Русские на Северном Кавказе: Социокультурная роль и статусные позиции тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 22.00.04, кандидат социологических наук Переверзев, Александр Евтихиевич

  • Переверзев, Александр Евтихиевич
  • кандидат социологических науккандидат социологических наук
  • 2001, Ростов-на-Дону
  • Специальность ВАК РФ22.00.04
  • Количество страниц 172
Переверзев, Александр Евтихиевич. Русские на Северном Кавказе: Социокультурная роль и статусные позиции: дис. кандидат социологических наук: 22.00.04 - Социальная структура, социальные институты и процессы. Ростов-на-Дону. 2001. 172 с.

Оглавление диссертации кандидат социологических наук Переверзев, Александр Евтихиевич

Введение.

Глава 1. Методологические проблемы изучения социального статуса этнических групп.

1.1 .Этнический фактор в стратификационной системе многосоставного общества

1.2. Этничность как фактор мобильности.

Глава 2. Социальный статус русских на Северном Кавказе.

2.1. Российская власть как ресурс статусных позиций русских.

2.2.Социокультурные функции русских на Северном Кавказе.

Глава 3. Северный Кавказ в пространстве русского дискурса.

3.1.Северный Кавказ в этнической картине мира русских.

3.2.Северный Кавказ в контексте поиска цивилизационной идентичности России.

3.3. Самоопределение русских на Северном Кавказе: опыт эмпирического исследования.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Социальная структура, социальные институты и процессы», 22.00.04 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Русские на Северном Кавказе: Социокультурная роль и статусные позиции»

Актуальность темы исследования. Реформы конца 80-х годов, проводившиеся в СССР, вызвали активизацию этносоциальных и этнополитических процессов. Их инвариантом во всех республиках Советского Союза, а также в национально-государственных субъектах Российской Федерации было резкое снижение статуса русских. Если до перестройки представители русского этноса гарантированно занимали доминирующие позиции в политическом, экономическом, культурном, образовательном полях на всем советском пространстве, то со второй половины 80-х годов русские вытесняются представителями коренных этносов как с занимаемых ранее позиций, так и вообще из суверенизующихся государств.

В результате в первой половине 90-х годов в северокавказских национально-государственных образованиях, где в большей, а где в меньшей степени сложилась не классическая социально-историческая ситуация. Проживающие в регионе титульные этносы, не являясь численно или социально-экономически доминирующими, приобрели этот статус в поле политики. Его укрепление, сопряженное с перераспределением вакансий на рынке труда в пользу представителей коренных этносов, совпало с кризисом промышленного производства в России в целом. Русское население, большей частью, локализованное в городах и занятое в системе промышленного производства1, стало выезжать за пределы республик, делая тем самым невозможным возобновление в краткосрочной перспективе функционирование индустриального сектора экономик республик региона.

1 Так, например, по данным 1989 г. русские составляли в четырех республиках Северного Кавказа (в Дагестане, Чечено-Ингушетии, Северная Осетии и Кабардино-Балкарии) всего 20% населения, составляя при этом 57% всех занятых в их промышленном производстве. (Пути мира на Северном Кавказе. М., 1999. С.151.)

Параллельно с этим, в идеологическом процессе, развернувшемся в республиках Северного Кавказа в связи с их суверенизацией, акцентировалась в открытом или латентном виде негативная роль России и русских в истории народов региона, а также этнический характер российской государственности, выражающий интересы исключительно русского этноса.

Уже социально-демографическая статистика, взятая в этническом аспекте, показывает сложившуюся в северокавказском регионе сложную систему этноэкономического взаимодействия, в которой различные народы осуществляли различные функции. Выпадение из этих систем такого элемента, как русская этническая общность, либо перераспределение ее функций между титульными этносами, то есть целенаправленное изменение статуса русского народа, привело к росту энтропийных процессов во всей системе.

Все эти процессы проецировались как на характер межэтнических отношений в регионе, так и на самосознание русского населения в России в целом. Широко известен тезис о том, что русские в полиэтничных регионах России играют стабилизирующую и интеграционную роль, что подтверждается различной динамикой современного этнополитического процесса в разных регионах страны. Однако мало изучаются факторы и источники данной интегрирующей роли. А поэтому сложившаяся этносоциальная и этнополитическая ситуация в республиках Северного Кавказа, изменение баланса этнических групп в составе их населения, делает проблематичной осмысление выполнения русскими интегрирующей и консолидирующей роли на Северном Кавказе.

Вместе с тем, на протяжении последнего десятилетия отчетливо проявилась роль Северного Кавказа в стабильности (или) дестабилизации политики центрального руководства страны. Это значение данного региона для общественного сознания страны трудно объяснить его экономическим потенциалом или геополитическим положением. Результаты политики на Северном Кавказе рассматриваются общественным сознанием с точки зрения их совпадения или противоречия этнокультурному паттерну русских. И потому кавказская политика федерального центра по своему значению выходит далеко за пределы локально-региональной. Ее корректировка с необходимостью предполагает анализ социально-исторической роли, которую играл и продолжает играть русский этнос в северокавказской полиэтничной социокультурной системе. Изложенные аргументы определяют теоретическую и практическую актуальность избранной темы диссертационного исследования.

Степень разработанности проблемы. Проблема стратифицированности общества и различной статусности социальных групп является фундаментальной для социологии. Классическими в этой области являются работы К.Маркса, М.Вебера, П.Сорокина, в центре внимания которых находились вопросы социально-экономического статуса групп и индивида, и факторов, воздействующих на его изменение. При этом наличие четко фиксируемых общественных групп было аксиомой.

Изменения, произошедшие на Западе в 60-е годы в связи с формированием структурных элементов постиндустриального общества, привели к появлению постструктуралистских взглядов на проблему социальной статусности: так, П.Бурдье при анализе классовой структуры по сути дела отказал классам, то есть основному объекту исследования классической и модернисткой социологии, в реальности. Он призвал рассматривать не столько социальные группы, сколько поля социума, в каждом из которых конфигурация социальных элементов не имеет жесткой корреляции с другими социальными полями. Одной из причин, приведших западных ученых к отказу от жесткой структуриро ванности своего видения социума, было появление ряда новых субъектов социальнополитической борьбы, образованных на основе возрастного, полового, регионального, этнического принципов.

Превращение этничности в международном масштабе из культурного и расового показателя в фактор, генерирующий экономическую, профессиональную, политическую подструктуры общества, произошло под влиянием процессов глобализации, вызвавших как проникновение элементов модернисткой западной культуры в традиционные общества третьего мира, так и массовые миграции представителей третьего мира на территорию Запада.

Конфликты, порожденные столкновением Запада и Третьего мира стимулировали исследование проблемы "стратификации и этничности". В этом направлении работали такие известные ученые как Р.Майлсон, Дж.Уэстергард, Г.Реслер,

С.Кастлз, Г.Козак, Дж.Рекс, С.Томлинсон. Глубокое исследование по проблеме

2■ статусов этнических групп было проведено Л.Хагендорном . Известный современный теоретик-конфликтолог Р.Дарендорф в своих работах показывал, что, не смотря на декларирование в международных документах3 запрета на этническое и расовое неравенство и предрассудки, представления об иерархической классификации народов являются достаточно распространенными. Это явление Р.Дарендорф объясняет противоречием гражданских прав и аскриптивных (примордиальных) характеристик, более значимых для ряда народов, вступивших на путь современного развития значительно позже, чем европейские народы4.

В Советском Союзе исследования этностратификационных проблем тормозились в силу государственного регулирования этнических отношений. Хотя уже в 80-е годы началось изучение в методологическом ключе проблем

2 Хагендорн Л. Этническая категоризация и дискриминация: роль культурных ценностей и общественных стереотиповв формировании этнических иерархиМНационализм (Взгляд из-за рубежа). М., 1995.

3 См., например, Декларацию о расе и расовых предрассудках ЮНЕСКО от 27.11.1978.

4 ДарендорфР. После 1989. Размышления о революции в Европе. М., 1998. С.33-37. межгрупповых отношений5. Демократизация общества в немалой степени способствовала как активизации этносоциальных процессов, так и их исследованиям. В поле внимания ученых попали, прежде всего, вопросы политической активности этносов, которая привела к актуализации проблем федерализма. В этом отношении широкую известность получили работы Р.Г.Абдулатипова, М.Н.Губогло, Л.М.Дробижевой, В.И.Козлов, В.А.Тишкова. В общетеоретическом плане проблема этнической статусности специально анализиоуется в работах кубанского исследователя М.В.Саввы б. На материалах северокавказских республик эта проблема затрагивается в работах В.А.Авксентьева, Г.С.Денисовой, А.Б.Дзадзиева, А.Дугина, Ф.Кисриева, Ю.Кульчика, Э.А.Паина, М.В.Саввы, Г.У.Солдатовой, Л.Л.Хопёрской. В работах этих исследователей в той или иной степени обсуждалась также проблема социальной статусности и иерархичности этносов на Северном Кавказе.

Значительный вклад в разработку проблемы этносоциальной стратификации на Северном Кавказе принадлежит кавказоведам-этнопсихологам Э.Х.Панеш и Г.У.Солдатовой. В исследованиях Э.Х.Панеш подробно рассмотрены вопросы историко-культурных оснований формирования социальных статусов этносов на Северном Кавказе, а в трудах Г.У.Солдатовой не только приведен результат изучения этнических авто- и гетеростереотипов (в которых отражается этносоциальная стратификация), но и подробно излагается методика их исследования7.

Вместе с тем, следует отметить, что в подавляющем большинстве работ, посвященных анализу современных этносоциальных и этнополитических

5 Агаев B.C. Психология межгрупповых отношений. М.Д983. Он же. Межгруиповое взаимодействие: социально-психологические проблемы. М., 1990.

6 Савва М.В. Этнический статус (конфликтологический анализ социального феномена). Краснодар. 1997.

7.Панеш Э.Х. Этическая психология и -межнациональные взаимоотношения. Взаимодействие и эволюция. СПб.

1996; Солдатова Г.У. Психология межэтнической напряженности. М., 1998. проблем России, не достаточно внимания уделяется рассмотрению проблем русских. Как правило, эта тема рассматривается демографами при изучении миграционных процессов русских из стран СНГ (работы Г.С.Витковской, Л.Л.Рыбаковского, Т.М. Регент). Изменение демографических позиций русских в различных национальных районах СССР и в России рассматривается также в работах известного отечественного этнолога и этнополитолога М.Н.Губогло . Но наибольшее внимание по этой тематике в современной отечественной литературе уделяется рассмотрению специфики национального характера (К.О. Касьянова, А.О.Бороноев, И.П.Петров), национальному самосознанию (Ю.К. Краснов, З.В. Сикевич), взаимодействию русских с другими этническими группами в крупном городе (Г.В. Старовойтова, З.В. Сикевич) 9. Эти темы раскрываются и в коллективных монографиях, опубликованных в последние годы10.

Проблематика русских на Северном Кавказе рассматривается большей частью в ключе положения казачества, истории заселения им данного региона, необходимости возрождения его культурной самобытности. Значительное внимание проблематике русских на Северном Кавказе уделяется в работах северокавказских ученых: М.Б.Беджанова, В.Дзидзоева, К.Х.Унежева 11 и др., которые рассматривают историческую роль русских в регионе и традиционные культурные связи русских и народов Северного Кавказа. На этом фоне подробным и глубоким является этносоциологический анализ современного положения русских в регионе, представленный А.Дзадзиевым в независимом

8 Губогло М.Н. Изменение этнодемографической сигуации в столицах союзных республик в 1959-1989 гг. (по материалам переписей населения СССР).- Исследования по прикладной и неотложной этнологии. 1992. № 32; Он же: Развитие этнодемографической ситуации в столицах автономных республик в 1959-1989 гг.(по материалам переписи населения СССР). - Исследования по прикладной и неотложной этнологии. 1992. № 33.

9 Бороноев А.О. Россия и русские: характер народа и судьбы страны. М., 1992. Касьянова К.О. О русском национальном характере. М., 1994; Краснов Ю.К. Русские: социальный портрет. Владивосток, 1989; Сикевич З.В. Национальное самосознание русских. М., 1996; Она же: Сикевич З.В. Социология и психология межэтнических отношений. СПб., 1999.

10 Размышления о России и русских. Штрихи к истории русского национального характера. М., 1994; Русские, этносоциологические очерки. М., 1992. экспертном докладе Института этнологии и антропологии РАН, в котором скрупулезно рассматривается разносторонняя демографическая и социальная статистика, характеризующая ситуацию русских в регионе12. В представленных работах позиции русских рассматриваются преимущественно как продукт воздействия объективных факторов, связанных с трансформацией экономической и политической организации общества.

Вместе с тем, социальный статус группы, а в данном случае - русских на Северном Кавказе, имеет еще одно измерение - он является результатом социальной и экономической активности самого этноса. Изменения в материальной культуре северокавказского региона, произошедшие в результате его освоения русскими, а также набор доступных им в регионе социальных ролей являются реальными индикаторами их статуса, взятого в его исторической динамике. Присутствие русских в данном регионе и выполняемая ими социокультурная роль производны от символического мира, созданного этносом. Анализ статуса русских на Северном Кавказе с этой точки зрения предполагает обращение к понятиям «этнической картины мира», «национального характера», «национального самосознания», рассмотренные применительно к русскому этносу в целом в работах К.Касьяновой, С.Я.Лурье, Л.М.Дробижевой, Л.Н.Вдовиной.

Иначе говоря, экономические преобразования в северокавказском регионе и политическое структурирование северокавказских обществ, произошедшие в результате взаимодействия автохтонных этносов Северного Кавказа с русским,

13 могут быть рассмотрены как проявления определенных культурных паттернов п Беджанов М.Б. На пути национального возрождения. Майкоп, 1992.Унежев КХ. Феномен адыгской (черкесской) культуры. Нальчик, 1997.

12 Пути мира на Северном Кавказе. Независимый экспертный доклад под ред. В.А.Тншкова. При поддержке Миротворческой миссии на Северном Кавказе. М., 1999. С. 139-155.

13 В психологиии понятие «паттерн» трактуется как модель, образец, с коннотацией, что поведение может копиговатьсяс какого-то образца. В этом случае говорят о «паттерне поведения». См. Большой толковый психологический словарь/Р.Артур. Т.2.Пер.с англ. М., 2000. С.24. русской этнической общности. Эти паттерны ранее и сегодня определяют видение русскими северокавказского цивилизационного пространства и своего места в нем; а также задают русскому этносу виды и формы социокультурной активности в этом пространстве. Иными словами, социальные позиции русских в данном регионе образуются пересечением ряда полей: экономики, политики, где их позиции определяются взаимодействием с соседними этносами, а также в полем культуры, и социальной активности, которая определяется самосознанием русских. Изучению очерченного круга проблем посвещена данная работа.

Цели и задачи исследования. Целью исследования является анализ статусных позиций сегмента русского этноса на Северном Кавказе как динамической характеристики, определяемой исторически сформировавшейся социокультурной моделью этнической активности.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

- проанализировать диапазон проявления этничности как фактора формирования социально-иерархических отношений в основных типах стратификационных систем;

- сравнить источники формирования статусных позиций у русских и автохтонных народов Северного Кавказа и траекторию мобильности социальных групп в этностратифицированной социальной системе региона;

- проанализировать социальные функции русских, определяющие их роль на Северном Кавказе;

- рассмотреть этатистскую деятельность русского этноса на Северном Кавказе как образующую и легитимирующую политическую субъектность автохтонных этносов;

- проанализировать роль Северного Кавказа в этнической картине мира русского этноса как фактор, генерирующий паттерны русской этнической активности в регионе.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования является этносоциальная стратификация населения республик Северного Кавказа. Предметом исследования выступают анализ форм проявления социального статуса русских в социокультурных системах республик Северного Кавказа и факторов, обуславливающих его динамику.

Методологической основой исследования является структурно-функциональный анализ, позволяющий выделить статусы социальных групп и определить источники их динамики; историко-этнологический анализ, базирующийся на трактовке культуры JI. А. Уайтом как поля символической деятельности человека и на концепции этнической картины мира, предложенной С.Я.Лурье. В исследовании была использована методологическая идея М.В.Саввы, о детерминации этностатусных позиций «феноменами группового сознания: самооценкой этноса в целом, различных групп и слоев этноса, а также оценкой его контактирующими этническими общностями по целому ряду критериев»14.

В основе диссертационного исследования лежат базовые идеи концепции социальной идентичности, а именно, утверждение о значимости для поведения и жизнедеятельности человека осознание им своей принадлежности к группе (в частности, к этнонруппе); признание, что важнейшей характеристикой этнической общности является этническое самосознание - причисление себя к общности, отличающейся культурными чертами, языком, единым историческим сознанием.

14 Савва М.В. Этнический статус: анализ социально-политического феномена. Автореф. . доктора полит, наук. М, 1999. С. 14.

Выявление социального статуса этнических групп и содержательных элементов этнического самосознания невозможно вне традиционных методик социологии и демографии: статистического анализа, методов опроса, интервью, контент-анализа прессы, которые также активно использовались в диссертационном исследовании.

Информационной базой, на основании которой выстраивается анализ, помимо статистических данных, являются конкретно-прикладные социологические исследования, проведенные при непосредственном участии автора в 2000 г. в Карачаево-Черкесской Республике и в Ставропольском крае. Исследование проводилось при поддержке гранта ФЦП «Интеграция» № С0070 за 2000 г. (руководитель проекта - проф. Денисова Г.С.).

Научная новизна исследования. Принципиально новым является предложенный подход к анализу динамики социального статуса этнической группы - его осмысление в контексте воспроизводства (изменения) паттернов социальной активности этноса.

В содержательном плане научная новизна исследования заключается в следующем:

• выделен потенциал этничности в формировании социально-иерархических отношений и производность их содержания от уровня цивилизационного развития доминирующего в стратификационной системе этноса;

• проанализированы источники формирования социально-статусных позиций у русских и автохтонных народов Северного Кавказа, отличающиеся как социально-исторические (государственность, уровень социально-экономического развития, уровень развития культуры) и социально-биологические (численность, степень укорененности, территориальная размещенность, уровень внутриэтнической сплоченности, обеспечиваемой сохранением родовых связей);

• рассмотрена закономерность архаизации социально-экономической жизни современного многосоставного общества в условиях политического доминирования цивилизационно отсталого этноса;

• проанализированы социальные функции русских в регионе в зависимости от степени их обеспеченности ресурсной базой российского государства;

• аргументирован тезис о главном факторе, вызвавшем снижение социального статуса русских в регионе, в качестве которого выступает переориентация поддержки федерального центра с русского сегмента населения на автохтонные народы, что вызвало разрушение баланса этнических групп в многосоставных обществах Северного Кавказа;

• показана символическая роль Северного Кавказа в общественном сознании современного российского общества, которая связывается с цивилизационной идентичностью русского населения и сохранение культурной модели развития.

На защиту выносятся следующие основные положения:

1. Этничность в латентной форме выступает составной частью любой из исторических типов социально-стратификационных систем, поскольку в гомогенных обществах задает культурный код стратификации, а в многосоставных - выступает маркером социально-групповых различий. В многосоставных обществах этничность, становясь основой социальной стратификации, воспроизводит ту систему социального неравенства, которая соответствует цивилизационному уровню развития доминирующего этноса.

2. Этнический статус проявляется в степени ролевой свободы представителей конкретного этноса в различных стратификационных подсистемах общества и может быть фиксирован посредством объективно-статистических показателей, выступающих индикаторами функционирования той или иной сферы жизнедеятельности общества.

3. В современных многосоставных обществах, этностратификационная система проходит реально по цивилизационной границе: доминирующее положение занимают этносы, достигшие индустриальной фазы социально-экономического развития, доминируемое - аграрные этносы. Формирование стратификационной системы по этническому основанию определяет условия социальной мобильности. Она возможна либо с переходом этнофоров на принципы достигательной мобильности, задаваемыми доминирующей этногруппой, либо с изменением социального статуса собственной этногруппы. В первом случае наблюдается процесс ассимиляции, во втором - революционное переструктурирование социума и его архаизация, поскольку теперь доминирующее положение занимает цивилизационно отстающая этногруппа.

4. Интериоризация Северного Кавказа в российское политическое и социокультурное пространство осуществлялась посредством наращивания здесь численности русского сегмента населения, что привело к формированию многосоставного общества, важнейшими принципами сохранения которого являются численная равнозначность составных элементов (русского и кавказского) и утверждение единой политико-гражданственной идентичности. Статусные позиции русских в этих многосоставных политиях всегда подкреплялись военным (силовым), административным и культурным ресурсами российской государственности. Они выступали социальным капиталом русских на Северном Кавказе в противовес аскриптивному капиталу автохтонных этносов региона.

5. Русские на Северном Кавказе выполняют следующие социкультурные функции:

- политико-юридическую, которая проявилась в создании общих государственно-правовых ориентаций у автохтонных народов;

- экономическую, проявляющуюся в создании здесь индустриального сектора экономики, что привело к расширению многоукладности хозяйства и создавало предпосылки для развития модернизационного процесса;

- культурно-динамическую, выразившуюся в изменении механизма трансляции культурной информации, т.е. создании основ письменности и, тем самым, предпосылок для развития этнического самосознания и становления профессиональной культуры коренных народов;

- ценностно-ориентационную, которая выразилась в создании общего образовательного и государственно-идеологического пространства на аксиологической базе русской культуры.

Тем самым, русские в данном регионе играли интегративную роль, проявлявшуюся в формировании Северного Кавказа как достаточно целостного административного региона, имевшего модернистский тип экономики в равнинных территориях, и характер многосоставного общества, который и обеспечивал внутрирегиональную стабильность.

6. Российская государственность и есть форма этномобилизационной консолидации русской этнической общности, сформировавшаяся в процессе истории, и аналогичная родовым формам консолидации, сохраненными северокавказскими народами. Поэтому изменение политического курса федерального центра на Северном Кавказе, которое проявляется в переориентации его властных ресурсов с русского сегмента на сегмент коренных народов, вызывает снижение статусных позиций русских. В качестве важнейших следствий этого процесса выступает «сбой» в выполнении социокультурных функций русским населением в регионе.

7. Северный Кавказ в дискурсе русских политиков и общественных деятелей выступил индикатором внутриэтнического функционального конфликта, противопоставившего две позиции (ориентация на интериоризацию Кавказа Россией, или - на дистанцированность России от данного региона); имплицитное назначение этого конфликта - определить цивилизационную идентичность России. При этом русское население региона высоко оценивает степень интериоризации Россией северокавказского региона, как результат кавказской политики предшествующих форм государственной власти России. Поэтому сохранение Северного Кавказа в составе России требуется рассматривать шире, чем проблему сохранения территориальной целостности страны. Сохранение русской укорененности на Кавказе выступает сохранением и воспроизводством культурного кода самого русского этноса, важными элементами которого являются политическая интеграция народов, самостоятельно не выработавших собственных государственных форм.

Практическая значимость работы определяется потребностью осмысления социокультурных и политических последствий административных решений, направленных на регулирование социально-экономических процессов на Северном Кавказе, осуществленное без учета их этнической составляющей.

Социальное значение работы состоит в том, что проделанный анализ социокультурной роли и функций русских в данном регионе представляет научную аргументацию для корректировки стратегии управления социальными и политическими процессами на Северном Кавказе с позиции оптимизации межэтнических отношений.

Положения и выводы диссертационного исследования могут быть также использованы органами государственной власти для регулирования этносоциальных процессов и раннего предупреждения межэтнической конфликтности.

Материалы диссертации могут быть использованы в преподавании курсов общественных наук (политологии, этносоциологии, регионологии), а также для разработки спецкурсов и спецсеминаров по проблемам межэтнических отношений.

Апробация работы. Основные положения диссертации докладывались на научно-теоретических конференциях: Научные чтения «Этнополитический процесс на Северном Кавказе" (Ростов-на-Дону, ноябрь 1997); Развитие личности в образовательных системах Южно-Российского региона. V годичное собрание Южного отделения РАО. 4.L Ростов н/Д., 1998; «Социальные процессы в современном Российском обществе» Аксай 2000 г., а также легли в основу разработки программы социологического опроса русского населения в северокавказском регионе.

Концепция диссертации и результаты исследований обсуждалась на совместном заседании кафедры социологии и кафедры регионоведения и этносоциологии Ростовского государственного педагогического университета.

Основное содержание диссертации изложено в научных статьях соискателя, общим объемом около 3,5 п.л.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы и приложения. Объем текста диссертации - 150 машинописных страниц.

Похожие диссертационные работы по специальности «Социальная структура, социальные институты и процессы», 22.00.04 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Социальная структура, социальные институты и процессы», Переверзев, Александр Евтихиевич

Заключение

Социально-политические процессы, происходящие в 90-е годы XX века на постсоветском пространстве, во многом подтвердили неадекватность современному миру его классической и модернисткой картин. Видение мира через призму взаимодействия (сотрудничества, борьбы) жестко структурированных, обладающих четкими границами социальных и политических субъектов (классов, партий, государств), на первый взгляд, не соответствовало действительности, в которой происходил выход на историческую арену "субъектов постмодерна". К таковым относятся социальные общности, структурированные по половому, возрастному, региональному, этническому признакам; наложение данных идентификаций друг на друга, а также на привычные - классовые, партийные, государственные - идентификации модерна привело к хаотизации как социально-исторического процесса, так и его видения исследователями.

Главной точкой разрыва с предшествующим этапом стал ответ на вопрос о превалировании по отношению друг к другу комплекса модернистских и комплекса постмодернистских, по сути дела, аскриптивных характеристик, поскольку этот вопрос является ключевым при решении проблемы идентификационных приоритетов личности современного мира, а, значит, проблемы социально-политической мобилизации. В предложенной работе был обозначен ряд подходов к решению этой проблемы.

В частности, было отмечено, что в многосоставном обществе, сегментами которого выступают осознающие свою политическую субъектность этнические общности, любой тип стратификационной системы, от физико-генетического до культурно-нормативного, будет тяготеть к воспроизведению на этнической основе. Это в корне изменяет модернистские принципы социальной мобильности, определяя ее перспективы не личными качествами индивида, а социальным капиталом той этнической общности, к которой он принадлежит или с которой он себя идентифицирует.

Одновременно рост значения этничности как фактора мобильности свидетельствует об архаизации социальной системы, то есть, помимо прочего, об увеличении удельного веса среди ее актуальных параметров аскриптивных характеристик. В результате именно та из этнических общностей, которая сохранила комплекс традиционалистских, контр-модернистских способов воспроизводства своего социального капитала и социального капитала своих членов, обладает в условиях архаизации многосоставного общества большей вертикальной мобильностью. Благодаря именно этому обстоятельству на Северном Кавказе стала возможна утрата русским этносом как носителем модернистского начала своих доминирующих позиций в пользу относящихся к аграрному (традиционалистскому) цивилизационному типу автохтонных народов региона.

Вместе с тем признание конституирующего потенциала этничности в определенных социальных системах при определенных условиях вовсе не означает действительно радикального разрыва с традициями модерна. Опыт Северного Кавказа показывает, что в современных условиях доминирование той или иной группы людей, объединенных по аскриптивному признаку, возможно только при условии овладения ею модернистскими институтами (регулярная армия, профессиональные правоохранительные органы, система образования) государственного механизма.

Эта точка пересечения постмодернистской архаики с модерном при ее проекции в социокультурную сферу русской этничности утрачивает свое двуединство: для русской этнической общности российская государственность, особенно в условиях наращивания ею такой модернисткой по своей сути характеристики как мобилизационный потенциал, является столь же естественной и аскриптивной, "изначально-предписанной" формой консолидации, как для ряда северокавказских народов - родовые формы идентификации.

В результате "запуска" на Северном Кавказе в ходе его интериоризации базового - государственного - паттерна русской жизнедеятельности (с одной стороны, само присутствие здесь русского этнического сегмента и его доминирующие статусные позиции - результат целенаправленных усилий центральной власти; с другой, наличие на Северном Кавказе такого сегмента -главное условие осуществления российским центром своей политики в регионе стало возможным встраивание в данное социокультурное пространство ряда других русских культурных паттернов.

В области экономики это выразилось в стремлении переориентировать северокавказскую элиту и значительную часть доминируемых слоев, живущих по модели "набеговой экономики", то есть экономики тотального превалирования перераспределения над производством, на собственно производственную активность. В политическом плане социокультурная функция русских на Северном Кавказе свелась к структурированию северокавказских родовых обществ по типу русской общины, как единицы социума, внутренне сцепленной своими обязанностями перед государством.

Успехи советского периода в интериоризации северокавказского социокультурного пространства, выразившиеся в его политико-правовой гомогенизации, интегрированности в республиканскую и союзную экономику, жестком регулировании межэтнических отношений, явились в первую очередь следствием наиболее эффективного функционирования в данное время государственного паттерна русской этнической жизнедеятельности. Либеральная попытка реформирования этого паттерна вызвала катастрофически быструю и тотальную утрату русским этническим сегментом на Северном Кавказе своих статусных позиций.

Однако, эти позиции не были утрачены полностью, равно как и не произошло полного исхода русских отсюда. Во многом это объясняется сохранением в сознании северокавказских русских констант русской этнической картины мира, трансферы которых были обозначены через понятия "Православие" - "Самодержавие" - "Народность".

Показателем сохранения в этническом самосознании "народнической" константы выступает приверженность русских на Северном Кавказе колонизационно-интериоризационному алгоритму русской этнической активности: они дают высокую оценку степени интериоризации Россией северокавказского региона, считая в большинстве своем Северный Кавказ родной для русских землей, а себя - его коренными жителями, и крайне отрицательно оценивая уход русских из региона.

При этом интериоризация Россией Северного Кавказа не означает стремления к его унификации, а напротив предполагает развитие культур коренных северокавказских народов. Такая убежденность в возможности врастания северокавказских культур в русское социокультурное пространство только через их развитие отражает "православную" константу русского этнического самосознания в ее секуляризованной форме: убежденность в универсализме, лидерской роли русской культуре есть превращенная форма русского мессианства, отрефлексированного в концепции "Третьего Рима".

Вместе с тем отказ Федерального центра от всестороннего укрепления позиций своей этнической опоры на Северном Кавказе - русского сегмента северокавказских многосоставных обществ - явился сильным ударом по "державнической" константе русского этнического самосознания. Следствием его явился внутренний этнический конфликт между сознательными носителями колонизационно-интериоризационной доминанты этнического жизнедеятельности и сторонниками отказа от нее под влиянием нарастающей конфликтогенности в регионе. Региональный вариант этого конфликта выражается в наличии как потенциальных мигрантов, так и сторонников дальнейшего укоренения русских на Северном Кавказе.

Между тем дальнейший уход русских с Северного Кавказа, как и продолжающееся ослабление их социальных позиций ведет к нарастанию деструктивных тенденций в северокавказском многосоставном обществе. Дело в том, что данный уход не может воспроизвести социокультурную ситуацию начала колонизации Северного Кавказа Россией, тоже весьма далекую от идеала. Активное встраивание в ткань жизни северокавказских народов русских паттернов жизнедеятельности качественно изменил имевшуюся здесь этносоциальную систему. Произошло государственное оформление трайбалистских сегментов северокавказского общества, и сегодня в регионе противоречия, ранее бытовавшие на уровне меж- и внутриплеменных, пытаются разрешить, задействуя мощь модернистских институтов власти, опираясь на ресурсы созданного русскими индустриального сектора экономики, пользуясь социальным капиталом, накопленным в результате имевшей или имеющей место принадлежности к российским политической, военной, хозяйственной и культурной элитам. Иначе уход русских с современного Северного Кавказа приведет и уже приводит к сбоям в воспроизводстве многосоставных северокавказских обществ и, в частности, к нарастанию в них тенденций "односоставности", или моноэтничности.

При этом необходимо иметь в виду, что рост межэтнической напряженности, являющийся непосредственной причиной этого ухода, может к разлагающей русский сегмент депривации, а может послужить этномобилизационным фактором; на наш взгляд, именно об этом свидетельствует упомянутый выше внутренний этнический конфликт. Вектор русского самосознания в таком случае зависит исключительно от воспроизводства на Северном Кавказе государственного паттерна русской этнической жизнедеятельности Федеральным центром.

Список литературы диссертационного исследования кандидат социологических наук Переверзев, Александр Евтихиевич, 2001 год

1. Аберкромби Н., Хилл С., Тернер Б.С. Социологический словарь. М.; 2000

2. Абдулатипов Р.Г. Природа и парадоксы национального "Я". М., 1991.

3. Абдулатипов Р.Г. Кавказская цивилизация: самобытность и целостность// Научная мысль Кавказа. 1995. N 1.

4. Авксентьев В.А. Этническая конфликтология: В 2-х частях. Ставрополь. 1996.

5. Авксентьев А.В., Авксентьев В.А. Северный Кавказ в этнической картине мира. Ставрополь: Изд-во СГУ, 1998. 158 с.

6. Авксентьев А.В., Шаповалов В.А. Этносоциальные проблемы России. Ставрополь: Изд-во СГУ, 1994. 176 с.

7. Агаев А.Г. Нация, её сущность и самосознание // Вопросы истории. 1992. № 7.

8. Агеев B.C. Межгрупповое взаимодействие. Социально-психологические проблемы. М., 1990.

9. Агларов М.А. Сельская община в Нагорном Дагестане в XYII- в нач. XIX вв. М., 1988.

10. Александренков Э.Г. «Этническое самосознание» или «этническая идентичность»?// Этнографическое обозрение. 1996. № 3.

11. Аллен У., Фарли Р. Цвет кожи и качество жизни в Америки//Черная Америка в 80-е годы. М., 1989.

12. Андреев А. Этническая революция и реконструктция постсоветского пространства// ОНС. 1996, №1.

13. Анчабадзе Ю.Д. Современные проблемы межнациональных отношений на Кавказе//Расы и народы. М., 1990.

14. Анчабадзе Ю.Д. Динамика этнополитической ситуации на Северном Кавказе/ Социальные конфликты: Экспертиза. Прогнозирование. Технологии разрешения. М. 1993.

15. Арутюнов С.А. Народы и культуры: развитие и взаимодействие. М., 1989.

16. Арутюнов С.А. Об этнокультурном воспроизводстве в республиках // Советская этнография. 1990. N 5.

17. Арутюнов С.А., Смирнова Я.С., Сергеева Г.А. Этнокультурная ситуация в Карачаево-Черкесской автономной области //Советская этнография. 1990. №2.

18. Арутюнян Ю.В. Социально культурное развитие и национальное самосознание // Социологические исследования. 1990. № 7.

19. Арутюнян Ю.В., Дробижева Л.М., Сусоколов А.А. Этносоциология. М., 1998.

20. Ачкасов В.А., Бабаев С.А. «Мобилизованная этничностъ»: этническое измерение политической культуры современной России. СПб., 2000.

21. Барбер Б. Структура социальной стратификации и тенденции социальной мобильности//Американская социология. М., 1972.

22. Барсамов В.А. Этнонациональная политика в борьбе за власть: стратегия и тактика в период общественной смуты. М., 1997.

23. Барсамов В.А. Национальная политика в российских республиках: эволюция последних лет и перспективы// Общественные науки и современность. 1994 N 6.

24. Беджанов М.Б. На пути национального возрождения. Майкоп, 1992.

25. Белозеров B.C. Современные миграционные процессы на Ставрополье (этнический аспект ) //Вестник СГУ. Вып.6. 1996.

26. Белозеров B.C. Этнодемографические процессы в диаспорах на Северном Кавказе//Этнические проблемы современности. Вып.4. Ставрополь. 1999.

27. Бердяев Н.А. Русская идея. Мыслители русского зарубежья. СПб., 1992.

28. Бердяев Н.А. Судьба России. М., 1990.

29. Бердяев Н.А. Философия неравенства. М., 1990.

30. Блиев М.М., Дегоев В.А. Кавказская война. М., 1994.

31. Билз.Р. JI. Аккультурация.// Антология исследований культуры. СПб.,1997.

32. Бобровников В.О. Судебная реформа и обычное право в Дагестане. 1860-1917//Обычное право в России: проблемы теории, истории и практики. Ростов н/Д. 1999. С.165,166.

33. Боков Ф.П. По поводу концепции добровольного вхождения Чечено-Ингушетии в состав России (теоретико-методологический аспект). Грозный, 1990.

34. Болотоков В.Х. Нация и ее национально-психологический мир. Нальчик, 1996.

35. Болотоков В.Х., Суншев 3 Ш. Этнопсихологические теории в России. Нальчик, 1997.

36. Борисова О.В. Политическая социализация этнических групп в постколониальном пространстве/Юбщественные науки и современность.1998. № 2.

37. Боров А.Х., Дзамихов К.Ф. Россия и Северный Кавказ. Полис, 1998, № 3.

38. Бороноев А.О., Смирнов П.И. Россия и русские: характер народа и судьба страны. СПб., 1992.

39. Бороноев А.О. Основы этнической психологии. СПб., 1991.

40. Бромлей Ю.В. Очерки теории этноса. М.,1983.

41. Булгаков С.Н. Размышления о национальности. Соч. Т. 2. М., 1993.

42. Бурдье П. Социальное пространство и символическая власть.// Бурдье П. Начала. М., 1994.

43. Бутенко А.П., Колесниченко Ю.В. Менталитет россиян и евразийство. Социс, 1996, № 5.

44. Вдовин А.И. Этнополитика и формирование новой государственности в России//Кентавр. 1994. N 1-2.

45. Волков Ю.Г., Мостовая И.В. Социология. М., 1996.

46. Волкова Н.Г. Основные демографические процессы// Культура и быт народов Северного Кавказа. М., 1968.

47. Гаммер М. Шамиль. Мусульманское сопротивление царизму. Завоевание Чечни и Дагестана. М., 1998.

48. Гарданов В.К. Социально-экономические преобразования// Культура и быт народов Северного Кавказа. М., 1968.

49. Гасанов Н. Русский вопрос в Дагестане// Социально-политический журнал. 1994. № 11-12.

50. Геллнер Э. Нации и национализм. М., 1991.

51. Горбов В.А. Русское национальное самосознание как социально-философская проблема. Ростов-на Дону, 1999.

52. Губогло Н.М. Предпосылки изучения национальной ситуации в СССР//Национальные процессы в СССР. М., 1991.

53. Губогло М.Н. Изменение этнодемографической ситуации в столицах союзных республик в 1959-1989 гг. (по материалам переписей населения СССР).- Исследования по прикладной и неотложной этнологии. 1992. № 32.

54. Губогло М.Н. Три линии национальной политики в посткоммунистической России//Этнографическое обозрение. 1995. N5-6.

55. Гудков Л.Д. Феномен «простоты» (о национальном самосознании русских)//Человек. 1991. №1.

56. Гумилев JI.H., Иванов К.П. Этнические процессы: два подхода к изучению. В кн.: Гумилев Л.Н. Ритмы Евразии. М., 1993.

57. Дарендорф Р. После 1989. Размышления о революции в Европе. М., 1998.

58. Денисова Г.С. Этнический фактор в политической жизни России 90-х гг. Ростов н/Д, 1996.

59. Денисова Г.С. Социальная субъектность этноса (концептуальный подход). Ростов н/Д., 1997.

60. Дзидзоев В., Кадилаев А. В поисках национального согласия. Махачкала, 1992.

61. Динамика численности национального состава населения Дагестана по результатам переписей населения 1970, 1979, 1989 гг. Махачкала, 1991.

62. Драгунский Д.В. Макрополитика. (Заметки о детерминантах национального поведения) //Полис. 1995 . № 5.

63. Драгунский Д.В. Навязанная этничность. // Полис 1993. №5.

64. Драгунский Д.В. Этнополитические процессы на постсоветском пространстве и реконструкция Северной Евразии //Полис 1995. № 3.

65. Дробижева Л.М. Влияние этноконтактной среды на межнациональные отношения// Социальная психология и общественная практика. М., 1985.

66. Дробижева Л.М. Этническое самосознание русских в современных условиях: идеология и практика//Советская этнография. 1991. № 1.

67. Дробижева Л.М., Аклаев А.Р., Коротеева В.В., Солдатова Г.У. Демократизация и образы национализма в РФ 90-х годов. М., 1996.

68. Дьячков М.В. Об ассимиляции и интеграции в полиэтнических социумах. //Социологические исследования. 1995. № 7.

69. Жданов Ю.А. Государство континент// Стратегия национальной политики на Северном Кавказе. Ростов н/Д., 1995.

70. Жданов Ю.А. Солнечное сплетение Евразии. Ростов н/Д., 1999.

71. Задорожный И. Межэтнические взаимодействия при переходе к рынку/Юбщественные науки и современность. 1991. N 6.

72. Здравомыслов А., Цуциев А. Дагестан: социально-политические процессы. 1997-1999 гг.//Бюллетень. № 1 (5). Владикавказ. 2000.

73. Здравомыслов А.Г. Межнациональные конфликты в постсоветском пространстве" М. 1999

74. Здравомыслов А.Г. Межнациональные конфликты в постсоветском пространстве. М., 1997.

75. Ермолов А.П. Записки. М., 1992.

76. Иванов В.Н. Конфликтогенные факторы и проблемы межнациональных отношений//Этничность. Национальные движения. Социальная практика. СПб., 1995.

77. Ильин В.И. Государство и социальная стратификация советского и постсоветского обществ. Сыктывкар. 1996.

78. Ильин И. А. О России. М., 1991.

79. Иорданский В.Б. Этническое самосознание изнутри: его структура//Рабочий класс и современный мир. 1990. N 4.

80. Иорданский В. Глобальный этнический кризис или сумерки разобщенности// Мировая экономика и международные отношения. 1993. N12.

81. Касьянова К.О. О русском национальном характере. М., 1994.

82. Кара-Мурза С.Г. Манипуляция сознанием. М., 2000.

83. Кисриев Э.Ф. Национальность и политический процесс в Дагестане. Махачкала, 1998.

84. Клямкин И.М., Лапкин В.В. Русский вопрос в России.Полис, 1995, №5. 1996, № 1.

85. Козлов В.И. Самосознание этническое//Народы России. Энциклопедия. М., 1994.

86. Козлов В.И. Этнос//Народы России: Энциклопедия. М., 1994.

87. Козлов В.И. Проблематика "этничности"// Этнографическое обозрение. 1995.N4.

88. Козлов А.И. Возрождение казачества: история и современность (эволюция, политика и теория). Ростов н/Д., 1996.

89. Конструирование этничности. Этнические общины Санкт-Петербурга. СПб., 1998.

90. Коркмазов А.Ю. Этнополитические процессы на Северном Кавказе. Ставрополь. 1994.

91. Краснов Ю.К. Русские: социальный портрет. Владивосток, 1989.

92. Крицкий Е.В. Восприятие конфликта как индикатор межэтнической напряженности (на примере Северной Осетии.) //Социологические исследования. 1996, № 9.

93. Культура и быт народов Северного Кавказа. М., 1968.

94. Кульчик Ю.Г., Конькова З.Б. Нижне-терское и гребенское казачество на территории Дагестана. М., 1995.

95. Куропятник А.И. Мультикультурализм: проблема социальной стабильности полиэтнических общества. СПб., 2000.

96. Кучуков М.М. Национальное самосознание. Автореф. на соиск. ст. докт. филос.наук. Ростов-на-Дону, 1993.

97. Лебедева Н.М. Социальная психология этнических миграций. М.,1993

98. Лебедева Н.М. Введение в этническую и кросс-культурную психологию. М., 1999.

99. Леви-Строс К. Первобытное мышление. М., 1994.

100. Лейпхарт А. Демократия в многосоставных обществах. Сравнительное исследование. М., 1997.

101. Лихачев Д.С. О национальном характере русских. Вопросы философии, 1990, № 4.

102. Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров. М.,1999.

103. Лурье С.В.Историческая этнология. М., 1997.

104. Межэтнические конфликты в странах Зарубежного Востока. М., 1991.

105. Межэтнические отношения и конфликты в постсоветских государствах. Ежегодный доклад. 1998.//Под ред. В.А.Тишкова, Е.А.Филиппова. М., 1999.

106. Мнацаканян М.О. Этносоциология: нация, национальная психология и межнациональные конфликты. М., 1998.

107. Мнацаканян М. О. Об интегральной теории национально этнической общности // Социологические исследования. 1999. №9.

108. Мнацаканян М.О. Нации, «нациостроительство» и национальноэтнические процессы в современном мире // Социологические исследования. 1997. №5.

109. Морозова Е.В. Современная политическая культура юга России. Полис, 1998, №6.

110. Мостовая И.В., Скорик А.П. Архетипы и ориентиры российской ментальности// Полис, 1995. № 4.

111. Национальная политика России: история и современность. М., 1997.

112. Национальные отношения: Словарь. // Под ред.Калашникова. М.: "Владос".1997. -207 с.

113. Оффе К. Этнизация политики в странах Восточной Европы//Национальные отношения и этнические конфликты. М., 1993.

114. Панеш Э.Х. Этническая психология и межнациональные взаимоотношения. Взаимодействие и эволюция. СПб. 1996.

115. Парк Р.Э. Конкуренция и конфликт// Вопросы социологии, 1994. Вып.5.

116. Покровский Н.И. Кавказские войны и имамат Шамиля. М., 2000.

117. Поршнев Б.Ф. Социальная психология и история. М., 1996.

118. Попов А.А. Причины возникновения и диалектика развития межнациональных конфликтов //Идентичность и конфликт в постсоветских государствах. М., 1997

119. Пути мира на Северном Кавказе. Независимый экспертный доклад под редакцией А.А.Тишкова. М., 1999.

120. Радаев В.В., Шкаратан О.И. Социальная стратификация. М., 1995.

121. Размышления о России и русских. Штрихи к истории русского национального характера. М., 1994

122. Релятивистская теория нации. М., 1998.

123. Россия: опыт национально-государственной идеологии. М., 1994.

124. Русские : этносоциологические очерки / Под ред.Ю.В.Арутюняна, М.,1992.

125. Рыжкова С.В. Установка этнического самосознания русских/ЯСонфликтная этничность и этнические конфликты. М., 1994.

126. Савускул С. Социально-этнические проблемы русского народаЮтнополис. 1992. № 1.

127. Савва В.М. Этнический статус (конфликтологический анализ социального феномена). Краснодар. 1997.

128. Савва В.Н. Этнический статус: анализ социально-политологического феномена. Автореф. на соиск.доктора полит.н. М., 1999

129. Сагатовский В.Н. Русская идея: продолжим ли прерванный путь? СПб., 1994

130. Северный Кавказ: проблемы межнациональных отношений, укрепление единства Российской Федерации: материалы парламентских слушаний 21 марта 1995 года. М.,1995.

131. Северный Кавказ : этнополитические и этнокультурные процессы в XX веке. М., 1996.

132. Серов В.А. государственное начало России: взаимодействие русского и северокавказских народов// Социально-этнические проблемы России и Северного Кавказа на исходе XX в. Ростов н/Д.

133. Серов В.А. Анализ современной демографической ситуации в республиках Северного Кавказа. (По данным переписи 1970, 1979, 1989 гг.)// Социально-этнические проблемы России и Северного Кавказа на исходе XX века. Ростов н/Д. 1998. С.

134. Сикевич З.В. Социология и психология национальных отношений. СПб.: Изд-во Михайлова, 1999. 203 с.

135. Сикевич З.В. Национальное самосознание русских. М., 1996.

136. Скворцов Н.Г. Проблема этничности в социальной антропологии. СПб., 1996.

137. Смирнова Я.С. Карачаево-Черкесия: этнополитическая и этнокультурная ситуация. Исследования по прикладной и неотложной этнологии. № 48. М., 1993. -34 с.

138. Соколовский С.В. Понятия «этническое меньшинство» и малочисленный народ» в социальных науках//Подходы к изучению этнической классификации. М., 1994.

139. Солдатова Г.У. Межэтническое общение: когнитивная структура этнического самосознания // Познание и общение. М., 1988.

140. Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992.

141. Социальная и культурная дистанция. Опыт многонациональной России. Отв. Ред.Л.М.Дробижева. М., 1998.

142. Старовойтова Г.В. Некоторые методические аспекты определения предметной области этнопсихологии. Социальная психология и общественная практика. М., 1984.

143. Статус малочисленных народов Росии. Правовые аспекты. М. 1999.

144. Стефаненко Т.Г. Этнопсихология. М., 1999

145. Сусоколов А.А. Структурные факторы самоорганизации этноса//Расы и народы. М., 1990.

146. Сусоколов А.А. Русский этнос в XX веке; этапы кризиса экстенсивной культуры// Мир России. Т.З. 1994, N 2. С. 5-44.

147. Тавадов Г.Т. Этнология. Словарь-справочник. М., 1998.

148. Тишков В.А. Стратегия и механизмы национальной политики в Российской Федерации// Этнографическое обозрение. 1993. №5. С. 12-35

149. Тишков В. А. Национальности и национализм в постсоветском пространстве (исторический аспект)// Этничность и власть в полиэтничных государствах. Материалы международной конференции 1993 г. М., 1994.

150. Тишков В.А. Стратегия и механизмы национальной политики в Российской Федерации//Этнографическое обозрение. 1993. №5.

151. Тишков В.А. Дилемма новой России как многоэтничного государства. Права человека и межнациональные отношения. М., 1994.

152. Тишков В.А. Очерки теории и политики этничности в Российской Федерации. М., 1997.

153. Троицкий Е.С. О русской идее. Очерки теории возрождения нации. М., 1994.

154. Ургалкин Ю.А. Рационализация национальных отношений в Российской Федерации. Самара, 1995.

155. Франк C.J1. Духовные основы общества. М., 1992.

156. Хабермас Ю. Демократия. Разум. Нравственность: Московские лекции и интервью. М., 1995.

157. Хагба Б.А. Факторы этнополитической конфликтности на Кавказе// Социально-политический журнал. 1995. №3.

158. Хагендорн JI. Этническая категоризация и дискриминация: роль культурных ценностей и общественных стереотипов в формировании этнических иерархий//Национализм (Взгляд из-за рубежа). М., 1995.

159. Ханаху Р.А. Традиционная культура Северного Кавказа: вызовы времени (социально-философский анализ). Майкоп. 1997. 196 с.

160. Ханаху Р.А., Цветков О.М. Исторический феномен в современном преломлении// Социологические исследования. 1995. № 11.

161. Хоперская Л. Л. Современные этнополитические процессы на Северном Кавказе: концепция этнической субъектности. Ростов н/Д.: Изд-во СГАКС, 1997. 143 с.

162. Хунагов Р.Д. Политическая субъектность. Ростов-на-Дону, 1994.

163. Чеснов Я. Лекции по исторической этнологии. М.: Гардарика, 1998. -397.

164. Шадже А.Ю. Национальные ценности. Майкоп. 1997.

165. Шадже А.Ю. Политический диалог как средство разрешения этнических конфликтов//Соц.-полит. журн. 1996. № 2.

166. Штомпка П. Социология социальных процессов. М., 1998.

167. Этнические факторы в жизни общества. М.1991

168. Этнологический словарь. Вып.1. Этнос. Нация. Общество. Под ред. Козлова В.И., Рябкова В.Г. М., 1996.

169. Этнология / Под ред. Г.Е. Маркова, В.В.Пименова. М.1994.

170. Этнокультурные процессы. Традиции и современность. Л, 1991.

171. Этнопсихологический словарь /Под ред. В.Г.Крысько. М., 1999.

172. Эфендиев Ф.С. Этнокультура и национальное самосознание. Нальчик. Изд-во «Эльфа», 1999. 303 с.

173. Юрченко В.М. Политика как фактор региональной конфликтности. Краснодар. 1997.

174. Ядов В.А. Социальные и социально-психологические механизмы формирования социальной идентичности личности//Мир России. 1995. № 3-4.

175. Ядов В.А. Стратегия социологического исследования. М., 1998.

176. Ян Э. Демократия и этнонационализм: единство или противоречие//Полис. 1996. № 1.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.