Внешние и внутренние факторы формирования политической культуры правящих элит стран Магриба тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 23.00.04, кандидат политических наук Миронова, Валерия Александровна

  • Миронова, Валерия Александровна
  • кандидат политических науккандидат политических наук
  • 2005, Москва
  • Специальность ВАК РФ23.00.04
  • Количество страниц 151
Миронова, Валерия Александровна. Внешние и внутренние факторы формирования политической культуры правящих элит стран Магриба: дис. кандидат политических наук: 23.00.04 - Политические проблемы международных отношений и глобального развития. Москва. 2005. 151 с.

Оглавление диссертации кандидат политических наук Миронова, Валерия Александровна

Введение

Глава I. Влияние колонизации на формирование и мировоззренческие установки политических элит стран Магриба.

§ 1. Особенности становления местной политической элиты в колониальный период.

§ 2. Формирования политических взглядов местной элиты в ходе колонизации.

Глава II. Особенности формирования правящих элит и их политической культуры в независимых странах Магриба.

§ 1. Подход к государственному строительству как один из аспектов политической культуры правящих элит.

§ 2. Политические взгляды традиционной элиты.

§ 3. Роль армии в формировании властных структур, ее влияние на политические воззрения правящих элит.

§ 4. Подход к партийному строительству как один из аспектов политической культуры правящих элит.

Глава III. Влияние традиционных (внутренних) и современных (международных) факторов на формирование политической культуры правящих элит стран Магриба:

§ 1. Роль ислама и религиозных институтов в формировании политической элиты и ее взглядов.

§ 2. Традиции арабского авторитаризма и политическая культура правящей элиты.

§ 3. Воздействие внешних факторов на формирование политической культуры правящих элит.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Политические проблемы международных отношений и глобального развития», 23.00.04 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Внешние и внутренние факторы формирования политической культуры правящих элит стран Магриба»

Актуальность исследования: политическая культура является одной из важнейших составляющих политического развития любого государства. От ее состояния и развития, преобладающих политических ценностей и ориентации зависят политический потенциал общества, перспективы его политического и исторического генезиса. Понимание политической культуры общества дает возможность выявления закономерностей его развития, функционирования политической системы и, в конечном счете, всей социальной системы.

На Востоке с древнейших времен именно политические факторы, а в частности, правящая элита, во многом определяли направление общественного развития, формы его экономической и политической трансформации, место человека в структуре социальных отношений. Поэтому особого внимания заслуживает изучение исторической, политической, социальной эволюции правящих элит.

Актуальность и практическая значимость исследуемой темы объясняются также высокой динамикой политических процессов, которые в современную эпоху нередко принимают драматические формы столкновения интересов государств и народов, политических лидеров и электората, представителей различных конфессий и политических направлений. При этом происходящие в отдельных государствах и регионах процессы, не остаются локальными, а нередко становятся частью международной политики. Страны Магриба, являясь частью обширного и стратегически важного региона мира, а также исламской цивилизации, играют заметную роль в системе международных отношений. Происходящие в них процессы во многом определяют ситуацию не только в регионе Ближний Восток и Северная Африка, но и во всем мире, что обусловливает значимость исследования политической культуры правящих элит, оказывающей прямое влияние на внутри- и внешнеполитический курс рассматриваемых арабских государств.

В июне 2004 г. на очередном саммите «большой восьмерки» ведущих мировых держав была представлена разработанная администрацией президента США Дж. Буша инициатива «Партнерство ради прогресса и общего будущего с расширенным регионом Ближнего Востока и Северной Африки (Большого Ближнего Востока)». Проект предусматривал реализацию комплекса экономических, внешнеполитических, социальных и иных мер, направленных на изменение социально-экономической ситуации на Ближнем Востоке. В концепции, в частности, сделан акцент на роли свободных и справедливых выборов в обеспечении демократии и формировании основ гражданского общества, создании Ближневосточного банка развития, служащего целям экономического подъема, активизации борьбы с неграмотностью, содействии деловой и социальной активности женщин и т.д.

Американская инициатива встретила неоднозначную реакцию в арабском мире. В частности, по словам генерального секретаря Лиги арабских государств Амра Мусы, арабы приветствуют проекты политических реформ на Ближнем Востоке, но главным условием их проведения, как и прежде, выдвигают обеспечение стабильности и безопасности в контексте конфликта с Израилем. Среди части политических элит региона реформы, «предписанные» из-за рубежа, вызывают органическое неприятие, также как и у местного населения, как «не согласующиеся с нормами ислама».

Однако преобразования, направленные на модернизацию государств Ближнего Востока в условиях интеграции в мировую экономику, постепенно проводятся. Стремление правящих элит- сочетать реформы по европейскому образцу с традиционными мусульманскими ценностями и законами шариата свидетельствует об углублении взаимовлияния внутренних и внешних факторов, а также о зарождении двойственности в политической культуре правящих элит арабских стран.

Актуальность темы диссертации определяется также тем, что в отечественной научной литературе практически отсутствуют специальные комплексные сравнительные исследования формирования политической культуры правящих элит исламских государств, в том числе Ближнего Востока и Северной Африки. В настоящей работе предпринята попытка восполнить этот пробел. Кроме того, анализ данной темы на материалах стран Магриба позволяет взглянуть на проблему формирования политической культуры правящих элит в развивающихся странах в целом, принимая во внимание типологическую близость, совпадение многих элементов и институтов переходных обществ.

Цели и задачи исследования - анализ внешних (международных) и внутренних факторов, основных тенденций процесса формирования политической культуры правящей элиты стран Магриба, а также исследование зависимости государственного строительства и общественного развития в целом в странах Магриба от эволюции политической культуры правящей элиты. Для осуществления этих целей были поставлены следующие задачи: исследовать влияние колониализма на формирование политической культуры правящих элит стран Магриба;

- определить внешние и внутренние факторы, повлиявшие на политический выбор правящих элит стран Магриба после завоевания независимости; выявить влияние социального состава и своеобразной политической культуры правящих элит на характер политических систем, установившихся в государствах изучаемого региона; проанализировать роль ислама в формировании политической элиты и ее мировоззренческих ориентиров и политических предпочтений;

- определить взаимосвязь национального менталитета, традиции арабского авторитаризма и политической культуры правящих элит стран Магриба; определить влияние внешних факторов на политическую культуру современных правящих элит.

Предмет исследования - внешние (международные) и внутренние факторы формирования политической культуры правящих элит стран Магриба. Анализ особенностей становления и трансформации политической культуры в ходе исторического процесса позволяет охарактеризовать политические изменения в обществе, выявить совокупность тех представлений, которые обусловливают содержание управленческих решений, определяют восприятие авторитета правящих элит, позволяют понять причины конфликтов, возникающих в обществе.

Рассмотрение факторов изменения политической культуры правящих элит, а также степени автономности происходящих в этой системе изменений, дает возможность выявить закономерности развития и функционирования не только политической системы, но и всей социальной системы стран Магриба.

Степень изученности темы: комплексные сравнительные политологические исследования процесса становления политической культуры правящей элиты ведутся в основном на протяжении последних десятилетий. Несмотря на появление различных работ, посвященных проблемам влияния правящей элиты на политическое и социально-экономическое развитие, изучению роли религиозного фактора в процессе демократизации и государственного строительства, исследования по теме диссертации носят ограниченный характер. Отсутствуют работы, содержащие комплексное, целостное представление о влиянии внешних (международных) и внутренних факторов на процесс формирования политической культуры правящих элит стран Магриба, его особенностях, о взаимосвязи складывания определенной политической системы и становления политической культуры лидеров государств. Недостаточно разработана методология анализа рассматриваемых процессов. Тем не менее, имеющаяся научная литература позволяет продуктивно исследовать упомянутые выше проблемы с исторической, культурологической, политологической, экономической и социологической точек зрения.

Зарубежная научная литература по теме диссертации представлена, прежде всего, монографиями Дж. Энтелиса [2.2.64], Дж. Уотербери [2.2.63], П. Ллойда [2.2.53], Р. Резета [2.2.29], У. Зартмана [2.2.65] и др. Эти работы наиболее подробно освещают различные аспекты проблемы формирования политической элиты на Ближнем Востоке, роль традиционных факторов в политических и социальных преобразованиях общества.

В последние годы опубликован также ряд сборников научных статей, в которых анализируются перспективы демократизации в Северной Африке в связи с обострением проблемы исламского фундаментализма. В сборнике «Ислам, демократия и государство в Северной Африке» [2.2.50], подготовленном под руководством известного американского ученого Дж. Энтелиса, освещены несколько важных для нашей работы проблем. В частности, перспективы демократизации в Северной Африке и на Ближнем Востоке в статье «Мусульманская политика» (автор Д. Эйкельман), политическая роль религии в «Политизации ислама в Магрибе» (автор Дж. Энтелис), кризис авторитаризма в статье «Султаны, святые и президенты» (автор Дж. О Волл), влияние экономических проблем на усиление поддержки фундаменталистских движений населением в статье «Истоки поддержки населением исламистских движений» (Марка Теслера).

В сборнике статей «Политическая экономия Марокко» [2.2.62] под редакцией У. Зартмана дается наиболее полное представление о социально-политическом развитии Марокко времен Хасана II, анализируется роль традиционных факторов и религии в политике. Методология анализа партийного строительства и роли партий в политической жизни страны, представленная в статье «Политические партии и разделение властных полномочий» Ркиа эль-Мосадек используется нами при изучении подходов представителей правящей элиты к партийному строительству в странах Магриба.

Важное значение для изучения темы диссертации имели отдельные статьи, в частности, П. Шредера [2.2.60] «Элиты способствуют или препятствуют политическому развитию? Несколько уроков третьей волны демократизации». В ней исследуются причины укоренения авторитарных форм правления правящих элит африканских государств, анализируется роль элиты в продвижение процесса демократизации, воздействие международных факторов на формирование взглядов отдельных представителей правящей элиты. Благодаря проведенному подробному анализу дано достаточно полное представление о причинах, препятствующих движению африканских государств по демократическому пути развития.

В статье Р. А. Миллера «Формирование элиты в странах Африки: классы, культура и согласованность» [2.2.57] обосновывается значимость изучения исторических, политических, социальных условий формирования элиты в странах Африки, анализируется связь между образованием и продвижением «наверх», исследуется влияние родственных связей на сменяемость элиты.

В статье К. Грея и М. Мак-Ферсона «Фактор лидерства в политике реформ и развития» [2.2.47а] анализируется понятие лидерства в контексте Африки, предпринимается попытка представить социально-политическую эволюцию руководителей африканских государств за период независимости, лидерство исследуется как фактор политических реформ и развития, изучаются условия для возможного появления «дальновидного» лидера в странах Африки.

Отдельные аспекты политической культуры, политическое поведение различных общностей и отдельных личностей, мотивация их поступков, формирование политических взглядов и ориентации в арабском обществе рассматривались в ряде работ арабских исследователей: Зедани С.[2.2.68], Аль-Мануфи К. [2.2.67], Саад ад-Дина И. [2.2.69].

Отечественная литература по проблемам формирования государственных институтов стран Магриба и становления политической культуры правящей элиты также представлена исследованиями ряда ученых.

Для развития темы диссертации особое значение имели следующие работы:

- сборник статей «Политическая элита Ближнего Востока» [2.1.64], посвященный проблемам политической элиты в арабском мире. На большой фактологической базе рассматриваются особенности политической обстановки в разных частях ближневосточного региона, подаваемые через призму деятельности политических лидеров, олицетворяющих разные подходы и реализующих разные идеологические установки, но в одинаковой степени активно влияющих на процессы развития в обществах, где их роль и авторитет превращены в реальный фактор, влияющий на функционирование общественно-политических и социально-экономических систем.

- монография «Африка: особенности политической культуры» [2.1.7] под редакцией Н.Д. Косухина. В монографии представлены взгляды отечественных исследователей на проблемы политической культуры африканских стран, ее эволюции, влияния религиозных отношений. Особенности политической культуры анализируются в контексте политических изменений, происходящих на африканском континенте.

В диссертации были использованы материалы конференций российских и зарубежных африканистов, периодически проводимых Институтом Африки РАН в Москве и посвященных анализу места Африки в меняющемся мире, реальным проблемам стран континента, в том числе и государств Магриба.

Большое внимание при изучении политического и исторического развития Алжира, Туниса и Марокко в контексте эволюции арабских стран в целом было уделено работам российских ученых: JI. Е. Куббеля, Р. Г. Ланды, Следзевского И. В., В. И. Максименко, Н. Н. Дьякова, Ю. М. Кобищанова, А. А. Ткаченко, Е. И. Мироновой, В. И. Комар, М. А. Чешкова, Р. Э. Севортьяна, Г. И. Гучетеля, М. А. Видясовой, А. Г. Вирабова, М. А. Сапроновой, Ю. В. Потемкина, JI. М. Садовской и др.

Теоретическая основа исследования: сложность теоретического осмысления политико-культурных явлений и процессов во много определяется неоднозначностью определения и использования понятия «политическая культура» в современной научной литературе. Зарубежные политологи начали пристально изучать политическую культуру как многомерный и сложный феномен в 50-60-е годы XX столетия. Одни из родоначальников теории вопроса, американские ученые Г. Алмонд и С. Верба, видели в политической культуре совокупность психологических ориентаций людей по отношению к политическим объектам. Они ограничивали политическую культуру сферой политического сознания и политической психологии. Впоследствии сходные взгляды развивали Дональд Дивайн и Люсьен Пай, а среди отечественных ученых Федор Бурлацкий и Александр Галкин, полагавшие, что «включение политического поведения в политическую культуру несовместимо с логикой исследования и может привести к недопустимой переоценке воздействия политической культуры и недооценке значения других факторов, формирующих политическое поведение» [2.1.12Ь, с. 199].

Однако в последнее время начинает преобладать иной подход. Возражая против того, что понятие «политическое поведение» шире, чем «политическая культура», ряд отечественных и зарубежных политологов определяют последнюю как «совокупность стереотипов политического сознания и поведения, присущих данной социальной общности» [2.1.81а].

Среди многочисленных определений политической культуры, сосуществующих в современной специальной литературе наиболее адекватным представляется предложенное Э. Баталовым: «Политическую культуру можно охарактеризовать как систему исторически сложившихся, относительно устойчивых и репрезентативных убеждений, представлений, установок сознания и моделей поведения индивидов и групп, а также моделей функционирования политических институтов и образуемой ими системы, проявляющихся в непосредственной деятельности субъектов политического процесса, определяющих ее основные формы и тем самым обеспечивающих воспроизводство и дальнейшую эволюцию политической жизни на основе преемственности» [2.1.12а, с. 41]. Эта дефиниция позволяет выявить сущность политической культуры как синтеза репрезентативных ценностей и образцов политического поведения, выбрать адекватные задачам исследования методы анализа различных элементов и феноменов политической культуры.

Российский политолог Ю. Пивоваров считает, что политическая культура в силу емкости этого понятия позволяет исследователям восстанавливать распадающуюся политическую целостность. Ю. Пивоваров высказал также весьма интересное, хотя, по его словам, и не претендующее на универсальное отношение к политической культуре как к методологической концепции, с помощью которой можно исследовать и описывать реалии политической жизни [2.1.62а, с. 43-44].

Разработкой методологических оснований политологии, как аналитической политической науки, занимается российский политолог Р. Матвеев [2.1.55а]. Им предпринята попытка применить принципы и идеи теории самоорганизации к объяснению и интерпретации политических систем, явлений и процессов, что позволяет взглянуть на культурно-политический феномен как на сложноорганизованную систему, в которой генерируется внутренняя иерархия составляющих ее элементов, способность существовать вне равновесного состояния, в динамике, активно взаимодействовать с окружающей (в данном случае политической) средой. Для- понимания политической культуры это чрезвычайно важно, так как позволяет анализировать способы и приемы ее самоидентификации, характер существования во времени и политическом пространстве, своеобразие реакции на окружающую действительность.

Размышления о специфике политических ориентаций и политического участия в тех или иных обществах стали отправной точкой для формирования различных подходов и точек зрения на структуру, типологию и характерные черты политической культуры в разных политических системах, странах и цивилизациях. Дискуссия идет, в частности, вокруг вопроса о содержании политической культуры. Одни исследователи отстаивают так называемый прогрессистский подход, сводящий политическую культуру к идеальной схеме и видящий в ней вершину политического развития общества. Алексей Дженусов, например, считающий политическую культуру высшей ступенью политического развития социума, полагает, что «проявляющиеся в политической деятельности умения и способности должны быть связаны с моральными нормами, и тогда политическая культура будет в полной мере выражением общей культуры, ее неотъемлемой частью» [2.1.20а, с. 80].

Сторонники иной точки зрения отрицают существование универсальной, общечеловеческой политической культуры и убеждены, что каждая страна, цивилизация, каждый народ и этнос имеют свои, неповторимые политические черты, а потому было бы ошибкой говорить о «правильных» и «неправильных», «развитых», и «неразвитых», «высоких» и «низких» политических культурах. Делая упор на их разнообразие, эти авторы, естественно, не приемлют нормативного подхода к этому феномену. Они сосредотачивают внимание на «устойчивых» стереотипах массового сознания и поведения, прослеживая их преемственность сквозь глубину веков [2.1.19а, с. 313-349].

Активно поднимался в научной литературе вопрос о динамике политической культуры, возможностях ее модернизации и реформирования. С новой силой споры вспыхнули после крушения коммунистических режимов в СССР и странах Восточной Европы и попыток демократических властей привить этим обществам либеральные ценности. В то время большинство специалистов верили в возможность быстро и радикально изменить существующую в стране политическую культуру. М. Фарукшин в этой связи высказал мнение, что «преобладающая в обществе политическая культура по ходу исторического развития приспосабливается к социальным интересам и. претерпевает определенные изменения» [2.1.81а, с. 110]. Еще в одной его, совместной с А. Юртаевым, работе речь шла о том, что реформирующемуся (постсоветскому) обществу предстоит «изжить тоталитарную культуру» [2.1.8lb, с. 148] и сформировать предпосылки для ускорения перехода к плюралистической политической культуре. Однако и эти авторы признавали: прежняя культура «сформировалась на местной почве давно и отнюдь не стала историей, поскольку имеет не только прочные традиции, но и сохраняет достаточно серьезную базу для своего воспроизводства» [2.1.8lb, с. 148].

В настоящее время, когда стало ясно, что реформы в экономической и институциональной сферах не дают желаемого результата без соответствующей трансформации национального менталитета, возобладал взгляд на политическую культуру как наиболее консервативный элемент политической системы, с трудом поддающийся реформированию. Такой подход представляется наиболее адекватным при анализе политической культуры стран Магриба.

Еще одно направление в исследовании основ политической культуры - это анализ существа, структуры и процесса функционирования как ценностных (политических) ориентации, так и базовой социальной онтологии. Изучению базовых онтологических основ политического сознания посвящена работа А. Попова и J1. Зуева «Ценности в политике». Они считают, что базовые ценности формируются «посредством постепенного восприятия и освоения политической культуры своей страны» и зачастую активизируются в сознании человека стихийно и бессознательно. Все это приводит авторов к выводу: рядовой индивид в целом независим от элиты и «через базисные ценности, усвояемые им из политической культуры общества, пользуется относительно автономией и свободой при определении собственных политических приоритетов» [2.1.64а, с.4].

Совершенно противоположной точки зрения придерживается Н. Федоркин, уделяющий больше внимания элитарным ценностным приоритетам, нежели массовым. При этом он исходит из того, что именно пристрастия элит выступают фактором интеграции общества, особенно в «неустойчивых», «переходных» системах [2.1.81с, с. 30-40].

С развитием теорий политической модернизации и глобализации в изучении политической культуры особую популярность получили компаративистские исследования, рассматривающие национальные политические культуры в контексте глобальных политических и экономических трансформаций рубежа XX - XXI веков. Например, работа сербского политолога Д. Пантича посвящена анализу конфликта ценностей в «переходных» странах. Автор приходит к выводу, что «в некоторых сферах ценностная дифференциация выражена ярче - конфликт между традиционализмом и модернизмом, коллективизмом и индивидуализмом, между равенством и свободой, закрытостью и открытостью к миру, между толерантностью и нетолерантностью» [2.1.62Ь, с.35].

Исходя из изложенного материала можно сделать следующие выводы: существуют два основных подхода к анализу политико-культурных процессов. Одни исследователи считают политическую культуру неким научным инструментом, призванным помочь при исследовании субъективных моментов в мире политического (Ю. Пивоваров и его единомышленники). Другие, напротив, видят в политической культуре совокупность ценностных и поведенческих характеристик, изначально присущих объекту исследования (Э. Батало и др.). Сторонники второго подхода стремятся выделить конкретные аспекты политической культуры и исследовать их, что позволяет полнее учитывать национальное своеобразие и специфику моделей политической культуры. Диссертант в своей работе предполагает придерживаться второй точки зрения.

Методология исследования: в политической науке распространены два основных подхода к исследованию политической культуры: бихевиоризм и интерпретативизм1. Бихевиоризм предполагает использование в изучении политики количественных методов, а также расширение методов исследования от анализа институтов до анализа неформального политического поведения. Отличительная черта интерпретативистских подходов в исследовании политической культуры состоит в поиске и анализе «смыслов» политической жизни. Таким образом, политическая культура предстает как смысловой аспект политики. При этом методы исследования могут быть самыми разнообразными: от описания и обобщения национальной истории до анализа образцов массовой культуры.

Итак, методология может быть либо бихевиористской, или интепретативистской, либо смешанной. Последний (смешанный) подход и использовал автор при проведении исследования. Кроме этого, правомерным оказывается и различение двух способов анализа политической культуры: сравнительного и социологического. Социологический анализ заключается в выявлении определенных закономерностей между переменными самой политической культуры, например, между ценностными установками и моделями электорального поведения. Автору ближе сравнительный подход, предполагающий не только исследование политической культуры различных стран, но и рассмотрение политической культуры как фактора объяснения различий в процессе принятия политических решений и в установленных структурах.

Источниковую базу исследования составили несколько групп источников. Во-первых, официальные документы: конституции Алжира, Марокко и Туниса, материалы национальных хартий Алжира, международных и национальных организаций и др.

Во-вторых, выпущенные отдельными книгами философско-политические эссе, мемуары президентов Туниса и Алжира Бургибы и Бумедьена, марокканского короля Хасана II; политические портреты и биографические данные арабских лидеров, содержащиеся в работах А. Димасси, Дж. Уотербери, Е. И. Мироновой, В. И. Комар, В. В. Куделева, JI. М. Садовской и других. Такие работы и содержащиеся в них сведения интересны для нас предоставляемой возможностью получить непредвзятое представление о воззрениях политических деятелей на различные проблемы социально-экономического и политического развития арабских стран. Представители политической элиты излагают свою точку зрения на происходящие события и раскрывают мотивы, побудившие их принять то или иное решение.

1 Подробный анализ бихевиоралистского и интерпретативистского подходов к исследованию политической культуры изложен в работе С. Уэлча «Концепция политической культуры» [2.2.64а].

Третьим важным источником являются документальные материалы, содержащиеся в отчетах ТАСС (ИТАР-ТАСС), на интернетсайтах и в прессе: интервью с тунисским президентом Бен Али, выступления политических деятелей и лидеров оппозиции стран Магриба, а также информационные отчеты о событиях в изучаемых странах, в том числе о ходе предвыборной подготовки и результатах выборов. Все эти данные послужили основой формирования нашей концепции арабской специфичности, историко-культурной обусловленности процессов формирования политической культуры правящей элиты арабских стран.

Анализ источниковой базы исследования и научной литературы по теме диссертации показал, что многие научные труды и монографии могут в равной мере рассматриваться и как источники, и как научные исследования. В силу этого любое их разделение будет не только формальным, но и искусственным. Так, например, коллективный труд «История Алжира в новое и новейшее время» (отв. редактор А. М. Васильев), работы Р. Г. Ланды «История Алжира XX в.», Е. И. Мироновой «Алжир: смена приоритетов развития», содержащие большое количество документального материала, библиографических данных, выдержек из алжирской конституции и Национальной Хартии АНДР, стали для автора диссертации не только одной из составляющих теоретической основы исследования эволюции правящей элиты Алжира, но и компонентом источниковой базы. Такую же роль сыграли работы по Тунису - Н. А. Иванова «Кризис французского протектората в Тунисе», С. Шаабана «Тунис: путь к политическому плюрализму. Курс президента Зина аль-Абидина бен Али» и Марокко - Р. Г. Ланды «Марокко: 30 лет независимости», А. Аяша «Марокко: итог одной колонизации», Н. С. Луцкой «Очерки новейшей истории Марокко».

Комплексных монографических работ, посвященнных эволюции политической элиты стран Магриба и становлению политической культуры правящего слоя общества в общем спектре проблем, связанных с политическими, экономическими, социокультурными аспектами общественного развития в современной историографии недостаточно.

Научная новизна работы. Данная диссертация - первая попытка сравнительного анализа политической культуры правящих элит Алжира, Марокко и Туниса на разных этапах развития, влияния политической культуры руководителей этих стран на подход к социально-экономическому, внутри- и внешнеполитическому курсу, государственному строительству.

Работа представляет собой также первую попытку сравнительного анализа структуры и деятельности правящих элит стран региона. Диссертация вводит в научный оборот широкий круг источников, в том числе и таких, которые не привлекались ранее к подобным исследованиям.

Конкретные аспекты научной новизны состоят в следующем:

• исследуется социальный состав политической элиты стран Магриба периода колонизации и влияние политической социализации элиты на формирование ее политической культуры;

• анализируется политическая культура правящей элиты стран Магриба периода независимости через своеобразие подхода к партийному строительству;

• изучено влияние военных на становление государственных институтов, выбор пути политического развития стран Магриба и на формирование политической культуры правящей элиты;

• изучено влияние национального менталитета и ислама на формирование современной политической культуры и характер политических решений, принимавшихся правящей элитой стран Магриба;

• определено воздействие процесса эволюционной трансформации традиционного общества в переходное (модернизирующееся) и через него к индустриальному обществу на становление политической культуры правящей элиты стран Магриба.

Научно-практическая значимость исследования. Теоретическая и практическая значимость исследования обусловлена, прежде всего, той ролью, которую политика, политические процессы и системы играют в жизни общества. Проводимое политологическое исследование особенностей эволюции политической элиты, влияния внешних (международных) факторов, ислама, традиционных общественных институтов на процесс формирования и развития политической культуры правящей элиты важно для общетеоретических выводов и выявления закономерностей формирования политической культуры правящей элиты в ходе исторического и политического развития для того, чтобы иметь возможность проанализировать дальнейшие изменения приоритетов во взглядах арабских политиков. Изучение взаимосвязи между характером политической культуры правящей элиты и развитием политического процесса в арабских странах, совершенствование путей анализа процесса эволюции правящей элиты и особенностей становления ее политической культуры на основе структуры, предлагаемой в диссертации, могут быть использованы при выработке внешнеполитическими ведомствами и организациями, включая МИД РФ, прогностических оценок относительно развития арабских государств. Принимая во внимание наличие типологически сходных процессов в

России, странах СНГ, данная работа имеет значение и для изучения особенностей протекания политического развития в этих странах.

Диссертация может быть использована практическими организациями, занимающимися экономическими, культурными и гуманитарными связями с арабскими странами, в высших учебных заведениях при чтении лекций по новейшей истории Северной Африки и арабских стран в целом, а также по социо-политической, социокультурной динамике современных обществ.

Похожие диссертационные работы по специальности «Политические проблемы международных отношений и глобального развития», 23.00.04 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Политические проблемы международных отношений и глобального развития», Миронова, Валерия Александровна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В условиях колониальной зависимости менялись социальный состав и взгляды местной политической элиты стран Магриба. Наряду с представителями традиционной доколониальной элиты, носителями мусульманской ортодоксальной идеологии, политическая элита пополняется европеизированной национальной интеллигенцией, предпринимателями, получившими европейское образование и приобщившимися к различным политическим течениям Запада. Общение с представителями колониальных управленческих структур, обучение в школах, созданных европейцами, возможность получения образования в Европе, способствовали формированию у представителей элиты новых политических интересов и ориентаций. Таким образом, в колониальных владениях Франции постепенно складывалась прослойка людей, чей менталитет и политические взгляды выходили за рамки «корпоративной», традиционной политической культуры. Деятельность этой части колониального общества говорила о том, что начала формироваться политическая культура элиты - субкультура, выделявшаяся из массовой политической культуры, не знавшей другой опоры, кроме шариата.

Большое влияние на состояние политической культуры стран Магриба оказало перенесение в них европейских политических институтов — создание в заморских владениях Франции некоего подобия правительств по образцу европейских стран, при этом в некоторых странах - Марокко, Тунис - сохранялись и традиционные институты управления. Политическая система колониального общества, таким образом, состояла из двух подсистем: европейской и традиционной, которая, как пишут авторы книги «Эволюция политических структур» [2.1.76, с.81], «в институционно правовом отношении начала отделяться от традиционного общества, а в социально-экономическом и религиозном плане чаще сохраняла с ним единство». Подобный дуализм затрагивал прежде всего тонкую прослойку местного населения - политическую элиту — которая была непосредственно связана с колониальными управленческими структурами. В ее политическом сознании зарождалась двойственность: на традиционные формы политического поведения постепенно накладывались стереотипы западноевропейской модели политической культуры.

В ходе колонизации стран Магриба в среде местной политической элиты произошел раскол на сторонников и активных участников национально-освободительной борьбы и противников движения за независимость. К последним относились представители традиционной элиты - паши и каиды, назначавшиеся колониальными властями, часть родовой знати и крупных торговцев, некоторые преподаватели университетов и религиозные деятели, активно сотрудничавшие с колонизаторами и получавшие от подобного сотрудничества значительную выгоду.

Первые реформаторские движения, трансформировавшиеся затем в национальные движения за независимость, зарождались в среде местных торговцев и предпринимателей, интеллигенции, европеизированной знати, недовольных притеснениями колонизаторов, ущемлением своих прав. Трансформация политических движений из культурно-просветительских в националистические выражалась в эволюции их идейно-политической направленности: от ассимиляционизма к арабскому национализму, сыгравшему основополагающую роль в борьбе арабских народов за национальное освобождение, в становлении и развитии независимых арабских государств. Националистические движения возникали как оппозиционные в ходе антиколониальной борьбы. Следовательно, возглавлявшие их политические деятели являлись контр-элитой по отношению к колониальным властям и местной политической элите, сотрудничавшей с колонизаторами. Именно представители контр-элиты стали во главе арабских государств после завоевания независимости и составили основу правящих элит независимых стран Магриба.

Социальный состав и политическая культура правящих элит независимых стран Магриба определялись характером преобразований, проводимых в ходе колонизации и тем, каким образом развивалось антиколониальное движение в странах.

Сохранение традиционных институтов управления в Марокко, предоставление им формальной власти, выражавшееся в не всегда почтительном отношении к султану и представителям махзана, авторитет которых у населения по мусульманским законам был непререкаем, способствовали тому, что султан (впоследствии король) стал символом национального суверенитета. Вокруг монарха происходило укрепление представителей политической элиты - крупной торговой буржуазии, берберских и арабских феодалов, выступавшей за создание независимого национального государства. В то же время правящая элита в лице короля и его двора - махзана - была против передачи всей полноты власти парламенту и правительству и выступала за укрепление позиции трона. Умение монарха опереться на различных представителей многоукладного арабо-берберского общества способствовало превращению Марокко в централизованное, патерналистски-абсолютистское по методам управления государство, ориентация которого зависит от структуры правящего блока, характера господствующей в этом блоке социально-политической фракции.

В Тунисе колониальным властям удалось привлечь местную традиционную элиту к сотрудничеству, поэтому национально-освободительное движение возглавили представители нового поколения местной элиты - интеллигенция, представители свободных профессий и чиновничество, как правило, имевших университетское образование, недовольные притеснениями колониальных властей. Курс на достижение «почетного компромисса» с Францией, т.е. предоставление Тунису автономии и арабизацию государственного аппарата, дал возможность добиться независимости мирным путем в ходе переговоров.

В Алжире в условиях продолжительной и кровопролитной войны за независимость высшие военные чины, социальный состав которых можно определить как мелкая буржуазия, сумели сконцентрировать в своих руках властные полномочия и поддержать программу радикальных социальных преобразований, на десятилетия определившую направление социально-экономического и политического развития страны.

Строгий контроль колониальных властей за происходившими в обществе в ходе колонизации политическими процессами, оппозиционными протестными движениями, ограничение прав местного населения, привели к тому, что, наследуя колониальные административные институты и структуры, страны Магриба получали не столько демократические, сколько авторитарные традиции. В итоге, демократические ценности либо отсутствовали, либо не получили укоренение как в политической культуре масс, так и в политической культуре элит [2.1.13, с.19]. Последствия этого, наряду с другими факторами и причинами, до известной степени отразились в формировании в независимых странах Магриба властных структур, а именно в предпочтении президентских режимов парламентским.

Соприкосновение с западной цивилизацией в ходе колонизации и борьбы за независимость оказало влияние на формирование политической культуры как политической элиты стран Магриба (в значительной мере), так и всего населения в целом (в наименьшей степени). На уровне массового общественного сознания деформации, а порой и разрушения в экономической, социальной и культурной областях жизни стран Магриба, вызванные сознательно и методически с целью обеспечить власть господствующей державы и экономические интересы ее граждан, до известной степени принудительный, насильственный характер проводимых метрополией преобразований, привели к конфликту мусульманских традиций, шариата и европейских (заимствованных) политических систем и политической культуры, что отразилось в негативном отношении части местного населения ко всему европейскому, а позднее, после завоевания независимости, вылилось в появление фундаменталистских движений, остающихся до сих пор весьма влиятельной силой, оппозиционной к правящим режимам.

131

Иначе влияние колонизации сказалось на реформировании политических взглядов местной элиты. В силу общественного положения у политической элиты было больше возможностей приобщиться к достижениям европейской цивилизации и осознать необходимость трансформации традиционных политических институтов для дальнейшего успешного развития общества, что привело к началу процесса реформирования традиционалистской политической культуры местной элиты стран Магриба. При этом желание сохранить национальную идентичность и сила традиций, законов шариата, оказывавших в течение столетий влияние на формирование сознания местного населения и политической элиты, в частности, сказались в попытке сочетать традиционные и западные ценности, что нашло отражение в привнесении западных политических институтов, с одной страны, и в демонстрации уважения к традиционным ценностям - с другой.

После завоевания независимости правящие элиты стран Магриба столкнулись с необходимостью становления национальной государственности. Создаваемая система управления должна была отвечать интересам социально-экономического и духовного развития общества, вступившего на путь независимого развития. Вместе с тем, на формирование государственных институтов и структур в странах Магриба, на выработку социально-экономического курса сильнейший отпечаток наложили как общие черты, так и особенности историко-цивилизационного развития каждой из них. Это, в частности, нашло свое выражение, с одной стороны, в предпочтительном использовании патерналистско-клиентельных отношений в политическом руководстве. С другой стороны, направление развития освободившихся государств во многом определялось социальным происхождением и направлением политической социализации правящей элиты независимых стран Магриба. Для представителей слоя торговцев, мелкого и среднего предпринимательства, к которым можно в значительной мере отнести правящую элиту Алжира и Туниса, понятнее и ближе оказалось создание однопартийных систем. В то же время правящая традиционная элита Марокко укрепляла свои позиции, опираясь на разнонаправленные политические силы общества, в некоторой степени поощряя развитие многопартийности.

При рассмотрении основных компонентов политической системы Марокко в ней выделяется первостепенная роль королевского двора, который контролирует государственный аппарат, парламент, значительную часть духовенства, вооруженные силы, регулирует межпартийные отношения. В то же время относительная развитость политической структуры Марокко не позволяет говорить о полностью абсолютистском характере власти. Парламент и кабинет министров, хотя и находятся в зависимости от короля, играют значительную роль в выработке и проведении внутри- и внешнеполитического курса. Монархия не может не считаться и с политическими

132 партиями, которые «не являются исключительно порождением государственной воли» [2.1.55, с.72], но и «отражают некую реальность самого марокканского общества», а именно - постепенный рост политического сознания марокканской интеллигенции, широкого спектра других социальных групп.

Результативность и эффективность деятельности правящей элиты, укрепление у власти представителей определенных слоев общества связаны с системой рекрутирования элиты. Во всех трех странах Магриба преобладает номенклатурная система рекрутирования элиты. Суть номенклатурной системы в подборе элиты сверху: на все сколько-нибудь значимые руководящие должности назначаются лица с согласия и по рекомендации соответствующих властных структур и органов, например, партийных. Негативные социальные последствия функционирования этой системы усиливались ее всеобъемлющим характером, полным устранением конкурентных механизмов в экономике и политике, а также такими критериями отбора, как идеологизация, политизация и непотизация (доминирование родственных связей). Политика в лице номенклатурной бюрократии приобретала в этих государствах до известной степени господствующее положение над экономикой. Вхождение в политическую номенклатуру, приобщение к власти и управлению становились первопричиной экономического и социального господства. Для представителей этого поколения правящей элиты была также характерна идеализация самобытного аспекта социально-политического и экономического развития нации, что отразилось в поисках иного, отличного от «западного», пути развития.

Помимо политического фактора необходимо учитывать и характер социальной эволюции общества в целом. В ходе его развития отмирают многие старые и возникают новые потребности, функции и ценностные ориентации. Это приводит к постепенному вытеснению носителей наиболее важных для своего времени качеств новыми политическими фигурами, более, чем прежние, отвечающими современным требованиям. Необходимость модернизации предполагает постепенный переход от традиционных форм общественной жизни к современным. В политической сфере это выражается в реформировании традиционной политической культуры и прежней политической структуры. В частности, подход к партийному строительству характеризуется переходом от однопартийности к многопартийности. Конечно, наличие большого числа политических партий не свидетельствует о высокой степени политического плюрализма в обществе. Многие партии малочисленны, порой бывает трудно определить политико-идеологическую направленность партий. Нередко оппозиционные партии слабы, а их участие в политическом процессе определяется, вопреки логике, но не традициям, лояльностью по отношению к правящему режиму.

Однако наличие даже и таких партий свидетельствует о постепенном росте

133 политического сознания граждан. В новом подходе к партийному строительству проявляется модернизация политической культуры как всего общества, так и правящей элиты, в частности. А своеобразие партийного строительства, доминирующая в политическом процессе роль главы государства отражают стремление к сохранению культурной самобытности, к совмещению модернизации с сохранением ценностей, практики и институтов традиционной культуры.

Важная, а на отдельных этапах решающая роль в политической жизни стран Магриба принадлежит армии. Неспособность или недостаточная готовность правящей элиты решать насущные социально-экономические проблемы, обострение кризисной ситуации - это те условия, когда военные, обладая принудительными источниками повиновения, являясь, как правило, наиболее организованной силой, могут привести к смене власти или настоять на изменении политического курса. В частности в Тунисе армия способствовала приходу к власти нового поколения правящей элиты, сумевшей провести преобразования, способствовавшие экономическому развитию, повышению уровня жизни широких слоев населения.

Развитие политической ситуации в постколониальном Алжире показывает, что влияние военных на политическое развитие тем сильнее, чем слабее государственные институты и структуры гражданского общества. Отсутствие сложившейся развитой системы государственного управления в стране накануне завоевания независимости, а также тот факт, что именно военные руководили антиколониальной борьбой, обусловили приход военных к власти. Строгая армейская дисциплина, свойственная военным привычка самостоятельно принимать решения в трудной ситуации, с одной стороны, социальное происхождение, распространенные в среде высшего офицерства политические взгляды, влияние событий в соседних арабских странах, таких как Египет, оказали влияние на становление политической культуры правящей элиты Алжира, на десятилетия определили направление политического развития, социально-экономического курса правящего режима. Неспособность военных разрешать кризисные ситуации мирным путем определили своеобразие смены поколений правящей элиты в основном в результате либо военных переворотов, либо верхушечной смены власти.

В Марокко неудачные попытки военных переворотов не привели к ослаблению роли традиционной элиты, однако, косвенным образом повлияли на изменение политических и экономических воззрений правящих кругов. Проведение ограниченных демократических преобразований привело к укреплению позиций частного предпринимательства в стране, способствовало эволюции политической системы Марокко от традиционной монархии к конституционной. Такая эволюция свидетельствует и о тенденции к трансформации политической культуры правящей элиты от традиционной к либерально-демократической.

Таким образом, в каждой из стран изучаемого региона армия, а главным образом высшие военные, наложили отпечаток на формирование политической культуры правящей элиты, способствовали становлению государственных институтов и влияли на пути и формы политического развития страны.

С завоеванием независимости североафриканские государства приступили к проведению экономической политики, содержание которой, помимо прочих факторов, определялось характером политических сил, пришедших к власти, влиянием традиций и опытом, накопленным в колониальный период.

Для постколониального развития североафриканских государств была характерна ключевая роль государства в преобразованиях, что в значительной мере было обусловлено слабостью национального частного капитала. Создание обширного госсектора, контролировавшего основные сферы национальной экономики, рассматривалось в качестве одного из главных путей преодоления отсталости. Развитие госсектора сопровождалось ростом численности государственных служащих и административно-технического персонала, повышением социального статуса и престижа этого общественного слоя, на базе которого складывались привилегированные группы, превратившиеся в источник формирования бюрократической элиты, частично трансформировавшейся впоследствии (конец 80-х - начало 90-х гг.) в технократию.

Приход к управлению государством нового поколения специалистов стал одним из наиболее знаковых процессов в государственной жизни стран Магриба. Новые управленцы - либералы по взглядам - занимают ключевые посты в правительстве, являются видными деятелями региональных администраций. Они, как правило, хорошо образованы (преимущественно экономисты и юристы), некоторые имеют ученые степени, стажировались в промышленно развитых странах. Основные черты группы управленцев, которую условно можно назвать «новой бюрократией», заключаются в следующем. Во-первых, она реформаторски ориентирована. Для нее реформы - это безальтернативный путь развития. Во-вторых, «новые бюрократы» имеют значительный опыт работы в госаппарате. Они не отделяют себя от государства, что, с одной стороны, позволяет им придерживаться либеральных идей, а с другой - представители этого слоя нередко замыкаются на чисто бюрократических способах решения проблем, что сопряжено с определенными, порой немалыми, общественными издержками. Такой подход не противоречит и логике принятия решений военно-бюрократической верхушкой по вопросам государственной политики, что, в свою очередь, сопряжено с возникновением и (или) обострением кризисных ситуаций в обществе, как это произошло, например, в Алжире в конце прошлого века (впрочем, это - далеко не единственный пример в регионе и за его пределами).

Новая бюрократия» - это не некая пропартийная, сплоченная команда в общегосударственном масштабе. Скорее можно говорить не о команде, а о более или менее сплоченной группе, которая состоит из представителей нескольких поколений с различной ментальностью, способных как к компромиссам с традиционной бюрократией, так и к тому, чтобы занять непримиримую позицию по тем или иным вопросам государственного развития.

Взаимоотношения «новой бюрократии» со старой, традиционной, начавшей свою карьеру в 60-е гг., отличаются противоречивостью. С одной стороны, они обречены на сотрудничество. С другой - существуют коренные противоречия между реформаторством «новых бюрократов» и иммобилизмом «старых». От того, кто станет ведущей силой, в значительной степени зависит облик стран Магриба в долгосрочной перспективе. Благополучное будущее социально-экономического и политического развития стран Магриба зависит также от способности эффективно воспринять положительный опыт развитых стран в сочетании с учетом и использованием местных традиций.

С точки зрения исторических условий становления политической культуры правящих элит период после обретения независимости можно разделить на два этапа: в 1960-1980 гг. у власти находилось первое поколение, с 1980 - до наших дней - второе поколение правящей элиты. Методы политического руководства, как первого, так и второго поколений продолжают во многом оставаться авторитарными. Доминирование авторитарных форм правления объясняется лидерами обоих поколений одинаково: необходимостью решить острейшие или обостряющиеся социально-экономические проблемы, стремлением добиться консолидации нации. При этом сосредоточение власти в руках одного человека (и его ближайшего окружения) оправдывается традиционными представлениями о власти, обосновывается с религиозной точки зрения и особенностями национального менталитета.

Важным направлением деятельности лидеров второго поколения можно считать стремление к проведению некоторых демократических преобразований, о чем свидетельствует тенденция перехода от однопартийных режимов к многопартийным, ограниченное реформирование политической системы и обновление соответствующих государственных институтов. При этом для того, чтобы демократические реформы в обществе не привели к усилению исламского фактора, как это произошло в Алжире, внимание правящей элиты направлено на декларирование решения острейших экономических и социальных проблем. Президенты Туниса и Алжира, король Марокко в своих выступления постоянно подчеркивают, что от уровня жизни населения, его образованности и политической сознательности, во многом зависит стабильность и успех общественного развития этих стран.

Таким образом, политическая культура правящей элиты испытывает на себе возрастающее влияние роста политической культуры населения, которое все более учитывает разницу между жестким авторитарным правлением и просвещенным авторитаризмом. Сочетание сильной власти и демократических преобразований ведет к развитию такого явления как «контролируемая демократия». В политической культуре правящей элиты, представленной в разных странах различными по происхождению и положению группами - традиционной, военной, партийной элитой, это выражается в попытке сочетать европейские ценности с традиционными представлениями о власти.

Исторически главным оплотом национальной самобытности стран Магриба является ислам. Синтез религии и политики, заложенный в самой исламской традиции, выводит ислам за рамки религии, позволяет говорить об исламе как об особой цивилизации и культуре. В рамках этой культуры сформировалось богатое идейное наследие, включающее и политико-правовые концепции. Можно говорить о том, что духовная, мировоззренческая и политико-правовая культура подавляющей части населения Магриба формируется под влиянием ислама. Поэтому, несмотря на постулирование светского характера государств Магриба, исламские представления о власти, праве, политике играют важную роль в жизни общества. Наряду с элементами и базовыми принципами европейского права, Коран и законы шариата определяют правовые нормы, которые в большей или меньшей степени являются составными частями многих конституционных актов и положений современных стран Магриба.

Религия, представляя неотъемлемую часть жизни общества, его духовной жизни, оказывает непосредственное влияние на проводимую главами государств политику, а, следовательно, является важным фактором формирования политической культуры правящей элиты. Представляя важный структурный элемент политического сознания, религия активно используется политическими деятелями в качестве законодательного и идейно-мировоззренческого фундамента проводимых преобразований. Используя положения ислама для придания власти символики исполнителя высшей роли, руководство арабских стран стремилось таким образом воздействовать на сознание широких слоев населения, чтобы привлечь его к выполнению поставленных задач. Подчеркивание верности принципам ислама является неотъемлемым фактором легитимности правящего режима.

В Тунисе и Алжире можно говорить об отделении светской власти от религии в силу многих причин, в том числе - исторически сложившейся политической структуры этих государств. В то же время, стремление правящей элиты контролировать исламское духовенство, поставить его на службу правящего режима, не способствовало превращению ислама исключительно в религиозное учение в этих странах. В Марокко тот факт, что король - верховный правитель и с политической, и с религиозной точек

137 зрения, дает возможность говорить о доминанте светской власти, но не о разделении политики и религии.

В условиях, когда общество по социальным характеристикам не вполне готово к проводимым преобразованиям, а светская оппозиция слаба, исламские партии остаются практически единственным источником, через который население может выразить недовольство правящим режимом. Жесткая борьба правящей элиты с радикальными исламистами, стремление увязать социально-экономические и политические реформы с исламскими ценностями, находят отражение в попытках создать концепции «иного» исламского пути развития, с одной стороны, а с другой - свидетельствуют о тот, что ислам не только остается неотъемлемой частью политической культуры как правящей элиты, так и общества в целом, но и является одним из определяющих факторов при разработке программ общественного развития. Такое положение дает возможность говорить о сосуществовании в политической культуре правящей элиты двух субкультур: исламской и светской.

Деятельность политической элиты подчинена определенным канонам, складывающимся в течение всей истории развития общества, распространенной в нем системе ценностных ориентаций. Авторитарные традиции, лежащие в основе политических режимов арабских стран, продолжают оказывать воздействие на поведение лидеров и политической элиты. Полученное ими высшее образование в демократических странах сочетается с местными арабскими традициями и выражается в том, что политические деятели - арабы и мусульмане, когда они занимаются внутренними делами королевства или дипломатией, и чистые продукты Запада, когда имеют дело с европейцами. Подобное существование индивидов в разных измерениях, также как «одновременное существование различных социальных групп, слоев, организаций, укладов, относящихся к различным стадиям развития человечества и различным цивилизациям, свидетельствуют о многомерности арабского общества» [2.1.13, с. 14]. Попытка правящих элит осуществить мобилизацию масс на развитие и (или) контроль над массами в подобном многомерном обществе нередко ведет к насилию, авторитаризму и даже к диктатуре.

Авторитарные механизмы управления в арабских странах в определенной мере отражают также формировавшиеся на протяжении многих поколений традиционные, религиозно обоснованные, соответствующие шариату формы отношений между населением и представителями власти, при которых лидер - уважаемая и почитаемая личность, решения которой справедливы, должны строго соблюдаться и не могут быть оспорены. О глубоко укоренившихся традициях авторитарного стиля управления говорит сосредоточение всей полноты власти в руках главы государства, опирающегося на преданных «своих» людей. Сила авторитарных традиций объясняется также

138 отсутствием исторически развивавшейся традиции демократического управления, низкой политической культурой широких слоев общества, слабостью институтов гражданского общества, политической оппозиции.

В ходе колонизации, борьбы за независимость и становления современных арабских государств осуществлялось разностороннее взаимодействие европейских и арабских стран. Влияние идеалов и моделей западной политической культуры на культуру колоний в арабских странах сказывалось в заимствовании некоторых политических институтов и механизмов власти: изменении структур высших органов власти и способов их функционирования, деятельности политических партий и общественных организаций, политического мышления и поведения партийных и иных лидеров (в значительной степени) и масс (в наименьшей степени).

То, что правящая элита в силу своего общественного положения подверглась наибольшему влиянию западной культуры, сказалось на формировании политической культуры этого руководящего слоя общества. При проведении правящей элитой арабских стран политического курса, основные положения которого могут быть заимствованы на Западе, всегда акцентируется местная специфика, необходимость адаптации к местным условиям и традициям.

При анализе воздействия внешних факторов на формирование взглядов политической элиты стран Магриба необходимо учитывать такой важный процесс, протекающий в мире, как глобализация, содержанием которой является растущее взаимовлияние, взаимное приспособление культур, цивилизаций. Любое социальное явление или структура в странах Магриба в настоящее время представляет «синтез традиционного и заимствованного, в какие бы одежды - западные либо сугубо национальные - оно ни облачалось» [2.1.13, с. 13]. Фактически, в арабских странах происходит приспособление традиционных ценностей, таких как общинность, корпоративность, почтение к авторитету, к современным условиям существования. В то же время в странах с развитой, сложившейся мусульманской цивилизацией государство, построенное в значительной мере по западным образцам, сталкивается с традиционными политической культурой и общественными институтами, правом, социальной психологией, что, в свою очередь может привести к взрыву фундаментализма и социальным катаклизмам. Избежать подобных последствий, вероятно, можно лишь при наличии сильной, авторитетной, обязательно просвещенной, власти и (или) устойчивых, укоренных элементов и структур политической демократии, а также преуспевающем либеральном экономическом курсе. Легитимность власти традиционно основывается на «моральном авторитете» [2.1.13, с. 21] правящей элиты. Следовательно, от характера правящей элиты, от ее кругозора и правильного выбора приоритетов зависит в значительной степени эффективное решение возникающих перед арабскими обществами проблем.

Развитие политической ситуации в странах Магриба на рубеже XXI века показывает, что модернизация общественной жизни перестает быть синонимом вестернизации, распространения западных ценностей. Правящие элиты стран Магриба стремятся осуществлять модернизацию без вестернизации, совместить модернизацию с сохранением ценностей, практики и институтов коренной культуры того или иного общества. Ответом арабских стран на вызов модернизации в условиях глобализации становится поиск национальной идентичности. При этом правящие элиты стран Магриба особое внимание уделяют приспособлению традиционных институтов и ценностей, политической культуры к изменяющемуся миру.

Список литературы диссертационного исследования кандидат политических наук Миронова, Валерия Александровна, 2005 год

1. Официальные документы: на русском языке: 1.1.1. 1.1.2. 1.1.3. АНДР. Конституция и законодательные акты. М., 1

2. Конституция Алжирской Народной Демократической Республики Конституции государств Африки в 3-х томах. М., 1966. приложение к справочнику «Алжир». М., 1977. на французском: 1.1.4. 1.1.5. 1.1.6. 1.1.7. 1.1.8. 1.1.9. 1.1.10. 1.1.11. 1.1.12. 1.1.

3. Annuaire de ГAfiique du Nord. P., 1963, v.

4. Annuaire Statistique dAlgerie, Alger, 1

7. Claisse A. "Les elections communales et legislatives au Maroc (10 Juin 1983 Constitution de la Republique Tunisienne 1

8. Bousselham Rahal. Development Strategies and Expert Meetings between 1997 and 1999. Vol.1. New York; Geneva. 2000. 1.1.

9. President Legislative Elections. 20 march 1

11. Аваков Р. П. Марокко: от протектората к независимости. М, 1961. 2.1.

12. Алжир. Под ред. А. М. Васильева. М., 1997. 2.1.

13. Арабский мир: три десятилетия независимого развития. Под ред. В. В. Наумкина. М., 1990. 2.1.

14. Армия на Ближнем Востоке. Под ред. В. А. Ахмедова. М., 2002. 2.1.

15. Африка: многовариантность развития. Под ред. Ю. В. Потемкина. М., 1997. 2.1.

16. Африка: общества, культура, языки. М., 1998. 2.1.

17. Африка: особенности политической культуры. Ученые записки института АфрикиРАН. М., 1999. 2.1.7а Афро-азиатский мир: проблемы цивилизационного анализа. Выпуск 2. М., 2004. 2.1.8. Аяш А. Марокко: итог одной колонизации. М., 1958. 2.1.

18. Бабкин Э. Движения политического ислама в Северной Африке. М., 2000. 2.1.

19. Бабкин Э., Миронова Е. И. Алжир: поиск гражданского согласия. М., 1999. 2.1.

20. Бабкин Э., Миронова Е.И. Алжир: три года на грани гражданской войны. М., 1995. 2.1.12. 2.1.12а Бартольд В. В. Мусульманский мир. М., 1

21. Баталов Э. Я. Советская политическая культура// Общественные науки и современность. 1994. 4. 144

22. Бурлацкий Ф. М., Галкин А. А. Современный Левиафан: очерки политической социологии капитализма. М., 1985 Васильев А. М. Африка падчерица глобализации. М., 2

23. Вебер М. Избранные произведения, М., 1990. «Вестник МГУ. Серия 24. Востоковедение». 1983, М., №1. 2.1.

25. Видясова М.Ф. Роль профсоюзов в политической жизни Туниса. 2.1.

26. Винокуров Ю. Н. Особенности политической коммуникации при переходе государств Тропической Африки от авторитаризма к демократии.// Африка на пороге XXI века. Итоги и перспективы социально-экономического и политического развития. М., 1993. 2.1.

27. Вирабов А. Г. Алжир: кризис власти. М., 2001. 2.1.

28. Гаджиев К.С. Политическая культура: теория и национальные модели. М.,1994. 2.1.

29. Глобализация и поиск национальной идентичности в странах Востока. Под ред. Л. М. Ефимовой, Л. Б. Алаева. М., 1999. 2.1.19а Гудименко Д. В. Политическая культура России// Политическая культура: теория и национальные модели. М., 1994. 2.1.

30. Гучетель Г.И. Демократизация в арабском мире: опыт Туниса и Сирии. М. 1999. 2.1.20а Дженусов А. И. Политическая культзфа: концептуальные аспекты// Социально-политический журнал. 1994, 11/12. 2.1.

31. Драма Африки; уроки прошлого, проблемы настоящего, очертания будущего. Под ред. Ю. М. Осипова. М., 1997. 2.1.

32. Дьяков Н.Н. Младоалжирцы и антиколониальная борьба в Алжире на рубеже XIX XX вв. М., 1985. 2.1.

33. Ерасов Б. Методологические принципы исследования культурного наследия.// Культурное наследие Востока и современная идеологическая борьба. М., 1987. 2.1.

34. Ефимова Л. М. Особенности складывания политической культуры современного Востока.// Сборник «Политическая культура стран Азии и Африки». М., 1996. 2.1.

35. Жансон К. Алжир вне закона. М., 1957. 2.1.

36. Жюльен К. и Ф. История Северной Африки. М., 1971. 2.1.

37. Иванов Н.А. Кризис французского протектората в Тунисе (1918-1939). М., 1971. 145

38. Ислам. Проблемы идеологии, права, политики и экономики (сборник статей). Под ред. А. И. Ионовой. М., 1985. 2.1.

39. Исламизм и экстремизм на Ближнем Востоке. М., 2001. 2.1.

40. История Алжира в новое и новейшее время. Под ред. А. М. Васильева. М., 1992. 2.1.

41. Каминский А. Институт монархии в странах Арабского Востока. М., 1981. 2.1.

42. Кобищанов Ю. М. История распространения ислама в Африке. М., 1987. 2.1.

43. Комар В. И. Власть, ислам и обшество в Алжире. М., 1999. 2.1.

44. Комар В. И. Идейно-политической развитие ФНО Алжира (1954-1984). М.,1985. 2.1.

45. Комар В. И. Исламские политические движения в Северной Африке: генезис и типология. М., 2001. 2.1.

46. Комар В.И. Эволюция политических систем в некоторых странах Африки: исламизм, оппозиция и традиции (80-90-е гг.). М., 1995. 2.1.

47. Комар Ю. И. Демократия и авторитаризм в третьем мире в конце XX в. (концепция П. Хантингтона и отклики на нее). Научно-аналитический обзор. М., 1995. 2.1.37.а Конрад И. И. Запад и Восток. М., 1972. 2.1.

48. Крадин Н. Н. Власть в традиционном обществе/ www.knowledge.isras.ni/sj/sj/sj4-02krad.htm 2.1.

49. Куббель Л. Е. Традиционная политическая культура и колониальное обшества в странах Африки.// Народы Азии и Африки. 1981, 6. 2.1.

50. Куделев В.В. Марокко: шаг вперед или смена фасада?//Сборник «Политическая элита Ближнего Востока». М., 2000. 2.1.

51. Кузьмин А. Тунис: первые шаги по пути либерализации.// «Международный ежегодник. Политика и экономика». М., 1982. 2.1.

52. Ланда Р. Г. Борьба алжирского народ против европейской колонизации (1830-1918). М., 1976. 2.1.

53. Ланда Р. Г. Исламский терроризм в Алжире// Исламизм и экстремизм на Ближнем Востоке. М., 2001. 2.1.

54. Ланда Р.Г. История Алжира XX век, М., 1999. 2.1.

55. Ланда Р. Г. История алжирской революции (1954-1962). М., 1983. 2.1.

56. Ланда Р. Г. Кризис колониального режима в Алжире 1931-1954 гг. М., 1980. 2.1.

57. Ланда Р.Г. Марокко: 30 лет независимости. М., 1985. 146

58. Ланда P. Г. Парадоксы цивилизационных мутаций. Алжирское общества на рубеже веков// Восточный мир. Опыты общественной трансформации. М.,2001. 2.1.

59. Ланда Р. Г. Управленческие кадры и социальная эволюция стран Азии и Африки. М., 1985. 2.1.

60. Лебедева Э. Авторитаризм в Африке: типология, эволюция, перспективы. «МЭиМО»,М., 1990,№4. 2.1.

61. Левин И. Д., Мамаев В. А. Государственный строй стран Арабского Востока. М., 1957. 2.1.

62. Луцкая Н.С. Очерки новейшей истории Марокко. М., 1973. 2.1.

63. Луцкая Н.С. Стурктура управления в Марокко. Махзан и администрация французского протектората.//Сборник «Государственная власть и общественно-политические структуры в арабских странах. История и современность». М., 1984. 2.1.

64. Максименко В. И. Интеллигенция в странах Магриба. Идеи и тенденции. М., 1980. 2.1.

65. Максименко В.И. Политические партии в переходном обществе. Марокко, Алжир, Тунис. 20-80-е гг. М., 1985. 2.1.55а Матвеев Р. Ф. Аналитическая политология. Саратов: издательство Саратовского гос. университета., 2002. 2.1.

66. Мельянцев В. А. Экономический рост стран Магриба. М., 1984. 2.1.

67. Миронова Е.И. Алжир: смена приоритетов развития. М., 2004. 2.1.

68. Миронова Е. И. Современный Алжир: тенденции политического и социально-экономического развития. М., 1987. 2.1.

69. Мирский Г. И. Исторические корни авторитарных тенденций и факторы, способствующие их сохранению.// Авторитаризм и демократия в третьем мире». М., 1991. 2.1.

70. Мирский Г.И. Роль армии в политической жизни стран «третьего мира». М., 1989. 2.1.

71. Мирский Г. И. Третий мир: общество, власть, армия. М., 1976. 2.1.

72. Новейшая история арабских стран и стран Африки. М., 1990. 2.1.62а Пивоваров Ю. Концепция политической культуры в современной науке// Политическая наука: теоретико-методологические и историкокультурные исследования/ отв. ред. Ю. Пивоваров, М., 1996. 2.1.62b Пантич Д. Конфликты ценностей в странах транзиции// Социологические исследования. 1997. 6. 147

73. Политическая культура стран Азии и Африки. Под ред. Л. М. Ефимовой. М., 1996. 2.1.

74. Политическая элита Ближнего Востока. М., 2000. 2.1.64а Попов А. В., Зуев Л. А. Ценности в политике/ТВестник Моск. ун-та. Сре.

75. Политические науки. 2000. 1. 2.1.

76. Потемкин Ю. В. Алжир: проблемы развития (опыт национальнодемократической революции). М., 1978. 2.1.

77. Примаков Е. М. Восток после краха колониальной системы. М., 1982. 2.1.

78. Рава Энцо. Северная Африка на пути к независимости, М., 1960. 2.1.

79. Садовская Л, М. Лидеры Сенегала и Туниса. М., 2000. 2.1.

80. Садок Шаабан. Тунис: путь к политическому плюрализму. Курс президента Зина аль-Абидина бен Али. М., 1996. 2.1.

81. Сапронова М. А. Политика и конституционный процесс в Алжире (19891999). М., 1999. 2.1.

82. Сапронова М. А. Арабский Восток: власть и конституции. М.,2001. 2.1.

83. Сапронова М. А. «Проблемы демократизации общественно политической жизни Алжира (80-90-е гг.) и поиск национальной идентичности».// Сборник «Глобализация и поиски национальной идентичности в странах Востока». М., 1999. 2.1.

84. Северная Африка: ислам и общество. Под ред. А. А. Ткаченко. М., 1999. 2.1.

85. Следзевский И. В. Становление национального государства (социальнополитический аспект)// Современная Африка: итоги и перспективы развития. Эволюция политических структур. М., 1990. 2.1.

86. Современные африканские лидеры. Под ред. Н. Д. Косухина. М., 2001. 2.1.

87. Современная Африка: итоги и перспективы развития. политических структур. Под ред. А. М. Васильева. М., 1990. 2.1.

88. Страны Ближнего Востока (актуальные проблемы современности). Под ред. Б. Г. Сейраняна. М., 1998. 2.1.

89. Страны Северной Африки: национальный частный сектор. Под ред. А. М. Васильева. М., 1990. 2.1.

90. Сюкияйнен Л. Р. Шариат и мусульманско-правовая культура. М., 1997. 2.1.

91. Труевцев К. М. Арабский мир в XX веке: развитие национальной идеи. «Полития», 3 (30). Осень 2003. 2.1.

92. Тунисская республика. Под. ред. О. В. Левина. М., 1993. 2.1.81а Фарукшин М. X. Политическая культура общества// Социальнополитические науки. 1991, №4. 148 Эволюция

93. Социология и политология. 2001. 2. 2.1.

94. Чешков М. А. Критика представлений о группах развиваюшихся стран. М., 1979. 2.1.

95. Шагаль В. Э. Арабский мир: пути познания. М., 2001. 2.1.

96. Энтин Л. М., Энтин М. Л. Политология развития и освободившиеся страны. М., 1986. 2.1.

99. Хантингтон Реформирование Двадцать лет военно-гражданских спустя: будушее отношений// волны www.russ.ru/ist sovr/99-04-29/hantiti.htm третьей демократизации// www.russ.ru/iomTial/peresmot/97-12-29/hantin.htm Столкновение цивилизаций. Модель грядущего конфликта.// www.humanities.edu.ru/db/msg/41216 2.1.

100. Хантингтон Здоровый национализм.// www.rass.ru/politics/20011112hun.html 2.2. На иностранных языках: на французском: 2.2.

101. Abdessalam А. Sadiki et les Sadikiens. Tunis, 1975. 2.2.2. AUeg H., Bonis J.de, Douzon H.J. La Guerre dAlgerie. P., t.l, 1981. 2.2.

102. Aron R., Lavagne F., Fellier J., Gamier-Riset J. Les Origines de la Guerre dAlgerie. P., 1962. 2.2.

103. Balta R., RuUeau С LAlgerie Vingt ans Apres. P., 1978. 2.2.

104. Bedjaoui M. La Revolution Algerienne et le Droit. Bmxelles, 1961. 2.2.

105. Bourges H. LAlgerie a IEpreuve du Pouvoir. P., 1967. 2.2.

106. Brignon J., Amine Abdelaziz, Boutaleb Brahim, Martinet G., Rosenberger R. Histoire du Maroc. Paris-Casablanca, 1967. 2.2.

107. Carlier O. Entre Nation et Jihad. Histoire Sociale des Radicalismes Algeriens. P., 1995. 2.2.8.a Chantebout B. Le Tiers Monde. P., 1989. 2.2.

108. Elites, Pouvoir et Legitimite au Maghreb. P., 1973. 2.2.

109. Eugene Aubin. Le Maroc dAujour dHuip. P., 1905. 149

110. Francos A., Sereni J.-P. Un Algerien Nomme Boumediene. P., 1

111. Gaillard H. La Reorganisation du Gouvemement Marocain, Paris, 1916. 2.2.

112. Guaras F. Bourguiba et la Naissance dune Nation. P., 1956. 2.1.13.a Guedira A.R. Hassan II, Modele et Conscience. Edification dlin Etat Modeme: le Maroc de Hassan II. P., 1986. 2.2.

113. Hadjadji Djillali. Corruption et Democratic en Algerie. La Dispute. Paris, 1999. 2.2.

114. Hermassi E. Etat et Societe au Maghreb. Etude Comparative. Pref. De M. Rodinson. P., 1975. 2.2.15a Hermassi E. La Societe tunisierme au miroir islamiste. "Maghreb Machrek". 1984, №103. 2.2.

115. Julien Ch.-A. LAfi-ique du Nord en Marche. P., 1952. 2.2.

116. Khanibi A. Image Ideale de la Stratification Sociale et Dynamique des Groupes Moteurs.// Sociologie des mutations. P., 1970. 2.2.

117. Koulakssis A., Meynier G. LEmir Khaled. Premier Zaim? Identite Algerienne et Colonialisme Fran9aise. P., 1987. 2.2.19. La politique Economique de la Reforme. Tunis, 1990. 2.2.

118. Lacouture J., Lacouture S. Le Maroc a IEptreuve. P., 1958. 2.2.

119. Laroui Abdallah. Les Origines Sociales et Culturelles du Nationalisme Marocaine 1830-1912. P.: Fran9ois Maspero, 1977. 2.2.22. Le Maroc Politique. De Iindependance к 1

120. Textes Rassembles et Presentes par С Palazzoli. P., 1974. 2.2.

121. Leveau R. Le Fellah Marocain, Defenseur du Trone. P., 1976. 2.2.

122. Mamery Kh. Reflexion sur la Constitution Algerienne (de 22 novembre 1976), Alger, 1979. 2.2.

123. Marais O. La Classe Dirigeante au Marroc.// "Revue Fran9aise des Sciences Politiques". P., 1964, vol. XIV, №4. 2.2.

124. Melia J. Le Triste Sort dlndigenes Musulmans dAlgerie. P., 1935. 2.2.

125. Miege J.K. Le Maroc et IEurope (1830-1849). Vol. IV. P., 1963. 2.2.

126. Reforme Agraire au Maghreb. P., 1963. 2.2.

127. Rezette R. Les Partis Politiques Marocains. P., 1955. 2.2.

128. Riviere L. Traites, Codes et Lois du Maroc, P., 1924,1.1. 2.2.

129. Santucci J.-C. Chroniques Politiques Marocaines (1971 1982). P., 1985. 2.2.

130. Spillmann G. Du Protectorat a Iindependance. Maroc, 1912-1955. P., 1967. 2.2.

131. Stora B. La Guerre Invisible, Algerie Annees 90, Paris, 2000. 2.2.

132. Terrasse H. Histoire du Maroc. P., 1952. 2.2.

133. Toumi M. Tunisie: Pouvoirs et Luttes. P., 1979. 150

134. Waterbury J. Le Commandant des Croyants. La Monarchic Marocaine et son Elite. P., 1975. 2.2.

135. Yacono X. La Colonisation des Plaines du ChelifF. Alger, 1955,1.1. на английском 2.2.

136. Ayemi V.O. The Executive Presidency as Concomitant of Multipartism in Africa. "Africa Forum", 2.1991, №1. 2.2.

137. Amin S. The Magreb in the Modern World. Algeria, Tunisia, Morocco. L., 1970. 2.2.

138. Apter D. E. The Politics of Modernization. Chicago, 1965. 2.2.

139. Blondel J. Political Leadership. Towards a General Analysis. London-Beverly Hills-Dehli, 1987. 2.2.

140. Braun F.H. Morocco: Anatomy or a Palace Revolution. The Failed.// "International Journal of Middle East Studies". N.Y., 1978, vol.9. 2.2.

141. Chazan Naomi, Robert Mortimer, John Ravenhill, and Donald Rothchild "Politics and Society in Contemporary Africa" (Boulder, CO: Lynne Rienner, 1992). 2.2.

142. Curdi D. G. Security and Peace in the Middle East, Experiment with Democracy in the Islamic World. Maxwell Paper, No. 4,1996. 2.2.44.a Devine D. The Political Culture of the United States. Boston, 1972. 2.2.

143. Entelis J. P. Algeria: The Revolution Institutionalized. Boulder, Westview Press, L., 1986. 2.2.

144. Entelis J. Comparative Politics of North Africa: Algeria, Morocco and Tunisia. Syracuse, N.Y., 1980. 2.2.

145. Gellner E. Muslim Society. Cambridge, 1981. 2.2.47.a Gray С and M. Mc. Therson. The Leadership Factor in African Policy Reform and Growth.// Economic Development and Cultural Change. Chicago, 2001, vol. 49, 4. 2.2.

146. Halstead J. P. Rebirth of a Nation. Cambridge, 1967. 2.2.

147. Hermassi E. The Third World Reassessed. Berkeley etc.: Univ. Of California Press. 1980. 2.2.

148. Islam, Democracy and State in North Africa. Ed. by Entelis G. P. Bloomington -Indianapolis, 1997. 2.2.

149. Jackson R. H. and Rosberg Carl G. "Why Africas Weak States Persist: the Empirical and the Juridical in Statehood", Worid Politics 27 (1982). 2.2.

150. Libenow J. G. African Politics: Crises and Challenges. Bloomington, Indiana University Press, 1986. 151

151. Lloyd P. Africa in Social Change: Changing Traditional Societies in the Modem World. L., 1969. 2.2.

152. Lansdale John "African Pasts in African Futures".// Canadian journal of African studies, 23, no.l (1989). 2.2.

153. Makinda S. M. Democracy and Multi-Party Politics in Africa.// The Journal of Modem Africa Studies, 34,4 (1996), Cambridge University Press. 2.2.

154. Man, State and Society in Contemporary Maghrib. L., 1973. 2.2.

155. Miller R. A. Elite Formation in Africa: Class, Culture, and Coherence.// Joumal of Modem African Studies, 12,4 (1974). 2.2.

156. Moore С H. Tunisia since Independence. The Dynamics of One-Party Government. Berkeley, 1965. 2.2.

157. Quandt W. Revolution and Political Leadership: Algeria. 1954-1

159. Schraeder P. J. "Elites as Facilitators or Impediments to Political Development? Some Lessons from the "Third Wave of Democratization in Africa"// The Joumal of Developing Areas 29 (October 1994). 2.2.61. The Leader of National Revival. Tunis, 1995. 2.2.62. The Political Economy of Morocco. Ed. by W. Zartman. N.Y., London. 1987. 2.2.

160. Waterbury J. Endemic and Planned Comiption in a Monarchial Regime.// "World Politics". Princeton, 1973, vol.XXV, №4. 2.2.

161. Waterbury J. North for the Trade. Berkeley Los Angeles London. 1972. 2.2.64a Welch S. The Concept of Political Culture. L., 1993. 2.2.

162. Zartman W.I. Marocco: Problems of New Power. N.Y,, 1964. на арабском языке: 2.2.66. Аль-Алани И. Движение исламской направленности в Тунисе 1970-1

163. Тунис, 1993. 2.2.67. Аль-Мануфи К. Политическая культура. Дар Ибн Халдун. Бейрут, 1988. 2.2.

164. Зедани Демократия и права человека в арабском мире. Рамаллах, 1993. 2.2.

165. Саад ад-Дин И. Гражданское общество и поворот к демократии в арабском мире. Каир, 1989. 2.2.

166. Турки Рабах. Шейх Абд аль-Хамид бен Бадис, его философия и деятельность в области воспитания и образования (на арабском языке). Алжир, 1969. 152

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.