Денежное хозяйство Ирана при последних Сасанидах и первых Омейядах, конец VI - начало VIII вв. н. э. тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.09, доктор исторических наук в форме науч. докл. Колесников, Алий Иванович

Диссертация и автореферат на тему «Денежное хозяйство Ирана при последних Сасанидах и первых Омейядах, конец VI - начало VIII вв. н. э.». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 241563
Год: 
2000
Автор научной работы: 
Колесников, Алий Иванович
Ученая cтепень: 
доктор исторических наук в форме науч. докл.
Место защиты диссертации: 
Санкт-Петербург
Код cпециальности ВАК: 
07.00.09
Специальность: 
Историография, источниковедение и методы исторического исследования
Количество cтраниц: 
39

Оглавление диссертации доктор исторических наук в форме науч. докл. Колесников, Алий Иванович

Предметом исследования является полуторавековый период экономической истории Ирана в контексте политических событий, идеологических и социальных факторов эпохи последних Сасанидов (590—651) и первых мусульманских правителей, ставленников и противников Омейядов (II поя. VII в. начало VIII в.).

Актуальность исследования. Для судеб многих стран Ближнего Востока VII век оказался переломным. Ирана это коснулось в первую очередь: традиционная соперница Рима и Византии, еще в начале VII в. расширившая свои владения до Средиземного моря и Египта, Сасашздская держава в течение двух десятилетий была завоевана мусульманскими войсками и с гибелью. своего последнего шаханшаха в 651/652 г. прекратила существование и стала восточной частью халифата. Перипетиам завоевательных походов, взаимоотношениям новой администрации и покоренного населения, специфике конфессиональной ситуации в стране и другим вопросам посвящены многочисленные статьи и книги, написанные главным образом на основе исторических хроник, которые были составлены позднее со слов участников событий через цепь устной передачи информации. Воспроизводя героический дух эпохи, эти источники грешат неточностями, вынуждающими историка прибегать к сопоставлению различных версий, чтобы отдать предпочтение наиболее реальной ( или наименее фантастической). Когда в поисках истины ощущается дефицит синхронной информации, прибегают к источникам, составляющие/содержание вспомогательных исторических дисциплин^— эпиграфике, сфрагистике, нумизматике. Надписи, печати и монеты являются подлинными документами описываемой эпохи и несут в себе много специфической информации, позволяющей после интерпретации значительно дополнить и уточнить сведения , письменных источников при освещении политической истории, идеологии и экономики страны. Наиболее массовым "вспомогательным" материалом для истории Ирана в VII веке являются серебряные монеты (драхмы) последних Сасанидов и первых мусульманских правителей восточной части халифата, а также медные эмиссии местной администрации. По своей сути монеты являются уникальным е того содер-истории, ис-рблем в годы ;мысления ис-рбной. я состояла в ¡ртину денеж-(иего под эги-грации; пока-гзматикя как элем, определи период, а именно:

ИСТОЧНИКОМ ДЛЯ ИЗУЧеНИЯ ПеНРЖШиго

V ЛО.ЯМлта« л

КНИГА ИМЕЕТ

В перепл. слип соедии. .\?Л» вып. а) совокупность действующих монетных дворов (их реальная численность и репертуар, локализация, длительность и интенсивность чеканки в разное время, классификация); б) основная продукция монетных дворов — драхмы и медь; в) центральная и местная власть, направляющая или разрешающая деятельность центров чеканки серебра и меди.

Значение золотой эмиссии при последних Сасанидах и арабских наместниках рассматривается в качестве дополнительной проблемы, имеющей отношение не столько к денежному обращению изучаемого периода, сколько к характеристике политической ситуации.

Степень изученности темы. Материал и методика исследования. Денежное обращение в Иране конца VI в. и полностью VII в. осуществляется на первом этапе посредством сасанидской драхмы, а со II пол. VII в.— с помощью позднесасанидской и арабо-сасанидской. Обилие сасанидского и "сасаноидного" (термин XIX в. для обозначения арабо-сасанидских эмиссий) серебра в монетных кладах, наводнивших крупнейшие музеи мира, рынки и частные собрания, сделало его объектом самостоятельного изучения еще в первой пол. XIX в. На заре освоения и первичной обработки материала исследователи решали задачу его научной атрибуции, успех которой зависел от знания палеографии ереднеперсидского и (для арабо-сасанидских серий) куфического текста. В XIX в. почти весь известный к тому времени материал удалось классифицировать по хронологическому принципу. Одновременно проводились изыскания по отождествлению и локализации монетаых дворов. На этом поприще трудились Ю. Ольсхаузен, X. Френ, Ф. Соре, А. Мордтман, Э. Томас, Б. Дорн, Й. Штикель, В. Тизен-гаузен, А. Марков, Э. Друэн, X. Нютцель, А. Лавуа и другие представители европейской и отечественной ориенталистики. В XX в. их дело продолжили Ф. Парук, Ж. Морган, Е. А. Пахомов, Г. Майлс, Дж. Уокер, Р. Гебль, Р. Кю-риель, Р. Гизелен, X. Гаубе, М. Мошири и др. Среди современных исследователей, плодотворно работающих в сфере атрибуции собраний и кладов сасанидского и арабо-сасанидского серебра, следует упомянуть С. Альбума, М. Бейтса, И: JI.Джалаганиа, А. Б. Никитина, М. В. Цоцелия.

Возвращаясь к кругу проблем, очерченных в задачах нашего исследования, уместно заметить, что применительно к истории Ирана VII в. две первые темы практически не изучены, хотя попытки установить численность центров эмиссии предпринимались неоднократно как в XIX в., так и в I пол, XX в. Изучение монетной продукции ограничивалось, как правило, сугубо нумизматическими целями атрибуции по времени и месту чеканки. Больше известно историкам об иранской и арабской администрации, но в контексте эмиссионной политики последних Сасанидов и мусульманских наместников эта тема обегает иное звучание.

Знашше монет как исторического источника для характеристики позднесасанидского Ирана было оценено автором этих строк три десятилетия назад при написании главы (в кандидатской диссертации), посвященной административному делению державы. На том этапе привлечение нумизматического материала ограничивалось обращением к справочной литературе и каталогам. Углубленная работа с монетами начинается с середины 70-х гг. и связана с изучением коллекций Кабульского музея, Отдела нумизматики

Государственного Эрмитажа (с атрибуцией материала на месте хранения), с командировкой в музеи Тбилиси, Еревана и Баку. Ознакомление с собраниями позднесасанидских и арабо-сасанидских монет Государственного исторического музея (г. Москва) осуществлялось по качественным фотографиям и инвентарным книгам. Фонды европейских и ближневосточных музеев (Берлина, Лондона, Парижа, Берна, Багдада, Дамаска, Стамбула) и частные нумизматические собрания стали доступны благодаря печатным каталогам и описаниям разных лет. К ним добавились многочисленные публикации раскопочных монет с территории Ирана, Ирака, Сирии, Турции, Закавказья, Средней Азии и Афганистана.

Общее число монет, привлеченных для исследования денежного хозяйства Ирана в изучаемую эпоху, в результате составило: более 10 тыс. позднесасанидских драхм (от Хосрова II до Йездагер-да П1 включительно, 590—651 гг.); более 2 тыс. арабо-сасанидских драхм (П пол.УП в.-— нач.УШ в.);. около 600 медных монет разной административной и конфессиональной принадлежности, чеканенных с конца VI в. до середины VIII в.

Методика нашего исследования в своей исходной части опирается на принципы, изложенные в обобщающих монографиях 40-х—70-х гг., в которых подведены итоги изучения пехлевийской нумизматики. Я имею в виду-работы Р. Гебля ("Сасанидская нумизматика", 1969, 1971гг.), Дж. Уокера ("Каталог арабо-сасанидских монет", 1941г.) и X. Гаубе ("Арабо-саса-нидская нумизматика", 1973 г.). До настоящего времени они сохраняют значение первоклассных методических пособий, а книга Уокера является и ценным справочником для составителей каталогов арабо-сасанидских монет.

Но отдавая должное важности решения сугубо технических проблем (таких как монетный тип, номиналы, техника чеканки, метрология), мы не ограничились традиционным исследованием, хотя и здесь открылись новые возможности в связи с публикацией и введением в научный оборот свежего материала. Наряду с традиционным анализом монет мы пытаемся воссоздать обстоятельства и условия функционирования денежного хозяйства. А дня этого обращаемся и к памятникам сасанидской эпиграфики, к мусульманским историческим хроникам, географическим трактатам на среднепер-сидском, арабском и новоперсидском языках, к сирийским источникам. Особенность предлагаемого метода состоит в привлечении более широкой источниковой базы, позволяющей проводить всесторонний анализ добытой информации.

Научная новизна исследования. Изучение нумизматического материала в сочетании с анализом информации из эпиграфических памятников и нарративных источников позволило заново пересмотреть и упорядочить атрибуцию центров эмиссии серебра и меди, определить их реальную (не мифологизированную) численность, их локализацию по районам, динамику функционирования и продуктивность. По результатам деятельности выделены главные и вспомогательные монетные дворы.

Анализ функционирования основных денежных номиналов (по всему комплексу учтенного нумизматического материала) позволил создать картину денежного обращения в Иране на стыке домусульманской и раннему-сульманской эпох во всем разнообразии временных и локальных особенностей позднесасанидского и арабо-сасанидского чеканов. В сфере серебра прослежена преемственность и эволюция весового стандарта и среднего выпускного веса драхмы от первых до последних массовых эмиссий сасанид-ской драхмы. Сопоставлением эмпирических расчетов техники чекана с информацией письменных источников уточнены объемы серебряной эмиссии и налоговых поступлений в позднесасанидском Иране. Определен репертуар "монетных сеньоров" — сасанидской и мусульманской администрации разного уровня, санкционировавших выпуск серебра и меди.

В сфере меда предложен исторический принцип классификации, который предусматривает группировку монет в зависимости от хронологии эмиссии и типа администрации, определяющей характер эмиссии. В более широком свете представлено участие христианских общин в выпуске медных монет.

Составлен и введен в научный оборот каталог арабо-сасанидских монет Государственного Эрмитажа.

Составлен очерк золотой эмиссии в сасанидском Иране и при Омейяд-ских наместниках, показана преемственность сасанидской традиции в чеканке золотой монеты Абдаллаха б. Хазима.

Апробация работы и тема дискуссии. Основная работа, подытожившая результаты многолетнего исследования, — монография "Денежное хозяйство в Иране в VII веке" — опубликована в конце 1998 г. и введена в научный оборот. До выхода книги из печати ключевые проблемы, решаемые в ней (такие как история изучения среднеиранской нумизматики, атрибуция монетных дворов, иранская и арабская администрация, административная топонимия, вопросы весового стандарта, суммы налоговых поступлений, фактор религиозного синкретизма в символике монет, денежная эмиссия в периферийных районах, и др.), апробировались на годичных научных сессиях JIO ИВ АН СССР, Бартольдовских чтениях, Всероссийских нумизматических конференциях, международных конференциях, воплотившись в серию статей, заметок, рецензий, разделов в монографических исследованиях.

В качестве темы научной дискуссии предлагаются результаты разысканий автора настоящего доклада в русле обозначенной проблематики.

СОДЕРЖАНИЕ ДОКЛАДА

Монетные дворы позднесасанидского Ирана и Восточного халифата в VII веке. а) Проблемы атрибуции ("Денежноехозяйство.". Раздел!.

Глава I-).

Полное отсутствие в письменных источниках информации о монетных дворах в государстве Сасанидов привело к тому, что даже об их примерной численности можно судить только на основании данных, полученных в результате работы с нумизматическим материалом. Эти данные содержатся в монограммах (аббревиатурах) монетных дворов, спорадически появляющихся на обороте сасанидских драхм уже при Шапуре II (309—379), и регулярно-— с последней четверти IV в., в царствование Варахрана IV (388— 399). Монограммы же предстояло адекватно интерпретировать: Атрибуция монетных дворов и классификация монет по центрам эмиссии составляла и составляет одно из важных направлений пехлевийской нумизматики. Катаяогизация материала музейных собраний и монетных кладов также подчинена этому принципу.

Во II пол. XIX в. Томасу и Мордгману удалось отождествить по монограммам около десятка крупных центров эмиссии драхмы: Дарабгерд, Би-шапур, Стахр, Хамадан, Герат, Мерв, Мервруд, Басру. Атрибуция других была не всегда удачной, основывалась скорее на интуиции, нежели на надежной аргументации, поэтому вызывала споры и нередко отвергалась. И до сих пор часть монограмм не поддается удовлетворительной расшифровке. Причин тому несколько:

-г- При воспроизведении по аббревиатурам полного названия центров чеканки возможны вариантные отождествления, если топонимы начинаются одинаково.

Многозначность элементов курсивного пехлеви вызывает разное прочтение одних и тех же знаков, и как следствие — разную атрибуцию.

Индивидуальный "почерк" резчика легенд на монетных штемпелях допускает отклонения от эталонного написания; долгое время все вариации легенд фиксировались как монограммы самостоятельных центров эмиссии и создавали иллюзию великого множества действующих монетных дворов.

Недостаточное знание исследователями исторической и административной топонимии сасанидского и раннемусульманского Ирана также открывало простор для фантазирования.

История атрибуции отмечена неуклонным ростом числа зафиксированных аббревиатур, каждая из которых считалась единственной дай обозначения своего монетного двора. В середине XIX в. Томас описал 66 аббревиатур (22 из них он привязал к "арабским монетным дворам"). Мордтману было известно уже 113 монограмм для сасанидских и арабо-сасанидских эмиссий. В начале XX в. Морган дал прорисовку и прокомментировал 256 монограмм, а Парук дал прекрасную для своего времени (1924 г.) сводку 271 аббревиатуры, но из нее следует, что многие знаки являются вариантами основных начертаний. В 60-е гг. XX в. Гебль оперировал примерно 100 монограммами для сасанидской эмиссии, причем многие из них он считал вариантами одного названия.

В последние десятилетия острота проблемы была несколько снята в связи с изданием административных печатей, в которых аббревиатура провинции дублировалась полным названием. Сопоставлением аббревиатур на печатях и монетах плодотворно занималась Р. Гизелен (1979 г.). В ее монографическом исследовании об административной географии державы Сасанидов (1989 г.) помещена сводка шестидесяти топонимов разного уровня, зафиксированных на печатях должностных лиц. Наш вклад в атрибуцию административной топонимии состоял в исправлении чтения топонимических легенд на официальных сасанидских печатях из собраний Парижской Национальной библиотеки, Музея Лувра, частных коллекций, и в определении административного статуса топонимов (статьи 1985 и 1989 гг.).

Многолетний опыт работы с нумизматическим материалом показал, что установление реальной численности центров эмиссии серебра важно не столько для всей сасанидской истории^ сколько для конкретных исторических периодов, обусловленных специфическими условиями существования. Применительно к позднесасанидскому Ирану наиболее благоприятным временем для функционирования денежного хозйства было почти сорокалетнее правление Хосрова П (590—628). Об этом свидетельствуют как необычайное обилие и разнообразие сохранившихся монет Хосрова И, так и указания письменных источников раннемусульманской эпохи о суммах налоговых сборов. Появилась возможность проанализировать эмиссию этого шаханшаха с точки зрения центров чеканки.

Базой для такого анализаала коллекция драхм Хосрова П избрания Государственного Эрмитажа. И по количеству и по качеству материала она превосходит любую другую из привлеченных коллекций, кроме того, доступна для исследования на месте хранения, а не по иллюстрациям. Судя поставленной нами Синоптической таблице (Таблица 1 на23—28 "Денежного хозяйства."), практически весь репертуар монограмм (43ед.) можно обнаружить вбрании ГЭ. Сведения по эрмитажной коллекции дополнялись и уточнялись информацией из других фондов (публикаций 9 кладов, трех музейных и одного частногобрания) методом наложения на основной фон. В результате оказалось, что, заполняя лакуны по годам чеканки, они мало что Добавляют к репертуару монетных дворов (если неитать вариантов монограмм) и их численности.

Сегодня, опираясь на данные Синоптической таблицы, можно говорить о наличии в Иране в конце VI в. — первой четв. VII в. около 40 центров эмиссии серебра, из них 27 монетных дворов можно отнести к категории регулярно действующих. б) Монетные дворы: атрибуция и функционирование ("Денежное хозяйство.". Раздел 1.

Глава 2").

Решая проблему отождествления какой-то монограммы (или группы монограмм) с конкретным монетным двором, мы прослеживаем эволюцию аббревиатуры рт первой ее фиксации на драхмах (с IV или V вв.) до конца VII в. и даже начала VIII в., и тем самым сознательно выходим за хронологические рамки очерченной темы исследования. Более широкий хронологический (исторический) фон оправдывает возможность подключения к работе целого комплекса памятников: скальные надписи III и IV вв., эпиграфику сасанидской глиптшси (печати и буллы), синхронные и более поздние письменные источники.

При фиксации времени возникновения на монетах той или иной монограммы монетного двора мы во многом полагаемся на апробированную справочную литературу (каталоги, таблицы), особенно если информация, почерпнутая из нескольких справочников, совпадает. Данные о монограммах на более поздних этапах эмиссии (VI—VII вв.) мы черпаем главным образом из синхронного нумизматического материала, который ввиду его конкретности и массовости дает возможность не только убедиться в правильности выбранного варианта атрибуции, но и вплотную подойти к анализу сугубо экономических проблем: определить уровень интенсивности работы монетного двора, выявить пики его эмиссионной нагрузки, годы спада, перебои и прекращения деятельности.

Сопоставление между собой рабочих характеристик каждого монетного двора позволило провести классификацию центров чеканки серебра и меди с учетом их реальной загруженности и выделить группы активных (регулярных), вспомогательных (второстепенных) и "случайных" (со спорадической эмиссией) монетных дворов в каждом из регионов Ирана в пору смены его политического строя и официальной религии.

В процессе изучения литературы и нумизматического материала мы выработали схему, идеально подходившую для исследования каждого монетного двора и определившую последовательность описания. Она включает:

1) Обзор полемики по поводу чтения монограммы ( или нескольких монограмм), начиная с середины XIX в. до наших дней. Во избежание недоразумений относительно предмета спора, аббревиатуры представлены как в графических вариантах, так и в латинской транслитерации.

2) Оценку полемики, изложение и защиту собственной точки зрения на атрибуцию монетного двора.

3) Анализ производственной деятельности данного монетного двора при разных "монетных сеньорах", в меняющейся политической ситуации.

4) Фиксацию продолжения или прекращения деятельности центра чеканки, после монетной реформы Абдалмалика б. Марвана и ал-Хаджжаджа б. Йусуфа (на рубеже VII—VIII вв.), упразднившей эмиссию арабо-сасанид-ской драхмы и внедрившей выпуск эпиграфических мусульманских дирхемов.

5) Определение места монетного двора в классификации сасанидских и арабо-сасанидских центров эмиссии.

Итоги проведенной атрибуции и анализа деятельности монетных дворов Ирана при поздних Сасанвдах и мусульманских правителях П пол. VII в. можно представить в виде следующей таблицы:

Монограммы Атрибуция (монетные дворы)

МЕСОПОТАМИЯ

ЭДН +Вех Ардашир (Бахурасир)

УУН +Вех Кавад (Бих Кубад)

VYH-P +Нижний Вех Кавад (Бих Кубад ал-Асфал)

ВВА +Столица, царская ставка

АЮЛЪА Акола(Куфа)

МУ +Мешан (Майсан)

РЬ +Перат (Фурат), Перат де Мешан

В.СЬА +Басра

0§, П$Т,

§ТУ +Да1пт-и Мешан (Даст Майсан)

ЗУЫКАК, вУИК Синган?

РУЬ Пероз Шапур ам Гармикан (Гармакан)

8Т +Стахр

А11Т +Ардашир-хварре

ВУ8, В8 +Бишапур, Щапур (Сабур)

ВА, ВАЬ, ПАР, ОР +Дарабгерд (Дарабджирд)

КЖАТ, KWAT СБН Кавад-хварре (Кубад-хурра)

ТАЯТ Тавваз (Таввадж) в обл. Ардашир-хварре

АЬШ, ^МУНС Арраган (Арраджан), Вех-аз-Амид Кавад

LYW +Рев Ардашир

НВЬ Хабр в обл. Ардашир-хварре

HWWAL Хувар под Стахром

ХУЗИСТАН

АУ, AYL.AYLA.SWS +Еран-хварре Шапур, Сузы (Шуш, Сус)

АШ +Хормузд Ардашир (Ахваз)

ШУС Хузистан-вачар (Сук ал-Ахваз)

LAM +Рам Хормузд

ВИ +Вех Андиок Шапур (Джундай Сабур)

КЕРМАН

§У, КЬМАЫ, КХМАМ-КЬМАЫ +Шираджан (Сираджан)

КЬ, WAL, KLMAN-WAL +Вардашир (Бардасир)

KLMAN-GY(L) Джируфт в Кермане

КЬМА1М-НРУС Хабидж (Хабис) в Кермане

GLM-KLMAN Гарм-Керман

KLMAN-AWR Хормуз? в Кермане

КУМЛИ-БИ Неизвестный монетный двор

МИДИЯ

АН, АНМ +Ахмадан (Хамадан)

LD) LDY +Рей

ОБ, АБ, АЙР, БРНАК +Гай (Джей), Аспахан (Исфахан)

ЫУ +Нехавенд (Немавенд?)

МА Мидия :

У ъ +Йезд

ПРИКАСПИЙ, ЗАКАВКАЗЬЕ

АМ Амоль

АТ Адурбайган (Азербайджан)

МБ Неизвестный м.д. в Закавказье

ХОРАСАН

АРЦ APLS) AP

§TR +Абаршахр

GWL,GW Гурган

MLWУ, МЦ MLW +Мерв

MLWLWT,MLWLW Мервруд

HWLASAN "Хорасан" а, НЬА Герат

В, ВИЦ ВН Балх

АИВУЪ Анбир (Анбар) в Гузгане

БК, ЭУКЗт вУКАСТАМ +Сакасган (Сиджистан, Систан)

LHW Рахват (Ар-Руххадж)

Знаком + мы отметили монетные дворы, отнесенные по результатам деятельности к главным или регулярно действующим. Их наибольшая концентрация (8 Из 12) приходится на Междуречье, точнее на его экономически развитую южную часть, от официальной столицы Вех Ардашира на севере до впадения Тигра-Евфрата в Персидский залив на юге. Старые центры

9 ЛИ эмиссии, весьма активные в сасанидскую эпоху, после крушения державы хоть и продолжают чеканить драхму, но с меньшей интенсивностью. Объем поступающей в обращение денежной массы однако не уменьшается, поскольку при Омейядах в Вавилонии начинают действовать четыре новых монетных двора:, по одному в наместничествах Восточного халифата — в Басре и Куфе и их пригородах — Дашт-и Мешане и Сингане(?).

Репертуар монетных дворов Парса включает 5 регулярно действующих (из которых 4 располагались в областных центрах) и 5 вспомогательных. Один из вспомогательных (Хабр в области Ардашир-хварре) функционирует в позднесасанидское время и чеканит только медь, четыре других начинают эмиссию при Омейядах, чеканят драхмы и эпизодически — медные монеты. Главные монетные дворы (они же и более древние) все, кроме Рев Ардашира, во второй половине VII в. восстанавливают производительность даже в смутное время гражданского противостояния.

Из 5 монетных дворов Хузисгана 4 относятся к регулярно действующим. В разное время эффективность их деятельности была неодинаковой. Следует отметить их бурную активность в первой трети VII в., почти полное затухание эмиссии в годы завоевательных походов и покорения Хузисгана, частичное возрождение во П половине VH в., когда возобновляют деятельность 2 монетных двора из 5. Подобную эволюцию лишь отчасти можно объяснить военно-политическими причинами. В эпоху ранних Омейядов соседние с Хузистаном провинции, Вавилония и Парс, были более развиты экономически, имели сильную администрацию и сохранили центры серебряной чеканки.

Керманская эмиссия серебра была сосредоточена в двух провинциальных центрах, активно действовавших в позднесасанидское время и несколько слабее — при мусульманской администрации. В последней четверти VII в. к выпуску драхм подключаются несколько вспомогательных монетных дворов в пригородах — в Джируфте, Хабидже, Хормузе(?) и других.

До начала арабских завоеваний (в первой трети VII в.) в Мидии функционировали 5 регулярных монетных дворов в областных центрах. В годы завоеваний единичной эмиссией отмечен лишь монетный двор Нехавенда. Арабо-сасанидский чекан мусульманских наместников представлен случайными выпусками серебра^в Хамадане и Рейе, более активной монетной продукцией из Нехавенда и Йезда.

На северной периферии державы, в Прикаспии и Закавказье, довольно активно чеканили драхмы в Амоле, Адурбайгане и неизвестном монетном дворе с монограммой МВ. С началом завоевательных походов эмиссия прекращается. Для второй половины VII в. засвидетельствованы лишь спорадические выпуски с отметкой монетного двора Адурбайгана.

На восточной окраине государства, в Хорасайе, в первой трети VH в. регулярно функционировали 4 монетных двора, располагавшиеся в административных центрах провинций Абаршахр, Гурган, Мерв и Сакастан. В этот же период монетные дворы Герата, Балха и Рахвата (Арахозии) чеканят шахские драхмы очень нерегулярно, поскольку фактическое управление этими областями оказалось в руках строптивых местных династий. Арабские завоевания на несколько десятилетий парализовали эмиссию серебра в Хорасане, но вовсе не отразились негативно на деятельности сакастанского центра чеканки. Во второй половине VII в. по мере закрепления мусульман на восточных территориях, основания постоянных опорных пунктов для походов за Амударыо и вглубь Индии чеканка драхмы возобновляется в виде арабо-сасанидских серий. Из старых центров наиболее продуктивными становятся монетные дворы Сакастана и Мерва, менее продуктивными — Абаршахра, Герата и Балха. Гурган ограничивается спорадическими выпусками. Для устранения дефицита в чеканной монете к эмиссии серебра подключаются вспомогательные монетные дворы в Мервруде и Анбире.

Денежная эмиссия

Обстоятельная характеристика продукции монетных дворов была дана в Разделе II "Денежного хозяйства.". Отдельным направлениям большой темы, посвящены и несколько небольших публикаций. После атрибуции монетных аббревиатур (и, следовательно, выявления действующих центров эмиссии) следующий логический шаг состоит в исследовании производства и обращения основных денежных номиналов. Вопросы эмиссии серебра (драхм) и меди рассматриваются раздельно. а) Драхма

Глава 1 раздела ГО

Отправной точкой исследования основной денежной единицы стала дискуссионная проблема весового стандарта сасанидской драхмы. Нумизматы на ней долго не задерживаются, отдавая предпочтение изучению иконографии и палеографии монет. В разнообразии мнений о природе весового стандарта выделяются две главные точки зрения. Сторонники одной выводят вес сасанидской драхмы из стандарта аттической, сторонники другой привязывают его к эталону финикийской (аршакидской, поздней парфянской) драхмы. Ввиду молчания нарративных источников на сей счет, ищем ответ в самом материале. Из анализа и сопоставления метрологии последних аршакидских, первых сасанидских и досасанидских эмиссий удельных правителей Парса с неизбежностью следует, что докоронационные (до 227 г.) драхмы Ардашира1 ориентируются на стандарт финикийской драхмы, ставший эталоном для веса поздних парфянских монет.

С именем Ардашира I связывают проведение монетной реформы, повлёкшей за собой "утяжеление" драхмы. Ранние пореформенные выпуски обнаруживают большой разброс выпускного веса, который при более внимательном рассмотрении сводится к трем весовым уровням: а) нижнему — от 3,61 до 3,85 г; б) среднему — от 4,04 до 4,18 г; в) верхнему — от 4,25 до 4,32 г. Группу а) можно рассматривать как переходную от прежнего весового стандарта к новому. Промежуточная и наиболее многочисленная группа б) дает средний вес 4,12 г, т. е. вес редуцированной аттической драхмы. Монеты группы в) соответствуют в нижнем пределе стандарту полновесной аттической драхмы классического периода.

Предложенная классификация скорее всего была пригодна только для начального этапа сасанидской эмиссии. Проблема преемственности весового стандарта рассматривалась нами главным образом на музейных собраниях драхм Артабана V, Ардашира I и удельных правителей. Вероятно, компактные раннесасанидские клады позволили бы внести коррективы в весовые характеристики. Эволюция весового стандарта безусловно имела место и позднее, но не всегда осуществлялась линейно (только в большую или только в меньшую сторону). Так в кладе монет Варахрана П из Чохур-Кабалы (Азербайджан) доминируют драхмы весом от 4,25 г до 4,59 г, при среднем весе более 4,30 г, Показатели веса здесь превышают стандарт полной аттической драхмы и приближаются к стандарту идеального римского денария (4,55 г), либо золотого номинала — солида. Такая ориентировка на римский денар в конце Ш в. требует специального исследования.

Обращение к позднесасанидским монетным кладам (более знакомому нам материалу) предоставляет возможность поддержать тезис Р. Гебля об ориентировке серебряной эмиссии на стандарт редуцированной аттической драхмы. Среди драхм Хосрова I (531—579) доля "тяжелых" (с весом более 4,0 г) составляете кладе из Юго-Западного Ирана (кон. VI в.) 58% и в кладе из Цители Цкаро (Грузия, 1-я четв. VII в.) — 75%. Пик веса достигает в первом 4,15 г, во втором — 4,10 г.

Удельный вес "тяжелых" драхм в серебряных кладах обратно пропорционален длительности их обращения до момента захоронения. Так, драхмы Хормузда IV (579—590) в кладе из Юго-Западного Ирана почти не участвовали в обращении, и их средний вес равен 4,10 г при разбросе от 3,99 до 4,17 г. 86% драхм того же правителя в кладе из Цители Цкаро (или 634 ед. из 741) имеют разброс в весе от 4,00 до 4,22 г, средний вес составляет при этом 4,055 г.

Тенденция к сохранению высокого выпускного веса отмечается и в эмиссии Хосрова П первой половины его царствования, до 610 г. Это видно по драхмам клада из Юго-Западного Ирана, кладов из Цители Цкаро и Двина (Армения). В первом средний вес драхм превышает 4,14 г, во втором и третьем средний вес "тяжелых" достигает соответственно 4,065 и 4,08 г. Драхмы Хосрова II, выбитые в 610-е и 620-е гг., имеют как правило вес ниже 4,0 г.

Устойчивостью и полновесностью характеризуются выпуски ближайших преемников Хосрова П — Кавада II (628 г.) и Ардашира П1 (628—630). В эмиссиях этих правителей "тяжелые" драхмы составляют еще подавляющее большинство, их средний вес равен 4,11 г, максимальный достигает 4,20 г. Начиная с монетных эмиссий царицы Буран (630—631), драхмы уже значительно теряют в весе: доля "тяжелых" среди всех известных монет Йез-ди2ерда III (632—651) едва насчитывает 14%.

Крушение государственности вызвало и кризис денежного хозяйства.

Следующее направление исследования драхмы представляет анализ эмиссионной политики державных преемников Хосрова II и мусульманских наместников Восточного халифата, утвердившихся во второй половине VII в. практически на всей территории бывшего Сасанидского государства.

Положение с эмиссией серебра в Иране даже в самые тяжелые моменты затяжного политического кризиса оставалось не столь безнадежным, как могло показаться еще совсем недавно. Резкое падение чеканки ощущалось только в сравнении с эпохой Хосрова П, при которой она достигла пика. В последующие годы выпуск серебра продолжался на десятках монетных дворов, хоть и с перебоями. Объем продукции прямо зависел от длительности правления того или иного шаханшаха, размеров контролируемой им территории, от конкретной политической обстановки. Серебряный чекан Кавада II осуществлялся на 11 монетных дворах: трех в Васййонш, четырех в Парсе, по одному в Хузистане, Гайе, Хамадане и КермаНе. Таким образом, власть этого "царя царей" не распространялась на северные и восточные провинции.

Несовершеннолетний сын Кавада П, Ардашир Ш, царствовал под опекой регента в течение полутора лет, до конца апреля 630 г. В письменных источниках хозяйственная деятельность его администрации не отражена никак. Нумизматический же материал позволяет говорить о несоизмеримо большей (по сравнению с временем Кавада II) эмиссионной активности и об официальном признании власти юного шаханшаха практически на всей территории Сасанидского государства в его традиционных границах. Драхмы Ардашира Ш чеканились на 28 монетных дворах: три в Вавилонии, четыре в Хузистане, пять в Парсе, два в Кермане, три в исторической Мидии, четыре в Хорасане, по одному в Гайе, Йезде, Амоле, Азербайджане, Армении, Вар-джане, на загадочном монетном дворе WSL. За пределами досягаемости остался Сакастан, не представленный царским чеканом.

Свергнувший Ардашира Ш узурпатор Шахрбараз Фаррухан продержался на троне менее полутора месяцев, после чего сам стал жертвой заговора, возглавленного дочерью Хосрова II, Буран. Ни одной монеты с его именем не найдено. Шахрбараз либо не успел, либо не имел возможности приступить к эмиссии денег,- столкнувшись с сильным сопротивлением легитимистов.

Буран пришла к власти в июне 630 г. и царствовала до октября 631 г. Драхмы с ее именем имеют отметки 12 монетных дворов: два в Вавилонии, по одному в Хузистане, Парсе, Кермане, Рейе, Варджане, Абаршахре, Амоле, Гургане, Герате и Сакастане. И хотя география чекана достигает дальних сасанидских владений на севере и востоке, динамика эмиссии имеет скорее импульсивный, нежели регулярный характер. Основной поток эмиссии относится к 1 г. правления, который длился фактически меньше месяца, до 17 июня 630 г. В этот короткий промежуток девять монетных дворов чеканят драхмы от имени Буран. В течение второго, полноценного года (до 17 июня 631 г.), серебряный чекан Буран ограничивается продукцией лишь четырех Монетных дворов в южной половине Ирана. Все драхмы третьего года, который длился не более четырех месяцев, имеют единственную аббревиатуру SK (Сакастан). "Пик" 1-го года был спровоцирован легитимистской идеей возвратить законной династии узурпированный престол. Когда такое произошло, вступили в силу иные факторы, противодействующие пребыванию женщины на троне. Нового державного претендента долго ждать не пришлось. Им стал внук Хормузда IV (т. е. племянник Хосрова II), известный по мусульманским источникам как Хосров сын Кавада, по христианским— как Михр Хосров, в исследовательской литературе:— под именем Хосрова III. Его притязания на шаханшахский трон при отсутствии прямых наследников по мужской линии не считались узурпацией и получили поддержку у части придворной знати. Все драхмы Хосрова III чеканены на четырех монетных дворах, три из которых располагались на юго-западе и юге Ирана и один—в Кермане.

Точное время пребывания: Хосрова 1П у власти неизвестно. Источники ограничивают длительность его царствования тремя месяцами, однако вся его эмиссия датирована 2 г. правления. Такое возможно, если царствование приходится на конец одного и начало следующего зоро-астрийского года, т. е. на лето 630 или 631 гг., на 2-й или 3-й год царствования Буран.

Нумизматический материал т, о. свидетельствует об одновременном царствовании в стране двух представителей сасанидской династии в течение трех месяцев.

В серебряной эмиссии Буран отмечен большой разброс выпускного веса драхм, который можно свести к двум весовым уровням: верхнему (от 4,00 до 4,13 г) и нижнему (от 3,30 до 3,98 г). Выпуск полновесных и облегченных не зависит ни от центра чеканки, ни от времени эмиссии. Одни и те же монетные дворы в одно и то же время чеканили и "тяжелые" и "легкие" драхмы.

Серебряная эмиссия Хосрова III по весовым характеристикам оказалась еще более неустойчивой. Из девяти драхм, битых в Нижнем Вех Каваде, две оказались тяжелее 4,00 г, две другие — легче 3,00 г, пять монет весят от 3,11 до 3,65 г каждая. Диаметр драхм колеблется соответственно от 35 до 24 мм. Зыбкость политической позиции Хосрова Ш в Вавилонии отрицательно сказалась и на выпускном весе его монет.

Царица Буран была задушена военачальником Перозом, по одной версии, — дальним родственником Хосрова II, по другой, — вовсе не принадлежавшим к роду Сасанидов. Он продержался у власти один-два месяца, был свергнут войском и казнен, не успев выпустить драхм даже в столице, где у него было больше врагов, чем союзников.

Историческая традиция называет преемницей Пероза на троне дочь Хосрова П, Азармидухт. Она царствовала с декабря 631г. по май-июнь 632 г. Правление законной представительницы царствующей династии логически предполагало выпуск именной драхмы если не как средства денежного обращения, то хотя бы в качестве информации о смене верховной власти. Между тем до начала 70-х гг. XX в. существование монет Азармидухт не было доказано. Подлинным открытием стала публикация в 1972 г. иранским нумизматом Мошири сразу 4 драхм, воспроизводящих иконографию последних монет Хосрова II (бюст бородатого правителя) при атрибуционной легенде 'clmykdwxt ("Азармидухт"). Пять лет спустя он же издал 7 драхм Азармидухт (5 из частных коллекций и 2 из Кабинета медалей в Париже). К ним мы добавляем еще одну драхму из собрания ГИМ (г. Москва).

Странное сочетание женского имени и мужского портрета исследователи (Мошири, Гебль, Шайверт) объясняли по-разному. Мы считаем, что чеканка царицей именных драхм с мужским портретом была не данью традиции и не демонстрацией верности политическому курсу Хосрова II, а вмешательством в государственные дела'еще одного претендента — Фарруха Хормузда (в дальнейшем — Хормузда V), с которым до времени приходилось мириться. При первом удобном случае царица приказала его убить.

Все драхмы Азармидухт датированы 1 г. правления и чеканены только на 2 монетных дворах — в Нижнем Вех Каваде (в пригороде столицы) и в Шираджане (административном центре Кермана).

Фарруха Хормузда источники называют спахбедом Хорасана. Его карьера отмечена активным участием в придворных интригах и убийством Хосрова III. Принадлежность Хормузда У к сасанидской династии весьма спорна. В литературе, начиная с Нельдеке, неоднократно высказывалось мнение о том, что Хормузд V был внуком Хосрова II. Существуют несколько аргументов, опровергающих данную точку зрения. К наиболее серьезным следует отнести данные нумизматики. На драхмах Хормузда V помещено погрудное изображение бородатого мужчины средних лет, между тем как внуков Хосрова П изображали на монетах безбородыми отроками (см. драхмы Ардашира Ш и эмиссии первых трех лет правления Йездигерда Ш).

Фактически соправитель или "Антицарь" (Ое£епкошд по определению Нельдеке) Фаррух Хормузд чеканил именные драхмы, датированные 1, 2 и Згг., очевидно, с согласия самих потомков Хосрова П. Право выпуска собственной монеты ему обеспечивали военная сила и влияние при дворе. Убрав Хосрова Ш, он избавил Буран от лишнего соперника, в борьбе Азармидухт с приверженцами Йездигерда сына Шахрийара (в литературе— Йездигерда П1) он принял сторону Азармидухт. Драхмы 1 г. Хормузда V выбиты ок. середины июня 630 г. на единственном монетном дворе — в Нижнем Вех Каваде. Но основная нагрузка приходится на 2 г., совпадающий со 2 г. царствования Буран, когда в эмиссии его именных драхм участвуют уже 9 монетных дворов (против 4 центров, работающих на Буран). Эмиссия 3 г. значительно скромнее— всего 4 монетных двора чеканят драхмы Хормузда V, с эмиссией Буран в это же время еще хуже — на единственном монетном дворе; драхмы Азармидухт имеют отметки только двух центров чеканки. Налицо явное стремление Фарруха Хормузда противопоставить собственные возможности скромным возможностям "законных" цариц. Усилия соправителя к ограничению власти Азармидухт закончились для него трагически, хотя нарративные источники суть конфликта сводят к любовной интриге.

Поскольку метрология монет Азармидухт нам неизвестна, весовые показатели драхм Хормузда V (ок. 60 ед.) можно сопоставлять лишь с характеристиками монет Буран. Здесь и там наблюдаются значительные колебания выпускного веса. Однако основная масса "легких" монет Хормузда на порядок ниже "легких" драхм Буран: при нем они едва достигают 3,00 г, при ней — от 3,00 до 3,98 г.

Массовый выпуск драхм со сниженным весом мог означать, что чекан принадлежал лицу, занимавшему в государстве хота и важное, но все же не главное (второе) место. Такой статус и сохранялся за Хормузом V при царице Буран.

Азермидухт погибла в результате заговора придворной знати в мае-июне 632 г. На трон был посажен Хосров сын Михргушнаспа (Хосров IV) — один из потомков Ардашира Папакана, дальний родственник прямых наследников Хосрова II. Он был смещен и убит, процарствовав несколько дней и не успев выпустить именных драхм.

Столь же скоротечным и эфемерным оказалось правление Пероза сына Михрана— внука Хосрова!, которого знать нашла в Мешане. Он был свергнут за несоблюдение этикета коронации.

Поиски легитимных наследников трона продолжались. Историческая традиция коротко упоминает о царствовании двухновей Хосрова II, чудом избежавших казни от рук КавадаП и укрывавшихся до времени под Нисибином. Одного знать якобы посадила на трон иазуергла, другому дала полгода поцарствовать и потом убила. Подозрительноезвучие имен двух царевичей, их общее происхождение и одинаковое место укрытия убедили нас в том, что всерьез можно говорить лишь об одномне Хосрова П — Фаррухзаде Хосрове или Хосрове V (подробную аргументацию. на 157—158 "Денежного хозяйства.").

Нумизматический материал полностью опровергает информацию письменных источников о кратковременности царствования Хосрова V. Драхмы этого шаханшаха датируются 2, 5, 6 и 7 гг. его правления. Фаррух-зад Хйсров был посажен на трон, вероятно, около середины июня 632 г. С 16 июня 632 г. (т. е. со 2-го года царствования) он начал чеканить именные драхмы. Эмиссия 2 г. представлена продукцией трех монетных дворов юго-западного Ирана — Нижнего Вех Кавада, Мешана и Хузистана. Драхмы 5 г. (со 2 пол. 635 г.) чеканены в Нижнем Вех Каваде и Хузистане, 6 г. — в Стах-ре, 7 г. — в Вех Каваде и Гайе. С конца 632 г. по 637 г. включительно Хо-сров V является царствующим современником Йездигерда III. Географический раздел владений того и другого не совсем ясен, но монетные эмиссии Хосрова V и Йездигерда Ш в эти годы не совпадают ни в хронологическом, ни в территориальном аспектах.

Большая часть двадцатилетнего правления последнего сасанидекого шаханшаха Йездигерда П1 (коронован в конце 632 — начале 633 г.) отмечена непрерывной полосой военных поражений от мусульманских армий, осуществлявших экспансию на север и на восток* вглубь территории некогда могущественной державы. Средневековые историки, сравнивая царствование Йездигерда с царствованием предшественников, характеризуют его время "как химеру и сон". Результаты политического и экономического упадка страны видны и на деятельности монетных дворов.

Нумизматический материал уверенно позволяет говорить о 14 монетных дворах, чеканивших драхмы Йездигерда Ш: 5 — в Парсе, по 2 — в Кер-мане и Хузистане, по одному — в царскойавке, в Вавилонии, в Северной Месопотамии, в Нехавенде, в Сакастане. Интенсивность эмиссии на разных монетных дворах была далеко не одинаковой, число одновременно действующих монетных дворов— тоже (см.: Рис.4 и Табл.7 на 162—164 "Денежного хозяйства."). Регулярный выпуск именных драхм имел место только в Сакастане, где позиции эмигрировавшего на восток шаханшаха были более прочны. Продукция же большинства монетных дворов представлена редкими эмиссиями. На фоне общего монетного кризиса в несколько лучшем положении оказались монетные дворы Гунди Шапура (в Хузистане) и Вардашира (в Кермане), которые условно можно обозначить как центры, функционировавшиеперебоями.

Каждый год чеканкой драхм Йездигерда Ш были заняты в среднем три-пять монетных дворов. В отдельные годы (5, 8, 9, 18 гг. правления) функционировал только один сакастанский монетный двор. Дефицит производимой в 630—640-е гг. денежной массы компенсировался за счет активного обращения драхм Хосрова II, о чем свидетельствует количественный состав смешанных кладов раннемусульманской эпохи. Так, в монетном кладе 72 г. х. (691/692 г.) из Хорасана численность драхм Хосрова П составляет в общем объеме более 15% (22 ед. из 140). Более трети из них относятся к разряду "тяжелых", вес прочих, за единственным исключением, не опускается ниже 3,5 г, что значительно выигрывает в сравнении с облегченными драхмами Йездигерда Ш.

Имеются косвенные доказательства того, что в ходу были и драхмы предшественников и первых премников Хосрова П. В первом Дамасском кладе (середина VIII в.) сасанидские монеты насчитывают более 33% от общего объема материала (1309 ед. из 3815). Драхмы Хосрова II в этом кладе насчитывают 1121 ед. или 29,5%.

Примеры активного участия драхм Хосрова II в денежном обращении спустя много десятилетий после их чеканки можно продолжить. Заметный спад наступает во второй половине VIII в. в связи с интенсивной эмиссией драхм новой, Аббасидской династии мусульманских правителей. Уже в кладе из Джазиры (Верхняя Месопотамия) 820/821 г. сасанидское серебро составляет около 15,5%, в том числе драхмы Хосрова П— чуть более 11%.

Как свидетельствует нумизматический материал, мусульманская администрация на завоеванных землях Ирана обеспечила непрерывность традиции денежной эмиссии. Сразу после гибели Йездигерда III в 651 г. начинается эмиссия драхм "йездигердского" и "хосройского" типов с прежними иконографией, символикой, текстом, метрологией, но при дополнительной куфической "басмалле" на кромке лицевой стороны монет. Большинство арабо-сасанидских драхм "йездигердской" серии имеют одну "застывшую" дату— 20 г. Йездигерда (651 г.). В основном они чеканены в Сакастане, но встречаются экземпляры с отметками монетных дворов Вардашира, Гунди Шапура и Мерва. Фактические даты эмиссии неизвестны, но есть основание связывать выпуски с дятельностью Абдаллаха б. Амира на посту наместника Басры и подчиненных территорий Центрального и Восточного Ирана в 649—657 и 661—665 гг. Самые поздние "йездигердские" драхмы уже с конкретными датами относятся к 681—-687 гг. Зафиксированы два выпуска из Нехавенда, по одному — из Сакастана, Дарабгерда и Мешана.

Драхмы "хосройской" серии оказались наиболее ходовыми, очевидно, ввиду более устойчивых весовых характеристик. Они чеканились на 18 (не считая Дамаска) монетных дворах от Вавилонии на западе до Мерва и Сакастана на востоке с наибольшей концетрацией в Парсе, как показывают нумизматические клады. Первый выпуск датируется 652 г. и имеет монограмму Мерва, последний— в Дамаске в 693/694г. В Хорасанском кладе 72 г. х. доля драхм "хосройского" типа превышает 25,7% (36 ед. из 140), "тяжелые" среди них составляют 22,2% (8 ед ), остальные в массе приближаются к уровню 4,00 г. Более половины (21 драхма) чеканены на монетных дворах Парса— в Бишапуре, Дарабгерда Стахре и Ардашир-хварре. Встречаются драхмы, датированные одним годом, но с разными штемпелями лицевой и оборотной сторон. По нескольку эмиссий в течение года осуществляли монетные дворы Бишапура и Дарабгерда.

С Абдаллаха б. Амира начинается новый этап арабо-сасанидской эмиссии— выпуск именных драхм руководителей мусульманской администрации. Очень быстро он вытесняет чеканку анонимных "йездигердских" и "хосройских" серий. На новых драхмах при сохранении традиционной саса-нидской иконографии и зороастрийской символики вместо имени шаханша-ха появляется имя действующего мусульманского наместника (реже — халифа), выполненное среднеперсидским письмом. Вес неущербных (не обломанных, не обрезанных, не стертых) драхм в основной массе был стабильным и приближался к уровню "тяжелых", как и в "хосройской" серии.

Первые именные драхмы Абдаллаха б. Амира были выбиты в 651/652 г. в Гунди Шапуре (в Хузистане) и Вардашире (в Кермане). В собрании РИМ (г. Москва) хранится полновесная (4,32 г) драхма с именем наместника, чеканенная в Гунди Шапуре в 655 г. Но география эмиссии Абдаялаха в его первое наместничество расширяется за счет параллельных анонимных выпусков и включает не менее 8 монетных дворов, функционировавших в разных провинциях: в Вавилонии, Хузистане, Парсе, Спахане, Кермане, Сакастане и Мерве.

Во второе наместничество Абдаллаха б. Амира (661—665) действовало не менее 6 центров его серебряной чеканки: три в Парсе, по одному в Вавилонии, Йезде и Гургане.

Судя по информации нарративных источников, в 44 г. х. (664/665) Аб-даллах б. Амир был отозван и заменен Харисом б. Абдаллахом. Однако, спустя несколько лет после отстранения Абдаллаха четыре монетных двора стали чеканить драхмы с его именем: Ардашир-хварре и Бишапур в 667/668 г., Вардашир — в 668/669 г., Шираджан — в 670 г. Уокер (1941 г.), не находя объяснения такому явлению, робко допускал возможность существования тезки именитого наместника. Хотя историческая традиция умалчивает о новых назначениях Абдаллаха б. Амира, уже сама эмиссия именных драхм, на наш взгляд, свидетельствует о занятии "монетным сеньором" официального поста. Его новые должности были на ступень ниже прежней: год — правителем в Парсе, следующие два года — правителем в Кермане.

Денежная эмиссия первого халифа Омейядской династии. Муавии б. Абу Суфйана (661—680), в Иране отмечена именными драхмами с аббревиатурой единственного монетного двора — Дарабгерда. Длительное время в нумизматике фигурировали только две даты выпуска — 41 г. х. (661/662 г.) и 43 г. х. (663/664 г.). Драхму Муавии с датой 45 г. х. (665/666 г.) впервые издал Мошири (1986 г.). Чеканка первых драхм носила скорее прокламатив-ный характер. Пехлевийская легенда воспроизводит его имя и титул — "Муавия, повелитель верующих". Драхмы Муавии немногочисленны, но отличаются хорошими весовыми показателями.

Фактическим распорядителем эмиссии халифского серебра был Аб-даллах б. Амир в свое второе наместничество. Создается впечатление, что чеканя в Дарабгерде собственные именные драхмы одновременно с халифскими, он, как ставленник Муавии, не мог позволить себе превысить меру. Именно поэтому, как кажется, в основной массе дарабгердские выпуски Абдаллаха легче 3,50 г (против 3,80 г — средний вес драхм Муавии).

Четырехмесячное пребывание Хариса б. Абдаллаха на посту наместника Басры не оставило следа в денежной эмиссии. В 45 г. х. (665/666 г.) халиф Муавия назначил на ответственную должность названного брата — Зийада б. Абу Суфйана. который продержался на посту наместника вплоть до своей смерти в 53 г. х. (672/673 г.). В 669 г. ему переподчиняется и наместничество Куфы с подведомственными территориями. Начало правления Зийада, осложненное борьбой с антиомейядской оппозицией, небогато именной чеканкой. Пока известны лишь спорадические выпуски его именных драхм с отметками монетных дворов Дарабгерда, Нехавенда и Бишапу-ра, датируемые 666—668 гг. Даже с учетом анонимных "хосройских" серий и поздних драхм Абдаллаха б. Амира география серебряной чеканки под эгидой Зийада б. Абу Суфйана до 670 г. ограничивается Парсом и примыкающими территориями Кермана, Йезда и Нехавенда.

Только привлечение дополнительного материала из опубликованных после 1970-х гг. кладов, частных и музейных собраний позволило сделать вывод о том, что второй этап эмиссии при Зийаде (670-—673 гг.) оказался плодотворнее первого. Число одновременно действующих монетных дворов возрастает с 5 в 670 г. до 8 в 671 г. и через год достигает 12. На 672 г. приходится пик нагрузки, когда центры денежной эмиссии функционируют в Вавилонии, Хузистане, Парсе, Кермане и Мидии. В год смерти Зийада б. Абу Суфйана (673 г.) только 7 монетных дворов выпускают драхмы с его именем. Наибольшей интенсивностью чеканки на втором этапе отмечены монетные дворы Бишапура, Стахра, Дарабгерда, Басры и Йезда.

После Зийада на посту наместника Басры поочередно, каждый в течение полугода, служили Самура б. Джундаб и Абдаллах б. Амир б. Гай-лан. Нумизматических свидетельств их краткого правления в Басре не сохранилось, но Самура чеканил именные драхмы в Дарабгерде. На нескольких монетных дворах Восточного халифата вплоть до 675 г. продолжалась посмертная чеканка драхм Зийада. В годы административных перестановок дефицит монетной продукции отчасти был восполнен чеканкой именных драхм сыновей покойного наместника: АбдаррахМана б. Зийада — в Аррад-жане (Парс), Вардашйре и Гарм-Кермане (Керман) в 674 г.; Убайдаллаха б. Зийада — в Нехавенде в 674 г.

Весовые характеристики драхм Зийада б. Абу Суфйана в разных монетных кладах неодинаковы, поскольку зависят от степени сохранности материала. В смешанных кладах середины УЩ в. средний вес драхм, битых в Бишапуре и Дарабгерде (основных монетных дворах), варьируется от 3,70 до 3,80 г. Для Йезда этот показатель снижается до 3,43 г. В кладе 72 г. х. (691/692 г.) износ оказался меньше. Поэтому драхмы из Йезда весят от 3,57 до 3,87 г. Соответственно и весовой фон бишапурских эмиссий в этом кладе превышает 3,90 г.

Убайдаллаха б. Зийада наместником Басры назначил халиф Муавия в 55 г. х. (674/675 г.) за успешный военный поход на Восток. Пять лет спустя халиф Йазид I (680—683) сделал его и наместником Куфы после подавления восстания хариджитов. В 683/684 г. Убайдаллах в связи с возобновлением борьбы за халифат оставил Ирак и оказывал поддержку халифу Марвану! (683—685). Попытка вернуть Ирак силой оружия при халифе Абдалмалике б. Марване (685—705) закончилась гибелью Убайдаллаха в 686/687 г.

Ранняя чеканка "Убайдаллаха б. Зийада датируется 672 г. (Дарабгерд) и 674 г. (Нехавенд). Оживление наступает в 56 г. х. (675/676 г.), когда в процесс чеканки его именных драхм включаются сразу 6 центров: два в Вавилонии, по одному в Хузистане, Парсе, Герате и Сакастане. В 57 г. х. география эмиссии сужается из-за приостановки хорасанских центров. Однако, объем продукций остается прежним в связи с увеличением нагрузки на другие монетные дьоры и эмиссии драхм других "монетных сеньоров". В 56 и 57 гг. х. (675—677 гг.) были выбиты драхмы с необычной легендой аГгис^ ("добавочная") на месте монограммы монетного двора. Их следует связать с главным монетным двором наместничества, работавшим без перебоев в Басре. Объем продукции пополняется и за счет выпуска именных драхм ал-Хакама б. Абу-л-Аса, курировавшего эмиссию серебра в отдельных районах Междуречья, Парса и Кермана. В 677—679 гг. одновременно 8—9 монетных дворов чеканят драхмы Убайдаллаха. Кроме того, на двух монетных дворах в Парсе были выбиты драхмы Салма б. Зийада.

Пиком денежной эмиссии Убайдаллаха стали 679—683 гг., когда одновременно (ежегодно) функционировали 11—13 монетных дворов, в том числе расположенные в Хорасане.

С вынужденным уходом Убайдаллаха б. Зийада в Сирию и фактической потерей Басры география чеканки его именных драхм ограничивается четырьмя монетными дворами в 683/684 г., одним — в 684/685 г., двумя — в 686—688 гг.

Учет нового материала и публикаций последних десятилетий наряду с пересмотром традиционных атрибуций монетных дворов позволили нам на треть расширить географию и вдвое — интенсивность серебряной эмиссии Убайдаллаха.

Рассчитанный средний вес монет из кладов середины VIII в. и музейных собраний составил: в Басре — ок. 3,87 г, в Дарабгерде — более 3,88 г, в Гайе— 4,05 г и 3,99 г. Четыре басрийские драхмы в кладе конца VII в. из Хорасана весят от 3,847 до 4,187 г.

Ожесточение борьбы за власть между Омейядами и оппозицией, изгнавшей Убайдаллаха из Басры, практически не сказалось на деятельности центров серебряной эмиссии. И сторонники и противники династии прилагали усилия к чеканке собственных именных драхм. Так в 683/684 г. к 4 дворам Убайдаллаха добавилось 5 восточных монетных дворов, выпускавших драхмы трех наместников. В 684/685 г. помимо I монетного двора Убайдаллаха функционировало еще 6 монетных дворов. Продукция 685/686 г. отмечена монограммами уже 9 центров эмиссии.

Настоящей находкой в эмиссии 686/687 гг. стала редкая драхма, чеканенная местным иранским правителем на монетном дворе Шахристана, вероятно, административного центра Гургана.

Часть именных драхм Убайдаллаха б. Зийада имеет надчеканы восточного (восточно-хорасанского происхождения). Следовательно, эмиссия генерального наместника имела широкое хождение в землях "неверных"— туземных правителей, чьи владения примыкали к восточным окраинам халифата.

Арабо-сасанидская чеканка на восточных монетных дворах реали-зовывалась по преимуществу в виде именных драхм хорасанских наместников; Современником Убайдаллаха был его брат Салм б. Зийад. назначенный в 680 г. на верховную административную должность в Хорасане халифом Йазидом I. Салм, как сообщают нарративные источники, управлял дальней провинцией вплоть до смерти Йазида1, пока Убайдаллах сидел в Басре. В 683/684 г. Салма сменил на этом посту его военачальник Абдаллах б. Хазим. сторонник оппозиции. Вопреки бытующему мнению о насильственном смещении, передача власти прошла добровольно и была оформлена соответствующей грамотой. Наиболее благоприятными для эмиссии при Салме оказались 682 и 683 гг. Вместе с тем, нумизматический материал свидетельствует о непрекращающейся чеканке именных драхм Салма б. Зийада до 689/690 г. В течение семи лет Салм и Абдаллах чеканят драхмы либо одновременно, либо поочередно на одних и тех же дворах.

Хронологию и топографию совместной чеканки Салма б. Зийада (С) и Абдаллаха б. Хазима (А) мы представили в виде таблицы.

Годы эмиссии Абаршахр Мерв Мервруд Герат Балх

682/683 С С/А С

683/684 С С/А С

684/685 А С/А

685/686 С?/А С

686/687 А С/А С С С/А

687/688, А • С? А

688/689 А С/А А С С

689/690 А С С

Из таблицы следует, что общим центром чеканки серебра для обоих оставался только Мерв. Но, судя по превосходству весовых показателей и численному превосходству мервских драхм Абдаллаха в кладах и музейных собраниях, начиная с 684/685 г. мервский чекан Салма как бывшего наместника занимал подчиненное положение по сравнению с чеканом его преемника. Ориентация других монетных дворов на предпочтительную эмиссию драхм одного из наместников, наводит на мысль о том, что передавая власть над провинцией в другие руки, Салм сохранял за собой какую-то часть ее территории (возможно, районы Мервруда и Герата на юге). Судя по господству чекана Абдаллаха в Абаршахре, позиции нового наместника были наиболее сильны на западе Хорасана. Нарративные источники о географическом разделе полномочий умалчивают.

Эмиссия хорасанских драхм при Салме и его преемнике (т. е. с 680 по 693 гг;) осуществлялась по преимуществу в административном центре наместничества, Мерве, в Мервруде, а также в крупных городах Хорасана — Абаршахре, Герате и Балхе. Единичные выпуски связаны с Фаррахом и "страной эфталитов" (драхмы Салма), а также с Анбиром (драхмы Абдаллаха).

Подавляющая часть драхм, битых от имени хорасанских наместников, помечена надчеканами туземных правителей. Среди известных монет Салма б. Зийада доля "меченых" достигает трех четвертей (103 ед. из 137), в драхмах Абдаллаха б. Хазима этот показатель возрастает до четырех пятых. Отбивка надчеканов на кромке мусульманских драхм означала разрешение на обращение монет в землях, еще не покоренных исламом, но поддерживающих с мусульманами тесные торговые связи, Прямым же доказательством существования торговых отношений между мусульманскими областями и удельными княжествами Индии является наличие бактрийской легенды СОРС01 на драхме Салма, чеканенной в Фаррахе в 682/683 г.

Активности хождения хорасанского серебра на рынках восточных соседей помимо разрешительной надчеканки способствовал высокий выпускной вес драхм Салма б. Зийада и Абдаллаха б. Хазима, который, если судить по кладу 72 г. х. (691/692 г.), в основной массе превышал 4,00 г, т. е. выходил на уровень "тяжелых" драхм.

Ставленником Салма в Сакастане (Систане) с 682 по 686 г. был Талха б. Абдаялах. назначенный в неспокойную область за военные заслуги на востоке. Походы в Индию он продолжал и в должности наместника Сакастана. Сохранились две разновременные эмиссии его именных драхм, венчающие вступление в должность и ее завершение. Немногочисленные драхмы Талхи имеют вес от 3,61 до 3,99 г. В 685/686 г. он уступил наместничество Сакаста-на ставленнику Зубайритов.

Эмиссии Салма б. Зийада, Абдаллаха б. Хазима и Талхи б. Абдаллаха были ориентированы на внутренний хорасанский и восточный рынок. Поэтому их монеты не встречаются в ближневосточных кладах.

Внутриполитическая борьба в халифате между сторонниками и противниками Омейядов, обострившаяся после смерти халифа Муавии в 680 г., нашла отражение и в чеканке, в появлении на монетах имен руководителей антиомейядской оппозиции. Нумизматический материал в данном случае более четко фиксирует районы, в которых оппозиция имела реальную поддержку, и вносит коррективы в хронологию событий. В Мекке был провозглашен халифом Абдаллах б. аз-Зубайр. До недавнего времени принято было датировать его первые претензии на халифат 683/684 г., связывая их с неудачей мекканской военной экспедиции Омейядов (Гаубе, 1973). Именная монета Абдаллаха из собрания ГИМ (Москва), битая в Стахре в 60 г. х. (679/680 г.) с претенциозным титулом "повелитель верующих", позволяет сейчас отодвинуть начало событий на четыре года назад.

Оставаясь альтернативным халифом (иначе — антихалифом) в Аравии, Абдаллах б. аз-Зубайр не шел на открытую конфронтацию с Омейяда-ми, события в Нижнем Междуречье развивались без его участия. Вавилонские эмиссии Абдаллаха нам неизвестны. Чеканка его именных драхм в течение 10 лет была сосредоточена на землях к востоку от Междуречья, а точнее — в городах Парса и Кермана (именно там антиомейядская оппозиция была наиболее сильной), с эпизодическим выходом в соседние области — Йезд и Спахан. Из 11 центров, чеканивших драхмы Абдаллаха б. аз-Зубайра, наиболее продуктивным оставался монетный двор Дарабгерда.

Средний вес 72 драхм Абдаллаха б. аз-Зубайра, битых в Дарабгерде, превышает 3,86 г. Заметим кстати, что средний. вес дарабгердской чеканки Убайдаллаха б. Зийада составляет более 3,88 г. Практически несущественная разница в показателях убеждает нас в том, что на протяжении 16 лет (с 676 по 692 гг.) средний весовой стандарт серебряной эмиссии Дарабгерда оставался неизменным, несмотря на смену "монетного сеньора".

Зубайриты на некоторое время могли закрепиться в Нижнем Междуречье, когда брат мятежного халифа, Мусаб б. аз-Зубайр. занимал должность наместника Басры в 685/686 и 687-691 гг. Его именные эмиссии в столице и пригородах наместничества относятся к 685-688 гг. Керманская чеканка датируется 688-691 гг. Целые драхмы с обозначенным весом (в изданиях) и нормальной сохранностью имеют разброс рт 3,87 г. до 4,10 г, их средний вес составляет 3,96 г. Нумизматический материал поед не под; тверждает сведений письменных источников (ал-Балазури, Ибн Халдун) о чеканке Мусабом золотых монет, хотя и не исключает такого факта. Зато керманские драхмы Мусаба содержат указание на местную иранскую ад министрацию, непосредственно отвечающую за чеканку драхмы. Иранское имя собственное мы усматриваем в пехлевийской легенде Ьр1г^/Ьр1у^ ("Баффарнаг"/"Бафруг") рядом с "басмаллой" на кромке лицевой стороны монет во II четверти.

На 680—700-е гг. приходится более половины эмиссии арабо-сасанидского серебра. На драхмах последних двух десятилетий сохранились имена не менее двадцати'"монетных сеньоров", представляющих разные политические ориентации. При Мусабе б. аз-Зубайре восточные территории халифата находились под властью зубайритских ставленников, либо военачальников, поддержавших мятежного халифа, как Абдаялах б. Хазим в Хорасане. Омар б. Убайдаллах в 684/685 г. был предшественником Мусаба на посту наместника и чеканил драхмы в Басре и Кермане. Басрий-ская эмиссия подтверждается именной драхмой Омара в собрании ГИМ (г. Москва). В 686—692 гг. он уже представлял интересы зубайритов в Парсе, чеканя драхмы на пяти монетных дворах. Три из них (Бишапур, Стахр и Ардашир-хварре) функционировали регулярно, два других (Таввадж, Вех-аз-Амид Кавад) эпизодически. Для продукции главных монетных дворов характерен высокий выпускной вес, который обеспечивает высокий средний. В драхмах из Ардашир-хварре средний вес достигает, по нашим подсчетам, 3,91 г, в бищапурских он еще выше— 3,97 г. После разгрома зубайритской оппозиции Омар б. Убайдаллах перешел к Омейядам, и в 692/693 г. халиф Абдалмалик б. Марван направил его к новому месту службы.

Нумизматический материал однозначно свидетельствует о существовании окружных наместников (или наместников "малых провинций", областей), которые тоже чеканили серебряную монету. Несостоявшийся наместник Басры, Абдалмалик б. Абдадлах. в 685—687 гг. занимал более скромную должность зубайритского наместника в Бишапуре, и завершение его карьеры приходится на время Омара б. Убайдаллаха. Самая тяжелая из известных драхм Абдалмалика выпуска 686/687 г. весит 3,84 г, т. е. легче би-шапурской эмиссии Омара. Вполне возможно, что за субординацией административных постов следовала и "субординация" веса монет.

Перипетийужебной карьеры Абдадазиза б. Абдаллаха б. Амира на посту зубайритского наместника Сакастана в 685—692 гг. нарративные источники не проясняют, но допускают в ней (в карьере)ществование вынужденного перерыва. Возможность последнего подтверждается икастан-скими эмиссиями Абдадазиза, датируемыми только 685/686 и 691/692тг., т. е. первым и последним годами его наместничества. Вместетем, вариации выпусков, помеченных началом правления (на монетах— 66 г. х.), позволило высказать предположение, что мы имеем дело"замороженной датой" (подробнее об этом.: "Денежное хозяйство., 201), как вучаеразновременнымикастанскими эмиссиями "йездигердского типа", имеющими одинаковую дату — 20 г. Йездигерда Ш. Штемпель реверса из-за меньшего износа иногда использовался в чеканке последующих лег и показывал дату предыдущего (или первого) выпуска. С учетом такой возможности время бездеятельности монетного двора Сакастанаедуеткратить до 2—3 лет. Нумизматический материалидетельствует о том, что во время отсутствия в Сакастане Абдалазиз нашел прибежище у наместника Парса Омара б. Убайдаллаха. Короткое время (690/691 г.) онужил наместником в небольшом округе Таввадж области Ардашир-хварре под началом Омара. Его драхмы, чеканенные в Таввадже, значительно легче драхм наместника Парса. Целые драхмы Абдадазизакастанской эмиссии весят около и выше 4,0 г. Эта полновесностьособствовала тому, что драхмы Абдадазиза имели широкое хождение как в землях восточныхседей халифата^ так и вмом халифате после разгрома зубайритской оппозиции. Две третикастанских монет имеют иноземные и мусульманские разрешительные надчеканы.

На драхме Абдалазиза, битой в 72 г. х. (691/692 г.) по возвращении в Сакастан, традиционное изображение зороастрийской символики на реверсе заменено легендой пехлевийским письмом. Текст включает среднеперсид-ский перевод мусульманского исповедания веры. Издатель оригинальной монеты (Мошири, 1981) назвал ее "пехлевийским предвестником реформированной омейядской чеканки", имея в виду начавшуюся с середины 690-х гг. денежную реформу халифа Абдалмалика б. Марваиа.

К зубайригам следует причислить и Абдаллаха сына Арйака(?) — иранского вельможу, мусульманина в первом поколении, выпустившего в 685/686 г. на сакастанском монетном дворе именную драхму, вероятно, с разрешения Абдалазиза б. Абдаллаха б. Амира.

Омейядский халиф Абдалмалик б. Марван вел длительную борьбу с зубайритами, пока в 691/692 г. не овладел положением в Междуречье и Иране, а год спустя — в Аравии. В 690-е гг. в восточной части халифата правили не менее десятка крупных и мелких наместников Абдалмалика, которые чеканили драхмы как от своего имени, так и (иногда) от имени халифа. Судя по материалу, именные драхмы Абдалмалика чеканились, в двух городах Парса (в Ардашир-хварре—-в 689/690 и 692/693 гг.; в Дарабгерде— в 691 и 696 гг.) и к Мерве (694/695 г.). "Преждевременная" (первая по порядку) эмиссия его драхм в Ардашир-хварре была осуществлена тогдашним наместником Парса, Омаром б. Убайдаллахом, который накануне поражения зубай-ритов уловил политическую конъюнктуру и сделал шаг к сближению с Омейядами. По всем признакам, основным центром серебряной чеканки Абдалмалика был Дарабгерд. Средний вес дарабгердских драхм составляет, по нашим подсчетам, около 3,83 г. На монетах, чеканенных в Ардашир-хварре, имеется дополнительная легенда, обозначающая имя местного иранского правителя.

Чеканка арабо-сасанидских именных драхм Абдалмалика б. Марвана прекращается в 696 г., в канун проведения денежной реформы.

Халид б. Абдаллах б. Асид в 684—695 гг. играл видную роль в политической жизни халифата и всегда оставался верным союзником Омейядов. Накануне зубайритского правления в Месопотамии он был наместником Мешана и в 684/685 г. выбил именные драхмы на монетных дворах Дашт-Мешана и Сиш ана(?). При Мусабе б. аз-Зубайре Халид б, Абдаллах развил проомейядскую деятельность и возглавил восстание против зубайритов. За это халиф Абдалмалик назначил Халида наместником Басры в 691/692 г., который тот занимал с небольшими перерывами до 694/695 г. Его серебряные выпуски представлены продукцией монетных дворов Басры, Бишапура и Вех-аз-Амид Кавада. Они имеют устойчивый ходовой вес в пределах 3,90— 4,10 г, как и подобает эмиссии от имени наместника высокого ранга.

Хумран б. Абан был одним из двух претендентов на пост наместника Басры, пока халиф Абдалмалик б. Марван не прекратил спор в пользу Халида б. Абдаллаха. Согласно мусульманским хроникам, Хумран был переведен затем в Мекку, где и умер в 694/695 г. Но, по нумизматическим данным, он до отъезда в Аравию какое-то время занимал должность наместника небольшой области или округа в Парсе: сохранились два типа (т. е. как минимум — два выпуска) его драхм, чеканенных на монетном дворе Ардаширхварре и датированных 72 г. х. (691/692 г,). Серебряной эмиссии Хумрана б. Абана присущ большой весовой разброс.

Нумизматика исправляет информацию нарративного источника (здесь — "Хронику" ат-Табари) и о месте службы другого "малого наместника" в Парсе— Мукатила б. Мисмы. Согласно источнику, Халид б. Абдаллах определил Мукатила на службу в Ардашир-хварре. Между тем, пока известны только его драхмы, битые в Бишапуре в 690—692 гг. Эмиссия 690/691 г. имела место, когда Мукатил б. Мисма еще был военачальником в подчинении Мусаба б. Зубайра, т. е. служил зубайритам. Весовой разброс именных драхм Мукатила зафиксирован в пределах 3,44—3,87 г.

В 691/692 г. халиф Абдалмалик назначил своего брата, Бишра б. Марвана, наместником Куфы. Позднее он поручил ему и управление Басрой. Бишр чеканил свои именные драхмы в Аколе (Куфе) в 692—694 гг., в Басре в 694/695 г., в Гайе (Джейе) в 693/694 г. Главной резиденцией Бишра и основным центром эмиссии серебра оставалась Куфа, что подтверждается не только количеством продукции из Аколы, но и формой нагрудного медальона "монетного сеньора", обозначавшей особые полномочия наместника. Драхмы из Аколы и Басры имеют значительные отступления от традиционных арабо-сасанидских эмиссий во внешнем оформлении. На аверсе отступления проявляются в пространном цитировании формулы исповедания веры по кромке, на реверсе— в замене зороастрийского алтаря огня внутри круга стилизованной фигурой халифа или наместника. На драхмах, битых в Гайе, помимо имени наместника присутствует имя налогового инспектора или представителя администрации Бишра в иранской провинции. Немногие опубликованные драхмы Бишра б. Марвана имеют вес от 3,85 г до 4,12 г.

Пока Омейяды вели с Зубайритами упорную борьбу за Междуречье, новый внутренний противник появился на востоке. Азракиты, восставшие в конце 680-х гг., провозгласили халифом своего вождя— Катари б. ад-Фуджаа. Очередной мятежный халиф чеканил именные драхмы с легендой "Раб божий Катари, повелитель верующих" (иногда— без первого определения). "Басмалла" на кромке дополнялась хариджитской формулой "Нет суда, кроме суда Аллаха", которая впоследствии полностью вытеснила "басмаллу". К чекану Катари б. ал-Фуджаа следует отнести и два анонимных выпуска, в которых имя монетного сеньора заменено известной хариджитской формулой в средне-персидской интерпретации пехлевийским письмом. Монограммы монетных дворов и даты эмиссии позволяют очертить территорию, которую реально контролировали азракиты, и время действия. Судя по материалу, наиболее прочные позиции Катари сохранял в Парсе. Самые ранние из известных драхм Катари чеканены в 688/689 г. в Бишапуре и Ардашир-хварре(!), т. е. одновременно и параллельно с эмиссиями зубай-ритского наместника в Парсе — Омара б, Убайдаллаха, что может свидетельствовать об общих экономических интересах ставленника зубайритов и вождя азракитов на юге Ирана. Но основная монетная продукция от имени Катари б. ал-Фуджаа имеет одну дату, 75 г. х. (694/695 г.), и происходит из шести монегаых дворов — двух в Дарабгерде, по одному в Ардашир-хварре, Бишапуре, Таввадже, Йезде. Ареал чеканки ограничен, таким образом, территорией Парса и соседнего с ним Йезда. Завершает серию эмиссий керман-ский выпуск 77 г. х, (696/697 г.). Средний вес немногих хорошо сохранившихся драхм Катари составляет, по нашим подсчетам, около 3,92 г при разбросе от 3,84 до 4,00 г.

В Кермане в конце зубайритского правления власть узурпировал ха-ридасит Атийа б. ал-Асвад. Считается, что он утвердился там уже в 70 г. х. (689/690 г.), на что, якобы, указывает монетный материал (Гаубе, 1973, Сводная табл.; Большаков, 1998,с. 270). Между тем, иллюстрациями подтверждается только керманская эмиссия Атийи в 72—75 гг. х. (691—695 гг.). Привлечение для анализа ситуации дополнительного материала из собраний Государственного Эрмитажа (Санкт-Петербург), ГИМ и ГМИИ (оба— в Москве) а также публикаций последних лет позволили увидеть керманскую чеканку хариджита Атийи более интенсивной и массовой, , чем Представлялось ранее. В течение 691—695 гг. его именные драхмы чеканили два главных и пять вспомогательных монетных дворов Кермана. Ежегодно в процессе эмиссии серебра участвовало три монетных двора, некоторые осуществляли по две чеканки в год.

Средний вес драхм Атийи б. ал-Асвада превышает, по нашим подсчетам, 3,82 г при разбросе в пределах 3,50—4,10 г.

Распространение хариджитов к востоку от Кермана сдерживал са-кастанский наместник Умайа б. Абдаллах. брат басрийского наместника Халида б. Абдаллаха. В 692/693 г. он отметил свое назначение двукратной эмиссией драхм с высоким выпускным весом. Но уже через год халиф Аб-далмалик послал Умайу в Хорасан для примирения соперничавших мусульманских сил и новых завоеваний. Тот передал дела в Сакастане сыну Абдал-лаху, который в течение трех лет оставался наместником и чеканил именные драхмы с 694 по 697 г. Хорасанское наместничество Умайи б. Абдаллаха в 693—697 гг. подтверждается чеканкой именных драхм на четырех монетных дворах, функционировавших поочередно в Герате (693/694 г.), Мервруде и Анбире (695/696 г.), Балхе (696/697 г. — две эмиссии).

По нашим наблюдениям, в монетной эмиссии Умайи четко выделяются три весовые группы: а) "тяжелые" сакастанские драхмы весом 4,14— 4,21 г; б) "средние" хорасанские (без балхских)— в пределах 3,69—3,73 г; в) облегченные драхмы из Балха с весом около 2,88 г, равным оптимальному весу реформированного мусульманского дирхема(!), и меньшим диаметром монетного кружка. Легкие драхмы балхского производства более многочисленны по сравнению с продукцией других монетных дворов. Более трети всех известных драхм Умайи б. Абдаллаха (включая и сакастанскую серию) имеют восточные надчеканы. На всех балхских драхмах присутствует пехлевийская легенда с именем иранского правителя или лица, ответственного за денежную эмиссию ("Сенбухт" или "йазданбухт").

Безраздельному господству хариджитов-азракитов на юге Ирана положил конец ал-Мухаллаб б. Абу Суфра в 694/695 г., когда новый наместник Басры ал-Хаджжадж б. Йусуф послал его на подавление антиомейядской смуты. Активная эмиссионная деятельность ал-Мухаллаба на территориях, прежде контролируемых азракитами, проявилась в чеканке именных драхм на восьми монетных дворах: пяти в Парсе, одном в Йезде, двух в Кермане. Главным центром эмиссии серебра и резиденцией наместника стал Бишапур.

Средний вес бишапурских драхм достигает 3,80 г при довольно значительном разбросе. Несколько выше средний вес продукции Дарабгерда (3,82 г), Ардашир-хварре (3,90 г), Стахра (3,96 г). Драхмы из Ардаширхварре и Тавваджа отмечены дополнительной легендой с именем иранского местного правителя ("Фаррузад"), которое встречается и в эмиссиях ал-Хаджжаджа б.Йусуфа.

Послужной список ал-Мухаллаба в нарративных источниках завершается известием о направлении его в 697/698 г. в Хорасан для усмирения недовольных, продолжения завоеваний, и о смерти в 701/702 г. Материальным свидетельством четырехлетнего наместничества ал-Мухаллаба б. Абу Суфры в Хорасане стала эмиссия эпиграфических мусульманских дирхемов в Мерве в 698-701 гг., обозначившая начало денежной реформы на восточной окраине халифата.

Ал-Хаджжадж б. Йусуфал наместником Басры и Куфы, а также центральных областей Ирана в 694/695 г., послеерти Бишра б. Марвана. В 697/698 г. ему дополнительно были подчинены Сакастан и Хорасан. За все времяоего наместничества ал-Хаджжадас не использовал для эмиссии именных арабо-сасанидских драхм монетные дворы Вавилонии, предпочитая для этого Парс иседниеним районы. Уокеру в начале 40-х гг. XX в. были известны только три монетных двора, чеканивших драхмы ал-Хаджжаджа. Сегодня уверенно можно говорить оми: пяти в Парсе, по одному—в Гайе (Джейе) и Йезде. Его арабо-сасанидская чеканка приходится на 695—702 гг. и ограничена первыми восемью годами наместничества, в течение которых и была проведена реформа, ознаменовавшая переход к эмиссии исламизированного эпиграфического дирхема вереребра. Судя по наличному материалу, ежегодно в чеканке именных драхм наместника было занято два-три монетных двора, чаще других — Бишапур и Ардашир-хварре. Масштабы выглядят весьмаромными, если не принимать во внимание. высокой интенсивности эмиссии, о которойидетельствуют вариации в палеографии и расположении легенд, разнообразие пунктуации имволики на монетах, чеканенных в течение одного года на одном монетном дворе (Сводку; в Табл. 12 на 218—220 "Денежного хозяйства."). Монетный двор Бишапура был не только наиболее регулярным, но и наиболее производительным центром чеканкиребра при ал-Хаджжадже, осуществляй по нескольку (чаще две-три) последовательных эмиссий в течение года.

В Гайе (Джейе) в 695/696 г. были отчеканены две серии драхм, одинаковые по содержанию, но разнящиеся полностью палеографией легенд. В первой серии сохранена пехлевийская традиция передачи основных и дополнительных легенд (помимо "басмаллы"), во второй весь набор легенд представлен куфическим текстом. Арабизированную драхму из Джейа можно отнести к так называемому переходному типу, в котором еще сохранены са-санидская иконография и зороасгрийская символика изображений лицевой и оборотной сторон.

Для бишапурских драхм выпуска 698/699 и 700/701 гг. характерно наличие дополнительных пехлевийских легевд с именами иранских наместников ("Фаррухзад", "Шад-"), отвечающих за эмиссию. В сериях из Гайа (Джейа) за чеканку отвечает араб. В пехлевийском варианте это — "Бара сын Кабисы"; куфическая передача более пространна— "Чеканил ал-Бара 6. Кабиса". Известен йослужной список арабского чиновника, составленный на основании письменных источников.

Средний вес бишапурских драхм ал-Хаджжаджа (из разных собраний) составляет, по нашим подсчетам, около 3,82 г при разбросе от 3,55 до 4,13 г и весовых параметрах основной массы в пределах 3,80—4,10 г. Драхмы, битые в Ардашир-хварре, близки по весу к бишалурским сериям. Скудная информация по другим центрам эмиссии серебра свидетельствует о стабилизации веса в пределах 3,90—4,10 г.

Начатая при поддержке ал-Хаджжаджа б. Йусуфа в 698 г. в восточных провинциях халифата, монетная реформа в первые годы ее проведения выразилась в резком увеличении монетных дворов, чеканивших эпиграфические мусульманские дирхемы нарядутрадиционными арабо-сасанидскими драхмами, либо полностью переключившихся на чисто мусульманскую эмиссию. В первый год реформ этим были заняты 10, во второй — ] 7, в третий — 14 монетных дворов, функционировавших на территории от Евфрата (Междуречья) до Хорасана включительно (Уокер, 1956, Табл. на 60—61 Введения).

Путь своего отца на административном поприще повторил в миниатюре Йазид б. ал-Мухаллаб. После перевода ал-Мухаллаба в Хорасан его сын стал наместником в Кермане. Сохранились именные драхмы Йазида, чеканенные в 697/698 г. в Вардашире и Хабидже; имеются не подтвержденные иллюстрациями указания и на монетный двор Джируфта. Пребывание на посту керманского наместника было, очевидно, недолгим, так как уже в 699/700 г. (согласно ат-Табари) Йазид принимает участие в военном походе на Хуттал. По смерти ал-Мухаллаба Йазид б. ал-Мухаллаб в 701—703 гг. занимает должность наместника Хорасана. От его хорасанских эмиссий сохранились только мусульманский дирхем, битый в Мерве в 703 г., и именная арабо-сасанидская драхма из Анбира выпуска 703 г., принадлежащая арабо-эфталитской серии и предназначенная для хождения в землях покоренных соседей. Круговая куфическая легенда на оборотной стороне драхмы сообщает, что монета чеканена для уплаты джизьи в Джузджане. В публикациях арабо-сасанидских именных драхм Йазида метрологические характеристики опущены. Упомянутый дирхем из Мерва весит 2,83 г.

Современниками Йазида б. ал-Мухаллаба были ставленники ал-Хаджжаджа в Сакастане — Убайдаллах б. Абу Бакра и Абдаррахман б. Му-хаммад. Убайдаллах продержался на этом посту недолго — год-два; потерпев поражение от правителя соседнего Забулистана, он вскоре умер. Пока засвидетельствованы только два выпуска драхм Убайдаллаха, один из которых определенно датируется 79 г. х. (698/699 г.), дата второго нечетка. Хорошо сохранившиеся экземпляры монет Убайдаллаха б. Абу Бакры имеют высокий выпукной вес — 4,02 и 4,07 г.

Сменивший Убайдаллаха Абдаррахман б. Мухаммад б. ал-Ашас (в хрониках— Ибн ал-Ашас) оказался строптивым наместником. После первых успехов в восточной кампании он повернул войско против генерального наместника и двинулся на Ирак. Некоторое время Куфа и Басра оставались в его власти, пока армия ал-Хаджжаджа не разгромила и не изгнала мятежников: Абдаррахман с остатками войска вернулся в Сакастан, оттуда бежал в Забулистан, где и погиб в 704 г. К повествованию ат-Табари о деяниях и судьбе Абдаррахмана б.Мухаммада нумизматика может предложить ценные уточнения и дополнения. Его именные драхмы иракского производства не обнаружены. Репертуар монетных дворов и даты чеканки указывают на напряженную эмиссию серебра в 700—702 гг. в Сакастане и Парсе, менее значительную — в Кермане. В пору побед над Омейядами Абдаррахман перенес свою ставку в Стахр, о чем свидетельствуют круглый медальон правителя на монете 82 г. х. (701/702 г.), пространная куфическая легенда "Чеканил эмир Абдаррахман б. Мухаммад" вместо нейтрального имени-отчества "монетного сеньора", а также чеканка медных сгахрских монет. Бишапур-ские эмиссии его именных драхм в 700 и 701 гг. (одновременно или вслед за выпусками ал-Хаджжаджа) указывают на то, что строптивый наместник потеснил чеканку генерального наместника на его главном монетном дворе в Парсе.

Большая часть серебряной эмиссии Абдаррахмана представлена в публикациях без метрологии. Немногие сакастанские драхмы нормальной сохранности весят от 3,65 до 3,83 г, керманская — 3,98 г.

Контролируя территорию сразу трех провинций (Парса, Кермана и Сакастана), Абдаррахман б. Мухаммад назначал туда своих наместников. В Кермане его уполномоченным был Амр б. Лакйт ал-Абди. который отчеканил именную драхму на неизвестном монетном дворе KLMAN-BN в 702 г.

К эмигрантской эмиссии драхм Абдаррахмана б. Мухаммада мы относим серию "варварских подражаний" — низкопробные серебряные монеты, отдаленно напоминающие арабо-сасанидский чекан анонимной "хос-ройской"серии. От исходного типа их отличают крайний схематизм изображения на аверсе и реверсе, менее тщательная проработка деталей, отсутствие последовательности в передаче пехлевийских легенд, анэпиграфность дат, пониженный средний вес. Всего их опубликовано около 30 (в том числе 7 из собрания Государственного Эрмитажа в монографии "Денежное хозяйство."). По косвенным признакам монеты можно датировать рубежом VII—VIII вв. или началом VIII в. Место приобретения большинства из них (Кабул и его пригороды) косвенно указывало на локализацию производства в районах южнее Гиндукуша, которое впоследствии было привязано к Западной Арахозии. Для расшифровки аббревиатур монетных дворов мы обратились к консервативной топонимии Сакастана и Арахозии в ран-несредневековой географической литературе, и после сличения монограмм с полными названиями населенных пунктов пришли к выводу, что предпочтительными центрами чеканки монет могли быть Хваш (или Харури), Сарузан, Дартал (или Даргаш), расположенные на ближних и дальних подступах к Сакастану с востока. Драхмы были предназначены в основном для мусульманского потребителя, о чем свидетельствуют правильные куфические легенды на кромке и дополнительные разрешающие надчеканы типа "Аллах. Разрешено". Выпуск низкопробных драхм объясняется, на наЩ взгляд, дефицитом необходимых технических средств и условий для монетной чеканки, низким качеством местного серебра или отсутствием условий для обогащения серебряной руды. Вес большинства "варварских подражаний" колеблется в пределах 3,30—3,37 г., при диаметре 31—32 мм. На иноземной почве видоизмененная арабо-сасанидская серия заимствовала весовой стандарт современной ей восточно-иранской ("эфталитской") драхмы.

ТаЗкйм образом, завершение арабо-сасанидской серебряной эмиссии следует датировать не последними именными драхмами ал-Хаджжаджа б. Йусуфа (702 г.), а безымянной чеканкой его противника за восточными пределами халифата.

61 Суммы серебряной эмиссии и налоговых поступлений

Глава 2 Раз-деда II "Денежного хозяйства.'").

В связи с отсутствием учетной финансовой документации, реальный объем серебряной эмиссии в позднесасанидском и раннеисламском (омейядском) Иране представить трудно без обращения к мусульманским историческим и географическим сочинениям IX—X вв., в которых содержатся если и не обстоятельное описание событий, то подсказка к характеристике сложившейся ситуации. Некоторую косвенную информацию для освещения хозяйственной деятельности ХосроваП (590—628) сообщает ат-Табари. В источнике говорится об изготовлении новых монетных штемпелей в 13 и 30 гг. правления Хосрова И (т. е. в 603 и 620 гг.) и о поражающих воображение суммах денег, сосредоточенных в шаханшахской казне в эти годы: 200 тыс. кошелей (или 800 млн мискалей) в 603 г. и вдвое больше — в 620 г.

Время резки новых штемпелей и упомянутые суммы нуждаются в проверке и требуют исторического и нумизматического анализа. Обращение к монетному материалу убедило нас в том, что изготовление штемпелей вовсе не было связано с изменением типа производимых монет, но имело прямое отношение к массовой чеканке драхм, отмеченных дополнительной легендой 'р<1 (айс!) — "отличная" (одновременно с эмиссией на тех же дворах обычных драхм, лишенных этой легенды), начиная с 13 г. (603 г.) и вплоть до конца правления Хосрова П (628 г.). Удельный вес "меченых" драхм в общем объеме серебряной эмиссии этого шаханшаха достаточно высок — от одной трети (в музейных и частных собраниях) до 80% (в кладе из Суз 1976 г.). Как показывает анализ, их чеканка была сосредоточена на главных монетных дворах Вавилонии, Парса и Мерва. Рассматривая различные гипотезы относительно специальной роли продукции с 'рс1 в денежном хозяйстве страны (а/деньги для уплаты налога; б/деньги, направлявшиеся с монетного двора прямо в сокровищницу; в/избыточная продукция монетных дворов; г/ чеканка из перегоивленных старых монет; д/ выплаты войску), мы предпочли всем прочим вариант "г". Маркированные драхмы чеканились не из руды, а из лома старых вышедших из обращения драхм, и в этом смысле выигрывали в качестве металла: об этом свидетельствует и дополнительная легенда на кромке и внешний вид монет с *рс1. Чеканка с помощью подправленных штемпелей означал^, таким образом, не избыточную продукцию, а удвоение и утроение производительности монетных дворов в связи с усложнившейся военно-политической ситуацией. В 603 г. проводилась активная подготовка к войне с Византией и с арабами (канун сражения при Зу-Каре). В 620 г. превалировало стремление удержать оккупированные обширные территории в Малой Азии и северной Африке. В обоих случаях требовалось максимальное напряжение сил и мобилизация всех (в том числе финансовых) резервов для укрепления армии.

Признаки новой эмиссионной политики отчетливо проявляются в изменении качественного состава кладов, характеризующих денежное обращение второй половины царствования Хосрова П, когда из обращения последовательно изымаются драхмы ближайших предшественников шаханшаха.

Податная политика Хосрова П не отличалась последовательностью: за жестким налоговым прессом и выколачиванием недоимок двадцатилетней давности наступали годы облегчения налогового бремени, затем суммы сборов повышались до максимального уровня. Сумму налоговогоора в казну за 18 г. Хосрова П (608 г.) историки и географы (ат-Табари, Ибн Хордадбех и Кудама б. Джафар) оценивают в 420 млн миекалей. Первый автор дополняет ее 12 тысячами кошелей (или 48 млн миекалей) драхм Пероза Йезда-герда (457/459—484) и Кавада Пероза (488—497, 499—531). Таким образом, речь может идти о 468 млн миекалей или полновесных Драхм. По нумизматическим данным, 18-й год Хосрова П был отмечен резкимижением эмиссииребра (тогда функционировало только три монетных двора из более чем тридцати), что такжеазалось наижении налоговогоора.

После 608 г. общий сбор был увеличен до 600 млн миекалей (Ибн Хордадбех), а в последние годы царствования Хосрова П (626—628 гг.) вырос до 900 млн миекалей (ал-Хамадани), и это вызвало небывалый голод: "народ стал гибнуть".

Сведения географических сочинений о налоговых сборах с отдельных провинций в позднесасанидское и раннемусульманское время позволяют сделать вывод, что усредненные суммы совокупного налогового сбора в 500—600 млн миекалей в год были вполне реальными. По нашим подсчетам, основанным на информации источников, суммарный сбор с Вавилонии, Кашкара, Хузистана, Парса и Кермана составил 316 млн миекалей. Неназванные в источниках поступления из других крупных регионов (Азербайджанского куста, областей исторической Мидии и Хорасана) были не намного меньше 300 млн миекалей.

Зная численность регулярно действующих монетных дворов (около 30), мы предприняли скромную попытку определить объем серебряной эмиссии в течение одного года. Число занятых чеканкой монетных штемпелей на одном монетном дворе по расчетам Лайона колеблется в пределах от 100 до 400 пар ежегодно. Производительность одной пары штемпелей исследователи оценивают от нескольких тысяч до 30 тысяч монет (Брунетти, Гебль, Су-ходольский, Меткалф, Селлвуд, Мейт). Для обеспечения бесперебойной работы требовалось примерно 12 тыс. новых штемпелей ежегодно. При производительности каждой пары штемпелей в 10 тыс. монет годовой объем эмиссии на регулярных монетных дворах должен был составить 120 млн полновесных драхм. С учетом продукции менее активных монетных дворов объем продукции возрастает до 150 млн драхм. Это составляло примерно четверть суммы среднего налогового сбора в год. Такой эмиссии оказывалось достаточно для покрытия монетного дефицита, появлявшегося в результате изъятия из обращения изношенных и ущербных монет и дополнительных расходов на армию. в) Эмиссия меди

Глава 3 Раздела II "Денежного хозяйства.". 247— 310). К настоящему времени опубликовано около 600 медных монет, чеканенных на территории Ирана в VII — первой пол. VIII вв. Этоставляет менее 5% от численности изданного позднесасанидского и арабо-сасанидскогоребра. Причину дефицита меди можно объяснить и традиционным пренебрежением коллекционеров к этому металлу, и худшейхранностью меди, и тем, что медные монеты значительно реже, чемребряные, участвовали в формировании кладов. Незначительное вавнениисеребром количество меди поражает исключительным разнообразием типов монет и метрологических характеристик. Это значит, что размах медной эмиссии был необычайно велик; медь выполняла в основном роль разменной монегы в интенсивном денежном обращении отдельных областей и провинций. Особенности медной чеканки заключались в меньшей зависимости от общегосударственных канонов, обязательных для эмиссии основной валюты (серебра), и чаще определялись местными условиями, характером администрации, конкретной конфессиональной средой. Естественным желанием исследователей было желание упорядочить этот пестрый материал и предложить разумную систематизацию. В 1973 г. X. Гаубе известные ему 70 ара-бо-сасанидских монет ("следы медной валюты") разделил на 10 групп, положив в основу классификации принцип сочетания изображений и текста на лицевой и оборотной сторонах. Оригинальная для своего времени схема была построена на ограниченном материале и не была обоснована исторически.

Шагом вперед стала классификация, предложенная издателями большой коллекции позднесасанидской и арабо-сасанидской меди— Р. Кюрие-лем и Р. Гизелен (1980—1983 гг.). Весь публикуемый материал (174 монеты) они разделили на 3 группы по эпиграфическому принципу— наличия или отсутствия на монетах атрибуционных и датировочных легенд а также монограмм центров чеканки. Поскольку коллекция далеко не охватывает всего многообразия медной эмиссии в Иране, предложенная классификация оказалась удобной только для систематизации конкретной коллекции. Тот же принцип выдержан и в последней публикации, посвященной исключительно арабо-сасанидской меди (Гизелен, 2000).

Суть нашего подхода состоит в принципе комплексной (хронологической, административной и конфессиональной) систематизации, позволяющей все важные нумизматические проблемы рассматривать в контексте конкретной эпохи и конкретной среды. Все разнообразие медной чеканки в позднесасанидском и раннеисламском Иране мы свели к 6 большим группам:

I группа — "царская медь" (монеты, чеканенные от имени Хосрова II и его преемников);

II группа — монеты провинциальных домусульманских правителей;

Ш группа — византийско-сасанидский домусульманский чекан;

IV группа — монеты мусульманских наместников-арабов;

V группа — монеты местных иранских правителей раннего ислама;

VI группа — византийско-сасанидский мусульманский чекан.

К "царской меди" мы относим группу монет, которая представляет уменьшенные копии именных позднесасанидских драхм Хосрова П, Буран и Йездигерда III. Ходовой.размер хорошо сохранившихся медных монет находится в пределах 15—18 мм, при колебании веса от 0,80 г до 1,60 г. Большинство позднесасанидской меди из раскопок в Бишапуре и Стахре имеют коррозированную поверхность, монограммы монетных дворов и даты эмиссии не поддаются чтению. На монетах Хосрова П пока удалось определить аббревиатуры Нижнего Вех Кавада (в Вавилонии), Ардашир-хварре, Бишапу-ра и Стахра (в Парсе) и Рейя. Монета царицы Буран выбита в Нижнем Вех Каваде, а монета Йездигерда III — в Адурбайгане. Возможность расширения географии и времени медной эмиссии пока ограничена из-за плохой сохранности раскопочного материала.

Опубликовано около десятка монет александрийской чеканки (Num-mia Alexandria), осуществлявшейся на завоеванной территории Византии между 619 и 629 гг. На лицевой стороне медных монет— погрудное изображение Хосрова II анфас, на оборотной— изображение креста и латинские легенды, Они лучшей сохранности, более полновесны и имеют больший диаметр, чем медные монеты Сасанидов, чеканенные в Иране.

Одновременно с чеканкой царской меди имели место случаи скрытого использования меди для эмиссии фальшивых сасанидских драхм в VI— VII вв. Ни внешним видом, ни весом и размером фальшивые драхмы не отличались от настоящих. Они изготавливались на медной основе с тонким серебряным покрытием обычными штемпелями для серебра. Подделка обнаруживалась спустя годы активного обращения. Эмиссия подделок, по мнению Гебля, осуществлялась по инициативе государства. Шайверт допускает и вариант негосударственной инициативы. Аналогии с посеребренными арабо-сасанидскими монетами Государственного Эрмитажа (в коллекции обнаружено два фальсификата) приводят нас к мысли о том, что практика подделок на государственном уровне была не столь уж редкой и надолго пережила своих-создателей.

Пять утяжеленных за счет двухслойной медной основы субэратных монет ХосроваП (с весом от 6,44г до 6,95 г) в собрании ГЭ мы рассматриваем как контрольные оттиски штемпельных пар, имитирующие реальные драхмы с помощью серебряного покрытия.

К монетам П группы мы относим прежде всего три типа монет биша-пурской чеканки (около 50 ед.), которые разнятся между собой иконографией и легендами лицевой стороны. Легенды называют имена монетных сеньоров: соответственно "Азад", "Дарай" и "Абзай". Монеты не имеют дат, легенда на об.ст. ("Да процветает Бишапур!") указывает на место эмиссии. По отсутствию куфических легенд и иных атрибутов мусульманского правления мы датируем выпуски I пол. VII в. На нескольких монетах III типа встречаются более поздние мусульманские надчеканы, продляющие обращение меди в условиях новой администраций.

Временем последних Сасанидов датируются (по косвенным признакам) и два типа монет сузской чеканки. Легенда на об.ст. — "Задой приказал: разрешено в Шуше" — называет имя монетного сеньора и определяет ареал обращения монет.

К чекану местных иранских правителей мы относим и медные монеты Хабра и Казеруна небольших округов в Парсе. Имя монетных сеньоров, как и даты эмиссии, на них отсутствуют.

Изобразительное и палеографическое разнообразие медаых серий, выпущенных иранской администрацией, проявилось и в эмиссии монет с бюстами правителя (на аверсе) и соправителя (на реверсе), с упоминанием имени монетного сеньора, но без упоминания времени и места действия. Сюда же относятся и полностью анонимные монеты с изображениями, отдаленно напоминающими иконографию сасанидской драхмы.

Диаметр хорошо сохранившихся медных монет более-менее устойчив (18—24 мм); весовые характеристики устойчивы в пределах одного типа, эмиссии или серии. Среди монет П группы наиболее легкими оказались монеты бишапурской чеканки (от 0,79 г до 1,95 г), несколько тяжелее — сузские выпуски (2,13—2,78 г), тяжелые медные монеты из Хабра (от 3,09 г до 3,90 г) приближаются по весу к позднесасанидским и арабо-сасанидским драхмам.

В III группу мы выделили монеты, в которых сочетаются элементы византийской официальной иконографии (на аверсе), христианской символики (на реверсе) и пехлевийского текста (на обеих сторонах). Типологизация внутри группы строится на форме креста (на реверсе): крест распятия (I тип), равносторонний несторианский крест (П тип) и патриарший крест (Ш тип). Форма креста на монетах I типа повторяет крест на солидах императоров Ираклия и Ираклия-Константина (613—641 гг.). Сюжет парных бюстов на л.ст. монет II и III типов заимствован из золотой чеканки тех же императоров, Эмиссия иранских подражаний косвенно датируется I пол. VII в. Монета I типа, судя по монограмме, бита в Бишапуре местной христианской общиной. Монета П типа — там же или поблизости. Монеты Ш типа по всем признакам чеканены в Вех Ардашире — резиденции патриарха-католикоса восточных христиан. Наиболее вероятной датой монет III типа является начало 630-х гг., когда с участием католикоса Ишояба II был заключен с Византией мирный договор, и появление изображений императора и наследника на монете, битой в сасанидской столице, подтверждало установление дружественных отношений с западным соседом и возможность христианам Ктесифона чеканить собственную монету.

Вес монет очень колеблется в зависимости от их типа: I тип — 0,62 г, II тип — 4,22 г, III тип — от 1,18 до 1,36 г:

В IV группу объединены именные медные эмиссии 10 мусульманских наместников-арабов. Половину монетных сеньоров составляют администраторы высокого ранга (Абдаллах б.; аз-Зубайр, Убайдаллах б. Зийад, ал-Мухаллаб б. Абу Суфра, Абдаррахман б. Мухаммад, ал-Хаджжадж б.Иусуф), известные больше по чеканке именных драхм. Во вторую половину вошли менее известные и вовсе неизвестные действующие лица—наместники небольших округов, налоговые инспекторы, заявившие о себе только на меди. Судя по опубликованному материалу раскопок в Парсе, медь Аб-даллаха б. аз-Зубайра, Убайдаллаха б, Зийада и отчасти ал-Хаджжаджа б. Йусуфа в изобразительном аспекте почти полностью копирует их серебряные выпуски. Медные монеты других представителей администрации уже отступают от изобразительного эталона драхмы и варьируют рт выпуска к выпуску. Косвенным образом (большинство меди не датировано) практически весь материал датируется последней четвертью VII в., "гибридные типы" (с явным преобладанием куфического текста над изображением) относятся к началу VIII в.

Существование разнообразных вариаций монетной чеканки среди именной эмиссии большинства мусульманских наместников, на наш взгляд, свидетельствует об активном участии меди в операциях на внутреннем рынке. Вместе с тем, устойчивостью веса отличались лишь медные выпуски ал-Хаджжаджа б. Йусуфа и малоизвестного Халида б. Аббада.

На примере монеты Убайдаллаха из Эрмитажного собрания мы пришли к выводу о возрождении практики эмиссии фальшивых драхм, битых штемпелем для серебра по медному кружку с серебряным покрытием (Басра, 62 г. Х./681 г.).

Самые многочисленные в массе опубликованной арабо-сасанидской меди, монеты иранских правителей раннего ислама (V группа в нашей классификации, более 180 монет) в подавляющем большинстве анонимны. Четыре типа монет с именем Фаррухзада (из Парса) и два типа с именами Дадасп и Денан (из Хузистана) представляют исключение. Судя по монетным дворам, вся монетная эмиссия Фаррухзада была сосредоточена в пределах одной области на западе Парса: в Горе (административном центре Ар-дашир-хварре), в Дашт Барине и Танбуке (округах Ардашир-хварре). Монеты двух первых типов имеют фиксированную дату — 64 г. Иезд. (695 г.), монеты III и IV типов выбиты несколькими годами позднее. Сопоставление времени и топографии медной чеканки Фаррухзада с показателями синхронной эмиссии серебра, в которой имя Фаррухзада занимает скромное место на кромке драхм, определило административный статус иранца как правителя западной части Парса и одновременно налогового инспектора при мусульманском наместнике-арабе.

Монеты Дадаспа и Денана, выбитые в Хузистане, косвенно датируются рубежом VII—VIII вв.

Исследование анонимных медных выпусков дало возможность сделать ряд принципиальных обобщений: а) Все варианты "хосройской" меди скопированы с серебряных монет Хосрова II специальных выпусков, а не с арабо-сасанидских "хосройских" драхм; при отсутствии дат и монограмм монетных дворов время эмиссии определяется по составу коранической формулы между 657 и 682 гг., а место действия — по изображению Анахиты на реверсе территорией Парса. б) Преобладающая часть анонимных выпусков прямо указывает на монетные дворы Парса: Дарабгерд (5 типов чеканки), Бишапур, Стахр (4 типа), Вех-аз-Амид Кавад (2 типа), Кавад-хварре, Ардашир-хварре, Форг. Примерно две трети эмиссий имеют фиксированные даты, оставшаяся треть датируется косвенным образом в рамках одного-двух десятилетий. Те й другие укладываются в хронологические рамки 680—713 гг. в) На монетах, чеканенных в Бишапуре, Стахре, Вех-аз-Амид Каваде и Шуше (Хузистане), в тексте легенд встречаются разрешительные формулы, санкционирующие обращение меди на территории данной провинции. Часть монет дар.абгердской чеканки отмечена куфическими надчеканаМи, разрешающими хождение на рынках Кермана и Ардашир-хварре. г) Хорасанская медь представлена пока несколькими раскопочными монетами мерской чеканки, косвенно датируемыми концом VII в. д) Серия полностью анонимных монет, в которых сохранены сасанид-ская иконография и зороастрийская символика, но атрйбуционные пехлевийские легенды заменены кораническими и благопожелательными формулами, косвенно (по тексту формул) датируется рубежом VII—VIII вв. и локализуется пределами Парса или примыкающих к нему областей. е) Чисто условно к арабо-сасанидской меди мы относим эпиграфические монеты с куфическим текстом, в которых сохраняется пехлевийская "формула фарра" либо пережитки сасанидской эпиграфической традиции. Выпуск медных монет переходного типа датируется последними десятилетиями правления омейядских наместников на территории Ирана, точнее — с 708 по 737 гг.

Византийско-сасанидский мусульманский чекан (VI группа в нашей классификации) значительно богаче и разнообразнее домусульманского. Однако, эмиссии II половины VII в. уже постепенно утрачивают свой христианский облик. Христианская символика сохраняется, главным образом, на лицевой стороне монет,— в виде крестов на коронах императора и наследника. Поначалу она уравновешивается, а позднее и вытесняется зороастрий-ской (иногда — исламской), отражая эволюцию сосуществования конфессий под эгидой новой администрации. Доступный исследованию материал происходит из музейных и частных собраний, а также раскопок в Хузистане и Парсе. По иконографии лицевых сторон зафиксировано несколько серий медных монет, выбитых в христианских общинах юго-западного и центрального Ирана. В науке за ними закрепились определения: "Императорский бюст" (Рев-Ардашир, середина VII в.); "Император с двумя сыновьями" (2 типа, Хузистан/Шуш, 660-е гг.); "Император с наследником" (2 типа, под Ширазом, с именем "монетного сеньора", начало 690-х гг.); "Стоящий халиф" (Шуш, 690-е гг.); "Стоящая фигура с поднятыми руками" (Шуш, 82 г. Х./701—702 г.). На раскопочных монетах из Накш-и Рустама и Стахра, битых в 671/672 и 680-х гг., крест присутствует и на оборотной стороне.

Эмиссия золотых монет в Иране Ш—VII вв.

К этой теме мы обращались в связи с анализом золотой арабо-сасанидской монеты из собрания Государственного Эрмитажа (в статье 1985 г.) и обзором золотой чеканки в Иране (в статье 1998.г.). Изучение нумизматических публикаций и печатных каталогов, неизданных золотых монет Эрмитажного собрания и мусульманских письменных источников убедило нас в том, что эмиссия золотых монет в державе Сасанидов и при ранних мусульманских наместниках осуществлялась в престижных целях, чаще — по случаю коронации монарха и в ознаменование военных побед. Актуальность поддержания престижа особенно ощущалась в первые два века правления династии, поэтому наибольшее число золотых монет чеканено в III и IV вв.

Золотой номинал и термин "денар" был заимствован иранцами у римлян через посредство греческого языка. В обзоре прослежена эволюция веса золотых монет от времени Ардашира 1(1 пол. Ш в.) до 690-х гг. Отмечены случаи выпуска нестандартных денаров со значительными отклонениями от привычного веса (7,00 г — 7,40 г) на раннем этапе сасанидской чеканки и выпуска двойных денаров весом от 14,30 до 14,86 г, фракций в 1/6 денара (от 1,20 до 1,45 г). Эмиссия золота была сосредоточена на главных монетных дворах державы: в столице, в Сузах,; на монетных дворах. Парса, в Абар-шахре и Мерве. Во П пол. V в. вес денара редуцируется до веса драхмы и составляет от 4,00 до 4,5, г, продолжается выпуск и денаров прежнего веса ("полуторных денаров") с весовым разбросом от 6,50 до 7,50 г. В VI в. утверждается практика чеканки денаров штемпелем (т. е. по образцу) серебряной драхмы, но победные спецвыпуски денаров сохраняют особенности золотой чеканки. . '

Судя по наблюдениям, эталоном престижной чеканки были денары 958 пробы, меньшая часть денаров эрмитажной коллекции отмечены пробами 900, 750 и 583. Чеканка низкопробных денаров была характерна для царствования Пероза (457—484), ведшего тяжелую войну с эфталитами на востоке. В собрании Государственного Эрмитажа денары всех преемников Пе-роза имеют высокую, 958 пробу.

По нумизматическим данным, эмиссия сасанидского золота прекращается на денарах Буран (630—631). Традиция возрождается только через 60 лет, при Омейядах, вначале противниками правящей династии — Мусабом б. аз-Забайром в Басре (по ал-Балазури), Омаром б. Убайдаллахом в Парсе (2 денара в Британском музее) и Абдаллахом б. Хазимом в Мерве (1 полуде-нар в Государстенном Эрмитаже). Все выпуски помечены одной датой — 70 г. х. (689/690 г.), совпадающей с пиком служебной карьеры трех выдающихся представителей оппозиции.

Анализ информации письменных источников и данных современной геологической науки позволяет сделать вывод о том, что скромные масштабы золотой эмиссии в Иране при Сасанидах и исключительная редкость при арабской администрации до денежной реформы рубежа VII—VIII вв. объясняются как бедностью золоторудных месторождений в стране, так и нерентабельностью их промышленной эксплуатации. При скромных внутренних ресурсах и эмиссия не могла быть значительной.


Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 241563