Самообоснование культур и пределы их модерной рационализации тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 09.00.11, кандидат наук Фархутдинов, Линар Илшатович

• Фархутдинов, Линар Илшатович
• кандидат наук
• 2014

Оглавление диссертации кандидат наук Фархутдинов, Линар Илшатович

Содержание

Введение

Глава 1. Теоретические аспекты проблемы самообоснования культур

1.1 Современное состояние вопроса в социальной философии

1.2 Обоснование ценностей как логическая процедура

Глава 2. Проекты преодоления множественности культур

2.1 Культурные множества и универсалия рода

2.2 Родовая сущность и природа человека в идеологии модерна

2.3 Религиозный опыт построения универсальной общности

2.4 Нормативное сознание и этика

Глава 3. Понятие означающего культуры

3.1 Означающее как материя культуры

3.2 Способы обоснования ценности означающего культуры

Заключение

Список литературы

112

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Самообоснование культур и пределы их модерной рационализации»

Введение

Актуальность темы исследования. Современное общество переживает идеологический кризис, который выражается в столкновении' традиционных культурных ценностей с логикой капиталистического развития. Прогрессирующая глобализация экономики подвергает культурные сообщества постоянному давлению, проблематизируя само их наличие. Частота и интенсивность связей в современном мире не позволяют сообществам замкнуться в собственных ценностных мирах, вынуждая их приспосабливаться к изменяющимся обстоятельствам. Современньш мир характеризуется отсутствием мощных антилиберальных дискурсов, однако вдохновленная этим идея конца истории не оправдала себя полностью, поскольку падение социалистического лагеря выявило внутренние противоречия либеральной идеологии. На первый план вышла проблема модерной рационализации жизненного мира, т.е. ситуация, когда нормооринетированное сознание модерного общества противостоит ценностноориентированному сознанию культурных сообществ, болезненно переживающих «расколдовывание» своей культурной идентичности.

С одной стороны, модерный субъект оказался перед фактом

к

тотализирующих дискурсов, которые приводят его в итоге к одномерности, массовости и отчуждению от самого себя. С другой стороны, субъект поставлен перед лицом противоположного, центробежного дискурса, который впадает в фетишизм исторического своеобразия, в почти языческое стремление замкнуться в рамках своей культуры. Этот культурный политеизм характеризуется тезисом о нередуцируемости культур к некоему высшему принципу, невозможности их логического снятия в высшем понятии родовой сущности или природы человека, или, что еще драматичнее, в представлении об отдельной исторической единичности как уже воплощенной тотальности, как осуществившемся воплощении высшего принципа (богоизбранности, чистоте расы и проч.). Две эти альтернативы являются Сциллой и Харибдой модерного дискурса, между которыми

находится субъект, и данная работа мыслится автором как попытка рассмотреть условия возможности такого пути, который позволил бы культурному субъекту не впасть ни в одну из крайностей: не упроститься до одномерности (Маркузе), придатка, складки (Делез и Гваттари) на теле капитала, но и не замкнуться в глубоко содержательном, но враждебном всеобщности разума состоянии племенного мифа.

«Конец истории» проявляет себя в росте напряженности в межкультурных отношениях, эскалации национальных и религиозных конфликтов. Характерно, что эти конфликты происходят не только на периферии западного мира, в «недорационализированном» мире, но в самом его центре. Знаковым событием в этом плане стало признание лидерами ряда европейских государств провала политики мультикультурализма, необходимости усиления мер по ассимиляции мигрантов и ужесточение самой миграционной политики. Также в качестве примера можно отметить рост сепаратизма в Испании, Великобритании, Канаде и США. Все это свидетельствует о том, что национально-культурная проблематика находится в центре современного социально-философского дискурса.

Цель диссертационной работы состоит в социально-философском анализе механизма самообоснования культур в его связи с процессами рационализации модерного общества. Для достижения цели поставлены следующие задачи:

- рассмотреть проблему обоснования ценностей с точки зрения логики и онтологии должного;

- выявить исторические попытки преодоления культурной множественности;

- доказать возможность и необходимость введения структуралистского понятия означающего культуры в кантианский дискурс;

- проанализировать способы обоснования ценности означающего культуры.

Объектом исследования является культурная идентичность модерного субъекта. Предметом исследования является механизм обоснования ценности означающего культуры как основы идентичности в условиях прогрессирующей модерной рационализации жизненного мира.

Теоретической и методологической основой исследования послужили труды баденского направления неокантианства (В. Виндельбанд, Г. Риккерт, Э. Трёльч) и примыкающего к ней М. Вебера, франкфуртской школы (главным образом, Ю. Хабермаса, но также Т. Адорно, М. Хоркхаймера, Г. Маркузе), американского неопрагматизма (Р. Рорти), структурной лингвистики Ф. де Соссюра, а также аналитической философии (Д. Мур, Л. Витгенштейн, Г. фон Вригт, Э. Агацци, И. Ивин).

В исследовании использованы методы сравнений и аналогий, обобщений, дедукции, абстрагирования, методы идеализации и формализации.

Состояние изученности проблемы.

Основы развиваемого в данной работе подхода к изучению культуры заложены в трудах В.Виндельбанда, Г.Риккерта, М.Вебера, а также Э.Кассирера. В трудах этих же мыслителей развивается то неокантианское понимание различения ценности и факта, которое стало базовым для данного исследования. Помимо этого, данная дихотомия хорошо исследована в рамках аналитической традиции в работах Г. фон Вригта, Л. Витгенштейна, Дж. Мура, A.A. Ивина.

Определение ситуации модерна, развиваемое автором, заложено в работах М. Вебера, Ф. Тенниса, Э. Дюркгейма, Д. Белла и Ю. Хабермаса.

Критика универсализирующих притязаний модерного разума содержится в работах Р.Рорти, А.Макинтайра, Д. Грея. Противоположная точка зрения отстаивается Д.Ролзом, предлагающего кантианский вариант либерализма. Полемика между коммунитаристами и ролзовцами освещена в статьях С.Г.Чукина. Также необходимо отметить работу Б.В.Маркова,

предупреждающего о потенциальных опасностях, которые таит в себе концепция диалога Ю.Хабермаса.

Проблемам рационализации и рациональности посвящены работы П.П.Гайденко, в их числе необходимо отметить работу о социологии М.Вебера.

Что касается критики модерного общества с марксистских и психоаналитических позиций, то здесь необходимо упомянуть труды представителей франкфуртской школы: Т.Адорно, М.Хоркхаймера, Г.Маркузе, Э.Фромма. В работах Э.Фромма содержится психоаналитический вариант толкования проблемы идентичности субъекта.

Труды Д.Белла и В.Иноземцева также необходимо отметить в связи с анализом соотношения между процессами глобализации и постиндустриальным характером современного производства. Тезис о технологическом господстве Запада в современном мире получает идеологическое подкрепление у Ф.Фукуямы и Ф.Хайека.

Фундаментальное значение для определения понятия материи культуры, ее природы и сущности, имеет теория Ф.Соссюра. Именно его идея структуры языкового знака и самой системы языка взяты за основу в третьей главе данного исследования.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем:

1. Показано, что потребность субъекта в культурных означающих как материале для построения своей уникальной идентичности является главным фактором, противостоящим модерной рационализации культуры.

2. Выявлено, что в условиях формирующегося модерного общества «расколдованные» (М. Вебер) элементы традиционной культуры сохраняются субъектом для построения собственной идентичности путем их ценностного, а не целерационального обоснования, свойственного модерну.

3. Установлена внутренняя противоречивость и потенциальная конфликтогенность этического обоснования ценности означающего культуры, что обусловлено несоответствием трансцендентального характера процедуры этического обоснования исторически случайному характеру означающего культуры.

4. Эксплицированные способы этического, эстетического и религиозного обоснования означающего культуры позволяют утверждать, что в условиях глобализирующегося модерного общества бесконфликтное сосуществование культур возможно лишь через апелляцию к их эстетической ценности, поскольку только эстетическое обоснование различных культурных означающих допускает их равноценную множественность.

Положения, выносимые на защиту:

1. Самообоснование культур возможно лишь через отнесение к той или иной ценности и поэтому не является предметом номологического объяснения. Таким образом, вопрос о самообосновании культур в условиях модерной рационализации может быть поставлен и решен только в рамках философского дискурса.

2. Причина неудачи различных проектов снятия проблемы культурной множественности объясняется нечетким различением феноменов, относящихся к вневременной нормативной (духовной) стороне культуры и феноменов, относящихся к исторически случайной материи культуры.

3. Попытки религиозного и этического обоснования ценности культурного означающего как основы культурной идентичности внутренне противоречивы и являются главным источником социокультурных конфликтов в современном мире.

4. Означающее культурной идентичности может быть непротиворечиво обосновано только в эстетической плоскости, поскольку только апелляция к эстетическому позволяет принять

историческую множественность культурных означающих как данность, принципиально не подлежащую унификации.

5. Критика процессов модерной рационализации как вестернизации со стороны антиглобалистских и традиционалистских сообществ не имеет рациональной основы. Сущностью явления вестернизации является приоритет норм, основанных на рациональном консенсусе, перед исторически сложившимися культурными ценностями. Данное положение, когда культурные ценности вытесняются из публичной сферы, следует признать наиболее приемлемым с философской точки зрения.

Научно-практическая значимость. Разработанные в диссертации теоретические положения могут быть использованы для решения практических вопросов в сфере культурной политики, построения гражданского общества, урегулирования национальных конфликтов, а также могут найти применение в процессе дальнейших теоретических и прикладных исследований в области идеологии модерного общества.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертационной работы были изложены в 7 статьях, 3 из которых — в изданиях, рекомендованных ВАК. Отдельные положения и результаты исследования были изложены в рамках Пятой межрегиональной весенней молодежной научной конференции «Социальные науки и практики в XXI веке: из опыта молодежных исследований» (Йошкар-Ола, МарГТУ, 2009), Всероссийской научной конференции «Новые методы в решении фундаментальных проблем социальной философии: синергийная антропология» (Казань, ИЭУП, 16-19 ноября 2009 г.), Межвузовской научно-практической конференции «Садыковские чтения (К 80-летию со дня рождения профессора М. Б. Садыкова): История. Общество. Человек» (Казань, КФУ, 2 ноября 2012 г.) и Международной научно-образовательной конференции «Гуманизм и современность» (Казань, КФУ, 8-9 ноября 2013 г.)

Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы общим объемом 124 страницы. Список литературы включает 161 наименование.

Глава 1. Теоретические аспекты проблемы самообоснования культур

1.1 Современное состояние вопроса в социальной философии

Культурная проблематика занимает центральное место в современном социально-философском дискурсе. Это связано с рядом факторов, в первую очередь с прогрессирующей глобализацией, приводящей различные культуры в соприкосновение и тем заставляющей их вырабатывать новые нормы коммуникации, соответствующие ситуации. Различные культурные сообщества, образующие самостоятельные ценностные миры, так или иначе, оказываются вынуждены пересмотреть основания собственной идентичности и свое отношение к другим сообществам. Модерное общество оказывается вынуждено создать такое социальное пространство, в котором было бы возможно непротиворечивое сосуществование различных культурных сообществ.

В рамках данной работы мы возводим философское исследование культуры к неокантианству, в которой философия из теории ценностей стала теорией культуры. В трудах Виндельбанда, Риккерта, Вебера и Кассирера заложены основы того подхода к изучению культуры, который развивается в данной работе.

Толкование понятия «модерн» в рамках данной работы традиционно. Модерн понимается как ситуация «распада традиционных жизненных форм»1, разрыва с традицией, как изъятие субъекта из непосредственного тождества с ней. Модерное состояние определяется проблематизацией всего жизненного мира субъекта, когда он должен своими силами определить свой собственный облик и облик своего общества. В ситуации модерна субъект видит себя «однозначно самоотнесенным»2, замкнутым на себе. Рационализация понимается как основное свойство модерна, ключевое качество в его определении.

1 Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. С. 8

2 Там же. С. 13

Исходя из классических определений ситуации модерна, данных в работах М. Вебера, Ф. Тенниса, Э. Дюркгейма, Д. Белла, В Иноземцева и Ю. Хабермаса, и придерживаясь толкования современной ситуации как длящегося и незавершенного модерна, мы считаем закономерной и необходимой постановку вопроса о пределах модерной рационализации в связи с проблемой самообоснования культур. Рационализация (понимаемая в первую очередь как веберовская целерационализация (zweckrational))3 общественной жизни носит универсализирующий характер и потому неизбежно проблематизирует для субъекта исторически специфическую нерациональную составляющую его культуры. Мы считаем, что полагание пределов модерной рационализации связано с феноменом культурной идентичности, понимаемой как определение субъектом самого себя через процедуры генерализации и индивидуализации. Предполагается, что именно идентичность субъекта определяет пределы модерной рационализации. Полагание пределов рационализации является сознательным волевым актом субъекта и происходит тогда, когда рационализация ставит под угрозу само тождество субъекта с самим собой. Таким образом, тождество субъекта с самим собой является пределом рационализации им себя и своей среды; самотождество исторического Я является минимумом, определяющим максимум модерной рационализации.

В центре исследования, таким образом, находится исторический субъект, вырванный из тождества с традицией и поставленный перед необходимостью рационально обосновывать свою ситуацию. Собственное культурное своеобразие для него становится проблематизированным, так что он сам должен установить пределы рационализации своей культуры. Автор рассматривает эту проблему как ключевую для современной социальной философии, социологии, культурологии, теории общества в целом. Тот факт, что этот вопрос, в том или ином аспекте, находится в центре практически

3Вебер М. Исследования по методологии науки. Часть I/перевод М. И. Левиной—М.:1980.—С. 44. См. также BrubakerM. The limits of rationality: an essay on the social and moral thought of Max Weber. 1991.P.51

всех современных исследований, позволяет автору опереться на обширный корпус работ социально-философской и социологической направленности.

В современной социальной критике вопросу о ценностных основаниях человеческого познания и жизни в целом уделяется мало внимания. Даже Ю. Хабермас, работы которого стали одним из основных ориентиров для данного исследования, отказывается от различения трансцендентального и эмпирического субъекта4 и сближается в своей критике общества с прагматической традицией. Мы полагаем, тем не менее, что трансцендентальный субъект является единственной возможной основой для философского дискурса. Учение о роли ценности в процессе познания мира и действия в мире, преодолевающее как фетишизм позитивистского представления о мире как совокупности фактов, так и психологизм и иррационализм различных вариантов «философии жизни», является единственно возможным фундаментом для философии, которая в условиях существования множества не только естественных, но и гуманитарных наук о сущем, может обосновать себя только как учение о должном.

Моральный упадок, скептизим и релятивизм, отсутствие ясных ориентиров для сознательного воления и действования, определяющие модерное индивидуальное сознание, с позиции автора являются следствием отхода от критической философии. Тупики модерного самосознания, тщательно проанализированные Хабермасом в работе «Философский дискурс о модерне», в большей или меньшей степени являются следствиями философии тождества, неизбежно низводящей субъекта к роли проводника, элемента системы, порабощающей его и приводящей к исчезновению. Это и гегелевский абсолютный дух, и воля к власти Ницше, и диалектический материализм Маркса-Энгельса, и Оно Фрейда, не говоря уже о постструктуралистском варианте модерного самосознания, вообще порывающем с идеей субъекта.

"Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер. с нем.—М.: Издательство «Весь Мир», 2003.—С. 408

Развитое представителями баденской школы учение о ценностях предлагает основу для впавшей в дурную бесконечность порочного круга «система—субъект» социальной критики5. Макса Вебера и Юргена Хабермаса можно представить как важнейших представителей близкой данному исследованию традиции социальной критики. Мы считаем вполне обоснованной точку зрения, что своей философской базой, методологией и используемым понятийным аппаратом Вебер является продолжателем неокантианской традиции, хотя он и существенно отклоняется от нее несовместимым с учением Канта историзмом6.

Вообще, отношение к Канту у того или иного социального философа достаточно показательно. Сами теоретики модерна уясняют свою позицию через противопоставление Канта какому-либо антагонисту: Кант или Ницше7, Кант или Аристотель8, Кант или Макиавелли и т.д. Под отношением к Канту подразумевается отношение к кантовской деонтологии, к идее об априорном всеобщем и необходимом нормативном сознании.

Р.Рорти, например, отрицает саму возможность нормативного сознания. Его концепция либерального иронизма, основанная на отрицании кантианства и рациональной философии вообще, исходит из того, что нет никакой возможности встать над индивидуальной идиосинкразией и говорить с точки зрения истины. Очевидно, что ни о каких нормах в данном случае речь не идет, а только о тех или иных ценностях. По сути, у Рорти мы видим все тот же веберовский «политеизм ценностей». «Сам Кант был напуган стремлением романтиков сделать центром самости идиосинкразическое поэтическое воображение, а не то, что он называл «общим нравственным сознанием». Однако со времен Канта романтизм как утверждение индивидуальной спонтанности и частного совершенства воевал с морализмом как с требованием универсально всеобщей социальной

5Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер. с нем.—М.: Издательство «Весь Мир», 2003.—С. 363

6Вебер М. Исследования по методологии науки Часть I. С. 23

7 Гайденко П. П. Научная рациональность и философский разум.—М.: Прогресс-Традиция, 2003.

8Макинтайр А. После добродетели: исследования теории морали/ Пер. с англ. В. В. Целищева — М.: Академический проект, 2000.

ответственности»9. Выходит, что нормативное сознание оказывается всего лишь одним из множества языков, а это, помимо прочего, означает «случайный характер своей совести и своего общества»10. Отрицая кантианство, ставя ему в упрек отделение нравственности от эмпирических чувств, Рорти предлагает в качестве основы социальной солидарности сострадание. В поисках общечеловеческой основы нравственности Кант «сделал «нравственность» чем-то отличным от способности замечать и отождествлять себя с болью или унижением», а согласно Рорти, именно эта способность является в либеральных обществах единственно возможным социальным цементом. Нормативное сознание у Рорти в таком случае становится в один ряд с любым психологическим капризом, сугубо индивидуальным и случайным. С точки зрения либерального ироника, не может быть никакой общечеловеческой истины о чем-либо; есть лишь множество идиосинкразий, а самое плохое, что вообще может быть - это жестокость по отношению к другим11. Нормативное сознание, т.е. всеобщность и необходимость аподиктических суждений недостижима, любая точка зрения - случайность, к которой нужно относиться с иронией, а социальная солидарность достигается за счет повышенной чувствительности к страданию другого.

В случае Рорти имеет место возврат от рационализма к психологизму. Рорти отказывается признавать нормативное сознание, т.е. отрицает всеобщее и необходимое означаемое, разум, общий всем людям. Совершенствование общества у него достигается через повышение индивидуальной чувствительности к боли других, что достигается путем чтения «правильных» произведений художественной литературы. Социальное таким образом оказывается у него основанным на чувствах, а не на требованиях разума.

'Рорти Р. Случайность, ирония и солидарность.—М.: Русское феноменологическое общество, 1996.—С. 55

10 Там же. С. 92

11 Там же. С. 20

Противоположной концепции придерживается Ю. Хабермас, который развивает свою теорию коммуникативного действия на рациональной основе, в первую очередь строго различая ценности и нормы. Он уподобляет принцип универсализации ножу, который «отделяет оценочные высказывания от нормативных»12. Субъект формируется в конкретном историческом жизненном мире, на котором основана его самотождественность, и он не может покинуть этот мир без того, чтобы не потерять ее, поскольку нормативное сознание может предложить лишь тождественность человеческого рода. Материя культуры, из которой сформирована идентичность (самотождественность) субъекта есть «власть истории, препятствующая трансцендирующим притязаниям и интересам разума»13. Ситуация модерна приводит к росту нормативного сознания, одновременно проблематизируя материю культуры, или жизненный мир. Субъект оказывается зажат между универсализирующими требованиями разума и невозможностью избавиться от нерационалицируемого остатка своей «истории», т.е. той или иной формы материи культуры, с которой неразрывно сплетена его идентичность. В модерном обществе «конкретная нравственность наивно привычного жизненного мира может быть охарактеризована тем, что моральные вопросы связываются с оценочными в еще один неразрешимый узел, тогда как в рационализированном жизненном мире вопросы морали получают самостоятельность в противопоставлении проблемам добропорядочной жизни: сначала они должны быть разрешены автономно, т.е. как вопросы справедливости»14. Своей концепцией этики дискурса, отличающей ценности от норм, вопросы «добропорядочной жизни» от вопросов справедливости, Хабермас продолжает проект Просвещения и противостоит целому ряду дискурсов. Помимо неопрагматизма Рорти и постструктурализма, теория Хабермаса

"Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие. С. 164

13 Там же. С. 168

14 Там же. С. 269

противопоставляется также и коммунитаризму А. Макинтайра15, утверждающего примат жизненных миров над универсальными нормами. Коммунитаризм противостоит одновременно универсализму и индивидуализму Просвещения, представленному либерализмом, полагая, что наиболее важным является именно уровень общностей, communities, исторически сложившихся жизненных миров, которые задают индивиду конкретные представления о должном и недолжном и составляют идентичность исторического субъекта. Коммунитаризм предполагает, что эти самые представления о собственной идентичности и границах нравственного могут быть обеспечены лишь «духом родной колокольни»16, т.е. конкретным жизненным миром, сообществом, в рамках которого формируется идентичность субъекта. Социальная солидарность существует лишь внутри таких сообществ, поскольку вне их нет основы для ее формирования.

Если просвещенческая концепция Хабермаса, кантианская в своей основе, отличается обоснованным монизмом, то коммунитаризм исходит из онтологического плюрализма. Для Хабермаса очевидно, что существует уровень разума, общий всем людям независимо от сообщества, к которому они принадлежат, и этот уровень обеспечивает возможность коммуникации, создает пространство для нее. Разум, основанный на всеобщности и необходимости, есть та единая основа, которая объединяет все человечество и на этой основе может и должен состояться диалог. Диалог необходимо требует признания этого общего основания и понимания того, что все культурные различия бессущностны, являются результатом игры исторических сил. Напротив, коммунитаризм исходит из гораздо более удобной, но менее обоснованной предпосылки, что за культурными

15Макинтайр А. После добродетели.—М.: Академический проект, 2000.—384 с.

16Чукин С. Г. Перспектива приходской колокольни против статуи свободы: к полемике между коммунитаристами и ролзовцами/ Политическая концептология № 3, 2010. С. 103-136

различиями стоит различие онтологическое17. Каждая культура образует свой жизненный мир, так что все суждения, вырабатываемые внутри него, имеют силу лишь для этого сообщества. Таким образом, коммунитаризм отрицает универсалистскую точку зрения, считая, что любая такая точка зрения является лишь взглядом другого сообщества, которое пытается навязать его остальным.

Иными словами, коммунитаризм возвращается к веберовской идее о том, что в модерном обществе неизбежна война богов, невозможно рассудить между Богом и Дьяволом18. Остается лишь выбрать своего демона и служить ему, искренне, честно, со всей отдачей. Необходимо признать, что такая позиция, хотя и удобна для объяснения существующего положения дел, но не может быть признана удовлетворительной. Придание культурным различиям статуса онтологических, допущение онтологически различных типов рациональности есть отказ от самой науки или философии, от самого разума. Коммунитарная теория создает оправдание для культурных конфликтов: если в теории либерального модерна они есть то, что можно и нужно преодолеть на основе разума, то теория коммунитаризма их по сути легитимизирует. Идентичность, ограниченная «духом родной колокольни», необходимо

Список литературы диссертационного исследования кандидат наук Фархутдинов, Линар Илшатович, 2014 год

Список использованной литературы

1. Аврелий М. Размышления.—Д.: «Наука», 1985. — 244 с.

2. Автономова Н. С. Концепция «археологического знания» М. Фуко // Вопросы философии. — 1972. — № 10. — С. 142—150.

3. Автономова Н. С. От «археологии знания» к «генеалогии власти»// Вопросы философии. — 1978. — № 2. — С. 145—152.

4. Адорно Т. Негативная диалектика. - М.: Научный мир, 2003. —

374 с.

5. Адорно Т., Хоркхаймер М. Диалектика просвещения. Философские фрагменты. Перевод на русский язык: М. Кузнецова. — СПб.: Медиум, Ювента, 1997. — 312 с.

6. Алексеева Т. А. Джон Роулс и его теория справедливости // Вопросы философии. —1994. — № 10. — С.26-37

7. Андерсон Б. Воображаемые сообщества. Размышления об истоках и распространении национализма. Пер. с англ. М.: Канон, 2001. — 288 с.

8. Антология мировой философии: Возрождение. - Минск: Харвест, 2001. —776 с.

9. Апресян Р.Г. Понятие общественной морали. Послесловие к дискуссии/ Р.Г.Апресян //Вопросы философии. — 2010. — №2. — С. 60-73

10. Аристотель. Сочинения: В 4-х т. Т. 4//Пер. с др. греч.; Общ.ред. А. И. Доватура. — М.: Мысль, 1983. — 830 с.

11. Арон Р. Этапы развития социологической мысли/ Общ. ред. и предисл. П.С. Гуревича.—М.: Издательская группа «Прогресс»-«Политика», 1992. —608 с.

12. Ахманов А. С. Логическое учение Аристотеля.—М.: Изд-во социально-экономической литературы, 1960. - 302 с.

13. Баграмов Э.А. Национальная проблематика: в поисках новых концептуальных подходов / Э.А.Баграмов // Вопросы философии.—2010. — №2. — С. 34-52

14. Бакрадзе К. С. Система и метод философии Гегеля.—Тбилиси.: Изд-во Тбилисского ун-та, 1958.— 465 с.

15. Барт Р. Нулевая степень письма,- М.: Академический Проект, 2008.-431 с.

16. Бауман 3. Индивидуализированное общество / Вступ. ст., пер. с англ. под ред. В. Л. Иноземцева.—М.: Логос, 2002. — 325 с.

17. Белл Д., Иноземцев В. Эпоха разобщенности. М.: Центр исследований постиндустриального общества,2007. — 304 с.

18. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности: трактат по социологии знания.—М.: Изд-во «Медиум», 1995. — 320 с.

19. Берлин И. Контрпросвещение// Подлинная цель познания. М.: Канон+, 2002. — 800 с.

20. Берман А. Испытание чужим. Культура и перевод в романтической Германии /А. Берман // Логос.— 2011.— № 5-6.—С. 92-114

21. Бодрийяр Ж. К критике политической экономии знака / пер. с фр. Д. Кралечкин. - М.: Академический Прект, 2007. - 335 с.

22. Бодрияр Ж. Символический обмен и смерть / Пер. с фр. С. Д. Зенкина. - 2-е изд. - М.: Добросвет, КДУ, 2006. - 389 с.

23. Бэкон Ф. Сочинения в двух томах. 2-е испр. и доп. изд. Т. 1. Сост., общ. ред. и вступит, статья А. Л. Субботина.—М.: «Мысль», 1977.— 572 с.

24. Васильева М.Ю., Семенов В.Е. Трансцендентальные основы понимания (И. Кант и неокантианство) / М.Ю.Васильева, В.Е.Семенов // Вопросы философии. — 2010. — №2. — С. 177-182

25., Вебер М. Избранные произведения. Пер. с нем. М.: Прогресс,

1990.

26. Вебер М. Исследования по методологии науки Часть I перевод М. И. Левиной.— М., 1980.— 202 с.

27. Виндельбанд В. Избранное: Дух и история. Пер. с нем.—М.: Юрист, 1995. 687 с.

28. Виндельбанд В. Платон. - К.: ЗовништоргвидавУкраини. 1993 -

176 с.

29. Витгенштейн Л. Философские работы. Часть 1. Пер. с нем./Составл., вступ. статья, примеч. М. С. Козловой. М.: Издательство «Гнозис», 1994. — 612 с.

30. Витгенштейн Л. Культура и ценность. О достоверности. — М.: ACT, Астрель, Мидгард, 2010. — 256 с.

31. Витгенштейн Л. О достоверности // Вопросы философии.— 1991. — № 2. — С. 67—120.

32. Вригт Г. X. фон Логико-философские исследования: Избр. тр.: Пер. с англ./Общ. ред. Г. И. Рузавина и В. А. Смирнова; Сост. и авт. предисл.

B. А. Смирнов.—М.: Прогресс, 1986. —600 с.

33. Гайденко П. П. Философия Фихте и современность.—М.: Мысль, 1979.—288 с.

34. Гайденко П. П., Давыдов Ю. Н. История и рациональность: Социология М. Вебера и веберовский ренессанс. — М.: Политиздат1991. — 367 с.

35. Гайденко П.П. Научная рациональность и философский разум.— М.: Прогресс-Традиция, 2003. — 528 с.

36. Гайденко П.П. Парадоксы свободы в учении Фихте.—М.: Наука, 1990. —128 с.

37. Гайзман Г. Учение Канта о вечном мире и его уникальный философский реализм/Г. Гайзман//Вопросы философии. — 2009. —№12. —

C. 94-105

38. Гарвер Н. Витгеншетйн и критическая традиция/ Перевод А. Ф. Грязнова// Логос—1995. — №6. — С. 231—247

39. Гегель Г. В. Ф. Философия права/Пер. с нем.: Ред. и сост. Д. А. Керимов и В. С. Нерсесянц; Авт. вступ. ст. и примеч. В. С. Нерсесянц.— М.: Мысль, 1990.—524 с.

40. Гегель, Г. В. Ф. Феноменология духа/Пер. с нем. Г. Г. Шпета; отв. ред., авт. предисл. М. Ф. Быкова.—М.: Наука, 2000.—495 с.

41. Гоббс Т. Левиафан. М.: Мысль, 2001.— 478 с.

42. Грамши А. Тюремные тетради. В 3 ч. Ч. 1. Пер. с ит.—М.: Политиздат, 1991.—560 с.

43. Грей Д. Поминки по Просвещению: политика и культура на закате современности. - М.: Праксис, 2003.—368 с.

44. Гулыга А. В. Немецкая классическая философия.—М.: Мысль, 1986.—334 с.

45. Гусейнов A.A. Мораль как предел рациональности/ А.А.Гусейнов //Вопросы философии. —2012. —№5. — С. 4-18

46. Дардо П., Лаваль К. Неолиберализм и капиталистическая субъективация / П. Дардо, К. Лаваль // Логос.— 2011. — № 1. — С. 103-118

47. Делез Ж., Гваттари Ф. Анти-Эдип: капитализм и шизофрения.— Екатеринбург: У-Фактория, 2007.—672 с.

48. Дильтей В. Сущность философии.—М.: «Интрада», 2001.—155 с.

49. Длугач Т.Б. Кант и теоретическая философия Германа Когена/ Т.Б.Длугач // Вопросы философии. — 2009. — №11. — С. 160-171

50. Дмитриева Н. Философия как наука и мировоззрение: к вопросу о пацифизме в немецком и русском неокантианстве / Дмитриева Н. //Логос.— 2013.—№2.—С. 138-155

51. Донн Д. По ком звонит колокол: Обращения к Господу в час нужды и бедствий. М.: Энигма, 2004.—432 с.

52. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод социологии/ Пер. с фр. и послесловие А.Б. Гофмана.—М.: Наука, 1990.—575 с.

53. Жижек С. Возвышенный объект идеологии.—М.: Художественный журнал, 1999.—114 с.

54. Жижек С. Интерпассивность. Желание: влечение. Мультикультурализм / Пер. с англ. А. Смирнова: под ред. В. Мазина и Г. Рогоняна. — СПб.:Алетейя, 2005. — 156 с.

55. Жижек С. Кукла и карлик: христианство между ересью и бунтом.—М.: Издательство «Европа», 2009.—336 с.

56. Жижек С. О насилии.—М.: Издательство «Европа», 2010.—184 с.

57. Жижек С. Размышления в красном цвете: коммунистический взгляд на кризис и сопутствующие предметы.—М.: Издательство «Европа», 2011.—476 с.

58. Жижек С. Устройство разрыва. Параллаксное видение—М.: Издательство «Европа», 2008.—516 с.

59. Жижек С. Хрупкий абсолют, или Почему стоит бороться за христианское наследие.—М.: Художественный журнал, 2003.—178 с.

60. Ивин А. А. Аксиология. Научное издание/А. А. Ивин.—М.: Высш. шк., 2006.— 322 с.

61. Иноземцев B.JI. Современное постиндустриальное общество: природа, противоречия, перспективы: Учеб. пособие для студентов вузов.— М.: Логос,2000.—304 с.

62. Интервью с Ю. Хабермасом // Вопросы философии. — 1989. — №9.—С. 80-83.

63. История диалектики. Немецкая классическая философия. Руководитель авт. коллектива Т. И. Ойзерман. Редколлегия: А. С. Богомолов и др.—М.: «Мысль», 1978.—363 с.

64. Калиниченко В. Приключения трансцендентальной субъективности. / В. Калиниченко // Логос.— 2010. — № 5. — С. 6-22

65. Кант И. Критика чистого разума — М.: Мысль, 1994.— 591 с.

66. Кант И. Сочинения. В 8-ми т. Т. 4.— М: Чоро, 1994—630 с.

67. Капустин Б. Г. «Свобода от государства» и «свобода через государство»: о нелиберальности посткоммунистической России и ответственности либералов/Б. Г. Капустин// Вопросы философии.—1998.— №7.—С. 66—76

68. Капустин Б. Изменяющиеся связи между капитализмом и демократией (в России и мире) / Б. Капустин // Логос.— 2012.— № 4.— С. 36-71

69. Кассирер Э. Избранное. Опыт о человеке.—М.: Гардарика, 1998.—784 с. (Лики культуры)

70. Кассирер, Э. Естественнонаучные понятия и понятия культуры / Предисл. к публикации И. Н. Зариповой // Вопросы философии. — 1995. — №8. —С. 157—173.

71. Кассирер, Э. Понятие символической формы в структуре о духе // Культурология XX век. — 1998. — № 11. — С. 37 - 66.

72. Квициния М.Б. Глобализация и этнонациональный компонент / М.Б.Квициния //Вопросы философии.—2011.—№ 9. — С. 167 - 176

73. Куренной В.А. Национализм как форма современности // В кн.: Матрица русской культуры: Миф? Двигатель модернизации? Барьер? / Рук.: С. А. Караганов; под общ. ред.: А. Архангельский. М. : Совет по внешней и оборонной политике, 2012. С. 63-69.

74. Куренной В.А. Политический и аполитический национализм // Философско-литературный журнал "Логос". 2007. № 1 (58). С. 138-155.

75. Куренной В.А. Функции понимания в философии и методологии гуманитарных наук (На материале немецкой философии XIX - начала XX вв.) // Философско-литературный журнал "Логос".— 2007. — № 5. — С. 3-20.

76. Куренной В.А. Этика добродетели // Философско-литературный журнал "Логос". 2008. № 1. С. 59-69.

77. Кутырев В.А. Апология человеческого (предпосылки и контуры консервативного философствования)/В. А. Кутырев// Вопросы философии.— 2003.—№1.—С. 63—76

78. Лебон Г. Психология толп.—М.: Институт психологии РАН, Издательств «КСП+», 1999. — 416 с.

79. Левакин И.В. Актуальные проблемы государства и права/ И.В.Левакин // Вопросы философии. — 2013. — № 1. — С. 58-65

80. Леви-Стросс К. Структурная антропология / Пер. с фр. В. В. Иванова. -М.: Академический Проект, 2008. - 555 с.

81. Лекторский В.А. Рациональность как ценность культуры/ В.А. Лекторский // Вопросы философии. — 2012. — №5. — С. 26-35

82. Лещев C.B. Интерсубъективность и коммуникативное действие / С.В.Лещев // Вопросы философии. — 2013. — №3. — С. 165-176

83. Липовецки Ж. Эра пустоты: эссе о современном индивидуализме—Спб.: «Владимир Даль», 2001.—330 с.

84. Локк Д. Сочинения: В 3 т./Пер. с англ. и лат. Т. 3.—М.: Мысль, 1988.— 668[1] с.

85. Лукач Д. К онтологии общественного бытия. Пролегомены: Пер. с нем.—М.: Прогресс, 1991.—412 с.

86. Макинтайр А. Идеология, социальная наука и революция /А. Макинтайр // Логос.— 2012.— №2.— С. 134-160

87. Макинтайр А. После добродетели: исследования теории морали/ Пер. с англ. В. В. Целищева — М.: Академический проект, 2000. — 384 с.

88. Мальцева А.П. Теория рационального действия в англоамериканской философии / Мальцева А.П. // Вопросы философии. — 2010. — № 12.—С. 144-157

89. Маркс К., Энгельс Ф. Избранные произведения - М.: Политиздат, 1986.-Т. 1.

90. Маркс К., Энгельс Ф.Сочинения- М.: Политиздат, 1974. - Т. 42.

91. Маркузе Г. Эрос и цивилизация. Одномерный человек: Исследование идеологии развитого индустриального общества. Пер. с англ., послесл., примеч. А.А. Юдина; Сост., предисл. В.Ю. Кузнецова.- М: "Издательство АСТ", 2002. - 526 с.

92. Мегрелидзе К. Р. Основные проблемы социологии мышления— Тбилиси.: «СабчотаСакартвело», 1965.— 486 с.

93. Межуев В. Идея всемирной истории в учении Карла Маркса/ В. Межуев // Логос.— 2011.— №2.— С. 3-38

94. Межуев В. Социализм как идея и как реальность/В. М. Межуев//Вопросы философии.—1990.—№11.—С. 18—31

95. Межуев В.М. Идея национального государства в исторической перспективе / В.М. Межуев // Полис. — №5-6. — 1992. С. 9-42

96. Мизес Л. Антикапиталистическая ментальность.—Нью-Йорк.: Телекс, 1992—79 с.

97. Мильская Л.Т. Эрнст Трёльч и проблемы философии истории / Трёльч Эрнст. Историзм и его проблемы.: Пер. с нем.—М.: Юрист, 1994.— 719 с.

98. Монтескье Ш.Л. О духе законов.—М.: Мысль, 1999.—672 с.

99. Мур Д. Принципы этики.—М.: «Прогресс», 1984.—327 с.

100. Мюрберг И.И. Ч. Тейлор о методологическом статусе понятия «культура» в интерпретативной истории модерна/И.И. Мюрберг//В опросы философии. — 2012. — №10. — С.54-65

101. Наторп П. Избранные работы/ Сост. В. А. Куренной. М.: Издательский дом «Территория будущего», 2006.—384 с.

102. Неокантианство немецкое и русское: между теорией познания и критикой культуры / [под. Ред. И. Н. Грифцовой, Н. А. Дмитриевой].—М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010.—567 с.

103. Нерсесянц В. С. Философия права: либертарно-юридическая концепция/В. С. Нерсесянц//Вопросы философии.—2002.—№3.—С. 3—16

104. Ницше Ф. Так говорил Заратустра / Пер. с немецкого. - М.: Эксмо; СПб.:Мидгард, 2006. - 1024 с.

105. Новгородцев П. И. Кант и Гегель в их учении о праве и государстве.—М.: Университетская типография, 1901.—245 с.

106. Ойзерман Т. И., Нарский И. С. Теория познания Канта.—М.: Наука, 1991.—208 с.

107. Осин В.Н. Общепризнанные социальные ценности (свобода, право, права и свободы, государство) и правовой менталитет/ В.Н.Осин // Вопросы философии. — 2012. — №9. — С. 46-56

108. ПопперК. Логика и рост научного знания. Избранные работы.— М.: «Прогресс», 1983. — 605 с.

109. Поппер К. Что такое диалектика? // Вопросы философии.—1995.

— № 1.—С. 118-138

110. Риккерт Г. Границы естественнонаучного образования понятий. Логическое введение в исторические науки.—СПб.: «Наука», 1997.—532 с.

111. Ролз Дж. Теория справедливости.—Новосибирск: Изд-во НГУ,

1995. —511 с.

112. Рорти Р. Случайность, ирония и солидарность./ Перевод с англ. И. Хестановой, Р. Хестанова.а—М.: Русское феноменологическое общество,

1996.—282 с.

113. Рорти, Р.Троцкий и дикие орхидеи//Неприкосновенный запас. —2001. —№3.

114. Руссо Ж. Трактаты.—М.: Издательство «Наука», 1969.—704 с.

115. Руткевич М.Н. Теория нации: философские вопросы/ М.Н.Руткевич//Вопросы философии. — 1995. —№ 5. — С. 19-32

116. Свасьян, К. А. Философия культуры Э.Кассирера (Истоки, своеобразие, критика) // Вопросы философии. — 1984. — № 9. — С. 95-103

117. Сендеров В. А. Национализм и глобальные идеологии / В.А.Сендеров // Вопросы философии.—2012. — №6. — С.159-149

118. Смит Э. Национализм и модернизм: критический обзор современных теорий наций и национализма. Пер. с англ. М.: Праксис, 2004.

— 464 с.

119. Соболева, M. Е. Система и метод в философии символических форм Э. Кассирера / Вопросы философии. — 2000. — № 2. — С. 87-100.

120. Соссюр Ф. Курс общей лингвистики: Пер. с фр./ Под ред. и с примеч. Р. И. Шор. Изд. 3-е, стереотипное.—М.: КомКнига, 2006.—256 с. (Лингвистическое наследие XX века)

121. Тейлор Ч. Структуры закрытого мира / Ч. Тейлор // Логос. — 2011. —№3. —С. 33-56

122. Тейлор Ч. Что не так с негативной свободой / Ч. Тейлор // Логос. — 2013.—№3.—С. 187-208

123. Теннис Ф. Общность и общество / Фердинанд Теннис.—Спб.: Владимир Даль, 2002.—450 с.

124. Тоффлер Э. Метаморфозы власти: Пер. с англ./Э. Тоффлер.—М.: ООО «Издательство ACT», 2003 .—669.

125. Трёльч Э. Историзм и его проблемы.: Пер. с нем.—М.: Юрист, 1994.—719 с.

126. Троицкий К. Е. Переоценка ценностей в аксиологической мысли М. Вебера / К.Е.Троицкий // Вопросы философии. — 2013. — № 4. — С. 154163

127. Федотова В.Г. Единство и многообразие культур в условиях глобализации / В.Г.Федотова // Вопросы философии.—2011. —№9. — С. 4554

128. Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки: Переводы с англ. и нем./Общ. ред. и авт. вступ. ст. И. С. Нарский.—М.: Прогресс, 1986.—524 с.

129. Философия Канта и современность. Под общ. ред. Т. И. Ойзермана. М., «Мысль», 1974.—469 с.

130. Фливбьерг Б. Хабермас и Фуко: мыслители для гражданского общества // Вопросы философии. — 2002. — № 2. — С. 137—157.

131. Фохт, Б. А. Понятие символической формы и проблема значения в философии языка Э. Кассирера // Вопросы философии. — 1998. — № 9. — С. 150—174.

132. Фрейд 3. Введение в психоанализ: Лекции.— М.: Наука. 1991.—

456 с.

133. Фромм Э. Бегство от свободы. Человек для себя/Эрих Фромм; пер. с англ.—М.: ACT, 2006.—571с.

134. Фуко М. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы/ Мишель Фуко; Пер. с фр. В. Наумова под ред. И. Борисовой.—М.: AdMarginem, 1999.—479 с.

135. Фуко М. Слова и вещи. Археология гуманитарных наук. Пер. с фр. В. П. Визгина, Н. С. Автономовой. Вступительная статья Н. С. Автономовой.— СПб.: A-cad, 1994.—408 с.

136. Фуко М. Интеллектуалы и власть: статьи и интервью, 1970— 1984: В 3 ч.: Ч. 1. / Пер. с фр. С. Ч. Офертаса под общ. ред. В. П. Визгина, Б. М. Скуратова. — М.: Праксис, 2002. — (Новая наука политики.) — 381 с.

137. Фуко М. Интеллектуалы и власть: статьи и интервью, 1970— 1984: В 3 ч.: Избранные политические статьи, выступления и интервью. Ч. 2 / Пер. с фр. И. Окуневой под общ. ред. Б.М.Скуратова.— М.: Праксис, 2005.—318 с.

138. Фуко М. Интеллектуалы и власть: статьи и интервью, 1970— 1984: В 3 ч.: Ч. 3 / Пер. с фр. Б.М.Скуратова под общ. ред. В. П. Большакова. — М.: Праксис, 2006. — 311 с.

139. Фуко М. Нужно защищать общество: Курс лекций, прочитанных в Коллеж де Франс в 1975—1976 уч.г. СПб.: Наука, 2005 г. 312 с.

140. Фукуяма Ф., Хабермас Ю. Гражданин Европы: только миф? /Ф. Фукуяма, Ю. Хабермас // Логос.— 2012.— №4.— С. 71-81

141. Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие. Перевод с нем. под редакцией Д.В. Скляднева. — Спб.: «Наука», 2000. - 377 с.

142. Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер. с нем.—М.: Издательство «Весь Мир», 2003.—416 с.

143. Хабермас Ю. Вовлечение другого: Очерки политической теории / Пер. с нем. Ю. С. Медведева; под ред. Д. А. Скляднева. — М.: Наука,

2001. —417 с.

144. Хабермас Ю. Демократия. Разум. Нравственность. — М.: Наука, 1992. —176 с.

145. Хабермас Ю. Политические работы. — М.: Праксис, 2005. —

368 с.

146. Хабермас Ю. Расколотый Запад / Пер. с нем. О. И. Величко и Е. JI. Петренко. —М.: Изд-во Весь мир, 2008. — 192 с.

147. Хайек Ф. Дорога к рабству/ Пер. с англ.—М.: Новое изд-во, 2005.—264 с.

148. Хайек Ф. Претензии знания/Ф. А. фон Хайек//Вопросы философии.—2003.—№ 1.—С. 168—177.

149. Хантингтон С. Кто мы? Новые вызовы американской идентичности. Пер. с. англ.—М.: ООО «Издательство ACT»: ООО «Транзиткнига», 2004. — 635 с.

150. Чукин С. Г. Перспектива приходской колокольни против статуи свободы: к полемике между коммунитаристами и ролзовцами/ Политическая концептология. — 2010. — № 3. С. 103-136

151. Чукин С.Г. Размышления о философии на перекрестке второго и третьего тысячелетий. Сборник к 75-летию профессора М.Я. Корнеева. Серия «Мыслители». Выпуск 11. СПб.: Санкт-Петербургское филсофское общество,

2002. С. 76-97

152. Чумаков А.Н. Глобалистика в системе современного научного знания / А.Н.Чумаков // Вопросы философии.—2012. — №7. — С.3-17

153. Штраус Л. Естественное право и история. — М.: Водолей Publishers,2007. —312 с.

154. Эпштейн М. Будущее языка / «Знамя». — 2000. — №10. [Электронный ресурс] URL: http://www.netslova.ru/kritika/m epstein.html (дата обращения 12.07.14).

155. Эпштейн М. Русский язык в свете творческой филологии разыскания/«3намя».—2006.—№1 [Электронный ресурс] URL: http://magazines.russ.rU/znamia/2006/l/epl3.html (дата обращения: 03.07.14).

156. Юм Д. Трактат о человеческой природе. Книга вторая. Об аффектах. Книга третья. О морали/ Пер. с англ. С. И. Церетели, примечания И. С. Нарского—М.: «Канон», 1995.—229 с.

157. Ярощук Н.З. К вопросу о национальной форме социального бытия / Н.З. Ярощук // Вопросы философии. — 2013. — № 1. — С. 65-74

158. Ясперс К. Смысл и назначение истории.—М.: Политиздат, 1991. — 527 с.

159. Brubaker R. The limits of rationality: an essay on the social and moral thought of Max Weber. — London and New York: Routlege, 1991. — 119 p.

160. Rorty R. The Fire of Life [Electronic resource] URL : http://www.poetrYfoundation.org/poetrymagazine/article/l 80185 (accessed

URL : https (accessed 12.05.14).