Сакральное и профанное: квазирелигиозный модус творчества С.М. Эйзенштейна тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 00.00.00, кандидат наук До Егито Тинатин Мерабовна

• До Егито Тинатин Мерабовна
• кандидат наук
• 2026

Оглавление диссертации кандидат наук До Егито Тинатин Мерабовна

ВВЕДЕНИЕ

1. КОНЦЕПЦИИ КВАЗИРЕЛИГИОЗНОСТИ В ЕВРОПЕЙСКОМ И РОССИЙСКОМ РЕЛИГИОВЕДЕНИИ

1.1 МОДЕЛИ КВАЗИРЕЛИГИЙ И. ВАХА И П. ТИЛЛИХА

1.2 РЕЛИГИОЗНЫЕ ИНТЕРПРЕТАЦИИ МАРКСИЗМА РУССКИМИ ФИЛОСОФАМИ СЕРЕБРЯНОГО ВЕКА

1.3 ПОДХОДЫ К ИССЛЕДОВАНИЮ КВАЗИРЕЛИГИИ

В СОВРЕМЕННОМ АНГЛОЯЗЫЧНОМ РЕЛИГИОВЕДЕНИИ

2. ИСКУССТВО ЭЙЗЕНШТЕЙНА В КОНТЕКСТЕ ПРОБЛЕМЫ КВАЗИРЕЛИГИОЗНОСТИ

2.1 К ФЕНОМЕНУ САКРАЛЬНОГО НАСИЛИЯ В СЕКУЛЯРНОМ ИСКУССТВЕ СЕРГЕЯ ЭЙЗЕНШТЕЙНА: ОБРАЗЫ АДА И РАЯ

В «РЕВОЛЮЦИОННОЙ ТРИЛОГИИ»

2.2 ФЕНОМЕН САКРАЛЬНОЙ ВЛАСТИ НА ПРИМЕРЕ «ИСТОРИЧЕСКОЙ» ТРИЛОГИИ «ИВАН ГРОЗНЫЙ»

3. КВАЗИРЕЛИГИОЗНЫЕ АСПЕКТЫ МИФОТВОРЧЕСТВА

В СЕКУЛЯРНОМ ИСКУССТВЕ ЭЙЗЕНШТЕЙНА

3.1 ТРАНСФОРМАЦИЯ ИСТОРИИ В МИФ

3.2 МИФОЛОГИЯ ТОТАЛИТАРИЗМА

3.3 КВАЗИРЕЛИГИОЗНАЯ МИСТИКА В ТВОРЧЕСТВЕ ЭЙЗЕНШТЕЙНА В КОНТЕКСТЕ МИФА О НОВОМ ЧЕЛОВЕКЕ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования

Творческое наследие выдающегося советского кинорежиссера Сергея Михайловича Эйзенштейна (1898 -1948) весьма обширно и многообразно, и включает как фильмы, так и фундаментальные теоретические труды по теории кино, научные статьи, лекции, режиссерские сценарии, рисунки, мемуары. При жизни современники называли Эйзенштейна «Леонардо да Винчи», подчеркивая таким образом диапазон его дарований и символическую принадлежность к эпохе Возрождения не только в контексте западно-европейского канона, но и в отношении современной ему отечественной традиции, именуемой Николаем Бердяевым «Ренессансом русской духовной культуры»1. Ренессансный масштаб личности Эйзенштейна в полной мере проявился в искусстве советского авангарда, вобравшего в себя богатые традиции русского символизма.

В ХХ1 веке закономерным образом наблюдается усиление внимания к фигуре Эйзенштейна, который по праву считается одним из столпов мирового кинематографа. Число публикаций о нем наглядно демонстрирует актуальность его идей для современной науки. По свидетельству ведущего эйзенштейноведа Наума Клеймана, интерес к творчеству Эйзенштейна давно преодолел рамки киноведения, превратившись в прикладные дисциплинарные исследования в областях психологии, антропологии, семиотики, лингвистики, генетики, кибернетики. География всемирного празднования 120-летия Эйзенштейна в 2018 году в форме серии научных конференций, семинаров, коллоквиумов, проходивших в Университетах: Токио, Киото, Беркли, Прато, Бабельсберга, Потсдама, Парижа, свидетельствует о заинтересованности международного научного сообщества в основательном изучении проблематики творчества Эйзенштейна. По итогам прошедших международных дискуссий была создана единая веб-сеть, объединяющая разрозненные ресурсы, посвященные творчеству режиссера, - Eisenstein International Network (EIN).

1Бердяев Н. Русский духовный ренессанс начала XX в. и журнал «Путь» (к десятилетию «Пути»). Журнал "Путь" № 49. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.odinblago.rU/path/49/1/

На сегодняшний день существуют две основные исследовательские парадигмы, рассматривающие творчество Эйзенштейна с диаметрально противоположных позиций : как политизированный пропагандистский дискурс, либо как экспериментальное искусство, нацеленное исключительно на создание новых эстетических форм и в этом смысле свободное от больших нарративов. Однако, обозначенные подходы не позволяют ни в целостности постичь феномен искусства Эйзенштейна, ни объяснить его обширное влияние на других мыслителей, ни эксплицировать наличие свойственных ему противоречий. В частности, несоответствие между публично декларируемой атеистической позицией режиссера и присутствием в его произведениях множества христианских сюжетов, мотивов, символов, отсылающих к Священному Писанию, Священному Преданию, христианской иконографии и культуре. Подобный религиозный синкретизм, характерный для феномена атеистического фидеизма, заслуживает право стать объектом для всестороннего религиоведческого анализа. В этой связи творчество Эйзенштейна становится релевантно не только для киноведения, но и для современного религиоведения. Обращение к кинематографу Эйзенштейна актуально для понимания специфики советской религиозности. Фильмы и тексты Эйзенштейна представляют богатый материал для изучения особых форм мифологического сознания советского общества. Религиозный дискурс режиссера позволяет взглянуть на атеизм как на перверсивную форму религиозности в условиях воинствующего секуляризма.

Эйзенштейн подхватывает идеи русского символизма: «свободной теургии» Соловьева, «соборного театра» Иванова, вплетая их в изрядно трансформированном виде в смысловую ткань своих фильмов. Его произведения, основным героем которых является масса, отличает парадоксальное сочетание революционности и дионисийства, насилия и соборности, атеизма и теургии. Представленный на основании анализа творчества Эйзенштейна материал о специфике советской модели религиозности в 20-40 гг. ХХ в. позволяет проследить линии преемственности советской секулярной культуры от традиций христианской культуры Серебряного века. Это дает нам основание рассматривать

атеистический период в истории СССР не как разрыв с традицией христианства, но как квазирелигиозное преемство. Подтверждением тому в частности служат мессианские модели, которые авангардное искусство Эйзенштейна заимствует из культуры русского символизма. В частности модель «русского Христа», реконструируемая кинематографом Эйзенштейна, представляет собой инверсию, крайнюю степень редукции изначальной формы. Однако, даже в трансформированном виде, подобная интерпретация восходит к первообразу Христа, а квазирелигиозное прочтение сюжета отсылает к христианству, что демонстрирует перверсивное следование христианской традиции, характерное для феномена атеистического фидеизма.

В то же время следует отметить, что подобные тенденции квазирелигиозного дискурса в мировом кинематографе в первой половине ХХ века не были единичны. Они в равной степени были присущи и европейскому кинематографу: творчество выдающихся кинорежиссеров Луиса Бунюэля (1900 - 1983) и Пьера Паоло Пазолини (1922 - 1975) служит примером критики католичества в форме квазирелигиозного нарратива, воплощенного посредством кинематографа.

Несмотря на не ослабевающий интерес к фигуре Эйзенштейна, его искусство до сих пор не достаточным образом изучено на предмет религиозного содержания. Анализ религиозной специфики фильмов Эйзенштейна способствует открытию нового измерения в исследовании творчества режиссера, позволяет осмыслить феномен секулярного как сакрального.

Степень разработанности темы

В исследовании творчества Эйзенштейна выделяются следующие периоды: Прижизненный период (1922-1948 г.).

Для данного этапа характерно наличие двух основных категорий исследований : с точки зрения пропаганды политических идей и с точки зрения эстетики. Самые первые статьи об Эйзенштейне датируются 1922 годом. В это время преимущественно появляются публикации, в которых Эйзенштейна отмечают как умелого пропагандиста советского режима. Особенность данного

периода проявляется в сильной политизированности советских изданий - авторы статей излагают общую установку партии и партийного руководства. В 1925 году появляется статья Д. Вертова,2 в которой фильм Эйзенштейна «Стачка» рассматривается как «кинооружие в борьбе с буржуазным миром». Известный литературовед В. Шкловский3оценивает творчество Эйзенштейна с позиций марксизма. «Но "Стачка" показывает нам сущность надстройки в искусстве. Надстройка - это не коврик, постланный на земле, а сложное сооружение, имеющее свои законы, конечно, чисто материалистические»4. Кроме того, к группе авторов, описывающих кинематограф Эйзенштейна как пропагандистский, принадлежат А. Луначарский5, Н. Крупская6, С. Третьяков7, Л. Трауберг8, Н. Коварский9, Е. Теплиц10. На общем фоне идеологизированных советских публикаций о творчестве Эйзенштейна выделяется рецензия представителя русского зарубежья М. Добужинского на фильм «Иван Грозный», вышедшая в 1947 году в Нью-Йорке. Автор критикует фильм за квазиисторичность, отмечает общий пропагандистский характер постановки»11. Заметно контрастирует с общим тоном публикаций изданная в 1926 году рецензия на фильм «Броненосец Потемкин» немецкого кинокритика В. Хааса, который называет картину «не пропагандистским советским фильмом»12. Хаас выражает наиболее важный - религиозный аспект фильма.

2Вертов Д. Из наследия. Том 2. Статьи и выступления. - М.: Эйзенштейн центр,

3Шкловский В.Б. Эйзенштейн. - М.: Искусство,

4Эйзенштейн С.М.: pro et contra, антология. — 2-е изд., испр. / Сост., коммент. Н.С. Скороход, О. А. Ковалова, С. А. Семенчук; вступ. Статья О. А. Ковалова. - СПб.: РХГА, 2015. С

5Там же. С

6Там же. С

7Там же. С

8Трауберг Л. Избранные произведения: В 2-х т. / Вступ. ст. А. Караганова; Коммент. И. Чанышева. Т. 1. - М.: Искусство, 1988. С

9Эйзенштейн С.М.: pro et contra, антология. — 2-е изд., испр. / Сост., коммент. Н.С. Скороход,

О.А. Ковалова, С.А. Семенчук; вступ. Статья О.А. Ковалова. - СПб.: РХГА, 2015. С. 380. ^Теплиц Е. История киноискусства 1934-1939. - М.: Издательство «Прогресс», 1973. С

11Эйзенштейн С. М.: pro et contra, антология. — 2-е изд., испр. / Сост., коммент. Н.С. Скороход, О.А. Ковалова, С.А. Семенчук; вступ. Статья О.А. Ковалова. - СПб.: РХГА, 2015. С

12Киноведческие записки. 2002. № 59. С

Для нашего исследования этот текст является ценным свидетельством, который знаменует имплицитное открытие религиозного пласта в творчестве Эйзенштейна.

Второй период исследований творчества Эйзенштейна наступает после смерти режиссера и длится весь оставшийся советский период : 50 - е - 80 - е годы ХХ в. Этот этап изучения творческого наследия Эйзенштейна связан с ревизией материалов и документов, связанных с жизнью и искусством Эйзенштейна. После смерти Сталина, корректировки политического курса страны, в 1958 году был снят запрет на показ в прокате последнего фильма Эйзенштейна «Иван Грозный» (2-я часть). В это время появляется множество мемуаров, делаются попытки объективного анализа творчества режиссера. В отдельных исследованиях Эйзенштейн предстает отнюдь не идеологом и пропагандистом тоталитарного режима, а, напротив, его жертвой. Можно выделить четыре основные категории исследований : воспоминания об Эйзенштейне, анализ его фильмов с точки зрения пропаганды, эстетики, а также единичные исследования с точки зрения религии.

На данном этапе начинают появляться редкие формы исследований религиозных мотивов в творчестве Эйзенштейна, в частности, в работах С. Фрейлиха, который утверждал, что «Революция была для Эйзенштейна религией. [...] Тема жертвоприношения была лейтмотивом Эйзенштейна от первой ("Стачка") до последней ("Иван Грозный") картины.»13. Свидетельство Фрейлиха представляет большую ценность для нашей работы, поскольку искусство Эйзенштейна в нем рассматривается сквозь призму религиозной проблематики. Фрейлих выделяет единую пронизывающую все творчество Эйзенштейна тему -жертвоприношения.

Третий период исследований творчества Эйзенштейна начинается с 90-х гг. ХХ в. - до настоящего времени. Очередной поворотный момент в изучении наследия Эйзенштейна наступает со сменой политического курса в стране. Новые политические веяния способствуют формированию оригинального взгляда не только на советский период истории, но и на роль кинематографа в советском

13Фрейлих С.И. Киноискусство: теория и практика. - М.: Академический проект; Трикста, 2016. С

социуме. На данном этапе география исследований расширяется, применяются инновационные подходы к анализу творчества Эйзенштейна. Выделяются пять категорий исследований: с точки зрения пропаганды, с точки зрения деидеологизированного взгляда на историю, с точки зрения эстетики, с позиции профессиональных дисциплин, а также с точки зрения религии.

Пропагандистское направление в исследовании кинематографа Эйзенштейна все еще сохраняет свою актуальность на данном этапе, однако, сама тональность публикаций меняется. Тему начинают рассматривать в контексте широкого круга этико-философской проблематики. Авторитетный британский советолог, профессор Лондонского Университета, Д. Хоскинг, рассуждая о новом патриотизме, возникшем в 30-е годы в СССР, называет его «этатическим» и в качестве примера приводит фильм Эйзенштейна «Александр Невский»14. Хоскинг акцентирует особое внимание на реактуализации истории посредством сконструированного кино нарратива. Автор имплицитно подтверждает нашу концепцию периодизации творчества Эйзенштейна в соответствии с двумя типами квазирелигий : марксизмом и этатизмом. Известный американский славист, профессор Университета Чикаго Р. Берд15 приходит к выводу, что кинематограф Эйзенштейна следует отнести к направлению политического романтизма, занимающегося эстетизацией политики, будучи лишенным этического содержания. Философ и славист Стокгольмского Университета Х. Левгрен рассматривает творчество Эйзенштейна сквозь призму кинематографической аллегоризации истории16. Д. Ньюбергер, профессор истории в Техасском Университете, специалист по политике искусств, утверждает, что «Эйзенштейн постоянно возвращался к роли политики и истории в культуре, потому что никогда

17

не переставал рассматривать искусство с марксистских позиций»

14Hosking G. Rulers and victims. The Russians in the Soviet Union. Cambridge, MA, London: Belknap Press, Harvard University Press, 2006. P

15Берд Р. Символизм после символизма / отв. ред., сост., предисл. Е.А. Тахо-Годи; послесл. М. Вахтель. - СПб.: Нестор-История, 2022. С

16Эйзенштейн для XXI века: сборник статьей / ред. - сост. Н.И. Клейман. - М.: Музей современного искусства «Гараж». С

17Там же. С

Новое направление в изучении наследия Эйзенштейна предполагает иное прочтение истории, свободное от примата идеологии, что представлено в работах : М. О' Махоуни18, Э. Шмулевич19, Д. Бордуэлла20.

Следующая категория исследований подходит к кинематографу Эйзенштейна с позиции эстетики: Вячеслав Всеволодович Иванов21, М. Ямпольский22, А. Акерман23, О.Булгакова24, Л. Арсенюк25.

В данный период появляются принципиально новые подходы к анализу творчества Эйзенштейна, предполагающие формат междисциплинарных исследований : Ю. Васильева,26 А. Хедберг-Оленина27, М. Куничика28, О. Булгакова29, М. Оливеро 30. Наиболее новаторской в данном направлении исследований стала работа Валерия Подороги «Второй экран. Сергей Эйзенштейн и кинематограф насилия. Зеркальная подпорка. Материалы к психобиографии» в 2-х томах31, в которой философ подходит к анализу творчества Эйзенштейна с позиций психоанализа.

На данном этапе начинают проводиться отдельные исследования религиозных аспектов в кинематографе Эйзенштейна. В 2000 году выходит первое

18О' Махоуни М. Сергей Эйзенштейн. - М.: Ад Маргинем Пресс,

19Шмулевич Э. Иван Грозный и Сталин: макиавеллиевское прочтение истории // Киноведческие записки. Вып

20Bordwell D. The Cinema of Eisenstein. Cambridge, Mass: Harvard University Press,

21Иванов В.В. Эстетика Сергей Эйзенштейна. - М.: Академический проект,

22Ямпольский М.Б. Ловушка для льва. Модернистская форма как способ мышления без понятий и «больших идей». - СПб.: Сеанс, 2020. С

23Эйзенштейн для XXI века // ред., сост. Н.И. Клейман. - М.: Garage, 2020. С

24Булгакова О. Фабрика жестов. - М.: Новое литературное обозрение,

25Там же. С

26Эйзенштейн для XXI века: сборник статьей / ред. - сост. Н. И. Клейман. - М.: Музей современного искусства «Гараж». С

21 Хедберг-Оленина А. Психомоторная эстетика: движение и чувство в литературе и кино начала ХХ века / Ана Хедберг-Оленина; пер. с англ. А. Баженовой-Сорокиной, А. Коваловой и

А. Хедберг-Олениной. - М.: Новое литературное обозрение,

28Эйзенштейн для XXI века: сборник статьей / ред. - сост. Н. И. Клейман. - М.: Музей современного искусства «Гараж». С

29Там же. С

30Там же. С

Ъ1Подорога В. Второй экран. Сергей Эйзенштейн и кинематограф насилия. Т. 1. Зеркальная подпорка. Материалы к психобиографии. - М.: BREUS.

издание Христианского кинословаря, в котором уделено заметное место кинематографу Эйзенштейна. Там говорится, что фильм «Броненосец Потемкин» «открывает религиозную тему в творчестве С. Эйзенштейна, который станет крупнейшим ее представителем в советском кино 20-х-40-х годов. Подвергая христианство критике, режиссер между тем в ряде своих фильмов ("Старое и новое", "Да здравствует Мексика!", "Иван Грозный") уделял много внимания тщательному воспроизведению религиозных обрядов, а в своих теоретических трудах постоянно интересовался христианским искусством и религиозным культом, как мощными средствами воздействия на сознание и подсознание верующих[...]Кинематограф видится ему в последние годы жизни потомком религиозного искусства»32. Особого упоминания в кинословаре удостаивается фильм «Октябрь», в котором «для критики христианства С. Эйзенштейн использует приемы изобретенного им "интеллектуального кино"». В частности, анализируется «кинофраза "боги", в которой режиссер редуцирует "барочного Христа" к первобытному идолу ("низводит идею Бога к чурбану", по выражению самого С. Эйзенштейна) и таким образом как бы магически развенчивает

33

христианство ».

Статья Ю. Богомолова «По мотивам истории советского кино», вышедшая в печати в 1990 г., трактует основные образы фильма «Броненосец Потемкин» в соответствии с христианской символикой, определяя фильм как «евангелие от Эйзенштейна»34. Тему продолжают исследования ведущего эйзенштейноведа Наума Клеймана : «Трещина проходит через человека»35, в которой изучаются библейские аллюзии в фильмах Эйзенштейна. В монографии «Этюды об Эйзенштейне и Пушкине» Клейман вновь обращается к христианским мотивам в фильмах режиссера. «При съемке эпизода "Покаяния" этот мотив станет одним из центральных - он выявит, сколь мал и слаб всемогущий московский

32Христианский кинословарь. 1909-1999. - М.: Госфильмфонд России, 2000. С

33Там же. С

34Там же. С

35Клейман Н.И. Трещина проходит через человека. Rigas laiks. Русское издание. 2012. № 1-2. (Весна).

Самодержец перед Вседержителем, и сколь далеко зашел в своем грехе "богоподобия" - швырнул в Бога посох и стал подобием Люцифера»36. Видный теоретик кино, профессор Чикагского Университета, Ю. Цивьян анализирует христианские источники сцены «Пещное действо» из второй части «Ивана Грозного»37. По мнению киноведа Л. Зайцевой, наличие христианских аллюзий в творчестве Эйзенштейна обусловлено мифотворческим характером его кинематографа. «Библейский мотив оказался не только в основании замысла, но целиком определил художественно-образное его воплощение С. Эйзенштейном в картине о личности и судьбе Ивана Грозного. Режиссер разработал целую систему ликов святых[.]Начиная с "Бежина луга", эти мотивы режиссер основательно и детально осмысливал как способ мифологизации

38

в киноискусстве»

В монографии «Судьба броненосца» О. Булгакова сравнивает религиозный опыт Уильяма Джеймса с опытом Эйзенштейна, полученным от искусства39. Целый ряд исследователей отмечают секулярный характер религии в фильме Эйзенштейна «Александр Невский». «То ли христианство еще не прижилось здесь, то ли уже ушло в прошлое. Эта трансформация христианского агиографического нарратива в осовремененный вождистский нарратив ХХ в., имела важные последствия для создаваемого Эйзенштейном "биографического" жанра»40.

В статье доктора искусствоведения Х. Шлегеля «Икона и кинообраз» говорится об отголосках византийского понимания изображения в советском

36Клейман Н. Этюды об Эйзенштейне / Наум Клейман. - М.: Музей современного искусства «Гараж», 2022. С

37Эйзенштейн для XXI века: сборник статьей / ред. - сост. Н.И. Клейман. - М.: Музей современного искусства «Гараж». С

38 Зайцева Л.А. Киноязык: опыт мифотворчества: монография / Л. А. Зайцева. - М.: ВГИК, 2011. С

39Булгакова О. Судьба броненосца: Биография Сергея Эйзенштейна / Оксана Булгакова; [пер. с англ. А. Скидана, под. ред. Я. Левченко]. - СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2017. C

40Добренко Е. Музей революции: советское кино и сталинский исторический нарратив. - М.: Новое литературное обозрение, 2008. С. 129. Уленбрух Б. Инсценировка мифа: О фильме С. Эйзенштейна «Александр Невский» // Советское богатство: Статьи о культуре, литературе и кино. BordwellD. The Cinema of Eisenstein. Cambridge, Mass: Harvard University Press, 1993. Taylor R. Film Propaganda: Soviet Russia and Nazi Germany. L.: I. B. Tauris,

кинематографе. «Эйзенштейн использовал "обратную перспективу" в своем фильме "Бежин луг" (1936-1937), в котором, помимо всего прочего, речь идет и о конкретном демонтаже икон как демонстративного акта секуляризации: из-под "ризы", сверкающего одеяния иконы, выглядывают теперь вместо ликов святых лица крестьян, "новых господ и святых" эпохи мирского освобождения»41. Н. Григорьева причисляет Эйзенштейна к деятелям мистического кинематографа. «Эйзенштейн соединяет в фигуре царя величие правителя - "вотчинника" и священное - Иван Грозный ощущает себя на протяжении фильма медиумом воли Божьей.[...]Эйзенштейн, построивший свой поздний фильм на репрезентации сакрального, "Иван Грозный" начинается с богослужения»42. Кроме того, об «одержимости сакральным» Эйзенштейна пишет авторитетный французский исследователь Бартелеми Аменгуаль43.

В статье «Архетипы православного мессианизма в русском кино» доктор философских наук, профессор Н. Хренов выделяет эсхатологические мотивы в фильме «Октябрь»44. Британская исследовательница Р. Бартлетт прибегает к философско-богословскому наследию Павла Флоренского для интерпретации творчества Эйзенштейна45.

Достаточна показательна и типична ситуация, демонстрирующая исследовательский тупик, которой делится с читателями на страницах учебного пособия для студентов ВГИКа доктор искусствоведения, профессор ВГИКа, Лидия Зайцева : «Озадачивает, однако, что С. Эйзенштейн, агрессивный атеист по убеждениям, сообщил драматическим событиям мифологический подтекст, спроецировав реальную историю на библейскую легенду об Исааке и Аврааме -о принесении в жертву отцом собственного сына. Для этого он предложил целую систему сопоставлений событийного материала, максимально приблизивших

41Киноведческие записки. 2010. № 97. С. 9 и Киноведческие записки 2001. №

42Григорьева. Н. Мистерии (пост)тоталитаризма. (Вне)храмовые действа в искусстве советской

эпохи и их позднейшее эхо. - СПб.: Издательский дом «Петрополис», 2023. С

43AmengualB. Que viva Eisenstein! Lausanne, 1980. P

44Киноведческие записки. 2007. № 82. С

45Eisenstein at 100: a reconsideration. New Brunswick, N. J.: Rutgers University Press, 2001. P

трагическую историю Павлика к одному из сюжетов христианской религии»46. Эту тему исследует также Чарльз Гальперин47.

Итак, как следует из представленного обзора, по интересующей нас теме в отношении религиозных аспектов в творчестве Эйзенштейна на данный момент работ нет. Статьи, затрагивающие данную тематику, как правило, носят разрозненный, фрагментарный, не систематизированный характер.

В 2000 году Александром Федоровских была защищена диссертация по философии на тему «Трансформация сакрального и профанного в обществе : миф-религия-идеология»48.

Данная работа ставит перед собой задачу восполнить эту исследовательскую лакуну.

Объект исследования: сакральное и профанное в творчестве Эйзенштейна.

Предмет исследования: квазирелигиозный модус репрезентаций сакрального и профанного в творчестве Эйзенштейна.

Цель исследования: изучение квазирелигиозных аспектов творчества Эйзенштейна.

Задачи исследования:

1. Систематизировать концепции квазирелигии в европейском религиоведении и русской религиозной мысли.

2. Проанализировать творчество Эйзенштейна с точки зрения феноменологии сакрального.

3. Выявить квазирелигиозные аспекты, характерные для творчества Эйзенштейна.

4. Исследовать трансформацию истории в миф у Эйзенштейна.

46Зайцева Л.А. Киноязык: опыт мифотворчества: монография / Л. А. Зайцева. - М.: ВГИК, 2011. С

41Halperin J.C. The Atheist Director and the Orthodox Tsar Sergei Eisenstein's Ivan the Terrible // Revue des études slaves. 2017. LXXXVIII-3. P

48Федоровских А. Трансформация сакрального и профанного в обществе: миф-религия-идеология. Диссертация на соискание степени кандидата философских наук: 09.00.11 / А. Федоровских. - Екатеринбург:

5. Выявить религиозные функции секулярных мифов в фильмах Эйзенштейна.

6. Определить значение мифа в искусстве Эйзенштейна.

Методология исследования. Данное исследование носит междисциплинарный характер. Этим обстоятельством обусловлен выбор многообразных методов анализа: феноменологического, исторического, компаративного, структурно-семиотического, культурологического. В частности, с помощью феноменологии Священного Рудольфа Отто исследуются переживания секулярного святого, реконструируемые кинематографом Эйзенштейна (подробно об этом во второй главе). Феноменологический метод Мирча Элиаде, представляющий сакральные архетипы архаического общества, применяется в ходе анализа трансформации истории в миф в кинематографе Эйзенштейна. Кроме того, посредством феноменологии различных аспектов мифа, представленной у Элиаде, изучается сакральность и функциональность мифа в искусстве Эйзенштейна (подробно об этом в третьей главе). Феноменологический подход Пола Шредера, апробирующего в религиоведческих исследованиях кинематографа трансцендентальный стиль, экстраполируется на искусство Эйзенштейна с целью установления механизма сакрализации (подробно об этом в третьей главе). Исторический метод позволяет рассматривать интересующие феномены в контексте конкретной исторической эпохи (20-40 гг. ХХ в). Структурно-семиотический метод активно применяется для анализа квазирелигиозных аспектов в искусстве Эйзенштейна. К примеру, с его помощью марксизм рассматривается сквозь призму творчества Эйзенштейна как социальное, политическое, культурное явление, формирующее квазирелигиозные смыслы, которые впоследствии обретают устойчивость, превращаясь в мифы. Структурно-семиотический метод применяется и в интерпретации знаков в искусстве Эйзенштейна. В особенности он задействуется в работе для экспликации христианских источников: текстов, символов, сюжетов, мифов, обнаруживая в искусстве Эйзенштейна скрытые формы инверсии. Посредством этого метода также устанавливается прямая корреляция между знаком и его рефлексообразным

воздействием на зрителя. К примеру, кадр с алым флагом из фильма «Броненосец Потемкин» работает как цветовой рефлекс, что выявляет скрытый механизм воздействия, с помощью которого утверждается образ пролетариата - народа как жертвенного сообщества ( подробно об этом во второй и третьей главах). В работе активно используется культурологический метод. С его помощью фильмы Эйзенштейна изучаются в контексте исторических, политических, социологических, философских факторов. К примеру, анализу фильма «Стачка» предшествует изучение предыстории стачечного движения в Европе, вызвавшего волну критических произведений, без разбора, интерпретации и учета которых фильм остался бы не понятным в рамках интересующей нас темы. Культурологический метод находит применение в интерпретации образов Эйзенштейна в контексте национального культурного кода. К примеру, трактовка образов Ада и Рая в фильмах Эйзенштейна была бы не полной, не верной без учета концепции бинарных моделей русской культуры Лотмана-Успенского. В рамках культурологического метода часто применяется интердисциплинарность, где для анализа фильма Эйзенштейна используются данные сразу нескольких дисциплин. К примеру, для анализа фильма «Иван Грозный» было задействовано множество областей знаний : исторической, религиоведческой, богословской, социологической, философской, искусствоведческой и др. Культурологический метод позволяет осмыслить феномен коллективного бессознательного как культурного бессознательного, что демонстрирует власть созданной кинематографом Эйзенштейна тоталитарной мифологии над умами общества (метод применяется во второй и третьей главах).

Междисциплинарный подход предполагает использование в работе следующих концепций : антропологии (Л. Леви-Брюль), психологии религии (У. Джеймс), современного российского религиоведения (И. Давыдов, С. Зенкин, И. Тульпе), социологии религии (Ж. Батай, П. Бергер, Э. Дюркгейм, Т. Лукман, М. Мосс), теологии (Д. Милбанк), феноменологии религии (И. Вах, Р. Отто, П. Тиллих, П. Шредер, М. Элиаде), философии религии (Р. Жирар, В. Шохин). А также других гуманитарных дисциплин: искусствоведения (Г. Зедльмайр,

М. Ферингер, М. Эпштейн), киноведения (Н. Клейман, Э. Уиддис), культурологии (С. Аверинцев, Б. Успенский, Й. Хейзинга, Н. Хренов), литературоведения (М. Бахтин, В. Шкловский), психологии (Л. Выготский, А. Лурия), психоанализа (К. Юнг), рефлексологии (В. Бехтерев, И. Павлов), семиотики (В. Иванов, Ю. Лотман), социологии (М. Вебер, К. Манхейм, Ж. Сорель, П. Сорокин), теории мифа (Дж. Кэмпбелл, Кессиди, К. Леви-Стросс, Лосев), русской философии (Н. Бердяев, С. Булгаков, В. Иванов, П. Новгородцев, П. Струве, Е. Трубецкой), западно-европейской философии (В. Беньямин, Т. Гоббс, К. Маркс, Ф. Ницше), эстетики (Э. Лессинг, В. Подорога) и др. Эта многообразная оптика позволяет взглянуть на творчество Эйзенштейна под различными ракурсами, увидеть его не только с эстетической точки зрения как предмет искусства, но в более глобальном масштабе социального конструирования реальности и человека.

Важное место в исследовании занимает семиосферический метод, разработанный в виде концепции советским семиотиком Юрием Лотманом. Семиосфера имеет асимметричную структуру, состоящую из ядра и периферии. В ходе нашего исследования творчество Эйзенштейна будет помещено в центр семиосферы, тогда как на периферии будут располагаться значимые для анализа творчества режиссера темы: квазирелигий, марксизма, этатизма, сакрального, профанного, атеизма, модерна, авангарда, отношений религии и искусства в советское время.

Научная новизна исследования. Впервые в изучении творчества Эйзенштейна его искусство рассматривается в рамках квазирелигиозной проблематики. Творчество Эйзенштейна в рамках данной работы делится на два периода : ранний и поздний в соответствии со свойственной каждому из них модификацией квазирелигии.

Впервые творчество Эйзенштейна изучается сквозь призму феноменологии сакрального и концепции Священного Рудольфа Отто.

Впервые доказывается мифотворческий, мифоритуальный и функциональный характер кинематографа Эйзенштейна.

Впервые доказывается наличие секулярных и постсекулярных квазирелигиозных гибридов в творчестве Эйзенштейна.

Впервые творчество Эйзенштейна рассматривается в контексте феномена атеистического фидеизма.

Впервые искусство Эйзенштейна репрезентируется как аналог вытесненной из публичного пространства религии.

Впервые в практике междисциплинарных исследований в научный оборот вводится семиосферический метод, основанный на концепции Юрия Лотмана. Основные положения исследования, выносимые на защиту:

1. Всесторонний религиоведческий анализ произведений Эйзенштейна выявил наличие квазирелигиозной проблематики, позволяющей утверждать, что творчество Эйзенштейна носит квазирелигиозный характер и делится на два периода в соответствии с классификацией квазирелигий Ваха: на ранний период (1923-1937) по принципу доминирования в нем марксизма как квазирелигии и поздний (1938-1948) по принципу доминирования в нем этатизма как квазирелигии.

2. Для творчества Эйзенштейна характерно наделение имманентных объектов священным содержанием. К атрибутам сакрализации в искусстве Эйзенштейна относятся : феномен сакрального насилия (на раннем этапе творчества) и феномен сакральной власти (на позднем этапе).

3. Советское общество рождает новые коллективные формы сознания, для апелляции к которым требуются актуальные типы кино нарратива. Сакрализация политической сферы в искусстве Эйзенштейна ведет к мифологизации истории, позволяющей констатировать, что в кинематографе Эйзенштейна происходит трансформация истории в миф.

4. В своем творчестве Эйзенштейн конструирует ряд квазирелигиозных мифов, которые характерны для обоих периодов творчества режиссера: о Революции как исходном космологическом акте, о повторяющемся «золотом веке», о новом человеке, о мессианстве пролетариата, о русском Христе, о Царствии Божьем на земле.

5. Для указанных секулярных мифов в творчестве Эйзенштейна характерна квазирелигиозная функциональность. В процессе исследования нами были установлены некоторые функции упомянутых мифов: аксиологическая, повествовательная, сакральная, порождающая, космизирующая, ритуально-гносеологическая, реактуализирующая и др., что демонстрирует претензии секулярного квазирелигиозного мифа, созданного кинематографом Эйзенштейна, на доминирование в социуме в исконной для религии интегрирующей общество роли.

6. Творчеству Эйзенштейна свойственно наличие секулярных и постсекулярных гибридов, состоящих из религиозных и квазирелигиозных элементов.

7. Симулятивная модель религиозности, характерная для феномена «атеистического фидеизма», раскрывается в кинематографе Эйзенштейна посредством строительства атеистической Церкви: создания нового варианта Священного Писания, Предания, мартиролога мучеников революции, агиографии революционных страстотерпцев, утверждения новых канонов иконографии.

8. Проанализировав творчество Эйзенштейна с помощью шкалы оценок религиоподобных явлений, составленной на основании мнений англоязычных и русскоязычных авторов, мы пришли к выводу, что оно ближе всего к наиболее радикальной оценке марксизма как псевдорелигии по Ваху (и, в меньшей степени, квазирелигии по Тиллиху, ср. аналогичные оценки Булгакова и Струве), что дает основание рассматривать искусство великого режиссера как разновидность антропотеизма.

9. Присвоивший себе религиозные функции кинематограф Эйзенштейна представляет собой утопический проект преображения мира посредством искусства, продолжающий традиции русского символизма.

Теоретическая и практическая значимость исследования связана с открытием новых форм соотношения сакрального и профанного.

Междисциплинарность работы позволяет применять подобную методологию для религиоведческого анализа, что в дальнейшем может стать актуальной формой религиозных исследований.

Практическая значимость заключается в использовании результатов исследования в рамках разработки учебных курсов по проблемам изучения репрезентаций религии в кинематографе, в учебных курсах по семиотике культуры, в междисциплинарных проектах по изучению современной религиозной и светской культуры.

Результаты исследования представляют прикладную значимость в рамках учебного курса «Религия и кинематограф», рассчитанного на магистров религиоведения (ПСТГУ).

Выводы исследования обладают практической релевантностью для междисциплинарных лекционных курсов на тему религиозных аспектов в искусстве кинематографа, и будут использованы в авторском цикле лекций «Христианство и кинематограф», регулярно проходящем в публичной библиотеке им. Н. Федорова.

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Сакральное и профанное: квазирелигиозный модус творчества С.М. Эйзенштейна»

Структура работы

Диссертация состоит из введения, трех глав, разделенных на параграфы, заключения и библиографического списка.

Апробация работы

Основные выводы и положения были изложены в докладах и выступлениях на 13 научных конференциях, в том числе 6 международных:

1. Доклад «Сергей Эйзенштейн: Пересотворение человека» (Библиотека №180 имени Н. Ф. Федорова). Москва, 28 августа 2021 г49.

2. Доклад «Символический универсум Эйзенштейна» в рамках Всероссийской конференции с международным участием «Исследования религии: прошлое, настоящее, будущее» (ПСТГУ, РГГУ при поддержке Русского

49Информация о докладе «Сергей Эйзенштейн: Пересотворение человека». [Электронный ресурс]. Режим доступа:

http://nffedorov.ru/wiki/2021_%D0%B3%D0%BE%D0%B4,_%D0%B0%D0%B2%D0%B3%D1%8 3%Б1%81%Б1%82

религиоведческого общества, журнала «Религиоведческие исследования» и «Studia Religiosa Rossica: научный журнал о религии»). Москва, 22-23 октября 2021 г. (онлайн).

3. Доклад «Проблема зла в кинематографе Эйзенштейна» в рамках Международнаой научной конференции «Алешинские чтения-2021» (РГГУ, философский факультет). Москва, 09-11 декабря 2021 г. (онлайн)50.

4. Доклад «Христианские аллюзии в творчестве Эйзенштейна» в рамках VI Международной научной конференции «Библейские и литургические темы и образы в искусстве Востока и Запада: диалог культур, традиция и современность» (РГГУ, МДА). Москва, 22-23 декабря 2021 г. (онлайн)51.

5. Доклад «Сакральное и профанное в позднем периоде творчества Эйзенштейна» в рамках VIII Российского философского конгресса (Российское философское общество, Философский факультет МГУ имени М.В. Ломоносова, Институт философии РАН). Москва, 26-27 мая 2022 г. (онлайн)52.

6. Доклад «И. Лойола и К. Станиславский в интерпретации Эйзенштейна» в рамках Всероссийской конференции с международным участием «Исследования религии: прошлое, настоящее, будущее» (ПСТГУ, РГГУ при поддержке Русского религиоведческого общества, журналов «Религиоведческие исследования» и «Studia Religiosa Rossica: научный журнал о религии»). Москва, 27-28 мая 2022 г.

(онлайн)53.

50Информация о докладе «Проблема зла в кинематографе Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа:

https://www.rsuh.ru/upload/main/ff/%D0%90%D0%BB%D0%B5%D1%88%D0%B8%D0%BD%D1 %81%D0%BA%D0%B8%D0%B5_%D1%87%D1%82%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F_202 1.pdf?ysclid=mbxs1pakf833698877

51Информация о докладе «Христианские аллюзии в творчестве Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа:

https://www.rsuh.ru/upload/press/docs/%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B0% D0%BC%D0%BC%D0%B0-

%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D 1%84%D0%B5%D 1%80%D0%B5%D0%BD%D 1%86%D0%B8 %D0%B8-22-23 -2021 -2%D0%B 1%D0%B8%D0%B 1%D0%BB .pdf

52Информация о докладе «Сакральное и профанное в позднем периоде творчества Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://pureportal.spbu.ru/files/95242072/_VIII_.pdf

53Информация о докладе «И. Лойола и К. Станиславский в интерпретации Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://rro.org.ru/wp-content/uploads/2022/05/Issledovanija-religii-2022-TEZISY.pdf

7. Доклад «Messianism and History» (European Academy of Religion, FSCIRE). Italy, Bologna, 23 июля 2022 г. (онлайн).

8. Доклад «Марксизм как религиозное учение в понимании Бердяева и в творчестве Эйзенштейна» в рамках Международной конференции «Русская философия ХХ века и ее вклад в мировую интеллектуальную традицию» к 100-летию«Философскогопарохода» (Институт философии Российской академии наук при поддержке МГУ им. М. В. Ломоносова, СПбГУ, Библиотеки «Дом А. Ф. Лосева», ДРЗ им. А. И. Солженицына, РГАСПИ, МГПУ, РГПУ им. А. И. Герцена, ДФУ, РХГА, ЮФУ, БФУ им. И. Канта, НИУ БелГУ, МЛРИД НИУ ВШЭ). Москва, 27-30 сентября 2022 г54.

9. Доклад «Марксизм как религия в интерпретации Бердяева и Эйзенштейна»в рамках V Конгресса РРО «Религия a priori и a posteriori» (РРО, ПСТГУ, Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта при поддержке журнала «Религиоведческие исследования»). Калининград, 14-15 октября 2022 г. (онлайн).

10. Доклад «Библейские сюжеты в интерпретации Эйзенштейна» в рамках VII Международной научной конференции «Библейские и литургические темы и образы в искусстве Востока и Запада: диалог культур, традиция и современность» (РГГУ, МДА). Москва, 26-27 декабря 2022 г. (онлайн)55.

11. Доклад «Мессианские проекции марксизма в контексте квазирелигиозной проблематики» в рамках студенческой богословской конференции в ПСТГУ (ПСТГУ). Москва, 01 апреля 2023 г56.

54Информация о докладе «Марксизм как религиозное учение в понимании Бердяева и в творчестве Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://iphras.ru/page19477750.htm

55Информация о докладе «Библейские сюжеты в интерпретации Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://mpda.ru/wp-content/uploads/2023/01/programma-konferencii-2022.pdf

56Информация о докладе «Мессианские проекции марксизма в контексте квазирелигиозной проблематики». [Электронный ресурс]. Режим доступа:

https://pstgu12.alekcandrina.ru/faculties/theological/science/conferences/inye-konferentsii/ezhegodnaya-studencheskaya-konferentsiya-bf-pstgu-v-subbotu-akafista/

12. Доклад «Феномен сакрального насилия в секулярном искусстве Сергея Эйзенштейна: образы ада и рая в «Революционной трилогии» в рамках VII Конгресса Русского религиоведческого общества «Религиоведческое знание и современность» (Русское религиоведческое общество, Уральский федеральный университет имени первого президента России Б.Н. Ельцина, Свердловская областная универсальная научная библиотека имени В.Г. Белинского и Министерство культуры Свердловской области). Екатеринбург, 18-19 октября 2024

г. (онлайн)57.

13. Доклад «Феномен сакрального насилия в секулярном искусстве Сергея Эйзенштейна: образы ада и рая в «Революционной трилогии» в рамках IX Международной научной конференции «Библейские и литургические темы и образы в искусстве Востока и Запада: Диалог культур, традиция и современность» (РГГУ, МДА). Москва, 24-25 декабря 2024 г. (онлайн)58.

Материалы исследования нашли свое отражение в научных публикациях, в том числе, входящих в Перечень российских рецензируемых научных журналов, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученых степеней доктора и кандидата наук. Полученные в диссертации научные результаты представлены в 6 научных публикациях общим объемом 114 п. л., том числе в 5 статьях, опубликованных в изданиях ВАК.

Статьи, опубликованные в рецензируемых научных журналах и изданиях:

Статьи из списка ВАК:

57Информация о докладе «Феномен сакрального насилия в секулярном искусстве Сергея Эйзенштейна: образы ада и рая в «Революционной трилогии». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://rro.org.ru/wp-content/uploads/2024/10/VII-Kongress-Programma.pdf

58 Информация о докладе «Феномен сакрального насилия в секулярном искусстве Сергея Эйзенштейна: образы ада и рая в «Революционной трилогии». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.ais-art.ru/?view=article&id=6799:vyshel-v-svet-vypusk-no-4-35-2024-zhurnala-iskusstvo-evrazii&catid=776&ysclid=mbxsy0lirz799689200

1. До Егито Т. М. Сакральное и профанное в позднем периоде творчества С.М. Эйзенштейна: 1940-1946 гг. // Studia Religiosa Rossica. 2020, № 2. С. 86-119.

https://srr.rsuh.ru/jour/article/view/19/0

2. До Егито Т. М. С. Эйзенштейн в контексте религиозно-философских дискуссий ХХ1 в. Рецензия на книгу: Эйзенштейн для XXI века // Studia Religiosa Rossica: научный журнал о религии. 2021, № 4. С.131-137.

https:// srr.rsuh.ru/j our/article/view/138

3. До Егито Т. М. Игнатий Лойола и Константин Станиславский в интерпретации Сергея Эйзенштейна: от мистического экстаза до монтажа // Вестник ПСТГУ, Серия I: Богословие. Философия. Религиоведение, 2022. Вып. 103. С. 87-107.

https://periodical.pstgu.ru/ru/series/issue/1/103/article/7945

4. До Егито Т. М. Подходы к исследованию марксизма в европейском религиоведении и в русской философии Серебряного века // Труды кафедры богословия. Научный журнал Санкт-Петербургской Духовной Академии Русской Православной Церкви. 2023, №3(19). С. 138149.

https://cyberleninka.ru/article/n/podhody-k-issledovaniyu-marksizma-v-evropeyskom-religiovedenii-i-v-russkoy-filosofii-serebryanogo-veka?ysclid=m89z691kig345345284

5. До Егито Т. М. К феномену сакрального насилия в секулярном искусстве Сергея Эйзенштейна: Образы ада и рая в «революционной трилогии» // Вестник ПСТГУ, Серия I: Богословие. Философия. Религиоведение. 2024. Вып. 116. С. 89-113.

https://periodical.pstgu.ru/ru/series/issue/1/116/article/8548 Без индексации:

До Егито Т. Особенности репрезентации библейских и литургических текстов в кинематографе С. М. Эйзенштейна // Библейские и литургические темы и образы в искусстве Востока и Запада: от слова к образу / Отв. ред. Е. А. Хрипкова, А. В. Марков. М.: РГГУ, 2022.

Конкурс студенческих работ:

Тема работы: Сакральное и профанное в творчестве С. М. Эйзенштейна в рамках конкурса студенческих научных работ «Исследование религии-2021» (Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова, философский факультет). Москва, 19 февраля 2022 года.

1. КОНЦЕПЦИИ КВАЗИРЕЛИГИОЗНОСТИ В ЕВРОПЕЙСКОМ И РОССИЙСКОМ РЕЛИГИОВЕДЕНИИ59

Поскольку фокус данного исследования направлен на анализ квазирелигиозного модуса в искусстве Эйзенштейна, представляется необходимым поместить творчество режиссера в контекст дискуссий о религиоподобных явлениях. Многие эйзенштейноведы отмечают тесную связь кинематографа режиссера с марксизмом. Для корректной оценки этого явления в творчестве Эйзенштейна следует установить статус марксизма, выявить его характерные черты. По мнению авторитетного британского религиоведа, профессора Тревора Линга (1920-1995), «невозможно игнорировать внушительный корпус литературы, разделяющей мнение о религиозной природе марксизма»60. В данном разделе представлен широкий спектр интерпретаций марксизма, сделанных отечественными и зарубежными религиоведами, теологами, философами. Квазирелигиозные проекции марксизма в кинематографе Эйзенштейна являются доминирующими на раннем этапе творчества кинорежиссера (подробно об этом во второй главе).

Задаваясь вопросом о статусе марксизма, многие ученые как на Западе, так и в России неоднократно отмечали присущий ему квазирелигиозный характер. Полемика вокруг религиозных основ марксизма привела к необходимости более четкого разграничения религии от секулярных явлений, находящихся по другую сторону от нее. Религиовед Ксения Колкунова считает «важнейшим вопросом для теории и методологии религиоведения - проведение границы между религиозным и нерелигиозным»61.

В связи с этим встает вопрос о том, какое место занимает проблематика квазирелигий в классическом и современном религиоведении? В данной

59В основу данной главы были положены результаты статьи: До Егито Т.М. Подходы к исследованию марксизма в европейском религиоведении и в русской философии Серебряного века // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2023. № 3 (19). С. 1-12.

60Karl Marx and Religion: In Europe and India, London: Palgrave Macmillanб 1980. Р. 152.

61Колкунова К. Религиоподобные явления и сакральное // Южный полюс. Исследования по истории современной западной философии. Том 3(1), 2017. С. 49-61.

диссертации марксизм рассматривается в контексте многообразия концепций квазирелигиозности, начиная от классиков европейского религиоведения и теологии : Йоахима Ваха и Пауля Тиллиха до более приближенных к современности авторов : Джона Смита, Ниниана Смарта, Артура Грила и Дэвида Руди. Кроме того, отечественная религиозная традиция представлена философским анализом марксизма в работах мыслителей Серебряного века : Евгения Трубецкого, Николая Бердяева, Сергея Булгакова, Павла Новгородцева, Петра Струве и др. К анализу марксизма применяются два основных подхода : феноменологический (теологический) и социологический.

Высказывается гипотеза о синкретическом, гибридном характере марксизма как квазирелигии.

Теоретический материал данной главы представляет большую значимость для исследования творчества Эйзенштейна в квазирелигиозном аспекте, ибо демонстрирует непосредственную связь между интерпретациями марксизма (в особенности русскими философами Серебряного века) и квазирелигиозным модусом в кинематографе Эйзенштейна.

1.1 МОДЕЛИ КВАЗИРЕЛИГИЙ И. ВАХА И П. ТИЛЛИХА

Видные протестантские исследователи Йоахим Вах (1898 -1955) и Пауль Тиллих (1886-1965) относятся к родоначальникам дискуссии о квазирелигиях. Оба ученых принадлежали к традиции феноменологии религии : для Ваха, последователя идей Рудольфа Отто, Макса Шелера, Уильяма Джеймса, основополагающим было понятие религиозного опыта, тогда как для Тиллиха -веры. Характерно, что прежде, чем приступить к существу вопроса, они приводят оригинальные дефиниции традиционной религии. Вах определяет религию как состояние предельного соприкосновения с высшей реальностью (ultimate reality). Развивая эту мысль, Тиллих констатирует, что в результате подобного переживания человек обретает смысл жизни. Вопрос экспликации сущности религии не является формальным, он фундирован поиском предельного интереса (ultimate concern), который становится для Тиллиха основным критерием

различения религиозного/нерелигиозного. Так, отличительной особенностью квазирелигий Тиллих считает возведение ряда светских понятий в степень высшей реальности. Эта же мысль звучит у Ваха следующим образом: в квазирелигиях "человек соотносит себя не с предельной, но с некой конечной реальностью"62. Оба автора отмечают секулярный характер квазирелигий. По мнению Тиллиха, именно секуляризм заложил основы квазирелигий, которые превратились в «альтернативу старым традициям» («an alternative to the old traditions»)63.

Несмотря на общую близость позиций, они расходятся в понятийном аппарате. Чем отличается "псевдорелигия" (pseudo-religion) Ваха от "квазирелигии" (quasi-religion) Тиллиха? В первом случае термин раскрывается как обманчивое сходство "deceptive similarity", тогда как во втором - как истинное подобие "genuine similarity".

Необходимо отметить, что основной интенцией для дискурса о религиоподобных явлениях Тиллих считает глобальную угрозу, исходящую от квазирелигий в отношении "собственно религии" ("proper religion»). Это обнажает «теологический подход», лежащий в основе исследований квазирелигий, который в частности констатирует религиовед Ольга Михельсон64. Кроме того, свидетельствует о том, что на начальном этапе исследований квазирелигии воспринимались как некое отклонение от нормы - временное историческое явление в рамках традиционной конфессиональной (преимущественно христианской) парадигмы.

Как отмечалось ранее, в рамках теологического подхода к изучению марксизма Вах и Тиллих придерживаются разных установок. В первом случае с акцентом на религиозном опыте, во втором - веры. В сочинении Тиллиха, посвященного вопросам исповедания, есть глава : «Вера и динамика Священного»,

62 Wach J. The Comparative Study of Religions. New York, 1958.

63Tilich P. Christianity and the Encounter of the World Religions. Columbia University Press. 1963. P. 9.

64Михельсон О.К. От «псевдорелигии» и «квазирелигии» к «имплицитной религии». Теологизм в исследованиях современной религиозности // Вестник Орловского государственного университета. Серия Новые гуманитарные исследования. № 6 (41), 2014. С. 155-159.

в которой он, ссылаясь на работу Отто, вслед за ним отмечает амбивалентную природу Священного : mysterium fascinans et tremendum, что характерно для любой религии, ибо указанные свойства - суть проявления «предельного интереса». По мнению Тиллиха, Священное может манифестировать себя двойственным образом : как созидательное, так и разрушительное начало, что в его концепции соответствует двум типам веры : истинной и «идолопоклоннической». Тиллих причисляет марксизм к демоническому типу Священного со свойственной ему «идолопоклоннической верой», что дает право сделать вывод о том, что «у религии и квазирелигии есть общее основание - опыт святого, в котором квазирелигии акцентируют демонически-разрушительную сторону».65

К числу псевдорелигий Вах относит : марксизм, биологизм, популизм (расизм), этатизм. Комментируя классификацию Ваха, российский религиовед Андрей Забияко выделяет присущее марксизму своеобразие : "его (марксизма -Т. Д.) хилиазм и экономическая теория имеют явное сходство с религией; коммунизм трансцендирует материалистическое мировоззрение, облекая его в священные книги, догматы, ритуалы". 66 Тиллих выделяет характерные для квазирелигий феномены, наделяемые статусом высшего интереса: народ, науку, некоторую форму социума, высший социальный идеал. Вах и Тиллих классифицируют марксизм соответственно как псевдо и квазирелигию. Отмечая его характерные черты, Вах делает особый акцент на отождествлении индивидов с коллективом, а также на его утопическом характере. Тиллих выделяет социальный принцип в качестве доминирующего, что в рамках марксистской эсхатологии проявилось в сакрализации бесклассового общества (classless).

«Здесь движущим религиозным элементом, выраженным посредством христианского символа конца света или секулярно-утопической идеи «бесклассового общества» как исторической цели, выступает ожидание «нового порядка вещей» ("a new state of things"). Этот квазирелигиозный элемент,

65Забияко А.П. Теологические трактовки квазирелигий (концепции И. Ваха и П. Тиллиха) / А.П. Забияко // Проблема демаркации науки и теологии: современный взгляд. - М.: ИФРАН, РГГУ, 2008. С. 132.

66Там же. С. 130.

характерный для любой формы социализма, особенно резко проявляется в революционный период его развития; в эпоху побед коммунизма он приводит к подчинению личностей требованиям неоколлективистской системы»67.

В качестве источников марксизма Тиллих указывает на ветхозаветный профетизм и иудейское законничество.

Тиллих определяет марксизм как «власть идеологии» (rule of an ideology), с помощью которой осуществляется сакрализация и общественное самоутверждение (communal self-affirmation), выраженные как посредством религиозных, так и секулярных символов. Таким образом, немецкий теолог отмечает присущую марксизму корреляцию между идеологией и социальной легитимацией.

1.2 РЕЛИГИОЗНЫЕ ИНТЕРПРЕТАЦИИ МАРКСИЗМА РУССКИМИ ФИЛОСОФАМИ СЕРЕБРЯНОГО ВЕКА

Русская философия конца Х1Х века - начала ХХ века. также обращается к осмыслению марксизма в границах религиозного дискурса, однако, принципиально в иной плоскости по сравнению с западноевропейским религиоведением. Для традиции русской философии, онтологически связанной с метафизикой, постметафизикой, характерно смещение акцента с социально-политических вопросов на духовные аспекты, в которых проявилось влияние марксизма. В длительных диспутах между славянофилами и западниками формируются различные версии концепции национального мессианизма, порою граничащие с миссианством. Так, Евгений Трубецкой (1863 - 1920) полагал, что «русский национальный мессианизм всегда выражался в утверждении русского Христа, в более или менее тонкой русификации Евангелия»68. В романах Федора Достоевского ( 1821 - 1881) часто говорится об исключительной миссии русского народа, в частности, что он «на всей земле единственный народ-богоносец,

67Tillich P. Christianity and the Encounter of the World Religions. Columbia University Press. 1963.

68Русская идея / Сост. и авт. вступ. статья М.А. Маслин. - М.: Республика, 1992. С. 243.

грядущий обновить и спасти мир именем нового бога»69. В некоторых тезисах отчетливо заметен наметившийся антагонизм между национальным и вселенским мессианством. По мнению философа-богослова Сергея Булгакова (1871 - 1944), «нам, русским, ближе и доступнее именно наш русский Христос, Христос преп. Серафима и преп. Сергия, нежели Христос Бернарда Клервосского, или Екатерины Сиенской, или даже Франциска Ассизского»70. Семен Франк задается вопросом : «как и почему случилось, что народ [...], прозванный народом-богоносцем, стал народом нигилистом?»71.

Необходимо отметить, что революционная тема в русской культуре первой трети XX столетия осмыслялась в рамках эсхатологической и апокалиптической проблематики. Ощущая революционный настрой в обществе, Е. Трубецкой предупреждает о том, что «в идее «русского Христа в одинаковой мере извращается и образ Христов и русская национальная идея. [.] Увлечение Россией воображаемой помешало нам рассмотреть как следует Россию действительную и, что еще хуже, русскую национальную идею; духовный облик России хронически заслонялся фантастической грезой "народа-богоносца"»72. Е. Трубецкой отмечает утопичность мессианских ожиданий, свойственных русской культуре.

Как заключает Е. Трубецкой, «эпоха пробуждения и подъема религиозного сознания является вместе с тем и критическим периодом религиозных искушений и неслыханных доселе соблазнов. Враждебные религии силы делают все возможное, чтобы для себя использовать новые источники воодушевления, навести туман на мысль, овладеть воображением и обмануть религиозное искание»73.

По мнению Николая Бердяева (1874 - 1948), появление русского марксизма было обусловлено глубоким кризисом в кругах русской интеллигенции,

69Русская идея / Сост. и авт. вступ. статья М.А. Маслин. - М.: Республика, 1992. С. 244.

70Там же. С. 248.

71Из глубины: Сборник статей о русской революции / С.А. Аскольдов, Н.А. Бердяев, С. А. Булгаков и др. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990. С. 266.

72Русская идея / Сост. и авт. вступ. статья М.А. Маслин. - М.: Республика, 1992. С. 255.

73Из глубины: Сборник статей о русской революции / С. А. Аскольдов, Н. А. Бердяев,

С. А. Булгаков и др. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990. С. 252.

изменившем сами основы их мировоззрения. Русский путь с характерным для него поиском высшей истины, проявился амбивалентным образом : в виде нигилизма и

"74

апокалиптизма, что заложило основы «для смешений и подмен, для лжерелигий» . В то время, как русский атеизм демонстрировал апокалиптические признаки, русскому нигилизму были присущи «лжерелигиозные черты»75. Бердяев усматривал в этом явлении свойства «какой-то обратной религии»76.

Философ понимал марксизм прежде всего как «учение об избавлении, о мессианском призвании пролетариата, о грядущем совершенном обществе»77. Русский революционный социализм им мыслился как «царство Божие на земле», а русскую Революцию он причислял к «феноменам религиозного порядка», поскольку «она решает вопрос о Боге»78. По его мнению, пролетариат наследует «мессианские свойства избранного народа Божьего, он новый Израиль. Это есть секуляризация древнееврейского мессианского сознания»79. Марксу принадлежит авторство мифа о пролетариате, согласно которому «миссия пролетариата есть предмет веры. Марксизм не есть только наука и политика»- считает Бердяев, «он есть также вера, религия. И на этом основана его сила»80. Русский марксизм нуждался в собственном мифе. С этой целью исконный миф о народе подвергся трансформации, превратившись в миф о пролетариате. В процессе этого

мифотворчества произошло «отождествление русского народа с пролетариатом,

81

русского мессианизма с пролетарским мессианизмом» .

74Из глубины: Сборник статей о русской революции / С.А. Аскольдов, Н.А. Бердяев, С. А. Булгаков и др. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990. С. 64.

75Там же.

76Там же.

11 Бердяев Н. Истоки и смысл русского коммунизма / Николай Бердяев. - СПб.: Азбука-Аттикус, 2016. С. 113.

78Из глубины: Сборник статей о русской революции / С. А. Аскольдов, Н. А. Бердяев, С. А. Булгаков и др. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990. С. 65.

19Бердяев Н. Истоки и смысл русского коммунизма / Николай Бердяев. - СПб.: Азбука-Аттикус, 2016. С. 113.

80Там же. С. 116.

81Бердяев Н.А. Русская идея. Истоки и смысл русского коммунизма. Серия: Русская классика. - М.: АСТ, 2020. С. 105.

Пережив в юности увлечение марксизмом, Сергей Булгаков смог осмыслить личный опыт сквозь призму философской рефлексии об онтологии социализма. Булгаков относит марксизм к «религии человекобожия», религиозно-философские основы которой заложил Людвиг Фейербах (1804-1872). Булгаков определяет суть этой религии в формуле «homo homini Deus est»82, которая подразумевает, что «человеческий род есть бог для отдельного человека»83. По мнению Булгакова, она представляет собой псевдорелигиозный конструкт - «антропо-теизм», в котором антропология выступает в роли теологии84. Утверждая, что «социализм есть апокалипсис натуралистической религии человекобожия»85, Булгаков указывает, с одной стороны, на неоязыческие корни «религии человекобожия», с другой - на непосредственную связь социализма с иудейским хилиазмом86. «Социализм - это рационалистическое, переведенное с языка космологии и теологии на язык политической экономии переложение иудейского хилиазма[...].Избранный народ, носитель мессианской идеи, или, как позднее в христианском сектантстве, народ «святых», заменился «пролетариатом» с особой пролетарской душой и особой революционной миссией, причем избранность эта определяется уже не внутренним самоопределением как необходимым условием мессианского избрания, но внешним фактом принадлежности к пролетариату, положением в производственном процессе, признаком сословности»87. По мнению Булгакова, социализм представляет собой секуляризованную форму древне иудейского хилиазма, пронизанного обетованием земного рая.

Вместо мессии или Бога главенствующая роль в социализме отводится утопическому понятию - «безличному, в значительной мере мифологическому

82Булгаков С.Н. Религия человекобожия у Л. Фейербаха. [Электронный ресурс]. URL: https://azbyka.ru/otechnik/Sergij_Bulgakov/religij a-chelovekobozhij a-u-l-fej erbaha/

83Булгаков С.Н. Сочинения в двух томах. Том 2. Избранные статьи. - М.: Издательство «Наука», 1993. С. 176.

84Там же. С. 174.

85Там же. С. 424.

86 Там же.

87Булгаков С.Н. Сочинения в двух томах. Том 2. Избранные статьи. - М.: Издательство «Наука», 1993. С. 424-425.

абстракту, пантеистическому понятию «закона развития производительных сил», причем, однако, и он служит прежнюю службу - локомотива, который доставит исторический поезд из царства необходимости в царство свободы - 7икип1Маа1 в или столицу мировой Утопии»88.

Булгаков отмечает амбивалентность марксизма, духовной основой которого был атеизм, и который был нацелен на борьбу с религией, но при этом использовал для этой цели самые разнообразные формы. Его проявления могли быть как высокими - воплощение общественного идеала, так и низкими - непримиримость, классовая ненависть и тд.

Список литературы диссертационного исследования кандидат наук До Егито Тинатин Мерабовна, 2026 год

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Абрамов А.И. Пролеткульт // Новая философская энциклопедия. URL: https://iphlib.ru/library/collection/newphilenc/document/HASH01beef7cbe72acb 9aa2e9dbe

2. Автономова Н.С. Миф: хаос и логос // Заблуждающийся разум? Многообразие вненаучного знания / Отв. ред. и сост. И.Т. Касавин.

- М.: Политиздат, 1990.

3. Альтицер Т. Смерть Бога. Евангелие христианского атеизма.

- М.: Канон, 2010.

4. Андреева Л.А. Сакрализация власти в истории христианской цивилизации: Латинский Запад и православный Восток. - М.: Ладомир, 2007.

5. Аронсон О. Силы ложного. Опыты неполитической демократии.

- М.: Фаланстер, 2017.

6. Балаш Б. Кино: становление и сущность нового искусства. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://red--13.livejournal.com/28026.html

7. Батай Ж. «Проклятая часть»: Сакральная социология : Пер. с фр. /

Сост. С.Н. Зенкин / Ж. Батай. - М.: Ладомир, 2006.

8. Батракова С. Искусство и миф: Из истории живописи ХХ века.

- М.: Наука, 2002.

9. Бахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура Средневековья и Рене^анса. - М.: Художественная литература, 1990.

10.Беньямин В. Судьба и характер: эссе / пер. с нем. И. Алекссевой, Н. Бакши, А. Белобратова и др. - СПб.: Азбука, 2021.

11. Беньямин В. Учение о подобии. Медиаэстетические произведения. Сб. статей / Пер. с нем. И. Болдырева, А. Белобратова, А. Глазовой, Е. Павлова, А. Пензина, С. Ромашко, А. Рябовой, Б. Скуратова и И. Чубарова / Филологический ред. переводов А.В. Белобратов / Редактор Я. Охонько / Составление и послесловие И. Чубаров, И. Болдырев. - М.: РГГУ, 2012. - 288 с. - (Серия: «Современные гуманитарные исследования», Кн. I).

12. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. - М.: Academia-Центр, Медиум, 1995.

13.Берд Р. Символизм после символизма / отв. ред., сост., предисл. Е.А. Тахо-Годи; послесл. М. Вахтель. - СПб.: Нестор-История, 2022.

14.Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма / Николай Бердяев. -СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2016.

15.Бердяев Н. Русский духовный ренессанс начала XX в. и журнал «Путь» (к десятилетию «Пути»). Журнал "Путь" №49. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.odinblago.ru/path/49/1/

16.Бердяев Н.А. Русская идея. Истоки и смысл русского коммунизма. Серия:

Русская классика. - М.: АСТ, 2020.

17.Бердяев Н.А. Собрание сочинений: В 4 т. Paris, 1983-1989. Т. 1-4.

18.Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. - М.: Издательство «Правда», 1989.

19.Бердяев Н.А. Царство духа и царство кесаря. - М.: Республика, 1995.

20.Богданов А.А. Тектология. Всеобщая организационная наука. Книга 2. - М.: Экономика», 1989.

21.«Броненосец Потемкин» : [Сб. Статей и материлов] / Сост. : Н.И. Клейман, К.Б. Левина. - М.: Искусство, 1969.

22.Булгаков С.Н. Религия человекобожия у Л. Фейербаха. [Электронный ресурс]. URL: https://azbyka.ru/otechnik/Sergij_Bulgakov/religija-chelovekobozhij a-u-l-fej erbaha/

23.Булгакова О. Судьба броненосца: Биография Сергея Эйзенштейна / Оксана Булгакова; [пер. с англ. А. Скидана, под. ред. Я. Левченко]. - СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2017.

24.Булгаков С.Н. Сочинения в двух томах. Том 1. Избранные статьи. - М.: Издательство «Наука», 1993.

25.Булгаков С.Н. Сочинения в двух томах. Том 2. Избранные статьи. - М.: Издательство «Наука», 1993.

26.Булгаков С.Н. Христианский социализм. - Новосиб.: Наука, Сибирское отделение, 1991

27.Вебер М. Избранное. Образ общества. - 3-е изд., испр. и доп. / Сост. С.Я. Левит. - М.; СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2017.

28.Вертов Д. Из наследия. Том 2. Статьи и выступления. - М.: Эйзенштейн центр, 2008.

29.Выготский Л.С. Психология искусства. - Ростов н/Д: Издательство «Феникс», 1998.

30.Выготский Л.С. Собрание сочинений: В 6-ти т. Т. 6. Научное наследство / Под ред. М.Г. Ярошевского. - М.: Педагогика, 1984.

31.Годелье М. Загадка дара. - М.: Восточная литература, 2007.

32.Григорьева. Н. Мистерии (пост)тоталитаризма. (Вне)храмовые действа в искусстве советской эпохи и их позднейшее эхо. - СПб.: Издательский дом «Петрополис», 2023.

33.Давыдов И.П. Храм и ритуал: социальные функции священного / И.П. Давыдов. - СПб.: Изд-во РХГА, 2021.

34.Дебор Г. Общество спектакля. Пер. с фр. С. Офертас и М. Якубович. Ред. Б. Скуратов. Послесловие А. Кефал. - М.: Издательство "Логос", 2000.

35.Добренко Е. Музей революции: советское кино и сталинский исторический нарратив. - М.: Новое литературное обозрение, 2008.

36.До Егито Т. Игнатий Лойола и Константин Станиславский в интерпретации Сергея Эйзенштейна: от мистического экстаза до монтажа // Вестник ПСТГУ. Серия I: Богословие. Философия. Религиоведение. 2022. Вып. 103. С. 87-107.

37.До Егито Т.М. К феномену сакрального насилия в секулярном искусстве Сергея Эйзенштейна: Образы ада и рая в «революционной трилогии» // Вестник ПСТГУ, Серия I: Богословие. Философия. Религиоведение. 2024. Вып. 116. С. 89-113.

38.До Егито Т. М. Подходы к исследованию марксизма в европейском религиоведении и в русской философии Серебряного века // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2023. № 3 (19). С. 1-12.

39.До Егито Т. М. Сакральное и профанное в позднем периоде творчества С. М. Эйзенштейна: 1940-1946 гг. // Studia Religiosa Rossica. 2020, № 2. С. 86119.

40.До Егито Т. М. С. Эйзенштейн в контексте религиозно-философских дискуссий XXI в. Рецензия на книгу: Эйзенштейн для XXI века // Studia Religiosa Rossica: научный журнал о религии. 2021, № 4. С. 131-137.

41. Евангелие от Луки, Глава 9, стих 23. Толкования стиха. [Электронный ресурс]. URL: https://ekzeget.ru/bible/evangelie-ot-luki/glava-9/stih-23/

42. Евангелие от Матфея, Глава 10, стих 37. Толкования стиха. [Электронный ресурс]. URL: https://ekzeget.ru/bible/evangelie-ot-matfea/glava-10/stih-37/?ysclid=m2k0hctnyl891560615

43. Евангелие от Матфея, Глава 12. [Электронный ресурс]. URL: https://ekzeget.ru/bible/evangelie-ot-matfea/glava-12/?ysclid=m2k0d4e12o562805137

44.ЖаровМ.И. Воспоминания. Жизнь, театр, кино. - М.: Искусство, 1967.

45.Жирар Р. Насилие и священное. - М.: Новое литературное обозрение, 2010.

46. Забияко А.П. Теологические трактовки квазирелигий (концепции И. Ваха и П. Тиллиха) / А.П. Забияко // Проблема демаркации науки и теологии: современный взгляд. - М.: ИФРАН, РГГУ, 2008. С. 126-143.

47. Зайцева Л. А. Киноязык: опыт мифотворчества: монография / Л. А. Зайцева. - М.: ВГИК, 2011.

48. Зедельмайр Х. Утрата середины / Пер. с нем. С.С. Ванеяна. - М.: Прогресстрадиция; Издательский дом «Территория будущего», 2008. (Серия «Университетская библиотека Александра Погорельского»).

49. Зенкин С.Н. Небожественное сакральное: Теория и художественная практика. - М.: РГГУ, 2014.

50.Зоркая Н.М. Портреты. - М.: Искусство, 1966.

51.Зыгмонт А.И. Святая негативность. Насилие и сакральное в философии Жоржа Батая. - М.: Новое литературное обозрение, 2018.

52. Иван Грозный. Хроники Эйзенштейна / Ред-сост. Н. Рябчикова.

- СПб.; М.: Подписные издания; Искусство кино, 2021.

53. Иванов В.В. Эстетика Сергея Эйзенштейна / В.В. Иванов.

- М.: Академический Проект, 2019.

54.Иванов В.И. Исследования и материалы. Выпуск 2. - СПб.: РХГА, 2016.

55.Иванов В.И. Родное и вселенское / Сост., вступ. ст. и прим. В.М. Толмачева.

- М.: Республика, 1994.

56.Из глубины: Сборник статей о русской революции / С.А. Аскольдов, Н.А. Бердяев, С.А. Булгаков и др. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990.

57. Информация о докладе «Библейские сюжеты в интерпретации Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://mpda.ru/wp-content/uploads/2023/01/programma-konferencii-2022.pdf

58. Информация о докладе «И. Лойола и К. Станиславский в интерпретации Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://rro.org.ru/wp-content/uploads/2022/05/Issledovanija-religii-2022-TEZISY.pdf

59. Информация о докладе «Марксизм как религиозное учение в понимании Бердяева и в творчестве Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://iphras.ru/page19411150.htm

60.Информация о докладе «Мессианские проекции марксизма в контексте квазирелигиозной проблематики». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://pstgu12.alekcandrina.ru/faculties/theological/science/conferences/inye-konferentsii/ezhegodnaya-studencheskaya-konferentsiya-bf-pstgu-v-subbotu-akafista/

http://nffedorov.ru/wiki/2021 %Р0%Б3% В2%Р0%В3%Р 1 %83 %Р 1 %81 %Р 1 %82

63.Информация о докладе «Проблема зла в кинематографе Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.rsuh.ru/upload/main/ff/%D0%90%D0%BB%D0%B5%D1%88%D0 %В8%Р0%ВР%Р1%81%Р0%ВА%Р0%В8%Р0%В5 %Р 1%87%Р1%82%Р 0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F 2021.pdf?ysclid=mbxs1pakf833698877

64. Информация о докладе «Христианские аллюзии в творчестве Эйзенштейна». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.rsuh.ru/upload/press/docs/%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B3% Р 1%80%D0%B0%D0%BC%D0%BC%D0%B0-

%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D1%84%D0%B5%D1%80%D0%B5%D0%B

D%D1%86%D0%B8%D0%B8-22-23-2021-

2%D0%B 1%D0%B8%D0%B 1%D0%BB.pdf

65.Информация о докладе «Феномен сакрального насилия в секулярном искусстве Сергея Эйзенштейна: образы ада и рая в «Революционной трилогии». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://rro.org.ru/wp-content/uploads/2024/10/VII-Kongress-Programma.pdf

66.Информация о докладе «Феномен сакрального насилия в секулярном искусстве Сергея Эйзенштейна: образы ада и рая в «Революционной трилогии». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.ais-art.ru/?view=article&id=6799:vyshel-v-svet-vypusk-no-4-35-2024-zhurnala-iskusstvo-evrazii&catid=776&ysclid=mbxsy0lirz799689200

67. Искусство миллионов. Советское кино 1917-1957. - М.: Государственное издательство «Искусство», 1958.

68.Кант И. Спор факультетов // Кант И. Сочинения: В 8 т. - М.: Чоро, 1994.

69.Кессиди Ф. От мифа к логосу (Становление греческой философии). - М.: Мысль, 1972.

70. Киноведческие записки. 1993. № 20.

71. Киноведческие записки. 2000. № 45.

72. Киноведческие записки 2001. № 50.

73. Киноведческие записки. 2002. № 59.

74. Киноведческие записки. 2007. № 82.

75. Киноведческие записки. 2010. № 97.

76.Клейман. Н.И. Вступление к статье С.М. Эйзенштейна «Станиславский и Лойола» // Киноведческие записки. 2000. № 47.

77.Клейман Н.И. Трещина проходит через человека. Rigas laiks. Русское издание. 2012. № 1-2. (Весна).

78.Клейман Н.И. Что моделирует искусство Эйзенштейна? // Киноведчские записки. Вып. 46.

79.Клейман Н. Этюды об Эйзенштейне / Наум Клейман. - М.: Музей современного искусства «Гараж», 2022.

80.Колкунова К.А. Теологические корни концепций квазирелигий // Вестник ПСТГУ. Серия I: Богословие. Философия. 2012. №4 (42). С. 62-75.

81.Колкунова К. Религиоподобные явления и сакральное // Южный полюс. Исследования по истории современной западной философии. Том 3(1), 2017. С. 49-61.

82.Курилов В.А. Советская модель секуляризации: политическое и правовое регулирование свободы совести в СССР (вторая половина XX века) / Отв. ред. Егоров В.А. — СПб.: Изд-во РХГА, 2022.

83.Кэмпбелл Д. Мифический образ. - М.: Издательство АСТ», 2002.

84.Лебон Г. Психология народов и масс. - СПб.: Питер, 2022.

85.Леви-Брюль Л. Первобытное мышление / Пер. с фр. Б.И. Шаревской. - 2-е изд. - М.: Академический проект, 2020.

86.Леви-Строс К. Мифологики. Т. 1. Сырое и приготовленное: в 4-х т. - М., - СПб.: Университетская книга : Культурная инициатива, 2000.

87.Леви-Стросс К. Структурная антропология. - М.: Наука, 1985.

88.Лессинг Э. Гамбургская драматургия. - М.; Л.: Academia, 1936.

89.Лефор К. Политические очерки (XIX - XX века). - М.: РОС-СПЭН, 2000.

90.Лёвит К. Смысл в истории. Теологические предпосылки философии истории. - СПб.: «Владимир Даль», 2021.

91.ЛосевА.Ф. Диалектика мифа. - М.: Мысль, 2001.

92.Лотман М.Ю., Успенский Б.А. Роль дуальных моделей в динамике русской культуре. [Электронный ресурс]. URL: https://www.ruthenia.ru/document/537293.html

93.Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров / Юрий Михайлович Лотман.

- СПб.: Азубка-Аттикус, 2015.

94.Лучшев Е.М. Русский Бог. У истоков русского советского атеизма.

- СПб.: Издательство «Акционер» и «Ко», 2003.

95.Луначарский А.В. О воспитании и образовании. - М.: Педагогика, 1976.

96.Манхейм К. Диагноз нашего времени / Пер. с нем. - М.: Юрист, 1994.

97. Миф и художественное сознание XX века : [сборник статей / отв. ред. Н.А. Хренов] ; Государственный институт искусствознания.

- М.: Канон+, 2011.

98. Михельсон О.К. От «псевдорелигии» и «квазирелигии» к «имплицитной религии». Теологизм в исследованиях современной религиозности // Вестник Орловского государственного университета. Серия Новые гуманитарные исследования. № 6 (41), 2014. С. 155-159.

99.МоссМ. Социальные функции священного. - СПб.: ЕВРАЗИЯ, 2000.

100. Мусхелишвили Н., Антоненко А., Базлиев М. О религиозном методе Игнатия Лойолы в «Духовном дневнике» // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. 2019. № 4 (37). С. 212-233.

101. Ницше Ф. Соч. в 2 т. Т. 2. - М.: Мысль, 1990.

102. Новгородцев П.И. Об общественном идеале. - М.: Издательство «Пресса», 1991.

103. О'МахоуниМ. Сергей Эйзенштейн. - М.: Ад Маргинем Пресс, 2016.

104. Ольховский В.С. Проблема зла и теодицеи (как она решается в христианстве и других мировоззрениях). [Электронный ресурс]. URL: https://azbyka.ru/problema-zla-i-teodicei-kak-ona-reshaetsya-v-xristianstve-i-drugix-mirovozzreniyax#ch_0_1

105. Отто Р. Священное. Об иррациональном в идее божественного и его соотношении с рациональным. - СПб.: Издательство Санкт- Петербургского университета, 2008.

106. Оттовский ренессанс в Германии Рец. на: Otto R. Theologie -Religionsphilosophie - Religionsgeschichte / J. Lauster, P. Schüz, R. Barth, Ch. Danz, Hrsg. De Gruyter, 2014 (А.В. Кольцов) // Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Серия 1: Богословие. Философия. Религиоведение, 2016. Выпуск: 63. Стр. 136-139.

107. Подорога В. А. Апология политического / Валерий Подорога.

- М.: Изд. дом Гос. ун-та - Высшей школы экономики, 2010.

108. Подорога В.А. Второй экран. Сергей Эйзенштейн и кинематограф насилия. Том 2. Прототело. Фрагменты визуальной антропологии.

- М.: BREUS, 2020.

109. Поэтика кино. Теоретические работы 1920-х гг. - М.: Академический проект, Альма Матер, 2016.

110. Псалтирь, Глава 87. [Электронный ресурс]. URL: https://ekzeget.ru/bible/psaltir/glava-87/

111. Псалтирь. Псалом 68. [Электронный ресурс]. URL: https://azbyka.ru/biblia/7Ps. 68&r

112. Пузырей А. А. Психология. Психотехника. Психогогика. - М.: Смысл, 2005.

113. Разумовский Г. Объяснение священной книги псалмов. - М.: Эксмо, 2016.

114. РоммМ.И. Беседы о кино. - М.: Искусство, 1964.

115. Ростова Н.Н. Изгнание Бога. Проблема сакрального в философии человека: монография. - М.: Проспект, 2017.

116. Русская идея / Сост. и авт. вступ. статья М.А. Маслин. - М.: Республика, 1992.

117. Садуль Ж. Всеобщая история кино. Том 6. Кино в период войны 19391945. - М.: Издательство «Искусство, 1963.

118. Сидорина Е.В. Русский конструктивизм: Истоки, идеи, практика.

- М.: б.и., 1995.

119. Словарь. / Под ред. Л.Н. Митрохина. - М.: Республика, 1994.

120. Смирнов М.Ю. Религиозно-мифологический комплекс в российском общественном сознании : историко-социологическое исследование : автореферат дис. ... доктора социологических наук : 22.00.01 / С.-Петерб. гос. ун-т. - Санкт-Петербург, 2006.

121. Смолкин В. Свято место пусто не бывает: история советского атеизма / Пер. с англ. О.Б. Леонтьевой, науч. ред. М.Ю. Смирнов.

- М.: Новое литературное обозрение, 2021.

122. Сорель Ж. Размышления о насилии. - М.: Фаланстер, 2013.

123. Струве П.Б. Patriotica: Политика, культура, религия, социализм / Сост. В.Н. Жукова и А.П. Полякова; Вступ. ст. и примеч. В.Н. Жукова.

- М.: Республика, 1997.

124. Сунайт Т. Секуляризация как проблема теории и истории культуры. Диссертация на соискание ученой степени кандидата культурологии: 24.00.01 / Т. Сунайт. - СПб.: 2016.

125. Теплиц Е. История киноискусства 1934-1939. - М.: Издательство «Прогресс», 1973.

126. Тиллих П. Избранное. Теология культуры / Сост. С.Я. Левит, С.В. Лёзов. - М.; СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2015.

127. Толкование Августина Иппонийского блаженного Псалтиря, главы 87. [Электронный ресурс]. URL: https://ekzeget.ru/bible/psaltir/glava-87/tolkovatel-avgustin-ipponij skij -blazennyj -/

128. Трауберг Л. Избранные произведения: В 2-х т. / Вступ. ст. А. Караганова; Коммент. И. Чанышева. Т. 1. - М.: Искусство, 1988.

129. Тульпе И.А. Мифология. Искусство. Религия. - СПб.: Наука, 2012.

130. Узланер Д. Постсекулярный поворот. Как мыслить о религии в XXI веке. - М.: Изд-во Института Гайдара, 2020.

131. Уленбрух Б. Инсценировка мифа: О фильме С. Эйзенштейна «Александр Невский» // Советское богатство: Статьи о культуре, литературе и кино.

132. Утопия и эсхатология в культуре русского модернизма / Сост. и отв. ред. О.А. Богданова, А.Г. Гачева. - М.: Индрик, 2016.

133. Федоровских А. Трансформация сакрального и профанного в обществе: миф-религия-идеология. Диссертация на соискание степени кандидата философских наук: 09.00.11 / А. Федоровских.

- Екатеринбург: 2000.

134. Ферингер М. Авангард и психотехники: Наука, искусство и методики экспериментов над восприятием в постреволюционной России / Пер. с нем. К. Левинсона и В. Дубиной. - М.: Новое литературное обозрение, 2019.

135. Фрейлих С.И. Киноискусство: теория и практика. - М.: Академический проект; Трикста, 2016.

136. Фуко М. Управление собой и другими. Курс лекций, прочитанных в Коллеж де Франс в 1982-1983 учебному году / М. Фуко; Пер. с фр. А.В. Дъяков. - СПб.: Наука, 2011.

137. Хайдеггер М. Слова Ницше «Бог мертв» / М. Хайдеггер // Вопросы философии №7, 1990.

138. Хедберг-Оленина А. Психомоторная эстетика: движение и чувство в литературе и кино начала XX века / Ана Хедберг-Оленина; пер. с англ. А. Баженовой-Сорокиной, А. Коваловой и А. Хедберг-Олениной.

- М.: Новое литературное обозрение, 2024.

139. Хейзинга Й. Homo ludens. Человек играющий. - Спб.: Азбука -классика, 2007.

140. Христианский кинословарь. 1909-1999. - М.: Госфильмфонд России, 2000.

141. Христианство. Словарь. / Под ред. Л.Н. Митрохина. - М.: Республика, 1994.

142. Человек в своем времени. Многомерность опыта темпоральности: коллективная монография / науч. ред. М.Е. Соболева. - СПб: Владимир Даль, 2021.

143. Черкасский С.Д. Станиславский и йога. Изд. 2-е испр. и доп.

- СПб: Изд-во РГИСИ, 2018.

144. Шелер М. К феномену трагического. О смысле страдания / Пер. с нем., прим. и комм., сопровод. статья А.Н. Малинкин. - М.; СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2022.

145. Шкловский В.Б. Эйзенштейн. - М.: Искусство, 1976.

146. Шмулевич Э. Иван Грозный и Сталин: макиавеллиевское прочтение истории // Киноведческие записки. Вып. 46.

147. Шмитт К. Политическая теология. Сборник / Переводы с нем. Заключит. статья и составление А. Филиппова. - М.: «КАНОН-пресс-Ц», 2000.

148. Шохин В.К. Феномен атеистического фидеизма // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской духовной академии. 2018. Вып. 2. С. 6-18.

149. Шредер П. Трансцендентальный стиль в кино / Пол Шредер; пер. с англ. А. Шульгат. - М.: Московский международный университет. Московская школа нового кино: Издательство Des Esseintes Press, 2023.

150. Эйзенштейн в воспоминаниях современников. - М.: «Искусство», 1974.

151. Эйзенштейн для XXI века // ред., сост. Н.И. Клейман. - М.: Garage, 2020.

152. Эйзенштейн С.М. : pro et contra, антология. — 2-е изд., испр. / Сост., коммент. Н.С. Скороход, О. А. Ковалова, С. А Семенчук; вступ. Статья О. А. Ковалова. - СПб.: РХГА, 2015.

153. Эйзенштейн С.М. Избранные произведения в шести томах. Т. 1.

- М.: Искусство, 1964.

154. Эйзенштейн С.М. Избранные произведения в шести томах. Т. 6.

- М.: Искусство, 1971.

155. Эйзенштейн С.М. Избранные статьи. - М.: Искусство, 1956.

156. Эйзенштейн С.М. Метод. Т. 1. Grundproblem. - М.: Музей кино, Эйзенштейн-центр, 2002.

157. Эйзенштейн С.М. Метод. Т. 2. Тайны мастеров. - М.: Музей кино, Эйзенштейн-центр, 2002.

158. Эйзенштейн С.М. Методы постановки «1905 год» // Броненосец Потемкин. М., 1969.

159. Эйзенштейн С.М. Монтаж. - М.: Музей кино, 2000.

160. Эйзенштейн С.М. Неравнодушная природа. Т. 1. - М.: Музей кино, Эйзенштейн-Центр, 2006.

161. Эйзенштейн С.М. Неравнодушная природа. Т. 2. - М.: Музей кино, Эйзенштейн-Центр, 2006.

162. Эйзенштейн С.М. Станиславский и Лойола // Киноведческие записки. 2000. № 47.

163. Эйзенштейн С.М. Стенограммы режиссерских семинаров 1933-1935. Тбилиси: Са.Га, 2017.

164. Элбакян Е.С. Квазирелигиозность // Энциклопедия религий / Ред. Забияко А.П., Красников А.Н., Элбакян Е.С. - М., 2008.

165. Элиаде М. Аспекты мифа / Пер. с фр. В.П. Большакова. - 4-е изд. - М.: Академический Проект, 2010.

166. Элиаде М. Миф о вечном возвращении. Архетипы и повторяемость.

- СПб.: Алетейя, 1998.

167. Юнг К. Архетип и символ. - М.: Renaissance, 1991.

168. Юткевич С.И. Контрапункт режиссера. - М.: Искусство, 1960.

169. Ямпольский М.Б. Ловушка для льва. Модернистская форма как способ мышления без понятий и «больших идей». - СПб.: Сеанс, 2020.

170. Amengual B. Que viva Eisenstein! Lausanne, 1980.

171. BergerP.L. The Social Reality of Religion. Harmondsworth: Penguin, 1969.

172. Bordwell D. The Cinema of Eisenstein. Cambridge, Mass: Harvard University Press, 1993.

173. CassirerE. The myth of the State. New Haven: Yale University Press, 1946.

174. De Michelis E. A History of Modern Yoga: Patanjali and Western Esotericism. NY: Continuum, 2004.

175. Dworkin R. Religion without God. Harward University Press, 2013.

176. Halperin J.C. The Atheist Director and the Orthodox Tsar Sergei Eisenstein's Ivan the Terrible // Revue des études slaves. 2017. LXXXVIII-3.

177. Hosking G. Rulers and victims. The Russians in the Soviet Union. Cambridge, MA, London: Belknap Press, Harvard University Press, 2006.

178. Eisenstein at 100: a reconsideration. New Brunswick, N. J.: Rutgers University Press, 2001.

179. Elsaesser T. Weimar cinema and After. Cinema's historical Imaginary.

180. Greil A., Rudy D. On the Margins of the Sacred: Quasi- religion in Contemporary America. In: In Gods We Trust: New Patterns of Religious Pluralism in America, 2nd ed., edited by T. Robbins, D. Anthony. New Brunswick, NJ: Transaction, 1990.

181. Gross K. The Dream of the Moving Statue. London: Ithaca, 1992.

182. James W. Psychology. NY, 1892.

183. Kapsali M. The presence of Yoga in Stanislavski's Work // Stanislavski Studies. 2013. Vol. 2. Iss.1. P. 139-150.

184. Milbank J. Theology and Social Theory: Beyond Secular Reason (1990). Blackwell Pub., 2006.

185. Peris D. Storming the Heavens: The Soviet League of the Militant Godless, Ithaca, N. Y., 1998.

186. Ramacharaka. Hatha Yoga: or The Yogi Philosophy of Physical Well-Being. Chicago: Yogi Publication Society, 1904.

187. Smart N. Worldviews: Crosscultural Explorations of Human Beliefs. New York: Scribner, 1999.

188. Schmitt C. Politische Romantik. Berlin: Duncker & Humblot, 1998.

189. Smith J.E. Quasi-religions: Humanism, Marxism and nationalism. St. Martin, 1994.

190. Tillich P. Christianity and the Encounter of the World Religions. Columbia University Press. 1963.

191. Wach J. The Comparative Study of Religions. New York, 1958.

192. White A. Stanislavsky and Ramacharaka: The Impact of Yoga and The Occult Revival of The System // The Routledge Companion to Stanislavsky / R. A. White, ed. L.; NY, 2014.

193. Widdis E. Socialist Senses: Film, Feeling, and the Soviet Subject, 19171940. Bloomington, Indiana: Indiana University Press, 2017.