Метафилактика инфекционных камней почек после перкутанной нефролитотрипсии тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 14.01.23, кандидат медицинских наук Раджабов, Улугбек Абдигаппарович

  • Раджабов, Улугбек Абдигаппарович
  • кандидат медицинских науккандидат медицинских наук
  • 2017, Москва
  • Специальность ВАК РФ14.01.23
  • Количество страниц 115
Раджабов, Улугбек Абдигаппарович. Метафилактика инфекционных камней почек после перкутанной нефролитотрипсии: дис. кандидат медицинских наук: 14.01.23 - Урология. Москва. 2017. 115 с.

Оглавление диссертации кандидат медицинских наук Раджабов, Улугбек Абдигаппарович

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА № 1 ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

1.1 Медико-социальная значимость МКБ

1.2 Роль инфекции мочевыводящих путей в развитии МКБ

1.3 Биопленка как среда выживания и распространения бактерий

1.4 Проблема профилактики рецидива инфекционных камней после оперативного лечения

ГЛАВА № 2 МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

2.2 Методы исследования

2.3 Проводимое лечение

2.4 Статистическая обработка данных

ГЛАВА № 3 РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

РЕЗУЛЬТАТОВ

3.1 Поиск новых режимов антибиотикопрофилактики септических осложнений после перкутанной нефролитотрипсии

3.2 Эффективность антибактериальной профилактики в раннем и позднем послеоперационном периодах, назначенной на основании результатов бактериологических исследований мочи и камня взятых во время операции

3.2.1. Оценка дооперационного состояния пациентов

3.3.2 Эффективность антибактериальной профилактики назначенной на основании результатов бактериологических исследований мочи и камня взятых во время операции

3.2.3 Оценка микрофлоры мочи в послеоперационном периоде

у исследуемых пациентов

3.2.3 Развитие рецидивных камней за период наблюдения

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ВЫВОДЫ

ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Урология», 14.01.23 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Метафилактика инфекционных камней почек после перкутанной нефролитотрипсии»

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность проблемы

Распространенность мочекаменной болезни (МКБ) крайне велика во всем мире. Встречаемость МКБ в разных странах колеблется от 1,2 до 5,3% от общего числа заболеваний (Крючков И.А. и соавтор, 2017). Прирост общей заболеваемости с 2007 до 2010 достиг 4,9%. (Исаенко В.И., Феофилов И.В., 2015). На камни почек приходится до 50% случаев впервые зарегистрированных больных с уролитиазом. (Авдошин В.П. и соавтор, 2012). За 4 года (с 2007 до 2010 гг.) смертность от данного заболевания выросла на 14,8 (Кривонос О.В. и соавтор, 2012).

Медико-социальное значение МКБ заключается также в длительном сроке реабилитации и потере трудоспособности, выраженном снижении качества жизни, возможности рецидивирования камней, значительном увеличении расходов на амбулаторное и стационарное лечение. Возникновение первых симптомов уролитиаза, как правило, приходится на самый работоспособный возраст, что еще раз указывает на социальную значимость этой проблемы. (Авдошин В.П. и соавтор, 2012; Рязанцев В.Е. и соавтор, 2013; Алфёров С.М. и соавтор, 2014; Паронников М.В., 2014; Белай С.И. и соавтор, 2016; Мурзалиев М. и соавтор, 2016).

С внедрением малоинвазивных эндоурологических вмешательств, практически любой камень в почках и мочевых путях может быть удален тем или иным способом. Однако не всегда удается удалить все фрагменты камней из почек, а необходимость дренирования мочевых путей требует установки различного рода дренажей (нефростом, стентов, уретральных катетеров). Последующее развитие «катетер-ассоциированной бактериурии, инфекции мочевых путей» приводит к инфицированию мочевых путей.

Уреаза продуцирующие микроорганизмы играют большую роль, в подщелачивании мочи способствуя кристаллообразованию и формированию так называемых «инфекционных камней», составляющих от 15% до 30% всех мочевых конкрементов мочевыводящих путей (Сулейманов С.И., и др. 2010; Ларцова Е.В., и др. 2015, Nagaraja R.P, et э1. 2011).

Мочевина мочи в присутствии бактериальной уреазы вначале гидролизуется до аммиака и углекислого газа. Щелочная реакция мочи, получаемая в результате этой реакции (pH 7,2-8,0), благоприятствует образованию аммония и дальнейшей гидратации углекислого газа до угольной кислоты, диссоциирующей на ионы, что способствует преципитации струвита, затем и апатита карбоната, гидроксиапатита вокруг микроорганизмов. (Torzewska A. et а1., 2015). Более того, адгезия микроорганизмов к слизистой лоханки почки приводит к формированию микроколоний и в дальнейшем к формированию биопленок, тесно связанных со слизистой лоханки. В последующем, в результате продолжающейся жизнедеятельности бактерий биопленка в сочетании с мукопротеинами и другими включениями мочи создает скелет матрикса, который постепенно минерализуется, способствуя росту камня. Находясь в составе биопленки, микроорганизмы могут защититься от иммунной системы организма хозяина и действия антибиотиков (Перепанова Т.С., Эгамбердиев Д.К. 2013).

Степень разработанности темы

В настоящее время проблема инфекционных камней и связи рецидивного камнеобразования с инфицированием мочевыводящей системы активно разрабатывается. В исследованиях Л.В. Диденко и соавтор, (2012) при электронной микроскопии на поверхности и внутри камней почек были обнаружены структуры, морфология которых была

полностью идентична структуре биопленок, ранее изученными в экспериментальных условиях. В исследовании Т.С. Перепановой и Д.К. Эгамбердиева было показано различие высеваемых микроорганизмов из мочи и из камня у одного и того же пациента. Разрушение камней во время операции может являться пусковым механизмом активации генов патогенности микроорганизмов, интегрированных в биопленку, а миграция бактерий или их токсинов в сосудистое русло вызывать инфекционно-воспалительные и септические осложнения. Остатки биопленок на слизистой оболочке лоханки почки и бактериурия являются основными факторами риска развития рецидива камней в послеоперационном периоде (Перепанова Т.С, Эгамбердиев Д.К. 2013).

Проблеме поиска новых подходов к лечению биоплёночных инфекций посвящены работы многих авторов (Голуб А.В., 2012; Хренов П.А., Честнова Т.В., 2013; Kaplan J.B., Kostakioti M et al., 2013; 2010; Haussler S., Fuqua C., 2013; Qian P.Y. et al., 2013; Wu H. et al., 2015; Roy R. et al., 2017)., однако она еще далека от разрешения.

В 35-75% случаев уролитиаз носит рецидивирующий характер (Яненко Э.К., и соавтор, 2012; Эгамбердиев Д.К., 2013). Риск развития рецидива камней «инфекционного» генеза более высок, чем при камнях другого состава. В диссертации Д.К. Эгамбердиева (2013) было доказано, что наличие бактериурии является статистически значимым фактором риска развития рецидива камней после перкутанной нефролитотрипсии и после других операций. В то же время остается неясным, на что следует ориентироваться врачу при назначении антимикробной терапии для профилактики рецидивов камней инфекционного генеза - на результаты бактериологического исследования мочи или камня?

Таким образом, роль мочевой инфекции в развитии, как воспалительных послеоперационных осложнений, так и в образовании рецидива камней требует дальнейшего изучения. Для улучшения результатов лечения и снижения частоты рецидива инфекционных камней после перкутанной нефролитотрипсии, необходима разработка оптимального алгоритма ведения таких пациентов и метафилактики.

Цель исследования

Улучшение результатов лечения пациентов с камнями почек инфекционного генеза, уменьшение числа рецидивов камней после перкутанной нефролитотрипсии.

Задачи исследования

1. Провести анализ бактериологических исследований мочи и камня у пациентов с камнями почек до, во время и после перкутанной нефролитотрипсии

2. Оценить влияние бактериурии на развитие послеоперационных инфекционных осложнений перкутанной нефролитотрипсии

3. Оценить различные режимы периоперационной антибактериальной профилактики инфекционно-воспалительных осложнений после перкутанной нефролитотрипсии

4. Определить эффективность разных режимов послеоперационной антибактериальной профилактики после перкутанной нефролитотрипсии, основанных на бактериологических исследованиях мочи из лоханки или камня

Научная новизна

• Выявлено различие результатов бактериологических исследований мочи до и во время перкутанной нефролитотрипсии, а также мочи из лоханки почки и камня во время операции у пациентов с камнями почек

• На основании клинико-фармакокинетических исследований разработан эффективный и безопасный режим постоянной внутривенной периоперационной антибактериальной профилактики инфекционно-воспалительных осложнений после перкутанной нефролитотрипсии

• Определен эффективный режим послеоперационной антибактериальной профилактики рецидивов инфекционных камней почек на основании результатов бактериологического исследования мочи, но не камня

• Доказано влияние бактериурии на развитие послеоперационных инфекционных осложнений и развития рецидивов камней инфекционного генеза после перкутанных нефролитотрипсий

Практическая значимость

• Разработанный метод продленного внутривенного введения антибиотика ципрофлоксацина 1000 мг, в течение всей операции перкутанной нефролитотрипсии, по сравнению с болюсным его введением перед операцией позволяет добиться предсказуемых эффективных концентраций антибактериального препарата в сыворотке крови во время всей операции.

• Разработанные рекомендации по назначению послеоперационной антибактериальной профилактике на основе бактериологических исследованиях мочи из лоханки почки, по сравнению с бактериологическими исследованиями камня, изъятого во время операции, позволяют добиться уменьшения рецидива камней инфекционного генеза, так и роста «ложных» рецидивов камней.

Методология и методы исследования

Предмет исследования - поиск и обоснование путей оптимального выбора при пери- и послеоперационной антибактериальной профилактики инфекционно-воспалительных осложнений и рецидивов камней почек инфекционного генеза после перкутанной нефролитотрипсии.

Объект исследования - пациенты с диагнозом МКБ после перкутанной нефролитотрипсии.

Методологическая база исследования: исследование перспективное, параллельное. Для анализа полученных результатов применяли методы вариационной статистики.

Положения, выносимые на защиту

1. Бактериурия в послеоперационном периоде является значимым предиктором развития, как послеоперационных инфекционных осложнений, так и рецидивных камней инфекционного генеза

2. При периоперационной профилактике инфекционных осложнений перкутанной нефролитотрипсии, фармакокинетически более обосновано продленное внутривенное введение антибиотика ципрофлоксацина 1000 мг, чем его болюсное введение

3. Выбор антимикробной профилактики рецидивов камней почек инфекционного генеза в послеоперационном периоде, основанный на результатах бактериологического исследования мочи из лоханки имеет преимущество перед выбором, основанным на бактериологическом исследовании камня

Степень достоверности и апробация результатов

Материалы диссертационной работы доложены на:

• Российских научно-практических конференциях с международным участием - «Рациональная фармакотерапия в урологии». Москва. Дом ученых РАН, Февраль 2014, 2015 и 2017 гг;

• Научно - практической конференции «Мочекаменная болезнь: профилактика, метафилактика». Москва. НИИ урологии и интервенционной радиологии им. Н.А. Лопаткина - филиал ФГБУ «НМИРЦ» Минздрава России. 11.12. 2015 г.

• Научно - практической конференции «Мочекаменная болезнь: профилактика, метафилактика». Москва. НИИ урологии и интервенционной радиологии им. Н.А. Лопаткина - филиал ФГБУ «НМИРЦ» Минздрава России. 08.12. 2016 г.

Диссертация прошла апробацию 25.05.2017 г. на Координационном совете НИИ урологии и интервенционной радиологии им. Н.А. Лопаткина - филиал ФГБУ «НМИРЦ» Минздрава России. (г. Москва)

По теме диссертации опубликовано 12 печатных работ, из них 4 в изданиях, рекомендованных ВАК Минобразования и науки РФ.

Внедрение результатов исследования в практику

Результаты диссертационной работы внедрены в клинических отделениях Научно - исследовательского института урологии и интервенционной радиологии имени Н.А. Лопаткина - филиала федерального государственного бюджетного учреждения «НМИРЦ» Минздрава России.

Объем и структура работы

Диссертация изложена на 1 16 страницах текста, состоит из введения, обзора литературы, главы, посвященной использованным в работе материалам и методам, главы собственных исследований, заключения, выводов, практических рекомендаций, списка цитируемой литературы, включающего 13 0 источников, в том числе 63 отечественных и 67 зарубежных. Работа содержит 29 таблиц и 13 рисунков.

БЛАГОДАРНОСТЬ

Автор приносит глубокую признательность и благодарность

Заведующему лабораторией биохимии - д.м.н. С.А. Голованову и сотрудникам клинико-диагностической лаборатории Научно -исследовательского института урологии и интервенционной радиологии имени Н.А. Лопаткина - филиала федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский

исследовательский радиологический центр» Министерства здравоохранения РФ.

Заведующему микробиологической лабораторией Национального агентства клинической фармакологии и фармации (НАКФФ) - к.б.н. А.Н. Круглову.

Заведующему отделом экспериментального моделирования урологических заболеваний с виварием - д.м.н. профессор. В.И. Кирпатовскому.

Сотрудникам лаборатории ГУ НИИ эпидемиологии и микробиологии имени Н.Ф. Гамалеи - д.б.н., профессор. Ю.М. Романовой, к.м.н. Э.Р. Толордава

Клиническим фармакологам и фармакокинетикам - д.м.н. профессор. С.К. Зырянову и И.Ф. Тищенко

за оказанную помощь в проведении данного диссертационного исследования.

ГЛАВА № 1 ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

1.1 Медико-социальная значимость МКБ

Проблема мочекаменной болезни в настоящее время продолжает оставаться актуальной во всем мире [127]. Высокая медико-социальная значимость этого заболевания обусловлено в немалой степени высокой заболеваемостью, и ее неуклонным ростом [12, 44, 129]. Ежегодно мочевые конкременты образуются у 1200-1400 из 100 000 человек, и средний риск их образования на протяжении всей жизни оценивается в 5 -10% [127].

Встречаемость МКБ в разных странах колеблется от 1,2 до 5,3% от общего числа заболеваний [27]. В индустриально-развитых странах ежегодно выявляется 1 500 - 2 000 на 1 млн. населения случаев первичного камнеобразования в мочевыводящих путях. Уролитиазом страдают 5% - 9 % населения Европы, 13% -Северной Америки, 5%-9% - Азии и до 20% - Саудовской Аравии [12]. Распространенность нефролитиаза в Германии составляет 4,7%; и за последние три десятилетия коэффициент заболеваемости увеличился втрое [82]. В США МКБ является одной из основных причин заболевания мочевыводящих путей, и ее распространенность выросла за последние 20 лет с 3,8% до 5,2%. МКБ является растущей проблемой и в Великобритании, где распространенность составляет 1,2 % [40].

Продолжает увеличиваться заболеваемость МКБ и в РФ, достигая 30-40% [1]. Так число пациентов с МКБ с 2007 по 2010 год увеличилось на 33919 человек, при приросте общей заболеваемости в 4,9%. Количество новых случаев выросло на 5269, прирост первичной заболеваемости составил 2,8% [22]. В 2013 г. в РФ зарегистрировано

805 212 человек с МКБ, значительно больше, чем в 2003 г., когда таких пациентов было 635 812, прирост за 10 лет составил +26,6% [23].

На камни почек приходится до 50% случаев впервые зарегистрированных больных с уролитизом [1]. Так же следует отметить, что за 4 года (с 2007 до 2010) года смертность от данной нозологии выросла на 14,8% [26].

Медико-социальное значение МКБ заключается как в высокой распространенности заболевания, так и в длительных сроках реабилитации и потере трудоспособности, выраженном снижении качества жизни, возможности рецидивирования, значительным увеличении расходов на амбулаторное и стационарное лечение, возможности развития осложнений лечения. Возникновение первых симптомов уролитиаза, как правило, приходится на самый работоспособный возраст, что еще раз указывает на социальную значимость этой проблемы. Таким образом, возрастные критерии заболеваемости определяют важность оценки экономических аспектов лечения и метафилактики мочекаменной болезни [1, 3, 7, 31, 33, 41].

Условия современной жизни: гиподинамия, ведущая к нарушению фосфатно-кальциевого обмена, характер питания, однообразия пищи, обилие в ней белка, все это способствует повышению частоты мочекаменной болезни [37]. При этом неблагоприятные эндемические регионы и социальные условия быта предрасполагают к росту заболеваемости и заставляют искать новые подходы к диагностике и лечению больных мочекаменной болезни [6]. Все это указывает на необходимость дальнейшей оптимизации лечебной тактики [1, 3, 31]. Применение в последние годы мультидисциплинарного подхода к изучению уролитиаза, использование принципов доказательной медицины позволило расширить взгляд на этиологию и патогенез заболевания, разработать высокотехнологичные методы диагностики и

лечения, что, в свою очередь, позволило как решить многие задачи, так и поставить новые вопросы и открыть перспективы дальнейших научных и практических исследований [14].

1.2 Роль инфекции мочевыводящих путей в развитии МКБ

МКБ является полиэтиологичным заболеванием. В настоящее время большинство специалистов склоняются к мнению, что нет какой-то одной определенной причины МКБ, а существует ряд факторов способствующих ее развитию. Выделяют экзогенные и эндогенные факторы. К экзогенным относятся характер питания, гиподинамия, возраст, пол, экологические, географические, климатические факторы, жилищные условия, условия труда, прием некоторых лекарственных препаратов. К эндогенным факторам можно отнести: анатомические и генетические особенности, эндокринопатии, метаболические и сосудистые нарушения и, в том числе и инфекции мочевыводящих путей [27]. Инфекционные камни составляют 5-15% всех мочевых конкрементов [55]. По мнению Ю.М. Романовой и соавтор. (2015) около 50% мочевых камней у больных МКБ могут быть инфицированными широким спектром возбудителей [38]. Также известно, что мочевые конкременты инфекционного происхождения: магниево-аммониево-фосфатные и состоящие из карбонатапатита являются предикторами тяжелого течения болезни [25, 80].

Так известно, что уреаза продуцирующие микроорганизмы играют огромную роль в подщелачивании мочи, способствуют кристаллообразованию и формированию так называемых «инфекционных камней», составляющих 15%-30% всех мочевых конкрементов мочевыводящих путей [28, 45, 103].

Уреаза продуцирующие микроорганизмы, являются наиболее значимыми этиологическими факторами, провоцирующими образование конкрементов [68]. Они вызывают нарушения коллоидного равновесия мочи в почечных чашечках и лоханках, и становятся центром кристаллизации струвитных [М§ЫН4Р04 6Н20] или карбонат апатитных [Са10(Р04) 6С03] камней. Полисахариды, которые входят в состав клеточной стенки бактерий связывают ионы Са2+ и Mg2+, компоненты вышеназванных камней, что играет роль в ускорении процесса кристаллизации [124].

Гидролиз мочевины приводит к возникновению щелочной реакции мочи и достаточной концентрации карбоната и аммония для формирования инфекционных камней. В стерильной моче человека уреаза отсутствует, поэтому инфицирование уреаза продуцирующими бактериями является обязательным условиям для образования струвитных камней. Для преципитации струвита необходимым условием является физиологическая концентрация магния и следующий каскад химических реакций. В присутствии бактериальной уреазы мочевина мочи гидролизуется до аммиака и углекислого газа [(ЫН2) (ЫН2) 2С0+Н20 ^2ЫН3 + С02]. В результате этой реакции рН мочи составляет 7,2-8,0, что способствует образованию аммония [ЫН3+ Н20 ^ ЫН4+ + 0Н~]. Далее, аммоний в присутствии бактериальной уреазы продолжает образовываться, что вызывает дальнейшее повышение рН мочи. Также щелочная реакция способствует гидратации углекислого газа до угольной кислоты, диссоциирующей на ионы НСО3- и Н+ [69].

Повышенная концентрация кальция, фосфата и карбоната способствуют преципитации апатита карбоната и гидроксиапатита, тем самым эти кристаллы включаются в состав инфекционных камней [60]. Карбонат апатит начинает кристаллизоваться при уровне рН мочи 6,8.

Струвит осаждается при рН>7,2 [83, 122, 123]. Более половины всех уреаза продуцирующих инфекций мочевыводящих путей приходится на долю Proteus mirabilis. К уреаза продуцирующим микроорганизмам также относятся: U. Urealitikum, P. Aeruginosa, Klebsiella spp. и др. [126].

Схема №1. Каскад химических реакций, создающих условия для образования инфекционных камней. (Nagaraja R.P. et я!., 2011)

Не продуцирующие уреазу микроорганизмы на химический состав мочевых камней не влияют, но усиливают камнеобразование любого обменного генеза за счет патологических изменений в почках и моче за счет воспалительного процесса, нарушения лимфооттока из почек и нарушения транспорта камне образующих веществ в канальцевой системе почек, увеличения содержания мукопротеидов, уростаз. Культуры бактерий были найдены не только в струвитных камней, но и в кальций апатитных и в оксалатных камнях [46].

В развитии уролитиаза важную роль играет бактериальная биопленка. Можно предположить, что именно биопленка способствует развитию тяжелых инфекционных осложнений МКБ, являясь резервуаром персистирующей инфекции. Впервые о роль бактериальных биоплёнок в формировании инфекций различной локализации отметили несколько десятилетий назад. В настоящее время считается, что более 65% всех инфекционных заболеваний обусловлены бактериальными биопленками. Есть мнение, что к формированию биопленок способны более 90% бактерий [97].

Биопленки это образования, которые состоят примерно на 15% из живых клеток, погруженных в виде микроколоний в экзополимер-полисахаридный матрикс. Биополимерный матрикс, состоит из белков, полисахаридов, липидов, нуклеиновых кислот и ионов металлов [17, 49, 57]. Для микроорганизмов формирование биопленки служит универсальным фактором защиты от внешних воздействий. Устойчивость биопленок к факторам гуморального и клеточного иммунитета макро-организма, высоких температур, высушиванию, дезинфектантов, ультрафиолетовому излучению, действию антибиотиков определяет именно наличие матрикса [84].

1.3 Биопленка как среда выживания и распространения бактерий

Образующие биопленки бактерии, могут, находясь в составе самой биопленки, быть сессильными, и, при их дисперсии из биопленки, планктонными. В свою очередь планктонные бактерии, при их фиксации на биотическом или абиотическом субстрате, способны сами образовывать биопленки, то есть переходить в сессильную форму [51].

Под действием стрессовых факторов например, при приеме антибиотиков из планктонных форм формируются клетки-персистеры,

численность которых внутри разных биопленок составляет от 1% до 10%. Персистер - фенотипический вариант клеток с обычным для данного штамма генотипом, но с сильно замедленным метаболизмом. При этом выявлено, что персистеры нечувствительны практически ко всем антибиотикам [57]. Трансформацию бактерий в персистеры в настоящее время объясняется существованием системы «токсин -антитоксин». В клетке бактерии в обычных условиях синтез «токсина» и «антитоксина» постоянно происходит в равной степени, вследствие чего «токсин» нейтрализуется. При воздействии стрессового фактора синтеза «антитоксина» нарушается «токсин» может реализовать свою активность, что приводит к замедлению обменных процессов бактериальной клетки [52]. В то же время антибиотики могут воздействовать только на метаболически активные клетки. То есть наличие в биопленке персистеров можно расценить в качестве одного из основных их механизмов антибиотикорезистентности. Метаболические процессы персистеров настолько замедлены, что бактерицидные антибиотики могут оказывать на них только бактериостатический эффект [96, 99]. Несмотря на то, что большинство бактерий биопленки находятся в неактивной фазе жизненного цикла, с поверхностных слоев постоянно происходит дисперсия планктонных форм колонизирующих новые территории. т.е. биопленки создают особую среду для выживания и распространения микробов [66, 110].

Развитие резистентности может быть связано с повышением числа мутаций бактерий в биоплёнке. Так для P. aeruginosa было выявлено, что к появлению резистентности к антибиотикам ведет угнетение антиоксидантных систем в клетках биоплёнок, приводящее к кислородозависимому повреждению ДНК, накоплению множественных мутаций [114, 116].

Множественная резистентность может быть обусловлена и с фильтрующей способностью матрикса, который не только связывает клетки в единую структуру, но и заполняет межклеточные пространства, образуя трехмерную фильтрующую систему, ограничивающую диффузию антибактериальных веществ [52]. Ряд элементов матрикса биопленки могут связывать антимикробные вещества. Так слизь, продуцируемая некоторыми бактериями, заполняет межклеточное пространство в биоплёнках, и может связывать антибиотик [36]. Роль нарушения биопленки для развития резистентности была продемонстрирована в исследовании исследования O. Ciofu et al. (2012), которые продемонстрировали, что слизеподобный характер биопленки P. aeruginosa способствовал высокой устойчивость к действию тобрамицина [75]. Устойчивости бактерий в биопленках способствует и каталитическое расщепление с помощью ферментов. При образовании в клетках биопленки ферментов, вызывающих деградацию или модификацию антибиотиков, отмечается синергидное действие механизмов защиты. Задержка проникновения антибиотиков в биопленку приводит к уменьшению их концентрации, помогая бактериальным ферментам успеть инактивировать поступающее вещество [117]. Также множественная резистентность биопленки может быть связана с тем, что внутри нее могут присутствовать популяции микроорганизмов с разными защитными свойствами, дополняющими друг друга [51].

Генетическое взаимодействие нескольких видов бактерий внутри биопленки позволяет бактериальному сообществу более гибко реагировать на факторы окружающей среды [52]. Заметную роль в способности других видов внедряться в существующую биопленку, играют специфические характеристики экзополисахаридного матрикса

[115].

Развитие резистентности бактерий биопленки зависит от многих факторов. К ним можно отнести, к примеру, формирование резистентности к антибиотикам бактерий биопленки P. aeruginosa под действием недостатка кислорода, бактерий K. pneumoniae - ограничения питательных веществ, и, конечно же, сигналы Quorum Sensing (QS) систем регуляции [36, 72, 86]. Так при ограничении/лимитировании питательных веществ, с помощью активных ответов на голодание/стресс у бактерии биопленки P. aeruginosa развивается высокая резистентность к антибиотикам, которая зависит от способности клеток модулировать продукцию прооксидантных хинолонов [86].

Сообщество организует единую генетическую систему в виде плазмид-кольцевых ДНК, несущих поведенческий код для членов биопленки, определяющих их пищевые (трофические), энергетические и другие связи между собой и внешним миром. По сравнению с чистыми культурами бактерий продукция метаболитов и биологически активных веществ в биопленке происходят по иному принципу. В начале 90 -х годов был описан феномен коллективного поведения бактерий, указывающий, на то, что микроорганизмы, составляющие биопленку образуют, Quorum Sensing [57]. Формирование, рост биопленки и дисперсия планктонных форм осуществляется посредством межклеточной коммуникации через молекулы - мессенджеры [17]. В биопленках существует единая генетическая система несущая информацию о пищевых и энергетических связях бактерий биопленки, представляющая собой плазмиды - кольцевые ДНК. Она же является фактором переноса генов устойчивости к антибиотикам, обеспечивая синтез измененных рецепторов микроорганизмов, выработку ферментов, разрушающих антибиотики и др. [100].

Похожие диссертационные работы по специальности «Урология», 14.01.23 шифр ВАК

Список литературы диссертационного исследования кандидат медицинских наук Раджабов, Улугбек Абдигаппарович, 2017 год

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Авдошин В.П., Андрюхин М.И., Исрафилов М.Н., Анненков А.В., Атаманова Е. А. Лечение и метафилактика уратного и смешанного уролитиаза // Урология. 2012. — № 2. — С. 7-10.

2. Алексеева Н.В.,. Степанова Т.В,. Толордава Э.Р, Романова Ю.М. Разработка средств борьбы с биоплёнками: влияние препарата «Лапрот» (на основе человеческого лактоферрина) и антибиотика ципрофлоксацина на рост и процесс образования биоплёнок бактериями Pseudomonas aeruginosa in vitro. // Медицинский алфавит. Лаборатория. 2010. - 3. - С.4-9.

3. Алфёров С.М., Левицкий С.А., Гришин М.А. Алферов С. М. Срочная дистанционная литотрипсия у больных с почечной коликой при уролитиазе // XIV Конгресс Рос. общества урологов : материалы. — Саратов, 2014. - С. 237-238.

4. Аль-Шукри С.Х., Слесаревская М.Н., Кузьмин И.В. Литолитическая терапия уратного нефролитиаза // Урология. 2016. - № 2. - С. 23-27.

5. Аляев Ю.Г., Амосов А.В., Саенко В.С. // «Метафилактика мочекаменной болезни» М., 2007

6. Аполихин О.И., Сивков А.В., Солнцева В.А., Комарова В.А. Анализ урологической заболеваемости в Российской Федерации в 2005-2010 гг. // Экспериментальная и клиническая урология. 2012. - 2. - С. 4-12.

7. Белай С.И., Довбыш М.А., Белай И.М. Мочекаменная болезнь: актуальность вопроса и перспективы его развития. // Вестник Витебского государственного медицинского университета, 2016. - 15(5). - С.19-26.

8. Бехало В.А., Бондаренко В.М., Сысолятина Е.В., Нагурская Е.В. Иммунобиологические особенности бактериальных клеток медицинских биоплёнок. // Журн. Микробиол. 2010. - 4. - -С.97-105.

9. Буданов П.В., Новахова Ж.Д., Чурганова А.А. Альтернатива антибактериальной терапии в акушерстве и гинекологии. РМЖ. 2015. - 1. - С. 14-15.

10. Бухарин О.В., Чуркина Л.Н., Перунова Н.Б. Влияние антистафилококкового антибиотика батумина на биоплёнкообразование микроорганизмов. // Журнал микробиологии эпидемиологии и иммунобиологии. 2012. - 2. -С.8-12.

11. Вощула В.И. Метафилактика мочекаменной болезни. // Здоровье мужчины. 2015. - 1(52). - С.4-8

12. Вощула В.И., Ниткин Д.М., Лелюк В.Ю. и др. Статистика и факторы риска мочекаменной болезни в Беларуси. // экспериментальная и клиническая урология. 2013. - 2. - С.18-24.

13. Габриэлян Н.И., Горская Е.М., Романова Н.И., Цирульникова О.М. Госпитальная микрофлора и биопленки. // Вестник трансплантологии и искусственных органов. 2012. - XIV(3). - С. 83-91.

14. Глыбочко П.В., Аляев Ю.Г., Саенко В.С. и др. Инфекции верхних мочевых путей при мочекаменной болезни. // Медицинский вестник Башкортостана 2011. - 2(6). - С.32-34.

15. Голощапов Е.Т., Лукичев Г.Б., Игнашов Ю.А. Особенности нарушения гемостаза и фибринолиза при различных клинических формах мочекаменной болезни // Урологические ведомости. -2013. -3(1). - С.8-11.

16. Голощапов Е.Т., Четвериков А.В., Белозеров Е.С. Инфекционный фактор в генезе мочевого камнеобразования. // Урологические ведомости. 2016. - 6(4). - С.21-27.

17. Голуб А.В. Бактериальные биопленки - новая цель терапии. Клиническая микробиология и антимикробная химиотерапия 2012. - 1. - С.23 - 29.

18. Гостев В.В., Сидоренко С.В. Бактериальные биопленки и инфекции. Журнал инфектологии. 2010. - 2 (3). - С.4 -15.

19. Давыдов Д.С. Экспериментальное обоснование клинического применения споробактерина в кардиохирургии. // Автореф. дисс. кан. биол. наук. 2010. стр. 100-104.

20. Диденко Л.В., Перепанова Т.С., Толордава Э.Р., Боровая Т.Г., Шевлягина Н.В., Эгамбердиев Д.К. К вопросу об инфекционном генезе камней почек. (Электронно-микроскопическое исследование) // Урология. 2012. - 3.- С. 4-7.

21. Додова Е.Г., Горбунова Е.А., Аполихина И.А. Постантибиотиковая эра: бактериофаги как лечебная стратегия. // МС. 2015. - 11. - С.49-53.

22. Исаенко В.И., Феофилов И.В. Хирургия нефролитиаза на современном этапе. // Медицина и образование в Сибири. 2015. -3. - С. 64.

23. Каприн А.Д., Аполихин О.И., Сивков А.В.. Анализ уронефрологической заболеваемости и смертности в Российской Федерации за 2003-2013 гг. // экспериментальная и клиническая урология. 2015. - 1. - С.4-12.

24. Константинова О.В., Шадеркина В.А. Эпидемиологическая оценка мочекаменной болезни в амбулаторной урологической практике. // Экспериментальная и клиническая урология. 2015. -(1)- С. 11-14.

25. Константинова О.В., Яненко Э.К. Кристаллурия фосфатов при различных формах уролитиаза и возможности ее прогнозирования у пациентов с фосфатными камнями. // Исследования и практика в медицине. 2017. - 4(1). - С.8-12.

26. Кривонос О.В., Скачкова Е.И., Малхасян В.А., Пушкарь Д.Ю. Состояние, проблемы и перспективы развития Российской урологической службы // Урология. — 2012. — № 5. — С. 5-12.

27. Крючков И.А., Чехонацкая М.Л., Россоловский А.Н., Бобылев Д.А. Мочекаменная болезнь: этиология и диагностика (обзор литературы). // Бюллетень медицинских интернет-конференций (ISSN 2224-6150) 2017. - - 7(2). - С.517-522.

28. Ларцова Е.В., Спивак Л.Г., Морозова О.А. Бактериальная обсемененность мочи у пациентов с крупными и коралловидными камнями почек. // Вестник урологии. 2015. - 2. -С.34-40.

29. Максимов В.А. и др. Эмпирическая антибактериальная профилактика в урологии. // Клиническая и экспериментальная урология. 2012. - 1. - С.76-84.

30. Мочекаменная болезнь: современные методы диагностики и лечения: руководство / под ред. Ю. Г. Аляева. - Москва: ГЭОТАР-Медиа, 2010. - 216 с.

31. Мурзалиев М, Насирдин кызы Элиза, Темиров Н.М. Факторы, влияющие на уровень заболеваемости мочекаменной болезнью в Ошской области. // Успехи современной науки и образования. 2016. - 6(10). - С. 112-117.

32. Насиров Ф.Р., Мирхамидов Д. Х., Гиясов Ш.И. и др. Оценка эффективности применения стандартной перкутанной нефролитотрипсии при коралловидном и множественном нефролитиазе // Урология. - 2015. - 1. - С.66-69.

33. Паронников М.В. Метафилактика мочекаменной болезни при метаболическом синдроме. // Дис. канд. мед. наук. СПб. 2014. -С.25-26.

34. Перепанова Т.С., Козлов Р.С., Руднов В.А. Синякова Л. А. Антимикробная терапия и профилактика инфекций почек, мочевыводящих путей и мужских половых органов. // Федеральные клинические рекомендации. Москва. 2017., С.8-11.

35. Перепанова Т.С., Эгамбердиев Д.К., Толордава Э.Р. Исследование бактериального состава на удаленных камнях. // VII всероссийская научно-практическая конференция с международным участием "Рациональная фармакотерапия в урологии". Москва, 2013 г. С. 8-9

36. Плюта В.А. Особенности образования биопленоки и quorum sensing регуляция при действии антибактериальных агентов. Дисс... к.б.н. Москва, 2014. - С.18-22.

37. Рапопорт Л.М., Цариченко Д.Г., Саенко В.С., Фролова Е.А. Уратный нефролитиаз. // Справочник поликлинического врача. 2016. - 2. - С.52-56.

38. Романова Ю.М., Мулабаев Н.С., Толордава Э.Р. и др. Микробные сообщества на мочевых камнях. // Молекулярная генетика, бактериология и вирусология. 2015. - 2. - С.20-25

39. Романова Ю.М., Толордава Э.Р., Диденко Л.В., Гинцбург А.Л. Биопленки как способ существования бактерий в окружающей среде и организме хозяина: феномен, генетический контроль и системы регуляции их развития. Вестник РАМН. 2011. - 10. -С.31-39.

40. Россоловский А.Н., Березинец О.Л., Блюмберг Б.И. Мочекаменная болезнь: эволюция представлений (обзор). //

Бюллетень медицинских интернет-конференций. 2014. - 1 (4). -С.84-86.

41. Рязанцев В.Е., Лемкина Е.А., Рязанцев Е.В., Черапкин А.В. Гендерные и возрастные особенности качества жизни больных мочекаменной болезнью. // Международный научно -исследовательский журнал. 2013. - 10 (17). - С26-27.

42. Скоробогатых Ю.И., Перунова Н.В., Курлаев П.П. Экспериментальное изучение комбинации ципрофлоксацина с окситоцином на образование биоплёнок условно патогенными бактериями. // Журнал микробиологии эпидемиологии и иммунобиологии. 2010. - -6. С.3-7.

43. Стадников А.А., Трубина О.М.2, Олейник Д.В. Результаты и перспективы применения окситоцина в хирургии. // Морфологические ведомости 2016. - 4- С. 107-112.

44. Стусь В.П., Фридберг А.М., Светличный Э.А. и др. Диапевтика в решении вопроса коралловидного и мультифокального нефролитиаза, вопросы гемостаза. // Уролгия. - 2016. - 2(77). -С.18-22.

45. Сулейманов С.И., Кадыров З.А., Истратов В.Н., Рамишвили В.Ш. Роль инфекционного фактора в патогенезе уролитиаза. // Клиническая лабораторная диагностика. 2010. - 7. - С.18-23.

46. Танго Э., Маканинча Дж. // УРОЛОГИЯ по Дональду Смиту. М., 2005. С.287 - 311.

47. Тец Г.В. Роль внеклеточной ДНК и липидов матрикса во взаимодействии бактерий биоплёнок с антибиотиками. // Автореф. дис. канд. мед. наук. Санкт - Петербург. 2007. С.20-23.

48. Тиктинский О.Л., Александров В.П. Мочекаменная болезнь. // СПб. Питер. 2000., 384 с.

49. Хренов П.А., Честнова Т.В. Обзор методов борьбы с микробными биопленками при воспалительных заболеваниях. // Вестник новых медицинских технологий. 2013. - 1. - С.10-14.

50. Царев В.Н., Гольдман И.Л., Садчикова Е.Р. и др. Оценка влияния рекомбинантного лактоферрина человека на характеристики кривых роста бактериальных популяций патогенов. // Национальные приоритеты России. 2016. - 2 (20). - С.130-133

51. Чеботарь И.В. Механизмы антибиопленочного иммунитета. Вестник Российской Академии медицинских наук 2012. - 2. -С22 - 29.

52. Чеботарь И.В., Маянский А.Н., Кончакова Е.Д., Лазарева А.В., Чистякова В.П. Антибиотикорезистентность биопленочных бактерий. Клиническая микробиология и антимикробная химитерапия. 2012. - 1. - С.51 - 58.

53. Черепанова Е.В., Дзеранов Н.К. Метафилактика мочекаменной болезни в амбулаторных условиях. // Экспериментальная и клиническая урология. 2010. - 3. - С.33-39.

54. Черненко В.В., Черненко Д.В., Клюс А. Л. Фитопрофилактика рецидивного нефролитиаза. // Medical Nature. 2010. - 3. - С. 3233.

55. Черненко В.В., Клюс А.Л., Черненко Д.В. и др. Метафилактика фосфорнокислого нефролитиаза в условиях определения его этиологических факторов. // Здоровье мужчины 2013. - 2(45). -С.111-114.

56. Черешнев В.А., Шмагель К.В. Иммунология. М.: Магистр -Пресс. 2013. 448 с.

57. Чернявский В.И. Бактериальные биопленки и инфекция (лекция). Анналы института Мечникова 2013. - 1. - С. 86 - 90.

58. Чернядьев С.А., Засорин А.А., Киршина О.В. Применение низкочастотного ультразвука в лечении гнойных заболеваний мягких тканей. // Методическое пособие для врачей. 2010., С.4-10.

59. Чибисов С.М., Илларионова Т.С., Харлицкая Е.В., Скрылев Д.С., Стрелков Д.Г. Мочекаменная болезнь. Ассортимет лекарственных средств // Фундаментальные исследования. 2006. -11. - С.21-30.

60. Шкодкин С.В., Жернакова Н.И., Идашкин Ю.Б. и др. Некоторые аспекты нозокомиальной инфекции. // Научные ведомости Белгородского государственного университета. 2013. - 4(147). -С.10

61. Шлепотина Н.М., Плоткин Л.Л., Белов В.В. Микробиологическое и клиническое значение биопленочных инфекций (обзор литературы). // Гинекология. 2014. - 4(118). - С. 106-112.

62. Эгамбердиев Д. К. Роль инфекции мочевых путей в генезе камней почек: Дисс. кан. мед.наук. М., 2013. С. 20-84.

63. Яненко Э.К., Меринов Д.С., Константинова О.В., Епишов В.А., Калиниченко Д.Н. Современные тенденции в эпидемиологии, диагностике и лечении мочекаменной болезни.// Экспериментальная и клиническая урология. 2012. - 3. - C.19-24.

64. Abdelhafez MF, Amend B, Bedke J et al. Minimally renal stones invasive percutaneous nephrolithotomy: a comparative study of the management of small and large. // Urology. 2013. Vol.81 (2). - P.241-245.

65. Al-Ansari A., As-Sadiq K., Al-Said S. et al. Prognostic factors of success of extracorporeal shock wave lithotripsy (ESWL) in the treatment of renal stones. // Int. Urol. Nephrol. 2006. - Vol. - 38(1) / -P. 63-67.

66. Al-Mutairi D, Kilty SJ. Bacterial biofilms and the pathophysiology of chronic rhinosinusitis. // CurrOpin Allergy Clinlmmunol. 2011. - 11. P.18-23.

67. Akhter J, Ahmed S, Saleh AA, Anwar S. Antimicrobial resistance and in vitro biofilm-forming ability of Enterococci spp. isolated from urinary tract infection in a tertiary care hospital in Dhaka. // Bangladesh Med Res Counc Bull. 2014. - 40(1). - P.6-9.

68. Armbruster CE, Smith SN, Johnson AO et al. The Pathogenic Potential of Proteus mirabilis Is Enhanced by Other Uropathogens during Polymicrobial Urinary Tract Infection. // Infect Immun. 2017.

- Vol.85 (2). pii: e00808-16.

69. Ariyanto E, Sen TK, Ang HM. The influence of various physicochemical process parameters on kinetics and growth mechanism of struvite crystallisation. // Adv Powder Tech. 2014. -Vol.25. - P.682-694.

70. Bagga HS, Chi T, Miller J, Stoller ML. New insights into the pathogenesis of renal calculi. //UrolClin North Am. 2013. - Vol.40(1).

- P.1-12.

71. Borysewicz-Sanczyk H., Porowski T., Hryniewicz A. Urolithiasis risk factors in obese and overweight children. // Pediatr Endocrinol Diabetes Metab. 2012. - Vol.18. - 2. - P. 53-57.

72. Brackman G., Cos P., Maes L. et al. Quorum sensing inhibitors increase the susceptibility of bacterial biofilms to antibiotics in vitro and in vivo // Antimicrob Agents Chemother. 2011. - Vol.55. -P.2655-2661.

73. Buchholz N, El-Husseiny T, Moraitis K, et al. Long-term follow-up recurrent stone formers; who, how long and how often. // BJU Int. 2010. - Vol.105 (1). - P.1-2.

74. Campoccia D.L., Montanaro P., Speziale C.R. Antibiotic-loaded biomaterials and the risks for the spread of antibiotic resistance following their prophylactic and therapeutic clinical use. // Biomaterials 2010. - Vol31. P.6363-6377.

75. Ciofu O, Mandsberg LF, Wang H, Hoiby N. Phenotypes selected during chronic lung infection in cystic fibrosis patients: implications for the treatment of Pseudomonas aeruginosa biofilm infections. // FEMS immunology and medical microbiology. 2012. Vol.65. -P.215-225.

76. Colvin K.M., Gordon V.D., Murakami K. et al. The pel polysaccharide can serve a structural and protective role in the biofilm matrix of Pseudomonas aeruginosa // PLoS Pathog. 2011. -Vol. 7. - e1001264.

77. Debebe T, Krüger M, Huse K. et al. Ethyl Pyruvate: An AntiMicrobial Agent that Selectively Targets Pathobionts and Biofilms. // PLoS ONE 2016. - 11.

78. Garg S, Mohan B, Taneja N. Biofilm formation capability of enterococcal strains causing urinary tract infection vis-a-vis colonisation and correlation with enterococcal surface protein gene. // Indian J Med Microbiol. 2017. - Vol.35 (1). - P.48-52.

79. Desmidt E, Ghyselbrecht K, Monballiu A. et al. Factors influencing urease driven struvite precipitation. // Sep Purif Technol. 2013. -Vol.110. - P.150-157.

80. Eisner BH, Goldfarb DS, Pareek G. Pharmacologic treatment of kidney stone disease. // Urol Clin North Am. 2013. - Vol. 40. - Vol.1. - P. 21-30.

81. El-Nahas A.R., Eraky I., Shokeir A.A et al. Factors Affecting Stone free Rate and Complications of Percutaneous Nephrolithotomy for

Treatment of Staghorn Stone. // Urology 2012. - Vol.79. - 6. - P.1236-1241.

82. Fisang C, Anding R, Müller S.C. et al. Urolithiasis an interdisciplinary diagnostic, therapeutic and secondary preventive challenge. // Deutsches Ärzteblatt International. 2015. - Vol.112. - P. 83-91.

83. Flannigan R, Choy WH, Chew B, Lange D. Renal struvite stones--pathogenesis, microbiology, and management strategies. // Nat Rev Urol. 2014. - Vol.11 (6). - P.333-341.

84. Grant S.S., Hung D.T. Persistent bacterial infections, antibiotic tolerance, and the oxidative stress response. // Virulence. 2013. -Vol.4. - P.273 - 283.

85. Goldman I.L., S.G. Georgieva, Y.G. Gurskiy, A.N. et al. Production of human lactoferrin in animal // Biochem. Cell Biol. 2012. - Vol.90. - P.512-519.

86. Harmsen M., Yang L., Pamp S.J., Tolker-Nielsen T. An update on Pseudomonas aeruginosa biofilm formation, tolerance, and dispersal // FEMS Immunol. Med. Microbiol. 2010. Vol.59. - P.253-268.

87. Haussler S., Fuqua C. Biofilms 2012: new discoveries and significant wrinkles in a dynamic field // J Bacteriol. 2013. V. 195. P. 2947-2958

88. Haussler S., Fuqua C. Biofilms 2012: new discoveries and significant wrinkles in a dynamic field // J Bacteriol. 2013. - Vol.195. - P.2947-2958.

89. Hengzhuang W, Wu H, Ciofu O, Song Z, Hoiby N. In vivo pharmacokinetics/pharmacodynamics of colistin and imipenem in Pseudomonas aeruginosa biofilm infection. // Antimicrobial agents and chemotherapy. 2012. - Vol.56. - P.2683-2690.

90. Johri N., Cooper B., Robertson W. et al. An update and practical guide to renal stone management // Nephron Clin. Pract. 2010. -Vol.116 (3). - P.159-171.

91. Kaplan J.B. Biofilm dispersal: mechanisms, clinical implications, and potential therapeutic uses // J. Dent. Res. 2010. - Vol.89 (3). - P.205-218.

92. Kaplan J.B., Izano E.A., Gopal P., et al. Low levels of ß-lactam antibiotics induce extracellular DNA release and biofilm formation in Staphylococcus aureus. // MBio. 2012. - Vol.3. - e00198-12

93. Kasimanickam R.K., Ranjan A., Asokan G., Kasimanickam V.R., Kastelic J.P. Prevention and treatment of biofilms by hybrid- and n anotechnologies. // Int. J. Nanomedicine. 2013. Vol.8. - P.2809 -2819.

94. Kostakioti M., Hadjifrangiskou M., Hultgren SJ. Bacterial biofilms: development, dispersal, and therapeutic strategies in the dawn of the postantibiotic era // Cold Spring Harb Perspect Med. 2013. - Vol.3. -a010306.

95. Kram W, Buchholz N, Hakenberg OW. Ureteral stent encrustation. Pathophysiology. // Arch Esp Urol. 2016. - Vol.69 (8). - P.485-493.

96. Ma H, Bryers JD. Non-invasive determination of conjugative transfer of plasmids bearing antibiotic-resistance genes in biofilm-bound bacteria: effects of substrate loading and antibiotic selection. // Applied microbiology and biotechnology. 2013. - Vol.97. - P.317-328.

97. Masadeh M.M., Mhaidat N.M., Alzoubi K.H. et al. In vitro determin ation on the antibiotic susceptibility of biofilm-forming Ps. aeruginosa and S. aureus: possible role of proteolytic activity and membrane li popolysaccharide. // Infect. Drug Resist. 2013. - Vol.6. - P.27 - 32.

98. Mariappan P, Smith G, Bariol SV. et al: Stone and pelvic urine culture and sensitivity are better than bladder urine as predictors of urosepsis following percutaneous nephrolithotomy: a prospective clinical study. // J Urol. // 2005. Vol.173. - P.1610-1614.

99. Moker N., Dean C.R., Tao J. Pseudomon as aeruginosa increases formation of multidrug-tolerant persister cells in response to Quorum sensing sign aling molecules. // J. of Bact. 2010. - Vol.192. -P.1946-1955.

100. Montaharo L., Poggi A. Visai L. et al. Extracellular DNA in biofilms. // Int. J. Artif. Organs. 2011. - Vol.34. - P.824 - 831.

101. Muhammad N., Saeed M. Biological screening of Viola betonicifolia Smith whole plant. // Afr. J. Pharm. Pharmacol. 2011. - Vol.5. -P.2323-2329.

102. Muhammad N., Saeed M., Khan H. Antipyretic, analgesic and antiinflammatory activity of Viola betonicifolia whole plant. BMC Complement. // Altern. Med. 2012. - 2. - P.59.

103. Nagaraja R.P., Preminger G.M., Kavanagh J.P. Urinary Tract Stone Disease// Springer 2011, 720s. ISBN 978-1-84800-361-3, DOI 10.1007/978-1-84800-362-0

104. Nagy K, Koves B, Tenke P. The effectiveness of acoustic energy induced by Uro Shield device in the prevention of bacteriuria and the reduction of patients' complaints related to long-term indwelling urinary catheters. // Poster accepted to: 26th Annual EAU Congress. 2011. March 18-22; Vienna, Austria.

105. Naveed M., Muhammad S., Ajmal Kh., Achyut A., Abdul W., Khalid M Kh.,Vincenzo De Feo. A new urease inhibitor from Viola betonicifolia. // J. Molecules. 2014. - Vol.19(10). - P.16770-16778.

106. Osman MM, Alfano E, Kamp S, et al. 5-year-follow-up of patients with clinically insignificant residual fragments after extracorporeal shock wave lithotripsy. // Euro Urol 2005 Jun; 47(6) p. 860-864.

107. Patel Z.M., P.H. Hwang A. Chernomorsky D.T. et al. Low-frequency pulsed ultrasound in the nasal cavity and paranasal sinuses: A feasibility and distribution study. // International Forum of Allergy Rhinology 2012. - Vol.2. - P.303-308.

108. Perminger GM, Assimons DG, Lingeman JE, et al. Chapter 1: AUA guideline on management of staghorn calculi: diagnosis and treatment recommendations. // J Urol 2005. - P.173:1991.

109. Peter T, Bela K, Karoly N, Scott J. Hultgren, Werner M, Bjorn W, Magnus G, Florian M.E. Wagenlehner, Mete C, Robert P, Henry B, Kurt G. Naber, Truls E. Bjerklund J. Update on biofilm infections in the urinary tract. // World J Urol. 2012. №30 p. 51-57.

110. Pintucci J.P., Corno S., Garotta M. Biofilms and infections of the upper respiratory tract. // Eur Rev Med Pharmacol Sci. 2010. -Vol.14. - P.683-690.

111. Qian P.Y., Chen L., Xu Y. Mini-review: Molecular mechanisms of antifouling compounds // Biofouling. 2013. Vol.29. - P. 381-400.

112. Qu Y., Daley A.J, Istivan T.S, Garland S.M, Deighton M.A. Antibiotic susceptibility of coagulase-negative staphylococci isolated from very low birth weight babies: comprehensive comparisons of bacteria at different stages of biofilm formation. // Ann Clin Microbiol Antimicrob. 2010. Vol.27. - P.9-16.

113. Roy R, Tiwari M, Donelli G, Tiwari V. Strategies for combating bacterial biofilms: A focus on anti-biofilm agents and their mechanisms of action // Virulence. 2017 Online Journal homepage: http://www.tandfonline.com/loi/kvir20

114. Salli KM, Ouwehand AC. The use of in vitro model systems to study dental biofilms associated with caries: a short review. // J Oral Microbiol. 2015. - Vol.7. - P.26149.

115. Satpute S.K., Banat I.M., Dhakephalkar P.K., et al. Biosurfactants, bioemulsifiers and exopolysaccharides from marine microorganisms // Biotechnol. Adv. 2010. - Vol.28 (4). - P.436-450.

116. Skogman ME, Vuorela PM, Fallarero A. Combining biofilm matrix measurements with biomass and viability assays in susceptibility assessments of antimicrobials against Staphylococcus aureus biofilms. // The Journal of antibiotics. 2012. - Vol.65. - P.453-459.

117. Singh R., Ray P., Das A., Sharma M. Penetration of antibiotics through Staphylococcus aureus and Staphylococcus epidermidis biofilms // J Antimicrob Chemother. 2010. - Vol.65. - P.1955-1958.

118. Stickler DJ, Feneley RCL. The encrustation and blockage of long-term indwelling bladder catheters: a way forward in prevention and control. // Spinal Cord 2010. - Vol.48. - P784-790.

119. Stickler D.J. Clinical complications of urinary catheters caused by crystalline biofilms: something needs to be done // Journal of Internal Medicine. 2014. - Vol.276. - P.120-129.

120. Stewart PS. Prospects for Anti-Biofilm Pharmaceuticals. // Pharmaceuticals. 2015. - Vol.8. -P.504-511.

121. Tang H.J., Chen C.C., Cheng K.C., et al. In vitro efficacy and resistance of rifampicin-based-combin ation regimens for biofilm-embedded methicillin-resistant Staphylococcus aureus. // Antimicrob. Agents Chemother. 2013. - Vol.57. - P.5717 - 5720.

122. Torzewska A, Budzynska A, Bialczak-Kokot M, Rozalski A. In vitro studies of epithelium-associated crystallization caused by uropathogens during urinary calculi development. // Microb Pathog. 2014. - Vol.71-72. - P.25-31.

123. Torzewska A. Oxalobacter formigenes--characteristics and role in development of calcium oxalate urolithiasis. // Postepy Hig Med Dosw (Online). 2013. Vol27; 67. - P.1144-1153.

124. Torzewska A, Rozalski A. Various intensity of Proteus mirabilis -induced crystallization resulting from the changes in the mineral composition of urine. // Acta Biochim Pol. 2015. Vol.62 (1). - P.127-132.

125. Torzewska A, Rozalski A (2014) Inhibition of crystallization caused by Proteus mirabilis during the development of infectious urolithiasis by various phenolic substances. // Microbial Res. 2014. - Vol.169. -P.579-584.

126. Trinchieri A. Urinary calculi and infection. // Urologia. 2014. -Vol.81 (2). - P.93-98.

127. Turk C, Knoll T, Petrik A, Sarica K, Straub M, Seitz C, eds (2012) Guidelines on urolithiasis. 27th Annual EAU Congress, Paris -102 p.

128. Wu H, Moser C, Wang HZ, Hoiby N, Song ZJ. Strategies for combating bacterial biofilm infections. International journal of oral science 2015; 7:1-7

129. Yasui T, Ando R, Okada A, Tozawa K, Iguchi M, Kohri K. Epidemiology of urolithiasis for improving clinical practic. // Hinyokika Kiyo. 2012. - Vol.58. - Vol.12. - P.697-701.

130. Zanetti G, Paparella S, Trinchieri A. et allnfections and urolithiasis: current clinical evidence in prophylaxis and antibiotic therapy. // Arch Ital Urol Androl. 2008. - Vol.80 (1). - P.5-12.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.