Славяне на Дону VIII - начала XII вв. тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 07.00.02, кандидат исторических наук Цечоев, Валерий Кулиевич

  • Цечоев, Валерий Кулиевич
  • кандидат исторических науккандидат исторических наук
  • 2000, Ростов-на-ДонуРостов-на-Дону
  • Специальность ВАК РФ07.00.02
  • Количество страниц 191
Цечоев, Валерий Кулиевич. Славяне на Дону VIII - начала XII вв.: дис. кандидат исторических наук: 07.00.02 - Отечественная история. Ростов-на-Дону. 2000. 191 с.

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Цечоев, Валерий Кулиевич

Введение.

Глава 1. Племенная принадлежность и этническое развитие славян на Дону.

1.1. Историография вопроса племенной принадлежности и этнического развития славян на Дону.

1.2. Племенная принадлежность и этническое развитие славян на Дону УШ-начала XII вв.

Глава 2. Пути и пределы расселения славян на Дону.

2.1. Историография вопроса путей и пределов расселения славян на Дону УШ-начала XII вв.

2.2. Расселение славян на Дону УШ-начала XII вв.

Глава 3. Социально-экономическое и общественно-политическое развитие славян на Дону УШ-начала XII вв.

3.1. Историография вопроса социально-экономического и общественно-политического развития славян на Дону УШ-начала XII вв.

3.2. Социально-экономическое и общественно-политическое развитие славян на Дону УШ-начала XII вв.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Отечественная история», 07.00.02 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Славяне на Дону VIII - начала XII вв.»

В период раннего средневековья па лесостепных просторах Донского региона разворачивался длительный процесс, отражающий многие неизученные аспекты истории Российского государства. Исследование раппсере, и поискового периода представляется очень актуальным, так как этот временной отрезок донской истории находится па стыке эпох, характеризует становление и развитие феодальных государств. Степи и лесостепи донского бассейна были заняты племенами, создавшими уникальные культуры - Ромеиско-Боршевскую и Салтово-Маяцкую. Древние славяне, хазары, болгары и аланы дали истории малоизученный образец компактного сосуществования различных этнокультурных групп. Роль и место славян па Дону VII 1-начала XII вв. нмеез большое значение. На примере славянской части донского населения, перед нами предстает многогранная история региона, находящегося на стыке Европы и Азии, кочевых и земледельческих- цивилизаций. В настоящее время повышается интерес к проблематике истоков казачества и феномену славянской колонизации. Феномен исторического развития донских славян заключался не в случайном факте заселения выходцами из Киевской Руси донской « Тепа incognita», а в единстве этнокультурной истории. особенностях этногеографического и социально-экономического развития славян на Дону.

Объектом исследования является многогранное историческое развитие славян на Дону VII 1-начала XII вв. История славян на Дону позволяет выявить значимые, проблемные вопросы, составляющие предмет диссертации.

Предметом работы являются конкретно-исторические вопросы племенной принадлежности славяно-русского населения региона, пу тей и пределов их расселения в приречной лесостепи Дона, социально-экономического и общественно-политического развития славян во в ¡аимосвязи с ролью Донского торгового пути кпк связующей части Восточных и Западных цивилизаций.

Географические рамки данной работы заключают в себя все пространство от лесных верховьев Дона и Северского Донца на севере до лесостепных районов его устья. На западе территориальные рамки начинаются в междуречье Днепра и Северского Донца, заканчиваясь на востоке Волго-Донским междуречьем и Кумо-Манычской впади 11011. В ряде случаев в пределы псслсдомаппи включаются районы Северного Каика ш Указанная географическая конкретика объясняется тем, что славяне селились и обживали только берега рек Донского бассейна, а также территорию Донского торгового пути. Кроме того, древнюю историю невозможно привязать к современным географическим и административно-политическим реалиям.

Для детализации исторических процессов Донской регион условно разделен на верхний, средний и нижний. Под верхним Доном понимаются районы, близкие к Оке и Волге, выше 50° северной широты, с более резким континентальным климатом. Эти районы находились в пределах племенного союза вятичей. Верхнее Подонье в VIII-XII вв. было покрыто сплошным густым лесом и не отличалось от аналогичных районов восточнославянской ойкумены. Под средним течением понимается обширная лесостепная Донская пойма до низовьев современного Цимлянского водохранилища. Этот район отличается от традиционной ойкумены вятичей, и поселения славянских колонистов здесь датируются позднее, то есть 1Х-ХП вв. К юго-западу от Цимлянского моря по Приазовья включительно относятся районы нижнего Дона и Подонья-11риазовья. Здесь же рассматриваются прилегающие районы Северского Донна и Маиыча. Появиться и закрепиться в регионе славяне могли только в силу социально-экономических и общественно-политических процессов Х-Х11 вв. Конкретно-историческое развитие в указанных районах также даез возможность дифференцировать их исследование. При определении средневековых физико-географических границ региона использовались источники и историко-географические исследования в работах Г.В. Вернадского [2.28, С. 24-25, 33], Б.А. Рыбакова [1.50, С. 18], Т.М. Калининой [1.20, С. 225]; [1.21, С. 68], С.Л. ! 1летневой [2.1 10, С. 7-9], Л.М. Гумилева [2.54]; [2.59], И.В. Зиньковской [2.65, С. 4, Илл. 1-3], И В. Волкова [2.43, С. 48-52].

Хронологические рамки работы затрагивают VIII-IXI1 вв. Период VIII-XII вв. определяется в работе исходя из того, что в первой четверти VIII в. активизировался процесс славянского расселения в регионе. Он проходил «волнообразно» и делился на два лапа, своеобразным рубежом которых принято считать 965 г. С середины X в. начинается собственно колонизация Дона выходцами из Древнерусского государства. Этот процесс завершается кризисом конца XI в., а в 1117 г., согласно русской летописи, население Белой Вежи уходит на Русь.

Таким образом, хронологические рамки исследования занимают VIII-XII вв., так как именно в этом временном отрезке соотносятся подавляющее (нмп.шшнтво ппеьмепиых и археологических источников.

При изучении как проблемы славянства на юге вообще, гак и темы славян на Дону, в частности, необходимо учитывать параллельные т емы, охватывающие те же пространственно-временные рамки и тесно связанные в силу взаимоотношений и взаимовлияния народов. Таковыми темами являются: история Древнерусского государства, история Хазарпи, история кочевников южнорусских степей.

Изучение славян Донского региона систематизируется по различным районам или в соответствии с хронологическими периодами. Поэтому общая историография темы отсутствует. Вместе с тем обобщение наблюдений и выводов исследователей уже позволяет прийти к выявлению ряда интересных закономерностей. Подробнее историография дается в главах диссертационного исследования, - это поможет избежать повторов и рассмотреть развитие темы в проблемной конкрет ике. В общем. историография темы делится на три этапа: досоветский, советский и современные исследования.

Впервые к .исследованию рассматриваемых вопросов подошли русские историки XIX нач. XX вв. Самые значительные исследования по конкретным аспектам провели П.Н. Парсов, ПЛ. Голубовскпп, Д.И. [ Iноиайский, НЛ. Марков, li.IL Савельев, Д.Л. Сницын, Д.Д. Шахматов (см. подробнее: [2.168, С. 13-15]; [2.170. С. 3-35]; [2.171, С. 64-83]).

Досоветские историки вынуждены были использовать слабую источниковедческую базу, их исследования отличались упрощенным подходом. Авторов волновали вопросы: «Откуда славяне пришли па Дои и куда ушли?». Проблематика виделась только через призму политической истории. В этот же период стало наблюдаться размежевание исследовании по географическим, хронологическими источниковедческим признакам. Так как тема была в процессе своего становления, какой-либо системы взглядов не отмечалось, и упомянутые авторы высказывали различные, иногда диаметрально противоположные взгляды на вопроси тем ьг.

Из историков «русского зарубежья» существенный вклад в изучение донских славян внес Г.В. Вернадский, который высказался в пользу длительного процесса этнической и социально-экономической истории донских славян [2.28]; [2.29].

С о в етс к а я и его р и о гр а ф и я в осп р и и я л а ос и о в и ы е п о л о ж и те л ы I ы с черты дореволюционных исследований. Но уже с 1930-х гг. в исследованиях отмечаются идеологические догмы, а многие вопросы интерпретировались в соответствии с официальной историографией. Вместе с тем 15 советское время появились новые интересные концепции и направления. Наибольший вклад в изучение темы внесли археологические исследования Б.А. Рыбакова, М.И. Артамонова, И.И. Ляпушкииа, А.П. Москаленко, С.А. Плетневой. Советские археологи активно исследовали Ро-менско-Боршевские комплексы Подонья. Археологические работы па нижнем Дону проводились в основном в связи со строительством Цимлянского водохранилища (см. подробнее: [2.8]; [2.9]; [2.12]; [2.92]). Исследования советских историков позволили выявить на Дону вятичей, в верховьях Северекого Донца северян, а в Белой Веже 965-1117 гг. ~ древнерусское население. Пути и пределы расселения локализовались по Дону к Северскому Донцу. Выявлено два этапа расселения: VI 11-Х и XXII вв. Социально-экономическое развитие донских славян определялось окраинным характером расселения, сельское хозяйство было на более низком уровне развития, зато приоритетное развитие получила торговля. В период формирования Древнерусского государства большое значение имели грабительские набеги в Прикаспийские города.

Большой вклад в изучение темы внесли воронежские археологи, например, A3. Виниикова, А.Д. Пряхнн, М.В. Цыбин (см. подробнее: [2.34]; [2.36]; [2.123]; [2.124]; [2,125]). .

В Ростовской области археологические исследования активизировались с 60-70 гг. Крупных работ по теме нет. В основном исследования представлены статьями В.И. Перевозчикова, В.А. Числовой, Г1.А. Ла-ренка, С.В. Рязанова, И.В. Белинского, A.M. Маловского. В последнее время появилось немало интересных журнальных публикаций (см. подр. [2.170]). В вопросе племенной принадлежности современная историография склоняется в пользу многогранного и сложного процесса этнокультурного развития. Датировка путей и пределов расселения изменений не претерпела, а уровень социально)-экономического развития иногда предполагается тождественным Киевской Руси. Высказываются мысли о не-вхождепии Подонья в состав Древнерусского государства.

История славян па Дону отражена в письменных и археологических источниках. В некоторых случаях сведения о славянах Подолья сохранились в фольклорном материале.

В диссертации использованы опубликованные письменные источники, которые делятся по их происхождению на русские летописи, воеточные и западные источники. Большинство источников отражают события VIII-XII вв.

Русские летописи и «Слово о полку Игореве» скупо отражают события, связанные с историей славян на Дону. «Повесть временных лет», повествуя о ранней истории славян, дает пределы расселения северян следующим образом: «А друзии седоша по Десне, и по Сами (Сейм), по Суле, и нарекашася север» [1.44, С. 11]; [1.46, С.70]. Далее летопись указывает, что славянские племена, среди которых радимичи и вятичи, пришли с запада «от ляхов»: «Бяста бо 2 брата в лясех, - радим, а другий Вятко, - и пришедъма седоста Радим на Съжю (р. Сож - левый приток Днепра), и прозвашася радимичи, а Вятъко седе с родом своим по Оце, от него же прозвашася вятичи-;:. седяху (славяне). от Днестра оли до моря, и суть гради их и до сего дне, да то ся шаху от Грек Великая скуфь» [1.44, С. 16-17]; аналогичный текст приведен у A.A. Шахматова, а подробный анализ этого фрагмента предложен Б.А. Рыбаковым [2.138, С. 28]. Получается, что регион расселения на востоке не конкретизирован, но известно, что часть славян селилась в приморских степях и лесах, в «городах», оставшихся от'скифских времен. Уровень социальной организации общества грех славянских племен покачан низким: « радимичи, и вятичи, и север один обычай имяху. звериным образом,. не ведущие закона божия, но творяху сами себе закон» [1.44, С. 17]. Эта часть летописи составлена до середины X в., гак как заканчивается слонами «воло-деють бо хозары руськии князи и до днешнего дне» [1.44, С. 17]; [2.182].

В более поздней редакции, когда запись в летописи уже велась по годам, под 859 г., летописец сообщает: «А козаре.: и на северах, и на вятичах, имаху по беле и веверице от дыма» [1.44, С. 18]. Ипатьевский вариант «Повести временных лет» под 859 г. также сообщает, что «козаре и махнуть. на вятичех, и на северах. по беле и веверици» [1.44, С. 13]. По русским летописям прослеживается период хазарского влияния на славян с VIH в. по 882-884 гг.

В 884 г. начинается процесс активного проникновения русских князей в пределы Хазарии, заселенной славянами. В этом году «Иде Олег на северяне, и победи северяны», возложил на них «дань лёгку» и не позволил «им козаром дани платпти, рек «аз им противен, а вам не чему» [1.44, С. 20]. По тексту источника видно, что славяне-северяне предпочитали платить дань хазарам, по не «легкую», равную шьлягу, дань своим западным соплеменникам. В 885 г. были покорены и радимичи. Вне зависимости от древнерусских князей остались только вятичи. Русская летопись не донесла сведения о противодействии' Хазарского каганата вмешательству в ее территории, но события 945 г., связанные с восст анием древлян против Игоря, позволяют предположить, что северяне и вятичи также могли выступать против объединительной политики киевских князей. Исходя из изложенного этот этап датируется 884-945 гг.

Активность' русских князей I а востоке возобновляется лишь с 964 г. после почти двадцатилетнего периода «затишья». Летопись сообщает, что Святослав, окрепнув, «глаголя: «Хочу на вы ити». И иде на Оку рку и на Волгу и реша: «Козарам по шълягу от рала даем». И здесь же под следующим 965 г. помещена информация о походе Святослава на Дон: «Иде Святослав на козары; слышав же козари, из идо ш а противу с князем своим Каганом, и съступишася битися, и бывши брани, одоле Святослав козаром и град их и Белу Вежю взя. И ясы победи.и касоги» [1.44, С. 47]. Из источника видно, что «град их» и «Белая Вежа» не одно и то же, и что эта «война» состояла из нескольких этапов.

В следующем, 966 г., «Вятичи победи Святослав и дань на них възложи» [1.44, С. 47]. Видимо, покорение южных степей был довольно длительный процесс, поскольку в похвале монаха Иакова сыну Святослава князю Владимиру сообщается все о том же: «На козары шел, победи я и дань на них положи» [1.42, С. 71]. Вероятно, эти события связаны с восстанием вятичей против Владимира: «В лето 982 г. заратишася вятичи, и иде на ня Володимер, и победи я второе» [1.42, С. 55-56]. Таким образом, в хронологическом промежутке 964-982 гг. важным событием является война Святослава с Хазарией 964-968 гг.

Анализ текста русской летописи о событиях 960-х гг. и интерпретация указанных событий во многом зависит от личностного восприятия исследователя при чтении источника. Но сопоставление летописных данных о походах Святослава, противостояние славян юго-восточной окраины Руси, политике первых русских князей свидетельствует в пользу длительности процесса их присоединения к Древнерусскому государству. Конкретизация хронологии указанных событий, их этапность или последовательность пе раз становилась предметом дискуссий при апалпчс источников. Вслед за A.A. Шахматовым [2.178, С. 34]; [2.181, С. 338] к анализу походов Святослава обращались многие историки, например Г.В. Вернадский [2.29, С. 52], М.И. Артамонов [2.5, С. 426-428], С.А. Плетнева [2.110, С. 49-50], В .Я. Петрухин [2.107, С. 102-109]. Б.В. Лунин отметил, что в 965-967 гг. Святослав совершил свой самый крупный восточный поход, пройдя по суше около 3 тысяч км. и по воде 1500 [2.83, С. 127]. Все указанные исследователи пришли к выводу об успешной организации Святославом нескольких походов на Восток.

Анализ этой части источника позволяет не только согласиться с правильностью их выводов, но и указать значимость 960-х гг. в последующих событиях. В частности, Византия потеряла свое влияние в регионе. Эти события явились одной из причин войны Святослава с КонI стантиногюлем и нанятыми империей печенегами в 968-972 гг. Период 982-1022 гг. в источнике не отражен. Видимо, заслуживавших внимания летописца, событий на юге не происходило. Однако, существовавшие на Дону славянские племенные объединения вскоре вновь выступили против Киевской Руси, так как последующие летописные события также говорят о борьбе уже Тмутараканской Руси с Киевской.

Мстислав Владимирович, «зареза Редедю», повторно присоединив к Руси касогов в 1022 г-., усилившись па юго-восточной окраине l'yen, объединил под своим началом Тмутараканское и Черниговское княжества. Получается, что Донской регион с 1022 по 1034 гг. входил вместе с Белой Вежой в государственное объединение Мстислава Владимировича. Русские летописи подтверждают эту интерпретацию событий, сообщая о победном походе в 1024 г. Мстислава на Киев против Ярослава Владимировича, и заключении в 1026 г. мира: «Ярослав. сотвори мир с братом своим Мстиславом у Городьця» [1.44, С. 99-100]. Вскоре после победы над Ярославом Мстислав совершил удачный поход в Ши.рваи в 10301032 гг. и значительно расширил пределы своего княжества [2.70]; [2.186].

Границы Черниговского и Тмутаракаиского княжеств 'простирались от левобережья Днепра (включая весь Донской регион) до предгорий Северного Кавказа. Мстислав умер в 1034 г., оставив брату Ярославу Владимировичу земли, сопоставимые с Киевской Русью. Таким образом выделяется период 1022-1034 гг. Он характеризуется как расширением славянского присутствия в регионе так и самостоятельностью от Киевской Руси.

В указанный период два русских государства мирно сосуществовали друг с другом. «В лето 102°.г.» источник прямо указывает, что па Руси «мирно бысть». Остатки печенегов были разбиты в 1036 г. Спокойствие было нарушено только в 1068 г. в связи с приходом «на Русьску ¡ем-шо половци мнози» [1.44, С. 100-101].

Половецкий период (Х1-ХП вв.) в русских летописях освещен более подробно, в основном, в связи с походами князей против половцев. Ипатьевская летопись в 1055 и 1061 гг. сообщает о приходе на Русь сначала торков, затем половцев [1.46, Стб. 151, 152, 156]. В 1 103, 1 109, 1111, 1116 гг. русские князья регулярно совершали походы на Дон, в источниках сообщается о «половецких вежах» [1.46, Стб. 525], [1.46, Стб. 260]. Летопись в 1147 г. впервые упоминает «о градах Червленого Яра и на Великой Вороне» [1.47, Стб. 222] в связи с междоусобной борьбой русских князей. Однако переломить ситуацию даже удачные походы русских князей уже не могли, так как и 1117 г. население Белой Вежи уходит на Русь [1.46, Стб. 285]; [1.44, С. 404]; С 1.48].

События Х-ХИ ни. позволяют также вычленить два периода противостояния Руси и степи: славяно-печенегских столкновений до 1036 г. и борьбы с половцами. Ключевым -событием первого периода было объединение Руси в 1034 г. и вхождением региона в состав Древнерусского государства. Важнейшей вехой второго периода является уход большей части славянского населения на Русь в I 117 г. Однако значимость торговых путей сохраняется. Впервые в летописях упоминаются их названия: Залозный и Соляной.

Одним из важнейших древнерусских письменных источников является «Слово о полку Игореве». В действие «Слова» втянуты огромные географические пространства, в том числе и Донской регион: реки /Дон, Северский Донец, Каяла., Азовское море. «Слово о полку Игореве» является важным историческим и литературным источником в исследовании топонимики Донского края. (Комментарий Л.Д. Дмитриева: [1.55, С. 26, 30, 34, 38, 193-194].

Автор «Слова» дает общую географию южных рубежей Древней Руси и различает Дон «Великий» и «Малый» - Северский Донец, указывая, что направлением похода- Игоря Святославовича в 1 185 г. являлось устье Дона и Приазовье - сердце половецких владений. В источнике несколько раз отмечается цель похода - «Испить шеломами Дона», «поискать града Тмутаракани». Реконструировать донскую топонимику XII в. логичнее, исходя из маршрута движения русской дружины по половецким степям. Границей Руси, согласно «Слову», в XII в. был большой холм: «О Русская земле! уже за шеломяиемь еси!» [1.55, С. 31]. Л.Д. Дмитриев, комментируя этот отрывок произведения, предположил, что высокие холмы в верхнем течении Северского Донца - это Изюмская возвышенность вдоль р. Изюм (топоним «Изюм» в источнике отсутствует-это более поздний топоним). Эта местность в наше время называется

Изюмский курган» [1.55, С. 199]. После пограничных холмов в источнике дается география «земли незнаемой» в соответствии с направлением похода и аллегорическим сравнением с местом зимовки лебедей в устье Дона:

И Поморию,

И Посул ига, .

И Сурожу,. И тебе, Тьмутороканьский бльван!

А половци неготовыми дорогами

Побегоша к Дону Великому» [1.5.5, С. 30].

Далее в географии «Слова» дается «быстрая Кайла» [1.55, ('. 35]. (Возможно, что битва произошла на реке Калитва).

В «Слове» несколько раз рядом с «тропой Трояна» [1.55, С. 28] или «землей Трояна» [1.55, С. 35] упоминается устье Дона. Возможно, автор «Слова» имел в виду под «тропой Трояна» знаменитые прежде Донские торговые пути, тем более, что география похода как бы повторяет маршрут славян, использовавшийся еще в начале XII в. и, возможно, дошедший до автора «Слова» в легенде, что Тмутараканекие князья очень хорошо знали пути сообщения в регионе: «Всеславъ изъ Киева доискате до куръ Тмутараканя».[1.55, С. 45]. Во времена же Игоря Святославовича «неготовани дороги» (торговые?) использовали лишь половцы.

Анализ «Слова» как исторического источника позволяет выявить, что в Донском регионе в XII в. сохранилось немало славянских топонимов. Хотя регион, как видно из источника, уже не входил в Древнерусское государство, но в народной памяти сохранились отрывочные сведения об истории Тмутараканской Руси и Донского торгового пути.

Русские летописи и «Слово о полку Игореве» позволяют реконструировать ряд исторических аспектов. Сообщения в источниках да тируются 1Х-ХП вв. Однако, только по древнерусским источникам исследовать славян в Подонье-Приазовье не представляется возможным.

Восточные рукописи оставили обширные сведения о народах Дона и Северного Кавказа, в том числе и о славянах-руси. Сохранившиеся во времени «манускрипты» можно разделить по их происхождению на му-сульманско-арабские и еврейско-хазарские. Указанные источники датируются или описывают процессы VI-XII вв. По своей форме эти документы представлены древними научными трудами, историко-географическими описаниями, путевыми заметками или дневниками, дипломатической перепиской.

Многие источники по своему содержанию повторяют, дополняю! или конспективно отражают друг друга. Часть рукописей является компиляцией. Иногда в процессе редактирования предыдущего автора последующий составитель рукописи в значительной степени искажал содержащуюся информацию или исключал из источника важную содержательную часть. Эти особенности отражены в переводах на русский язык. Кроме того, востоковедам XIX-XX вв. зачастую не было известно о существовании аналогичного по содержанию мусульманского источника. Имели место ошибки и неточности переводов, неясность комментариев. Некоторые источники до сих пор не переведены на русский язык, хотя в них содержится интересная информация. Например, существует арабский текст [Histore de rois de Perses par Abu Mansour Abd al-Malix ibn Iswail al-Tha'alik (text arale publie'et traduit par H. Zotenberg. Paris. 1900. p.611]. В этом тексте содержится подробный рассказ Захир ад-дина о ру-сах в VI в. [см. 1.40, С. 363].

Серьезная попытка осветить в пересказе источников процессы на Дону в VIII-XII вв. была предпринята Б.В. Луниным [2.83, С. 104-109]; [1.44]. В настоящее время эти книги стали редкостью, в значительной степени устарели, автором использованы не все сведения о славянах на Дону известные в восточных источниках, вскользь освещены хазарские сведения о славянах-руси.

Современным исследователям раннего средневековья приходится сталкиваться с указанными трудностями и «по крупицам» собирать, анализировать достоверность информации в сохранившихся источниках.

Фрагментарные переводы восточных авторов стали появляться в России в XIX в. 'Гак, Б.А. Дорн перевел сочинение персидского историка Табари с упоминанием о военном проникновении руеов па Северный Кавказ в VII в. [1.16, С. 11, л. 6]; [1.17, С. 4-6]. Д. Хвольсон представил переводы Ибн-Даста и Руста [1.62, С. 657-771]. Но наиболее полное собрание сведений отражено в работе А.Я. Гаркали «Сказания мусульманских авторов о славянах и Руси» [1.14, С. 74, 125-193, 218-283]. И пом сборнике есть сообщения о социально-экономическом развитии местных славян, о торгово-военных операциях и взаимоотношениях с соседними народами. Заслуживает внимания также коллективный труд А.А. Куппка и В.Р. Розена «Известия Аль-Бекри и других авторов о Руси и славянах» [1.28, С. 173-179].

Другие исследователи не только уточняли переводы уже опубликованных рукописей, но и привлекали новые материалы. С. Толстов, А.11. Ковалевский и ИЛО. Крачковский ввели в научный оборот новые источники, отражавшие сведения о славянах, в том числе на Дону [1.60, С. 155184]; [1.49, С. 210-223]; [1.22]. Мусульманские источники обобщены и переведены в ряде хрестоматийных трудов В.В. Б ар-толь да, Б.Н. Заходера, А.П. Минорского, А.П. Новосельцева, АЛО. Якубовского, Т.М. Калининой, В.Т. Пашуто (см., напр., [1.19, С. 138, 223-225, 407]; [1.40, С. 387401]; [1.6, С. 684-688]; [1.4]; [1.5]. *

В мусульманских рукописях отражены некоторые аспекты политической и этнической истории на Дону и в Северокавказском регионе. Уже ранние восточные историки упоминали русов. В VI в. где-то на рубеже Северного Кавказа в связи со строительством Дербентской стены Захир-ад-дин сообщал о племени «Рус». К этому же времени относятся сведения и о Ас-Са'алиба [2.104, С. 363]. Другой историк, Мохаммед Ибн-Джарир ат Табари (838-923 гг.), опираясь на сообщения персидского автора VII в. Балами писал о событиях 643 г. Правитель Дербента Шахрияр сообщал тогда арабскому военачальнику, осадившему этот город: «Повелитель Правоверных! Я зажат меж двух врагов: хазар и русов. Последние - враги всего мира. Поскольку одни мы знаем, как воевать с ними, давайте воевать с ними вместо взыскания с нас дани» [1.14, С. 74]. Шараф аз Заман Тахир также сообщал о русах в регионе: «Они народ сильный., и ходят в дальние места с целью набегов а также па кораблях в Хазарское море, нападают на корабли и захватывают товары. Храбрость их и мужество хорошо известны. Если бы у них были лошади и они были бы наездниками, то они были бы страшнейшим бнчем для человечества!» [см. 2.104, С. 397-401]. Далее в источнике идут более поздние компилятивные тексты 1Х-ХП вв. [2.104, Там же, С. 411-413]. Примерно такой же перевод источника приводится у Б.А. Дорна, но у него есть дополнение в тексте: «Повелитель правоверных! Жители этих стран (степей Северного Кавказа) все неверные из хазар, рус, алан. Они смешались с тюрками и взаимно соединились с ними посредством бракосочетаний» [1.16, С. 11]. Ал-Истархи разделял хазар на два типа: «смуглых и белых», то есть европейского типа [1.19, С. 138].

Авторы Ат-Табари, Ахмад ибн Амал ал-Куфи, Ахмад ал Балазури, Масуди отразили события,, происходившие на Дону в 737 г. Разгромив войско кагана, захватив Семендер, арабский полководец Мерван «дошел до Славянской реки» (так называемой «Нахр ас Сакалиба») и увел оттуда 20 тысяч семей славян [1.28, С. 173]. У А.Я. Гаркави приведен такой же перевод ал Балазури [1.14, С. 37-38]. У Ат-Табари в этом месте пересказа есть важное уточнение, что Мерван взял пленников у реки «Спк-лаб» [1.14, С. 38]; [2.103, С. 30].

Ал-Куфи и Масуди, повествуя об этих же событиях, сообщали, что на «реке Славян» между Мерваном и побежденным царем Сарира (савп-ра-славян) было заключено перемирие, по условиям которого владетели Сарира ежегодно обязывались поставлять в ал Баб 500 юношей и 500 белокурых и стройных наложниц [2.103, С. 30]. То есть прямо говорится о присутствии здесь именно славян.

В переводах А.Я. Гаркави и A.II. Новосельцева отмечена роль славян в политических и иных региональных процессах IX-X вв. Так в сообщении, датируемом примерно 822 г. ал-Мукаддаси сообщал: «Войско ар-Рума, которых зовут ар-Рус напало на них (хазар) и овладело их страной» [1.104, С. 222]. Здесь необходимо отметить, что события 965 г. в источнике отражены отдельно; хотя по содержанию и стилю изложения цитаты очень похожи: «Я также слышал, что римские войска, известные как русы, завоевали хазар и захватили их земли» [1.14, С. 282]. (В пользу дифферентности этих событии' говорят археологические находки - в IX в. разрушены «городки пограничья» и Правобережное городище, вскоре после этих событий в 837 г. началось строительство Саркела).

Произведение главного почтмейстера халифата Убайдалы Ибн Хурдадби (Хордадбек) «Книга о путях и царствах» достаточно известный источник. Описывая ранний период славянского присутствия па Дону, примерно 846 г., Хордадбек писал: «Первым участком пути славян в Гиркаиское (Джурджанское, то есть Каспийское море) был Танаие-Славянская река». Направляясь из этой реки в Каспий славяне платили пошлину каганату в городе Хамлий на Волге (Саркел при этом еще не упоминался, поэтому возможна датировка источника до основания этого города в 842 г). Об этих русах-славянах, торговавших мехами, в этом же повествовании сказано, что они «направляются по Танаису, то есгь реке славян проливом мимо столицы хазар и десятину с них взимает их [хазар] правитель [1.14, С. 281-283]; [2.104, С. 2 84-285]; [1.49, С. 210-215]. Кроме географии торговых путей сообщения Хордадбека - важная составляющая в реконструкции целого ряда исторических процессов [1.49, С. 215-223].

Память об участии славян в северокавказских войнах отражена и в поэтическом произведении Низами Гянджеви «Искандер-иаме:»

И когда предводитель веех руеов-Кинтал

Перед велением звезд неизбежными встал,

Он семи племенами быть в указанном месте

Приказал и убрал их, подобно невесте.

И хазаров, буртаеов, аланов притек,

Словно бурное море, безмерный поток.

От владений Иса до кыпчакских владений

Степень оделась в кольчуги, в сверканья их зв,ений.

Краснолицые русы сверкали. Они

Так сверкали, как магов сверкают огни.

Ха шарийцев направо, буртаеов же слева

Ясно слышались возгласы, полные гнева е '.1

Были с крыльев исуйцы: предвестьем беды Замыкали все войско аланов ряды Посреди стали русы. Сурова их дума:

Им, как видно, не любо владычество Рума! [1.40, С. 376]; [2.150, С.

201].

Вели в поэтическом переводе сохранены сведения автора XII в. о том, что повелитель русов приказывал хазарам и кыпчакам, следовательно, источник датируется временем после 965 г., но никак не V-VIII вв., согласно интерпретации O.A. Семенова, и В.И. Сергеева [2.150, С. 201].

Арабский поэт VIII в. Ал Ахгал аллегорически писал о степных дорогах Северного Кавказа:

Верблюды каравана сторонятся встречных людей, Точно видя г в них толпу златокудрых саклабов» [Здесь «саклаб» означает славян («ас-сакалиба»), - В.Ц.] [1.1, С. 508]. В сочинениях арабских авторов, .в частности у Ибн-Русте в «Дорогих ценностях» упоминаются остров Русов и первый славянский город на востоке - Ванбнит (Ванбит, Ва.т, Ва-Ит). «Некоторые из жителей этого города похожи на русов» [1.40, С. 389]. Ибн Русте (а наряду с ним и другие авторы) дают ценные сведения о структуре власти у славян-руеов» [2.104, С. 387-391]. Причем, эта структура власти говорит в пользу хазарского влияния на те славянские племена, которые в силу своего географического положения были наиболее близки каганату. Страна русов, соприкасавшаяся с Хазарией описывается в указанном источнике к северу от реки Руга (Русская река), но восточнее Днепра и Куявы соответственно западнее Волжской Болгарии, причем в сфере влияния хазарского государства. «Царя этих русов называют Каган Русов» [2.104, С. 397-401]. Исходя из анализа текста Ибн Русте (и Гардизи) получается, что этот славяно-русский каганат с центром в Ванбните был, несомненно, на Дону.

Несколько слов по поводу дискуссионного вопроса о «третьем политическом центре Руси» — Артании. Apea (Apia, город Артаб) упоминаются в «рукописях» ал-Истархи, Ибн Хаукаля, ал-Саведжи и ал Идри-си [2.104, С. 411]. Однако на данный момент нет достаточных оснований отождествлять Арсу (Арту.) с каким-либо из донских славянских центров. Во-первых, указанные источники говорят, что Русы не пускают в свою «страну» иностранцев. По отношению к Донскому региону, вхоч дившему в состав Хазарии, это неверно. К тому же иностранцы-арабы неоднократно были на Дону. Во-вторых, в источниках прямо указывает ся, что мусульмане достигали даже Ку.а.на (Куявии, Киева), а Артаб находился в 4 днях пути между Киевом и Сла.а (ас-Славийа). (Понятно, что Дон не может находиться между Киевом и Новгородом). Наконец, из Арсы (по всей видимости лесного края) вывозили черных соболей и черных леопардов, свинец и олово. Указанные статьи экспорта никогда не являлись характерными для Дона, так как указанный регион специализировался на транзитной торговле. К тому же в источнике прямо указывается, что купцы из Артании приезжают в Хазарию по торговым делам с севера. Исходя из вышеперечисленного нет оснований идентифнцировать Арсу с Донским регионом.

В отличие от «загадочной» Ареы источники позволяют реконструировать не только географию славянского присутствия в регионе, но и роль Донского торгового пути. Торговые пути IX в. по данным Ибн-Ходадбека и Ибн ал-Факиха были детально проанализированы Т.М. Калининой [1.21, С. 68-82]. Здесь важным представляется уточнение исследовательницы арабских текстов в том, что «купцы руси, проходя по Реке Славян» входят (переправляются) из Дона в Волгу [1.21, ¡С. 80]. В переводе А.Г1. Новосельцева Ибн-ал-Факих сообщал, что из Рима славяне-русы следуют морем в Самкерц (Самкуш еврейский). «Из Самкерца» указанные данные купцы «следуют в страну славян или направляются из моря Славянского в Славянскую реку, чтобы переправиться в залив Хазарин и там с них берет властитель хазар и они следуют к морю Хорасаискому (Каспийскому)» [2.104, С. 385].

Ибн Хордадбек, Ибн Хаукаль и Масуди в аналогичных сообщениях называют «славянскими речами» Танаис и Волгу [1.14, С. 41-43, 140141]. (При этом напрашивается вывод: арабы считали «славянскими» реками Северский Допец, Дон (известный как Хазарский залив) и Волгу от переволоки до устья). Масуди (Уу В.Ф. Минорского Мас'уди) в «Истории Щирвана и Дербента» Азовское море называет морем Русов, Танаис рекой Русой. Далее идет сообщение о заливе Хазарском [1.14, С. 41]. В другом месте Масуди читаем: «В верхней части Хазарской реки (Игель) (то есть Волги), есть приток, впадающий в Бахр ал Бунтас (Понтус, ал-Нитас, то есть Море Русов), . и они (русы) обосновались на одном из его берегов (т о есть на берегу моря) [1.14, С. 196]. Эти «русы служат в войске царя (хазарского) и являются его слугами [1.14, С. 193]. В этой части источника указанная протока является ни чем иным как «нижним» течением Дона (от переволоки до его устья). Упомянутый в источнике Танаис - Северский Донец.

На карте, составленной ал Идриси (1154 г.), указывается большая река «Русийа» (Rusia), которая несет свои воды с гор Кукайя в море, которое по контурам напоминает Азовское. В устье реки на правом берегу изображен город «Русийа» (RUSA). В упомянутую реку «Русийа» впадает шесть больших рек, истоки которых также находя тся в горах Кукайа. В районе Волжской Болгарии реки «Русийа» и Итель соединяются, а выше по течению опять расходятся в противоположные концы. Город Белая Вежа на карге не указам, зато рядом с городом «Русийа» ecu, какие-то обозначения, а несколько выше того места где должна быть Белая Вежа на Дону указан город Булгария (Bulgaria). Следует отметить, что город Булгар на Волге также отмечен. В междуречье Дона и Кумы помещена Хазария (al Mazar), а устье Кубани, вероятно, Тмутаракань. Кукайа в источнике нарисованы на севере и не идентичны Кавказским горам, которые изображении на юге. Текст географа ал-Идриси и его карта приведены в ряде источниковедческих трудов (см., напр., [1.7, С. 212]; [1.50, С. 18]). Есть указанная карта и в богатых источниковой базой исторических исследованиях (см., напр., [2.153, С. 75]). (Арабская топография подтверждается европейской XIV-XVI вв. [2.43, С. 48-53]).

Таким образом, арабские историки, географы и путешественники дают ценную информацию, позволяющую проанализировать масштабность участия славяи-русов в социально-экономических процессах в Донском регионе.

Большая роль в обобщении источников, отражающих участие «русских славян» в политической жизни региона принадлежит A.IO. Якубовскому [1.64, С. 63-92]; [2.186, С. 461-472]; [1.65, С. 29-31]. Анализируя «сообщения» Б.А. Дорна о походе Тмутараканских русов в Прикаспий Волжских русов на Бердаа в 943-944 гг., и переводы ряда других источников, нельзя не согласиться с выводами АТСХ Якубовского, что «русские славяне» выступали на востоке как крупная политическая сила [2.186, С. 461-464]. Подтверждение этой роли славян многократно отражено в источниках, например: [1.15, С. 6-10]; [2.94, С. 193, 196].

В связи с тем, что русские летописи скупо отражали походы Святослава на Дон, Волгу и Северней Кавказ в 964-966 гг., очень важны ара-бо-мусульманские сведения также сообщавшие об этих событиях. У Му-каддаси в интерпретации А.Я. Гаркапи читаем: «Я также слышал, что римские воины, известные как русы, завоевали хазар и захватили их земли» [1.14, С. 282]. Об этом же уточняет перевод А.П. Новосельцева «Войско из Ар-Рума, которых зовут Ар-Рус, напало на хазар и овладело их страной» [2,104, С. 222]. В переводе В.Т. Пашуто у Ибн-Хаукаля в «Книге путей и царств» сказано: «В настоящее время пе осталось и следа пи из Булгара, ни из Буртаса, ни из Хазар, ибо Русы напали на них, . отняли у них все эти области и присвоили себе». В ходе войны славяне взяли города Саркел, Семсидер, Итель [2.105, С. 94-95]. (Видимо, арабы, сообщая о русском войске Рима, знали о договорах Руси с Византией и о дипломатической миссии к тавроскифам Калокира) [1.29, С. 182, 183].

Подробный анализ источников (по Ибн Хаукалю) кроме В.В. Бар-тольда [1.6, С. 850], находим, например, у В.Я. Петрухина [2.107, С. 103106]. В.Я. Петрухин как и ряд других авторов обоснованно склонялся к мысли о масштабах военной операции, которую осуществил в 960-х гг. Святослав. Т.М. Калинина датировала указанное сообщение Ибн-Хаукаля 325 г. хиджры, то есть 968-969 гг. [1.21, С. 70]. Г.В. Вернадский соотнес упоминание письменных источников о наблюдавшейся в «Записках готского топарха» астрономической аномалии со сведениями Ибн Хаукаля и вычислил, что Сатурн в период с 874 по 1021 гг. занимал положение, отмеченное в «Записках», именно в начале января 963 г. [2.29. С. 52]. Исходя из «новой» хронологии, Булгар взята в 965 г., а поход закончился в 968 г. захватом Ителя и Семеидера [2.29, С. 53].

Ф.Ф. Вестберг в публикации источника [1.10, С. 71-132, 227-286] обратил внимание на «феномен Сатурна», но датировку не предложил.

В более поздний период Х1-ХП арабские мусульманские источники реже упоминают о славянах Подоиье-Приазовье. С XII в. не сообщается о военных походах славян в Прикаспий (см., например, [1.7, С. 212]; [1.17, С. 389]). В XIII в упоминаются (в основном) только аланы и Хазарское море (например, у Ибн аль-Асира [1.59, С. 25-28]). (Сведения о славянах в этот период (XIII в.) есть только в западных источниках).

Мусульманские источники оставили нам ценнейшую информацию о многих аспектах жизни славян в регионе, что позволяет реконструировать исторический процесс. Сопоставление мусульманских источников помогает вычленить основные исторические события, которые подтверждаются в хазаро-еврейских источниках.

Публикация хазаро-еврейских источников началаа', в XIX в. В исследовании А.Я. Гаркави «Об языке евреев, живших в древнее время на Руси» говорится о приходе на Русь евреев из Хазарии с Дона, о мирном сосуществовании в северской земле и на Дону языческой, а затем христианской и иудейской общин [2.47, С. 4-6]. На подобные сведения ссылается и В.Я. Петрухин [2.107, С. 100-101], который в своей монографии приводит большие выдержки из источников

В «Сказаниях еврейских писателей о хазарах и Хазарии» в издании А.Я. Гаркави [1.13, СМ 62] и у П.К. Коковцева в «Еврейско-Хазарской переписке X в.» [1.23, С. 70-82] приводятся ин тересные сведения о славянах в составе каганата. В частности, перечисляя племена, подвластные этому государству, царь Иосиф перечислил вятичей и северян, которые находились," в том числе, и на Дону. Южнее указанных племен по источнику X в. обитали славуины. Если вятичи, северяне и славуины платили Каганату дань, то о русах - служилом сословии, - этого не говорится.

О славянах, входивших в состав Хазарии, сообщает еврейский источник Иосиппон (сочинение неизвестного средневекового автора под псевдонимом Иосиф бен Горион). Иосиппон подробно проанализирован в труде В.Я. Петрухина [2.107, С. 25-36]. В этой же работе прилагается текст «Книга Иосиппон. Таблица народов» [2.107, С. 36-40] и комментарии к источнику [там же, постранично]. Фрагменты Иосиплона опубликованы в работе А.Я Гаркави, где сообщается, что «Руси живут по реке Кира, впадающей в море Гурган» [1.13, С. 301]. (С точки зрения А.Я. Гаркави в Гуркан, то есть Каспийское, море, с похожим названием впадиной река Кура). Mo у И.Я. Нетрухипа и Д. Флюссера другой перевод, где при том же смысле текста отмечается река Кива (Киев) [2.107, С. 38]. Представляется, что речь должна идти о р. Кума.

Таким образом, в восточных источниках наиболее подробно отражены этнокультурные процессы и особенности социально-экономического развития славян в Хазарии, неоднократно отмечается их присутствие на берегах крупных рек региона, в том числе и на. Дону. Большинство упоминаний о славянах-русах в регионе относится к периоду Vil I-XI вв.

Западные (европейские) письменные источники также позволяют реконструировать историю славян Азово-Донского региона. Российские ученые XIX-XX вв. неоднократно опирались на европейских средневековых авторов, однако интерпретация иногда давалась вольно. В частности, основываясь на сообщения И.И. Срезневского о древнерусских надписях VI в. в Крыму, Д.И. Иловайский предположил существование в Подонье-Приазовье «Черноморской Руси» [2.67, С. 290-291, 333]. Автор широко использовал письменные источники, приводил их детальный, в том числе текстовый анализ. Многие историки в своих исследованиях опираются на серьезную базу источников, использованную Д.И. Иловайским в «Разыскания о начале Руси». Однако, надо иметь в виду, что большинство источников, использованных автором локализуются Причерноморьем и Таманским Приазовьем.

Большую работу по подбору и анализу источников провели Б.А. Рыбаков [2.132, С. 319-320] и В.В. Мавродин [2.90, С. 234-237]; [1.52, С. 263]. Более вольные интерпретации источников допускал Б.А. Рыбаков, который соотносил сведения, отраженные у Плиния, Страбона, Проко-пия Кесарииского с Северским Донцом.

В отличие от Ь.А. Рыбакова В.В. Мавродип привел детальный текстовый анализ этнонимов в их развитии: савира (по Птолемею) /саврика (по Гвидо Равенскому) /север (по русским летописям) / северяне [2.90, С1. 234]. Анализируя указанную этимологию и лингвистические данные было выявлено, что во многих указанных «яфетовых» языках «sev», «sav», «savr» означает «черный». Получилось, что кроме ирано-язычных племен в этногенезе приняли участие «черные болгары» (одетые в черное болгары). Яфетические племена, среди которых были и славяне, дали название племени «север» (северяне) и городу Чернигов [2.90, С. 234-237].

Европейские письменные источники собраны в ряде трудов, ставших уже раритетными. Наиболее важные сведения о славянах (русах-скифах) есть в переводах и комментариях С.П. • Кондратовой [1.45, С. 297-298]; A.B. Мишулина [1.35," С. 253-257]; Г.Е. Кочина [1.8, С. 23-24]; [1.52, С. 72]. В связи с походами Святослава па Константинополь подробные сведения о «Причерноморской Руси» оставил Лев Диакон. Перевод этого источника интересен как в интерпретации А. Попова (1820 г.), так и в переводе М.М. Копылова с подробными комментариями Н.Я. Сюзюмова (1988 г.) [1.29, С. 240]. Фрагмент «старого» перевода приведены также в хрестоматийной работе В.В. Мавродина и И.Я. Фроянова [1.52, С. 263]. Удачно соединены источники в Своде письменных известий под редакцией Г.Г. Литаврина [1.1]; [1.2]; [1.25].

Некоторые европейские источники позволяют лишь в общем охарактеризовать исторические аспекты связанные с интересующей нас темой. Наиболее ранний памятник европейской «комографии» относится, предположительно, к началу VIII в. и принадлежит перу анонимного ра-венского географа. «Космография» описывает продвижение славян в Скифии на Восток. В реконструкции текста Э. Шведера и переводе A.B. Подосинова славяне локализуются в VIII в. на верхнем Дону с роксоланами, аланами в регионе, называемом Сарматскими горами (верховье Дона), между Новинетуном (?) и Мурсианским озером (Азовское море?)

1.25, С. 401-405]. Интересны также «Пертинскне анналы», сообщавшие о прибытие к императору Людовику I Из Византии посольства. В составе посольства были представители народа «Рос» (Ююб), которых отправил «царь их по имени Хакан» (СЬасапиБ) [1.8, С. 23-24]. В историографии укоренилась традиция соотносить «царя по имени Хакан» с русским князем при хазарском влиянии на древних русов. Однако из источника не ясно, какой из «царей» направил эту миссию -русский князь (каган) или хазарский, которому, в 1-й половине IX в. были подвластны славянорусские племена. |

Другие источники говорят о донских славянах подробнее. Сочинение Константина Багрянородного «Об управлении государством» дает немало сведений, в общем говорящих о славянах. Так автор сообщает о «внешней Руси» [1.24, С. 5]. С точки зрения В.В. Мавродина «Русь внешняя, в отличие от «внутренней Руси» - Киева, Чернигова и Переяславля, -представляла земли подвластных киевским князьям славянских племен [2.88, С. 155]. Сообщения о «внешней Руси» очень важны, так как прямо говорится о значительной части славяно-русского этноса вне пределов Древнерусского государства.

Важнейшим европейским источником позволяющим реконструировать этническое взаимодействие славян и степных народов является «История» Льва Диакона. Автор сообщает о посольстве Капокира к тавро-скифам с целью заключения с ними союза против болгар. Хотя народы лесостепи называются Львом Диаконом в старой античной традиции скифами, «История» впервые использует данное этническое наименование применительно к русским [1.29, С. 36]. М.Я. Сюзюмов подсчитал, что русские названы скифами 63 раза, росами - 24, тавроскифами -21, таврами - 9 раз [1.29, С. 182-183]. При этом источник неоднократно упоминает о Руси в Крыму и в Приазовье, сообщая о родственности росов к хазарам и другим племенам, Обитавших в Приазовье. В ходе переговоров Святослава с Византийским императором в 972 г. последний предложил русскому князю удалиться в «свои области и к Киммерийскому Боспору» [1.29, С. 56]. Авторы комментариев к источнику полагали, что эта область означала Крым, где русов до конца X в. не было. Следовательно, они ставили под вопрос само существование «Азовской Руси», а перевод А. Попова относительно Руси в Приазовье считали ошибочным [1.29, С. 197]. Но М.Я. Сюзюмов и С.А. Иванов не учитывали, что незадолго до похода на Константинополь Святослав завоевал Подонье и Приазовье. Следует отметить, что в источнике отмечается прибытие византийского посольства"во главе с Калакнром к тавроскнфам русп именно в район Босфора, а не в Киев [1.29, С. 44, 188].

Книга Девятая» «Истории» Льва Диакона говорит о скифском влиянии на погребальный обряд у славян. Источник сравнивает обряды принесения жертвы по умершим (тризны), другие особенности обычаев славян со скифами, полагая, что славяне «научились этому то лч у своих философов, то ли у соратников Ахилла» (которого считали скифом, родом с Дона) [1.29, С. 78-79, 209-211]. Уместно заметить, что История» четко отличает скифов от русов [1.29, С. 211]. (При анализе сообщений Ибн-Фадлана о похоронах Знатного Руса «реконструировалось» влияние степной культуры на славянский погребальный обряд (см., [1.52, С. 6669]). Подобное влияние отмечается и археологами (см. напр., [2.138, С. 97-98, 108-110, 141]). Сравнительный анализ сообщения Ибн Фадлаиа с археологическими источниками см. у Б.Д. Рыбакова [2.138, С. 305-314].

Исходя из вышесказанного о скифах-русах «внешней Руси» (или «Азовской Руси») можно реконструировать глубокую этнокультурную взаимосвязь славянского и степных народов Нижнего Дона и Приазовья во 2-й половине X в. Указанный этнокультурный процесс имел место на территории «Руси внешней».

Анализируя западные источники, необходимо отметить, что в них нет прямого указания о славянах на Дону, так как скифский регион «рисуется» в общем. Но сопоставление сведений европейских средневековых авторов с данными русских летописей и арабских «манускриптов» говорит о том, что ряд исторических событий могут быть привязаны к Азо-во-Донскому региону в большей части к IX-X вв.

Отголоски прошедших событий донесло сквозь века устное народное творчество. Наиболее интересны в этом плане этнографические наблюдения Н.И. Костомарова, который собрал уникальный свод былин, преданий в лесостепном регионе юго-востока Украины. Народная память донесла предания, где интересные этнографические материалы собраны также И.П. Сахаровым [1.54]. Этнографические наблюдения не систематизированы, но донское население помнит о князе Владимире и о походах в Каспий [1.54, С. 59-60]. С.А. Плетнева записала «легенду» о прежних жителях указанной местности [1.43, С. 14]. Курганы раннего средневековья названы «савар-могилы» [1.26, С. 120, 319].

Археологические источники являются иногда единственным материалом по истории славянского населения Дона. Число этих источников постоянно увеличивается, они публикуются в специальной археологической литературе и являются предметом конкретных исследований. Поэтому в диссертации предлагается общий обзор опубликованных источников археологических комплексов Ромеиско-Боршевской культуры. Некоторые источники не опубликованы или не сохранились, - их обзор и описание дается в археологических исследованиях, отчетах и сообщениях о раскопках.

Археологически определяются три славянских центра Роменско-Боршевской культуры:

1) Территория верхнего и среднего Дона, в основном на территории Воронежской области (источники боршевского тина);

2) Территория в верхнем течении Северского Донца (источники роменского типа);

3) Территория нижнего Дона и Приазовья (источники двух .вышеуказанных типов со значительными местными особенностями).

Большинство источников относится к боршевекому тину. Впервые они были введены в научный оборот в конце XIX - начале XX вв. Первые разведочные работы и раскопки у сел Боршево, Архангельское, Ми-хайловское и Белогорское показали наличие здесь около 350 курганов на р. Воронеж и свыше 630 на Дону (см. напр., [2.17, С. 8]; [1.9, С. 63]; [1.32, С. 113-114]; [1.57, С. 83-84]).

Разведки и раскопки в Кузнецком, Михайловском, в грех Белогор-ских городищах, проведенные Л.Б. Вейнбергом, А.И. Мартиновичем, Е.Л. Марковым, завершились публикацией уникальното археологического материала [2.91, С. 126-127]. Л.Н. Савелов на XII археологическом съезде впервые представил археологическую карту среднего Дона, указав на ней места расположения боршевских археологических памятников [1.51, С. 160-162].

В начале XX в. кропотливая работа по сбору источников продолжалась силами Воронежского губернского статистического комитета (ВГКО) и Учебной Архивной ¡Комиссией (ВУАК). Руководил работой А.И. Мартинович. В 1903-1907 гг. было продолжено изучение памятников на р. Воронеж, в том числе Лысогорского могильника [2.14, О. VI-XXXVII]; [1.18, С. IV-XXXV1II] (см. подробнее [2.170, С. 19]).

Отдельной страницей краеведения Центрального Чернозем!.я можно назвать работу Церковного историко-археологического комитета (ЦИАК) в Воронеже. Труды авторов публиковались в Воронежских епархиальных ведомостях. В частности, сохранилось описание окрестностей Задонска иеромонахом Геронтием, окрестностей Алексеевского монастыря архимандритом Илларионом (см. подробнее [2.2, С. 31-46]).

A.A. Спицын в 1905 г. посетил с. Боршево и провел археологические исследования. Всего им определены 12 укрепленных поселений. Из них наиболее исследованы были Боршевское, Михайловское, Архангельское, Кузнецкое, I, II, III Белогорские.-Самое восточное Архангельское было окаймлено несколькими рядами дугообразных земляных валов с остатками деревянных крепостных конструкций по вершинам валов. Самым крупным из городищ было Боршевское.

Жилища боршевцев бревенчатые полуземлянки «славянского nina», отапливавшиеся печью или открытым очагом. Инвентарь в жилищах скудный и представлен, в основном, костяной утварыо. Металлургия находилась на низком уровне развития. Керамика везде однотипная, орнаментированная гребенчатым и волнистым рисунком, и встречалась чаще в виде фрагментов [1.58, С. 79-84]; [1.31, С. 76].

Частично вскрытые Боршевский и Кузнецкий могильники показали славянские'труносожжения в горшках. Погребальна.« обрядность везде схожая: в центральной части курганов располагались зольные площадки, служившие кремационными кострами. В них обнаружены обожженные фрагменты керамики и глины, кости жертвенных животных. Большинство площадок ориентировано на юго-восток. Некоторые площадки не имели строгой ориентации и жертвенная зольная площадка располагалась в западной части кургана. Независимо от варианта обрядности в кургане присутствовала деревянная оградка из вертикально поставленных столбиков или плах Христианской обрядности не отмечено [1.32, С. 113]; [1.51, С. 160-162]; [1.58, С. 79-84].

Результаты археологических исследований на территории Воронежской губернии в досоветский период подробно обобщены в труде Ю.В. Готье [2.51]. В главе «Источники славянских поселений на Дону» A.M. Москаленко привела ряд археологических от четом Л.Б. Всппберга, А.И. Мартиновича, Л.М. Савелова и других исследователей славянских древностей [1.36, С. 23-28].

В советское время крупные археологические исследования начались с экспедиции ГАИМК в 1928-1929 гг. и Воронежского областного музея в 1933-1934 гг. [2.62, С. 6-9]. В послевоенный период силами Воронежского госуниверситета и Института Археологии АН СССР исследования были возобновлены (см. подробнее: [1.36, С. 35-50]; [2.97, С. 84-88];

2.124, С. 22-33]; [2.33, С. 172-178]). В 1960-1990 гг. проводилось изучение Белогородского городища [1.37, С. 61-62], Лысогорского могильника [1.38, С. 60-61], других археологических памятников, в том числе, на р. Воргол [2.120, С. 109-121].

Исследования Кузнецкого, Большого и Малого Боршевекнх и других городищ показали не только отдельные жилые строения - полуземлянки, но и обширные помещения для родоплеменного проживания. «Патриархальные дома» е множеством пристроек п переходов позже датированы V1-VIII вв. и соотнесены с архаичной Черняховской культурой [1.36, С. 113-114]: [2.62, С. 76-78]. Наиболее характерное Боршевское поселение с пологой стороны высокого холма правобережья било защищено высоким земляным валом, укрепленным деревянными конструкциями. На вершине вала имелись такие же крепостные сооружения. Вокруг вала был вырыт крепостной ров. Стены рва укреплялись бревнами, что предохраняло от сползания земли [2.61;, С. 6-39]; [2.62, С. 76-82].

Скромные и небогатые курганные могильники дают небольшое количество инвентаря. Украшения почти отсутствуют. Отмечаются уже представленные выше варианты обрядности. Встречаются случаи трупо-положения. Публикации аналогичных источников и их обзоры представлены также у М.И. Артамонова, И.В. Валунинского, Т.И. Никольской [2.6, С. 270]; [2.25, С. 1 11],f2.101, С. 94].

Источники Верхнего и Среднего Подонья даны в Книге A.M. Москаленко. В хронологическом порядке автор кратко представила археологические отчеты по 1980 г. включительно. Кроме уже опубликованных источников в монографии есть и новые - редкие образцы керамики, произведенной на гончарном круге, нумизматическая подборка [2.97]; [1.37]; [1.38]; [2.81]. Население до X в. языческое, - это отражено в погребальном обряде. Трупосожжение совершалось на стороне с погребением праха на заранее размеченной округлой площадке, преимущественно в восточной части кургана. Кремированные остатки размещались горшках в срубных домовинах. Несколько подобных сосудов находились поблизости. Встречаются и более сложные обряды: несколько камер и оград при нахождении останков в одной из них (остальные являлись ложными). В некоторых курганах отмечено дв!;или три зольные площадки, оградка не из деревянных столбиков и плах, а из камней [1.36, С. 23-55].

Подробно погребальный обряд описан А.З. Випниковым. По погребальным особенностям курганы делятся на 2 района.

Первый район (средний Дон) характеризуется стабильностью погребального обряда: (

- трупосожжение за пределами кургана;

- деревянные конструкции в курганах в виде камер и оградок с ориентацией северо-восток - юго-запад;

- кальцинированные кости находятся в керамических сосудах боршевского типа;

- почти полное отсутствие иных видов инвентаря (украшение и гтроч.) [2.36, С. 42-43]; [2.34]; [2.35, С. 38-41].

Во втором районе (на р. Воронеж) обряд нестабилен. Характерные признаки здесь следующие:

- трупосожжение на стороне, но размещение остам ков не на зольной площадке, а па погребальной почве (гр. 1);

- размещение останков в погребальной камере (гр. 2);

- вторичная кремация на месте кургана (гр. 3);

- сожжение на месте (гр. 4);

- сожжение на месте в погребальных камерах (гр. 5) [2.36, С 43]. Взаимоотношения славянской и алано-болгарской погребальной обрядности отражено в отчете советско-болгарско-венгерской экспедиции [2.32, С. 38-41]. Материалы представлены также в источниковедческих работах археологов А.З. Винникова, Г.Е. Афанасьева, А.Д. Пряхи-на и других [2.16, С. 6-7]; [2.125, С. 50-52]. Материалы II Белогорского городища использованы И.В. Зиньковской в диссертационном исследовании [2.65]. Достижения воронежских археологов обобщены в ряде новых работ и сообщены на научных конференциях (см., напр., [2.38, С. 287-299]; [2.121]; [2.166, Г. 223-229]; [2.63, С. 195-190]; [2.144, О. 222-229]; [2.123, С. 109-117]).

В курганах первого района керамика только славянская, во втором районе встречается салговская и волынцевская. В двух районах в курганах встречаются византийские культовые светильники [2.36, С. I 33-1 36].

На верхнем Дону, вдоль рек Красивая Меча и Быстрая Сосна (в районе городов Ефремов и Елец) 3 крупных городища и более 10 селищ. Курганных комплексов сопоставимых по количеству захоронений со среднедонскими здесь нет. В районе Липецка исследуется одно славянское городище. Боршевская культура Верхнего Подонья соотносится с районом Среднего Дона, наименее подверженного наличию особенностей [2.36, С. 4-7]; [1.43, С. 8]; [2.184, С. 113-114]; [2.127, С. 146-156]; [2.165]. Южнее Красивой Мечи начинались уже маяцкие поселения [2.31]; [2.175].

Так называемое «Славяно-хазарское пограничье» верховьев Дона и Северского Донца было заселено в основном аланами и болгарами. Это население представлено Салтово-Маяцкой культурой, в комплексах которых и поблизости от них отмечены славяне. Датировка комплексов VI1I-X вв.

В верхнем течении Северского Донца наличие славян подтверждаются в Салтовском и Дмитриевском комплексах, в том числе, в грунтовых могильниках. Археологические исследования начались здесь в послевоенный период. В 1950-1951- гг. разведывательный северокавказский отряд Волго-Донской археологической экспедиции ИИМК провел исследование указанного района. В 1969, 1973-1982 гг. экспедиция Харьковского университета раскопала грунтовый могильник в селе Сухая Гомольша. Отмечалось, что раскопки везде показали наличие элементов славянской культуры при доминировавшей Салтово-Маяцкой. Результаты полевых работ описаны и классифицированы в публикациях М.И. Артамонова, С.А. Плетневой, В.К. Михеева, В.О. Баран, Ю.В. Кухарен-ко [2.15, С. 213]; [2.86, С. 33-374]; [1.43, С. 13-14, 63-65, 109]; [2.115, С. 923]; [2.1 12, С, 5-23]; [2.95, С. 6-17 (рис. 2.2; 4.6-12)]; [2.77, С. 99-108].

В частности, С.А. Плетнева нанесла на карту комплексы «пограни-чья» [1.43, С. 8].

Богатейшие материалы пограничных комплексов отражены также в трудах упомянутой выше советско-болгаро-венгерской экспедиции (см. подробнее: [2.32, С. 38-41]; [2.63]). Современные исследования «пограппi . чья» (материалы Маяцкого гсфодища, грунтовых могильников и курганных комплексов) отражены в работе Ю.Д. Разуваева и также нанесены ни археологическую карту [2.130, С. 145-147].

В упомянутом районе «пограннчья» источники говорят о следующих особенностях славян роменского типа:

- керамика не только славянская, но и салтово-маяцкая, в том числе в погребениях;

- трупосожжения не только в курганах, но и в грунтовых могильниках;

- полуземлянки соседствуют с наземными жилищами салтовцев и дмитриевцев;

- ряд жилищ переходного типа с элементами полуземлянок и тур-лучных домов и юрт;

- взаимозаимствования в быту (утварь, оружие и т.д.); f

- славянские укрепления возводились на месте старых хазарских городищ [1.43, С. 20, 27-29, 42, 71, 73, 132, 259-261].

Собственно, роменские комплексы на Северском Донце имеют аналогичные боршевским комплексам фортификационные традиции и варианты: ,

1. Приспособление естественной возвышенности для расположения городища и сооружения крепости;

2. Сооружение на пологом холме дополнительной насыпи с деревянными крепостными конструкциями.

Жилища роменцев имеют следующие варианты:

1. Срубная конструкция землянок и полуземлянок 3x5 м, 5x5 м;

2. Турлучная конструкция наземного жилья типа плетенного, чаще однокамерного дома (хаты) - мазанки [2.15, С. 177, 200-201].

На Нижнем Дону и в Приазовье первые источники о славянах появились в ХУШ-Х1Х вв. В 1744 г. казаки разбирали хазарскую крепость, а ее материал шел на строительство Даниловского бастиона в ст. Старочеркасской. С целью предотвратить разрушение памятников . Елизавета Петровна повелела направить на Дон экспедицию во главе с инженер-капитаном И. Сациперовым. Экспедиция сняла планы Лево^-бережного и Правобережного городищ, было дано описание близлежащей округи. В.И. Сизов во время выборочных раскопок Цимлянского левобережного городища в 1883 и 1184 гг. обнаружил мраморные колонны, бронзовые и медные монеты. Наиболее интересной находкой была монета с надписью «серебро Владимирове»» [1.53, С. 60-287]; [2.143, С. 145]; [2.11, С. 8]. Раскопками Саркела занимался Х.И. Попов. В.И. Сизовым и Х.И. Поповым были впервые составлены карта памятника и опубликованы археологические источники. Сообщения о Саркеле прозвучали на VI и IX Археологических съездах [1.53]; [2.118]. Описание городища есть в работе Е.П. Савельева [2.143, С. 148].

В 1926-1927 гг. были опубликованы результаты раскопок Северокавказской экспедиции ГАИМК под руководством А.А. Миллера [1.33]; [1.34]. В отчете экспедиции фигурируют славянская керамика [1.34, С. 18, 118], глиняные просфирницы и стеклянные бусы 1Х-Х1 вв. [1.34, С. 108, 109, 110, 120 (рисунки)]. Аналогичная керамика славянского типа обнаружена в Самбеке [1.34, С. 64 (рис. 1), С. 65 (рис. 3-5)]. На рис. 2 [1.34, С. 64] показано христианское безинвентарное захоронение в пещере на обрыве берега у Самбека. По материалам экспедиции был выпущен отдельный сборник источников и исследование М.И. Артамонова [2.11]. Источники, опубликованные в этот период, наиболее интересны, так как в XIX - начале XX вв. шло систематическое разграбление «Саркельских городищ». Указанные авторы неоднократно сообщали, что в результате действий местного населения памятники считаются потерянными для археологии (см., напр., [1.53, С. 8]).

Результаты полевых работ опубликованы также у Б.А. Рыбакова, М.И. Артамонова, И.И. Ляпушкина, A.B. Гадло, С.А. Вязигина [2.44, С. 35-43]: [2.6, С. 270]; [2.84, С. 58-62]; [2.12, С. 7-84]; [2.81, С. 40-45]; [2.7, С. 6-161]; [2.167]; [2.9]; [2.13]; [1.3, С. 41-44]; [2.137, С. 63-65].

Б.А. Шелковников обобщил и проанализировал археологические материалы полевой керамики Саркела - Белой Вежи, С.С. Сорокин - железные изделия, а П.А. Рапопорт реконструировал в схемах и таблицах крепостные сооружения [2.167, С. 9-39]. Очень интересную подборку и тщательный комплексный анализ керамики Левобережного городища провела С.А. Плетнева [2.167, С. 212-272].

Антропоалогические материалы по Саркелу-Белой Веже представлены Г.Ф. Дебецом [2.60, С. 256-259]. Многие публикации являются источниковедческими трудами, удачно сочетая в себе источники и исследования [2.4]; [2.8]; [2.10]; [2.11]; [2.12]. Уместно отметить, что опубликованные источники - малая часть из того, что хранится и разрушается в прах в запасниках музеев. Весь этот «золотой банк источников», по меткому выражению С.А. Плетневой, необходимо публиковать [2.74, С. 4]. Однако и опубликованные источники редко используются историками.

По археологическим источникам выделяется крупный район славянского присутствия на Нижнем Дону и в Приазовье, где отмечается группа поселений.

Саркел - Белая Вежа был в то время крупнейшим донским населенным пунктом. Городская крепость была почти прямоугольной формы 178,65x1 17,8x125,6 м. по периметру. Мощные угловые и промежуточные башни квадратной формы по 4 вдоль длинной стороны стен и по 2 вдоль короткой - выступали за периметр на 4 м.

Высота стен достигала 6,7 м., ширина кирпичной кладки - 3,7 м. Строительный материал - кирпич - плинфа местного изготовления византийского образца. Связующий раствор - известь. Крепость построена в 842 г. византийским архитектором Иеронимом Петроной. Культурный слой роменско-боршевской культуры в крепости достигает 1,5-1,8 м., то есть 150 лет во временном промежутке 842-1117 гг. Жилища славян в городе и близлежащих посадках в форме срубных полуземлянок размерами 4x3, 4x4,4x5 м. Обнаружены остатки гончарных печей и металлургического производства. Керамика и утварь местного производства и импортная, в том числе византийского происхождения [2.85, С. 56-158]; [1.43, С. 22-24]; [1.3, С. 141-145]; [2.10, С. 130-148]; [2.6, С. 270]; [2.7, С. 6161]; [2.9, С. 56-58]; [2.167, С. 212-272]; [2.11, С. 42].

Из сельскохозяйственных культур встречаются пшеница, ячмень, рожь, масличные культуры (лен), косточки садовых деревьев и винограда. В культурных слоях обнаружено множество костей речной рыбы и домашних животных. Встречаются кости диких, в том числе лесных животных (оленя) [2.13, С. 142]; [2.60, С. 257].

В городе прослеживается планировка улиц. В центре цитадели фундамент культового сооружения - христианского храма или синагоги [2.118]; [2.11, С. 12 (рис. 3)]; [2.114, С. 29]. В близлежащих курганах отмечено 250 языческих трупосожжений. Возле города, а в поздних слоях и внутри него находился грунтовый могильник - кладбище, где с XI в. датируются христианские захоронения [2.60, С.258-259]; [2.3, С. 42-43]; [2.13, С. 143-145]. У хут. Потайновского обнаружен надгробный камень с эпиграфической надписью «ИСХС» и «НИ-КА» [2.11, С. 32 (рис. 12)]. Часто встречаются иконки, в том числе с изображением Бориса и Глеба, различные виды нательных крестиков, в том числе кресты энколпионы, изображения андреевского креста внутри ромбов или кругов: «0«, «♦>«

2.81, С. 37-45]; [1.53]; [2.11, С. 18 (рис. 8/14; 8/14-а; 8/14-6)].

Верхние археологические слои показывают огрубление городской культуры, следы пожаров, фрагменты половецких стрел, застрявших между кирпичами крепостных стен. Культурных слоев XIII в. в городе не отмечается [1.33, С. 120-121]; [2.11, С. 41].

Дальнейшая судьба города трагична. В ХУШ-ХХ вв. местные жители использовали руины крепости как каменоломню, часть источников пропала в результате войн XX в., а в 1950-х гг. остатки Саркела-Белой Вежы были разрушены в связи со строительством Цимлянского водохранилища.

Правобережное городище располагалось в 7 км. от Саркела-Белой Вежи. В верхней части высокого 70-метрового холма был насыпан дугообразный вал со сторонами 250x350 м. На валу находилась белокаменная стена. Внутри вала прослеживается еще одна цитадель треугольной формы. Еще в XVIII в. высота стен достигала 1,5 м. В 1744 г. крепостные сооружения разобрали в связи со строительством старочеркасских бастионов. Городище разрушено в связи со строительством Цимлянского водохранилища. Датировка памятника дана, предположительно, УШ-Х вв. [2.84, С.58-62]; [1.14]; [1.33]; [2.11]. В октябре 1999 г. на северном берегу Цимлянского водохранилища обнаружена еще одна хазарская крепость, названная П.А. Ларенкоки А.С. Семеновым Саркелом-Ш. Сообщения о Саркеле-Ш прозвучали в докладе о памятнике в декабре 1999 г.

Ниже по течению находилось «Бабское или Золотовское городище». Это городище было описано Е.П. Савельевым [2.143, С. 149]. Описание памятника есть также в отчете А.А. Миллера и обзоре источников М.И. Артамонова [2.11, С. 115-116]; [1.33, С. 102]. Со слов Е.П. Савельева, схематический план его «местоположения» был представлен в Донской музей истории казачества.

Вокруг Саркела-Белой Вежи исследовались Роменско-боршевские поселения сельского типа: Цимлянское, у хуторов Потайной, Попов,

Ближняя мельница, Карнаухов, Средний, Ляпичев, на р. Аксенец и у станицы Суворовской. Элементы культуры тождественны сельскому варианту роменско-боршевцев: полуземлянки, керамика изготовленная без применения гончарного круга. Прослежены фрагменты сельскохозяйственных посевных площадей. (См. подробнее: [2.86, С. 337-347]; [2.167, С. 7-8]; [2.4, С. 141-143]; [2.10, С. 7-84]; [2.11, С. 42-43]; [2.9, С. 466].

Результаты раскопок отражены в музейных научных изданиях, сборниках, в том числе, в серии Историко-Археологические исследования в Азове и на Нижнем Дону [2.106, С. 160-224]; [2.139, С. 109-110]; [2.140, С. 127-135]; [2.141, С. 8-9]; [2.80, С. 128-129]; [2.141, С. 8-9]; [2.177, С. 132]; [2.43, С. 48-53]. Находки Роменско-Боршевской культуры соотносятся в публикации исследований с археологическими памятниками Самбек, Куричанское, Семеновская Крепость, Кобяково, Аксайская, Казачий Ерик, Елизаветинская, Рогожино XII, Донской I, Петровский, Узяк, Овощной I, Мартышкина Балка, Натальевка, Подазовский и в самом Азове на месте дома быта «Юбилейный» на ул. Ленина и на Октябрьской. В 1995-1997 гг. разведочные работы проводились на Азовском побережье от устья р. Миус до г. Прнморо-Ахтарска, и выявлено присутствие древнерусских элементов после исчезновения Тмутаракан-ского княжества, примерно до середины XIII в. [2.43, С. 53].

Элементы погребального обряда грунтового могильника [2.93, С. 143], тип жилища, хронология керамики [2.80, С. 128-129]; [2.141, С. 1517] аналогичны Роменско-Боршевской культуре и «пограничного беловежского типа». Однако данные, относящиеся к Приазовью, только исследуются и обобщающих материалов недостаточно.

Анализ опубликованных археологических источников, сгруппированных по трем районам Подонья, позволяет выявить общее и особенное в элементах Роменско-Боршевской культуры. К общему относятся следующие признаки:

- Славянские поселения датируются УШ-ХИ вв. В ряде случаев отмечается преемственность к праславянской Черняховской культуре;

- Большинство поселений (и отдельных элементов) в Приазовье датируются ХП-ХШ вв, некоторые «доживают» до XIV в.;

- Поселения оставлены оседлым сельскохозяйственным населением;

- Роменско-Боршевские городища и селища расположены у берегов рек изучаемого региона или на морском побережье;

- Все основные элементы культуры (тип поселений, жилищ, керамика, погребальная обрядность и др.) в общем тождественны.

К особенным относятся следующие признаки:

- Элементы Роменско-Боршевской культуры группируются в указанных районах по двум группам. Первая группа в меньшей степени восприняла влияние соседних культур. Вторая группа заимствовала ряд элементов Салтово-Маяцкой культуры;

- На Нижнем Дону и в Приазовье встречаются, в основном, элементы второй группы;

В культуре местных славян большое значение имели охота, рыбная ловля (как промыслы), развита торговля.

Целью работы является комплексное исследование этнокультурной истории местных славян, процесса их расселения в регионе, социально-экономического развития.

Под этнокультурной историей понимается не только определение племенной принадлежности обитавших на Дону выходцев из восточнославянских племен вятичей и северян. Без учета этнического взаимодействия различных народов лесостепи не представляется возможным вывести тему на новый уровень исследования.

Расселение славян в юго-восточной окраине Древней Руси определялось рядом этнокультурных и социально-экономических факторов. В соответствии с ними процесс «расселения» в географической конкретике Донской лесостепи целесообразно рассматривать, исходя из этнического взаимодействия близких по социально-экономическому развитию племен. Поэтому вопрос путей и пределов рассс?#ёШк"Шавда на Дону как бы тождественен вопросу их этногеографической истории.

К вопросу социально-экономического развития славян на Дону автор подходит, определив их этнокультурную и этногеографическую историю. Таким образом, вопрос представляется многоаспектным. Одним из аспектов здесь является уровень социально-экономического развития. Другим аспектом представляется восприятие славянами социальных и иных институтов соседних народов. Здесь же важен и тот неоспоримый факт, что соседние полукочевые и оседлые народы также перенимали у славян элементы земледельческой культуры и быта. Самобытная история славян на Дону в сравнении с их северными соплеменниками - не менее важный аспект. Все это во многом определяло Донской торговый путь -также социально-экономический аспект и фактор одновременно.

В связи с изложенными целями ставятся следующие задачи исследования:

- обобщить в историографии развитие вопросов темы;

- выявить общее и особенное в культурно-историческом развитии славян на Дону;

- дать, по возможности, цельную картину истории юго-восточной окраины славянского континуума.

Исследование основывается на теоретической базе русской и советской исторической нации. Указанный период соответствует раннему средневековью, когда активизировались процессы разложения первобытнообщинной и рабовладельческой общественно-экономических формаций, и складывались раннефеодальные отношения.

Методологическую основу работы составляют принципы объективности, научности, историзма. Кроме 1010, исследование основывается на специально-научных методах: историко-системном, историко-типологическом. В работе анализируется временная информация, основывающаяся на исторических фактах и исторических источниках [2.119,

С. 14-24], учитывается взаимосвязь прямой и косвенной временной и пространственной информации [2.119, С. 114-175]. Кроме того, в диссертационном исследовании производится анализ конкретных источников с их последующим синтезом, в соответствии с пространственно-временными принципами [2.119, С. 100-114]. Аналогично, на основе анализа предшествующих работ русских и советских историков устанавливается, какие стороны темы менее разрешены и определяется круг нерешенных проблем. Анализируются данные, на которые опираются историки, и после обобщения материалов источников и историографии следует попытка решения главных вопросов темы. В соответствии с этим структура исследования рассчитана на вытекание одной посылки из другой, последующего вывода из предыдущего, с анализом и синтезом данных посылок и выводов [2.119, С, 44-51].

С учетом всех данных, накопленных на настоящий момент исторической наукой, можно прийти к новым интересным выводам как по теме в целом, так и по отдельным ее аспектам. Впервые представляется возможным по-новому взглянуть на вопросы периодизации, этнокультурного, социально-экономического развития, попытаться реконструировать многообразие общественно-политического процесса у славян на Дону и выявить его роль в системе взаимоотношений Древнерусского государства и степных народов. Тема Славяне на Дону крайне интересна в научном отношении и вполне заслуживает занять достойное место в истории древнерусского народа.

Похожие диссертационные работы по специальности «Отечественная история», 07.00.02 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Отечественная история», Цечоев, Валерий Кулиевич

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

Многовековая история славян на Дону в период раннего средневековья - не случайный исторический эпизод, а закономерный процесс, который был обусловлен социально-экономическими, природио-географическими и политическими факторами.

В ХУШ-Х1Х в. в научный оборот были введены первые источники, позволившие говорить о славянском присутствии в юго-восточной окраине «Древней Руси». Однако многие сведения древних авторов не были в достаточной степени проверены, присутствовали ошибки в датировке источников/ Указанные недостатки перекочевали в научные исследования. Поэтому даже формулировки вопросов темы выглядели упрощенно:

- К какому роду - племени относились обитавшие на Дону славяне?

- Какими были пути и переделы расселения славян в регионе?

- Зачем славяне пришли в этот край?

Развитие источниковедческой и методологической базы в XX в. внесло некоторую корректировку в изучение славян на Дону. Больше внимание стало уделяться вопросам социально-экономического развития. Но в большинстве случаев суть исследований оставалась той же. Развитию темы мешали и идеологические установки советского периода.

В частности, в вопросе племенной принадлежности местных славян преобладала тенденция приписывать их к вятичам или северянам. Этническое взаимодействие с кочевниками определялось только с точки зрения позитивного влияния земледельцев - славян на степных алан, болгар, хазар.

В вопросе путей и пределов расселения долгое время считалось, что славяне обитали во всем регионе с VI в. Конкретизирующие датировки расселения У1-ХП вв. приводились не всегда, что для многовекового периода абсолютно "недопустимо. ( ;

Вопросы социально-эконс^лического и общественно-политического развития очень часто подменялись аспектом «уровня развития» донских славян. Но и сам «уровень развития» виделся авторами неоднозначно. Используя одни и те же источники, представители «яфетической» и «археологической» школ доказывал^, соответственно, тождественный Киевской Руси и архаичный уровни культуры и экономики местного славян-ск о го н а сел ен и я.

Наибольшего прогресса достиг вопрос реконструкции политической истории славян на Дону. Однако трактовка политических событий часто повторяла содержание узкого круга источников, например, восточных или византийских.

Вместе с тем во 2-й половине XX в. появились серьезные исследования, объективно отражавшие исторический прогресс. В частности, было убедительно доказано, что славяне роменского и боршевского комплексов не были этнически однородны. На славяно-хазарском «пограни-чье» и к югу от него обособленность славянской культуры определяется в большей степени. При соотношении археологических и письменных источников автору представляется, что в VIII-XII вв. шел активный процесс формирования третьего племенного объединения, Центр которого находился в «Пограничье», а затем в Саркеле-Белой Веже и в Приазовье.

В этнокультурном процессе на территории Подонья в основном приняли участие племена русов, вятичей и северян. Из неславянских племен взаимодействие наблюдалось прежде всего, с аланами. Этнические контакты с поркоязычным# хазарами и болгарами отмечались реже.

Следовательно, длительный во времени (пять веков), и проходивший па значительном географическом пространстве (около 500 тыс,-км'), процесс этнического взаимодействия народов трех языковых групп,'около десяти культурных общностей необходимо рассматривать с точки зрения многогранного этнокультурног о развития населения Подонья.

Процесс расселения славян в лесостепном дбнском регионе представляется взаимосвязанным ш более глобальным зтногеографическим

Л'-.' процессом на территории юго-востока Европы.

Впервые славяне появились в междуречье Днепра и Северского Донца в VI в. Тогда же какая-то их часть оказалась на среднем Дону. Однако пррцесс расселения был прерван натиском с юга степных народов. Расселение славян в регионе можно отождествлять лишь с периодами УШ-Х и Х-ХП вв.

В УШ-Х вв. славяне являлись жителями верховьев Северского Донца и частью населения «славяно-хазарского пограничья» междуречья Донца и Дона. В этой части региона расселялись, в основном, северяне. Верхний и средний Дон в это же время обживали представители вятиче-ского племенного объединения. Со стороны Северского Донца в 1Х-Х вв. на Дон проникли северяне. Письменные и археологические источники свидетельствуют, что в указанных районах Г1 одонья начался процесс формирования третьего племенного объединения славян. Это вятичееко-северское объединение с элементами днепровских русов и местного ала-ио-болгарского населения в IX в. заселяет территории южнее «пограничья» и отмечается в крупных городах Хазарии - в Саркеле и Ителс.

Процесс расселения славян активизировался в X в. Славяне в этот период являлись доминирующей частью населения среднего течения Донца и Дона. С середины X в. славяне доминировали в Саркеле-Белои Веже, на Северском Донце; а в качестве одной из групп населения присутствовали в Приазовье. Период Х-ХП вв. обычно отождествляется с колонизацией лесостепных земель Древнерусским государством. Начало процессу положили походы Святослава 964-968 гг. В середине XI в. колонизация прекращается, а в конце XI в. отмечается отток населения. В связи с появившимися на Дону половцами населения Приазовья и нижнего Дона, среднего течения и междуречья Северского Донца и Дона покидает уже обжитый край и уходит в Киевскую Русь. Обычно «исход наI селения» ассоциируют с 1117 г. Однако в Белой Веже, в Приазовье в XII в. сохранилась какая-то часть славяно-русского населения. Границы Руси в этот период отодвинулись далеко на север, проходя по укрепленной линии северских курганов, крепостей и застав Червленого Яра на рубежах верхнего и среднего Дона.

В УПГ-начале XII вв. славяне селились только по берегам рек, при1 чем, выбирали лесные районы правобережья. Вокруг крупного (по масштабам средневековья) городка располагались мелкие, часто неукрепленные поселения. Зачастую эти «гнезда» соседствовали с аналогичными центрами алан и болгар. В некоторых поселениях компактно проживали представители различных славянских и неславянских племен.

Процесс расселения славян взаимосвязан с социально-экономическими развитием региона в целом. Славяно-русское население пришло на Дон в период формирования государственности. Этот общественно-политический ф'.ктор проявился в преобладании торгов;;и, военной службы и промыслов над земледелием. Следующим немаловажным фактором экономики региона являлся Донской торговый путь, игравший доминирующее значение в УШ-середине XI вв. Славяне оказались втянутыми в систему торговых взаимоотношений ме\хду Востоком V и Западом. В результате сельпо : хозяйство не играло доминирующего значения даже после образования русской государственности.

Неоспоримым экономическим центром и крупнейшим городом этой части лесостепи был Саркел-Белая ГЗежа. Город находился и;1 пересечении пяти стратегически важных путей, составлявшим неотъемлемый компонент Великого шелкового пути. Первый путь шел из Волги в Саркел-Белую Вежу. Из города (караван-сарая) шел второй путь в Приазовье. Третий путь шел из Саркела-Белой Вежи по Донцу в Черниговское княжество. Часть этих путей из?естны с XII в. как Залозный и Соляный. Позднее по Северскому Донцу стал известен Изюмский шлях. В родо-племенной центр вятичей Вантит шел четвертый торговый путь по Дону. На Северный Кавказ по Кум-Манычской впадине шел .знаменитый

Абаб Баб», - обозначенный как пятый путь.

Социально-экономическое развитие определяли аспекты общественно-политической жизни. Представляется, что сведения восточных авторов о заимствовании славянами элементов хазарской государственности относятся в большей степени к донским славянам, а не к Киеву.

Период хазарского влияния на социально-экономическую и общественно-политическую жизнь славян отождествляется этапами расселения. Славяне заимствовали у хазар элементы общественно-политических институтов в УП1-1Х вв. В X-X.II вв. доминирует уже традиционное, древнерусское устройство этой земли, относящейся к Черниговскому и (или) Тмутараканскому княжествам. В этот же период регион находился на стыке интересов указанных княжеств и Киева

В общем, на Дону отчетливо прослеживаются три общественно-политических и экономических центра - на Северском Донце, на Дону и в нижнем Подонье - Приазовье. Первые два сформировались в VI11 -IX вв. Аналогичный центр в Белой Веже и в Приазовье появился в результате похода Святослава.964-968 гг.

Отдельным аспектов социально-экономической истории представI ляется изучение у славян уровня развития материальной культуры и социальных институтов. В сравнении с местной городской культурой Хазарского каганата донские славяне находились на более низком уровне развития, но основные элементы культуры роменцев и боршевцев тождественны общеславянским. Уровень развития славян в Белой Веже и Тмутаракани был выше за счет заимствования элементов местной культуры.

Особые условия существования донских славян определяли и их активную политику в регионе, возможную лишь при наличии мощного центра, - сначала в каганате, а затем в Киеве, Чернигове, Тмутаракани. Проводить активную политику и осуществлять влияние в регионе славянам помогали крупные центры - базы, такие как Белая Вежа, окрестности Таны, Тмутаракань, Вантит. Необходимо также отметить, что ела

166 вяне не протяжении всего рассматриваемого периода были вынуждены делить влияние в регионе с местными кочевниками. Когда система взаимоотношений, определявшая баланс сил, была нарушена, славянам пришлось в большинстве своем уйти с Дона и из всего южного региона в целом. Экономическая целесообразность Донского торгового пути с XII в. также снизилась. Появились более короткие и безопасные пути восточных товаров в Европу, например, в результате Крестовых походов.

Тем не менее, русские князья в XII в. безуспешно пытались восстановить свою власть над регионом и смирились с потерей Подонья только в конце XII в. Оставшееся после 1117 г. русское население начинает растворяться в среде местного'кочевого населения, переходит к полукочевому образу жизни. В этом смысле донские славяне XII в. аналогичны бродникам. Элементы огрубления славянской культуры отмечались во всех славянских центрах Подонья, особенно на нижнем Дону.

Интересная, но мало изученная тема славян на Дону позволяет переосмыслить историю всего региона, периода раннего средневековья. Возможно, что дальнейшее изучение донских славян позволит внести коррективы в концепции истории бродников и происхождения казачества.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Цечоев, Валерий Кулиевич, 2000 год

1. Ал Ахтал. Свод древнейших письменных известий о славянах. Том II (УП-1Х вв.). - М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1995. С. 508. •

2. Ал Фазарп. Свод древнейших письменных известий о славянах. Том II (УП-1Х вв.). М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, ¡995.-С. 510.

3. Артамонов М.И. Белая Вежа.-// КСИИМК АН СССР. 195!. -№41. С.41-44.

4. Ахмат Ибн А' Сам-аль-Куфи. Книга завоеваний. Баку, 1981. С. 30.

5. Бартольд В.В. Место прикаспийских областей в истории мусульманского мира. Сочинения. «изд-во Восточная литература», 1963. -Т.1.- 869 с.

6. Бартольд В. В. Место при каспийских областей в истории мусульманского мира. Сочинения. - М.: «изд-во Восточная литература», 1967. -Т.П.-С. 684-688. ,

7. Бейдис В.М. Ал-Идриси о Восточном Причерноморье и юго-восточной окраине русских земель. Древнейшие государства на территории СССР. - М., 1984. - С. 212.

8. Бертинские анналы. Памятники истории Киевского государства 1Х-Х11 вв. (Сб. документов подготовлен к печати Г.Е. Кочиным). - Л.: «Соцэкгиз», 1936. - С. 23-24.

9. Вейнберг Л.Б. Очерк замечательнейших древностей Воронежской губерни. Воронеж: «Издание Воронежского губернского статистического комитета», 1900, - С. 63, 83.

10. Вестберг Ф.Ф. К анализу источников о Восточной Европе. //p. '

11. ЖМНП. 1908. - февраль. - С. 71-286.

12. Гадло A.B. Новый памятник Тмутараканского времени из Приазовья. // Советская Археология 1965. - №2. - С. 217-224.

13. Гадло A.B. Поселение X-XI вв. в дельте Дона. // КСИА АН СССР. 1964. - № 99. - С. 40-45.

14. Гаркави А.Я. Сказания еврейских писателей о хазарах и Хаза-рии, Труды Восточного отделения Императорского русского Археологического общества. - Часть. 17. - СПб, 1874. - 162 с.

15. Гаркави А.Я. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских. Труды Восточного отделения Императорского русского Археологического общества. - Часть. 17. - СПб, 1870. - 284'с.

16. Григорьев В.В. Россия и Азия. СПб, 1870. - С. 6-10.

17. Дорн Б.А. Известия о хазарах восточного историка Табарн. // ЖМНП. СПб. - 1844. - июль. - С.11, Л.6 (дополнения).

18. Дорн Б.А. Каспий свод сведений. - Академия Наук. Записки. -СПб, 1875. - С. 4-6, 515.

19. Журналы заседаний и отчеты Воронежской архивной комиссии в 1904-1907 гг. // Труды ВУАХ Воронеж. - 1908. - Вып. V. - С. IV-XXXVIII.

20. Заходер Б.П. Каспийский свод сведений о Восточной Европе. Открытие Хазарии. М.: Изд-во «Ди-Дик», 1997. - 407 с.

21. Калинина Т.М. Сведения Ибн-Хаукаля о походах Руси времен Святослава. Древнейшие государства на территории СССР. - М., 1975.- С. 223-225*

22. Калинина Т.М. Торговые пути Восточной Европы в IX в. (по данным Ибн-Хордадбека и Ибн ал-Факиха). // История СССР. 1986. -№4.-С. 68-81.

23. Ковалевский А.П. Книга Ахмада ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в 921-922 гг. -- Харьков: Изд-во Харьковского университета- 1956. 347 с.

24. J.23. Коковцев ILK. Еврейско-хазарская переписка в X в. Л.: «С'оц-экгиз», - 1937. - С. 70-82; 98-102.

25. Костомаров Н.И. Славянская мифология. Исторические монографии и исследования. М,: Чарли, 1994. - 688 с.

26. Кузнецов В.А., Медынцева A.A. Славяно-Русская надпись XI в. из с. Преградное на Северном Кавказе. // КС И А АН СССР. 1975. вып. 144. -С. 11-17.

27. Куник A.A., Розен В.Р. Известия. Аль-Бекри и других авторов о Руси и славянах. Академия наук. Записки. - СПб., 1878. - 4.1. - С. 173179.

28. Лев Диакон. История. / Отв. ред. Литаврин Г.Г. М.: Наука», 1988. - С. 51-59, 121-132, 201.-202

29. Ляпушкнн И.И. Отчет археологической экспедиции на Нижнем Дону. // Советская Археология. 1947. - № IX. - С. 177.

30. Макаренко Н.Е. Археологические исследования за 1905-1908 гг. //Известия ИАК.-СПб. 1911. - Вып. 43. - С.76.

31. Мартинович А.И. Славянские курганы по рекам Дон и Воронеж. // Труды XIV археологического съезда. М.: «Тип. Г. Лиеснера и Д. Совко». - 1911. - Т.З. - С. 111-114, 258.

32. Миллер A.A. Археологические работы Сев.-Кавк. жен. ГАИМК в 1926-1927 гг. Сообщения ГАИМК. Т. II. - Л.: Государственное социально-экономическое издательство, 1929. - С. 67-122.

33. Миллер A.A. Керамика древних поселений Приазовья. -• Записки Сев.-Кавк. Краевого общ. арх., ист. и этнографии. Кн. 1. (Т. III). -вып. 3-4. Ростов-Дон: ¡927-1928. - С. 18-20, 34, 64-65, 108-118.

34. Мишулин A.B. Древние славяне в отрывках греко-римских и византийский писателей по VII в. н.э. // ВДИ. 1941. - №1. - С. 253-257.

35. Москаленко А.Н. Источники славянских поселений на Дону. Гл. I.. Славине на Дону. (Боршевекая культура). Воронеж: Изд-во Воронежского госуниверситета, 1981. С. 23-55.

36. Москаленко А.И., Винников А.З. Городище и курганский могильник на Белой горе под Воронежем. АО 1967 г. - М.: «Изд-во Ail СССР», 1968. - С. 61-62.

37. Москаленко А.И., Винников А.З. Раскопки Лысогорского могильника. -АО 1968 г. М.: «Изд-во АН СССР», 1969. - С. 60-61.и

38. Низами Гянджеви. Искандер-Наме. //Собрание сочинений. М.: «изд-во «Восточная литература», 1986. - Т.5. - С. 376.

39. Огиовано-дель-Плано Карпини. История монголов, Гильом де Рубрук. Путешествие в восточные страны. М.: «Наука», 1957. - С.46-110. .

40. Память и похвала Иакова мниха Владимиру. // Краткие сообщения Института славяноведения АН СССР.- М.,1963. вып. 37. С. 71.

41. Повесть Временных лет. Ч. I. M-JI.: «изд-во АН ССОР»,4950. -С.244, 404.

42. Прокопий из Кесарии. Война с Готами. М.: «Наука», 1950. С.297.298.

43. ПСРЛ. Ипатьевская летопись. - М.: Изд-во «Восточная литература», 1962. -Стб. 13-15, 30, 152, 156, 256-260, 525.

44. ПСРЛ. Никоновская летопись. - М.: Изд-во «Восточная литература», 1965. - T.IX. Стб. 222, 285.

45. ПСРЛ. Л аврептьевская' и Суздальская летописи. М.: Изд-во «Восточная литература», 1962. - T.l. - С.291.

46. Путешествие Ибн Фадлана на Волгу. / Под ред. Крачковекого И.Ю. М-Л. 1939. - С.210-223. .

47. Рыбаков Б.А. Русские земли по карте Идриси в 1154 г. // КСИИМК. М., 1952. - Вып. XLIII. - С. 18.

48. Савелов Л.М. Кротноянский уезд Воронежской губерни в археологическом отношении. // Труды XII Археологического съезда в Харькове в 1902 г. М.: Тип. Э. Лиснера, 1905. - T.I. - С. 160-162.

49. Сборник документов по истории СССР. Часть 1. X-XI вв. / Под ред. В.В. Мавродииа. М.: «Высшая школа», 1970. - 263 с.

50. Сизов В.И. Раскопки в двух городищах близ Цимлянской станицы на Дону. Труды VI Археологического съезда в Одессе. T. IV. -Одесса: 1887. - С. 60-287.

51. Сказания русского народа, собранные И.П. Сахаровым: Сборник. / вступит, статья, подготовка текста В. Аникина. М.: Худож. лит., 1990.-398 с.

52. Слово о полку Игореве. / Вступит, ст. и подготовка древиерусск. текста Д.С. Лихачева; сост. и коммент. Л. Дмитриева. М.: «Художественная литература», 1987. - 222 с.

53. Спицын A.A. Воронежская губерния. // Отчет ИАК :за 1905 г.1. СПб.-1908.-С. 83.84.

54. Толстов С. Древности Верхнего Хорезма. // ВДИ. 1941. - С. 155184.

55. Указатель археологических культур и памятников. Степи Евразии в эпоху Средневековья. А.К. Амброз, В.Б. Ковалевская. И.Л. Кызласов, Б.А. Рыбаков и др.; Отв. редактор С.А. Плетнева. - М.: «Наука», 1981. С. 296-301.

56. Хвольсон Д. Известия о хазарах, буртасах, болгарах, мадьярах, славянах и русских Ибн-Даста. // ЖМНП. 1869. - №140. - С. 657-771.

57. Хрестоматия по истории Подонья и Приазовья. / Сост. Б.В. Лунин, М.И. Кравцов, М.А. Миллер и др./ Ростов-на-Дону: Рост. обл. кн. изд-во, 1941. - Кн. I.- 288 с.

58. Якубовский А.К). Ибн Мискавейх о походе русов в Бердаа в 332 г. (943-944 гг.) // Византийский, временник. Т. XXIV. (1923-1 426). Изд-во АН СССР. Л., 1926. С.63-92.

59. Абакумов В.И. Рецензия кн. Сергей Николаевич Введенский (1867-1940): Библиографический указатель. Исторические записки. Научные труды ист. фак-та. Вып. 3. — Воронеж: Изд-во Воронежского государственного университета, 1^98. С. 214-219.

60. Акиньшин А.Н. Основные этапы развития Воронежского Краеведения (1800-1917 гг.). Исторические записки. Научные труды исторического факультета. Вып. 3. - Воронеж: Изд-во Воронежского государственного университета, 1998. - С. 31-46.

61. Артамонов М.И. «Белая Вежа» из истории русских поселений на Дону в X в. // Советская археология. - 1952. - №16. - С. 42-76.

62. Артамонов М.И. Археологические исследования в зоне будущего Цимлянского водохранилища. Н Вестник ЛГУ. 1951. - №2. - С. 141-145.

63. Артамонов М.И. История хазар. Л.: изд-во Гос. Эрмитаж, 1962. - 523 с.

64. Артамонов М.И. Обзор археологических источников эпохи возникновения феодализма в Восточной Европе. // ПИДО. 1935. - №10. -С.270.

65. Артамонов М.И. Отчет Волго-Донской археологической экспедиции в 1934 г. // Сообщения ГАИМК. Л.: «Гос.соц.-эк.гиз», 1934. -вып. 186.-С. 6-161.

66. Артамонов М.И. Раскопки Саркела-Белой Вежи в 1950 г. // Вопросы истории. 1951. - №4. - С. 147-151.

67. Артамонов М.И. Саркел Белая Вежа. // Труды Волго-Донской археологической экспедиции. / Отв. ред. М.И. Артамонов. МИД СССР. - М. «изд-во АН СССР». - 1958. - Т. III. - С. 56-84.

68. Артамонов М.И. Саркел и некоторые другие укрепления в северо-западной Хазарии. // Советская археология. 1950. - №6. - С. 7-84, 130-148.

69. Артамонов М.И. Средневековые поселения на Нижнем Дону. По материалам Сев.-Кавк. экспедиции. // Сообщения ГАИМК. Л.: «Гос. соц.-эк. гиз», 1935. вын.; 131. 1 18 с.

70. Артамонов М.И. Труды Волго-Донской археологической экспедиции. / Отв. ред. М.И. Артамонов. МИА СССР: «изд-во АН СССР». 1958. -T.I.-C.7-84.

71. Артамонова O.A. Могильник Саркела-Белой Вежи. Труды Волго-Донской археологической экспедиции. / Отв. ред. М.И. Артамонов. МИА СССР.- М.: «изд-во АН СССР», 1963. №109. - С. 136-145.

72. Археологические исследования и раскопки (из отчета за 19031904 гг.). //Груды ВУАК. Воронеж, 1908. Bi.ni. IV. - С. V1 - X X X V11.

73. Археология Украинской ССР. Раннеславянский и древнерусский период. / Под ред. В.О. Баран. Киев: «Наукова Думка», 1986. - Т.З. С. 176-231,466,471,505.V

74. Афанасьев Г.Е. Культовые комплексы Маяцкого селища. Воронеж: Изд-во ВГУ, 1991. С. 6-7.

75. Багалей О.ИМатериалы для истории колонизации и быта степной окраины Московского государства. Харьков, 1886. - Т.1. С. 8. ,

76. Байер Т.З. Краткое описание всех случаев, касающихся до Азо-ва.-СПб, 1872.-С. 79.

77. Барсов П.Н. Очерки русской исторической географии. География начальной (несторовой) летописи. Варшава, 1883. - С. 149-157.

78. Бартольд В.В. История изучения Востока в Ввропе. JI.: 2-е изд., 1925.- 325 с.

79. Бартольд В.В. Место Прикаспийских областей в истории мусульманского мира. Собрание сочинений. М., 1967. - Т. 2. - Ч. I. С. 684-688.

80. Безуглов С.И. О погребениях V в. в Таганроге. Иеторико-археологические исследования в Азове и на Нижнем Дону в 1991 г. вып. 11.- Азов: Азовский Краеведческий музей, 1993. С. 121-130.

81. Бодянский И.О. О йремени происхождения славянской письменности. М. 1855. - С. 16. .

82. Валунинекий И.В. Археологические раскопки около Воронежа. // Исторический журнал. 1938. М-8. - С.111.

83. Валунинекий И.В. По следам древних предков. Воронеж, 1940. -С.6,8-15.

84. Вареник В.И. Происхождение Донского казачества. Ростов-на-Дону: Экспертное бюро, 1996. - 226 с.I

85. Вернадский Г.В. Древняя Русь. Пер. с англ. Е.П. Беренштейпа и др. М.: Леан, 1996. - 448 с. с картами.

86. Вернадский Г.В. Киевская Русь. Пер. с англ. Е.П. Беренштейпа и др. М.: Леан, 1996. - 448 с.

87. Вестберг Ф.Ф. К анализу источников о Восточной Европе. // ЖМНП. 1908. - февраль. - С. 9-10.

88. Винников А.З. Контакты донских славян с алано-болгарским миром. // Советская Археология. 1990. №3. С. 152.

89. Винников А.З. Маяцкое городище. Труды Соьетско-болгареко-венгерской экспедиции. - М.: Изд-во АН СССР, 1984. - С. 3841.

90. Винников А.З. П.Н. Третьяков о донских славянах конца I тысячелетия н.э. Исторические записки: Научные груды ист. ф-га. Вып. 2.V- Воронеж: Изд-во ВГУ, 1998. С. 172-178.

91. Винников А.З. Славяне лесостепного Дона в раннем средневековье (VII начало XI вв.). - Воронеж: Изд-во «Квадрат», 1995. - 264 с.

92. Винников А.З. Славянские курганы лесостепного Дона. Воронеж: изд-воВГУ, 1984.-С. 5-187.

93. Винников А.З., Кудрявцева Е.Ю. Городище Холки на юго-восточной окраине Руси. Вопросы истории славян. Археология и этнография. - Воронеж: Изд-во Воронежского государственного университета, 1998. Вып. 12. - С. 50-71.

94. Винников А.З., Кудрявцева Е.Ю. Древнерусское Животинное городище. Вопросы истории славян. Археология и этнография. - Воронеж: Изд-во Воронежского государственного университета. 1998. Вып. 12.-С. 71-83.

95. Винников А.З., Пряхин А.Д. Археология и история юго-востока Руси. Донские славяне и их мее^о в восточно-славянском мире конца I -начала II тысячелетия н.э. (Сообщения II научной конференции). // Российская Археология. 1995. - №4. - С. 227-229.

96. Виноградов В.Б. Россия и Северный Кавказ (обзор литературы). // История СССР. 1987. - №3. - С. 89-101.

97. Виноградов В.Б., Нарожный Е.И., Голованова С.А. О древнерусских предметах на Северном Кавказе. / Россия и Северный Кавказ. -Грозный, 1990. С. 9-19.

98. Волков И.В. Исследования Южнороссийской комплексной экспедиции в Приазовье в 1995-1997 гг. Историко-археологические исследования в г. Азове и на Нижнем Дону в 1995-1997 гг. Вып. 15. - Азов: Азовский Краеведческий музей, 1998. - С. 48-53.

99. Гадло A.B. Тмутараканские этюды. // Вестник ЛГУ. 1968.v 'вып. 3. № 14. - серия: история. - С. 55-65.

100. Гадло A.B. Тмутараканские этюды. // Вестник ЛГУ. 1991. -вып. 4. - №2. - серия: история. - С. 3-3Г.

101. Гадло A.B. Этническая история Северного Кавказа. Спб.: Изд. ЛГУ, 1994. С. 287.

102. Гаркав и: А. Я. Об языке евреев, живших в древнее время на Руси. -СПб., 1866. 247 е.

103. Голованова С.А. Русские нательные кресты XII-XV вв. на Северном Кавказе. // Северное Причерноморье и Поволжье во взаимоотношениях Востока и Запада в XI 1-ХVI вв. Ростов-на-Дону: ИРУ, 1989. -С. 117-121.

104. Голубовский П.В. История Северской Руси до половины XIV в. -Киев, 1881. -С! 3, 13, 29.

105. Горянов Б.Г. Славянские поселения в VI в. // ВДИ. 1939. - №1. -С. 311.

106. Готье Ю.В. Железный век Восточной Европы. М.: «Гос. издл.во», типогр. «Красный пролетарий». 1930. - 280 с.

107. Грушевский М.С. Киевская Русь. СПб., 1911. - Т.1. - С. 232.

108. Гудименко И.В. Некрополь позднеантичного поселения Рогожчкино XIII. Историко-археологические исследования в А зове и па Нижнем Дону в 1991 г. - вып. 11. - Азов Азовский Краеведческий музей, 1993.-С. 105-121.

109. Гумилев Л.Н. Древняя Русь и Великая степь. М.: Мысль, 1992. -781 с.

110. Гумилев Л.Н. Конец и вновь начало. /Свод №iz. Международный альманах/. Сост. Н.В. Гумилева. М.: Танаис, 1994. - 544 с.

111. Гумилев Л.Н. От Руси к России. М. Экопрос, 1992. - 336 с.

112. Гумилев Л.Н. Поиски вымышленного царства. Легенда о «государстве» пресвитера Иоанна. М.: изд-во «Ди-Дик», 1994. - 480 с.

113. Гумилев Л.Н. Ритмы Евразии.Эпохи и цивилизации. М.: Экопрос, 1993.-576 с.

114. Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. (Свод №3. Международный альманах). М.: изд-во «Ди-Дик», 1994. ~ 640 с.

115. Дебец Г.Ф. Палеоантропология СССР. Л.: «Изд-во АН СССР», 1948. С. 256-259.

116. Ефименко 11.П., Третьяков H.H. Древнерусские поселении па Дону. / МИА СССР. М.-Л.: «изд-во АН СССР», 1948. - №8. - С. 6-9, 7678, 82, 103. Табл. XVIII.

117. Ефименко 11.11. Раниесредпевековые поселении па Среднем Дону. // Сообщения ГА И М R\ 1951. - вып. 2. - С. 6-39.

118. Захарова Е.Ю. Рецензия на кн. Пятьдесят лет полевых сезонов Воронежского госуниверситета. Исторические за,писки. Научные'труды исторического факультета. Вып. 3. - Воронеж: Изд-во Воронежского государственного университета, 1998.-С. 195-199.

119. Зииьковская И.В. К вопросу о формировании славянской культуры VIII-X вв. на р. Воронеж (по материалам II Белогорского могильника). Археология и история юго-востока Древней Руси. - Воронеж: Изд-во ВГУ, 1993.-С. 50-52.

120. Зиньковская И.В. Население лесостепного Днепро-Донского междуречья во второй-третьей четверти I тыс. н.э. Автореф. дис. канд. ист. наук. - Воронеж, 1997. - 46 е., илл.

121. Иловайский Д.И. История Рязанского княжества. М.: Изд-во MI-IK, 1884.-С. 4-6.

122. Иловайский Д.И. Размышления о начале Руси. Вместо введения в русскую историю. 2-е издание. М.: Изд-во МИН, 1882. С. 280-296.

123. Ильин А.И. История города Ростова-на-Дону: Очерк. Ростов-на-Дону: Кн. изд-во «Очерк», 1991. - 112 с.

124. История Дона с древнейших времен до Великой Октябрьской Социалистической революции. / Под редакцией В.И. Кузнецова. Ростов-на-Дону: ИРУ, 1965. - С. 69-72. •• '

125. История народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVIII в. / Под редакцией Б.Б. Пиотровского. М.: Наука, 1988. -544 с.

126. Казачий Дон. Очерки истории. Ч. 1. / А.П. Скорик, Р.Т. Ти-кидьжян и др. Ростов-на-Дону: изд-во обл. И У У, 1995. - 192 с.

127. Карасик A.M. К вопросу о третьем центре Руси. // Исторические записки. 1.950. - Т.35. - С. 304-309.

128. Ключевский В.О. Русская история. Полный курс лекций. Кн.1. -М.: Мысль, 1993.-572 с.

129. Королев В.Н. К вопросу о славяно-русском населении па Дону в ХП1-ХУ1 вв. .- Северное Причерноморье и Поволжье во взаимооiношениях Востока и Запада в XII-XVI вв. / Под ред. Г.А. Федорова-Давыдова- Ростов-на-Дону, 1°с9. С. 124-125.■ ■ ■ I

130. Королев В.Н. Славяне турецкого Азова. // Известия высшихучебных заведений. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. --1999.-№1.

131. Королев В.Н. Славяне турецкого Азова. // Известия ¿зысших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Общественные пауки. 1999. - №2.

132. Кухаренко Ю.В.О некоторых археологических раскопках на Харьковщине. / КСИИМК, 1951, вып. 41. С. 99-108.

133. Ларенок П.А. Хронология средневекового слоя городища «Самбек». Проблемы хронологии археологических памятников степной зоны Северного Кавказа. - Ростов-на-Дону: Изд-во РГУ, 1983. - С. 128129.

134. Лунин Б.В. Археологическое изучение Подоиья-Приазовья в дореволюционные и довоенные годы. Ростов-на-Дону: «Росгоблиздат», 1962.-С. 37-45.

135. Лунин Б.В. В поисках древнего Тмутараканя. / На подъеме. 1935. №3-4.-С. 154-190.

136. Лунин Б.В. Очерки по истории Подонья-Приазовья. Ростов-на-Дону: Ростиздат, 1949. - 184 с.

137. Ляпушкин И .И. Раскопки правобережного Цимлянского городища. // Краткие сообщения.«чр докладах и полевьц исследованиях ГАИМК АН СССР. М.-Л. - 1940. - вып. 4. - С.58-62.

138. Ляпушкин И.И. Славяно-русские поселения IX-XII вв. на Дону и Тамани. МИ А СССР. - М.: «Изд-во АН СССР», 1941. - №6. - С. 56158.

139. Ляпушкин И.И. Славянское поселение на территории хут. Ближняя Мельница. / Труды Волго-Донской археологической экспедиции. МИ А СССР. №62. - М.: «Изд-во АН СССР», 1958. - Т. III. - С. 33347.

140. Мавродин В.В. Древняя Русь. Л.: Госполитиздат, 1946. - 311 с.

141. Мавродин В.В. Образование Древнерусского государства. Л.: «Соцэкгиз», 1945. С. 38-155.

142. Мавродин В.В. Очерки по истории Левобережной Украины. -Л.: Изд-во ЛГУ им. A.A. Жданова, 1949. 204 с.

143. Мавродин В.В. Славяно-русское население Нижнего Дона и Северного Кавказа. // Ученые записки ЛГПИ им. А.И. Герцена. Т.11 (факультет исторических наук). Л., 1938. - С. 231-234.

144. Марков Е.Л. Хазарские городища на реке Воронеж. // Русский

145. Вестник. Журнал литературный и исторический. 1891. - Т.217 (ноябрь). -С. 126-127.

146. Марков С.М. Археологические раскопки на Дону в послевоенный период. Археологические раскопки на Дону. / Под ред. С.М. Маркова. - Ростов-на-Дону: «Ростоблиздат», 1962. - С. 22-26.

147. Минорский В.Ф. История Ширвана и Дербента в X-XI вв. М., 1963. - С. 167-168, 193-196.

148. Михеев В.К. Подонье в системе Хазарского каганата. Киев: Виша шк. Изд-во при Харк. ун-те, 1985. - 148 с.

149. Монгайт А.Л. Старая Рязань. МИА СССР. - М.: «Изд-во АН СССР», 1955. - №27. - С. 19-20.

150. Москаленко А.Н. Раскопки на Архангельском городище в 19521953 гг. // КСИИМК, 1956, вып. 62. С, 84-88.

151. Москаленко А.Н. Славяне на Дону (Боршевская культура). -Воронеж: Изд-во ВГУ, 1981. 160 с.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.