Проблема нераспространения ядерного оружия в Южной Азии и политика России: 1998-2007 гг. тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 07.00.15, кандидат исторических наук Ганич, Данила Викторович

  • Ганич, Данила Викторович
  • кандидат исторических науккандидат исторических наук
  • 2007, МоскваМосква
  • Специальность ВАК РФ07.00.15
  • Количество страниц 176
Ганич, Данила Викторович. Проблема нераспространения ядерного оружия в Южной Азии и политика России: 1998-2007 гг.: дис. кандидат исторических наук: 07.00.15 - История международных отношений и внешней политики. Москва. 2007. 176 с.

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Ганич, Данила Викторович

Введение

Глава I. Особенности процесса распространения ядерного оружия в Южной Азии

§ 1. Южная Азия и проблематика ядерного нераспространения

§ 2. Генезис и стимулы нуклеаризации южноазиатского субконтинента

§ 3. Ядерные доктрины Индии и Пакистана

Глава II. Мировое сообщество и ядерный вызов Южной Азии

§ 1. Международная реакция на ядерные испытания 1998 года

§ 2. Нью-Дели, Исламабад и международные режимы ракетно-ядерного нераспространения и экспортного контроля

§ 3. Эволюция подходов государств - членов ядерного клуба к проблемам нераспространения в Южной Азии

Глава III. Политика России и ракетно-ядерное соперничество на субконтиненте

§ 1. Программные установки и приоритеты России в сфере ядерного нераспространения

§ 2. Российско-индийские отношения (1998-2000 гг.) в контексте нуклеаризации Южной Азии

§ 3. Российско-пакистанские отношения (1998 - 2000 гг.) и проблематика нераспространения ядерного оружия

§ 4. Отношения с Нью-Дели: новый прагматизм» России (2000-2007 гг.)

§ 5. Диалог России и Пакистана: вопросы стратегической стабильности и антитеррора (2000-2007 гг.)

Рекомендованный список диссертаций по специальности «История международных отношений и внешней политики», 07.00.15 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Проблема нераспространения ядерного оружия в Южной Азии и политика России: 1998-2007 гг.»

Одна из актуальных проблем, которые вынуждено решать сегодня человечество - проблема предотвращения расползания по планете оружия массового уничтожения (ОМУ), прежде всего ядерного оружия (ЯО). Задача противодействия ракетно-ядерному распространению отнесена к внешнеполитическим приоритетам Российской Федерации. Как подчеркнул в своем послании Федеральному Собранию Президент В.В.Путин, Россия выступает за укрепление режима нераспространения «без каких либо изъятий, на основе международного права».1

Завершение «холодной войны», демонтаж Ялтинско-Потсдамской биполярной системы международных отношений и попытки США утвердиться в качестве единственной сверхдержавы сопровождались серьезными изменениями в характере и источниках угроз международной безопасности. Реальную опасность стали представлять усилия все большего количества государств, в том числе политически нестабильных и авторитарных, направленные на обретение и совершенствование ОМУ и средств его доставки. Активизировались международные террористические структуры, стремящиеся получить доступ к ОМУ или его отдельным компонентам.

Стремление неядерных стран к созданию собственных ракетно-ядерных арсеналов обусловлено совокупностью факторов и обстоятельств. Заметную роль играют интересы национальной безопасности, политико-престижные соображения. Во времена «холодной войны» неядерные страны пользовались прямыми или косвенными гарантиями безопасности со стороны сверхдержав и находились под надежным ядерным «зонтиком» либо СССР, либо США. С крушением биполярного мира такие гарантии в большинстве случаев были утрачены. Участившиеся с конца 1990-х гг. проявления американского диктата (в частности, балканские события 1999

1 Послание Президента России В.В.Путина Федеральному Собранию России, Москва, 10 мая 2006 года//Документ 10-05-2006, официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru года, свержение режима С.Хусейна в Ираке в 2003 г.) имели следствием фундаментальный пересмотр многими государствами, главным образом, развивающимися, своих военно-стратегических доктрин и установок. Готовность Вашингтона применять военную силу для достижения своих целей на международной арене, в том числе в обход Совета Безопасности ООН, стремление США навязывать свою волю более слабым странам оправдывали с точки зрения последних приобретение средств стратегического сдерживания на случай внешней агрессии.

Интерес к ядерному оружию поддерживается также распространенным в среде политических элит представлением, что обладание ОМУ - чуть ли не обязательный атрибут великой державы.

На проблематику нераспространения оказал воздействие международный терроризм, заявивший о себе как о мощной деструктивной силе. Масштабные теракты, совершенные в США в сентябре 2001 г., не оставляют сомнений: среди террористов всегда найдутся фанатики, готовые во имя «идеи» уничтожить все живое, не считаясь ни с собственными, ни, тем более, с чужими жизнями. Участники террористического «интернационала», включая развернувшую всемирный «джихад» «Аль-Каиду», не прекращают попыток получить доступ к оружию массового поражения. Экстремисты рассчитывают на то, что они сумеют воспользоваться несовершенством существующих международных и национальных режимов ракетно-ядерного нераспространения и экспортного контроля. Террористы, стремящиеся к обладанию ОМУ или его отдельными компонентами, стали представлять прямую угрозу международному миру и стабильности. Мировое сообщество осознает это и предпринимает определенные шаги. Однако процесс совершенствования международно-правовой базы, законодательства и правоохранительных структур отдельных государств идет, как представляется, недостаточно интенсивно.

Важная мера, нацеленная на пресечение попыток «негосударственных субъектов» получить в свое распоряжение ядерное, химическое или биологическое оружие и средства его доставки -резолюция Совета Безопасности ООН №1540 от 28 апреля 2004 г. Следует также упомянуть международную конвенцию о борьбе с актами ядерного терроризма, открытую для подписания в сентябре 2005 г. в ходе юбилейного саммита ООН в Нью-Йорке. Выступая на посвященном антитеррористической проблематике специальном заседании СБ ООН Президент России В.В.Путин подчеркнул значение данного документа: «В результате совместной работы создан эффективный правовой инструмент по предотвращению такой реальной угрозы, как использование террористами оружия массового уничтожения».1

На фоне стремления к ОМУ государственных и негосударственных субъектов международных отношений перед человечеством как никогда остро встает проблема обеспечения надежности международных и национальных систем ракетно-ядерного нераспространения и экспортного контроля, а также оперативного реагирования на нарушения нераспространенческих режимов. Несмотря на кажущееся обилие универсальных и региональных структур, повлиять на поведение нарушителей этих режимов весьма непросто, особенно если они пребывают вне рамок соответствующих договоренностей (например, Пакистан) или официально уведомляют о выходе из них (заявление КНДР о выходе из Договора о нераспространении ядерного оружия - ДНЯО). Кроме того, следует учитывать, что формальное участие в нераспространенческих договорах не всегда означает их реальное соблюдение (незаявленная ядерная деятельность Ирана).

Приходится констатировать: сегодня мировое сообщество не располагает цельной стратегией действий и не имеет четкого

1 Выступление Президента России В.В.Путина на заседании Совета Безопасности ООН, Нью-Йорк, 14 сентября 2005 года//Официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru представления о том, как гарантировать эффективность и бесперебойность функционирования механизмов нераспространения.

Данная проблема возникла не вдруг, она существовала и прежде. В условиях биполярного мироустройства нераспространенческие и экспортноконтрольные режимы также не были идеальными. Имело место как горизонтальное (утечка/передача чувствительных технологий и материалов в неядерные страны, стратегические военные программы государств - неучастников ДНЯО), так и вертикальное (гонка ракетно-ядерных вооружений между СССР и США, регулярные ядерные испытания, проводимые державами - членами «пятерки») распространение.

Однако тогда процессы расползания ядерного оружия находились в начальной стадии, они еще, так сказать, не набрали оборотов. Руководители государств, готовых в техническом отношении перейти ядерный «порог», отказывались брать на себя ответственность и принимать соответствующие политические решения. Ряд представителей правящих элит в неядерных странах вообще сомневались в целесообразности дорогостоящих ядерных разработок и программ. Существенным сдерживающим фактором было и то обстоятельство, что сверхдержавы -СССР и США - десятилетиями умело поддерживали у развивающихся государств иллюзию предстоящего всеобщего ракетно-ядерного разоружения. В условиях Ялтинско-Потсдамской системы, когда международные отношения определялись, прежде всего, противостоянием/взаимодействием двух общественно-политических систем, можно было не опасаться «парада ракетно-ядерных суверенитетов», а угроза попадания ОМУ в руки террористов носила, скорее, гипотетический характер.

Во времена «холодной войны» режимы нераспространения соответствовали масштабу существовавших угроз и в целом выполняли возложенные на них задачи. Их функционирование гарантировали сверхдержавы, которые поддерживали порядок в своих «вотчинах» - как принуждением, так и посредством политических и финансово-экономических стимулов. При этом современные типы конфронтации (хантингтонский «конфликт цивилизаций», глобальная борьба с международным терроризмом и религиозным экстремизмом) хотя и имели место, но не играли определяющей роли.

Создание в конце 1960-х гг. международной системы ядерного нераспространения стало возможным благодаря компромиссу, достигнутому между клубом признанных ядерных держав и остальными, преимущественно развивающимися, странами. Фактически, была заключена своеобразная сделка: согласно ДНЯО неядерные государства добровольно отказались от права на обладание ядерным оружием, взамен «выторговывая» себе доступ к мирным атомным технологиям, а страны-обладатели ЯО обязывались вести переговоры о прекращении гонки ядерных вооружений и заключении договора о всеобщем и полном разоружении под строгим международным контролем.1 Однако, ввиду нежелания ракетно-ядерных держав расставаться со своими стратегическими потенциалами и, тем самым, на деле выполнять требования «разоруженческой» статьи VI ДНЯО, имевшиеся договоренности со временем стали давать трещину.

Уклонение участников ядерного клуба от стратегического разоружения (количественное сокращение арсеналов компенсировалось и до сих пор компенсируется повышением качества и эффективности оставшегося оружия - то есть, имеет место вертикальное распространение) усилило эрозию международных режимов нераспространения, которая в полной мере проявила себя в конце 1990-х - начале 2000-х гг. Тогда мир захлестнула волна ракетно-ядерных амбиций развивающихся стран.

В 1998 г. провели подземные ядерные испытания и затем официально заявили о своем новом, ракетно-ядерном, статусе Индия и Пакистан.

1 Нераспространение ядерного оружия: сборник документов. - М.: Международные отношения, 1993. С.30.

Неспособность «пятерки» и, главное, США, претендовавших на роль всемирного «полицейского», принудить Нью-Дели и Исламабад воздержаться от этого шага стала наглядным свидетельством того, что в сфере нераспространения далеко не все в порядке. Южноазиатские испытательные взрывы 1998 г. оказали существенное воздействие не только на региональную, но и на глобальную геополитическую обстановку. По мнению директора Института США и Канады Российской академии наук С.М.Рогова, проведенные Индией и Пакистаном ядерные испытания стали самым важным событием со времени окончания «холодной войны», «позволяющим получить представление о конфигурации мировой политики и конфликтах будущего».1

В 2003 г. разразился скандал вокруг деятельности международного подпольного синдиката торговцев ракетно-ядерными технологиями и материалами во главе с пакистанским ученым - ядерщиком. Огласку получили факты тайной передачи ноу-хау и оборудования (газовые центрифуги) для обогащения урана КНДР, Ирану и Ливии.2 В том же году,

0 выходе из ДНЯО заявил Пхеньян. Ультимативное поведение Северной Кореи, попытавшейся обосновать интересами национальной безопасности необходимость интенсивной реализации ее ракетно-ядерной программы, оказало негативное воздействие на международные усилия в области нераспространения и серьезно осложнило геополитическую обстановку в Восточной Азии. На это указывают известные российские политологи, в частности В.Ф.Ли.3 Вызовом нераспространенческим режимам явилось нежелание Тегерана аргументировано убедить мировое сообщество в отсутствии военной направленности его ядерной программы.4

1 Цит. по: Белокреницкий В.Я., Москаленко В.Н., Шаумян Т.Л. Южная Азия в мировой политике. - М.: Международные отношения, 2003. С.211.

2 Nasir Iqbal. Dr. Khan admits he transferred N-technoIogy: action to be decided by NCA//Dawn. - 2004. -February 2. См. также: South Asia's nuclear security dilemma: India, Pakistan and China/edited by Lowell Dittmer. - London: An East Gate Book, 2005. P.l 19.

3 См., например: Ли В.Ф. Теория международного прогнозирования. - М.: Научная книга, 2002. - 288 с.

4 Россия и вопросы нераспространения ядерного оружия (справочная информация)//Документ Департамента по вопросам безопасности и разоружения МИД России (10-02-2004), официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru.

В начале третьего тысячелетия в Азии, в непосредственной близости от российских границ, сформировался пояс ракетно-ядерной нестабильности. КНДР, Индия, Пакистан, Иран последовательно наращивают свои стратегические арсеналы, подталкивая друг друга и соседей по региону к затяжной гонке вооружений. Милитаризация и тем более нуклеаризация1 Азии в обозримом будущем может превратиться из потенциальной в реальную угрозу международному миру и безопасности России.

Стремление азиатских стран к ЯО продиктовано схожими мотивами, среди которых заметное место занимают национализм и связанные с ним экспансионистские идеологические установки. Преимущественно суннитский Пакистан и шиитский Иран соперничают за то, чтобы играть роль ракетно-ядерного гаранта интересов мусульманского мира. Индия бросила открытый вызов мировому сообществу в сфере нераспространения под великодержавными лозунгами индуистской «Бхаратия Джаната Парта».2 Прикрывающаяся оборонительной риторикой, КНДР позиционирует себя в качестве чуть ли не единственного борца с «американским империализмом». Национализм придает нераспространенческим проблемам в Азии дополнительную остроту.

Вышеуказанные обстоятельства подтверждают необходимость тщательного осмысления современных нераспространенческих проблем и выработки оптимальных подходов к их решению с акцентом на необходимость оперативного реагирования на угрозы, исходящие из динамично развивающейся Азии.

Чрезвычайно рельефно кризисные тенденции в сфере ракетно-ядерного нераспространения проявились в Южной Азии. Индия и Пакистан, которые, необходимо признать, формально не нарушили ни

1 От английского nuclearization («обретение ядерного качества») - термин, широко используемый в современной российской политологической литературе.

2 См. Предвыборный манифест партии «Бхаратия Джаната Партии»//Официальный Интернет-сайт БДП www.bip.org одной правовой нормы, так как изначально не являлись и не являются сейчас участниками ДНЯО, сделали окончательный выбор в пользу ЯО и открыто заявили о своем намерении пополнить ряды ракетно-ядерных держав. Нуклеаризация превратила Южную Азию в крайне неблагополучный с точки зрения международной безопасности регион мира:

На субконтиненте соседствуют два де-факто ядерных государства, враждебно настроенных друг против друга, имеющих множество неурегулированных вопросов, включая взаимные территориальные претензии. Как свидетельствует исторический опыт, при определенных обстоятельствах Нью-Дели и Исламабад могут прибегнуть к попытке силой разрешить имеющиеся разногласия в свою пользу. Между Индией и Пакистаном было три полномасштабных войны (1947-48 гг., 1965 г. и 1971 г.) и серьезный локальный вооруженный конфликт (в секторе Каргил в Кашмире, 1999 г.). В конце 2001 г. уже ставшие де-факто ядерными южноазиатские государства балансировали на грани начала боевых действий.

Уровень индийско-пакистанского противостояния повышается вследствие вовлеченности в него Китая. Стремящаяся не допустить доминирования в регионе Индии - своего геополитического конкурента -КНР оказывает активное содействие наращиванию стратегических возможностей Пакистана. Пекин внес существенную лепту в развитие военной ядерной программы Исламабада. В частности, как утверждают некоторые американские эксперты, в начале 1980-х гг. Китай передал Пакистану схему производства атомной бомбы и некоторое количество обогащенного урана.1

На характере отношений Индии и Пакистана негативно сказывается их принадлежность к различным политическим культурам. Индия -светское демократическое государство. В Пакистане, несмотря на

1 Zimmermann Т., Chellaney В. Nuclear Ambitions//US News & World Report. -1996. - February 12. P.44. имеющийся демократический «фасад» (парламент, многопартийная система, выборы и т.п.), реальная власть принадлежит генералитету. В пакистанском военно-политическом истеблишменте доминируют фундаменталистские суннитские установки.

Следует учитывать и то, что Пакистан, в 1947 г. выделившийся из Британской Индии, изначально задумывался англичанами и формировался в качестве геополитического противовеса Индии. С самого рождения основной стратегической задачей пакистанского государства было не допустить безраздельного индийского господства на южноазиатском субконтиненте. Региональное соперничество с Нью-Дели фактически превратилось для пакистанцев в национальную идею. Как представляется, именно этим обстоятельством прежде всего обусловлена главенствующая роль военных в системе государственного управления Пакистана. Генералитет обеспечивает надзор за гражданскими органами власти и гарантирует мобилизацию ресурсов для защиты от потенциальной агрессии со стороны Индии. В периоды военной диктатуры армия берет на себя управленческие функции.

Устойчивый антагонизм в отношениях де-факто ядерных Индии и Пакистана не может не вызывать у мирового сообщества обоснованную тревогу.

Непосредственная угроза международному миру и безопасности исходит от обосновавшихся в Пакистане транснациональных террористических структур, включая «Аль-Каиду», проявляющих интерес к приобретению или захвату ОМУ. Сохраняется вероятность осуществления терактов в отношении ядерных объектов.

С учетом развивающихся тенденций южноазиатский субконтинент можно охарактеризовать, как часть мира, где существует реальная угроза ядерной катастрофы. Ситуация осложняется еще и тем, что участники региональной конфронтационной оси - Индия и Пакистан - бойкотируют ключевые международные режимы в сфере нераспространения. Это ограничивает возможности оказания внешнего воздействия на их поведение.

Предпринятые сразу после испытаний 1998 г. попытки принудить Индию и Пакистан к свертыванию их ракетно-ядерных программ посредством политического давления (резолюция СБ ООН №1172 от 6 июня 1998 г.) и экономических санкций (были введены США и рядом других западных стран) не принесли мировому сообществу положительного результата. Россия и КНР, подвергнувшие сомнению эффективность санкций, изначально отказались прерывать партнерские связи со своими традиционными союзниками - Индией и Пакистаном, соответственно. США и другим сторонникам жесткой линии потребовалось несколько лет, чтобы окончательно убедиться в тщетности санкционного прессинга на Нью-Дели и Исламабад.

Сегодня приоритетная задача мирового сообщества и, в первую очередь, Российской Федерации - государства, расположенного в непосредственной близости от Южной Азии - добиться на данном этапе если не снижения уровня, то, по крайней мере, замедления темпов нуклеаризации южноазиатского субконтинентая, ослабления напряженности в этом регионе, недопущения обострения конфликтности, конфронтационных тенденций. Особое значение приобретают всесторонний анализ нераспространенческих проблем в Южной Азии, выработка на его основе стратегии скоординированных международных действий и оптимальной внешнеполитической линии России.

Вышесказанное свидетельствует об актуальности данного диссертационного исследования.

Предмет исследования: проблема нераспространения ядерного оружия в Южной Азии на современном этапе; политика России в области ракетно-ядерного нераспространения на южноазиатском «фланге».

Хронологические рамки исследования: с 1998 г. по настоящее время. В мае 1998 г. Индия и Пакистан провели ядерные испытания, сделав окончательный выбор в пользу ЯО. В результате наступил качественно новый этап в развитии военно-стратегической ситуации в Южной Азии. Это побудило Россию и другие мировые державы приступить к ревизии своих прежних стратегических установок и подходов к проблемам ракетно-ядерного нераспространения как на региональном, так и на глобальном уровне.

Основные цели и задачи исследования: осуществить исторический анализ проблемы ядерного нераспространения в Южной Азии в ее эволюции, сфокусировав внимание на периоде с 1998 г. по настоящее время. Раскрыть суть указанной проблемы, сделав акцент на выявлении глобальных и региональных факторов, движущих сил нуклеаризации Южной Азии, а также на изучении ядерных доктрин и установок Индии и Пакистана;

- проанализировать нераспространенческую политику России в регионе в ее развитии, выявить специфику российских подходов, их обусловленность внутренними и внешними факторами регионального и глобального значения;

- предложить и аргументировано обосновать периодизацию процесса нуклеаризации Южной Азии и, соответственно, российской нераспространенческой политики применительно к субконтиненту;

- исследовать и сравнить подходы ведущих мировых держав к решению проблем распространения ЯО в регионе.

Новизна работы определяется тем, что это одно из первых в российской и зарубежной научной литературе комплексных исторических исследований, посвященных анализу российских подходов к решению проблемы нераспространения ядерного оружия в Южной Азии. Конкретно научная новизна диссертации выражается в следующем:

- выявлена взаимосвязь и взаимообусловленность принципиальных изменений, проявившихся в международной нераспространенческой политике в последние годы, и внешнеполитического курса России;

- осуществлен системный анализ процессов нуклеаризации южноазиатского субконтинента;

- обозначены направления и раскрыты особенности эволюции международно-правовых инструментов и режимов, стратегии и тактики мирового сообщества и, в первую очередь, участников ядерного клуба в сфере ракетно-ядерного нераспространения;

- введены в научный оборот новые документы и источники, в частности, мемуары представителей пакистанского военно-политического истеблишмента, непосредственно связанных с ядерной программой Пакистана, а также личные беседы автора с видными индийскими и пакистанскими дипломатами и экспертами.

Теоретические и методологические основы исследования:

Теоретической основой диссертации стали современные концепции теории международных отношений и конфликтологии. Автор исходит из представлений о многоярусности и многовекторности мировой политики, в которой участвуют как государственные, так и негосударственные субъекты. Последние играют все возрастающую роль.

Диссертация построена по проблемно-хронологическому принципу. Данный подход позволяет проследить эволюцию и ощутить специфику исследуемых проблем на различных этапах исторического развития. Используются современные методы исследования, которые не только обеспечивают глубину и системность содержащегося в работе исторического анализа, но и позволяют делать практические выводы по диссертационной теме.

В исследовании использован широкий круг источников и литературы. Особое внимание было уделено анализу источников -документов и официальных материалов ООН, МАГАТЭ, Группы ядерных поставщиков, Режима контроля за ракетными технологиями,

Австралийской группы;1 международных договоров и соглашений в сфере ракетно-ядерного нераспространения;2 индийско-пакистанских, российско-американских договоров и соглашений;3 ядерных и оборонных доктрин и установок Индии, Пакистана, России, других участников ядерного клуба;4 заявлений и выступлений, мемуаров государственных деятелей и официальных представителей,5 официальных материалов и документов (заявления, сообщения для печати, «белые книги» и т.п.) правительств, внешнеполитических, оборонных и разведывательных ведомств Индии и Пакистана, а также стран-участниц ядерной «пятерки»; материалов

1 См., например: Устав Организации Объединенных Наций. Статут Международного Суда: сборник документов. - М.: «Ла Пред», 1992; Резолюция СБ ООН 1172 (1998) от 6 июня 1998 г.//Официальный Интернет-сайт Организации Объединенных Наций www.un.org: Резолюция СБ ООН 1540 (2004) от 28 апреля 2004 r.//www.un.orp: Резолюция СБ ООН 1718 (2006) от 14 октября 2006 г. S/Res/1718 (2006); IAEA Board of Governors Resolution GOV/2006/14 "Implementation of the NPT Safeguards Agreement in the Islamic Republic of Iran" of Feb. 4,2006.

2 См., например: Нераспространение ядерного оружия: сборник документов. - М.: Международные отношения, 1993; Международная конвенция о борьбе с актами ядерного терроризма, см. Ядерное оружие после «холодной войны»; Моск. Центр Карнеги. - М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2006. - С.530 - 548.

3 For example, Agreement between India and Pakistan on Prohibition of the Attack on the Nuclear Installations. -New Delhi, 1989; Agreement on Prenotification of Ballistic Missile Тез15//Официальный Интернет-сайт МИД Индии http://meaindia.nic.in/: Lahore Оес1ага1юп//Интернет-сайт ПИР-Центра политических исследований в России http://pircenter.org/data/resources/LahoreDeclaration.pdf; Договор между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о сокращении стратегических наступательных потенциалов, см. Ядерное оружие после «холодной войны»; Моск. Центр Карнеги. - М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2006. - С. 519-521.

4 «Draft Report of National Security Advisory Board on Indian Nuclear Doctrine», Aug. 17, 1999; «Cabinet Committee on Security Reviews Operationalization of India's Nuclear Doctrine», Jan. 4, 2003; Концепция национальной безопасности Российской Федерации//Российская газета. - 2000. - 18 января; Военная доктрина Российской Федерации//Российская газета. - 2000. - 25 апреля; Концепция внешней политики Российской Федерации//Российская газета. - 2000. - 11 июля, и т.д.

5 См., например: Выступление Президента Российской Федерации Б.Н.Ельцина перед руководящим составом МИД России «Место и роль России в период формирующегося многополярного мира»//Дипломатический вестник. - 1998. - №6. - С.3-5; Послание Президента России В.В.Путина Федеральному Собранию России, Москва, 10 мая 2006 года//Документ 10-05-2006, официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru: Suo-Motu Statement by Prime Minister Dr. Manmohan Singh on Discussions on Civil Nuclear Energy Cooperation with the US: Implementation of India's Separation Plan, New Delhi, March 7, 2006//http.7/meaindia.nic.in/: Pervez Musharraf. In the Line of Fire. A Memoir. - New York, London, Toronto, Sydney: Free Press, 2006. парламентских слушаний.1

Привлекались информационно-аналитические ресурсы официальных интернет-сайтов международных организаций,2 национальных внешнеполитических ведомств,3 специализированных аналитических и исследовательских центров, индийских и пакистанских партий и общественно-политических организаций.4 Кроме того, автор использовал сведения, почерпнутые им в ходе бесед с представителями МИД Пакистана, пакистанских общественно-политических и академических кругов, дипломатического корпуса в Москве и Исламабаде.5

Была изучена российская научная литература, посвященная общеполитической истории стран Южной Азии, их двусторонним отношениям и внешней политике. Следует выделить работы известных востоковедов: Белокреницкого В .Я., Ганковского Ю.В., Москаленко В.Н.,

1 Например, Открытый доклад СВР России за 1993 г. «Новый вызов после «холодной войны»: распространение оружия массового уничтожения»//Официальный Интернет-сайт СВР России http://svr.gov.ru/material/2-1 .html: Заявление МИД России от 12.05.1998 г.//Дипломатический вестник. -1998. - №6. - С.41; Заявление МИД России от 28.05.1998 г.//Дипломатический вестник. - 1998. - №6. -С. 44 - 45; Заявление «Группы восьми» в связи с ядерными испытаниями Индии//Дипломатический вестник. - 1998. - №6. - С.16 - 17; «Хроника отношений Индии с Россией, странами СНГ и Балтии. Май 1998 года». - Документ посольства России в Нью-Дели; Выступление представителя Российской Федерации на Обзорной конференции по ДНЯО в Нью-Йорке от 3 мая 2005 r.//www.un.org: Joint Statement, 4th Round of Pakistan-India Expert Level Dialogue on Nuclear CBMs held in Islamabad on 25-26 April 2006//http://meaindia.nic.in/: Открытая Белая книга Минобороны России: «Российская Федерация и ситуация в области нераспространения оружия массового уничтожения и средств его доставки: угрозы, оценки, задачи и пути их реализации» (26 июня 2006 г.)//Интернет-сайт ПИР-Центра политических исследований в России http://www.pircenter.org/data/npr/whitebook.pdf.

2 ООН - www.un.org: ГЯП - www.nuclearsuppliersgroup.org: PKPT - www.mtcr.info: Австралийской группы - www.australiagroup.net. etc.

3 МИД России - www.mid.ru: МИД Индии - http://meaindia.nic.in/: МИД Пакистана -www.pakistan.gov.pk/foreignaffairs-ministrv: Государственного департамента США - www.state.gov. etc.

4 Например, ПИР-Центра политических исследований в России -www.pircenter.org: Центра Карнеги www.carnegieendowment.org: индийской партии «Бхаратия Джаната Парти» - www.bip.org: Пакистанской народной партии Б.Бхутто - www.ppp.org.pk.

5 В частности, автор неоднократно общался с послом Великобритании в Исламабаде Х.Синноттом, который является известным экспертом в области ядерного нераспространения; заместителем министра иностранных дел Пакистана Т.О.Хайдером, курирующим проблематику ООН и разоружения; директором Центра региональных исследований по проблемам России, Китая и Центральной Азии при Пешаварском университете А.Х.Ханом.

Шаумян Т.JI. и др.1

Большое внимание было уделено отечественной исторической, а также политологической литературе по современным международным отношениям и внешней политике России, геополитической и военно-стратегической ситуации в Азии, общим проблемам безопасности, стратегической стабильности и разоружению, теории и политическому анализу международных отношений.2 Практический интерес представили, в частности, монографии и научные статьи таких авторитетных ученых, как Бажанов Е.П., Богатуров А.Д, Денисов В.И., Кадымов Г.Г., Ли В.Ф., Панов А.Н., Хрусталев М.А.

Большую помощь в разработке диссертационной темы оказали труды российских политологов - экспертов в области ракетно-ядерного нераспространения, специализирующихся, в том числе, по Южной Азии -Арбатова А.Г., Калядина А.Н., Каменнова П.Б., Осипова Г.А., Рудницкого

1 См., например, Белокреницкий В.Я., Москаленко B.H., Шаумян Т.Л. Южная Азия в мировой политике. -М.: Международные отношения, 2003; Москаленко В.Н. Внешняя политика Пакистана: формирование и основные этапы эволюции. - М.: Наука, 1984; Пакистан, страны Южной Азии и Среднего Востока: история и современность. Сборник статей памяти Ю.В.Ганковского. - М.: Научная книга, 2004.

2 См., например: Бажанов Е.П. Внешняя политика России (1992-2003 гг.)//Дипломатический ежегодник -2004. - М.: Научная книга, 2005. - С.203-235; Бажанов Е.П. Современный мир. Избранные труды. - M.: Известия, 2004; Очерки теории и политического анализа международных отношений/Богатуров А.Д., Косолапое Н.А., Хрусталев М.А.; Научно-образоват. форум по междунар. отношениям. - M., 2002; Денисов В.И. Проблема обеспечения безопасности ATP в свете ядерного кризиса на Корейском полуострове//Дипломатический ежегодник - 2003. - М.: Научная книга, 2004. - С.72-85; Кадымов Г.Г. О системном подходе к анализу международных конфликтов//Десять лет внешней политики России: Материалы Первого Конвента Российской ассоциации международных исследований. - M., 2003.- С.289-295; Кулматов K.H. Мир в начале XXI века. Размышления российского дипломата и ученого. - M.: Известия, 2006; Ли В.Ф. Теория международного прогнозирования. - М.: Научная книга, 2002; Панов A.H. Дипломатическая служба Японии и эволюция японо-советских и японо-российских отношений в послевоенный период (1945-1995). - М.: МГИМО МИД России, 1994; Развин П.А. Последствия глобапизации//Актуальные проблемы международных отношений в начале XXI века. - M., 2002.- С.36-45.

А.Ю., Сотникова В.И., Тимербаева P.M., Чуфрина Г.И, Шилина А.А.1

При написании диссертации использовались исследования зарубежных авторов - индийских,2 пакистанских,3 американских и британских.4 Индийских и пакистанских политологов, как правило, характеризует тенденциозная, односторонняя (проиндийская и пропакистанская, соответственно) подача материала. При этом если пакистанские исследователи в условиях традиционной для Пакистана авторитарной системы госуправления далеко не всегда имеют возможность высказывать собственную точку зрения, кардинально отличающуюся от официальных подходов, то политологи из Индии во многом руководствуются «самоцензурой». Британские и американские ученые гораздо менее «ангажированы» и, в большинстве своем, предлагают достаточно объективный экспертный анализ по вопросам диссертационного исследования. Они активно обращаются к документам и первоисточникам, собирают обширный фактологический материал. Вместе с тем следует отметить, что некоторые авторы из США и Великобритании идеализируют нераспространенческую политику своих правительств, дают

1 См., в частности: Ядерное оружие после «холодной войны»/Под ред. ААрбатова и В.Дворкина; Моск. Центр Карнеги. - М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2006; Каменнов П.Б. Космическая программа Китая//Экономика Китая вступает в XXI век. - М., 2004. - С.207-216; Осипов Г.А. Развивающиеся страны и нераспространение ядерного оружия. - М.: Наука, 1990; Рудницкий А.Ю. О российских подходах к развитию отношений с Индией и Пакистаном//Пакистан в современном мире. -М.: Научная книга, 2005. - С.118 - 130; Artem Rudnitsky. Understanding Nuclear Pakistan: Global, Regional and Domestic Dimensions//World Affairs. - Autumn 2005. - Vol.9, No.3. - P.46-57; Сотников В.И. Ядерная проблема в индийско-пакистанских отношениях (вторая половина XX - начало XXI века). Монография №1. - М.: Научная книга, 2003; Тимербаев P.M. Группа ядерных поставщиков: история создания (1974 -1978). - М.: ПИР-Центр, 2000; Тимербаев P.M. Россия и ядерное нераспространение. 1945 - 1968 гг. - М.: Наука, 1999; Тимербаев P.M. О роли МАГАТЭ в поддержании международного режима нераспространения ядерного оружия/Международные организации. - М., 2004. - С.143-155; Чуфрин Г.И., Москаленко В.Н., Шаумян TJI. Ядерный фактор как источник новых конфликтных ситуаций и угроз национальной безопасности России на южном направлении. - М.: Российский центр стратегических и международных исследований, 1994; Шилин А.А. Стратегический баланс в Южной Азии. - М.: Научная книга, 2004.

2 For example, Jasjit Singh. Nuclear India. - New Delhi: Knowledge World, 1998; Chellaney B. The Challenge of Nuclear Arms Control in South Asia//Survival. - 1993. - Vol.35, #3; Subrahmanyam K. Indian Nuclear Policy -1964 - 98 (A personal recollection). - New Delhi, 1998, etc.

3 For example, Akhtar Ali. Nuclear Politics & the Challenges of Governance. - Karachi: Royal Book Company, 1999; Kamal Matinuddin. The Nuclearization of South Asia. - Oxford University Press, 2003, etc.

4 Spector L. Neo-nonproliferation//Survival. - 1995. - Vo!.37, #1; Hilary Synnott. The Causes and Consequences of South Asia's Nuclear Tests. - International Institute for Strategic Studies, 1999. - 86 p., etc. предвзятые оценки действиям «неугодных» Вашингтону и Лондону государств, прежде всего входящих в так называемую «ось зла».

Практическая значимость работы. Выводы диссертации применимы к задачам осмысления проблемы ракетно-ядерного нераспространения в Южной Азии на современном этапе и выработки нераспространенческой стратегии Российской Федерации, которая соответствовала бы серьезности новых вызовов и угроз, исходящих из этого региона. В работе содержатся конкретные рекомендации по повышению эффективности политики России на южноазиатском направлении. Диссертационное исследование может оказаться востребованным у широкого круга специалистов-международников, в российских научно-исследовательских центрах, а также в МИД России. Материалы и выводы диссертации могут использоваться в учебном процессе, прежде всего в профильных учебных учреждениях внешнеполитического ведомства - Дипломатической академии и МГИМО (У) МИД России.

Основные положения и выводы диссертации, выносимые на защиту:

- на современном этапе проблематика нераспространения ядерного оружия в Южной Азии приобрела принципиально новое звучание. Индия и Пакистан сделали окончательный выбор в пользу ЯО, считая, что это соответствует их жизненным интересам. Добровольный отказ этих стран от права обладать ракетно-ядерными потенциалами в нынешних условиях не представляется возможным;

- проект ядерной доктрины Индии отражает не только ее стремление к доминированию в Южной Азии, но и претензии на статус глобальной державы. Стесненный в ресурсах, Пакистан на данном этапе вынужден ограничиваться стратегическим планированием регионального масштаба. В качестве главного потенциального противника выступает Индия; подходы Индии и Пакистана к действующим нераспространенческим режимам в целом совпадают. Они расценивают ДНЯО как неравноправный договор, закрепляющий военную ядерную монополию за немногочисленной группой «избранных» государств. Индия и Пакистан готовы рассматривать возможность своего присоединения к ДНЯО только в качестве международно-признанных ядерных держав;

- в настоящее время любые попытки принудить Индию и Пакистан присоединиться к режимам нераспространения в качестве неядерных стран представляются несостоятельными. Вместе с тем это отнюдь не означает, что работа с этими государствами на нераспространенческом поле является бессмысленной. В стремлении добиться международного признания своего ядерного статуса Индия и Пакистан могут пойти на достаточно серьезные уступки в плане ограничения своих ракетно-ядерных арсеналов, снижения темпов осуществления ряда стратегических программ;

- приоритетная задача мирового сообщества - добиться прекращения гонки ракетно-ядерных вооружений между Индией и Пакистаном. Успешное решение этой задачи подготовило бы почву для более радикальных мер в сфере нераспространения;

- программные установки России в области нераспространения в целом созвучны подходам других участников ядерного клуба. С одной стороны, усилия РФ направлены на предотвращение горизонтального распространения ОМУ, с другой - на поддержание и модернизацию собственных ракетно-ядерных арсеналов. Такой подход предоставляет Индии и Пакистану дополнительные аргументы, позволяющие парировать обращенные к ним призывы к проявлению сдержанности в ядерной сфере;

- на нынешнем этапе России совместно с партнерами по «пятерке» следует выработать реалистичную стратегию действий, нацеленную на решение наиболее важных нераспространенческих задач в Южной Азии: убедить Индию и Пакистан отказаться от фактического монтажа систем ОМУ, соблюдать мораторий на ядерные испытания, ограничить, а затем прекратить производство оружейных расщепляющихся материалов и т.п.;

- в конце 1990-х гг. - после проведения южноазиатских ядерных испытаний - позиция России в значительной степени снизила интенсивность антиядерного прессинга, оказанного на Индию мировым сообществом, и помогла ей относительно безболезненно пережить санкционный период;

- с точки зрения долговременных интересов России целесообразность перманентно проиндийских подходов представляется сомнительной - в особенности, принимая во внимание постепенную смену внешнеполитических приоритетов Индии. Индия делает все больший акцент на сотрудничество с Западом. Характерно, что Нью-Дели, добивающийся снятия международных ограничений на международное сотрудничество с ним в области мирного использования атомной энергии, активно опирается и прежде всего рассчитывает на помощь Вашингтона.

Структура диссертации определена целями и задачами исследования. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованных источников и литературы, списка аббревиатур.

Похожие диссертационные работы по специальности «История международных отношений и внешней политики», 07.00.15 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «История международных отношений и внешней политики», Ганич, Данила Викторович

Выводы:

1. С приходом к власти в 2000 г. В.В.Путина Россия начала придавать своему политическому курсу прагматизм и постепенно отказываться от унаследованных от СССР стереотипов. Применительно к Южной Азии это, с одной стороны, означало более взвешенный, реалистичный подход к стратегическому партнерству с Нью-Дели: оно перестало восприниматься как нечто неизменное. С другой - отношения с Исламабадом стали приобретать для России самостоятельную ценность. Они все меньше зависели от позиции Индии и все больше - от готовности Исламабада учитывать национальные интересы России и ее центральноазиатских партнеров.

2. После того как Пакистан признал чеченскую проблему внутренним делом России (2000 г.) и вступил в международную антитеррористическую коалицию (2001 г.) появились возможности для развития конструктивного взаимодействия с Исламабадом в политической и торгово-экономической областях.

3. Вехой в российско-пакистанских отношениях стал официальный визит президента П.Мушарафа в Москву в феврале 2003 г., который провел обстоятельные переговоры с президентом В.В.Путиным.

Руководители России и Пакистана фактически лично гарантировали поступательный характер российско-пакистанских отношений и определили базовые направления их развития: торгово-экономическое сотрудничество (прежде всего в таких секторах, как топливно-энергетический комплекс, металлургия, телекоммуникации); борьба с терроризмом, религиозным экстремизмом и незаконным оборотом наркотиков; сотрудничество в рамках международных организаций.

Некоторые договоренности, достигнутые на высшем уровне в Москве, уже нашли практическое воплощение. В качестве примера можно привести предоставление в 2005 г. России статуса наблюдателя при Организации Исламская конференция, Пакистану - при Шанхайской организации сотрудничества, что стало возможным благодаря взаимной поддержке.

4. В 2000-2007 гг. ракетно-ядерная проблематика продолжала оставаться на периферии российско-пакистанских отношений. Как правило, она затрагивалась лишь с точки зрения координации подходов сторон к урегулированию международных кризисных ситуаций - таких, например, как ситуация вокруг Ирана. Тем не менее, и в этой области имели место осязаемые сдвиги. Например, в апреле 2005 г. Исламабад принял решение отозвать предлагавшиеся им поправки и поддержать российский проект международной конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма в том числе и вследствие воздействия, оказанного на него Москвой по партнерским каналам.

5. Укрепление связей с Пакистаном придает южноазиатской политике России большую сбалансированность, позволяет ей быть «на месте» и влиять на события. Тем не менее, Москва по-прежнему рассчитывает на то, что политику Исламабада в ракетно-ядерной области подкорректируют в нужном направлении главным образом традиционные военно-политические союзники Пакистана, прежде всего США.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Данное диссертационное исследование позволяет сделать следующие выводы.

1. В конце прошлого века проблема нераспространения ядерного оружия в Южной Азии приобрела принципиально новое звучание. В мае 1998 г. Индия и Пакистан провели ядерные испытания, заявив о намерении стать полноценными участниками ядерного клуба. После неудачных, нескоординированных попыток принудить Нью-Дели и Исламабад к отказу от ядерного оружия посредством экономических санкций и политического давления, мировое сообщество, по сути, смирилось с де-факто ядерным статусом Индии и Пакистана.

Главная задача мирового сообщества и, прежде всего, постоянных членов Совета Безопасности ООН заключается теперь в том, чтобы добиться от Индии и Пакистана сдержанности в ракетно-ядерной области, обеспечения горизонтального нераспространения ядерного оружия.

2. Нуклеаризация Южной Азии продолжает развиваться быстрыми темпами и в обозримом будущем может превратиться в реальную угрозу безопасности России.

Южноазиатский субконтинент остается наиболее неблагополучным с точки зрения ракетно-ядерного нераспространения и международной безопасности регионом планеты. Гонка стратегических вооружений, развернувшаяся между Индией и Пакистаном, фактически не контролируется мировым сообществом. На субконтиненте сохраняется риск межгосударственных конфликтов с применением ЯО, вероятность того, что оружие массового уничтожения может попасть в руки террористов. Военно-стратегическая ситуация в Южной Азии непосредственно затрагивает интересы России и требует к себе повышенного внимания.

3. Роль своего рода «детонатора» в процессах распространения ядерного оружия в Южной Азии сыграл Пекин. В первой половине 1960-х гг. именно политика Китая на фоне его становления в качестве ядерной державы подтолкнули Индию к военным ядерным разработкам. В свою очередь, создание индийцами ядерного «щита» спровоцировало на контрмеры Пакистан. С тех пор развернувшаяся между Нью-Дели и Исламабадом гонка ракетно-ядерных вооружений являла собой цепную реакцию. За каждым шагом Индии обязательно следовал аналогичный шаг со стороны Пакистана. В 1998 г. нуклеаризация Южной Азии перешла в открытую стадию.

4. Россия также несет определенную долю ответственности за кризисные тенденции в Южной Азии. В 1998 г. она не стала вводить антиядерные санкции против Индии, а затем - чтобы избежать обвинений в двойных стандартах - и против Пакистана. Развивалось российско-индийское ВТС, продолжалось сотрудничество Москвы и Нью-Дели в сфере атомной энергетики.

Сотрудничая с Индией, Россия соблюдала как положения национального законодательства, так и свои международные обязательства, проистекающие, в частности, из ее членства в Договоре о нераспространении ядерного оружия и Группе ядерных поставщиков. Данное обстоятельство, однако, не меняет того факта, что действия Москвы снизили мощь антиядерного прессинга, оказанного на Нью-Дели мировым сообществом после испытаний 1998 г.

Поддержка России в стратегических областях помогла Индии относительно безболезненно пережить санкционный период и укрепила уверенность индийской правящей элиты в том, что она может безбоязненно продолжать избранный ею курс в ракетно-ядерной области.

5. 2000 год - «рубежный» для российской внешней политики, в том числе на южноазиатском направлении. После избрания В.В.Путина президентом РФ действия Москвы стала отличаться большей последовательностью и прагматизмом. Постепенно Россия перестает быть сторонним наблюдателем «большой ядерной игры» в Южной Азии, прилагая усилия для того, чтобы если не остановить, то, по крайней мере, замедлить и упорядочить процессы нуклеаризации субконтинента. Не исключено, что это потребует от нее подключиться к этой «игре» в регионе на правах одного из внесистемных участников.

6. Индия и Пакистан отнесли обладание ядерным оружием к своим жизненным интересам. Об этом свидетельствуют результаты анализа индийских и пакистанских программных установок, а также практической деятельности Нью-Дели и Исламабада в ракетно-ядерной сфере. Действия Индии и Пакистана отличает общая черта: оба государства взяли курс на форсированную реализацию национальных стратегических программ с очевидной целью гарантировать их необратимость.

7. Проект ядерной доктрины Индии 1999 г. фиксирует не только стремление Нью-Дели к доминированию в южноазиатском регионе, но и претензии Индии на статус глобальной державы. Документ предусматривает осуществление ракетно-ядерного сдерживания потенциального агрессора на основе создания дорогостоящей ядерной триады - стратегических сил, состоящих из компонентов наземного, авиационного и морского базирования. Для Индии ключевым геополитическим соперником остается Китай.

Нью-Дели взял на себя обязательство не применять ядерное оружие первым, а также не использовать ЯО против государств, таким оружием не обладающих и не находящихся в союзе с ядерными державами. Индийцы исходят из того, что в будущем их страна сможет гарантированно выдержать ядерную атаку и нанести ответный удар, причинив напавшему государству неприемлемый ущерб. Речь идет о создании стратегических арсеналов, сопоставимых с китайскими.

8. Пакистан не оглашал свои стратегические установки в виде цельного документа. О программных установках Исламабада можно судить лишь по отдельным выступлениям и высказываниям пакистанских лидеров и представителей военно-политического истеблишмента. Пакистанцы полагают, что нетранспарентность и, при необходимости, «блеф» в вопросах ядерной политики способны усилить действенность средств устрашения потенциального агрессора.

Оборонная стратегия Пакистана базируется на концепции минимального ядерного сдерживания. Исламабад не исключает вероятности нанесения в чрезвычайной ситуации превентивного ракетно-ядерного удара по агрессору. Стесненный в ресурсах, Пакистан вынужден пока ограничиваться стратегическим планированием регионального масштаба. В качестве главного потенциального противника выступает Индия.

9. Стремление к укреплению обороноспособности - не единственная причина ядерного выбора Индии и Пакистана. Нью-Дели и Исламабад также рассматривают ядерное оружие как инструмент для достижения другой стратегической цели: занять «достойное» место на мировой арене. Индия и Пакистан руководствуются политико-престижными соображениями. В среде индийских и пакистанских политических элит распространено представление, что обладание ядерным оружием - атрибут великой державы.

В общественно-политических кругах Индии и Пакистана акцентируется тот факт, что пятерку постоянных членов Совета Безопасности ООН составляют исключительно государства, обладающие ЯО.

10. Процессу нуклеаризации Южной Азии способствует тот факт, что члены ядерного клуба не торопятся выполнять «разоруженческие» положения ДНЯО. Количественное сокращение их стратегических арсеналов компенсируется повышением качества и эффективности ОМУ, то есть, имеет место вертикальное распространение. Непоследовательность признанных ядерных держав, прежде всего США, в сфере разоружения и в вопросах глобальной стратегической стабильности во многом предопределила эрозию международных режимов нераспространения и усилила интерес целого ряда, преимущественно развивающихся, стран к атомному оружию.

И. Подходы Индии и Пакистана к международным режимам ядерного нераспространения во многом совпадают. Обе страны характеризуют ДНЯО как дискриминационный договор, закрепивший монопольное право на обладание ядерным оружием за немногочисленной группой «избранных» государств - участников ядерного клуба. Вместе с тем, руководствуясь политико-престижными соображениями, Индия и Пакистан хотели бы присоединиться к ДНЯО в качестве официально признанных ядерных держав.

12. Индия и Пакистан под различными предлогами уклоняются от участия в Договоре о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ). Проблемы с ратификацией ДВЗЯИ в США и Китае, ряде других стран, играют им на руку. После 1998 г. Индия и Пакистан соблюдают добровольный мораторий на ядерные испытания. Однако они намерены сохранить за собой право на проведение «горячих» испытаний в целях совершенствования ядерного оружия.

13. Индия и Пакистан не готовы к конструктивным переговорам по Договору о запрещении производства расщепляющихся материалов (ДЗПРМ), несмотря на их публичные заверения в обратном. В стремлении создать прочный фундамент для своих военных ядерных программ, они усиленно нарабатывают оружейные расщепляющиеся материалы (ОРМ) и негативно относятся к возможности введения запрета или ограничений на их производство. Индия и Пакистан по сути срывают предложения о прекращении наработки ОРМ еще до заключения и вступления ДЗПРМ в силу, «обставляют» свое согласие на участие в Договоре различными оговорками и условиями.

14. Индия и Пакистан готовы участвовать в нераспространенческих и разоруженческих усилиях мирового сообщества только на равноправной основе и если это не ставит под угрозу их обороноспособность (по меньшей мере, должно быть обеспечено эффективное ассиметричное сдерживание потенциального противника). В настоящее время они предпринимают шаги, которые в их понимании согласуются с процессом их институционального и международно-правового становления в качестве признанных ядерных государств.

Обе страны открыты к «статусному торгу» с мировым сообществом. В стремлении добиться в той или иной форме международного признания своего де-факто ядерного статуса Индия и Пакистан могут пойти на определенные уступки в плане ограничения своих ракетно-ядерных арсеналов, снижения темпов осуществления стратегических программ. Успешный «статусный торг» с Нью-Дели и Исламабадом подготовил бы почву для более радикальных мер в сфере ядерного нераспространения применительно к Южной Азии.

15. Индия и Пакистан принимают меры доверия и безопасности (МДБ) в ракетно-ядерной области, развивают национальные режимы экспортного контроля (ЭК), которые в последнее время приблизились к международным стандартам. Внимание Нью-Дели и Исламабада к проблематике МДБ и ЭК продиктовано, в том числе, расчетом на то, что ответственное поведение в этих вопросах упростит решение стоящей перед ними задачи добиться международного признания ядерного статуса.

Активность Индии и Пакистана в экспортноконтрольной сфере, чем бы она не мотивировалась, является позитивным фактором: повышается эффективность барьеров на пути горизонтального распространения. Принятие мер доверия и безопасности также заслуживает положительной оценки. Вместе с тем обращает на себя внимание то обстоятельство, что в Южной Азии даже самые совершенные МДБ не будут работать так же надежно, как советско-американские договоренности времен «холодной войны». Географическая близость потенциальных противников объективно не позволяет исключить вероятность спонтанных или превентивных ударов друг по другу, в том числе наносимых «с испугу».

16. Без кардинальных практических шагов со стороны «пятерки» в области ракетно-ядерного разоружения сокращение стратегических потенциалов «пороговых» и, тем более, де-факто ядерных стран, включая Индию и Пакистан, едва ли реально. Эффективное решение нераспространенческих задач как в южноазиатском регионе, так и в мире в целом представляется возможным только при обеспечении баланса прав и обязательств всех заинтересованных государств.

Созданное в годы «холодной войны» колоссальное военно-стратегическое преимущество ядерных государств над остальными странами позволяет участникам ядерного клуба без ущерба для собственной безопасности инициировать взаимные уступки. Все участники «пятерки», прежде всего, ракетно-ядерные сверхдержавы США и Россия, могли бы взять на себя обязательство о неприменении первыми ядерного оружия и предоставить твердые коллективные гарантии безопасности неядерным странам. Целесообразной представлялась бы скорейшая ратификация ДВЗЯИ США и Китаем. Члены ядерного клуба могли бы приостановить модернизацию своих ракетно-ядерных вооружений и предложить развивающимся странам весомый «компенсационный пакет» (политические и финансово-экономические дивиденды) в обмен на согласие последних оставаться неядерными или, в случае если ядерный «порог» уже перейден, заморозить стратегические программы на нынешнем уровне.

17. Сегодня в фокусе усилий ядерной «пятерки» - приоритетные задачи, от решения которых напрямую зависит поддержание международного мира и стратегической стабильности в Южной Азии. В двустороннем и многостороннем форматах члены ядерного клуба стремятся позитивно воздействовать на Индию и Пакистан с целью принятия ими мер по обеспечению адекватного уровня сохранности и безопасности стратегических арсеналов и ядерных объектов, постоянному совершенствованию национальных режимов экспортного контроля. Южноазиатские государства убеждают в целесообразности отказа от фактического монтажа систем ОМУ, в необходимости дальнейшего соблюдения моратория на ядерные испытания, прекращения производства оружейных расщепляющихся материалов. Наибольшую активность в «обработке» Индии и Пакистана, диалоге с ними проявляют США и их союзники по НАТО - Великобритания и Франция. По-прежнему достаточно пассивен в вопросах нераспространения Китай, хотя в начале третьего тысячелетия его поведение в ракетно-ядерной области и стало более ответственным.

Решение проблемы нераспространения в Южной Азии зависит не только от способности членов «пятерки» сформулировать общие цели (это фактически произошло), но и от их готовности на деле проводить согласованный между собой курс. Занятие «особых» позиций, проявление пассивности подрывают нераспространенческие усилия международного сообщества.

18. Ситуация в Южной Азии, являясь частным проявлением структурного кризиса международной системы нераспространения, актуализирует вопрос о необходимости ревизии сложившихся еще в годы «холодной войны» нераспространенческих режимов.

Можно предположить, что, с учетом заинтересованности членов ядерного клуба в сохранении их по сути монопольного права на обладание ЯО, повышение эффективности нераспространенческих барьеров будет достигаться в том числе за счет ужесточения многосторонних инструментов и режимов ракетно-ядерного нераспространения, придания им интрузивной направленности. Международная нераспространенческая система, модифицируемая в интересах «пятерки», станет избирательно-силовой, нацеленной на контрраспространение. Одно из свидетельств тому

- активное становление предложенной США Инициативы по безопасности в борьбе с распространением оружия массового уничтожения, подключение к ней ведущих мировых держав, включая Россию. В ближайшие годы сохранится и готовность Вашингтона к проведению «превентивных» военных акций в отношении «проблемных» стран - в том случае, если действия последних, по мнению США, будут представлять прямую угрозу национальной безопасности государства.

На фоне обострения кризисных тенденций в сфере нераспространения де-факто ядерным государствам, включая Индию и Пакистан, в обозримом будущем едва ли следует рассчитывать на официальное - по смыслу ДНЯО - международное признание их статуса.

19. В России все больше осознают практическую значимость нераспространенческой проблематики. В последние годы активность РФ в сфере ядерного нераспространения возросла. Россия внесла существенный вклад в дело противодействия угрозе ОМУ - терроризма. Она выступила одним из инициаторов принятия резолюции СБ ООН 1540, соавтором Плана действий «Группы восьми» в области нераспространения, является участником Инициативы по безопасности в борьбе с распространением. В сентябре 2005 г. в ходе юбилейной сессии Генассамблеи ООН в Нью-Йорке был открыт для подписания российский проект международной Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма.

На повестке дня для России - выработка долговременной реалистичной стратегии действий в сфере ядерного нераспространения, нацеленной на надежное обеспечение безопасности страны.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Ганич, Данила Викторович, 2007 год

1. Документы, официальные и справочные материалы

2. Выступление Президента России В.В.Путина на заседании Совета Безопасности ООН, Нью-Йорк, 14 сентября 2005 года//Официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru.

3. Выступление Президента Российской Федерации Б.Н.Ельцина перед руководящим составом МИД России «Место и роль России в период формирующегося многополярного мира»//Дипломатический вестник. -1998. -№6. -С.3-5.

4. Послание Президента России В.В.Путина Федеральному Собранию России, Москва, 10 мая 2006 года//Документ 10-05-2006, официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru.

5. Послание Президента России В.В.Путина Федеральному Собранию Российской Федерации, Москва, 25 апреля 2005 года//Российская газета. 2005. - 26 апреля.

6. Послание Президента России Федеральному Собранию «О национальной безопасности»//Российская газета. 1996. -14 июня.

7. Пресс-конференция Президента России В.В.Путина и Премьер-министра Индии Манмохана Сингха по итогам российско-индийских переговоров//Документ 07-12-2005, сообщение пресс-службы Президента России, официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru.

8. Американо-индийское ядерное сотрудничество. Выступление посла Индии в России К.Сибала в Центре Карнеги. Москва, 27 апреля 2006 г.//Индийский вестник. 2006. - №4.

9. Военная доктрина Российской Федерации//Российская газета. -2000. 25 апреля.

10. Выступление постоянного представителя Пакистана на пленарном заседании Конференции по разоружению. Женева, 24 марта 2005 г.

11. Выступление представителя Российской Федерации на Обзорной конференции по ДНЯО в Нью-Йорке от 3 мая 2005 г.//Официальный Интернет-сайт Организации Объединенных Наций www.un.org.

12. Договор о нераспространении ядерного оружия (справочная информация): документ Департамента по вопросам безопасности и разоружения МИД России (06-02-2004)//0фициальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru.

13. Договор о нераспространении ядерного оружия//Ядерное оружие после «холодной войны»/Под ред. А.Арбатова и В.Дворкина; Моск. Центр Карнеги. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2006. - С. 511 - 518.

14. Заявление МИД России от 12.05.1998 г.//Дипломатический вестник. 1998. - №6. - С.41.

15. Заявление МИД России от 28.05.1998 г.//Дипломатический вестник. 1998. - №6. - С. 44 - 45.

16. Заявление «Группы восьми» в связи с ядерными испытаниями Индии//Дипломатический вестник. 1998. - №6. - С. 16 - 17.

17. Заявление официального представителя МИД России М.Л.Камынина в связи с ядерным испытанием в КНДР от 9 октября 2006 г.//Документ 1738-09-10-2006, официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru.

18. Иванов С. Россия должна быть сильной//Ведомости. 2006. - 12 января.

19. Коммюнике встречи на высшем уровне «Группы восьми» в Бирмингеме//Дипломатический вестник. 1998. - №6. - С.9-15.

20. Концепция внешней политики Российской Федерации//Российская газета. 2000. - 11 июля.

21. Концепция национальной безопасности Российской Федерации//Российская газета. 2000. - 18 января.

22. Международная конвенция о борьбе с актами ядерного терроризма//Ядерное оружие после «холодной войны»; Моск. Центр Карнеги. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2006.-С.530-548.

23. Национальный доклад о выполнении Российской Федерацией Договора о нераспространении ядерного оружия. Документ Обзорной конференции по ДНЯО, NPT/conf.2005/29,11 мая 2005 г.

24. Нераспространение ядерного оружия: сборник документов. -М.: Международные отношения, 1993.-240 с.

25. О встрече Президента России В.В.Путина с Президентом Пакистана П.Мушаррафом, Шанхай, 15 июня 2006 года, сообщение для печати//Документ МИД России (16-06-2005), официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru.

26. О переговорах Президента России В.В.Путина с Премьер-министром Индии Манмоханом Сингхом, Москва, Кремль, 6 декабря 2005года, сообщение для печати//Документ МИД России (07-12-2005), www.mid.ru.

27. О принятии резолюции СБ ООН в связи с ядерным испытанием в КНДР, сообщение для печати//Документ 1791-16-10-2006, официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru.

28. Открытый доклад СВР России за 1993 г. «Новый вызов после «холодной войны»: распространение оружия массового уничтожения»//Официальный Интернет-сайт СВР России http://svr.gov.ru/material/2-l.html.

29. Предвыборный манифест партии «Бхаратия Джаната Партии»//Официальный Интернет-сайт БДП www.bip.org.

30. Резолюция СБ ООН 1172 (1998) от 6 июня 1998 г.//Официальный Интернет-сайт Организации Объединенных Наций www.un.org.

31. Резолюция СБ ООН 1540 (2004) от 28 апреля 2004 г.// Официальный Интернет-сайт Организации Объединенных Наций www.un.org.

32. Резолюция СБ ООН 1718 (2006) от 14 октября 2006 г. S/Res/1718 (2006).

33. Россия и вопросы нераспространения ядерного оружия (справочная информация)//Документ Департамента по вопросам безопасности и разоружения МИД России (10-02-2004), официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru.

34. СИПРИ 1994. Ежегодник по проблемам международной безопасности и разоружения (перевод с англ.). М.: Наука, 1994,- 374 с.

35. Сообщение для печати от 26 сентября 2006 г. Об одобрении Федерального закона «О ратификации Международной конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма»//Документ МИД России (1653-26-09-2006), www.mid.ru.

36. Технические основы производства ядерных материалов, справочная информация//Дцерное оружие после «холодной войны»/Под ред. А.Арбатова и В.Дворкина; Моск. Центр Карнеги. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2006. - С.549 - 555.

37. Устав Организации Объединенных Наций. Статут Международного Суда: сборник документов. М.: «Да Пред», 1992. - 53 с.

38. Хроника//Дипломатический вестник. 1998. - №6. - С.45-47.144. «Хроника отношений Индии с Россией, странами СНГ и Балтии. Май 1998 года». Документ посольства России в Нью-Дели.

39. Энциклопедия Пакистана. М.: Фундамента Пресс, 1998. - 640с.

40. Address of the Prime Minister of India to the 53rd UN General А88етЬ1у//Официальный Интернет-сайт посольства Индии в Вашингтоне www.indianembassy.org.

41. Agreement between India and Pakistan on Prohibition of the Attack on the Nuclear Installations. New Delhi, 1989.

42. IAEA Board of Governors Resolution GOV/2006/14 "Implementation of the NPT Safeguards Agreement in the Islamic Republic of Iran" of Feb. 4,2006.

43. India US Joint Statement, Washington, July 18, 2005//0фициальный Интернет-сайт МИД Индии http://meaindia.nic.in/.

44. India-US Joint Statement, New Delhi, March 2,2006.

45. Indian Nuclear Doctrine, a Draft Paper//Hindu. 1999. - August 19.

46. Joint Statement, 4th Round of Pakistan-India Expert Level Dialogue on Nuclear CBMs held in Islamabad on 25-26 April 2006//0фициальный Интернет-сайт МИД Индии http://meaindia.nic.in/.

47. Joint Statement by the Prime Minister of the Republic of India and the President of the Russia Federation on Cooperation in the Field of Peaceful Uses of Atomic Energy. New Delhi, 25 January 2007//0фициальный сайт МИД Индии http://meaindia.nic.in.

48. Joint Statement, India-Pakistan Foreign Secretary level talks in New Delhi, January 18,2006.

49. Lahore Бес1агаИоп//Интернет-сайт ПИР-Центра политических исследований в России http://pircenter.org/data/resources/LahoreDeclaration.pdf.

50. Pakistan-US Joint Statement following the talks between US President George W. Bush and President Pervez Musharraf, Islamabad, March 4, 2006.

51. Pakistan's nuclear proliferation activities and recommendations of the 9/11 Commission: US policy constraints and options. CRS Report for Congress, January 25, 2005/Юфициальный Интернет-сайт Центра Карнеги www.carnegieendowment.org.

52. Press-release of the Ministry of Foreign Affairs of Pakistan P.R. No.l 15/2006 of March 24,2006, on the 3rd Round of talks of the Pakistan-Russia Consultative Group on Strategic Stability.

53. Press-release of the Ministry of Foreign Affairs of Pakistan P.R. No.315/2006 of October 4, 2006, on the announcement by the DPRK to conduct a nuclear test.// http://www.mofa.gov.pk/Press Releases/2006/Qct/PR 315 06.htm.

54. Press Statement of the Government of India of May 11, 1998//Официальный Интернет-сайт посольства Индии в Вашингтоне www.indianembassv.org.

55. Prime Minister Vajpayee's Statement in the Parliament of India on May 27, 1998/УОфициальный Интернет-сайт посольства Индии в Вашингтоне www.indianembassy.org.

56. Remarks by President Bush in Signing of H.R. 5682 The U.S.-India Peaceful Atomic Energy Cooperation Act. Washington, DC, December 18,2006. Released by the White House Office of the Press Secretarv//http://www.state.gov/p/sca/rls/2006/77928.htm.

57. Signing of Agreement on "Reducing the Risk from Accidents Relating to Nuclear Weapons" between India and Pakistan, press-release of the

58. Ministry of External Affairs of India, New Delhi, 21st February 2007//0фициальный Интернет-сайт МИД Индии http://meaindia.nic.in/.

59. Statement by Head of the Chinese delegation in the General Debate at the 2005 NPT Review Conference (New York, May 3, 2005)//0фициальный Интернет-сайт ООН www.un.org/events/npt2005/statements03mav.html.

60. Statement by H.E.Mr.Masood Khan, Ambassador and Permanent Representative of the Islamic Republic of Pakistan, to the Conference on Disarmament. Geneva, March 24,2005.

61. Statement by Representative of France at the Review Conference of the Treaty on the Non-Proliferation of Nuclear Weapons in New York, May 5, 2005//0фициальный Интернет-сайт ООН www.un.org/events/npt2005/statements05mav.html.

62. Statement by Representative of the United States of America at the Review Conference of the Treaty on the Non-Proliferation of Nuclear Weapons in New York, May 23, 2005//0фициальный Интернет-сайт Государственного департамента США www.state.gov.

63. Statement of Pakistan's Foreign Minister at the UN General Assembly Session, New York, September 22,1999.

64. Suo-Motu Statement by Foreign Minister of India in the Parliament of India on May 9,2000.

65. Suo-Motu Statement by Prime Minister Dr. Manmohan Singh on Discussions on Civil Nuclear Energy Cooperation with the US: Implementation of India's Separation Plan, New Delhi, March 7, 2006//0фициальный Интернет-сайт МИД Индии http://meaindia.nic.in/.

66. U.S. India Civil Nuclear Cooperation Initiative. U.S. Department of State, Bureau of Public Affairs, 12/18/06//http://www.state.gov/documents/organization/78048.pdf.

67. United States India Peaceful Atomic Energy Cooperation Act. Fact Sheet. White House Office of Communications. 12/18/06//http://www.state.gov/documents/organization/78038.pdf.

68. Монографии, сборники статей, брошюры советских и российских авторов

69. Бажанов Е.П. Современный мир. Избранные труды. М.: Известия, 2004. - 424 с.

70. Беглова Н.С. Бангладеш, Южная Азия и политика США. М.: Наука, 1982.-200 с.

71. Белокреницкий В.Я., Москаленко В.Н., Шаумян Т.Д. Южная Азия в мировой политике. -М.: Международные отношения, 2003. 368с.

72. Дипломатический ежегодник 2003. Сборник статей. - М.: Научная книга, 2004. - 408 с.

73. Дипломатический ежегодник 2004. Сборник статей. - М.: Научная книга, 2005. - 422 с.

74. Кочетов В.П., Журавлева Е.С. Внешняя политика Индии. 19641989 гг. М.: МГИМО, 1991.-171 с.

75. Кулматов К.Н. Мир в начале XXI века. Размышления российского дипломата и ученого. М.: Известия, 2006. - 344 с.

76. Лебедева М.М. Политическое урегулирование конфликтов: Учеб. пособие. М.: Аспект Пресс, 1999. - 271с.

77. Ли В.Ф. Теория международного прогнозирования. М.: Научная книга, 2002.-288 с.

78. Международные конфликты современности. М.: Наука, 1983. -408с.

79. Москаленко В.Н. Внешняя политика Пакистана: формирование и основные этапы эволюции. М.: Наука, 1984. - 301 с.

80. Осипов Г.А. Развивающиеся страны и нераспространение ядерного оружия. М.: Наука, 1990. -176 с.

81. Очерки теории и политического анализа международных отношений/Богатуров А.Д., Косолапое Н.А., Хрусталев М.А.; Научно-образоват. форум по междунар. отношениям. М., 2002. - 380 с.

82. Пакистан в современном мире. Сборник статей. Колл. авторов. Институт востоковедения РАН. М.: Научная книга, 2005. - 360 с.

83. Пакистан, страны Южной Азии и Среднего Востока: история и современность. Сборник статей памяти Ю.В.Ганковского. М.: Научная книга, 2004.-271 с.

84. Панов А.Н. Дипломатическая служба Японии и эволюция японо-советских и японо-российских отношений в послевоенный период (1945-1995). -М.: МГИМО МИД России, 1994. 94 с.

85. Сотников В.И. Ядерная проблема в индийско-пакистанских отношениях (вторая половина XX начало XXI века). Монография №1. -М.: Научная книга, 2003. - 256 с.

86. Стародубов В.П. Россия США. Глобальная зависимость. - М.: Молодая гвардия, 2004. - 249 с.

87. Тимербаев P.M. Группа ядерных поставщиков: история создания (1974 1978). - М.: ПИР-Центр, 2000. - 200 с.

88. Тимербаев P.M. Россия и ядерное нераспространение. 1945 -1968 гг. М.: Наука, 1999. - 384 с.

89. Чуфрин Г.И., Москаленко В.Н., Шаумян Т.Л. Ядерный фактор как источник новых конфликтных ситуаций и угроз национальной безопасности России на южном направлении. М.: Российский центр стратегических и международных исследований, 1994. - 86 с.

90. Шилин А.А. Стратегический баланс в Южной Азии. М.: Научная книга, 2004. - 288 с.

91. Юрьев М.Ф. История стран Азии и Северной Африки после второй мировой войны (1945-1990). М.: Издательство МГУ, 1994. - 240 с.

92. Ядерное оружие после «холодной войны»/Под ред. АЛрбатова и В.Дворкина; Моск. Центр Карнеги. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2006. - 559 с.

93. Ярошинская А.А. Философия ядерной безопасности. М.: Международный независимый эколого-политологический университет, 1996.-83 с.

94. Диссертации, авторефераты диссертаций

95. Николаенко В. Д. Военно-политическая интеграция на постсоветском пространстве: проблемы и перспективы развития. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора политических наук. М.: Дипломатическая академия МИД России, 2005. -52 с.

96. Пономаренко А.Г. Политика Индии в области ограничения гонки вооружений и разоружения ( 80-е гг.). Автореферат. М.: ДА МИД СССР, 1987.- 16 с.

97. Сотников В.И. Фактор ядерного оружия в международных отношениях в Южной Азии (60-е 90-е гг.). Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. - М.: МГИМО (У) МИД РФ, 2002.-28 с.

98. Статьи российских авторов, материалы научных и научно-практических форумов

99. Бажанов Е.П. Внешняя политика России (19922003 гг.)//Дипломатический ежегодник 2004. - М.: Научная книга, 2005. -С.203-235.

100. Белокреницкий В.Я. Россия и Пакистан: взлеты и падения двусторонних отношений//Азия и Африка сегодня. 2001. - №5.

101. Богатуров А. Д. Кризис миросистемного регулирования/Международная жизнь. 1993. - №7.

102. Давыдов В.Ф. Перед вызовом ядерной нестабильности//США-ЭПИ. -1997. -№1.

103. Денисов В.И. Проблема обеспечения безопасности АТР в свете ядерного кризиса на Корейском полуострове//Дипломатический ежегодник 2003. - М.: Научная книга, 2004. - С.72-85.

104. Егоров В.Н. Россия и Индия: лицом к реалиям/УМеждународная жизнь.-1992.-№№8-9.

105. Загорский А., Злобин А., Солодовник С., Хрусталев М. Россия в новом мире//Международная жизнь. 1992. - №5.

106. Ишимова А. Американская разведка назвала очаги нестабильности в мире//Сегодня. 1997. - 7 февраля.

107. Ишимова А. Наваз Шариф намерен возобновить диалог с Индией//Сегодня. 1997. - 18 февраля.

108. Кадымов Г.Г. О системном подходе к анализу международных конфликтов//Десять лет внешней политики России: Материалы Первого Конвента Российской ассоциации международных исследований. М., 2003. - С.289-295.

109. Калядин А., Кириченко Э. Нераспространение после конференции в Нью-Йорке/Международная жизнь. 1995. - №7.

110. Каменнов П.Б. Космическая программа Китая//Экономика Китая вступает в XXI век. М., 2004. - С.207-216.

111. Квок Б.Д. Ядерные испытания в Индии и Пакистане//Международная жизнь. 1998. - №8.

112. Коваленко Ю. В Китае Москва столкнется с интересами Франции//Известия. 1997. - 7 мая.

113. Коваленко Ю. Россия продолжает наращивать экспорт вооружений/УФинансовые известия. 1996. - 29 октября.

114. Козловский В. Вашингтон грозит лишить помощи Индию//Сегодня. 1996. - 20 января.

115. Кокошин А., Чугров С. Безопасность в 90-е гг.: отказ от стереотипов//Мировая экономика и международные отношения. 1991. -№2.

116. Мелехина Н.В. Исламорадикализм и экстремизм в сепаратистском движении Кашмира//Пакистан, страны Южной Азии и Среднего Востока: история и современность. Сборник статей памяти Ю.В.Ганковского. М.: Научная книга, 2004. - С.150-169.

117. Михайлов В. Мы не приемлем двойных стандартов//Итоги. -1997. 1 апреля.

118. Москаленко В.Н., Мелехина Н.В. Пакистан и западные страны//Современный исламский Восток и страны Запада. Научное издание. М.: Институт изучения Израиля и Ближнего Востока, 2004. -С.117-131.

119. Орлов В. А. Как продлевали договор о нераспространении//Ядерный контроль. 1995. - №7.

120. Примаков Е.М. Международные отношения накануне 21 века: проблемы, перспективы/УМеждународная жизнь. 1996. - №10.

121. Развин П.А. Последствия глобализации//Актуальные проблемы международных отношений в начале XXI века. М., 2002.- С.36-45.

122. Рудницкий А.Ю. О российских подходах к развитию отношений с Индией и Пакистаном//Пакистан в современном мире. М.: Научная книга, 2005. -С.118 -130.

123. Рудницкий А.Ю. Пять лет в Пакистане//Дипломатический ежегодник 2004. Сборник статей. - М.: Научная книга, 2005. - С.359-372.

124. В.Скосырев. Россия Индия: не все потеряно//Азия и Африка сегодня. - 2006. - №8. С.53-58.

125. Сообщение ИТАР-ТАСС. Исламабад. 17.04.1999 г. Владимир Супрун.

126. Сообщение ИТАР-ТАСС. Москва. 20.04.1999 г. Ирина Колгина.

127. Сообщение ИТАР-ТАСС. Москва. 22.04.1999 г.

128. Сообщение ИТАР-ТАСС. Исламабад. 24.04.1999 г. Владимир Супрун.

129. Стуруа Мэлор. Договор подписан, но Индия не сдалась//Известия. 1996. - 12 сентября.

130. Тимербаев P.M. О роли МАГАТЭ в поддержании международного режима нераспространения ядерного оружия//Международные организации. М., 2004. - С.143-155.

131. Юрлов Ф.Н. Индия: ядерные проблемы и вызовы//Пакистан, страны Южной Азии и Среднего Востока: история и современность. Сборник статей памяти Ю.В.Ганковского. М.: Научная книга, 2004. -С.117-134.

132. Artem Rudnitsky. Understanding Nuclear Pakistan: Global, Regional and Domestic Dimensions//World Affairs. Autumn 2005. - Vol.9, No.3. - P.46-57.

133. Монографии, сборники статей, брошюры зарубежных авторов

134. Akhtar Ali. Nuclear Politics & the Challenges of Governance. -Karachi: Royal Book Company, 1999. 242 p.

135. Hans Blix. Disarming Iraq. The Search for Weapons of Mass Destruction. Bloomsbuiy, 2004. - 289 p.

136. Hilary Synnott. The Causes and Consequences of South Asia's Nuclear Tests. International Institute for Strategic Studies, 1999. - 86 p.

137. Jasjit Singh. Nuclear India. New Delhi: Knowledge World, 1998.324 p.

138. Kamal Matinuddin. The Nuclearization of South Asia. Oxford University Press, 2003. - 356 p.

139. Neil Joeck. Maintaining Nuclear Stability in South Asia. -International Institute for Strategic Studies, 1997. 90 p.

140. Pervez Musharraf. In the Line of Fire. A Memoir. New York, London, Toronto, Sydney: Free Press, 2006. - 354 p.

141. Praful Bidwai and Achin Vanaik. South Asia on a Short Fuse. -Oxford University Press, 1999. 354 p.

142. South Asia's Nuclear Security Dilemma: India, Pakistan, and China/edited by Lowell Dittmer. East Gate Book, 2005. - 274 p.

143. Subrahmanyam K. Indian Nuclear Policy 1964 - 98 (A personal recollection). - New Delhi, 1998.

144. Статьи зарубежных авторов, материалы научных и научно-практических форумов

145. Валид Икбал. Пакистано-российские отношения/ТПакистан, страны Южной Азии и Среднего Востока: история и современность.

146. Сборник статей памяти Ю.В.Ганковского. М.: Научная книга, 2004. -С.87-97.

147. Гудби Дж. Э., Кайл Ш., Мюллер X. Контроль над ядерными вооружениями//Мировая экономика и международные отношения. 1996. -№1.

148. Макнамара Р. Безрассудство политики США и НАТО в области ядерного оружия//Международная жизнь. 2005. - №3-4.

149. Agha Shahi. Response to Indian Nuclear Doctrine//News. 1999. -November 30.

150. Anwar Iqbal. Dr Khan asked daughter to leak N-secrets//Dawn. -2006. September 26.

151. Anwar Iqbal. Rocca says F-16s a "clear signal" of US commitment//Dawn. 2005. - June 16

152. Centrifuge parts sent to IAEA//Dawn. 2005. - May 27.

153. Chellaney B. The Challenge of Nuclear Arms Control in South Asia//Survival. 1993. - Vol.35, #3.

154. Dr AQ Khan provided centrifuges to N. Korea//Dawn. 2005. -August 25.

155. Government classifies control lists: Goods related to N-material//Dawn. 2005. - December 28.

156. Hasan Akhtar, Qudssia Akhlaque. Accord to take peace process forward: fresh CBMs to be explored//Dawn. 2004. - December 29.

157. Hatf-VI missile test-fired//Dawn. 2005. - March 20.

158. Ballistic missile test-fired//Dawn. 2005. - April 1.

159. Indian law against proliferation approved//Dawn. -2005. May 14.

160. James Astill. A Survey of Pakistan//The Economist. 2006. - July8th.

161. Jing dong Yuan. Foe or Friend? The Chinese Assessment of a Rising India After Pokhran-II//South Asia's Nuclear Security Dilemma: India,

162. Pakistan, and China/edited by Lowell Dittmer. London: An East Gate Book, 2005. - P.150-174.

163. John Deutch. A Nuclear Posture for Today//Foreign Affairs. -January/February 2005.

164. Khaleeq Kiani. N-restraint regime will help peace, says Aziz//Dawn. -2005.-August 13.

165. Krause J. Proliferation Risks. What Role for NATO?//Survival. -1995.-Vol.37, #2.

166. Masood Haider. Suppression of N-terror Treaty approved by UN//Dawn. 2005. - April 14.

167. Nasir Iqbal. Dr. Khan admits he transferred N-technology: action to be decided by NCA//Dawn. 2004. - February 2.

168. N-facilities' list swapped with India//Dawn. 2006. - January 2.

169. N-sites lists swapped//Dawn. 2007. - January 4.

170. Proliferation network 'still fiinctioningV/Dawn. 2006. - September11.

171. Rahul Roy Chaudhury. India and Pakistan. Nuclear-Related Programs and Aspirations at Sea//South Asia's Nuclear Security Dilemma: India, Pakistan, and China/edited by Lowell Dittmer. - London: East Gate Book, 2005. - P.73-94.

172. Spector L. Neo-nonproliferation//Survival. 1995. - Vol.37, #1.

173. Timothy D. Hoyt. Strategic Myopia: Pakistan's Nuclear Doctrine and Crisis Stability in South Asia//South Asia's Nuclear Security Dilemma: India, Pakistan and China/edited by Lowell Dittmer. London: An East Gate Book, 2005.-P.l 10-136.

174. US, India sign 10-year pact//Dawn. 2005. - June 30.

175. J.Warrick. Pakistan Expanding Nuclear Program//Washington Post. -2006.-July 24.

176. Zimmermann Т., Chellaney B. Nuclear Ambitions//US News & World Report. 1996. - February 12.1. СПИСОК АББРЕВИАТУР

177. БРСД баллистическая ракета среднего радиуса действия ГЯП - Группа ядерных поставщиков

178. ДВЗЯИ Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний ДЗПРМ - Договор о запрещении производства расщепляющихся материалов

179. ДНЯО Договор о нераспространении ядерного оружия ЗРК - зенитный ракетный комплекс ЗСЯО - зона, свободная от ядерного оружия КР - крылатая ракета

180. МАГАТЭ Международное агентство по атомной энергии

181. МБР межконтинентальная баллистическая ракета

182. МДБ меры доверия и безопасности

183. ОКНШ Объединенный комитет начальников штабов

184. ОМУ оружие массового уничтожения

185. ОРМ оружейные расщепляющиеся материалы

186. OTP оперативно-тактическая ракета

187. РКРТ Режим контроля за ракетными технологиями1. ЭК экспортный контроль1. ЯО ядерное оружие

188. NCA Nuclear Command Authority, (индийское) Управление по командованию ядерными силами

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.