Становление и развитие государственной политики Российской Федерации по охране памятников истории, культуры и музейному делу в 1918-1941 гг.: На материалах Нижнего Поволжья тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 07.00.02, кандидат исторических наук Кугрышева, Эвелина Викторовна

  • Кугрышева, Эвелина Викторовна
  • кандидат исторических науккандидат исторических наук
  • 2004, АстраханьАстрахань
  • Специальность ВАК РФ07.00.02
  • Количество страниц 222
Кугрышева, Эвелина Викторовна. Становление и развитие государственной политики Российской Федерации по охране памятников истории, культуры и музейному делу в 1918-1941 гг.: На материалах Нижнего Поволжья: дис. кандидат исторических наук: 07.00.02 - Отечественная история. Астрахань. 2004. 222 с.

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Кугрышева, Эвелина Викторовна

Введение.

Глава I. Формирование и развитие музейной сети в 1918-1928 гг.

1.Становление системы охраны памятников и музеев в Нижнем Поволжье до 1917 г.

2.Развитие сети музеев и проблемы по сохранению культурного наследия.

Выводы.

Глава II. Государственная политика и деятельность местных органов власти по охране памятников Нижнего Поволжья в 1918-1928 гг.

1. Отношение исполнительной власти, музеев к памятникам археологии.

2.Деятельность Саратовского Губернского комитета по делам музеев по сохранению памятников дворянской усадебной культуры.

3.Антирелигиозная политика и проблема сохранения церковных ценностей в

1918-1923 гг.

Государственная политика и деятельность местных органов власти по отношению к памятникам архитектуры в 1923-1928 гг.

Выводы.

Список источников и литературы

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Отечественная история», 07.00.02 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Становление и развитие государственной политики Российской Федерации по охране памятников истории, культуры и музейному делу в 1918-1941 гг.: На материалах Нижнего Поволжья»

Актуальность исследования. Распад Советского государства в начале 1990-х гг., политические и экономические реформы, изменения социальных приоритетов, смена ориентиров на массовую зарубежную культуру привели к снижению внимания российского общества к проблемам сохранения историко-культурного наследия, жизнедеятельности музеев. Поэтому, сегодня, как никогда, остаются актуальными проблемы сохранения историко-культурного наследия, бережного отношения к памятникам отечественной истории и культуры, возрождения архитектурного наследия, изучения истории родного края, восстановления патриотического воспитания молодежи. Сохранение исторического и культурного наследия важно еще и потому, что в настоящее время происходят процессы пересмотра генеральных планов застройки городов, создания историко-архитектурных и ландшафтных заповедников, парковых зон, исторических пешеходных улиц, развития туризма, передачи культовых зданий-памятников верующим, исторических памятников - арендаторам.

Проблема сохранения исторических памятников, их защиты от разрушительных воздействий, является одной из самых сложных, и с 1920-х годов стала актуальной для российской действительности. Задачи сохранения историко-культурного наследия всегда были напрямую связаны с научно-исследовательской и собирательской деятельностью музеев.

Потребительский подход 1920-1930-х гг. к историческому и культурному наследию прошлого, нигилистические призывы избавиться от ненужных традиций прежней культуры, варварское истребление памятников старины, в первую очередь церковных сооружений и предметов религиозного культа, нанесли непоправимый ущерб истории и культуре России.

Сходство разных исторических периодов делает актуальным исследования, результаты которых могут быть полезны для выработки современной эффективной политики в области охраны памятников и музейного дела.

Защита культурных ценностей и сохранение памятников становится делом государственной важности. С этих позиций представляется актуальным проследить в аспекте современной исторической науки характер государственной политики по охране памятников истории и культуры в Нижневолжском регионе в 1918-1941 гг.

Опираясь на анализ решений партийных и государственных органов разного уровня, с учетом введения в научный оборот новых документов региональных архивов и архивов поволжских музеев, современные научные исследования, нами дается свое понимание и оценка партийно-государственной политики в области музейного дела и охраны памятников, проводимой в 1918-1941 гг. на примере Нижневолжского региона.

В исследовании предпринята попытка извлечения уроков из ошибок и просчетов в государственной политике по охране памятников и музейному делу, рассмотрены последствия просчетов, нанесших огромный урон историко-культурному наследию региона.

Хронологические рамки исследования охватывают 1918-1941 гг. Рассматриваемый период хронологически разделяется на две части. Первая часть заключена во временные рамки с 1918 по 1928 год, когда в начале 1920-х гг. были заложены и развиты основы государственной политики в области сохранения культурных ценностей, начался процесс формирования и развития музейной сети в Нижнем Поволжье. В то же время, в ходе осуществления с 1918 года государством политики по отделению церкви от государства, а также в ходе кампании 1921-1922 гг. по изъятию Советской властью церковных ценностей для помощи голодающим был нанесен непоправимый урон историко-культурному наследию Нижнего Поволжья. Со II половины 1920-х гг., как показано в исследовании, нарушенная государственная система управления музейным делом и охраной памятников привела к расширению функций местной исполнительной власти при решении вопросов сохранения, использования, сноса памятников архитектуры, к сокращению музейной сети.

Вторая часть исследования охватывает 1929-1941 гг., когда в результате осуществления плана индустриализации и коллективизации, культурного строительства, открытого наступления на церковь, к 1930-му г. была ликвидирована государственная система по охране памятников, началась целенаправленная деятельность по уничтожению памятников исторического прошлого. Период 1929-1941 гг. характеризуется постепенным свертыванием работы общественных краеведческих научных обществ. Превращение музеев в один из «инструментов культурной революции» привело к изменению их статуса научно-исследовательских учреждений, на вооружение были взяты методы работы, имевшие агитационный и антирелигиозный характер, что не способствовало сохранению историко-культурных ценностей музейного значения.

Территориальные рамки данного исследования определяются границами Нижнего Поволжья (современные Астраханская, Волгоградская и Саратовская области), а также охватывают территорию Республики Калмыкия.

Выбранный регион дает возможность проследить особенности реализации государственной политики по охране памятников истории и культуры и развитию музейного дела в 1918-1941 гг. Основные тенденции отступления от принципов бережного отношения к культурному наследию в конце 1920-х - 1930-е гг. достаточно четко прослеживаются на примере Нижнего Поволжья, имея при этом свои специфические особенности.

Источниковая база диссертации разнообразна, ее составляют как опубликованные, так и архивные материалы, отражающие процесс становления и эволюции государственной политики по охране памятников и музейному делу в 1918-1941-е гг. Это позволяет характеризовать источники по отдельным блокам.

Первый блок составляют опубликованные документы и материалы центральных, местных, партийных, советских, хозяйственных органов и их комиссий, правительственные и законодательные акты1 по вопросам культуры, музейного дела и охраны памятников. Эти документы дают возможность представить, как организовывалась работа местных комитетов по делам музеев и охраны памятников, какими были ее основные критерии.

Во второй блок входят работы партийных, государственных и общественных деятелей: B.JI. Ленина, И.В. Сталина, А.В. Луначарского, Е.М. Ярославского, которые помогли более четко проследить отношение государства к сохранению историко-культурного наследия России в изучаемый период.

Третий блок составляют опубликованные отчеты и материалы музейных съездов, конференций, отчеты музеев, членов краеведческих обществ, каталоги музеев, отчеты об археологических экспедициях, законы, распоряжения, разъяснения по музейному строительству, отчеты Комитета по делам музеев и охраны памятников Главнауки Народного Комиссариата Просвещения, отчеты Всесоюзных съездов воинствующих безбожников, справочная, отчетная документация губернских отделов народного образования.

В четвертый блок входит центральная, ведомственная и местная периодическая печать. Речь идет о таких изданиях как: «Бюллетень Главнауки НКП», «Еженедельник НКП», «Бюллетень официальных

1. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. В 11-та томах. М., 1984; Сборник декретов и постановлений по охране памятников истории и культуры. 1917-1967 гг. М., 1968; Культурное строительство в Астраханской области. Астрахань, 1970; Культурное строительство в СССР. 1917-1927 гг. Документы и материалы. 19281941 гг. М., 1986; Культурное строительство в РСФСР. Документы и материалы. 19281941 гг. М., 1986; Сборник постановлений по музейному строительству РСФСР. 19311932 гг. М., 1934. распоряжений и сообщений НКП», «Вестник Астраханского Губоно», «Известия ОВД Астраханского Губисполкома», «Известия Саратовского Совета». Большой объем информации взят из журналов: «Музей», «Советский музей» ^ «Народное просвещение», «Антирелигиозник» и газет «Известия», «Коммунист».

Пятый блок составляют инвентарные книги поступлений экспонатов и архивы Саратовского Государственного Художественного Музея имени А.Н. Радищева и Астраханского Государственного Объединенного Историко-Архитектурного Музея-Заповедника, а также архив Калмыцкого Института Гуманитарных Исследований Российской Академии Наук.

Шестой блок составляют архивные материалы. В основу исследования положены документы 20 фондов 5 архивов:

1. Государственный архив Российской Федерация (ГАРФ), фонд 1235. ВЦИК, фонд 2307. Музейный отдел Главнауки Наркомпроса РСФСР.

2. Государственный архив Астраханской области (ГААО), фонд Р-1632. Отдел внутреннего Управления Астраханского губернского исполнительного комитета, фонд Р-1. Губернский исполком Совета рабочих, крестьянских, красноармейских и ловецких депутатов, фонд Р-3365. Астраханская областная картинная галерея, фонд Р-1861. Астраханский краеведческий музей, фонд Р-1362. Губернский отдел народного образования Астраханского губернского исполнительного комитета, фонд Р-1095. Астраханский окружной исполнительный комитет, фонд Р-1334. Отдел юстиции Астраханского губернского исполнительного комитета, фонд Р-1069. Астраханское управление морского флота Каспийского морского пароходства, г. Астрахань, фонд Р-2102. Кучергановский волостной Совет рабочих, крестьянских, казачьих и ловецких депутатов и его исполнительный комитет Астраханской губернии, фонд Р-3337. Астраханский окружной совет СВБ.

3. Государственный архив Саратовской области (ГАСО), фонд Р-1103. Саратовский губернский Комитет по делам музеев и охраны памятников старины и природы Саратовского губернского отдела народного образования, фонд Р-329. Отдел народного образования исполкома Саратовского губернского Совета, фонд Р-521. Исполнительный комитет Саратовского губернского Совета, фовд Р-522. Исполнительный комитет Нижне-Волжского краевого Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов.

4. Национальный Архив Республики Калмыкия (НА РК), фонд Р-145. Личный архив профессора Н.Н. Пальмова, фонд Р-3. Центральный исполнительный комитет Калмыцкой АССР, фонд 9. Управление калмыцким народом.

5. Архив Управления Федеральной Службы Безопасности Астраханской области.

Историография темы. История создания и развития музейной сети, и проблема охраны памятников в Нижнем Поволжье в 1918-1941 гг. до настоящего времени в целостном виде не привлекала внимания исследователей и как отдельная тема не рассматривалась. Проблемный характер историографии XX века и хронологический принцип обуславливает выделение двух основных этапов в ее изучении. Первый из них: охватывает период с 1920-х гг. по 1991 г. и для основной массы работ базируется на единой методологии марксизма-ленинизма, что не могло не привести к одностороннему взгляду на эту тему. Второй, начавшийся с 1991 г., связан с отказом от коммунистической идеологии. Снятие идеологических и политических запретов привело к созданию определенных условий для постепенного преодоления прежних исторических концепций, расширения источниковой базы исследований, постепенного изменения направленности в осмыслении исследуемой проблемы.

Вопросы музейного строительства и анализ мероприятий государства по охране памятников в отечественной историографии освещались уже в 1920-е гг. Впервые проблемы сохранения и всемерного использования историко-культурного наследия были поставлены в работах В.И. Ленина.2

Первые попытки наметить пути развития советского музейного дела были предприняты в работах Ф.И. Шмита, Г.Л. Малицкого, М.Я. Феноменова, Н.И. Романова, Н.Г. Машковцева, А. Дауге. 3 В трудах этих исследователей рассматривались вопросы становления и развития краеведческих музеев, их структура, принципы и методы организации экспозиций.

В 1920-е гг. в соответствии с особенностями идеологии того времени появляются исследования, посвященные проблеме взаимоотношений государства и церкви, изъятию церковных ценностей в помощь голодающим, непосредственно отразившие отношение государства к памятникам архитектуры и предметам культа, историко-музейная ценность которых ошибочно отрицалась. Работы Брихничева И.П., А.В. Лунина, М. Горева, Б.П. Кандидова, Б.В. Титлинова, Н. Амосова, П.В. Гидулянова4, посвященные вопросам государственно-церковных отношений после выхода

2 Ленин и культурная революция: хроника событий (1917-1929). М.,1972.

3 Шмит Ф.И. Исторические, этнографические и художественные музеи // Очерки истории и теории музейного дела. Харьков, 1919; Малицкий Г.Л. Обзор деятельности комиссии по музееведению // Государственная академия истории материальной культуры. Московская секция. М., 1928, № 1; Феноменов М.Я. Музей местного края. М., 1919; Романов Н.И. Местные музеи и как их устраивать. М., 1919; Машковцев Н.Г. Принципы музейного строительства // Художественная жизнь. 1920, № 4-5; Дауге А. Охрана памятников искусства и старины в провинции // Художественная жизнь. 1920. № 2.

4 Брихничев И.П. Патриарх Тихон и его церковь. М., 1923; Лунин А.В. Октябрьская революция и церковь. М., 1925; Горев М. Церковные богатства и голод в России. М., 1922; Титлинов Б.В. Церковь во время революции. Пг.,1924; Гидулянов П.В. Церковь и государство по законодательству РСФСР. М., 1923; Он же. Отделение церкви от государства в СССР. М., 1926; Он же. Церковные колокола на службе магии и царизма. М., 1929; Кандидов Б.П. Монастыри-музеи и антирелигиозная пропаганда. М., 1929; Он же. Голод 1921 г. и церковь. М., 1931; Он же. Классовая позиция религиозных организаций в октябре 1917. М, 1933; Амосов Н. Октябрьская революция и церковь. М., 1939. декрета об отделении церкви от государства, кампании по изъятию церковного золота, носили характер политического заказа. Авторами обосновывалась необходимость конфискации церковных ценностей, духовенство обвинялось в нежелании помочь голодающим в Поволжье и в организации сопротивления во время изъятия культового имущества. Эти работы, несмотря на классовый характер и субъективизм в оценках действий церкви, представляют научный интерес, так как содержат интересный фактический и статистический материал.

В первой половине 1920-х гг. проблема сохранения культурного наследия приобрела особенную остроту и актуальность, так как решалась в условиях идеологической борьбы с религией и церковью. Видными теоретиками атеизма были В.И. Ленин, Н.К. Крупская, Л.А. Красиков, В.Д. Бонч-Бруевич, И.И. Скворцов-Степанов5 работы которых отличались непримиримостью отношения к церкви, осуществляемая государственная антирелигиозная политика оценивалась с апологетических позиций, трактовалась как абсолютно правильная, соответствующая курсу партии в религиозном вопросе.

Работы А.В. Луначарского и Н.Э. Грабаря, в связи с обострением в начале 1920-х гг. борьбы с церковью, освещали вопросы охраны монументальных памятников. В то же время необходимо отметить, что нарком просвещения А.В. Луначарский в отдельных своих работах,6 занимая позиции атеизма, настаивал на применении культурных форм борьбы с церковью, открыто

5 Ленин В.И. Социализм и религия. Полн. С. С. Т. 12; Бонч-Бруевич В.Д. В.И. Ленин и религиозный вопрос. М., 1929; Он же. Избранные атеистические произведения. М., 1973; Красиков Л.А. На церковном фронте: 1918-1923. М., 1923; Крупская Н.К. Вопросы атеистического воспитания. М, 1961; Скворцов-Степанов И.И. Избранные атеистические произведения. М., 1959.

6 Луначарский А.В. Кому принадлежит церковное имущество. М., 1922; Он же. Почему нельзя верить в бога? Избранные атеистические произведения. М., 1965; Он же. Статьи об искусстве. М., 1941; Он же. Введение в историю религии. М., 1924; Он же. Революция и искусство. Об изобразительном искусстве. М.,1957; Грабарь И.Э. Моя жизнь. Автомонография. Гл. IX. Музейная деятельность. 1913-1930 гг. М., 1937; Он же. На страже памятников искусства // Красная новь. 1923, № 40. выступив против применения административных методов при закрытии церквей, ликвидации монастырей, приводивших к утрате культурных ценностей прошлого. По мере складывания административно-командной системы и наступления «социализма по всему фронту» в 1929 г. усилились споры вокруг религиозного вопроса. А.В. Луначарский в своих работах призывал к культурно-просветительской работе в массах, предлагал цивилизованный подход к памятникам церковной архитектуры, сохранение их в качестве музеев, считая такие формы и методы атеистической пропаганды наиболее эффективными. На позициях вести борьбу с церковью на культурном, а не политическом фронте стоял и Н.И. Бухарин.7

С начала 1930-х гг. появляются работы идеологов «воинствующего безбожия» Е.М. Ярославского, Ф.Н. Олещука, Д.П. Бухарцева,8 в которых прозвучали идеи непримиримого отношения к религии, призывы к осуществлению радикальным путем административных репрессий против духовенства, ставились задачи систематического, насильственного и быстрого закрытия и разрушения церквей. В работах Ф.Н. Олещука, А.С. Бубнова9 впервые была обозначена проблема решения задач антирелигиозной пропаганды музейными средствами - создание антирелигиозных музеев и отделов, построение музейной экспозиции в духе марксистско-ленинской методологии.

Первыми историографами проблемы взаимоотношений Советского государства и калмыцкой буддийской церкви в 1920-е гг. были партийные и

7 Бухарин Н.И. Реконструктивный период и борьба с религией (доклад) // П-й Всероссийский съезд безбожников. М., 1929.

8 Ярославский Е.М. Коммунизм и религия. М., 1936; Он же. Против религии и церкви. 1932-1935. Т. 1-3. М„ 1936; Он же. О религии. М., 1957; Он же. Религия и ВКП (б). М., 1926; Олещук Ф.Н. Пятилетие Союза воинствующих безбожников. М., 1930; Он же. 10 лет Союзу воинствующих атеистов СССР. М., 1936; Бухарцев Д.П. Доклад на Втором Всесоюзном съезде СВБ // Второй Всесоюзный съезд СВБ. М., 1930.

9 Олещук Ф.Н. Музеи на антирелигиозном фронте // Безбожник. 1931. 20 мая; Бубнов А.С. Приветственное письмо к съезду музейных работников // Культурное строительство в РСФСР. Документы и материалы. 1928-1941. Т. 2. М., 1986; Он же. Первый Всероссийский музейный съезд. Тезисы докладов. М., 1930. советские деятели Калмыкии А.Ч. Чапчаев, Х.Б. Кануков, Т.Б. Борисов, И.К. Глухов, Ф.И. Плюнов,10 чьи работы носили агитационно-пропагандистскую и атеистическую направленность. Субъективизм и негативное отношение к буддийской церкви и духовенству, выраженное в этих работах, сыграли определенную роль в последующем отрицательном отношении к памятникам буддийской культуры. Вышедшие в 1930-1940-е гг. работы М. Кобецкого, Т. Томара, Н. Смирнова, С. Урсыновича,11 посвященные идеологической борьбе с калмыцкой церковью, также как и работы авторов 1920-х гг. ценны тем, что содержат большой фактический материал, значительно расширяющий источниковую базу по проблеме сохранения историко-культурного наследия Калмыкии в исследуемый период.

Большой вклад в развитие регионального исторического краеведения, музейного дела и охраны памятников в 1920-1930 гт. внесли работы П.С. Рыкова.12 Труды этого автора, в которых соблюдены принципы историзма и объективности, посвящены историко-этнографическим и археологическим исследованиям Нижнего Поволжья, формированию и развитию музейной

10 Чапчаев А.И. Калмыки и Октябрьская революция // Три года борьбы астраханского пролетариата: Сб. статей. Астрахань, 1920; Борисов Т.Б. Состояние Калмыцкой степи. Краткая характеристика экономического, политического и культурного состояния. Астрахань, 1925; Он же. Калмыкия. Историко-политический и социально-экономический очерк. M.-JL, 1926; Глухов И.К. От патриархальщины к социализму. Астрахань, 1926; Кануков Х.Б. Будцо-ламаизм и его последствия. Астрахань, 1928; Он же. Ламаизм в Калмыцкой области // Атеист. 1928; Плюнов Ф.И. Некоторые моменты из жизни калмыцкого народа, предшествующие освободительной эпохе в России // Ойратские известия. 1922. № 3-4.

И Кобецкий М. Ламаизм // Антирелигиозник. 1926. № 6; Томара М. Буддийские праздники // Воинствующий атеизм. 1931. № 7; Смирнов Н. Ламаизм на службе самодержавия и эксплуататоров.// Воинствующее безбожие в СССР за 15 лет. М., 1932; Урсынович С. Буддизм и ламаизм. М., 1935.

12 Рыков П.С. Саратовские музеи // Нижнее Поволжье. 1924. № 1; Он же. Древняя культура Нижнего Поволжья // Нижнее Поволжье. 1924. № 2; Он же. Очерки по истории Нижнего Поволжья по археологическим материалам. Саратов, 1936; Он же. Музейная работа в Саратовской губернии за десять лет. Саратов, 1927; Он же. Музейные материалы по изучению феодального города // Советский музей. 1932. № 4; Он же. Научно-исследовательская работа Саратовского музея // Советский музей. 1938. № 5; Он же. Музеи Нижнего Поволжья // Советский музей. 1932. № 6; Он же. Первый музей в Калмыцкой степи // Советский музей. 1932. № 5; Он же. Калмыцкий национальный музей // Советский музей. 1931. № 4. сети в 1920-е гг. в Саратовской губернии и Калмыкии, музейному строительству в Нижне-Волжском крае в начале 1930-х гг.

В 1930-е гг. проблема перестройки музеев всех профилей в соответствии с требованиями отражения в экспозициях исторического материала с классовых позиций и основных положений диалектического материализма и атеизма была освещена в работах идеологов и специалистов музейного дела: А.Б. Гиленсона, Н. А. Шнеерсона, Е. Клемма, А.А. Федорова-Давыдова, А.И. Объедкова, И.К. Луппола, В. Радус-Зеньковича, Н.Р. Левинсона, Ф.Н. Петрова, К.А. Соловьева, Н.М. Дружинина, А.С. Киселева.13 Ошибочные установки авторов музееведческой литературы 1930-х гг. навязывались музеям как руководство к действию, во главу угла деятельности музеев ставилась массовая политико-просветительная работа, приводившая к игнорированию музейных предметов и превращению экспозиций в иллюстрации истории Советского государства в соответствии с «Кратким курсом истории ВКП (б). Работа по сохранению в целостном виде музейных коллекций предметов культа и деятельность по учету, контролю и охране памятников церковной архитектуры этими авторами за «академизм» и аполитичность была подвергнута резкой критике, усиленное внимание

13 Гиленсон А.Б. В помощь работнику музея. М., 1936; Шнеерсон НА. Об опытно-показательных учреждениях при краеведческих музеях // Советский музей. 1931, № 4; Он же. Музейный съезд и музеи Поволжья // Советский музей. 1931. № 4; Он же. Проблема сети и научно-исследовательской работы краеведческих музеев // Советский музей. 1934. № 1; Он же. К вопросу о целеустановке исторических музеев // Советский музей. 1935. № 6; Клемм Е. Задачи художественных отделов местных и республиканских музеев. // Советский музей. 1932. № 1; Федоров-Давыдов А.А. Советский художественный музей. М., 1933; Объедков А.И. Охрана памятников революционного движения, труда и искусства. М., 1930; Луппол И. Проблема культурного наследства. // Под знаменем марксизма. 1935, № 1; Он же. Диалектический материализм и музейное строительство // Труды I Всероссийского музейного съезда. М., 1931; Радус-Зенькович В. О некоторых вопросах музейной работы // Советский музей. 1938. № 5; Левинсон Н.Р. Охрана внемузейных памятников // Советский музей. 1932. № 6; Петров Ф.Н. Наше музейное строительство // Наши достижения. 1929. № 4; Он же. Краеведение и социалистическое строительство // Известия Центрального Бюро Краеведения. 1928. № 1; Дружинин Н.М. Классовая борьба как предмет экспозиции историко-революционного музея. // Советский музей. 1931, № 1; Киселев А.С. О музеях и музейной работе // Музейное строительство в РСФСР. 1931-1934. М„ 1934. обращалось на памятники революции, гражданской войны и труда, что не способствовало сохранению историко-культурного и художественного наследия прошлого.

В 1940-1950-е гг. появляются работы Ю. Осноса, И.С. Смирнова, В.К. Гарданова, И.А. Булыгина, С.М. Троицкого,14 посвященные теме охраны памятников и музейному строительству в первые годы Советской власти. В них впервые была предпринята попытка анализа мероприятий Советского правительства по созданию государственной системы охраны памятников истории и культуры, деятельность первых советских государственных органов охраны историко-культурного наследия получила должную оценку. Исследования ученых, хотя и не исчерпывают всех вопросов государственной политики по охране памятников в 1918-1920-е гг., однако позволяют расширить источниковую базу по проблеме.

В конце 1950-х гг. О.В. Ионовой15 впервые были всесторонне рассмотрены проблемы возникновения и развития местных краеведческих музеев в 1918-1928 гг. в результате национализации историко-культурных и художественных ценностей, деятельность музейных работников по спасению коллекций частных собраний так называемой «усадебной культуры» в годы гражданской войны, систематическому изучению археологических памятников.

14 Оснос Ю. Октябрьская революция и памятники художественной культуры // Искусство. 1940. № 6; Смирнов И.С. Из истории строительства социалистической культуры в первый период Советской власти. М., 1949; Он же. В.И. Ленин и руководство делом народного образования (к истории реорганизации Наркомпроса в 1920-1921 гг.) // Советская педагогика. 1958. № 4; Он же. Из истории строительства социалистической культуры в первые годы Советской власти. М., 1952; Гарданов В.К. Музейное строительство и охрана памятников культуры в первые годы Советской власти (1917-1920 гг.) // История музейного дела в СССР: Сб. науч. статей. М.,1957; Булыгин И.А., Троицкий С.М Из истории первых мероприятий Советской власти по охране памятников культуры и искусства // Вестник истории мировой культуры. 1958. № 3.

15 Ионова О.В. Создание сети краеведческих музеев РСФСР в первые десять лет Советской власти // История музейного дела в СССР: Сб. науч. статей. М., 1957.

С 1957 по 1971 гг. Научно-исследовательским институтом музееведения были выпущены коллективные труды ученых-историков, музееведов - 7 сборников «Очерков истории музейного дела в СССР», в которых были помещены 42 статьи, большая часть которых посвящена этапам развития музейного дела в СССР, отдельным музеям, теме охраны памятников. Основной идеей всех статей стала взаимосвязь возникновения и развития музеев с развитием исторической науки.16

В 1960-1980-е гг. определенный вклад в разработку проблемы охраны историко-культурного наследия в 1917-1921 гг. внесли труды В.В. Горбунова и И.С. Смирнова, Ю.И. Овцина, Ф.В. Борисевича, Л.А. Стешенко. Ими впервые были введены в научный оборот архивные материалы и документы разработанной В.И. Лениным концепции проблемы сохранения культурного наследия.17 Однако исследователями не были преодолены стереотипы «партийного подхода» при рассмотрении проблемы сохранения памятников истории и культуры в 1920-1940-е гг. в условиях усиления антирелигиозной пропаганды.

В 1970-1980-е гг. появляется ряд работ и диссертационных исследований, в которых авторами делается попытка осмысления сущности отношения Советской власти к историко-культурному наследию России в период индустриализации, коллективизации, культурной революции, анализа

16 Разгон A.M. Охрана исторических памятников в дореволюционной России (1861-1917) // История музейного дела в СССР: Сб. науч. статей. М., 1957; Закс А.Б. Источники по истории музейного дела в СССР (1917-1941) // История музейного дела в СССР: Сб. науч. статей. М., 1968; Равикович Д.А. Организация музейного дела в годы восстановления народного хозяйства (1921-1925) // История музейного дела в СССР: Сб. науч. статей. М., 1968.

17 Горбунов В.В. Разработка В.И. Лениным проблемы культурного наследия. М., 1980; Смирнов И.С. Ленин и советская культура, государственная деятельность В.И Ленина в области культурного строительства. Окт. 1917 - лето 1918 г. М., 1960; Овцин Ю.И. Большевики и культура прошлого. М., 1969; Борисевич Ф.В. Развитие Советского законодательства по охране памятников истории и культуры. Минск, 1976; Стешенко Л. А. Правовая охрана памятников культуры в СССР. М., 1974. ошибок и перегибов в осуществлении политики по охране памятников в исследуемый период.18

Особое место в историографии проблемы государственно-церковных отношений и вытекающей отсюда проблемы сохранения памятников церковной архитектуры занимает литература, изданная русской эмиграцией. Авторами приводятся факты администрирования и нарушения законности при закрытии храмов, массового уничтожения и порчи предметов культа, снятия колоколов. Значителен вклад исследователей в изучение антицерковной кампании 1922 г., собран большой фактический материал о ходе изъятия церковных ценностей и их реализации за границей. Проблему насилия при закрытии церквей и монастырей в России, угнетения и физического уничтожения духовенства затрагивают почти все зарубежные авторы.19

В начале 1990-х - 2000 гг. появились исследования, отличающиеся новыми подходами к изучению проблемы сохранения памятников истории и культуры, и повлиявших на этот процесс государственно-церковных отношений 1920-1930-х гг.

18 Равикович Д.А. Охрана памятников истории и культуры в РСФСР (1917-1967 гг.) // Труды Научно-исследовательского института музееведения и охраны памятников истории и культуры. М., 1970. Вып. 22; Он же. Формирование государственной музейной сета (1917-1 половина 60-х гг.). Научно-методические рекомендации НИИ культуры. М., 1988; Гулев В В. Политика Советского государства в области культуры (окт. 1917-1921 гг.)/ Автореферат дис. канд. ист. наук. М., 1984; Омельченко Н.А. Проблема культурного наследия в идейной жизни советского общества 1 пол. 1920-х гг./ Автореферат дис. канд. ист. наук. М., 1985.

19 Белов Е.Г. Судьба церковных ценностей, изъятых властью в 1922 г. // Вестник русского христианского движения. Париж, 1972. № 104; Степанов (Русак) В. Свидетельство обвинения: церковь и государство в Советском Союзе. Джорданвилль, 1987; Штриккер Г. Русская Православная церковь в советское время (1917-1991). Материалы и документы по истории отношений между государством и церковью. М., 1995; Константинов Д. Гонимая церковь (Русская православная церковь в СССР). Нью-Йорк, 1967; Мотшман К. Государственная политика в отношении церкви после 1917 г. Штутгарт, 1988; Регельсон JI. Трагедия Русской церкви 1917-1945. Париж, 1977; Криптон К. Защита канонов православия 1922-1925. По личным наблюдениям, документам и литературным данным // Вестник русского студенческого христианского движения. Париж, 1979. № 128.

Канадским специалистом по истории русского православия Д.В. Поспеловским в ряде работ раскрывается мысль о том, что политическому руководству страны и проповедуемой им коммунистической идеологии религия представлялась несовместимой с новой общественно-политической системой. Поспеловскому в своих исследованиях удалось показать, что почти полная ликвидация церковных учреждений и непосредственно памятников православной архитектуры в 1930-е гг. не сопровождалась соразмерными

20 успехами атеистического перевоспитания верующих.

В работах Н.А. Кривовой, посвященных взаимоотношениям государства и церкви в 1920-е гг., показано место кампании по изъятию церковных ценностей в церковной политике Советского государства в период голода в Поволжье в 1922 г.

Достоинством её работ является обширная источниковая база ранее недоступных материалов фондов архивов Президента Российской Федерации, Центрального архива ФСБ, ГАРФ, собран редкий, не опубликованный ранее, фактический материал по проблеме сохранения выдающихся памятников культовой архитектуры и церковных ценностей музейного значения в 1922 г.21

Проблемы отношения государства к историко-культурному наследию Калмыкии подробно освящены в работах Г.Ш. Дорджиевой, А.Н. Басхаева, И.В. Борисенко.22

20 Поспеловским Д.В. Русская православная церковь в XX веке. М., 1995; Он же. Русская православная церковь: испытания начала XX века // Вопросы истории. 1993. № 1.

21 Кривова Н.А. Власть и церковь в 1922-1925 гг. Политбюро и ГПУ в борьбе за церковные ценности и политическое подчинение духовенства. М., 1997; Кривова Н.А. Власть и Русская православная церковь в 1922-1925 гг. (Политика ЦК РКП (б) по отношению к религии и церкви и ее осуществление органами ГПУ-ОГПУ): Дис. док. ист. наук: 07.00.02 М., 1998.

22 Дорджиева Г.Ш. Буддийская церковь в Калмыкии в конце XIX - первой половине XX века. М., 2001; Басхаев А.Н. Ламаистская церковь в Калмыкии в 1917-1943 гг.: Дис. канд. ист. наук: 07.00.02 Волгоград, 1999; Борисенко И.В. Храмы Калмыкии. Элиста, 1994; Он же. Православие в Калмыкии. М., 1999.

Проблемы охраны памятников, развития музейного дела в Нижнем Поволжье в 1920-1930-е гг. в той или иной степени затрагивались в ряде статей и материалов научных конференций регионального уровня, краеведческих чтений, трудов поволжских музеев, в коллективных работах астраханских исследователей.23

Основываясь на общем анализе имеющейся литературы, следует отметить, что проблема отношения Советского государства к сохранению историко-культурного наследия в Нижнем Поволжье и история формирования и развития музейной региональной сети в целом является малоизученной и не получила должной оценки в исследовательских работах.

Цель диссертации: исходя из актуальности темы, степени ее изученности, автор ставит своей целью дать анализ реализации государственной политики по охране памятников истории и культуры и развитию музейного дела в Нижнем Поволжье в 1918-1941 гг. Цель исследования определяет следующие задачи:

1. Исследовать становление системы охраны памятников и музейного дела в Нижнем Поволжье до 1917 г.;

2. Изучить особенности формирования и развития музейной сети в Нижнем Поволжье в 1918-1928 гг., исследовать деятельность и роль музеев в области охраны памятников истории и культуры;

3. Проанализировать сущность, содержание и структуру государственной политики по охране памятников, дать оценку деятельности нижневолжских губернских комитетов по делам музеев и охране памятников искусства и старины в 1918-1928 гг.;

23 История Астраханского края. Астрахань, 2001; Саратовское Поволжье в панораме веков: история, традиции, проблемы. Материалы IX межрегиональных научных краеведческих чтений. Саратов, 2000; Краеведы и краеведение Поволжья в контексте общественного развития региона: история и современность. Материалы X межрегиональных научных краеведческих чтений. Саратов, 2003; Труды Саратовского областного музея краеведения. Саратов, 1996; Музейное дело и художественное образование. Материалы 3-х, 4-х, 5-х Боголюбовских чтений 1996-1998 гг. Саратов, 2000.

4. Показать роль местных органов власти в реализации законодательства по сохранению историко-культурного наследия;

5. Определить степень и масштаб разрушительных последствий антирелигиозной политики государства в отношении памятников церковной архитектуры и предметов культовой утвари музейного значения в 19201930-е гг.;

6. Выявить причины допущенных ошибок и перегибов, выразившихся в несоблюдении местными властями законодательства по охране памятников;

7. Исследовать деятельность музеев, научных обществ в условиях идеологической перестройки в 1929-1941 гг., выявить тенденции и противоречия;

8. Изучить исторический опыт в области музейного строительства и охраны памятников в Нижнем Поволжье в 1918-1941 гг., выявить возможности его использования на современном этапе развития музейного дела и сохранения историко-культурного наследия.

Методологической основой исследования были избраны научные принципы историзма, объективности при оценке фактов, документальных свидетельств, привлечение максимально широкого круга источников, отражающих различные точки зрения на данную проблему. В исследовании были применены специально-исторические принципы: актуализации, сравнительно-исторический; проблемно-хронологический (каждый вопрос рассмотрен в развитии, в исторической последовательности в рамках всего периода); историко-системный (рассмотрение событий, происходивших в стране, и на их фоне исследование формирования музейной сети Нижнего Поволжья, становление и развитие политики по охране памятников в регионе в 1918-1941 гг.).

Научная новизна исследования заключается в современном научном анализе процесса становления, этапов развития и последующего изменения государственной политики по охране памятников истории и культуры и музейному делу в Нижнем Поволжье в 1918-1941 гг.

Автором впервые рассмотрен процесс становления системы охраны памятников и создания музеев Нижнего Поволжья до 1917 г. и особенности последующего регионального развития музейной сети.

Диссертация является первым исследованием государственной политики по охране памятников и развитию музейного дела на региональном уровне, основанным на новых источниках.

На основе широкого круга источников проанализированы достижения и просчеты государственной политики по охране памятников истории и культуры в СССР в 1918-1941 гг., исследованы причины свертывания работы губернских комитетов по делам музеев и охране памятников, показаны последствия ошибок государственной политики по охране памятников для Нижневолжского региона.

Впервые проанализирована деятельность местных органов исполнительной власти по реализации законодательства об охране памятников, выявлены причины его несоблюдения.

Анализ антирелигиозной политики Советского государства позволил определить степень и масштаб разрушительных действий, направленных в отношении памятников культовой архитектуры и предметов утвари музейного значения в 1920-1930-е гг.

Автор делает вывод о том, Нижнее Поволжье, считавшееся с точки зрения ученых особо значимым, исторически ценным регионом России для исследования и изучения, заключало в себе многие проблемы по сохранению памятников, что объяснялось противоречивостью действий государства при реализации политики по сохранению историко-культурного наследия в силу выявленных причин - ограничения финансирования музеев, масштабностью проводимой атеистической пропаганды, ликвидации губернских комитетов по охране памятников, отвечавших за соблюдение законодательства по охране памятников на местах;

Комплексный исторический анализ проблем региона по сохранению историко-культурного наследия в 1918-1941-е гг. позволил автору выявить как положительные, так и негативные стороны государственной политики, что дало возможность составить представление не только об основных ее направлениях, но и дать ответы на многие насущные вопросы при выработке современных стратегий по охране памятников и музейному строительству.

Новизна состоит в том, что в научный оборот впервые введен новый пласт архивных источников и материалов, не востребованных ранее в силу малоизученности данной темы исследования.

Практическая значимость исследования определяется его актуальностью и новизной. Результаты и научные выводы исследования расширяют историографию изученной темы, могут быть использованы в учебном процессе вузов, при подготовке научных трудов и публикаций, в работе специалистов музеев, государственными структурами по охране историко-культурного наследия, при решении администрациями областей и городов Нижневолжского региона вопросов сохранения и бережного использования памятников истории и культуры. Анализ практических и теоретических ошибок власти при реализации политики по охране памятников в 1918-1941-е гг. может сформировать рекомендации по выработке современных региональных стратегий при решении вопросов сохранения историко-культурного наследия.

Апробация работы. Основные положения диссертации изложены в семи научных публикациях. Они обсуждались на кафедре истории России Астраханского государственного университета, на ежегодных научных конференциях вуза в Астрахани (2002, 2003), Всероссийской научной конференции, состоявшейся в Астрахани в 2003 г. Материалы исследования нашли свое отражение в книгах: 1. Астрахань. Город и люди. Астрахань, 2001; 2. Астрахань. Город и будущее. Астрахань, 2003.

1. XX век. Эпоха перемен // Астрахань. Город и люди. Астрахань, 2001. С. 122-126. (0,3 п. л.).

2. Политика Советского государства в отношении Русской Православной церкви в Астрахани в 1920-е годы // Итоговая научная конференция АГПУ, 26 апреля 2002 г. - Тезисы докладов. Астрахань, 2002. С. 21. (0,1 п. л.).

3. Проблема сохранения культурного наследия Астраханского края (19201930) // Итоговая научная конференция АГУ, 29 апреля 2003г. - Тезисы докладов. Астрахань, 2003. С. 12. (0,1 п. л.).

4. Роль местных органов власти в создании Астраханской картинной галереи // Б.М. Кустодиев и русская художественная культура. Материалы Всероссийской научной конференции 14-16 мая 2003 г. Астрахань, С. 6365. (0,2 п. л.).

5. Здесь живы щедрость и талант. (История создания Астраханской картинной галереи) // Астрахань. Город и будущее. Астрахань, 2003. С. 118-120.(0,2 п. л.).

6. Её звали Рождественской. (История улицы Рождественской -Коммунистической) // Астрахань. Город и будущее. Астрахань, 2003. С. 135-139. (0,3 п. л.).

7. Петровские реликвии. (История музея Петра I в Астрахани) // Астрахань. Город и будущее. Астрахань, 2003. С. 230-232. (0,2 п. л.). Структура диссертации соответствует целям и задачам исследования и включает в себя введение, три главы, заключение, список источников и литературы.

Похожие диссертационные работы по специальности «Отечественная история», 07.00.02 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Отечественная история», Кугрышева, Эвелина Викторовна

Выводы

Взятый в конце 1920-х гг. курс на индустриализацию и коллективизацию, социалистического наступления на «буржуазные пережитки» сопровождался усилением идеологической пропаганды в области общественных наук, требованием перестройки музеев на основе марксистско-ленинской методологии. Работа музеев была подвергнута критике за отрыв от политико-просветительной работы.

Уничтожение в 1930 г. Музейного отдела и Главнауки НКП привело к развалу сложившейся в начале 1920-х гг. государственной системы управления музеями и охраны памятников на местах, что незамедлительно сказалось на формах и методах работы музеев Нижнего Поволжья, принявших агитационный и антирелигиозный характер. Превращение

387 Константинов Д. Гонимая церковь. Нью-Йорк, 1967. С. 15.

388 Васильева О.Ю. Русская православная церковь в 1927-1943 годах // Вопросы истории. 1994. № 4. С. 41. музеев в один из «инструментов культурной революции» привело к почти полному прекращению научно-исследовательской деятельности, работы по комплектованию и изучению сложившихся как в дореволюционный период, так и после 1918 г. музейных коллекций.

Последствия проявления нигилистического отношения к культурному наследию, ошибочный социологический подход к памятникам «буржуазной» культуры, привели к изъятию из музеев «по политическим мотивам» и для пополнения валютных резервов страны предметов религиозных культов, историко-бытовых материалов, отражавших предыдущие эпохи. Эксперименты по перераспределению фондов между музеями разных профилей не способствовали сохранению коллекций в том объёме, который сложился в 1920-е гг.

В то же время в условиях полной идеологизации музеев, благодаря активной работе саратовских краеведов в начале 1930-х гг. были открыты новые национальные музеи в Калмыкии и Республики Немцев Поволжья.

Несмотря на серьезные трудности, с 1929 г. не прекращалась работа по археологическому исследованию Нижневолжского региона, давшая обширный материал для экспозиций краевых музеев, что было особенно актуально в ходе форсированного осуществления пятилетних планов по реконструкции всех отраслей экономики, широкой запашки земель, приводивших к неизбежному уничтожению в ходе строительства памятников археологии.

Огромный ущерб историко-культурному наследию Нижнего Поволжья в 1929-1930-е гг. был нанесён в результате ликвидации Губмузеев, отвечавших на местном уровне за сохранность недвижимых памятников. В этих условиях стало возможным повсеместное закрытие церквей, мечетей, хурулов, их приспособление под хозяйственные нужды, переделки с утратой их первоначального вида и снос. Основная вина за уничтожение памятников гражданской и культовой архитектуры ложится на местные органы власти, деятельность которых стала примером вопиющего произвола, бездействия, нарушения законодательства по охране памятников, нарушений прав человека, связанных с репрессиями служителей культовых учреждений.

1930-е гг. стали одним из самых трагических этапов в истории церкви, напрямую повлиявшего на сохранение историко-культурного наследия страны. Исходя из ложной концепции, что религию можно уничтожить насильственным путем, воинствующие атеисты, отождествляя религиозное сознание с религиозной организацией и её деятельностью, искореняли и уничтожали всё, связанное с церковной жизнью.

Спровоцированный властями разгром краеведческого движения в конце 1930-х годов в Нижнем Поволжье не способствовал укреплению музеев, репрессии в отношении старой музейной интеллигенции, борьба за «новую социалистическую» культуру привели к свертыванию работы по научному изучению края, прекращению деятельности по учёту местных памятников истории и культуры.

Непонимание исторического и художественного значения памятников приводило к тому, что разрушались ценнейшие храмы, уничтожались предметы культа, имевшие музейное значение. Антирелигиозная политика нанесла непоправимый ущерб культурному достоянию страны, вместе с религией уничтожались целые пласты национальной истории и культуры России.

Заключение

В новых исторических условиях политического и экономического развития общества, изменений социальных приоритетов и смены ориентиров на массовую культуру, на музеи, краеведческую работу возлагаются важнейшие задачи сохранения историко-культурного наследия. Музеи являются живой историей, которая дополняет, а иногда и объясняет современность.

Становление сети музеев Нижнего Поволжья и складывание системы охраны памятников истории и культуры с 1918 по 1941 гг. прошло сложный и противоречивый путь. Подъемы и спады в их развитии были обусловлены экономическими и социально-культурными этапами общественного развития страны.

На первом этапе, начавшемся сразу после революции, связанным с задачей сохранения историко-культурного наследия прошлого, Советским правительством были решены кардинальные задачи в области музейного дела - в составе Народного Комиссариата просвещения РСФСР был создан центральный орган для руководства музеями - Коллегия по делам музеев и охраны памятников, в состав которой входил отдел по делам музеев и охраны памятников искусства и старины, была проведена национализация крупнейших культурных ценностей, находившихся в частном владении.

В результате создания в 1918 г. Губернских подотделов по делам музеев и охраны памятников искусства и старины при отделах народного образования Губернских советов депутатов трудящихся на местах решались задачи реорганизации существующих и организации новых музеев, проведения огромной работы по выявлению, учёту и концентрации в музеях и хранилищах исторических и художественных памятников. Таким образом,

389 Гарданов В.К. Музейное строительство и охрана памятников культуры в первые годы Советской власти (1917-1920 гг.) // История музейного дела в СССР: Сб. науч. статей. М., 1957. С.7. в 1918 г. была заложена основа государственной системы руководства музейным делом. В конце 1918 г. был создан подотдел в Астраханской губернии, в начале 1919 г. - в Саратовской. В январе 1921 г. при Калмыцком отделе народного образования была создана архивно-музейная секция.

С 1921 г. при Губоно были созданы губернские комитеты по делам музеев и охране памятников (Губмузеи), функции которых по сравнению с подотделами значительно расширились, на них были возложены задачи организации археологических раскопок, учёта и охраны памятников архитектуры. Создание центрального органа управления Главмузея Главнауки Наркомпроса в 1921 г. и структуры Губмузеев способствовало упорядочению управления музеями, формированию чёткого профиля губернских музеев на базе комплектования их коллекций по краеведческому принципу, проведению работ по выявлению, учёту и охране памятников. Включение музеев в систему учреждений Главнауки Наркомпроса определило отношение к музеям как к научно-исследовательским учреждениям, ведущим культурно-просветительную работу на основе своей научной деятельности.

На территории Астраханской, Саратовской и Царицынской губерний в начале 1920-х гг. действовали сложившиеся до 1917 г. краеведческие музеи -Астраханский краеведческий музей, созданный в 1890 г., Саратовский государственный областной музей, основанный в 1886 г. при Саратовской учёной архивной комиссии, Саратовский художественный музей, основанный в 1885 г., Сталинградский губернский музей, основанный в 1914 г.

После революции в результате национализации предметов искусства и передачи коллекций в дар, возникают новые музеи - картинные галереи, художественные музеи. На основе переданной в 1918 г. в дар частной коллекции П.М. Догадина была создана Астраханская Картинная галерея, ставшая одним из выдающихся художественных музеев Нижневолжского региона. В 1920 г. был создан Вольский художественно-исторический музей.

Впервые были созданы музеи национальных областей Нижнего Поволжья - в Калмыкии в 1921 г. и в Республике Немцев Поволжья в 1925 г.

В уездных городах Саратовского Поволжья, на основе национализированных художественных и исторических ценностей, создавались новые музеи. В основу многих из них легли ценности из бывших помещичьих усадеб. Большую роль по сохранению произведений искусства и старины и по их вывозу из дворянских имений в фонды музеев сыграла деятельность Саратовского Губмузея.

Благодаря первому за всю историю России Декрету по охране памятников 1918 г., в трудных условиях установления Советской власти и гражданской войны была устранена угроза уничтожения и распыления частных коллекций и отдельных предметов старины, открыт доступ к произведениям искусства, находившихся прежде в закрытых частных собраниях.

Для первых послереволюционных лет было характерно бурное развитие краеведческого движения. Выявление и сбор документации, памятников материальной культуры приводили к созданию новых местных краеведческих музеев, научных и краеведческих обществ. Краеведческая и музейная работа в этот период были тесно взаимосвязаны.390

На процессе становления и формирования музейной сети после 1918 г., отразились все трудности военного времени и последующего периода восстановления экономики, когда почти полностью прекратилось финансирование музеев. Последствием тяжёлого экономического положения в стране стал перевод музеев с 1924 г. на местный бюджет, что незамедлительно сказалось на их жизнеспособности. Положение губернских,

390 Закс А.Б. Музееведческий центр России (1930-1960-е годы) // Вопросы истории. 1994. № 10. С. 160. уездных музеев, лишённых государственных субсидий, оценивалось как катастрофическое. В исследовании показано насколько неблагополучным было во II половине 1920-х гг. состояние таких крупных губернских краеведческих музеев Поволжья, как Саратовского и Астраханского. Для сокращения расходов на финансирование музеев принимались решения об их объединении и о присоединении к большим музеям «малых» музеев. В Астрахани политика перевода музеев на местный бюджет привела к гибели, по вине местной исполнительной власти, музея «Домик Петра I», экспонаты которого были почти полностью утрачены, здание музея в 1928 г. разобрано.

Со П половины 1920-х гг. в результате децентрализации управления музеями, передачи их управления в ведение местных исполкомов, начался процесс свертывания работы Губмузеев, что незамедлительно сказалось на материально-финансовом и правовом состоянии краеведческих музеев и их филиалов, что не способствовало сохранению памятников истории и культуры края. Таким образом, со II половины 1920-х гг. наметился спад в работе музеев в связи с политикой государства, направленной на расширение полномочий местных органов власти по охране памятников и управлению музеями.

Одной из сфер деятельности Губмузеев в 1920-е гг. и непосредственно самих краеведческих музеев Астрахани, Саратова и Сталинграда была охрана памятников археологии. Археологические исследования Нижнего Поволжья, учитывая огромное значение имеющихся на территории края таких памятников археологии как древние города Золотой Орды, несмотря на начавшуюся гражданскую войну, начались с 1919 г. С 1921 по 1935 г. Саратовским музеем краеведения ежегодно организовывались археологические экспедиции. Были исследованы территории Саратовской, Астраханской, Сталинградской губерний, с 1929 г. началось планомерное исследование археологических объектов Калмыкии. Работой по изучению археологических памятников Нижнего Поволжья занимались и научные общества - в Саратове Нижне-Волжское областное научное общество краеведения, Нижне-Волжский институт краеведения, в Астрахани Петровское общество исследователей Астраханского края, Научная Ассоциация Астраханского государственного университета и Архивно-музейный отдел в составе Калмыцкого ЦИК.

В связи с реорганизацией государственной системы по делам музеев и охране памятников при Наркомпросе с 1927 г., сокращением Главмузея Главнауки и структуры Губмузеев на местах, вопросы охраны памятников археологии с конца 1920-х гг. были заброшены, не финансировались, решались в пользу первостепенности хозяйственных задач социалистического строительства.

В диссертации показан ещё один вид деятельности местных музейных структур - охрана памятников дворянской усадебной культуры в 1920-е гг., на примере Саратовского Губмузея. Открытый в 1920 г. в Вольске художественно-исторический музей был создан благодаря тому, что Саратовским Губмузеем была развёрнута активная работа по выявлению, сбору предметов искусства и старины, находившихся в бывших имениях Вольского уезда. Аналогичная работа была проведена и в других уездах губернии. Для эффективности работы по охране бывших дворянских имений в уездах Саратовской губернии Губмузеем была создана структура уполномоченных, их обязанности выполняли заведующие местными музеями.

В работе рассматривается позиция местных властей по сохранению помещичьих имений, выражавшаяся в бездействии к проявлениям незаконных действий арендаторов, занимавших постройки бывших усадеб, а со П половины 1920-х гг. в неисполнении законодательства по охране памятников, состоявших на государственном учёте.

Становление системы охраны памятников в стране происходило на фоне принятого Декрета об отделении церкви от государства, что не могло не сказаться отрицательно на сохранении церковных ценностей и памятников культовой архитектуры. С 1918 по 1920 г. на территории Нижнего Поволжья работали губернские комиссии по ликвидации церквей, монастырей, мечетей, буддийских храмов, процесс закрытия культовых учреждений сопровождался конфискацией церковного имущества из драгоценных металлов. Становление «религиозной политики», проходившее в условиях неналаженности периферийного аппарата управления, привело к тому, что здания закрытых культовых учреждений переоборудовались и передавались под детские сады, школы, клубы, общежития, мастерские, что противоречило декрету об охране памятников. Начавшаяся в 1918 г. работа Главмузея и Губмузеев на местах по учёту и охране памятников церковного зодчества была прервана в связи с возобновлением в 1921-1922-е гг. курса партии на разгром церкви.

Автором подробно рассматривается кампания по изъятию церковных ценностей во время голода 1921-1922 гг. в Нижнем Поволжье, которая должна была решить сразу несколько задач: устранить церковь, пополнить партийную кассу. Голод лишь послужил удобным поводом для проведения государственной кампании по массовому изъятию церковных ценностей, в том числе и имевших музейное значение, являвшихся национальным достоянием страны, представлявшим историко-культурную ценность. Отрицательное отношение к культовым предметам, постепенно сформированное в результате активно проводимой антирелигиозной политики, проявилось в небрежном отношении к этим памятникам культуры, многие из которых были утрачены, подверглись порче. Мнения учёных, специалистов, духовенства, доказывавших необходимость дифференцированного подхода к изъятию церковных ценностей, игнорировались. В Астрахани, Саратове, Калмыкии кампании по изъятию церковных ценностей проходили в жёстком порядке, имели наступательный характер, что в итоге вылилось в ограбление церквей, калмыцких хурулов, утрате ценнейших памятников национальной культуры.

Большой вклад, в условиях наступательной политики государства против церкви, по сохранению предметов религиозной утвари не из драгоценных металлов, был сделан Саратовским Губмузеем.

Кампания по изъятию церковных ценностей, развернувшаяся под прикрытием помощи голодающим Поволжья, не дала ожидаемых миллиардов золотых рублей. Непоправимый урон историко-культурному наследию России был нанесён в ходе реализации Декрета об отделении церкви от государства и в ходе кампании по изъятию церковных ценностей для помощи голодающим.

Государственно-церковные отношения, сложившиеся в 1918-1922-е гг., деятельность Союза воинствующих безбожников, усилившаяся во II половине 1920-х гг., политика атеизма и отрицания значения предметов культа как памятников истории и культуры, нанесли огромный ущерб делу охраны памятников старины. В Нижнем Поволжье борьба с религией и церковью выразилась в невыполнении местными органами власти законодательства по охране памятников. Варварское отношение к памятникам церковного зодчества, предметам культа явилось отрицательным последствием воздействия административно-командной системы на культуру, привело к утрате её значительной части. Установки партии и правительства на борьбу с религией неизбежно приводили к нарушениям декретов по охране памятников, администрированию и перегибам при решении вопросов дальнейшего использования памятников архитектуры.

В 1923 г. Главмузеем Наркомпроса был составлен первый предварительный список памятников гражданских и церковных сооружений, состоявших на государственном учёте. Однако в связи с тем, что с 1924 г. была изменена система руководства охраной памятников, задачи охраны и финансирования ремонтно-реставрационных работ региональных памятников были возложены на местные исполкомы при участии Губмузеев. Поставленная задача приблизить к делу фактической охраны и реставрации памятников местные структуры и местные средства, вылилась в приспособление зданий закрытых церквей под хозяйственные нужды, в целенаправленную политику местных властей по снятию с государственного учёта памятников, как «не имеющих исторического значения», для последующего их сноса.

Таким образом, во II половине 1920-х гг. возникли неблагоприятные тенденции в отношении к памятникам культуры - отрицание роли памятников архитектуры, в основном культовой, в будущих планах застройки городов, оправдание социалистической необходимостью их приспособлений, переделок и разрушения. Нигилистическое отношение к памятникам привело к уничтожению ряда выдающихся архитектурных гражданских и культовых построек городов Нижнего Поволжья.

Список памятников церковного зодчества, составленный в 1924 г. Астраханским Губмузеем, в 1928 г. местными властями был пересмотрен и сокращён. Начало процессу по сносу культовых памятников в Астрахани было положено в 1928 г., когда была разобрана Входоиерусалимская церковь начала XVIII века.

Возможность самостоятельно решать вопросы переделок и сноса памятников у местных властей появилась в результате ликвидации централизованной системы государственных учреждений, ведавших охраной памятников - Главмузея и Губмузеев в 1927-1930-е гг.

В связи с партийным курсом на усиление антирелигиозной пропаганды и массового наступления на церковь, в 1928 г. была подвергнута критике работа по учёту архитектурных памятников страны, две трети из которых составляли культовые сооружения.

С 1929 по 1932 гг. на территории Саратовской, Астраханской, Сталинградской областей, Калмыкии было закрыто и впоследствии подверглось приспособлению, переделкам с утратой первоначального облика и сносу большое количество культовых сооружений, выдающихся памятников архитектуры XVIII-XIX вв.

С 1929 г. в результате получившего распространение в исторической науке социологического, дифференцированного подхода к памятникам истории, культуры и искусства, начался второй этап, характеризующийся изменением государственной политики в области охраны памятников и музейного дела, отступлением от принципов бережного отношения к наследию прошлого, заложенных в 1918-1 половине 1920-х гг.

В 1931 г. ряд памятников Нижневолжского региона, несмотря на их историческую и художественную значимость, был снят с учёта. В условиях сплошной коллективизации и «наступления социализма по всему фронту» было развёрнуто движение за массовое закрытие церквей. Ужесточение политики в религиозном вопросе привело к тому, что в 1929-1931-е гг. Советской властью применялись репрессивные меры против священников. В Астрахани в 1929 г. по делу «О святейшей контрреволюции» проходили архиепископ Филипп и несколько священнослужителей. Репрессии против священнослужителей в 1930-е гг. особенно массовыми были в сельской местности, что было связано с коллективизацией, они сопровождались закрытием церквей, мечетей, хурулов. В 1930-1940-е гг. в Калмыкии подверглись политическим репрессиям 144 буддийских священников. К 1934 г. из 19 действующих до 1917 г. на территории Калмыкии православных церквей было закрыто 5, из 62 хурулов - 21.

В 1932 г., учитывая принявшие угрожающие размеры противоправные действия местных властей по уничтожению памятников архитектуры, при Президиуме ВЦИК РСФСР была восстановлена структура по охране памятников - Междуведомственный комитет по охране памятников революции и культуры. В 1933 г. Наркомпросом РСФСР был воссоздан Музейный отдел, одной из функций которого являлась охрана памятников. В 1936 г. во Всесоюзном комитете по делам искусств, образованном при СНК

СССР был организован отдел охраны памятников. Такая, по сравнению с существовавшей в 1920-е гг. государственной централизованной системой охраны памятников, организационная структура, рассредоточенная по разным ведомствам, не являлась шагом вперед и не была способна остановить массовое разрушение памятников в 1930-е гг.

Широкий масштаб разрушения буддийских культовых сооружений сопровождался уничтожением и расхищением ценных памятников калмыцкой национальной культуры. В 1936 г. здания 13 хурулов были приспособлены под склады, перестроены. К 1941 г. на территории Калмыкии из 92, имевшихся до 1917 г. хурулов, частично сохранился лишь один -Хошеутовский. Таким образом, вместе с религией уничтожались целые пласты национальной истории и культуры России. Большинство культовых зданий, закрывавшихся в массовом порядке на всей территории Нижнего Поволжья, из-за невозможности приспособления их под культурные учреждения, ввиду отсутствия средств у сельских советов, передавались в Госфонд для продажи на снос, как стройматериал.

Нигилизм в отношении к памятникам не мог не отразиться и на музейном деле. С 1929 г. в соответствии с взятым Советским государством курсом на индустриализацию, коллективизацию, культурную революцию, на усиление политико-просветительной работы, начался процесс идеологической перестройки музеев Нижнего Поволжья. Все музеи были объявлены политико-просветительными учреждениями, следствием этого стало почти полное прекращение научно-исследовательской деятельности, работы по пополнению, комплектованию и изучению музейных коллекций, что означало отступление от принципов государственной музейной политики, заложенной в I половине 1920-х гг. Работа музеев Нижнего Поволжья в начале 1930-х гг. была подвергнута критике за аполитичность, оторванность от классовых задач, академизм в построении музейных экспозиций. Выдвигались требования построения музеев на основе марксистско-ленинского учения, перестройки отделов в соответствии с усилением борьбы с религией, социалистического строительства.391

Из нижневолжских музеев, для решения задач индустриализации, стали изыматься ценные экспонаты из цветных металлов, а также предметы религиозного культа «по политическим мотивам». Внедрявшиеся в эти годы методы чёткого профилирования музеев проводились путём перераспределения коллекций между музеями краеведческими и художественными, что приводило к обеднению фондов, замене подлинных экспонатов на копии, в ущерб подлинникам внедрялся научно-вспомогательный материал - плакаты, диаграммы, схемы. С 1930-х гг. музеи Саратова и Астрахани подверглись изъятию редких и ценных произведений изобразительного и декоративно-прикладного искусства для продажи за границу с целью получения дополнительных валютных средств, необходимых стране для осуществления индустриализации и коллективизации. Автором подробно показан период конца 1920 - начала 1930-х гг., для музеев Нижнего Поволжья характеризующийся, как время безвозвратных потерь многих памятников истории, культуры и искусства.

В тоже время начало 1930-х гг. стало временем создания новых национальных музеев. Заслугой научных сотрудников Саратовского краевого музея краеведения стала большая работа по перестройке созданных в начале 1920-х гг. национальных музеев Калмыкии и Республики Немцев Поволжья.

С 1933 г. в связи с проведением реформ в народном образовании, затронувших историческую науку, в сфере музейной деятельности наметился позитивный перелом. Ряд постановлений правительства I половины 1930-х гг. указывал на необходимость использования в учебном процессе музейного материала. К середине 1930-х гт. музейная сеть Нижневолжского региона

391 Культурное строительство в РСФСР. Документы и материалы 1928-1941 г. Т.2. М., 1986. С. 55. значительно расширилась, если до 1917 г. имелось 5 музеев (3 - в Саратове, 1 - в Астрахани, 1 - в Царицыне), то в 1932 году уже насчитывалось 23 музея.

В 1936 г. в составе отделов народного образования была восстановлена инспектура по делам музеев. В 1937 г. был создан НИИ краеведческой и музейной работы, была восстановлена одна из основных функций музея — научно-исследовательская деятельность. В 1940 г. Коллегией Наркомпроса РСФСР было утверждено «Положение о краеведческом музее».

В то же время рассматривающийся в диссертации период с 1929 по 1941 гг. характеризуется постепенным свёртыванием работы общественных краеведческих, научных обществ Нижнего Поволжья. Прекратило свою деятельность Петровское общество исследователей Астраханского края, саратовские краеведческие общества - «Истархэт» и Нижне-Волжское областное научное общество краеведения, в 1939 г. был ликвидирован Нижне-Волжский институт краеведения. Работа краеведческих обществ была ошибочно признана отсталой и вредной, репрессиям подверглись саратовские краеведы-историки.

Таким образом, несмотря на наметившийся с 1933 г. подъём работы музеев и краеведческих обществ Нижневолжского региона, со П половины 1930-х гг. их деятельность пришла в упадок. Краеведческие музеи и краеведческая наука, охрана историко-культурных памятников в 1930-е гг. испытали на себе идеологический гнёт и контроль партийных органов. Музеи, научные общества, система охраны памятников на местах фактически лишились помощи со стороны общественности, что не могло не отразиться на их деятельности. Нарушение принципов демократического, коллегиального управления музеями, заложенных в начале 1920-х гг., исключение музеев из системы научных учреждений, разрушение централизованной системы охраны памятников, ликвидация краеведческих обществ, привели к концу 1930-х гт. к невосполнимым утратам памятников историко-культурного наследия страны.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Кугрышева, Эвелина Викторовна, 2004 год

1. Неопубликованные (архивные документы) 1 .Государственный Архив Российской Федерации (ГАРФ) Фонд 1235. Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет. Фонд 2307. Музейный отдел Главнауки Народного Комиссариата просвещения РСФСР.

2. Государственный Архив Астраханской области (ГААО)

3. Фонд Р-1632. Отдел внутреннего Управления Астраханского губернскогоисполнительного комитета.

4. Фонд Р-1. Губернский исполнительный комитет Совета рабочих, крестьянских, красноармейских и ловецких депутатов.

5. Фонд Р-1362. Губернский отдел народного образования Астраханского губернского исполнительного комитета.

6. Фонд Р-1334. Отдел юстиции Астраханского губернского исполнительного комитета.

7. Фонд Р-1095. Астраханский окружной исполнительный комитет.

8. Фонд Р-1069. Астраханское управление морского флота Каспийскогоморского пароходства.

9. Фонд Р-2102. Кучергановский волостной совет рабочих, крестьянских, казачьих и ловецких депутатов и его исполнительный комитет. Астраханская губерния.

10. Фонд Р-3337. Астраханский окружной совет Союза воинствующих безбожников (СВБ).

11. Фонд Р-3365. Астраханская областная картинная галерея. Фонд Р-1861. Астраханский краеведческий музей.

12. Государственный Архив Саратовской области (ГАСО)

13. Фонд Р-1103. Саратовский губернский комитет по делам музеев и охраны памятников старины и природы Саратовского губернского отдела народного образования (Губмузей).

14. Фонд Р-329. Отдел народного образования Саратовского губернского исполнительного комитета.

15. Фонд Р-521. Исполнительный комитет Саратовского губернского Совета. Фонд Р-522. Исполнительный комитет Нижне-Волжского краевого Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов.

16. Национальный Архив Республики Калмыкия (НА РК) Фонд Р-145. Личный архив профессора Пальмова Н.Н.

17. Фонд Р-3. Центральный исполнительный комитет Калмыцкой АССР. Фонд 9. Управление Калмыцким народом.

18. Архив Управления Федеральной Службы Безопасности Астраханской области.

19. Архив Астраханского Государственного Объединенного Историко-архитектурного музея-заповедника (АГОИАМЗ).

20. Архив Саратовского Государственного Художественного музея имени А.Н. Радищева (СГХМ).

21. Архив Калмыцкого института гуманитарных исследований Российской Академии наук (КИГИ РАН).1.) Опубликованные источники

22. А) Законодательные материалы, постановления.

23. Воззвание Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов0411.1917 г. // Охрана памятников истории и культуры: Сб. декретов ипостановлений. 1917-1967 гг. М. 1968. С. 11.

24. Декрет СНК РСФСР «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» 23.01.1918 г. // Декреты Советской власти. М. 1957. С. 373-374.

25. Декрет СНК РСФСР «О запрещении вывоза за границу предметов искусства и старины» 19.09.1918 г. // СУ. 1918. отд. I. № 69. С. 751.

26. Декрет СНК РСФСР «О регистрации, приеме на учет и охранении памятников искусства и старины, находящихся во владении частных лиц, обществ и учреждений» 05.10.1918 г. // СУ. 1918. № 73. С. 794.

27. Декрет СНК РСФСР «О порядке реквизиции библиотек, книжных складов и книг вообще» 26.11.1918 г. II Сборник Декретов и Постановлений рабоче-крестьянского правительства по народному образованию. М. 1920. Вып.2. С. 3.

28. Декрет СНК РСФСР «О губернских архивных фондах» 31.03.1919 г. // Сборник декретов и постановлений рабоче-крестьянского правительства по народному образованию. М. 1920. Вып. 2. С. 22.

29. Постановление Наркомата просвещения РСФСР «Об объединении деятельности художественных и культурно-исторических музеев» 24.12.1918 г.//СУ. 1918. №37. С. 371.

30. Декрет СНК РСФСР «Об охране научных ценностей» 05.12.1918 г. // Газета «Известия» № 270. 20 декабря 1918 г.

31. Декрет СНК РСФСР «Об охране памятников природы, садов и парков» 16.09.1921 г. // СУ. 1921. № 65. С. 492.

32. Декрет СНК Союза СССР «О специальных средствах для обеспечения государственной охраны культурных ценностей» 19.02.1924 г. // СУ. 1924. № 34. С. 321.

33. Инструкция ВЦИК и СНК «Об учете и охране памятников искусства, старины, быта и природы» 07.07.1924 г. // СУ. 1924. № 65. С. 654.

34. Постановление ВЦИК «Об утверждении Положения о Междуведомственном комитете по охране памятников революции, искусства и культуры при Президиуме ВЦИК» 20.08.1932 г. // СУ. 1932. № 69. Отд. I. С. 309.

35. Постановление ВЦИК и СНК РСФСР «Об охране исторических памятников» 10.08.1933 г. // СУ. 1933. № 44. С. 179.

36. Постановление ВЦИК и СНК РСФСР «Об охране археологических памятников» 10.02.1934 г. // СУ. 1934. № 9. С. 52.

37. Б) Нормативно-инструктивные документы.

38. Бюллетень официальных распоряжений и сообщений Наркомпроса РСФСР. М., 1921. № 21, распоряжение № 187; 1932 г. № 9. С. 71.

39. Власть и художественная интеллигенция: документы ЦК РКП (б) ВКП (б), ВЧК - ОГТГУ - НКВД о культурной политике. 1917-1953 г. М., 1999.

40. Ко всем музейным учреждениям. (Законы, постановления, распоряжения). Наркомпрос РСФСР. М., 1931.

41. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК- М, 1984.

42. Культурное строительство в СССР. 1917-1927 гг. Разработка единой государственной политики в области культуры. Документы и материалы. М., 1989.

43. Ю.Культурное строительство в РСФСР. Документы и материалы. 1928-1941. М., 1986.

44. Охрана памятников революционного движения, труда и искусства: Сб. документов. Под ред. А.И. Объедкова. М., 1930.

45. Охрана памятников истории и культуры: Сб. декретов и постановлений. 1917-1967 гг. М., 1968.

46. Охрана памятников истории и культуры: Сб. документов. М., 1973.

47. Охрана и использование памятников истории и культуры: Сб. документов.1. Алма-Ата, 1979.

48. Положение о Народном Комиссариате по просвещению и Губотделах народного образования. М., 1920.

49. Положение о краеведческом музее. М., 1941.

50. Сборник постановлений по музейному строительству РСФСР. 1931-1934 гг. М., 1934.

51. Сборник Узаконений и Постановлений рабоче-крестьянского правительства. 1918. № 18, 69,73; 1922. № 19; 1923. № 20, 37; 1924. № 18, 65; 1929. №35; 1933. №44.

52. Сборник Узаконений и Постановлений рабоче-крестьянского правительства по народному образованию (с 07.11. 1918 07.11. 1919 гг.). 1920. Вып. 2.

53. Схема распределения памятников архитектуры на категории // Еженедельник НКП РСФСР. 1928. № 3.

54. Труды 1-го Всероссийского музейного съезда. М., 1930. В 2-х т.

55. Указатель руководящих материалов в области музейного дела и охраны памятников искусства, старины, революционного движения и природы. Под ред. Б. Иваненко М., 1929.

56. В) Статистические сведения, отчеты.1 .Адрес-календарь Саратовской губернии на 1900 г. Саратов, 1900.

57. Археологические экспедиции. 1919-1956 гг. // ГАИМК и Институт Археологии Академии наук СССР. Указатель. М., 1962.

58. Астраханская губерния. Экономическое, культурное, административное и финансовое состояние. Астрахань, 1928.

59. Воинствующее безбожие в СССР за 15 лет (1917-1932 гг.). Отчет. М., 1932.

60. Ежегодник Астраханского краеведческого музея. Каталог. Этнографический отдел. Калмыки. Астрахань, 1928.

61. К открытию Областного Калмыцкого историко-этнографического музея. Астрахань, 1921.

62. Леопольдов А.Ф. Статистическое описание Саратовской губернии. СПб., 1839.

63. Леопольдов А.Ф. Историко-статистическое описание Заволжского края Саратовской губернии. Материалы для статистики Российской империи. СПб., 1839.

64. Леопольдов А.Ф. Летопись Саратовской губернии со времени присоединения сего края к России до 1821 года // Министерство внутренних дел. 1841. № 1.

65. Ю.Народный Комиссариат просвещения. 1917-окт. 1920. Краткий отчет. М., 1920.

66. Общегосударственные провинциальные музеи РСФСР // Бюллетень Главнауки. Наркомпрос РСФСР. М., 1922. № 3-4.

67. Отчеты Петровского общества исследователей Астраханского края за 1889. Астрахань, 1890.

68. Отчеты Петровского музея за 1891-1905 гг. Астрахань, 1908.14.0тчет о поездке в село Селитренное летом 1888 года члена Общества К.Н.1. Малиновского. М., 1892.

69. Рыков П.С. Отчет об археологических работах, проведенных в Нижнем Поволжье летом 1929 г. // Известия Нижне-Волжского института краеведения. Саратов, 1931. Т.4.

70. Систематический каталог исторического музея Саратовской Ученой Архивной Комиссии. 1886-1888. Саратов, 1890. Г) Историко-географические описания Нижнего Поволжья.

71. Гераклитов А.А. История Саратовского края в XVI-XVIII вв. Саратов, 1923.

72. Гераклитов А.А. Прошлое Саратова // Весь Саратов. Адрес-календарь на 1925 г. Саратов, 1925.

73. Ю.Зайковский Б.В. Археологические разведки в окрестностях слободы Даниловки Камышинского уезда Саратовской губернии. Саратов, 1913. П.Каменский Н. Астраханский Кафедральный Успенский собор. Казань, 1889.

74. Костомаров Н.И. Очерк истории Саратовского края от присоединения его к русской державе до вступления на престол Николая I // Памятная книжка Саратовской губернии. Саратов, 1858.

75. З.Леопольдов А.Ф. Исторический очерк Саратовского края. М., 1848.

76. Леопольдов А.Ф. Исторический очерк Саратова и пугачевщины. Саратов, 1874.

77. Минх А.Н. Историко-географический словарь Саратовской губернии. Южные уезды: Камышинский и Царицынский. Саратов, 1898. В 2-х т.

78. Минх А.Н. Материалы для истории Саратовской губернии // Саратовский сборник. Саратов, 1881. Т. 1.

79. Минх А.Н. Саратовская архивная комиссия: исторический очерк // Саратовский дневник. Саратов, 1900. № 209.

80. Мордовцев Д.Л. Исторические пропилеи. СПб., 1889. В 2-х т.

81. Ровинский И.В. Хозяйственное описание Астраханской и Кавказской губерний. СПб., 1809.

82. Рыбушкин М.И. Записки об Астрахани. Астрахань, 1841.

83. Сборник трудов членов Петровского общества исследователей Астраханского края. Астрахань, 1892.

84. Терещенко А.В. Царицын и Дубовский посад. Саратов, 1848.

85. Хованский Н.Ф. Очерки истории г. Саратова и Саратовской губернии. Саратов, 1884.

86. Хованский Н.Ф. О прошлом г. Саратова. Саратов, 1891.

87. Чекалин Ф.Ф. Саратовское Поволжье с древнейших времен до конца ХУП века. Саратов, 1892.

88. Чекалин Ф.Ф. Саратов на левом берегу Волги и время перенесения его направый берег // Труды VIII Археологического съезда. М., 1887.

89. Чекалин Ф.Ф. Находки монет в Саратовской губернии // Труды

90. Саратовской Ученой Архивной Комиссии. Саратов, 1887.

91. Чекалин Ф.Ф. Древние обитатели Саратовской губернии: материалы дляместных археологических исследований // Труды Саратовской Ученой

92. Архивной Комиссии. Саратов, 1887.

93. Чекалин Ф.Ф. Саратовское Поволжье в XIV веке по картам того времени и по археологическим данным // Труды Саратовской Ученой Архивной Комиссии. Саратов, 1889. Д) Справочные издания.

94. Астраханская область. Справочник по административно-территориальному делению. 1918-1983. Волгоград, 1984.

95. История Русской Православной Церкви в документах федеральных архивов России, архивов Москвы и Санкт-Петербурга. Аннотированный справочник-указатель. М., 1995.

96. Календарь-справочник. Весь Царицын и вся Астрахань на 1925 г. Астрахань, 1924.

97. Краеведные учреждения СССР. Справочник Центрального Бюро Краеведения. Л., 1927.

98. Справочник о фондах ЦГА КАССР. Элиста, 1984.

99. Периодическая печать Газеты1.Известия. 1918.2.Коммунист. 1922.1926.1. Журналы

100. Астраханские Епархиальные Ведомости. 1918.

101. Вестник Губоно. Астрахань. 1924.

102. Еженедельник Наркомпроса. 1930.

103. Известия Саратовского Совета. 1918.

104. Известия ОВД Астраханского Губисполкома. 1919.

105. Художественные известия отдела народного образования Саратовского Совета. 1919.1. Литература Монографии

106. Амосов Н. Октябрьская революция и церковь. М., 1939.

107. Астрахань. Храмы и монастыри. Автор-составитель игумен Марьян (Иосиф). Астрахань, 2002.

108. Баллод Ф.В. Приволжские «Помпеи». М.-Пг., 1923.

109. Баллод Ф.В. Старый и Новый Сарай. Казань, 1924.

110. Баринская А.Г., Савельев В.И. Советское законодательство о религиозных культах. Йошкар-Ола, 1973.

111. Беспарточный Б.Д., Ильина З.Д. Культура и власть: из рассекреченных архивов ВЧК-ОГПУ-НКВД. Курск, 1998.

112. Бонч-Бруевич В.Д. Избранные атеистические произведения. М., 1973.

113. Борисевич Ф.В. Развитие Советского законодательства по охране памятников истории и культуры. Минск, 1976.

114. Борисенко И.В. Православие в Калмыкии. М., 1999. Ю.Борисенко И.В. Храмы Калмыкии. Элиста, 1994. П.Борисов Т. Состояние Калмыцкой области. Астрахань, 1925.

115. Вещиков А.Т. Советские законы о религиозных культах. М., 1962.

116. Гидулянов П.В. Отделение церкви от государства в СССР. М., 1926.

117. Гидулянов П.В. Церковь и государство по законодательству РСФСР. М., 1923.

118. Гиленсон А.Б. В помощь работнику музея. М., 1936.

119. Гольст Г.Р. Религия и закон. М., 1975.

120. Горев М. Церковные богатства и голод в России. М., 1922.

121. Горбунов В.В. Разработка В.И. Лениным проблемы культурного наследия. М., 1980.

122. Дорджиева Г.Ш. Буддийская церковь в Калмыкии в конце XIX — I пол. XX века. М., 2001.

123. Кандидов Б.П. Монастыри-музеи и антирелигиозная пропаганда. М., 1929.

124. Кандидов Б.П. Голод 1921 и церковь. М., 1931.

125. Кануков Х.Б. Буддо-ламаизм и его последствия. Астрахань, 1928.

126. Кашеваров А.Н. Государство и церковь: из истории взаимоотношений Советской власти и Русской Православной церкви. 1917-1945 гг. СПб., 1995.

127. Клибанов А.И. Русское православие: вехи истории. М., 1989.

128. Коновалов Б.Н. К массовому атеизму. М., 1974.

129. Константинов Д. Гонимая церковь (Русская Православная церковь в СССР). Нью-Йорк, 1967.

130. Крапивин М.Ю. Противостояние: большевики и церковь (1917-1941 гг.). Волгоград, 1993.

131. Красиков J1.A. На церковном фронте: 1918-1923. М., 1923.

132. Красиков J1.A. Избранные атеистические произведения. М., 1970.

133. Кривова Н.А. Власть и церковь в 1922-1925 гг. Политбюро и ГПУ в борьбе за церковные ценности и политическое подчинение духовенства. М, 1997.

134. Крупская Н.К. Вопросы атеистического воспитания. М., 1961.

135. Крывелев И.А. Русская православная церковь в первой четверти XX в. М., 1982.

136. Куроедов В.А. Религия и церковь в советском обществе. М., 1984.

137. Ленин В.И. Социализм и религия. Полн. собр. соч. Т. 12.

138. Лепилов В.П. На просторах Волго-Каспия. К 100-летию Каспийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства. Элиста, 1997.

139. Лисавцев Э.В. Критика буржуазной фальсификации положения религии в СССР. М., 1975.

140. Луначарский А.В. Почему нельзя верить в бога? Избранные атеистические произведения. М., 1965.

141. Луначарский А.В. Кому принадлежит церковное имущество. М., 1922.

142. Лунин А.В. Октябрьская революция и церковь. М., 1925.

143. Максимов К.Н. Калмыкия в национальной политике, системе власти и управления России (XVII в- XX в.). М., 2002.

144. Муратов М.В. Изучение местного края. Опыт введения в краеведение. М., 1925.42.0вцин Ю.И. Большевики и культура прошлого. М., 1969.

145. Пештич С.Л. Русская историография XVIII века. Л., 1969.

146. Плаксин Р.Ю. Крах церковной контрреволюции в 1917-1923 гг. М., 1966.

147. Плюнов Ф.И. Октябрьская революция в Калмыкии. М., 1921.

148. Польский М. Новые мученики российские. В 2-х ч. М., 1993.51 .Поспеловский Д.В. Русская Православная церковь в XX веке. М., 1995.

149. Равикович Д.А. Формирование государственной музейной сети (1917 -I половина 60-х гг.). М., 1988.

150. Регельсон Л. Трагедия Русской церкви. 1917-1945. Париж, 1977.

151. Смирнов И.С. Ленин и советская культура, государственная деятельность В.И. Ленина в области культурного строительства, окт.1917-лето 1918 г. М., 1960.

152. Смирнов И.С. Из истории строительства социалистической культуры в первый период Советской власти. М., 1952.

153. Сталин И.В. Вопросы ленинизма. М., 1938.

154. Степанов (Русак) В. Свидетельство обвинения: церковь и государство в Советском Союзе. Джорданвилль, 1987.

155. Стешенко Л.А. Советское законодательство о памятниках истории и культуры. Минск, 1972.

156. Стешенко JI. А. Правовая охрана памятников культуры в СССР. М., 1974.

157. Титлинов Б.В. Церковь во время революции. СПб., 1924.

158. Федоров-Давыдов А.А. Советский художественный музей. М., 1933.

159. Формозов А. А. Страницы истории русской археологии. М., 1986.

160. Цыпин В. История русской церкви (1917-1997 гг.). М., 1997.

161. Ярославский Е.М. Коммунизм и религия. М., 1936.

162. Ярославский Е.М. О религии. М., 1957.1. Статьи

163. Аделунг Ф.Г. Предложение об учреждении Русского национального музея // Сын Отечества. 1817. № XIX. С.17-19.

164. Басхаев А.Н. Репрессии против калмыцкого духовенства в 20-30-х гг. XX в. // Политические репрессии в Калмыкии в 20-40-е гг. XX века: Сб. науч. трудов. Элиста, 2003. С. 30-53.

165. Белоусов С.С. Политические репрессии православного духовенства в Калмыкии в 20-40-е гг. XX века // Политические репрессии в Калмыкии в 2040-е гг. XX века: Сб. науч. трудов. Элиста, 2003. С. 53-75.

166. Белов Е.А. Судьба церковных ценностей, изъятых властью в 1922 г. // Вестник русского студенческого христианского движения. Париж, 1972, № 104. С.327-337.

167. Боровская М.И. Составитель каталога западноевропейской гравюры С.В. Жуковский // Музейное дело и художественное образование. Материалы третьих, четвертых, пятых Боголюбовских чтений 1996-1998 гт. Саратов, 2000. С. 22-32.

168. Бухарин Н.И. Реконструктивный период и борьба с религией (доклад) // П Всероссийский съезд безбожников. М., 1929. С. 12-21.

169. Васильева О.Ю. Русская православная церковь и Советская власть в 19171927 гг. // Вопросы истории. 1993. № 8. С.40-54.

170. Ю.Васильева О.Ю. Русская православная церковь в 1927-1943 годах // Вопросы истории. 1994. № 4. С. 35-46.

171. Водонос Е.И. К истории комплектования коллекции живописи в СГХМ (1885-1985 гт.) // Саратовский Государственный Художественный Музей имени А.Н. Радищева. Материалы и сообщения. Саратов, 1993. Вып. 6. С. 1950.

172. Гарданов В.К. Музейное строительство и охрана памятников культуры в первые годы Советской власти (1917-1920) // История музейного дела в СССР: Сб. науч. статей. Труды НИИМ. М., 1957. Вып. 1. С. 7-36.

173. Гречкина Т.Ю., Васильев Д.В. Предварительные итоги исследований на Самосдельском городище в дельте Волги // Археология Нижнего Поволжья на рубеже тысячелетий. Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Астрахань, 2001. С. 40-43.

174. Дорджиева Г.Ш., Оглаев Ю.О., Убушиева С.И. Ламаистская церковь в Калмыкии. Начальный этап советской историографии проблемы: 1917-1937 гг. //Вопросы ламаизма в Калмыкии. Элиста, 1987. С. 100-121.

175. Дорджиева Г.Ш. Судьба Цаган-Аманского хурула // Буддизм в системе мировой цивилизации. Элиста-Цаган-Аман, 1998. С. 20-26.

176. Дорджиева Г.Ш. Архивные материалы о репрессиях в отношении калмыцкого духовенства // История и культура монгольских народов: источники и традиции. Элиста, 1999. С. 4-15.

177. Дремова С.В. Из эпистолярного наследия Н.Н. Пальмова // Краеведческие чтения. Доклады и сообщения IV-VI чтений. Саратов, 1994. С. 201-203.

178. Жуков Ю.Н. Первые мероприятия Советской власти по охране историко-культурного наследия (Петроград, 1917-1918гг.) // История СССР. 1983. № 5. С. 148-161.

179. Ионова О.В. Создание сети краеведческих музеев РСФСР в первые десять лет Советской власти // История музейного дела в СССР: Сб. науч. статей. Труды НИИМ. М., 1957. Вып. 1. С. 37-72.

180. Клемм Е. Задачи художественных отделов местных и республиканских музеев // Советский музей. 1932. № 1. С. 2-8.

181. Клейменова С.В. По материалам записок Общего собрания Санкт-Петербургских депутатов Правительствующего Сената (из архива князя Б.А. Куракина в фонде редкой книги научной библиотеки СГУ) // Саратовское

182. Поволжье в панораме веков: история, традиции, проблемы. Материалы IX межрегиональных научных краеведческих чтений. 7-8 апреля 2000. Саратов, 2000. С. 266-271.

183. Кодылев А.В. Антирелигиозная политика в Саратовской губернии в 1920-е гг. // Краеведческие чтения. Доклады и сообщения IV-VI чтений. Саратов, 1994. С. 182-185.

184. Козлов В.Ф. Свидетельствуют документы (об изъятии церковных ценностей) // Журнал Московской патриархии. 1993. № 9. С. 20-26.

185. Лебина Н.Б. Деятельность «воинствующих безбожников» и их судьба // Вопросы истории. 1996. № 5-6. С. 154-157.

186. Левинсон Н.Р. Охрана внемузейных памятников // Советский музей. 1932. № 6. С. 52-66.

187. Луначарский А.В. Советское государство и искусство // Об искусстве: Сб. статей. М.-Л., 1941. С. 25-38.

188. Луппол И. Добьемся победы на музейном фронте // Советский музей. 1932. № 4. С. 3-4.

189. Максимов Е.К, Войтенко Л.А. Новые материалы о П.С. Рыкове и Н.К. Арзютове // Краеведческие чтения. Доклады и сообщения IV-VI чтений. Саратов, 1994. С. 151-152.

190. Малов Н.М., Миронов В.Г. Нижне-Волжская церковная археология // Саратовское Поволжье в панораме веков: история, традиции, проблемы. Материалы IX межрегиональных научных, краеведческих чтений 7-8 апреля2000. Саратов, 2000. С. 213-215.

191. Материкин А.В. Волгоградское краеведение: история и перспективы развития // Саратовское Поволжье в панораме веков: история, традиции, проблемы. Материалы IX межрегиональных научных, краеведческих чтений 7-8 апреля 2000. Саратов, 2000. С. 88-95.

192. Миронов Д.В. К истории областного музея краеведения (1918 год) // Труды Саратовского областного музея краеведения. Саратов, 1996. Вып. IV. С. 55-62.

193. Монгайт A.JI. Возникновение и первые шаги советской археологии // История СССР. 1963. № 4. С. 48-58.

194. Охрана архитектурных памятников как историческая задача (передовая статья) // Проблемы истории докапиталистических обществ. 1934. № 7-8. С. 2-8.

195. Паунова Е.А. Научно-любознательное братство // Очерки исследователей Астраханского края. Астрахань, 1997. С. 7-9.

196. Покровский Н.В, Желательная постановка церковной археологии при духовных академиях // Христианское чтение. 1906. № 3. Т. 221. С. 44-49.

197. Покровской Н.Н. Документы Политбюро и Лубянки о борьбе с церковью в 1922-23 гг. // Ученые записки Российского православного университета апостола Иоанна Богослова. М., 1995. Вып. 1. С. 77-101.

198. Поспеловский Д.В. Русская Православная церковь: испытания начала XX века//Вопросы истории. 1993. № 1. С. 83-101.

199. Разгон A.M. Охрана исторических памятников в дореволюционной России (1861-1917) // История музейного дела в СССР: Сб. науч статей. Труды НИИМ. М., 1957. С. 73-128.

200. Сталин И.В. Задачи музеев // Советский музей. 1935. № 4. С. 3-7

201. Убушиева С.И. Атеистическое воспитание трудящихся Калмыкии в период строительства социализма (1917-1937 гг.) // Ламаизм в Калмыкии и вопросы научного атеизма: Сб. науч. статей. Элиста, 1980. С. 51-70.

202. Удаленков А. О. О работе Комитета по охране и ремонту монументальных памятников //Музей. Л., 1924. С. 6-40.

203. Цуцкин Е.В. Археологические исследования Калмыкии // Древности Калмыкии. Элиста, 1985. С. 3-9.

204. Шнеерсон Н.А. Об опытно-показательных учреждениях при краеведческих музеях // Советский музей. 1931. № 4. С. 48-49; Музейный съезд и музеи Поволжья Н Советский музей. 1931. № 4. С. 84-85; Письмо в редакцию // Советский музей. 1932. № 4. С. 115-116.

205. Ятманов Г.С. Задачи журнала «Музей» //Музей. Пг., 1923. № 1. С. 1-7.1. Диссертации

206. Кашеваров А.Н. Советское государство и Русская православная церковь в 1917-1922 гг.: Дис. док. ист. наук: 07.00.02. СПб, 1998.

207. Ревякин Е.С. Политика государственных, партийных и общественных организаций в отношении религии и церкви в 1929-1936 гг. (по материалам Ивановской Промышленной Области): Дис. канд. ист. наук: 07.00.02. Иваново, 1995.

208. Тюрина J1.B. Государство и Русская православная церковь: эволюция отношений. 1917-2000: Дис. канд. ист. наук: 07.00.02. Курск, 2000.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.