 1996.

54. Кубрякова Е.С. Номинативный аспект речевой деятельности/ Е.С.Кубрякова. -М.,1986.

55. Кубрякова Е.С. О номинативной функции предлогов/ Е.С.Кубрякова // Номинация и дискурс.- Рязань, 1999.-С. 5-9.

56. Кубрякова Е.С. Проблемы представления знаний в современной науке и роль лингвистики в решении этих проблем/ Е.С.Кубрякова // Язык и структуры представления знаний. М., 1992.-С.

57. Кубрякова Е.С. Семантика в когнитивной лингвистике (о концепте контейнера и формах его объективации в языке)/Е.С.Кубрякова // Известия АН.Сер. литературы и языка. 1999. -Т.58.- №6. - С.3-12.

58. Кубрякова Е.С. Части речи в ономасиологическом освеще-нии/Е.С.Кубрякова.- М.Д978.

59. Кубрякова Е.С. Части речи с когнитивной точки зрения/ Е.С.Кубрякова. М.: ИЯ РАН, 1997.

60. Кубрякова Е.С. Эволюция лингвистических идей во второй половине XX века (опыт парадигмального анализа) / Е.С.Кубрякова // Я зык и наука конца 20 века.- М., 1995.- С. 144-238.

61. Кубрякова Е.С. Начальные этапы становления когнитивиз-ма.Лингвистика психология - когнитивная наука / Е.С.Кубрякова // Вопросы языкознания.-1994.-№4.-С.34-37.

62. Лакофф Дж. Лингвистические гештальты / Дж.Лакофф // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. X. Лингвистическая семантика. -М., 1981.-С.12-51.

63. Лакофф Дж. Мышление в зеркале классификаторов/ Дж.Лакофф // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 23. Когнитивные аспекты языка. -М., 1988.- С.143-184.

64. Левин Ю.И. О семантике местоимений/ Ю.И.Левин // Проблемы грамматического моделирования.- М., 1973.-С. 108-121

65. Лингвистический энциклопедический словарь. М.: Сов. энциклопедия, 1990.

66. Ломоносов М.В. Российская грамматика/ М.В.Ломоносов.- СПб., 1755.

67. Майтинская К.Е. Местоимения в языках разных систем/ К.Е.Майтинская.- М.,1996.

68. Маслов Ю.С. Введение в языкознание /Ю.С. Маслов.- М.: Просвещение, 1981.

69. Матурана У. Биология познания/ У. Матурана // Язык и интеллект. -М., 1996.- С.95-142.

70. Матурана У. Древо познания: биологические корни человеческого понимания/ У.Матурана, Ф. Варела. М., 2001.

71. Мигирин В.Н. Язык как система категорий отображения/

72. B.Н.Мигирин.- Кишинёв, 1973.

73. Молотков А.И. Трудные случаи лексико-грамматической характеристики слов это и то в русском языке/ А.И.Молотков //Вопросы грамматики. Сб. ст. к 75-летию академика И.И. Мещанинова-. М.-Л.Д9601. C.345-362.

74. Никитин М. В. Курс лингвистической семантики/ М.В.Никитин.- СПб.: Науч. центр проблем диалога, 1996.

75. Норман Б.Ю. Грамматика говорящего/ Б.Ю. Норман. СПб., 1994.

76. Ожегов С.И. Словарь русского языка / С.И. Ожегов. М.: Азбуковик, 1981.-944с.

77. Откупщикова М. И. Замещение предикатов посредством местоименных слов особого типа / М.И.Откупщикова // Лингвистические проблемы функционального моделирования речевой деятельности. Л., 1976.-Вып.З.-С. 116-131.

78. Падучева Е.В. Высказывание и его соотнесённость с действительностью (референциальные аспекты семантики местоимений)/ Е.В.Падучева.- М.: Наука, 1985.

79. Падучева Е.В. Значение и синтаксические функции слова это/ Е.В.Падучева // Принципы структурной лингвистики.- М.,1982.- С. 7691.

80. Панов М.В. Позиционная морфология русского языка/ М.В. Панов.-М.,1999.

81. Петрова О.В. Местоимения в системе функционально-семантических классов слов/ О.В. Петрова.- Воронеж, 1989.

82. Петрова С.Н. Когнитивная парадигма и семантика понимания/ С.Н.Петрова // Мышление, когнитивные науки, искусственный интеллект. -М., 1988.-С. 119-130.

83. Пешковский A.M. Объективная и нормативная точки зрения на язык/ А.М.Пешковский // Звегинцев В.А. История языкознания XIX и XX веков в очерках и извлечениях. 4.2. М., 1965.- С. 288-299.

84. Пешковский A.M. Русский синтаксис в научном освещении/ А.М.Пешковский. М., 1938.

85. Поливанов Е.Д. По поводу звуковых жестов японского языка/ Е.Д. Поливанов // Поэтика. 1919.- С.27-28.

86. Потебня А.А. Из записок по русской грамматике/ А.А.Потебня .-М.: 1958.

87. Рахилина Е. В. О тенденциях в развитии когнитивной семантики / Е.В. Рахилина // Известия АН Сер. литературы и языка. 2000. - Т. 59.- №3. -С. 3-15.

88. Рахилина Е.В. Когнитивный анализ предметных имён. Семантика и сочетаемость/ Е.В. Рахилина.- М., 2000.

89. Реформатский А.А. Введение в языкознание/ А.А.Реформатский.- М., 1998.

90. Рудяк С.И. О роли соотносительных слов этот и тот в организации связного текста/ С.И.Рудяк // Семантико-синтаксические процессы в русском языке (на материале сложного предложения).- Барнаул, 1981,-С.83-92.

91. Русская грамматика / под ред. Н.Ю. Шведовой.- М., 1990.- 639с.

92. Русская разговорная речь. Глава 5. Номинация.- М., 1973.

93. Савченко А.Н. Части речи и категории мышления / А.Н.Савченко // Язык и мышление.- М.,1967.

94. Селиверстова О.Н. Местоимения в русском языке и речи/О.Н.Селиверстова.-198 8.

95. Сидоренко Е.Н. Очерки по теории местоимений современного русского языка/ Е.Н. Сидоренко.- Киев; Одесса. -1990.

96. Сидоренко Е.Н. Семантические разряды местоимений современного русского языка / Е.Н.Сидоренко// Русские местоимения: семантика и грамматика.- Владимир, 1989.

97. Сиротинина О.Б. Русская разговорная речь и её особенности/ О.Б. Сиротинина.- 1974.

98. Скобликова Е.С. Местоимения: различия трактовок/ Е.С.Скобликова // Русский язык в школе.- 1996.- № 6.- С. 72-77.

99. Скребнев Ю.М. Коллоквиалистика как теоретикоописательная и как прикладная область языкознания/ Ю.М.Скребнев //Теория и практика лингвистического описания разговорной речи.-Горький, 1981.-Вып.12.-С.127-134.

100. Скребцова Т.Г. Американская школа когнитивной лингвистики/ Т.Г. Скребцова.- СПб.,2000.

101. Соссюр Ф. де. Труды по языкознанию/ Пер. с франц. языка под ред. А.А. Холодовича/ Ф.Соссюр де. М.: Прогресс, 1977.

102. Соссюр Ф. де. Курс общей лингвистики/ Ф.Соссюр де. Екатеринбург." 1999 .

103. Способы номинации в современном русском языке.- М. 1982.

104. Степанов Ю.С. Методы и принципы современной лингвистики/ Ю.С. Степанов.- 1975.

105. Стернин И.А. Лексическое значение слова в речи/ И.А. Стернин.-Воронеж.- 1985.

106. Торопцев И.С. Язык и речь / И.С. Торопцев .- Воронеж, 1985.

107. Успенский В.А. О вещных коннотациях абстрактных существительных/ В.А. Успенский // Семиотика и информатика. М.,1979.-Вып.11.-С.5-33.

108. Филлмор Ч. Основные проблемы лексической семантики/ Ч. Филлмор // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 12. Прикладная лингвистика. -М., 1983. С.74-122.

109. Филлмор Ч. Фреймы и семантика понимания/ Ч. Филлмор // Новое в зарубежной лингвистике. Вып.23. Когнитивные аспекты языка.-М., 1988.-С.52-92.

110. Фрумкина Р. М. Самосознание лингвистики вчера и завтра/ P.M. Фрумкина // Известия АН. Сер. литературы и языка. - 1999. -Т.58.-№4.-С.28-38.

111. Фрумкина P.M. Есть ли у современной лингвистики своя эпистемология/ Р.М.Фрумкина // Язык и наука конца XX века. М.,1995. -С.74-117.

112. Фундаментальные направления современной американской лингвистики: Сб. обзоров.- М.: Изд-во МГУ, 1997.

113. Шахматов А.А. Синтаксис русского языка/ А.А.Шахматов.- Д.: Учпедгиз, 1941.

114. Шведова Н.Ю. Местоимение и смысл. Класс русских местоимений и открываемые ими смысловые пространства/ Н.Ю. Шведова. -1998.

115. Шувалова И.Е. Синтагматическая организация высказывания и семантика местоимений в русском языке/ И.Е.Шувалова.- М. 1995.

116. Щерба JI.B. Избранные работы по русскому языку/ JI.B. Щерба. -М. 1957.

117. Щерба JI.B. Языковая система и речевая деятельность/ Л.В.Щерба.-Л.- 1974.

118. Язык и структуры представления знаний.- М.: ИНИОН РАН, 1992.

119. Языковая номинация. Кн. 1.- М.- 1973.

120. Якубинский Л.П. О диалогической речи/ Л.П. Якубинский // Русская речь.-.1923.- Вып 1.-С.147-156.

121. Buhler К. Sprachtheorie / К. Buhler. Jena: Gustav Fischer, 1934.

122. Fauconnier G. Domains and connections / G. Fauconnier // Cognitive Linguistics, 1990,- Vol.1. № 1.-P. 151-174.

123. Johson-Laird P.N. Mental models: Towards a cognitive science of language, inference, and consciousness / P.N. Johson-Laird // Cambridge: Cognitive Science Series, 1983.- Vol.6.

124. Kravchenko A. Cognitive Linguistic as a methodological paradigm / A. Kravchenko, B. Lewandowska-Tomaszczyk, Turewicz. Cognitive Linguistics Today. Frankfurt / Main: Peter Lang, 2001.- P. 41-55.

125. Kravchenko A. Toward a Bio-Cognitive Philosophy of language / A. Kravchenko // Perspectives: journal for interdisciplinary Work in the Humanities. 2002 .- № 5.

126. Lacoff G. Women, Fire, and Dangerous Things: What categories reveal about the mind / G. Lacoff.- Chicago: The University of Chicago Press, 1990.

127. LakoffR. Remarks on This and That / R.Lakoff // Chicago Linguistic Society: Papers from the 10th regional meeting.- Chicago: Illinois, 1974.- P. 345-356.

128. Lepore E. What is cognitive science ?/E.Lepore., Z. Pylyshyn.-Bi-ackwell, 1999.

129. Maturana U. Biology of language: The epistemology of reality / U. Maturana // Miller G., Lenneberg E. Psychology and Biology of Language and Thought. New York, 1978.

130. Miller G. Language and perception / G. Miller, P. Jonson-Laird. -Cambridge, 1976.

131. Nuyts J. Aspects of cognitive-pragmatic theory of language: On cognition, functionalism, and grammar / J.Nuyts. Amsterdam, 1992.153

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.