Левые эсеры в политической жизни Урала в 1917-1918 гг. тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 07.00.02, кандидат исторических наук Люхудзаев, Марат Иркинович

  • Люхудзаев, Марат Иркинович
  • кандидат исторических науккандидат исторических наук
  • 2001, ЕкатеринбургЕкатеринбург
  • Специальность ВАК РФ07.00.02
  • Количество страниц 263
Люхудзаев, Марат Иркинович. Левые эсеры в политической жизни Урала в 1917-1918 гг.: дис. кандидат исторических наук: 07.00.02 - Отечественная история. Екатеринбург. 2001. 263 с.

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Люхудзаев, Марат Иркинович

Введение.

Глава 1. Образование и начало деятельности организаций левых эсеров на Урале (май 1917 г. - февраль 1918 г.)

§ 1. Процесс выделения левого течения из ПСР на Урале и тактика его представителей.

§2. Объединение левых эсеров Урала в областную организацию.

Глава 2. Политическая линия левых эсеров в условиях правительственной коалиции с большевиками и ее кризис (март - июнь1918 г.)

§ 1. Участие левых эсеров в установлении и укреплении советской власти на Урале.

§2. Изменение тактики левых эсеров после подписания Брестского мирного договора.

Глава 3. Деятельность левых эсеров на Урале в начальный период Гражданской войны (июнь-декабрь 1918 г.)

§ 1. Выступление Чехословацкого корпуса и левые эсеры.

§2. Июльские события 1918 г. в Москве и их влияние на позиции левых эсеров на Урале.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Отечественная история», 07.00.02 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Левые эсеры в политической жизни Урала в 1917-1918 гг.»

История недолгого опыта российской многопартийности в XX в. чрезвычайно важна для осмысления как прошлого, так и настоящего нашей страны. Также как и в начале столетия, для современной России остается актуальным вопрос складывания многопартийной системы. В этом смысле закономерен интерес к опыту сотрудничества политических партий в 1917-1918 гг. В настоящее время политическое наследие партии левых социалистов-революционеров (ПЛСР) нуждается в объективном и глубоком исследовании. Негативный и позитивный опыт этой партии имеет ныне исключительное значение. Стремясь влиять на политику большевиков и имея свою программу политического и социально-экономического развития России, представители ПЛСР были единственными, кто помимо РКП/б/ в первой половине 1918 г. мог считать себя массовой партией. Без поддержки крестьянства, чьи интересы защищали левые эсеры, большевики вряд ли бы удержались у власти.

Период активной политической деятельности уральских левых эсеров относительно не велик: с весны 1917 г. до конца 1918 г., т.е. со времени появления их организаций на Урале до осени 1918 г., когда влияние ПЛСР резко снизилось. В Уральскую обл. входили в это время Вятская, Пермская, Уфимская и часть Оренбургской губ. (Троицкий и Челябинский уезды). Охватывая горнозаводские районы, чередующиеся с типично сельскохозяйственными, эта территория отличалась четко выраженным социально-экономическим единством и своеобразием. Необходимость регионального подхода обусловлена тем, что в указанный период российской истории наряду с ослаблением традиционных вертикальных связей существенно возросла самостоятельность периферии. Успех мероприятий, проводимых центром, зависел от того, как их воспримут и реализуют местные органы власти, в которых левые эсеры играли порой ведущую роль.

История участия левых эсеров в политической жизни Урала в 1917-1918 гг. является важной научной проблемой. Отдельные аспекты этой темы изучались историками, часть вопросов была рассмотрена в работах, посвященных истории партии социалистов-революционеров. И. С. Капцугович, проанализировав работы, посвященные Октябрьской революции и установлению советской власти на Урале, сделал вывод, что в них почти не исследована политика левых эсеров в период правительственного блока и изменение социальной базы этой партии, а проблема перехода ее представителей на антибольшевистские позиции раскрыта только в общем виде.1 Он 4 признал, что эти вопросы лишь частично были затронуты в исследованиях по истории аграрных преобразований и социалистического строительства на Урале. А. Ф. Жуков и О. Ф. Сокольников сделав обзор исследований по истории ПЛСР, выделили ряд аспектов, нуждающихся в более глубоком изучении: время заключения блока большевиков с левыми эсерами, процессы, происходившие в левоэсеровских организациях после июльского выступления, эволюция их программных и тактических установок и т.д.2

Степень изученности революционных событий на Урале в 1917 г. была подвергнута исследованию в историографических работах О. А. Васьковского, Е. Б. За-болотного, В. Д. Камынина и А. Т. Тертышного. Историографы справедливо указали, что история уральских организаций непролетарских партий, в том числе и ПЛСР, исследована слабо.3 А. Т. Тертышный, отмечая изменение взглядов историков в конце 80-х гг. на перспективы сотрудничества большевиков с представителями ПЛСР, верно подчеркнул важность изучения этого вопроса на уральском материале. Автор указал на то, что в историографии почти не освещена тактика соглашения ленинцев с татарскими, башкирскими и удмуртскими левыми эсерами.4 Предостерегая от упрощенного подхода к вопросу о взаимоотношениях большевиков с левыми эсерами и преувеличения темпов большевизации советов на Урале, А. Т. Тертышный отметил, что здесь сотрудничество представителей этих партий было более длительным, чем в центре.5 В монографии Е. Б. Заболотного наряду с исследованиями советских историков была подвергнута анализу новая историческая литература о событиях 1917 г. на Урале. Автор верно заметил, что поставленная А. Н. Васильевым проблема «левого блока» характеризовалась таким образом, что причина его неудачи полностью возлагалась на представителей небольшевистских партий, их нежелание сотрудничать с ленинцами.6 По его мнению, такая постановка проблемы была характерна даже для литературы, опубликованной на Урале во 2-й половине 80-х гг. и положение начало изменяться только в начале 90-х гг.

Снятие идеологического пресса, устранение ограничений на использование архивных документов из спецхранов позволяет по-новому взглянуть на происходившие в регионе процессы, критически пересмотреть прежние их трактовки и приблизиться к более объективному их освещению. Историографию темы условно можно разделить на четыре основных периода: первый - с 1917 г. до середины 30-х гг., второй - с середины 30-х до середины 50-х гг., третий - с конца 50-х до середины 80-х гг., четвертый - с конца 80-х гг. до настоящего времени. 5

Первыми работами, посвященными истории левых эсеров и их участию в политической борьбе стали публикации лидеров этой партии (Б. Д. Камкова, М. А. Спиридоновой, В. Е. Трутовского, И. 3. Штейнберга и др.), в которых были освещены причины появления левого крыла в эсеровской партии и разногласий с «ортодоксами» по вопросам стратегии и тактики, образование самостоятельной организации левых, партийная программа и т.д.7 Выражая приверженность своей партии демократическому социализму, авторы стремились опровергнуть обвинения ее в контрреволюционности.

Из работ, которые появились в начале 20-х гг., исследовательский интерес представляют публикации, выпущенные в связи с политическим процессом партии эсеров. Как правило, они носили тенденциозный характер, что выражалось в стремлении авторов подчеркнуть «контрреволюционность» политики эсеров.8 Так, А. В. Луначарский, который выступал обвинителем на процессе эсеров 1922 г., рассматривая в своей книге основные этапы эволюции эсеровской партии, не мог удержаться от критических замечаний в адрес ее лидеров. Положительной стороной работы В. И. Мещерякова является наличие разнообразного фактического материала, но исследование осталось незавершенным и были изданы лишь первые две части.

Среди исследований, касающихся истории партии левых эсеров, можно выделить работы В. И. Астрова, В. Владимировой, А. В. Шестакова.9 Несмотря на то, что теоретический уровень этих публикаций невысок, а в оценках отсутствует взвешенность, в них были подняты весьма важные вопросы в освещении этой проблемы. В. Владимирова одной из первых попытатась проследить весь путь развития партии левых эсеров и объяснить причины ее противоречивого поведения на политической арене. Наряду со стремлением показать политику партии. Владимирова затронула процессы, протекавшие внутри организации. Поставленные в статье вопросы, касающиеся социальной базы левых эсеров, причин заключения и разрыва их блока с большевиками, стати предметом дальнейших дискуссий историков.

Историк А. В. Шестаков, неоднократно обращавшийся в своих исследованиях к проблеме взаимоотношений большевиков с левыми эсерами, был современником описываемых событий. Выводы автора носят во многом личностный характер, что с неизбежностью привело к его односторонним, критическим оценкам деятельности левых эсеров. По мнению А. В. Шестакова, большевистская партия никогда не отождествляла левых эсеров с крестьянством и видела возможность создать союз пролетариата и крестьян без них. Блок с ПЛСР, считал Шестаков, "означат не союз с 6 крестьянством, а временное соглашение для преодоления препятствий", которые были на пути "укрепления диктатуры пролетариата".10

На Урале в этот период было издано несколько сборников воспоминаний участников революционного движения и Гражданской войны, а также монографии.11 Как правило, в этих публикациях в популярной форме освещались вопросы, касающиеся межпартийной борьбы и сотрудничество леворадикальных сил в регионе. В большинстве своем эти работы носили краеведческий характер и не претендовали на роль фундаментальных исследований, хотя в них и были попытки научно обосновать проблему складывания левосоциалистического блока.

Определенный интерес представляет книга И. Подшивалова "Гражданская

11 борьба на Урале". ~ Исследование было проведено автором с привлечением широкого круга источников, включая статистические сборники, воспоминания, документы, материалы периодической печати. Многие из них впервые были введены в научный оборот. Среди опрошенных Подшиваловым участников событий были известные лидеры ПЛСР края М. Г. Витрищак, А. Бурдин-Коваль, П. И. Мелков. Ограничив исследование территориальными рамками Уфимской губ., автор уделил основное внимание социально-экономическим и политическим факторам Гражданской войны. По его мнению, ведущую роль в событиях, происходивших здесь, сыграло крестьянство, чьи интересы представляли левые эсеры. Им автор в некоторых случаях явно симпатизировал.13 И. Подшивалов сделал ряд интересных наблюдений и далеко небесспорных выводов относительно развития национального движения в регионе, социальной характеристики уральских рабочих, причин начала Гражданской войны и т.д. Часть его высказываний оказала влияние на таких исследователей, как Н. Е. Ка-курин, А. П. Таняев и др.

В целом в исследованиях 20-х гг. были заложены основы изучения истории революции 1917г., стала складываться необходимая источниковая база. Важным моментом в этих работах стало то, что в некоторых из них были воспроизведены аргументы, впоследствии не дававшие повода рассматривать левоэсеровскую партию как контрреволюционную. Однако в д&чьнейшем эти наблюдения и выводы исследователей оставались невостребованными.

В последующий период развития отечественной исторической науки в публикациях, касающихся изучаемой проблемы, преобладали тенденциозность и односторонний подход. Историки считали нецелесообразным изучение деятельности политических партий за исключением большевистской, зачислив их в контрреволюци7 онный лагерь. В исторической литературе получила распространение точка зрения, согласно которой правительственный блок с левыми эсерами был заключен с целью разоблачения их контрреволюционности.14 Затрагивая вопрос о социальной базе ле-воэсеровской партии, исследователи рассматривали его без учета эволюции этой организации. В. Зайцев утверждал, что левые эсеры представляли «интересы зажиточно-кулацкой верхушки деревни».13 А. Агарев полагал, что они «отражали интересы деревенской бедноты» и поэтому большевики заключили с ними союз.16 По мнению других историков, левые эсеры защищали «интересы и желания трудового крестьянства».17 Точнее было бы предположить, что на разных исторических этапах развития революции левоэсеровское движение получало поддержку в большей степени тех или иных общественных слоев.

Тенденции изучения отношений большевиков с левыми эсерами лишь в плане взаимной борьбы не избежали и уральские историки. Так, Ф. А. Александров, А. С. Быстрова, Г. И. Гужвенко, А. С. Устькачкинцева и Е. С. Садырина показали в своих книгах только противоборство большевиков с левыми эсерами по ряду вопросов развития революции на Урале, но оставили без внимания положительные стороны

1Я их сотрудничества. Это с неизбежностью приводило исследователей к негативным оценкам участия левых эсеров в революционном движении края и событиях Гражданской войны. Данные трактовки роли членов левоэсеровской партии в политической жизни региона противоречили историческим реалиям, что делало их несостоятельными.

Попытку проанализировать причины вхождения левых эсеров в состав Уфимского губревкома осенью 1917 г. а также дать оценку их деятельности в земельных коллегиях весной 1918 г. предпринял В. П. Чемерис.19 Исследователь верно указал, что включение левых эсеров в ревком «требовало соотношение сил», так как в их руках был Уфимский губернский Совет крестьянских депутатов. Однако, по его мнению, желание левых эсеров взаимодействовать с большевиками объяснялось их стремлением «нажить себе политический капитал среди масс», особенно это касалось трудящегося крестьянства. Отмечая, что весной 1918 г. эсеры стояли во главе губернской земельной коллегии, а также в уездных коллегиях Белебеевского, Бир-ского и Уфимского уездов, В. П. Чемерис дал неадекватную оценку их работе. Историк не учел всю совокупность причин, по которым было замедлено проведение земельных преобразований, а на первый план вывел политические мотивы. 8

Некоторые аспекты деятельности представителей левоэсеровской партии на

20

Урале были затронуты в публикациях, посвященных Гражданской войне. Стоит отметить, что в этих работах оценки авторов были далеки от объективности. Так, Е.

И. Рябухин отметил в своей книге, что весной и летом 1918 г. левые эсеры «захвати

21 ли в свои руки многие волостные и уездные исполкомы Вятской губ.». Однако он не дал аргументированного объяснения этому явлению. Историк негативно оценил действия левых эсеров в вопросе о повышении цен на хлеб весной 1918 г., полагая, что этим представители ПЛСР поставили под угрозу проведение продовольственного плана советской власти. Неоднократно рассматривал в своих работах вопросы установления советской власти на Урале Ф. П. Быстрых22 Оценивая тактику левых эсеров с традиционной точки зрения, исследователь указал на непоследовательность их действий в октябре 1917 г. в Екатеринбурге, когда они высказались за создание в городе «однородно-социалистической власти».23

С конца 50-х гг. начинается постепенное преодоление одностороннего подхода к этой проблеме. В своих работах историки наряду с раскрытием «мелкобуржуазности» левых эсеров стремятся выяснить объективные предпосылки возникнове

94. ния левосоциалистического блока, определить его характер, цели и значение. У исследователей постепенно возрастал интерес к внутренним закономерностям развития эсеровской партии.

Книга К. В. Гусева "Крах партии левых эсеров" стала заметным явлением среди работ по изучению тактики большевиков при взаимодействии с левыми эсерами. Автор внес новое содержание в понятие "левого блока", стараясь представить его не только как средство разоблачения левых эсеров, но и как возможность привлечь к сотрудничеству во власти лучшие кадры этой партии.25 Причину стремительного исчезновения партии левых эсеров с политической арены во второй половине 1918 г. К. В. Гусев усмотрел в разрыве партнерских отношений с большевиками. Тем самым историк продемонстрировал, что, несмотря на иную трактовку "левого блока", его отношение к левоэсеровской партии как к "мелкобуржуазной" и "контрреволюционной" осталось без изменений.

Монография К. В. Гусева вызвала большой интерес среди историков и стала предметом их острой дискуссии.' Участники обсуждения А. П. Алексашенко, Н. С. Мутовкин, Л. М. Поскин, отмечая новаторство автора в изучении малоразработан-ной темы, указали на необходимость более обстоятельного изучения истории левых эсеров после июля 1918 г. Ю. А. Мошков и В. 3. Дробижев подвергли критике ав9 торскую методику исторического исследования и систему доказательств. Вновь наиболее острым вопросам, занявшим много места в дискуссии, стала проблема социальной базы левых эсеров. В ходе обсуждения были высказаны различные точки зрения, но историки пришли к заключению, что решение этого вопроса затруднено отсутствием данных о составе партии левых эсеров и отдельных ее организаций.

Исследование проблемы было продолжено в книге, которую написали К. В. Гусев и X. А. Ерицян. Характеризуя действия левых эсеров с января по март 1918 г. как оппозицию, которая не отказывалась от поддержки большевиков по основным вопросам, они назвали данный период временем наиболее успешного осуществления

9 7 блока. Однако главный упор в книге был сделан на выявление противоречий в левом блоке, а положительные итоги его работы остались не проанализированными.

Л. М. Спирин высказал мнение, что соглашение с левыми эсерами имело под собой реальную основу, поскольку они выступали за общедемократические преобра

28 зования, которые предстояло провести в стране наряду с социалистическими. Анализируя действия левых эсеров, историк пришел к заключению, что они определялись не политикой партии, а совершались под давлением трудящихся. Он отметил, что после левоэсеровского выступления в Москве ряд лидеров добивались легализации и высказывались за сотрудничество с большевиками. Однако автор полагал, что это было вынужденное изменение тактики ввиду отсутствия сил для вооруженного восстания.29

В своих оценках деятельности партии левых эсеров Л. М. Спирин немногим отличался от других авторов данного периода, что нашло отражение в его следующей работе. В монографии, изданной в 1971 г., он использовал большинство опубликованных в тот момент документов и результатов исследований, а также материалы периодической печати 1918 г. Л. М. Спирин сделал вывод, что до марта 1918 г. ее члены "во многих вопросах поддерживали большевиков, но позже взяли под защиту богатых крестьян и перешли к новым формам борьбы".30

Историк П. Г. Софинов затронул в своем исследовании вопрос о влиянии левых эсеров в ВЧК. Полагая, что они лишь «тормозили осуществление ряда важных мероприятий» и старались подчинить своему контролю государственный аппарат, историк в целом дал негативную оценку деятельности левых эсеров в этом органе/1 Автор указал на тщетность эсеровских попыток добиться отмены постановления о введении смертной казни и ограничить чрезвычайные полномочия ВЧК, заметив, что последняя "приняла декрет Совнаркома к неуклонному исполнению".

10

В работах, посвященных истории становления и укрепления советской государственности, исследователи неоднократно обращали внимание на этот вопрос, пытаясь определить роль левых эсеров в создании законодательной базы новой власти. Так, М. П. Ирошников подчеркнул, что по их инициативе в декабре 1917 г. и январе 1918 г. Совнарком 11 раз рассматривал спорные вопросы о вмешательстве Наркомата юстиции в работу ВЧК и следственных комиссий ревтрибунала и Петроградского Совета/2 Анализируя всю совокупность вопросов, вокруг которых велась борьба большевиков и левых эсеров в правящих органах, Е. Н. Городецкий подробно осве

1-1 тил историю разработки последними наказа об изменении состава Совнаркома. Привлечение автором обширного и разнообразного круга источников позволило ему в значительной степени раскрыть сложную позицию левых эсеров во ВЦИК.

Вопрос о блоке большевиков с левыми эсерами был рассмотрен в работах А. М. Малашко, Т. А. Сивохиной, П. Г. Софинова и др. Ряд аспектов данной проблемы осветил в своей публикации А. М. Малашко. Несмотря на убедительность некоторых его выводов, сделанных на основе солидного фактического материала, часть выдвинутых автором положений выглядит недостаточно обоснованным. Так, характеризуя блок большевистской и левоэсеровской партий, как заведомо временный, А. М. Малашко заявил, что для такого соглашения не было общей платформы.34 По его мнению, "диктатура пролетариата" на однопартийной основе сложилась уже во второй половине 1918 г. Тем самым историк принизил степень влияния других политических партий.

Т. А. Сивохина, пытаясь показать взаимоотношения большевиков с левыми эсерами в крестьянской секции ВЦИК на разных этапах сотрудничества, сделала ряд важных наблюдений. Она верно подчеркнула, что левые эсеры создали крестьянскую секцию при ВЦИК чтобы "сохранить за собой руководство сторонами деятельности советов в деревне" и упорядочить действия ВЦИК в аграрной сфере. Однако Т. А. Сивохина упрощенно подошла к оценке работы левых эсеров в этом органе, полагая, что он был использован ими для провокации/5

Следует отметить работу П. П. Никишова, который рассмотрел деятельность левых эсеров Туркестана, чья организация была одна из крупнейших в стране. Приведенные автором свидетельства подтверждают, что здесь левые эсеры сохранили ведущие позиции и во второй половине 1918 г. Большая часть архивных материалов впервые была введена историком в научный оборот.36

11

Некоторые выводы относительно совместных действий большевиков с представителями левого течения эсеровской партии в 1917г. сделал в своей работе X. М. Астрахан. Отметив, что в этот период "почти повсюду сложился блок большевиков и левых эсеров", историк указал на более высокую эффективность их сотрудничества на уровне рядовых членов партий, чем среди лидеров/7 Автор увидел в создании блока причину более решительных выступлений левых эсеров против эсеровского центра и их обещаний о поддержке большевиков "в случае революционных выступлений" вне стен Предпарламента/

Несмотря на односторонний подход и тенденциозность выводов Н. К. Лисовского, в его книге были отмечены важные особенности, позволяющие лучше понять некоторые действия и поступки уфимских левых эсеров. По словам историка, левые эсеры из Уфимского губисполкома и СНК считали, что последний должен иметь финансовые права с центральным советским правительством и не должен подчиняться

СНК РСФСР.39 Н. К. Лисовский заметил, что сходную позицию занимали левые эсеры и часть большевиков в Уральском СНК, которые пытались противопоставить этот орган центральной власти.

Более подробно деятельность левых эсеров в Уфимской губ. рассмотрел 3. А. Аминев. Опираясь на значительное количество материалов из центральных и местных архивов, он показал эсеровскую позицию в вопросах о создании регулярной Красной Армии, об отношении членов этой партии к Брестскому договору, а также о формах их участия в сопротивлении белогвардейцам. В то же время, ряд оценок политики левоэсеровской партии, сделанный 3. А. Аминевым, нуждается в корректировке. К примеру, он негативно оценил деятельность левых эсеров в земельных комитетах, считая, что они всячески пытались сорвать осуществление Декрета о земле. Историк назвал допуск членов ПЛСР к управлению различными отделами Уфимского губисполкома "серьезным упущением" большевиков.40

Большой комплекс вопросов, касающийся истории левых эсеров, в своем исследовании рассмотрели В. И. Белокопытов, Ф. Остроумов, М. Сафин. В этой работе историки осветили участие эсеров в установлении Советской власти в Мензедин-ском уезде Уфимской губ., осуществлении продовольственной политики в 1918 г., а также их борьбу за легализацию партии в начале 1919 г.41 Авторы уделили некоторое внимание работе Мензелинской организации революционных коммунистов, показав их как противников РКП /б/.

12

Одним из первых по-иному рассмотреть движение левых эсеров на Урале попытался О. А. Васьковский. По его мнению, "влияние этой партии было весьма значительным" и в период ратификации Брестского договора при поддержке левых коммунистов ее члены "составили сильную позицию в советах и профсоюзах". * Считая, что московское выступление ЦК ПЛСР не нашло широкой поддержки среди рядовых партийных работников, уральский историк пришел к заключению об ошибочности осуждения ПЛСР в целом.4"5 О. А. Васьковский подчеркнул, что влияние левых эсеров пошло на убыль лишь после того, как их лидеры "открыто выступили против политики советской власти в деревне и подняли мятеж в Москве". Он указал, что на Урале в ряде случаев большевики продолжали сотрудничество с наиболее лояльными бывшими членами ПЛСР, учитывая их заинтересованность в совместной работе.44 Приведенные автором факты свидетельствуют об активной поддержке, которую оказали уральские левые эсеры большевикам в подавлении выступлений Чехословацкого корпуса и белогвардейцев.43

Единственной крупной работой этого периода, посвященной непосредственно истории партии эсеров на Урале, стала монография И. С. Капцуговича. Исследователем проанализирован широкий круг источников, выявлены важные закономерности в эволюции эсеровской партии. Несмотря на то, что эсеры стали объектом его критики, автору в значительной мере удалось поставить и раскрыть вопросы возникновения и взаимосвязей уральских эсеровских организаций. Он показал причины выделения в эсеровской партии левого течения. Рассматривая взаимоотношения большевиков с левыми эсерами на Урале, И. С. Капцугович справедливо подчеркнул, что самое крупное столкновение между ними произошло не из-за Брестского договора, а из-за продовольственной политики советской власти и "углубления социалистической революции в деревне".46 В отличие от О. А. Васьковского он полагал, что разногласия левых эсеров с большевиками обнаружились до подписания Брестского мира.

Ряд выводов историка нуждается в существенной корректировке. В частности. это касается его оценки позиций левых эсеров во время конфликта между губернским и городским исполкомами в Вятке весной и в период выступлений рабочих Мотовилихи в декабре 1918 г.47 Помимо этого, автором сглажены острые проблемы, односторонне представлены отношения левых эсеров с другими политическими партиями путем подбора соответствующих материалов периодики. Тем не менее, эта книга не теряет своей значимости и служит подспорьем в изучении темы.

13

Книга В. Н. Гинева, написанная на основе значительного комплекса источников, дает представление, в частности, о взаимодействии левых эсеров с большевиками при разработке закона о социализации земли. Историк справедливо заметил, что жизнеспособность левосоциалистического блока в проведении аграрных преобразований была тесно связана со степенью согласованности позиций его членов в более общих вопросах - о форме власти, характере революции и ее движущих силах. Как считает В. Н. Гинев, в ряде пунктов позиция левых эсеров приближалась к большевистской, но они не желали «дискредитировать» себя роспуском Учредительного собрания, даже в случае непризнания им декретов II Всероссийского съезда советов и решений крестьянского съезда. Автор поставил в вину левым эсерам их неправильную оценку реальной обстановки и подчеркнул, что они не сумели занять четкой позиции в вопросе о революционной власти, оставаясь во многом сторонниками "чистой" демократии. По его мнению, между старыми органами управления и советами неизбежно должна была возникнуть явная или скрытая борьба.49 Нежелание левых эсеров сразу реорганизовать земельные комитеты в соответствующие отделы советов он объяснил тем, что это ослабляло их позиции в противоборстве с большевиками за влияние на крестьянство. Очевидно, что такой аргументации недостаточно.

Несмотря на рост числа исследований по истории эсеровской партии в 60-70-е гг., в них по-прежнему недостаточно подробно раскрывались процессы, происходившие внутри организации после V Всероссийского съезда советов, эволюции ее программных и тактических установок, а также стремление лидеров к теоретическому обоснованию своей политики. Частично это вопросы получили освещение в работах А. Ф. Жукова, А. И. Разгона, Ю. И. Шестака. Одним из первых выяснить количество действующих организаций эсеров-максималистов, показать их взаимосвязь, проанализировать сложность и неоднозначность взаимоотношений с большевиками попытался А. Ф. Жуков."'0 Подробно удатось показать работу левых эсеров во ВЦИК А. И. Разгону, который помимо этого проанализирован социальный состав верхушки этой партии. Пытаясь объяснить причину оторванности левоэсеровских лидеров от остальных членов партии на местах, он пришел к выводу, что в немалой степени это произошло из-за их длительного пребывания в тюрьмах и ссылке, либо за границей."1 Вопросы взаимоотношений большевиков с эсерами-максималистами были изучены Ю. И. Шестаком, который ввел в научный оборот значительное коли

14 чество архивных материалов по данной проблеме. Однако некоторые оценки автора носят предвзятый характер и выглядят неубедительными.

Наиболее подробно историю сотрудничества большевиков с левыми эсерами на Урале осветил в своих публикациях А. Н. Васильев. Собрав и обобщив значительный материал по данной проблеме, он показал различные формы взаимодействия представителей "левого блока" в решении вопросов культурного строительства, продовольственной политики, национального самоопределения и земельных преобразований."2 По мнению историка, заметное влияние на развитие революционного процесса, "левый блок" оказывал в основном в рабочих районах края. В районах, где преобладало крестьянское население, сильнее было влияние правых эсеров, которых поддерживали их соратники слева. Автор отметил, что основой создания "левого блока" стал компромисс между большевиками и левыми эсерами, который предполагал ряд уступок с обеих сторон. Он показал, как постепенно нарастали противоречия между членами ПЛСР и РКП/б/, приведшие к разрыву отношений. Считая, что наибольшие разногласия членов "левого блока" вызвал аграрный вопрос, историк отметил, что отчасти этому способствовало политическое соперничество партий и борьба за получение и сохранение приоритета в руководстве крестьянством.

Подчеркивая стремление левых эсеров к поддержке большевиков в первоначальный период становления новой власти, А. Н. Васильев пришел к выводу, что на Урале "левый блок" имел большую прочность и долговечность, чем в центре страны. Вместе с тем, ему не удалось полностью избежать влияния прежних подходов. Историк необоснованно принизил роль левых эсеров в правительственном блоке, отведя им позицию пассивного участника. Односторонне освещена позиция уральских левых эсеров летом 1918 г., тенденциозно подобраны материалы из периодической печати, что выдает подход исследователя к проблеме. Так, в своей диссертации А. Н. Васильев подчеркнул, что уральский левый эсер М. П. Медведев в целях уничтожения "большевистского влияния в стране допустил ликвидацию советской власти руками чехословаков".^

Заслуживает внимания публикация А. А. Акмаловой, посвященная левобло-кистской тактике большевиков в начальный период Гражданской войны.34 В данной работе показаны практические шаги по ликвидации выступления чехословаков, предпринятые большевиками, левыми эсерами, меньшевиками, анархистами и др. А. А. Акмалова, широко используя архивные материалы, осветила участие обкома ПЛСР в формировании боевых отрядов для отражения чехословацкого наступления.

15 а также рассмотрела позитивные моменты сотрудничества членов "левого блока" в деле реорганизации работы тыла.

Г. А. Дробышев и Л. А. Обухов неоднократно обращались в своих исследованиях к проблемам взаимоотношений большевиков и левых эсеров в советах Урала. Говоря о степени влияния левых эсеров, историки отметили, что она, как правило, была выше в тех городах, где были значительные воинские гарнизоны. В целом они разделяют мнение других исследователей, полагая, что левый блок еще до октября 1917 г. фактически сложился на Урале. Благодаря этому в ряде случаев советы Урала брали власть без вооруженной борьбы. Показывая позитивные стороны осуществления левого блока, авторы подчеркнули, что левые эсеры сотрудничали с большевиками и там, где их позиции были слабы."

Используя широкий круг источников, Л. А. Обухов в своей монографии показал процесс установления советской власти на Урале в 1917 г. Он пересмотрел ряд традиционных взглядов на данные события, отметив, что обычно "борьба шла не за установление власти советов, а за власть большевиков".36 В губернских и уездных центрах "установление новой власти происходило с применением вооруженной силы". Немаловажную роль при этом сыграла поддержка левых эсеров большевикам. Соглашаясь с этим, Г. А. Дробышев подчеркнул, что левые эсеры "выступали за мирную передачу власти советам" и в созыве II Всероссийского съезда советов видели возможность избежать вооруженного восстания.37

Борьбе большевиков за влияние в советах Урала неоднократно уделял внимание в своих исследованиях Н. Н. Попов. В книге «Из опыта борьбы большевиков Урала за влияние в Советах в 1917 году», написанной им совместно с Д. В. Бугровым, проанализирована ситуация в советах Урала в целом. Значительное место в работе было уделено левому блоку на Урале, тактике левых эсеров. Характеризуя действия левых эсеров, исследователи отметили, что более последовательными они были в городах и заводских поселках, где было сильно влияние большевиков. Там же, где левоэсеровское направление доминировало, например в Камышлове, тактическая линия левых эсеров, по мнению авторов, была противоречивой.38 Историки отметили. что многие левоэсеровские организации выражати стремление сотрудничать с большевиками, критикуя политику Временного правительства. Говоря о времени оформления левого блока на Урале, авторы заявили, что это произошло в октябре 1917 г. Эту же точку зрения они высказали в более поздней своей работе.39

16

Вместе с тем можно утверждать, что в 80-е гг. состояние историографии по исследуемой проблеме не претерпело существенных изменений. Введение в научный оборот нового фактического материала и рост количества привлекаемых историками источников не привели к пересмотру оценок и суждений, сформировавшихся в 20-30-е гг. Несмотря на значительное количество работ, история деятельности ле-воэсеровской партии на Урале оказалась слабоизученной. Изменения, наметившиеся в отечественной историографии в конце 80-х гг., сопровождались попытками исследователей объективно подойти к изучению данного вопроса.

С начала 90-х гг. в отечественной периодике публикуются статьи, выражающие широкий спектр мнений и затрагивающие различные стороны истории политических партий. Историки А. И. Разгон и Л. М. Овруцкий кроме написания журнальных статей публицистического характера60, активно сотрудничают в подготовке разделов для сборников по истории политических партий и становлению советского государства.61 Т. Д. Алексеева изучила проблему постановки эсерами национального и территориального вопросов после октября 1917 г.62 Е. Г. Гимпельсон рассмотрел путь становления однопартийной диктатуры в России. Во многом данный исследователь поддерживает точку зрения, высказанную Ю. Г. Фелылтинским: "Союз с левыми эсерами, шедший наперекор самой природе большевизма, не мог долго существовать".6"3

Одним из наиболее часто обращающихся в своих статьях к истории партии левых эсеров стал Я. В. Леонтьев. Кроме публикуемых и комментируемых докумен

64 тов , этот историк подготовил разделы, касающиеся истории левых эсеров, для изданий "Политические деятели России. 1917 г." и "Политические партии России конец XIX - первая треть XX веков". В своих статьях историк уделяет внимание многочисленной Туркестанской организации ПЛСР, литературному объединению "скифов", куда входили левые эсеры, состоянию дел в ЦК ПЛСР после июля 1918 г. Автор называет ряд новых имен членов ПЛСР, неизвестных до последнего времени. Свои оценки и суждения событий он подтверждает документальными источниками. Применительно к изучаемой проблеме, особый интерес представляет публикация Я. В. Леонтьева, посвященная проблеме изменения положения левоэсеровских организаций на местах после июльских событий 1918 г. в Москве.63 Историком дана характеристика ситуативных моделей развития событий на местах в июле-сентябре 1918 г. Определенное внимание Я. В. Леонтьев уделил левым эсерам Урала, охарактеризовав их тактику в июле 1918 г. как компромиссную.66

17

А. А. Кононенко в своей диссертации сделал попытку по-новому рассмотреть ряд ключевых вопросов, касающихся участия эсеров в политической борьбе на Урале в 1917-1918 гг. Часть этой работы была посвящена аспектам истории уральских левых эсеров. Рассматривая причины, подтолкнувшие левых эсеров на разрыв отношений с большевиками, историк справедливо назвал их разное отношение к крестьянству и в первую очередь к аграрной политике. А. А. Кононенко верно отметил рост численности левоэсеровских организаций на Урате в период размежевания их представителей с большевиками весной 1918 г. По его мнению, блок ленинцев с ПЛСР носил «временно-вынужденный характер» и левые эсеры «были обречены на разрыв с большевиками».67 Опровергая традиционную точку зрения, он заявил, что в документах нет свидетельств об активной поддержке левыми эсерами на Урале действий ЦК во второй половине 1918 г.

Одной из положительных сторон книги П. Н. Дмитриева и К. И. Куликова стало обоснование авторами социально-экономических условий деятельности политических партий на Урале, в том числе и эсеров-максималистов. Большое внимание историки уделили эсеро-максималистским лидерам Ижевско-Воткинского района, справедливо полагая, что их авторитет являлся одним из главных факторов популяро ности этой партии. Отмечая влияние эсеров-максималистов в этом районе и противоречивость их взаимоотношений с большевиками, П. Н. Дмитриев и К. И. Куликов показали ряд позитивных моментов эсеровского участия в установлении и защите советской власти.

Обобщающая работа по истории политических партий начата XX в. была написана группой историков во главе с В. В. Шелохаевым.69 Судьба партий, в том числе и левоэсеровской организации, прослежена с момента их зарождения и до конца существования. Дана характеристика их программ, социального состава, лидеров. Представляет интерес биографический очерк об одном из лидеров ПЛСР Б. Д. Кам-кове.

В энциклопедиях, посвященных истории Урата и вышедших во второй половине 90-х гг., историки осветили некоторые моменты деятельности партии левых эсеров и ее лидеров на региональном уровне. А. А. Кононенко и Н. Н. Попов уточнили сведения о численности левых эсеров края в апреле 1918 г. и указали причины разногласий между большевистской и эсеровской партиями на Урале. Согласно их мнению, не только «противоречия по отношению к крестьянству и заключению мира», но и «соперничество в осуществлении властных полномочий» привели к конфликту членов левосоциалистического блока, который спровоцировали большевики.70 Тем самым, авторы дали понять, что представители ПЛСР не хотели смириться со своим положением в советах и боролись за преобладание в них.

Важные данные об уфимской организации левых эсеров привел в своих статьях А. Н. Алдашов.7' По утверждению историка, в Уфимской губ. эсеровские группы прекратили свое существование только в сентябре 1920 г. В это же время здесь была распущена и партия революционных коммунистов. А. Н. Алдашов отметил, что левые эсеры и революционные коммунисты обращались в 1919 г. в губком РКП/б/ с просьбой о легализации, но лишь с последними из них большевики пошли на сотрудничество. Слабее автор показал участие уфимских левых эсеров в работе СНК.

Определенный интерес представляют работы Ю. Н. Тимкина, в которых частично представлена история организации ПЛСР Вятской губ.72 Исследователь справедливо отметил, что здесь при организации власти значительную роль сыграли лидеры, приглашенные со стороны, которые постепенно заняли важные посты в руководстве. Причины попытки захвата сподвижниками Г. М. Лапина власти в губернии весной 1918 г. ("Лапинская авантюра") этот историк усмотрел в характере новой партийной правящей элиты, амбициях руководителей. По мнению Ю. Н. Тимкина, "Лапинскую авантюру" следует рассматривать в русле нарастания в большевистских организациях и им подчиненных советах «жесткой тоталитарной системы». Автор подчеркнул, что в ряде случаев партийность руководителей, решившихся на установление диктатуры, была номинальной, и их поступки не соответствовали воззрениям остальных членов организаций.

Г. Г. Загвоздкин в своей статье отметил, что левые эсеры играли важную роль в жизни Вятской губ. и к началу августа 1918 г. занимали от 46 до 69 % общего состава уездных исполкомов.0 Однако, как утверждает историк, расстрел четырех красноармейцев в'Вятке стат поводом для антисоветского (а не антибольшевистского) выступления левых эсеров, чья фракция 7 июля вышла из состава губисполкома. Он достаточно подробно перечислил меры, принятые губернским реввоенштабом для предотвращения левоэсеровских выступлений.

Источниковую базу монографии В. М. Лаврова составил комплекс газетных публикаций 1917-1918 гг., воспоминания участников и очевидцев событий, материалы съездов, архивные документы. Автор подробно рассмотрел участие левоэсе-ровской партии в работе Всероссийских съездов крестьянских депутатов в 1917— 1918 гг. Им были сделаны важные выводы, позволяющие своеобразно оценить

19

8 гг. Им были сделаны важные выводы, позволяющие своеобразно оценить поведение крестьянства в данный период. В своих суждениях В. М. Лавров учитывал влияние социально-экономических, политических и военных факторов, что позволило ему точнее определить роль Чрезвычайного крестьянского съезда в складывании блока левых эсеров и большевиков и укрепление последних у власти.74 В книге наибольшее внимание уделено вопросу о власти. Как считает В. М. Лавров, левые эсеры не смогли адекватно оценить соотношение сил и оказались обманутыми большевиками, но такой грех был присущ и другим партиям.

В работе Т. А. Сивохиной приведены интересные данные о деятельности левых эсеров и их положении в местных органах власти после V Всероссийского съезда советов. Было отмечено, что оппозиционные политические партии сохраняли, хотя и незначительное, представительство в советах во второй половине 1918 г.° По мнению автора, одним из последствий их перехода к нелегальным формам борьбы с большевиками стало закрепление монопольного положение последних в системе органов государственной власти. Т. А. Сивохина указала на глубокие разногласия в рядах левоэсеровской партии на IV съезде в октябре 1918 г. и сделала вывод, что "подавляющая часть делегатов считала необходимым усилить борьбу с властью большевиков, включая и вооруженные формы".76

На отсутствие единства в оценке крестьянства левоэсеровскими лидерами и рост противоречий по этому вопросу уже на III партийном съезде обратил внимание А. В. Медведев. В то же время он подчеркнул, что левые эсеры "наиболее активно отстаивали интересы мелкого собственника-середняка" и в мае 1918 г. развернули "истеричную кампанию" против продовольственной диктатуры.77 Раскрывая лево-эсеровскую позицию в продовольственной политике, автор заметил, что члены ПЛСР поддерживали хлебную монополию и твердые цены на продовольственные товары, но брать хлеб у крестьян по твердым ценам считали возможным лишь после монополизации других предметов потребления и введения общегосударственной

78 системы твердых цен. Согласно утверждению А. В. Медведева, левые эсеры вынуждены были признать несостоятельность концепции аграрного социализма и уже на II съезде партии поставить вопрос о "сельскохозяйственном коммунизме". Следует отметить, что такую позицию разделяли не все из них.

В книге С. В. Леонова были обобщены выводы многочисленных предшественников, использован богатый архивный материал, в том числе и впервые введенный в научный оборот. Автор сделат важное предположение о том, что причиной

20 роспуска ВРК и создания ВЧК было стремление болы таов избавиться от влияния левых эсеров в принципиально важной сфере "борьб контрреволюцией".79 Согласно его утверждению, эта проблема наиболее острс тала накануне вхождения левых эсеров в состав СНК. Надо отметить, что с опреде. чыми оговорками данное наблюдение применимо и к межпартийной борьбе в орга! ВЧК как в центре, так и на местах.

В. И. Бакулин в своей работе, ограничив исследовг ^ рамками Усольского уезда Пермской губ., с высокой степенью достоверности 1 вал механику трансформации власти: если совет нельзя большевизировать изн. л, создавался параллельный ему советский орган, опирающийся, как правило, н илу красногвардейского отряда.80 Примечательно, что до августа 1918 г. левые ->ы занимали здесь ряд постов в уездном и волостных исполкомах. Вывод историк том, что установление новой власти часто происходило с применением вооружи й силы, а в период Гражданской войны такая практика была доведена до соверше ~ва, подтверждао» ет аналогичные наблюдения, сделанные Л. А. Обуховым.

Некоторые вопросы, касающиеся деятельности ПЛСР на ле, были рассмотрены историками В. С. Кобзовым и Е. П. Сичинским. Они ота. гли, что здесь острые конфликты между большевиками и левыми эсерами "период ски вспыхи

82 вали задолго до июльского мятежа". По их мнению, ликвидация ПЛ на базе которой в будущем могла сложиться реальная оппозиция, означала не т> ко важный шаг на пути установления однопартийной системы, но и снижение дем -атическо-го потенциала советской власти. На стремительное ухудшение отношень гртнеров по "левому блоку" на Урале весной 1918 г. обратил внимание исследов гь В. В. Московкин, который указал, что июльский конфликт 1918г. позволил леь *ам покончить с уже практически сформированной двухпартийной системой.8'3 01 'итает, что открытое выступление союзников по Октябрьскому перевороту "было руку большевикам", так как открывало реачьную возможность установления одно тайной системы, полного подчинения советов и "насаждения тоталитарного режи. .34

Среди работ, напрямую относящихся к исследуемой проблеме, особое то занимает книга С. Л. Бехтерева, в которой дан анализ условий возникновения а-низаций эсеров-максималистов в крупнейшем оборонно-промышленном це. ? страны.85 Историк выявил социачьный состав участников максималистского дви ния, сделал важные умозаключения относительно организационных основ и стр} туры ССРМ. Наряду с описанием работы максималистов в массах и органах власт.

21

С. JI. Бехтерев стремился показать проблемы их взаимоотношений с другими организациями. На основе оригинальной методики он попытался реконструировать социальный облик местных групп ССРМ. Автор подробно рассмотрел историю участия боевых максималистских дружин в военных действиях начачьного периода Гражданской войны. Ему удалось реконструировать процесс вытеснения максималистов из советских органов власти в конце 1918 - начале 1919 гг.86 Следует отметить, что используемые историком территориальные рамки исследования не всегда позволяют оценить значение действий эсеров-максималистов в масштабах Урала. Слабо прослежена их связь с обкомом ПЛСР и работа на съездах уральских эсеров.

Новым шагом в изучении аспектов борьбы большевиков с социалистами и анархистами стала монография Д. Б. Павлова. Несомненной заслугой историка является введение им в научный оборот материалов Центрального архива ФСБ по данной проблеме, которые размещены во второй половине книги. В своем исследовании автор опирачся как на вновь открытые документы центральных партийных и государственных органов (протоколы заседаний Политбюро ЦК РКП/б/ с сопроводительными материалами, документы ВЧК - ОГПУ и др.), так и на источники, широко привлекавшиеся ранее другими историками. Опираясь на совокупность этих материалов, Д. Б. Павлов сделал выводы, принципиально отличные от заключений советской историографии. В частности, это относится к его оценке действий большевиков во время волнений рабочих в Мотовилихе в декабре 1918 г. По мнению историка, власти использовали выступления рабочих для того, чтобы расправиться с левыми эсерами, «составлявшими большинство в исполкоме Мотовилихинского Совдепа» и о о возложили на них ответственность за произошедшие волнения. Он отметил, что вслед за этими событиями исполком был «распущен и заменен чисто коммунистическим по составу ревкомом». Надо отметить, что более подробную информацию о

OQ волнениях рабочих в Мотовилихе в декабре 1918 г. дают материалы фонда ГАСО.

Определенный вклад в изучение истории партии левых эсеров был внесен зарубежными историками. Среди работ, изданных в конце 80-х начате 90-х гг. на русском языке можно выделить труды А. Рабиновича, Э. Kappa, Д. Боффа, Р. Пайпса, в которых авторы затрагивают различные аспекты взаимоотношений большевистской и левоэсеровской партий, называют причины разногласий между ними.90 Одной из первых была опубликована книга А. Рабиновича "Большевики приходят к власти: революция 1917 года в Петрограде". Привлекая широкий круг источников и результаты исследований других историков, автор этой книги попытался осмыслить сов о

22 купность факторов, которая сделала возможным октябрьский переворот. В частности, им была затронута проблема внутренних изменений в эсеровской партии осенью 1917 г. и усиления в ней левого крыла.91 Положительной стороной данной работы является то, что историк стремился избежать односторонних оценок событий и использовал для этого мнения, высказанные представителями разных партий. Обратив внимание на такой важный момент как определение левыми эсерами собственной позиции на II Всероссийском съезде советов, А. Рабинович верно отметил, что во время их споров с большевистскими лидерами определенное значение имело то, кто им отвечал.92 В другой публикации этот автор рассмотрел вопрос о выступлении левых эсеров в июле 1918 г. Он полагает, что данная акция была последней реальной надеждой "избежать консолидации ультроавторитарной, однопартийной советской системы".^ Причинами неудачи левоэсеровского выступления, как считает А. Рабинович, стали полная неподготовленность этой партии к атаке большевиков и раскол, парализовавший ее верхушку. По его мнению, с подавлением выступления была уничтожена всякая возможность роста их популярности как альтернативы большевикам.

Стремясь рассмотреть революционные события в России через призму деятельности большевистской партии, историк Р. Пайпс утрировал роль других политических организаций, в том числе и левых эсеров. Последних он часто определяет лишь как безвольных пособников большевиков, которые "помогли им прикончить независимое крестьянское движение".94 Не считая партию левых эсеров самостоятельно действующей политической партией, он односторонне осветил причину заключения ими политического союза с большевиками. Неудачу левоэсеровского выступления Р. Пайпс объяснил тем, что лидеры партии "не ставили перед собой ясной цели и подняли бунт, не желая принять на себя ответственность за его последст-. вия".93 Кроме этого, как отметил историк, они не сумели предугадать реакцию большевиков. Полагая, что большевики оказались весьма терпимы к левым эсерам, Р. Пайпс не рассматривает июльские события как "блестяще срежессированный спектакль" партии власти. Тем не менее, он не отрицает, что большевистские лидеры сумели выгодно использовать для себя сложившуюся ситуацию. Автор допустил ряд неточностей в изложении фактов, критический анализ которых провел отечественный историк Л. Овруцкий.96

Исследователь Ю. Г. Фельштинский в интерпретации событий больше ориентируется на политических противников большевиков, доверяя преимущественно их источникам. В отличие от Р. Пайпса и других историков, он считает июльское вы

07 ступление левых эсеров провокацией большевиков. Рассматривая причины соглашения левых эсеров с большевиками, он отметил, что последние пошли на него с целью распространения своего влияния на крестьянство.

Наиболее значительными работами в этой сфере считаются публикации О. X. Рэдки. Используя метод реконструкции отрывочных данных, он выявил соотношение политических сил во время выборов и роспуска Учредительного собрания, проанализировал ряд аспектов межпартийных отношений в этот период. Показывая процессы, происходящие в эсеровской партии в сентябре 1917 г., исследователь подчеркнул, что на данном этапе эта организация "вступила в заключительную стадию ло своего распада". Наличие обширных данных о политике большевиков в отношении к крестьянству позволило О. X. Рэдки раскрыть узловые моменты их противоборства с эсерами. В другой монографии историк подробно осветил вопросы, связанные с возникновением, деятельностью и уходом с политической арены партии левых эсеров." Однако данное исследование не является исчерпывающим.

В. Серж в своей книге затронул проблему взаимоотношений большевиков с левыми эсерами в центральных органах власти. Он отметил, что последние неоднократно выступали против стихийного издания декретов Совнаркомом без санкций ВЦИК. По его мнению, именно как выразители интересов крестьян-середняков левые эсеры пошли на обострение отношений с большевиками из-за постановлений о продразверстке и комбедах.100 Надо отметить, что при перечислении левых эсеров -членов СНК автор был неточен.101

Оценка деятельности левоэсеровской партии была дана в монографии зарубежного историка О. Анвайлера, в которой отражена работа советов с 1905 по 1921 гг. Примечательно, что собранный материал позволил раскрыть политическую ситуацию на местах, в том числе на Урате. Было отмечено, что этот регион даже до октября 1917 г. являлся одним из главных большевистских оплотов, но это не помешало эсерам до декабря сохранять преимущество в Боткинском, Пермском и других советах.102 Констатируя большевистское преобладание в советах рабочих и солдатских депутатов, О. Анвайлер указат, что в войсковых комитетах оно было не столь велико и сохранялось лишь при поддержке левых эсеров. Однако разногласия последних с большевиками, начавшиеся в период ратификации Брестского договора, обострились из-за споров "по аграрной политике и введению смертной казни", что привело к расколу в правительственном блоке.103

24

Анатогичную точку зрения высказал Ч. Беттелгейм, отметивший, что причинами, вызвавшими противоборство между членами ПЛСР и РКП/б/ в различных органах власти стали подписание Брестского договора и аграрная политика большевиков. Однако он отметил, что репрессии по отношению к левым эсерам, лояльным Совнаркому, имели "ограниченный характер" и желающие продолжать сотрудничество не были исключены из советов.104

Эволюцию взаимоотношений представителей левого блока не обошел вниманием в своем исследовании О. Фиджес. По его мнению, при заключении соглашения с левыми эсерами в октябре большевистские лидеры видели в них не равных партнеров, а маскировку своих намерений захватить власть.103 Считая наивными надежды левых эсеров своими действиями в правительстве и ЧК "обуздать наихудшие эксцессы", историк отметил, что такой идеализм извиняла молодость большинства лидеров ПЛСР.106 Надо отметить, что в некоторых оценках О. Фиджес чересчур резок. Так, указывая на бессилие левых эсеров "сдержать крайности политики большевиков", он

I П7 заявил, что они были лишь фиговым листком неприкрытой диктатуры Ленина. Вызывает сомнение и вывод автора о том, что левые эсеры "менее интересовались захватом власти, чем призывом к народному восстанию" с целью "заставить больше ло виков изменить их политику". Лидеры ПЛСР четко осознавали, что политическая партия должна бороться за власть и, если большевики не справятся с руководством, им придется перехватить инициативу.109 Тем не менее, трудно не согласиться с исследователем в том, что "на каждом этапе их отношений с большевиками" левые эсеры оставались обыгранными и даже во время выступления в Москве "быстро утратили свое превосходство" из-за допущенных ошибок.

Подводя итог обзору отечественной и зарубежной историографии деятельности ПЛСР на Ураче, необходимо подчеркнуть наличие существенных пробелов в изучении этой народнической организации. Дополнительного исследования требуют аспекты, касающиеся времени образования областной организации, формирования и деятельности обкома уральских левых эсеров, выявления их отношения к ключевым вопросам строительства советского государства и степени участия в преобразованиях на Урате. По причине фрагментарности изучения ПЛСР Урала в отечественной и зарубежной исторической литературе, отсутствия фундаментальных трудов, посвященных этой проблеме, необходимо исследование всех аспектов участия левых эсеров в политической жизни Урала.

25

Предметом исследования в диссертации является формирование и деятельность ПЛСР на Урале. Хронологические рамки исследования охватывают период с весны 1917 г. до конца 1918 г., т.е. со времени появления левых эсеров на Урале до момента, когда большинство их организаций было распущено. Географические рамки работы ограничиваются территорией Вятской, Пермской и Уфимской губ., а также Троицкого и Челябинского уездов Оренбургской губ. Данная территория отличалась четко выраженным социально-экономическим единством и своеобразием. Местные рабочие сохранили связь с сельским хозяйством, а крестьяне были тесно связаны с горнозаводской промышленностью. Всероссийское совещание советов рабочих и солдатских депутатов приняло решение весной 1917 г. объединить этот район в Уральскую обл. и местная ПСР, а затем и левые эсеры при объединении в областную организацию руководствовались этими территориальными рамками.

Цель исследования состоит в том, чтобы с учетом современного уровня изучения проблемы, систематизировав и обобщив фактический материал, исследовать и проанализировать деятельность ПЛСР Урала в 1917- 1918 гг. Достижение цели потребовало постановки исследовательских задач:

- рассмотреть процесс возникновения организаций левых эсеров на Урале;

- раскрыть позиции уральских организаций ПЛСР по основным политико-экономическим проблемам в 1917-1918 гг.;

- выявить причины перехода уральских организаций ПЛСР от сотрудничества с большевиками к резкой конфронтации;

- исследовать процесс вытеснения левых эсеров из советов Урала и из политической жизни края;

- проследить участие уральских левых эсеров в военных действиях на первоначальном этапе Гражданской войны.

Методологической основой исследования стали диалектический метод, а также принципы историзма и научной объективности. Диалектический метод позволяет рассматривать процесс возникновения и функционирования левоэсеровских организаций на Урале во всей его сложности, противоречивости и, в то же время, как целостное явление, через выявление общего и особенного в истории становления и развития этой партии в крае. Исходя из принципа историзма, события, имевшие место в указанный период на Урале, рассматриваются с всесторонним применением широкого круга исторических источников. В соответствии с принципом научной объективности в исследовании выявляются как позитивные, так и негативные моменты в истории создания и деятельности уральских организаций левых эсеров. В основу работы был положен проблемно-хронологический метод исследования. Необходимость исследования продиктована отсутствием целостной картины истории деятельности ПЛСР Урала. Все даты до февраля 1918 г. даются по старому календарю. Диссертация состоит из введения, 3-х глав, заключения, списка источников и литературы, приложений.

Похожие диссертационные работы по специальности «Отечественная история», 07.00.02 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Отечественная история», Люхудзаев, Марат Иркинович

Заключение

Масштабная трансформация общества, происходившая в России в начале XX в. сопровождалась кризисом традиционных ценностей. Глубокий раскол социума, порожденный модернизацией, привел к нарастанию революционного кризиса в условиях запаздывания в проведении необходимых социально-политических преобразований и обострения общественных противоречий. Сохранение в условиях модернизирующегося города в России значительных массивов архаической крестьянской культуры, не готовой к модернизации, обусловило социокультурный раскол. Монархическая власть не выдержала нагрузок, вызванных отставанием процессов модернизации в стране от роста социально-политической напряженности, и под влиянием усилившегося в годы войны кризиса традиционного общинного сознания произошла ее десакрализация. Однако сохранилась архетипическая основа воссоздания культа верховного правителя, которая в условиях после Февраля 1917 г. трансформировалась в вождизм, опирающийся на революционную харизму. Специфика процесса модернизации в России состояла в расхождении его интерпретации различными социокультурными группами. Представление о трудовом, уравнительном землепользовании как гарантии справедливых общественных отношений заняло центральное место в актуализировавшемся комплексе традиционных этических норм и ценностей. ПСР, в которой динамично развивалось левое течение, стала одной из самых массовых российских партий в этот период. До Октября 1917 г. левые эсеры, оставаясь в сосотаве ПСР, отстаивали интернационалистические лозунги против коалиционной с буржуазией позиции партии в целом.

Процесс выделения левого крыла в эсеровских организациях на Урале начался весной 1917 г., а более интенсивно стал развиваться после июльских событий. Особенно характерным это явление стало для тех эсеровских групп, которые находились в промышленных центрах региона и там, где были значительные воинские гарнизоны. В апреле - мае представители левоэсеровского течения заявили о своих позициях в Глазове, Екатеринбурге, Мотовилихе, Уфе и других городах края. Уральские левые эсеры действовали более решительно, чем их лидеры в центре и в ряде случаев объединяли свои усилия с большевиками. Положение в Вятской и Оренбургской губ. (где за исключением отдельных уездов левоэсеровское течение проявляло себя слабее)

180 отличалось от ситуации в индустриальных центрах региона. В крае формальный раскол эсеровских организаций произошел только после Октябрьского переворота. Характерно, что левоэсеровскую позицию заняли наиболее крупные и влиятельные региональные организации ПСР.

Значительную роль в консолидации партийных сил левых эсеров в регионе сыграла их военная организация в Екатеринбурге. По решению уральских делегатов I съезда ПЛСР местные левые эсеры провели в январе 1918 г. в этом городе съезд, который положил начало объединению организаций края. Для координации деятельности уральских левых эсеров был избран областной комитет. В его состав вошли 3 представителя от Екатеринбурга - Н. П. Горин (председатель обкома), М. Зайд, и возможно, С. Н. Стрижов, от Верхотурья - Д. Е. Синявский и один представитель от Мотовилихи. Наиболее влиятельными на Урале в этот период были Алапаевская, Екатеринбургская, Мотовилихинская, Челябинская и Уфимская левоэсеровские организации, которые в дальнейшем определяли политику партии в регионе.

Поскольку необходимо было обеспечить интеграцию общества, соединяя активизирующийся традиционализм с элементами либерализма, новая власть столкнулась с проблемой коренного расхождения массовых утопических воззрений и реальных социокультурных возможностей. Решая эту задачу, большевики опирались на советы, которые с одной стороны были метафизической основой нового мировоззрения, идеологии нового государства, с другой - понимались в социальном плане как некая общественная реальность, с которой необходимо иметь дело, как функциональная форма новой власти. В этом их поддерживали левые эсеры, которые помогли ленинцам завоевать влияние в советах и ликвидировать другие, избранные демократически, органы власти, причем на Урале в губернских и уездных центрах установление новой власти часто происходило с применением вооруженной силы. Была упущена возможность интеграции широких массовых движений в единую плюралистическую систему, основанную на согласовании интересов. Общество пренебрегло новыми альтернативами, и возврат значительной части народа к архаическим формам управления стал отправной точкой новой государственности и идеологии.

Увеличиваясь численно и постепенно вытеснив правых эсеров из советов и других общественных организаций, левые социалисты-революционеры стали

181 для большинства крестьян и рабочих на Урале единственными представителями эсеровской партии в органах власти. От бывших соратников по партии левых эсеров отделяло то, что они, будучи настроенными на более радикальные социальные, политические и экономические преобразования, одобрили действия большевиков в октябре 1917 - январе 1918 гг. Однако, отстаивая принципы демократии, федерализма и предоставления широких полномочий местному самоуправлению, ПЛСР таже решительно отмежевывалась от большевистского лагеря. Поддерживая политику большевиков в борьбе за власть, левые эсеры, в то же время, в отдельных вопросах относились к ним оппозиционно, что свидетельствует о временности союза представителей этих партий. На Урале левые эсеры обладали внушительным авторитетом, а их представительство в советах стало значительным к концу весны 1918 г., когда наметился рост их фракций в губернских и уездных исполкомах. Если в январе 1918 г. численность областной организации составляла около 4 тыс. человек, то в апреле она была 10-12 тыс., а к лету достигла 15-18 тыс. Рост социальной базы ПЛСР свидетельствовал о серьезных подвижках в умонастроениях трудовых масс Урала, а результаты волюнтаристской политики большевиков в этом регионе показывали, что они постепенно теряли влияние даже среди тех, кто первоначально поддержал действия новой власти.

Весомой была роль левых эсеров в инициировании и политико-правовом регулировании сложных политических и социально-экономических процессов, сопровождавших становление новой власти в регионе. Возглавив наркоматы юстиции, земледелия и здравоохранения в составе Уральского областного совета, левые эсеры приступили вместе с большевиками к проведению мероприятий по установлению и укреплению советской власти в регионе. Экономические преобразования они предлагали проводить на базе рабочего контроля в промышленности и социализации земли в сельском хозяйстве. Ориентируясь при распределении земли на «потребительно-трудовую» норму, левые эсеры отступали от уравнительных принципов эсеровской идеологии в пользу «крепких хозяйств», что способствовало обострению отношений в крестьянской среде. Передача земли крестьянам могла стимулировать сельскохозяйственное производство только при сохранении гражданского мира, промышленного производства и автономных общественных организаций, что было нереально в условиях сложившейся социально-экономической

182 обстановки. Несмотря на ряд проведенных мероприятий по передаче земли трудовому крестьянству, в целом аграрные преобразования в крае остались незавершенными из-за начавшейся Гражданской войны. Тем не менее, в период борьбы за реорганизацию земельных комитетов, конфискацию и передачу земли и инвентаря в их ведение, сотрудничество левых эсеров с большевиками проявило себя в полной мере. Положительные моменты левоэсеровских преобразований в аграрной сфере были ограничены введением весной 1918 г. продразверстки и учреждением комбедов, за отмену которых они выступали.

Из-за Гражданской войны, а также из-за политических изменений, отсутствия средств и специалистов не были завершены мероприятия левых эсеров края в сфере судопроизводства. Хотя к концу апреля, в Глазовском, Кунгурском, Мензелинском, Нолинском уездах организация суда была полностью закончена. Кроме того, в уездах возникали ревтрибуналы и следственные комиссии, в которых представители ПЛСР имели прочные позиции. Такая ситуция сложилась в Екатеринбургском, Кунгурском, Пермском, Усольском, Чердынском и других уездах, где левые эсеры получили должности комиссаров юстиции или возглавили следственные комиссии и ревтрибуналы.

Выступая за самостоятельное развитие промышленности Урала, члены ПЛСР неоднократно предлагали декларировать автономию края. Левые эсеры подчеркивали важность реформирования, демократизации и усиления производительности горных промыслов. Особенно это касалось золотоплатинового промысла, где предполагалось усилить добычу и направить прилив ценных металлов в Уральский и государственный фонд. Для решения этих других задач они предлагали объединение Урала, при осуществлении которого заводы опирались бы на связь с горнозаводским центром промышленности и демократической властью - советами. Представители ПЛСР добивались коллегиального управления производством и отстаивали независимость профсоюзов. Левые эсеры полагали, что на переходном этапе от капитализма к социализму должны осуществляться национализация отдельных отраслей в промышленности и повсеместный рабочий контроль, опирающийся на государственную поддержку. В то же время они были противниками беспорядочной национализации предприятий, которую пытались осуществить большевики.

183

Демобилизация военной промышленности в регионе, начавшаяся при участии левых эсеров, осталась незавершенной из-за отсутствия четких планов конверсии, неподготовленности заводов к выпуску мирной продукции, поспешности и нецелесообразности демобилизационной политики новой власти. В вопросе о финансировании промышленности левые эсеры считали, что восполнить денежное обращение до необходимых размеров нужно самостоятельно и предлагали использовать выгоды трестирования и синдицирования. По их мнению, регулируя заказы между национализированными предприятиями на Урале можно было значительно сократить потребность в денежных знаках. Однако II областной съезд по управлению национализированными предприятиями не поддержат предложения левых эсеров, а развитие уральской промышленности было подчинено централизации.

Делегаты II Уральского областного партийного съезда в Екатеринбурге, созванного после ратификации Брестского договора в начале марта 1918 г., указали на необходимость сопротивления исполнению немецких условий сепаратного мира. Признавая крупное значение Урала как оплота русской революции, съезд выступил за необходимость организации в регионе сил и средств для сопротивления советской Уральской республики, посредством формирования ее военных сил и широкого развития пропаганды среди трудовых масс края. В резолюции по текущему моменту делегаты заявили ЦК о необходимости немедленного созыва комиссаров тех советов, которые начнут проводить в жизнь требования, выставленные Германией и подписанные русской делегацией. Левые эсеры призвали к противодействию всеми мерами исполнению этих требований, включая красный террор. Выступая сторонниками продолжения революционной войны, представители ПЛСР стремились защитить государственные интересы, поскольку Брестский мир был не только ударом по патриотическим чувствам, но лишал страну значительной части плодородных земель и оставлял беззащитными рабочих и крестьян оккупированных районов.

Острые конфликты между большевиками и левыми эсерами возникати на Урате задолго до июльских событий 1918 г. Можно утверждать, что большевики под предлогом организации Красной Армии нанесли удар по левым партиям. Об этом свидетельствуют их действия в Воткинске, Ижевске, Нижнем

184

Тагиле, Нижнем Уфалее и др. Левым эсерам в ряде случаев запрещали организовывать свои партийные боевые дружины, препятствовали в получении пропорционального количества мест в исполкомах и т.д.

Недостаточное внимание со стороны ЦК ПЛСР к событиям на Пермском. Вятском и Уфимском губернских съездах советов в апреле - июне 1918 г. и нежелание местных левых эсеров обострять отношения с большевиками привели к тому, что левоэсеровское преимущество на них не было закреплено в виде получения большинства в губисполкомах. Победа ПЛСР на съездах могла внести коррективы в расстановку политических сил на Урале. Общая неустойчивость новой власти в Вятской губ. мешала леворадикальным фракциям в полной мере выяснить отношения между собой. На съезде советов Уфимской губ. позиция левых эсеров во многом была ослаблена из-за того, что в местной организации произошел раскол и П. И. Мелков оказался смещенным не только с руководящего поста в эсеровской партии, но и с места председателя губисполкома.

III Уральский съезд ПЛСР, проходивший в конце мая 1918 г. подверг острой критике внешнюю и внутреннюю политику СНК, постановил, что его задачи должны определяться активным сопротивлением германским войскам и курсом на международную революцию и одобрил выход левых эсеров из правительства. В связи с появлением многочисленных крестьянских организаций и стремлением определенной части деревенского населения примкнуть к ПЛСР возник вопрос об образовании районных комитетов партии в регионе, так как обкому сложно было держать связь со всеми левоэсеровскими группами. Одновременно обком ПЛСР Урала, продолжая формировать боевые партийные дружины, обратился в облсовет с просьбой о предоставлении для них вооружения. Среди большевиков Урала, первоначально поддерживающих левых эсеров в вопросе о войне, в мае 1918 г. возобладала точка зрения В. И. Ленина, что усилило их конфронтацию с представителями ПЛСР.

Убедившись, что представители РКП/б/ не собираются в точности следовать программе демократических преобразований, левые эсеры весной 1918 г. вынуждены были покинуть состав правительства, сохраняя лояльность советской власти. Это событие серьезно повлияло на отношения большевиков и левых эсеров, а также проводимые в крае мероприятия по укреплению советской власти. Если Вятская организация выступила против решения ЦК

185 партии о выходе из СНК, то пермские левые эсеры считали необходимым отозвать эсеровские фракции из советов, поддерживающих условия Брестского договора. В Уфимской организации ПЛСР по вопросу о выходе левых эсеров из правительства произошел раскол, который впоследствии так и не был преодолен.

Заключение Брестского договора ухудшило экономическую и продовольственную ситуацию в стране, и большевики вынуждены были проводить продовольственную политику, непопулярную у большей части крестьян. Следствием заключения сепаратного мира стал не только распад Совнаркома, но и отказ большевиков от идеи мировой революции. Попытки представителей ПЛСР укрепить свои позиции в советском аппарате не увенчались успехом. Хотя партия все больше сплачивала вокруг себя массы, недовольные последствиями Брестского мира, объявленной правительством принудительной ситстемой отбирания хлеба у крестьян, усилившейся системой террора, восстановлением смертной казни.

Оказавшись вытесненными из правительства, левые эсеры попытались использовать выборы на V Всероссийский съезд советов для мирного отстранения большевиков от власти, что обострило политическую борьбу в ряде местных советов и на их съездах. Поскольку квоты представительства для рабочих были выше, чем для крестьян, то одержать победу на выборах для левых эсеров оказалось невозможным. Характерно, что крупные эсеро-максималистские организации Ижевска и Воткинска поддерживали действия членов ПЛСР. Такое единение эсеровских сил позволяло более успешно вести борьбу с большевиками по ряду вопросов, обсуждавшихся в советах. Блокирование левых эсеров с эсерами-максималистами в Вятском губисполкоме дало им к июню большинство голосов, а значительные вооруженные силы последних в случае необходимости готовы были выступить на стороне ПЛСР. В свою очередь, обком левых эсеров по мере возможностей осуществлял поддержку максималистских организаций во время их конфликтов с большевиками. Можно утверждать, что к лету 1918 г. на Урале организации ПЛСР постепенно сложились в цельную партию, хотя они не всегда еще действовали согласованно.

Отстаивая интересы крестьянства, представители ПЛСР оказались перед выбором: вести политическую борьбу в рамках, установленных Совнаркомом,

186 или выступить против большевиков, но не против советской власти. Рассчитывая путем расторжения мира с Германией вызвать революционную войну, которая ускорит развитие мировой социальной революции, остановит произвол продотрядов по отношению к крестьянству, левые эсеры попытались с помощью терактов против видных немецких представителей повлиять на политику СНК. Таким образом, действия лидеров ПЛСР в июле 1918 г. были вызваны не только их несогласием с выполнением условий Брестского договора, но и изменением внутренней политики большевиков.

Июльское выступление стало важным рубежом в истории ПЛСР, который выразился в ее глубоком организационном и идейном кризисе, утрате возможности играть активную роль в политической жизни страны. К этому времени, говоря словами В. П. Булдакова, закончился процесс "смерти-возрождения империи". ПЛСР, продолжавшая отстаивать принципы демократических свобод и федерализма, должна была сойти с политической арены. Следует признать, что открытое выступление союзников по Октябрьскому перевороту было выгодно использовано большевиками и открыло реальную возможность установления однопартийной системы и полного подчинения советов.

На Урале под влиянием продолжавшегося наступления чехословаков и белогвардейцев временно был преодолены разногласия советских партий, и левоэсеровский обком принял в начате июня решение о поддержке действий большевиков. Об этом свидетельствует и значительное количество вооружения, которое получил центральный штаб боевых дружин левых эсеров Урата в конце июня. Хотя сделано это было лишь тогда, когда крупные силы ПЛСР стати стягиваться в Екатеринбург для отправки на фронт. Июльские события в Москве внесли свои коррективы в сотрудничество представителей большевистской и левоэсеровской партий в регионе. Несмотря на то, что акция ЦК ПЛСР была неоднозначно воспринята уральскими левыми эсерами, в целом она не получила их конкретной поддержки. Тем не менее(Уралоблсовет принял меры для предотвращения любых действий представителей ПЛСР, направленных против власти большевиков. От местных левоэсеровских организаций потребовали осуждения действий своего ЦК, не считаясь с их возражениями о том, что собщения из столицы имеют односторонний характер.

187

В сложившейся ситуации обком ПЛСР Урала стремился достичь компромисса с большевиками и его председатель Д. Е. Синявский призвал не включать в борьбу с чехословаками и белогвардейцами межпартийные распри. Для того, чтобы не создавать видимости двоевластия в командовании, он отказался от участия в руководстве фронтом. Однако большевики неохотно шли навстречу бывшим союзникам по блоку и предпочли руководствоваться указаниями своего ЦК, а позднее лишили левых эсеров представительства в областном совете. Формальным поводом послужило то, что левые эсеры на Урале по-прежнему агитировали против создания регулярной Красной Армии, считая партийные боевые дружины более эффективными, а их представители в облсовете не выявили (как казалось большевикам) свою позицию по отношению к действиям ЦК ПЛСР. Вслед за этим последовали лишения представителей ПЛСР права голоса на различных съездах, исключения их из советов, а также применение к ним репрессий. В действиях районных комитетов ПЛСР, направленных для сохранения партийных сил, не было единства. Если одни левые эсеры пошли на временный роспуск своей организации, то другие наоборот предприняли меры к налаживанию партийной работы.

Много было сделано левыми эсерами Урала для организации сил сопротивления чехословакам и белогвардейцам. Участие их вооруженных структур в боевых действиях на Урале в 1918 г. сыграло особую роль в развитии Гражданской войны в регионе. Боевые дружины ПЛСР, сохраняя верность партийным принципам, в ряде случаев действовали гораздо решительнее и эффективнее регулярных соединений РККА. В июне политотдел Восточного фронта привлек к делу политработников обкома ПЛСР. Левые эсеры заведовали инженерным и квартирным отделами областного военкомата, а также работали на курсах при этом органе управления. Представители ПЛСР в мае - сентябре 1918 г. входили в состав ряда ревкомов. Подпольные левоэсеровские организации и группы были оставлены или созданы для борьбы с белогвардейцами в Златоусте, Кургане, Нижнем Тагиле, Уфе, Челябинске.

Из-за недостатка опытных и надежных партийных работников в уральских советах левые эсеры нередко продолжали работать в уездных исполкомах советов. В некоторых уездных советах (Кунгурском, Мензелинском, Оханском. Пермском и др.) левые эсеры проработали до октября - ноября 1918 г., что характеризует их союз здесь с большевиками как более длительный чем в

188 центре, хотя в действительности с августа 1918 г. процесс вытеснения представителей ПЛСР из советских органов управления стремительно набирал обороты. Часть из них вступила в РКП/б/, другие - в образовавшиеся партии народников-коммунистов и революционных коммунистов, третьи - вообще отходили от политической деятельности. Характерно, что теоретические воззрения лидеров ПРК и ПНК немногим отличались от левоэсеровских, и эти партии стали своеобразным способом перехода в партию большевиков части лидеров ПЛСР.

Эвакуированные в Пермь, левые эсеры - члены Уралоблсовета приняли в августе активное участие в ряде собраний по вопросу о выходе из партии эсеров и вступлении в РКП/б/. Здесь же оказались видные члены ПЛСР Уфимской и Оренбургской губ., что сделало процессы, протекающие в Перми, определяющими для судьбы всей левоэсеровской организации Урала. Под влиянием выступлений левоэсеровских лидеров В. И. Хотимского и Д. Е. Синявского многие члены ПЛСР на Урале согласились с мнением, что в условиях Гражданской войны целесообразнее будет соединить свои силы с большевиками. Одновременно группа левых эсеров, возглавляемая П. И. Мелковым, выступила за сохранение самостоятельной партии и продолжение оппозиционной легальной борьбы. Некоторые из членов ПЛСР оказались причастны к забастовке рабочих на Мотовилихинском заводе, что повлекло за собой репрессии по отношению к местной левоэсеровской организации в целом.

Среди причин, приведших к снижению левоэсеровского влияния на Урале, наряду с организационным несовершенством ПЛСР, ее молодостью по сравнению с РКП/б/, "голгофизмом" и отсутствием трезвой оценки событий ее лидерами, морально-политической изоляцией партии, следует учитывать сильное внешнее давление на нее со стороны большевиков. Период легальной деятельности партии левых эсеров оказался недостаточным для того, чтобы она обеспечила себя стабильной социальной базой. Негативное отношение левых эсеров к бывшим соратникам по ПСР, не принявшим Октября, лишило их поддержки части зажиточных крестьян, а отстаивание интересов середняка столкнуло с беднейшим крестьянством, требующим передела земли и перераспределения имущества. Казалось бы, что с аннулированием условий Брестского договора осенью 1918 г. снимаются основные противоречия между представителями ПЛСР и большевиками, перед которыми стояла общая задача:

190

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Люхудзаев, Марат Иркинович, 2001 год

1. Борьба за победу Великой Октябрьской социалистической революции в Пермской губернии: Сб. Док. и материалов. Пермь,1957. -564 с.

2. В.И. Ленин и ВЧК: Сб. док. (1917 1922 гг.). М., 1975.-679с.

3. Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. Стенографический отчет. М. Л., 1928.-192 с.

4. Всероссийское Совещание Советов рабочих и солдатских депутатов. Стенографический отчет. М. П., 1927.-134с.

5. Гражданская война в Оренбуржье (1917-1918 гг.): Сб. док. и материалов. Оренбург,1957.-264с.

6. Декреты Советской власти. В трех томах. М., 1957-1964.

7. Деятельность Центрального комитета партии в документах // Известия ЦК КПСС.1989.№1,2,3,5.

8. Красная книга ВЧК. В двух томах. М., 1989. Т.1.-412с.

9. Меньшевистские и эсеровские листовки 1917-1918 годов //Отечественная история. 1993. № 1. С.162.

10. Октябрь в Башкирии (октябрь 1917 май1918 гг.): Сб. док. Уфа, 1979.-302с.

11. Октябрьская социалистическая революция в Удмуртии: Сб. Док. Ижевск, 1957.-395с.

12. Партия левых социалистов-революционеров. Док. и мат. М., 2000.Т.1.июль 1917 г. май 1918 Г.-263 с.

13. Первый Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. В двух томах. М. Л., 1930-1931.-488с.

14. Подготовка и проведение Великой Октябрьской социалистической революции в Башкирии (февраль 1917 июнь 1918 гг.): Сб. док. Уфа, 1957.-532с.191

15. Протоколы заседаний ВЦИК Советов рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов II созыва. М., 1918.-192с.

16. Протоколы заседаний ВЦИК Советов рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов IV созыва. М., 1920.-382с.

17. Пятый Всероссийский съезд Советов рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов. Стенографический отчет. М., 1918,-236с.

18. Шестой Всероссийский съезд советов. Стенографический отчет. М.,1919.-192с.

19. Собрание узаконений и распоряжений рабочего и крестьянского правительства. 1 декабря 1917 20 июля 1918 гг. № 1-51.

20. Упрочение Советской власти в Пермской губернии: Сб. док. Пермь,1966.-431с.

21. Урал и Прикамье (Ноябрь 1917 январь 1918). Документы и материалы. Париж. 1982.-604с.

22. Установление и упрочение Советской власти в Вятской губернии: Сб. док. Киров,1957.-624с.2. Архивные источники.

23. Государственный архив Российской федерации (ГАРФ).

24. Ф.Р.-130 СНК РСФСР, оп.2, д. 536, 739, 740, 763;

25. Ф.Р.-393 НКВД РСФСР, оп. 3, д. 23, 104, 110, 117, 122, 133, 282,283.а, 283-6, 465, 502, 503; оп.4, д.35, 36, 100; оп.5, д.35, 76; оп.12,1. Д.5;

26. Ф.Р.-1235 ВЦИК Советов, оп.2, д.34-37, 48-51, 58; оп.80, д.58; оп.93, д.301-303, 557, 558, 562, 564.

27. Российский государственный1 архив социально-политической истории (РГАСПИ).

28. Ф. 17 ЦКРКП (б), оп.4, д.35, 58, 85, 86; Ф. 70. Истпарт ЦК ВКП (б), оп.З, д.435, 754, 755; Ф. 274 ЦК ПСР, оп. 1, д.26;192

29. Ф. 282 Партия революционных коммунистов, оп.2, д.1, 6, 10, 16,17;

30. Ф. 564 ЦК ПЛСР, оп.1, д. 1-5, 9, 15, 19.

31. Государственный архив Пермской области (ГАПО).

32. Ф. Р.-19 Пермский губислолком, оп.1, д. 167, 168; Ф. Р.-100 Чусовской волисполком, оп.1, д. 1; Ф.Р.-149 ПСР, оп.1, д. 4, 13, 27; Ф.Р.-176 Пермский горисполком, оп.1, д.1, 3;

33. Ф.Р.-301 Отдел управления Пермского губисполкома оп.1, д.1, 15, 17, 18, 20;

34. Ф.Р.-356 Осинский уездный уисполком, оп.1, д.20; Ф.Р.-358 Осинский уездный военкомат, оп.З, д. 1, 2, 25, 27; Ф.Р.-446 Пермский областной краеведческий музей, оп.2, д.252, 416, 417, 484;

35. Ф.Р.-613 Отдел управления Усольского уездного исполкома, оп.1, Д-1;

36. Государственный архив Кировской области (ГАКО).

37. Ф.Р-875 Вятский губислолком, оп.1, д. 1-4, 7, 9, 53-55, 139, 141, 142, 144, 147;

38. Ф. Р-876 Отдел управления Вятского губисполкома, оп.1, д. 7-9, 14, 76-81, 83-85, 92;

39. Ф. Р-897 Вятский горсовет, оп.1, д.4, 5, 8, 12.

40. Центр документации новейшей истории Кировской области (ЦДНИКО).

41. Ф. 1. Вятский губком РКП (б), оп.1, д. 3-5, 114; Ф. 12 Уржумский уездный комитет РКП (б), оп.1, д. 4, 6; Ф.14 Орловский уездный комитет ВКП (б), оп.1, д. 3, 4; Ф. 45 Истпарт Вятского губкома ВКП (б), оп.1, д. 44, 90-93, 95, 100, 102, 112;193

42. Ф. 1292 Вятский горком РКП (б), оп.1, д.9.

43. Объединенный государственный архив Челябинской области (ОГАЧО).

44. Ф. П.-171 Троицкий уездный исполком, оп.1, д. 51, 75; Ф.П.-596 Челябинский истпарт, оп. 1, д. 74, 78, 117, 123, 127, 133, 140, 178, 184-186, 211-6, 211—г, 222, 224.

45. Центральный государственный исторический архив республики Башкортостан (ЦГИАРБ).

46. Центральный государственный архив общественных организаций республики Башкортостан (ЦГАООРБ).

47. Ф. 1 Уфимский губком РСДРП, оп. 1, д. 1-а; Ф. 1832 Истпарт, оп. 2, д. 34, 40, 44, 50, 311; оп.З, д. 228, 328, 411, 414, 416; оп. 4, д. 274275, 283-285, 420, 422.

48. Центр документации общественных организаций Свердловской области (ЦДООСО).

49. Ф. 76 Екатеринбургский губком РКП (б), д. 771-772;

50. Ф. 221 Партархив Свердловского обкома КПСС, оп. 2, д. 8, 45, 52,72.73, 78, 82-83.

51. Государственный архив Свердловской области (ГАСО).

52. Ф. 8 Екатеринбургская Городская дума, оп. 1, д. 1994; Ф. 62 Екатеринбургская Городская управа, оп. 1, д. 628; Ф. Р.-62 Исполком Екатеринбургского совета, оп. 2, д. 1-5, 10, 11, 18, 20-21, 34-35;194

53. Ф. P.-472. Уральский областной военкомат, оп. 1., д. 8, 10, 12, 15, 16, 19, 39, 41, 48, 49, 50-52, 54.

54. Ф. Р.-829 Екатеринбургская земская Управа, оп. 1, д. 10, 33; Ф. Р.-2601 Коллекция документов Свердловского истпарта, оп. 1, д. 22, 27, 29, 41, 100, 102, 110, 130, 133-134, 137-139, 140, 150, 155, 166-169, 174, 178, 181, 186, 200, 210, 215, 395.

55. Управление государственного архива административных органов Свердловской области (УГААОСО).

56. Ф. 1 Архивно-следственных дел, оп. 2, д. 17160 (Т. 1, 2, 16, 54), 19367, 20013, 21425, 30752, 3765.

57. Архив управления ФСБ РФ по Сверловской области (АУФСБСО). Ф.2 Многотиражных печатных изданий ВЧК-НКВД-ОГПУ-МВД.1. Оп.1.Д.2.

58. Архив Уральского государственного университета (УрГУ). Личное дело Н.П. Горина.3. Периодическая печать.

59. Борьба: Орган Екатеринбургского Совета рабочих и солдатских депутатов. Екатеринбург,1917.

60. Борьба с контрреволюцией: Орган Северо-Урало-Сибирского фронта по борьбе с контрреволюцией. Екатеринбург, 1918.

61. В народ: Еженедельная газета Екатеринбургской ПСР. Екатеринбург, 1917.

62. Вольный Урал: Газета Екатеринбургского обл. Совета крестьянских депутатов (при ближайшем участии Уральского областного бюро ПСР). Екатеринбург,1917.

63. Вперед!: Ежедневная газета Орган Уфимского комитета РСДРП (б). Уфа,1917-1918.

64. Вятская правда: Ежедневная газета Вятского Совета рабочих и солдатских депутатов. Вятка,1917—1918.

65. Голос Кунгурского Совета крестьянских, рабочих и солдатских депутатов. Кунгур,1918.195

66. Дело народа: Ежедневная политическая и литературная газета. Орган ПСР. Пг.,1917.

67. Думы Урала: Народная социалистическая газета Екатеринбургского союза кредитных товариществ. Екатеринбург,1917.

68. Заря народоправства: Газета политическая, общественная. Издание Камышловского Совета крестьянских депутатов. Камышлов,1917.

69. Зауральский край: Газета политическая, общественная и литературная. Екатеринбург,1917-1918.

70. Земля и воля: Орган Курганской группы ПСР. Курган, 1917.

71. Земля и воля: Издание Уфимского губкома ПСР (а с № 153 -губкома ПЛСР). Уфа,1917-1918.

72. Златоустовский вестник: Общественно-политическая газета. Златоуст, 1918.

73. Знамя социализма: Орган Уфимского губкома ПЛСР. Уфа,1918.

74. Известия Вятского губисполкома Советов крестьянских, рабочих и солдатских депутатов и Вятского Совета рабочих и солдатских депутатов. Вятка,1918.

75. Известия Ирбитского Совета крестьянских, рабочих и армейских депутатов. Ирбит, 1918.

76. Известия Камышловского уездного Совета крестьянских, рабочих и солдатских депутатов. Камышлов,1918.

77. Известия Котельнического уездного исполкома Советов крестьянских, рабочих и солдатских депутатов. Котельнич,1918.

78. Известия Миасского завода. Миас, 1918.

79. Известия Осинского уездного исполкома Советов крестьянских, рабочих и солдатских депутатов. Оса, 1918.

80. Известия Оханского уездного исполкома Советов крестьянских, рабочих и солдатских депутатов. Оханск,1918.

81. Известия Пермского губисполкома Советов крестьянских, рабочих и солдатских депутатов. Пермь,1918.

82. Известия Пермского уездного исполкома Советов крестьянских, рабочих и солдатских депутатов. 1918.196

83. Известия Уральского Совета рабочих и солдатских депутатов. Пермь,1917.

84. Известия Уральского областного и Екатеринбургского Советов рабочих и солдатских депутатов. Екатеринбург, 1918.

85. Известия Усольского уездного Совета рабочих и крестьянских депутатов. Усолье,1918.

86. Известия Уфимского губернского СНК. 1918.

87. Известия Челябинского Совета крестьянских, рабочих и солдатских депутатов. Челябинск, 1918.

88. Известия Чердынского Совета крестьянских, рабочих и солдатских депутатов. Чердынь,1918.

89. Исеть: крестьянская социалистическая газета, Шадринск, 1917.

90. Крестьянин и рабочий: Орган Шадринского Совдепа. Шадринск, 1918.

91. Народная воля: Общественно-политическая, экономическая и литературная газета. Пермь. 1917.

92. Наш путь: Орган Уральского обкома ПЛСР. Екатеринбург,1918.

93. Оханский Советский вестник: Издание исполкома Оханского Совдепа. Оханск,1918.

94. Пермская жизнь: Политическая и общественная литературная газета. Пермь,1917.

95. Пермский вестник Временного правительства. Пермь, 1917.

96. Правда. Ежедневная газета. Центральный орган РСДРП (б). Пг.,1917,1922.

97. Свободный путь: Профессионально-политический орган союза железнодорожников Пермской железной дороги. Пермь, 1918.

98. Социалист-революционер: Орган Пермского комитета ПСР. Пермь,1918.

99. Социалист-революционер: Орган Уфимского губкома ПСР. Уфа,1918.

100. Труженик: Ежедневная политическая и литературная газета. Сарапул, 1918.

101. Уральская жизнь: Общественно-политическая, экономическая и литературная газета. Екатеринбург, 1917-1918.197

102. Уральская правда / Уральский рабочий: Орган Уральского обкома РСДРП (б). Екатеринбург, 1917-1918.

103. Шадринская жизнь: Оргпн трудовой народно-социалистической партии. Шадринск,1917.

104. Политическая публицистика.

105. Алгасов В.А. Беглые заметки по основным вопросам социализации земли.//Наш путь. 1918.№1.С. 18-22.

106. Камков Б.Д. Две тактики.//Наш путь.1918.№1 .С.1-13.

107. Камков Б.Д. В плену у контрреволюции.// Наш путь.1918.№2.С.216-222.

108. Ленин В.И. Доклад о земле 26 октября на Втором Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов. // Поли. собр. соч. Т.35.С.23-24.

109. Ленин В.И. Доклад о ратификации мирного договора 14 марта на Четвертом Чрезвычайном съезде Советов.// Полн. собр. соч. Т.36.С.92-111.

110. Ленин В.И. Кризис назрел.// Полн. собр. соч. Т.34.С.272-283.

111. Ленин В.И. О компромиссах.//Полн. собр. соч. Т.34.133-139.

112. Ленин В.И. Памяти товарища Прошьяна.// Полн. собр. соч. Т.37.384-385.

113. Ленин В.И. Речь на объединенном заседании фракций большевиков и левых эсеров ВЦИК 23 февраля 1918 г.// Полн. собр. соч. Т.35.С.372.

114. Ленин В.И. Ответ на запрос левых эсеров.// Полн. собр. соч. Т.35.С.56-58.

115. Мстиславский С.Д. Испытание властью. Свое и чужое.//Наш путь. 1918.№2.С.202-212.198

116. Трутовский В. Переходный период (между капитализмом и социализмом). Пг.,1918.5. Воспоминания.

117. Бабина Б.А. Февраль 1922 г.//Минувшее, М., 1990. № 2.С.33-40.

118. Керенский А.Ф. Россия на историческом повороте.//Вопросы истории. 1990. № 11-12; 1991. № 1-10.

119. Котов Г.М. Партийная и советская работа в Уфе в 1918 г. //Пролетарская революция. 1928. № 6-7(77-78).С.293-317.

120. Милюков П.И. Воспоминания. В двух томах. М., 1990.Т.2,- 446 с.

121. Октябрьская революция: Мемуары. (Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев). М., 1991.- 464 с.

122. Октябрьский переворот: революция 1917 года глазами ее руководителей. Воспоминания русских политиков и комментарий западного историка. М.,1987.-381с.

123. СадульЖ. Записки о большевистской революции. М.,1990,- 400 с.

124. Суханов H.H. Записки о революции. В трех томах. М., 1991-1992.Т.2,- 399 с.

125. Троцкий Л.Д. История русской революции. В двух томах. М., 1997.

126. Троцкий Л.Д. К истории русской революции. М., 1990,- 447 с.

127. Шляпников А.Г. Канун 1917 года. 17-й год. В двух томах. М., 1992.Т.2.-363 с.

128. Штейнберг И.З. От февраля по октябрь 1917 г. Берлин-Милан, 1919.

129. Штейнберг И.З. Нравственный лик революции. Берлин, 1923.6. Исследования.

130. Абрамовский А.П. Первые социалистические преобразования в промышленности горнозаводского Урала. Челябинск, 1981.-79с.199

131. Абрамовский А.П. Демилитаризация уральской горнозаводской промышленности: замыслы и осуществление (1917 1918 гг.).// Вестник Челябинского университета. Сер.1 .История.1993. № 2.С.41-51.

132. Абрамовский А.П. Челябинский ВРК чрезвычайный орган власти Совета рабочих и солдатских депутатов.// Вестник Челябинского университета. Сер.1 .История.1994. № 1.С.10-20.

133. Агарев А. Борьба большевиков против мелкобуржуазной партии эсеров.//Пропагандист. 1939. № 16.С.11-12.

134. Александров Ф.А. Борьба за власть Советов в Башкирии в 1917 году. Уфа, 1951 .-188с.

135. Алексеева Г.Д. Народничество в России в XX веке. М., 1990.-245с.

136. Алексеева Г.Д. Партия эсеров после октября 1917г.//Вопросы истории. 1992. № 6-7.С.179-185.

137. Андреев Н.В. Советы Пермской губернии в 1918-1920 годах.// Страницы истории Урала. Вып.1. Пермь, 1993.С.16-20.

138. Астрахан Х.М. Большевики и их политические противники в 1917 году. Л., 1973.-456с.

139. Астров В.А. Левые эсеры. М.-Л., 1928.-56с.

140. Баранов А. Октябрь и начало гражданской войны на Урале. Свердловск, 1928.-28с.

141. Басманов М.И., Гусев К.В, Полушкина В.А. Сотрудничество и борьба. М., 1988.-381с.

142. Белокопытов В. Мензелинская быль. Казань 1970.-136с.

143. Бердяев H.A. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990.-220с.

144. Бехтерев С.Л. Эсеро-максималистское движение в Удмуртии 1917-1925 гг. Ижевск, 1997.-182с.

145. Боффа Д. История Советского Союза. В двух томах. М., 1990.Т.1,-628с.

146. Булдаков В.П. Красная смута. М., 1997.-357с.

147. Булдаков В. П. Имперство и российская революционность (критические заметки).//Отечественная история.1997.№1 .С.42-47.200

148. Быстрова A.C. Комитеты бедноты в Вятской губернии. Киров, 1956.-115с.

149. Быстрых Ф.П. Борьба за победу Октябрьской социалистической революции на Урале. Свердловск,1961.-178с.

150. Васильев А.Н. «Левый блок» на Урале в период подготовки Октябрьской революции.//Борьба классов и партий на Урале в период империализма. Пермь, 1985.С.79-97.

151. Васильев А.Н. Создание блока большевиков с левыми эсерами на Урале 1917-1918 гг.//В.И. Ленин и революционно-преобразующая деятельность большевистских организаций Урала. Свердловск, 1990.С.124-126.

152. Васильев А.Н. Создание блока большевиков с левыми эсерами по вопросам преодоления продовольственного кризиса в стране в 1918 г.//Большевистские организации Урала в борьбе за победу социалистической революции. Свердловск, 1987.С. 142-152.

153. Васьковский O.A., Заболотный Е.Б., Камынин В.Д. Современная советская историография истории Октябрьской социалистической революции на Урале. Свердловск, 1985.-97с.

154. Васьковский O.A., Тертышный А.Т. Феномен диктатуры пролетариата. (1917 год в России в оценке историков). Екатеринбург, 1995.-225с.

155. Верт Н. История Советского государства, 1990-1991. М., 1992.-478с.

156. Владимирова В. Левые эсеры в 1917-1918 гг. //Пролетарская революция. 1927. № 4.С.102-138.

157. Гинев В.Н. Аграрный вопрос и мелкобуржуазные партии в России в 1917. М., 1977.-294с.

158. Гимпельсон Е.Г. Путь к однопартийной диктатуре //Отечественная история. 1994. № 4-5.С.94-109.

159. Голованов В. Левые эсеры: сорванный урок//Литературная газета. 1990. 4. 18 июля.201

160. Голуб П.А. О блоке большевиков с левыми эсерами в период подготовки и победы Октября //Вопросы истории КПСС, 1974, № 9.С.58-70.

161. Городецкий E.H. Рождение Советского государства. 1917-1918 гг. М., 1987.-394с.

162. Гужвенко П.И. Башкирия в борьбе за Октябрь. Уфа, 1941.-168с.

163. Гусев К.В. Крах партии левых эсеров. М., 1963.-259с.

164. Гусев К.В. Партия эсеров: от мелкобуржуазного революционаризма к контрреволюции. М., 1975.-383с.

165. Гусев К.В. Крах мелкобуржуазных партий в СССР. М., 1966.-64с.

166. Гусев К.В. Эсеровская богородица. М., 1997.-158с.

167. Гусев К.В. Полушкина В.А. Стратегия и тактика большевиков в отношении непролетарских партий. М., 1983.-80с.

168. Дробышев Г.А. Обухов Л.А. Борьба большевиков Урала за влияние в Советах в условиях общенационального кризиса.// Большевистские организации Урала в борьбе за победу социалистической революции. Свердловск, 1986.С.8-21.

169. Дробышев Г.А. Обухов Л.А. Установление Советской власти на Урале //Борьба партийных и массовых организаций трудящихся Урала за построение социализма. Свердловск, 1986.С.3-17.

170. Дробышев Г.А. Современные оценки тактики политических партий Урала в 1917 г//История России первой трети XX в.: историография, источниковедение. Екатеринбург, 1996.

171. Дробышев Г.А. Екатеринбургский Совет в марте-июне 1917 года //Екатеринбург в прошлом и настоящем. Екатеринбург, 1993. С.61-63.

172. Дробышев Г.А. Социалистические партии в Советах 1917 года: от сотрудничества к противоборству.//Вестник Челябинского университета. Сер.1. История.1993. № 1.С.19-29.

173. Дробышев Г.А. Тактика политических партий в Уральских Советах 1917-1918 гг. // Политические партии, организации, движения в условиях кризисов, конфликтов и трансформации общества: опыт уходящего столетия. 4.1. Омск,2000.С.255-257.

174. Жуков А.Ф. Идейно-политический крах эсеровского максимализма. Л., 1979.-160с.

175. Журавлев В.В. Причины и последствия разгона Учредительного собрания.//Вопросы истории. 1992. № 1. С.3-18.

176. Заболотный Е.Б., Камынин В.Д., Тертышный А.Т. Урал накануне великих потрясений 1917 г. (историографический очерк). Тюмень, 1997.-192с.

177. Загладин Н.В. История успехов и неудач советской дипломатии. М., 1990.-229с.

178. Зайцев В. Политика партии по отношению к крестьянству в период установления и упрочения Советской власти. М., 1953.

179. Земцов Б. Ментальность масс в канун «великих потрясений».// Свободная мысль. 1997. № 11.

180. Ирошников М.П. Рожденное Октябрем. Л., 1987.-255с.

181. История политических партий. М., 1994.

182. История Отечества: люди, идеи, решения. Очерки истории Советского государства. М., 1991.-364с.

183. История России: XX век. Екатеринбург, 1993.-298с.

184. Кабанов В.В. Пути и бездорожье аграрного развития России в XX в.// Вопросы истории.1993.№2.С.37-38.

185. Какурин Н.Е. Как сражалась революция. В двух томах. М.,1990. Т.1 .-272с.

186. Камынин В.Д. Историография истории рабочего класса Урала переходного периода (1917-1937). Свердловск, 1987.-99с.

187. Каплюков В.В., Попов Н.Н. Борьба большевиков с эсерами и меньшевиками за влияние в Екатеринбургском Совете (март-ноябрь 1917 г.) //Партийное руководство Советами на Урале (1905-1937). Свердловск, 1984.С. 16-31.

188. Капцугович И.С. Историография политической гибели эсеров на Урале.// Исследования по истории Урала. Вып.5. Пермь,1976.С.33-49.203

189. Капцугович И.С. История политической гибели эсеров на Урале. Пермь, 1975.-191с.

190. Kapp Э. История Советской России. Большевистская революция 1917-1923. М., 1990. Кн. 1.-764с.

191. Колчаковщина на Урале. Свердловск, 1929.-232с.

192. Комин В.В. Банкротство буржуазных и мелкобуржуазных партий в период подготовки и победы Великой октябрьской социалистической революции. М., 1965.-644с.

193. Ксенофонтов И.Н. Мир, которого хотели и который ненавидели. М., 1991 .-412с.

194. Кулешов C.B. Размышления о революции./Ютечественная история. 1996. № 5.С.10-130.

195. Лавров В.М. «Крестьянский парламент» России. Всероссийские съезды Советов крестьянских депутатов в 1917-1918 годах. М., 1996.-243с.

196. Леванов Б. В. Из истории борьбы большевистской партии против эсеров. 1903-1917. Л., 1978.-167с.

197. Леонов C.B. Рождение Советской империи: государство и идеология 1917-1922 гг. М., 1997.-356с.

198. Леонтьев Я.В. «Мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем.»//Родина. 1993. № 8-9.С. 170-171.

199. Леонтьев Я.В. Пасынок революции.//Родина. 1997. № 1.С.60-62.

200. Лисовский Н.К. Октябрь на Южном Урале. Челябинск, 1957.-304с.

201. Малашко A.M. К вопросу об оформлении однопартийной системы в СССР. Минск, 1969.-322с.

202. Московкин В.В. Противоборство политических сил на Урале и в Западной Сибири в период революции и гражданской войны (19171921). Тюмень,1999.-134с.

203. Медведев A.B. Неонародничество и большевизм в России в годы гражданской войны. Нижний Новгород, 1993.-224с.204

204. Молодцыгин М.А. Добровольческие мобилизации на Урале в годы гражданской войны.// Вопросы истории Урала. Сб.9. Свердловск, 1970.С. 142-144.

205. Наше Отечество: опыт политической истории. М.,1991.-390с.

206. Непролетарские партии России в трех революциях. М., 1989.-245с.

207. Непролетарские партии России. Урок истории. М., 1984.-566с.

208. Никишов П.П. Из истории краха левых эсеров Туркестана. Фрунзе, 1965.-178с.

209. Обухов Л.А. Советы Урала в 1917 году. Пермь 1992.-115с.

210. Овруцкий Л., Разгон Д. Пасынки революции //Родина. 1990. № 3.С.68-74.

211. Овруцкий Л., Литвин П. Отколовшиеся //Родина. 1990. № 4.С.28-32.

212. Овруцкий Л.М., Лутц Хефнер. Партия левых социалистов-революционеров в русской революции 1917-1918 гг. Труды по восточноевропейской истории. Т. 18 //Отечественная история. 1997. № 4.С. 185-189.

213. Овруцкий Л.М. Ричард Пайпс о левых эсерах: работа над ошибками //Отечественная история. 1996. № 1.190-194.

214. Октябрь 1917 года: величайшее событие века или социальная катастрофа. М., 1991.-239с.

215. Октябрь 1917 и судьбы политической оппозиции. Часть 1: Политические партии России. Гомель, 1993.-181с.

216. Пайпс Ричард. Русская революция. В двух томах. М., 1994.Т.1.-398с.

217. Павлов Д.Б. Большевистская диктатура против социалистов и анархистов. М., 1999.-231 с.

218. Панцов А.В. Брестский мир //Вопросы истории. 1990. № 2.С.60-79.

219. Парфенов В. Разгром левых эсеров. М., 1940.

220. Плотников Н-.Ф. Средний Урал в годы гражданской войны (19181920). Свердловск, 1990.-92с.205

221. Подболотов П.А. Крах эсеро-меныиевистской контрреволюции. П., 1975.-120с.

222. Подшивалов И.Г. Гражданская оборона на Урале. 1917-1918. (опыт военно-исторического исследования). М., 1925.-220с.

223. Поливанов O.A. ЦИК Советов накануне Петроградского вооруженного восстания.// Вопросы истории. 1992. № 2-3.С. 168-171.

224. Попов H.H., Бугров Д.В. Из опыта борьбы большевиков Урала за влияние в Советах в 1917 г. Свердловск, 1990.-108с.

225. Попов H.H., Бугров Д.В. Бремя упущенных возможностей: Урал в 1917 году. Екатеринбург. 1997.-130с.

226. Попова О.Г.,Люхудзаев М.И. Левые эсеры и формирование советской государственности.// Проблемы истории России. Вып.2: Опыт государственного строительства XV-XX вв. Екатеринбург,! 998.С. 124-146.

227. Попова О.Г. Противодействия демократических сил большевистским Советам на Урале в конце 1917 г./Яретьи Татищевские чтения. Екатеринбург,2000.С.230-232.

228. Литература на английском языке.

229. Anweiler О. The Soviets: The Russian Workers, Peasants and Soldiers Councils, 1905-1924 (translated from the German by Ruth Hein). N.Y., 1974.-337p.

230. Bettelheim C. Class Struggles in the USSR. First Period: 1917-1923. TN. Y., L., 1976.-567p.208

231. Figes О. A Peoples Tragedy: A History of the Russian Revolution. N.Y., 1997.-752p.

232. Kochan L. Russia in Revolution.1890-1918. London, 1986.-334p.

233. Mstislavskii S. Five Days which Transformed Russia. London, 1988.-1 15p.

234. Riasanovsky N. V. A History of Russia. N. Y., 1969.-748p.

235. Serge V. Year one of the Russian revolution. Chicago, 1 972,-285p.

236. Volin. The Unknown Revolution (1917-1921). Montreal, 1975.-717p.

237. Диссертации и авторефераты диссертаций.

238. Алдашов А.Н. Общероссийские социалистические партии в Уфимской губернии в 1917-1922 гг.: Автореф. дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Уфа, 1997.

239. Андреева П.М. Общероссийские политические партии на Южном Урале в 1917 г. (март-октябрь): Автореф. дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. М., 1998.

240. Бугров Д.В. Борьба большевистских партий Урала за влияние в Советах в 1917 г.: Дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Свердловск, 1989.

241. Бехтерев C.J1. Эсеро-максималистское движение в Удмуртии.: Автореф. дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Ижевск, 1994.

242. Васильев А.Н. «Левый блок» на Урале в 1917-1918 гг.: Дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Пермь, 1984.

243. Волохин П.П. Политическая деятельность левых эсеров во ВЦИК Советов (июнь 1917-июль 1918 гг.). Дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Екатеринбург, 1999.209

244. Кононенко A.A. Эсеры в политической борьбе на Урале в 1917-1918 гг.: Дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Тюмень, 1993.

245. Обухов Л .А. Борьба партий в Советах Урала в период подготовки и проведения Октябрьской социалистической революции. Дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Свердловск, 1986.

246. Смирнова A.A. Партия левых эсеров в октябре 1917-1918 гг.: Автореф. дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. СпБ, 1993.

247. Стариков C.B. Левые социалисты в Российской революции март 1917-июль 1918 (на материалах Поволжья): Автореф. дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Йошкар-Ола, 1996.210

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.