Добровольческое движение на Юге России :1917-1920 гг. тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.02, кандидат исторических наук Сухенко, Андрей Дмитриевич

Диссертация и автореферат на тему «Добровольческое движение на Юге России :1917-1920 гг.». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 80528
Год: 
2000
Автор научной работы: 
Сухенко, Андрей Дмитриевич
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Ростов-на-Дону
Код cпециальности ВАК: 
07.00.02
Специальность: 
Отечественная история
Количество cтраниц: 
234

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Сухенко, Андрей Дмитриевич

ВВЕДЕНИЕ

Глава 1. ПРЕДПОСЫЛКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ АНТИБОЛЬШЕВИСТСКОГО

ДОБРОВОЛЬЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ

Глава 2. НАЧАЛЬНЫЙ ЭТАП ФОРМИРОВАНИЯ

2.1 "АЛЕКСЕЕВСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ".

ПЕРВЫЕ ДОБРОВОЛЬЦЫ НА КУБАНИ

2.2 ЦЕЛИ ФОРМИРОВАНИЯ И СТОЯЩИЕ ПЕРЕД НИМ

ГЛАВНЫЕ ЗАДАЧИ

Глава 3. ДОБРОВОЛЬЧЕСКАЯ АРМИЯ ( ДЕКАБРЬ 1917 - МАРТ

1918 гг.)

•3.1 ДАЛЬНЕЙШЕЕ ФОРМИРОВАНИЕ И ОРГАНИЗАЦИОННАЯ

СТРУКТУРА

3.2 ФОРМИРОВАНИЕ ДОБРОВОЛЬЧЕСКИХ ЧАСТЕЙ В КУБАНСКОЙ ОБЛАСТИ

3.3 ОБЪЕДИНЕНИЕ СИЛ ДОБРОВОЛЬЦЕВ

Глава 4. СОЦИАЛЬНЫЙ И ПОЛИТИЧЕСКИЙ СОСТАВ ДВИЖЕНИЯ 1917 - 1920 гг.)

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Добровольческое движение на Юге России :1917-1920 гг."

Гражданская война в истории любого государства является тем краеугольным камнем, который предопределяет на многие годы вектор исторического движения государства и народа, вбираемого им. Гражданская война в истории нашего Отечества играет особую, мессианскую роль. Для России это не только передвижение войск, обоюдный террор, жёсткий прагматизм действий, но и огромная духовная работа в глубине как всего народа, так и в сознании каждого отдельно взятого человека. Это всегда мучительный выбор пути. Выбор, подкреплённый искренним порывом, эмоциями, жертвенностью. Именно таким и было Добровольческое движение в России (как белое, так и красное), особенно на начальном этапе гражданской войны. На мой взгляд, в тот период добровольчество было самым мощным духовным порывом части русского общества, считавшей своим долгом бороться за право жить так, как ей подсказывало сердце и требовали личные убеждения. Именно поэтому данное движение объединило в своих рядах людей разных национальностей, сословий, политических взглядов. Правда, это не говорит о том, что все участники добрдвижения являлись носителями патриотических чувств и идей. Были и те, кто преследовал лишь узкие политико-партийные цели, или защищал свои сословные привилегии, или просто заблудился в вихре революции. Переживая новые смутные времена, для нас становится очень важным делом разобраться в перипетиях событий восьмидесятилетней давности. Ведь без понимания прошлого перед нами вряд ли откроется будущее. Тема доброй воли людей, принимающих подобным образом непосредственное участие в жизни страны, была и остаётся актуальной как в политическом, так и в научном плане.

Революции без .контрреволюции: не бывает и быть не может", - писал В.И. Ульянов (Ленин).[1, Т.12 С.171] Но в советский период нашей истории главное внимание уделялось изучению сил революции, зачастую игнорировалась или принижалась роль контрреволюции в процессах, происходивших на просторах бывшей Российской империи. В свою очередь, до недавнего времени добровольческое движение, "нашедшее приют1' на территории казачьих областей Юга России, рассматривалось лишь как составная часть общероссийской контрреволюции. Являясь без сомнения таковым, оно тем не менее обладало рядом отличающих его черт, главнейшими из которых были патриотизм, конечно, в том виде, как его понимали именно в то время, всесословность, а также реализованность на практике. Добрдвижение значительно само по себе и именно этим оно представляет интерес для исследования. Сегодня назрела потребность проследить процесс зарождения и дальнейшего развития добровольчества как бы изнутри, рассмотреть все этапы его существования, расцвета и увядания, раскрыть социальную психологию масс, принявших в нём деятельное участие. Этими обстоятельствами и объясняется выбор темы исследования.

Объектом данного исследования является добровольческое движение на Юге европейской части России, в первую очередь, в казачьих областях Дона и Кубани. Необходимо особо оговорить, что главным объектом является общероссийское добровольческое движение, тогда как местные (донские и кубанские) добровольческие формирования, получившие вид партизанских отрядов, хотя и упоминаются, но тем не менее остаются вне пределов диссертации.

Предмет исследования - непосредственно процесс формирования движения, как такового, а также изменения социального состава, политических взглядов участников этого движения на разных этапах его развития.

Географическими границами исследования .стали, в первую очередь, казачьи территории Юга России - Область Войска Донского и Кубанское Казачье Войско, а также военные, политические и государственные центры европейской части страны. Такие рамки не случайны, т.к. именно на Дону и на Кубани получила своё реальное воплощение сама идея добровольчества, раньше где бы то ни было в стране. Эти области стали теми центрами, куда стекались все разделявшие его цели и задачи силы. Кроме того, наличие в этих регионах особой казачьей войсковой организации, значительных вооружённых сил, находящихся в подчинении, разделявших идею борьбы с большевизмом, войсковых атаманов, сравнительная слабость пролетарских и полупролетарских сил, а также значительные запасы необходимых ресурсов и продовольствия -всё это предопределило выбор места для будущего формирования. Но практическое осуществление было бы невозможным без предварительной проработки данного вопроса на теоретическом уровне и значительной подготовительной работы её деятельных участников на фронтах Великой войны, Ставке и обеих столицах, поэтому им в диссертации уделяется значительное место. Кроме того, добровольческие силы не были изначально автохтонны, они прибывали отовсюду и в первую очередь из вышеназванных мест. Изучение их позволит глубже проникнуть во внутренние процессы, происходившие в недрах русского общества, даст возможность понять мотивы поведения людей в тех особых политико-социальных условиях.

Влияние добрдвижения распространялось на всю европейскую часть страны, но особенно значительным оно было именно на Юге России. Ни одна'' сколько-нибудь серьёзная военная или; политическая сила не сбрасывала со счетов фактор существования движения и действовала с оглядкой на него.

Хронологическиерамки исследования ограничиваются несколькими периодами. Первые два, относящиеся к вес-не -зиме 1917 года, взяты не случайно, ибо начало дела во многом определяет будущее лицо всего происходящего в последующем. Третий же позволяет подводить первые итоги. А так как все они взаимосвязаны друг с другом, то на их базе становится возможным проанализировать особенности и изменения социального состава, политического и морально-психологического облика участников движения добровольцев. Выводы, к которым мы приходим, становится возможным экстраполировать на обозримое будущее движения. Именно этому посвящена вся четвёртая глава диссертации. Такая хронология интересна ещё и тем, что уже в её рамках просматриваются тенденции, которые привели к последующему краху всего движения частью которого было добровольчество. Движения, противоположного большевизму и общеизвестному, как Белое дело.

Проведённое исследование позволило автору составить собственную периодизацию истории добровольческого движения, состоящую из четырёх этапов:

1-й этап - предварительный (идейной консолидации) апрель - август 1917 года);

2-й этап - подготовительный (август - октябрь 1917 года)

3-й этап - начальный (октябрь - декабрь 1917 года);

4-й этап - собственно добровольческий (с конца декабря

1917 - по 8 января 1919 года).

Временные границы исследования: начальная определяется апрелем 1917 года - подготовкой к проведению, съезда "Союза офицеров армии и флота", ставшим отправной точкой в последующей идейной консолидации будущих добровольцев, а конечная мартом 1920 года - "новороссийской катастрофой" Вооружённых Сил Юга России (ВСЮР).

Цель исследования - попытаться проследить весь процесс зарождения и "становления общероссийского добровольческого движения на Юге России, выявить его особенности как в организационном, так и в политическом, социальном, моральном и военном плане. Для реализации целей исследования необходимо решение некоторых задач, таких как: определить историографическую, источниковую базу исследования, степень изученности проблемы; по возможности точно восстановить процесс зарождения, последующего развития и становления добровольческого движения; проанализировать изменения социального состава движения на трёх этапах: "Алексеевской организации", Добровольческой армии образца начала 1918 года и Вооружённых Сил Юга России; исследовать политические взгляды добровольцев, их моральный и боевой дух; установить основные вехи вооружённой борьбы добровольцев на начальном этапе гражданской войны.

Для решения выдвинутых задач необходимо получить ответы на следующие вопросы :

- когда и почему возникла идея создания добровольческих формирований;

- кто являлся организатором и идейным руководителем этого движения на разных этапах;

- каковы цели формирования и его основные задачи;

- какова роль правительств стран Антанты и США в организации, финансировании и поддержке Добровольческой армии;

- почему для места формирования были избраны казачьи области Юго-Востока России;

- какими были взаимоотношения добровольцев с казачеством и как 'они видоизменялись с течением времени;

- каковы источники финансирования добрдвижения;

- каким было участие добровольцев в начальном этапе гражданской войны;

- структурная организация и численный состав добрформирований;

- кто и почему вступал в Добрармию;

- какие социальные слои и сословия тогдашнего российского общества приняли деятельное участие в этом проекте и почему;

- в чём причины будущего поражения Белого движения на Юге;

- каковы временные рамки собственно добровольческого движения в контексте всей Белой борьбы и другие.

Историография добровольческого движения на Юге России. События гражданской войны привлекали и продолжают привлекать пристальное внимание историков, публицистов, писателей. За весь последний восьмидесятилетний период нашей истории была создана обширная специальная литература, опубликованы многочисленные документы, воспоминания участников тех драматических для судьбы России событий, в которых немалое место уделялось районам Дона и Северного Кавказа, где и возникло движение добровольцев. С момента окончания гражданской войны только до 198 9 года было написано и издано более 17 тысяч книг и статей по её истории.[2,С.59] Да и за последние десять лет учёные-историки не сидели сложа руки. В целом, всё опубликованное по интересующей нас теме можно объединить в два главных направления, первое из которых относится к советской исторической традиции, а второе - к белоэмигрантской. Правда, в последнее время можно говорить о зарождении третьего направления - свободного от догматики дёух первых и несущего объективный незаидеологизированный взгляд на события того Великого времени, но пока оно представлено лишь отдельными монографиями и статьями.

Так как означенная нами проблема не подвергалась достаточному самостоятельному исследованию в силу разных причин, в том числе и закрытости данной темы в- определённые периоды советской истории, при рассмотрении историографии возникает необходимость осветить всё многообразие исследований, связанных в разной степени с добровольчеством или освещающих какую-либо из его граней.

Ещё не отгремела гражданская война в европейской части страны, а её активными участниками уже была начата разработка отдельных тем и сбор материалов, связанных с недавними событиями. Но в чистом виде вопросами возникновения в России антибольшевистского добровольческого движения долго никто не занимался. В исторической науке послереволюционного периода превалировали темы, связанные с революцией и её оценкой, которые непосредственно переплетались с политической и идеологической борьбой текущего дня. Только работы В. И. Ленина, других руководителей Компартии и Советского государства, опубликованные во время и сразу после революции и гражданской войны, содержали важнейшие сведения и обобщения по её истории.

Документы и другие источники собраны ещё не были, и нередко личные впечатления участников становились для всех интересующихся этим вопросом единственным источником знаний и сведений.

Важным событием того времени стало учреждение в сентябре 1920 года Комиссии для собирания и изучения материалов по истории Октябрьской революции и истории РКП(б) - Истпарта, обратившейся с письмом "Ко всем членам партии" с призывом собирать документы по истории партии и революции, создавать на местах архивы революции, разрабатывать архивные материалы, составлять описания и монографии по истории революционных событий. В начале 20-х годов были созданы местные органы Истпарта: отделы при ЦК национальных компартий, бюро при губкомах и обкомах. Истпарт имел свои периодические органы: „"Пролетарская революция" (1921 -1941 гг.) в Москве, "Красная летопись" (1922 - 1934, 1936 -1937 гг.) в Петрограде, "Летопись революции" в Харькове и "Пути революции" (1922 г.) в Казани. Историческими периодическими изданиями также были: "Красный архив" (1922 - 1941 гг.) и "Историк-марксист" (1926 - 1941 гг.).[3]

Деятельность Истпарта, а в последующем и Центрархива, создала возможность для собирания и опубликования материалов и работ, связанных с интересующей нас темой не на прямую, а опосредствованно, т.к. основными темами изучения были история Октябрьской революции и история гражданской войны и иностранной военной интервенции в целом. Для их разработки большое значение имели публицистические произведения партийных, советских и военных деятелей. Так, в статьях И.В. Сталина "К военному положению на Юге" и "Новый поход Антанты на Россию"(1920 г.) была изложена история основных событий в России с весны 1919 до лета 1920 года, дан анализ причин поражения интервенции и контрреволюции.[4] Эти работы в последующем оказали своё влияние на процесс изучения истории как всей гражданской войны, так и её хода и действующих сил на Юге России.

Основными учреждениями, изучающими историю гражданской войны, были штаб Красной армии, Военная академия и различные военно-научные общества (ВНО), например, Комиссия по исследованию и использованию опыта мировой и гражданской войн. В первую очередь изучалась военно-оперативная сторона событий. Создавались работы и более широкого плана, содержавшие анализ расстановки ' ' классовых сил в годы гражданской войны[5], а также первые военно-ис-торические исследования, авторами которых были полководцы Красной армии. Так, определённое место в историографии о Добрармии занимают многотомный труд- В.А. Антонова-Овсеенко[6], в котором сочетаются воспоминания с исследованием документальных источников, и Л.Д. Троцкого[7]. Они использовались главным образом для справок, ссылок фактического порядка.' Хотя выводы, содержащиеся в них, противоречивы и подчас субъективны, эти монографии имели большое историческое значение и впервые вводили в научный оборот важные источники, обобщали ход боевых операций. Особенно это касается - "Записок о гражданской войне" В.А.Антонова-Овсеенко, т.к. они содержат не только систематическое изложение автором хода боевых действий на Юге России, но и собрание документов, не попавших ни в какие архивы. Немалую пользу также принесли военно-исторические сборники ВНО при Военной академии.[8, Т.1 С.21] Правда все эти работы можно назвать монографиями лишь отчасти, т.к. по существу это были мемуары и воспоминания, но наличие в них попыток авторов разобраться в перипетиях событий, сделать обобщения, исследовать имеющиеся источники, позволяют считать их одними из первых монографий молодой советской исторической науки.

Темы добровольчества касались и созданные в начале 20-х годов Истпарты Ростова-на-Дону, Таганрога, Краснодара, Ставрополя, Грозного, которые предприняли издание хроник, сборников статей, воспоминаний и отдельных очерков активных участников революции и гражданской войны.[9] Особый интерес представляет выходившая в Ростове-на-Дону с 1922-1924 гг. "Пролетарская революция на Дону"(4 сборника). Как правило, эти работы носили публицистический характер. Их авторы ещё не могли делать "глубоких обобщающих выводов, 5показать проявление общих закономерностей и особенностей пролетарской революции и гражданской войны на местах".[10,С.8]

В литературе 20 - 30-х гг. тема гражданской войны, различных её аспектов была наиболее многочисленной. Уже к концу 20-х гг. ей посвящалось более трёх тысяы книг, брошюр и статей, изданных в- СССР. Вышли и обобщающие работы Н.

Какурина, А. Анишева и А. Голубева [11], из которых можно выделить труд Н.Е. Какурина, созданный на богатейшем документальном и фактическом материале, причём, автор уделил значительное внимание южному театру военных действий и непосредственно добровольческому движению.

Изучали историю Добрармии и историки, работавшие в семинариях Института Красной профессуры. В частности, именно там защищал свою работу Д. Кин [12] . Это, на мой взгляд, одна из лучших работ своего времени, посвящённых истории Добровольческой армии и государственно-хозяйственному управлению белых на Юге России, но о времени зарождения и появления добровольческого движения автор поведал лишь в главе I ("Организация Добровольческой армии. Роль общественно-политических группировок в организации Добрармии") и частично в главе II (Союзники и Добрармия. Роль интервенции в белом движении на Юге") своего исследования.

В начале 30-х гг. A.M. Горький предложил начать издание научно-популярной массовой "Истории гражданской войны в СССР". Решением ЦК ВКП(б) в 1931 году была создана Главная редакция "Истории гражданской войны в СССР", в которую был включён и сам A.M. Горький. Её публикация продолжалась с 1938 по I960 гг.[13], и стала первым фундаментальным трудом на эту тему. В проспекте шестнадцатитомной "Истории гражданской войны", изданном в 1932 году, были предусмотрены специальные тома, в которых планировалось щ расскрыть внутреннее состояние контрреволюционных сил в 1917 году и в последовавшей затем гражданской войне. Но. замысел редакции в этой части остался нереализованным, а при сокращении объёма издания вообще выпал из него. "Подобная "методология", - по мнению В.Д. Поликарпова, - на протяжении известного времени служила тормозом в изучении враждебного революции лагеря, мешала в конечном счёте выявлению соотношения сил борющихся сторон и воссозданию реальной картины классовой борьбы".[14,С.25-2б]

Серьёзными исследованиями событий 1917 -1921 гг. на Дону и Северном Кавказе являются работы H.JT. Янчевского и И.П. Борисенко.[15] Систематизировав и обобщив накопленный к тому времени материал, эти авторы проанализировали экономическую обстановку и расстановку социально-классовых сил в этом регионе накануне и в период Октябрьской революции, проследили процесс установления Советской власти, основные этапы борьбы с контрреволюцией и интервенцией. Однако, Н. Янчевский и И. Борисенко преувеличивали значение сословного момента, утверждая, будто сословная замкнутость казачества обусловила создание единого фронта иногородних против казаков.[10,С.8-9]

Несколько слов об исследованиях, посвященных казачеству Юга России, т.к., говоря о добровольцах, невозможно не сказать о нём, ведь именно территории Дона и Кубани стали местом образования добрдвижения. Да к тому же, по данным Г. Покровского, казачество составляло 75 % от общего состава Добрармии во второй половине 1918 года.[16, С.99]

Уже в 20-е годы предпринимались попытки изучить позицию казачества в классовой борьбе, его социально-экономический облик. Решения апрельского (1925 г.) Пленума ЦК РКП(б) способствовали более глубокому изучению "казачьего вопроса" в революции.[17,С.42] Ряд работ с большой точностью освещал позицию казачества на первом этапе вооружённой борьбы на Юге.[18] Но эти исследования- носили печать субъективизма, основное внимание в них уделялось боевым действиям. Преувеличивался сословный момент. Однако их авторы впервые затронули данную тему, и поэтому их безусловной заслугой является то, что они ввели в исследовательский оборот большое количество местных источников.

Негативное влияние на исследования в данной области оказало высказывание И. В. Сталина о казачестве, как исконном орудии русского империализма. В середине 30-х гг. завязалась даже полудискуссия о роли казачества в гражданской войне, основной точкой зрения которой стала мысль о казачестве, как сплошной контрреволюционной силе, но кубанские историки аргументировано выступили против неё. Позднее коснулся этой проблемы И. Разгон в своём труде "Орджоникидзе и Киров и борьба за власть Советов на Северном Кавказе"[19], в котором сделал заключение о том, что Дон являлся очагом общероссийской контрреволюции.

Общее для всех исследований того времени - однобокое отношение к казачеству, как к привилегированному крестьянскому сословию, при игнорировании его этносоциальной сущности, которая и позволила казачеству не исчезнуть.

В тот период была заложена господствовавшая до самого недавнего времени, временами видоизменявшаяся в силу политических причин, точка зрения на Добровольческую армию и её социальный состав. Добрармия однозначно воспринималась как контрреволюционная сила в целом, ставившая своей целью восстановление монархии и дореволюционных порядков в стране. В силу превалирования классового подхода в истории, характер добрформирований оценивался как классовый. Как писал Н.Л. Мещеряков:- "Под знамя контрреволюции собрались . все эксплуататоры крестьян и рабочих, все те, кого пролетарская революция больно ударила по карману. Под это же знамя ушло большинство старого царского офицерства, которое было глубоко обижено тем, что -революция положила конец их власти над безответной солдатской массой, и значительное количество верхов интеллигенции, интересы которых были тесно связаны с интересами буржуазии". ~ [20, С. IУ]

Научная литература, относящаяся к интересующему нас периоду гражданской войны, в своём большинстве носит мемуаристический характер, со всеми вытекающими отсюда последствиями. При их использовании всегда необходимо учитывать историческую обстановку, которая в той или иной степени оказывала влияние на автора, его личные пристрастия и убеждения. В этой области бесспорными лидерами были и остаются зарубежные издания, принадлежащие перу руководителей и рядовых участников белого движения.

Во время занимания белогвардейцами Юга России, в 1918 -1920 гг., в Ростове-на-Дону и Екатеринодаре были изданы целые серии брошюр, посвящённые деятелям Белого движения, личностям, стоявшим у истоков Добровольческой армии.[21] Они носили очерковый характер, выделяясь патриотическим пафосом, и сознательно идеализировали тех людей, которым были посвящены. Большинство этих изданий вышло из недр ОСВАГа и создавалось в чисто пропагандистских целях, соответственно обладая всеми недостатками, присущими этому типу произведений. Однако в них содержатся не только общие сведения, но и большое количество мелких деталей и уточнений, без которых трудно восстановить реальную картину событий. Эти исследования стали по существу основой всей будущей белоэмигрантской историографии не только добровольчества, но и белого движения в целом.

Интересен и тот факт, что ещё во время гражданской войны командование ВСЮР предпринимало попытки создания истории Добрдвижения. С этой целью даже были сформированы специальные команды, которые занимались сбором документов, материалов, свидетельств очевидцев, но это дело не было доведено до конца из-за стремительного наступления Красной армии в конце 1919 - начале 1920 гг.

Расцветом белой мемуаристики были отмечены 20-е,- начало-. 30-х гг. Говорить обо всём огромнейшем пласте данной литературы, бывшей одновременно и источником и исследованием, не представляется возможным. Это дело отдельного исследования. Остановимся лишь на тех работах, которые напрямую связаны с указанной нами темой. Среди авторов - А.И. Деникин, A.C. Лукомский, C.B. Денисов, Н. Добрынин, А.П. Филимонов, Г. Покровский, Р. Гуль, А. Зайцов и многие другие.[22] Выходили за рубежом и сборники: в Берлине - "Архив гражданской войны"(1921 г.), издаваемый И.В. Гессеном "Архив русской революции" (1922-1937 гг.), "Белое дело. Летопись белой борьбы" (1926-1933 гг.); в Париже - "Белый архив" (1926-1928 гг.).[23]

Многообразна была и белоэмигрантская периодика. На Балканах - "Казачьи думы" (София), "Донская летопись" (Белград); в Чехии - "Казачья земля", "Казак" (Прага); во Франции - "Казачье дело", "Родимый край", "Станица", Казачий литературно-общественный альманах (Париж) и многие, многие другие. Смею утверждать, что этот огромнейший литературно-исторический и научный пласт ещё не изучен в достаточной мере и хранит в себе очень много ценнейшей информации о добровольцах Юга России.

К сожалению, белая исследовательская и мемуарная литература пронизана антисоветской тенденциозностью (да это и понятно) , а в некоторых изданиях утрачена научная объективность и добросовестность, что нередко приводило к фальсификации истории. Настоящих исследований, в полном смысле слова, было ещё очень мало. Но важность этой литературы несомненна. Об 'этом писал известный военный историк 20.- 30-х годов Н.Е. Какурин, указывая на то, что "само по себе, знакомство с белой литературой необходимо, поскольку из неё приходится черпать многие факты и подробности, особенно бытового порядка .она же помогает проверке хронологии тех или иных событий .т.к., надо правду сказать, в хронологии событий гражданской войны у нас часто встречаются погрешности, а кроме того, она даёт представление о внутренних взаимоотношениях в стане белых". [ 8,Т.1 С.21]

Как же себя оценивали и кем считали сами добровольцы?

Из всего многообразия точек зрения основной всё же была та, которая появилась ещё в годы гражданской войны: Начинали "великое дело" "великие изгнанники", а поддержали его "великие патриоты". "Как все истинно великие дела имеют своей причиной простые основания, так случилось и при создании Добровольческой армии: генералом Алексеевым руководило простое чувство любви к гибнущей Родине". [24,С.5,8] "Добровольческая армия сражается во имя единой, неделимой, великой России, т.е. ради осуществления политического идеала".[25,С.б] Окончательное своё завершение и наибольшую чёткость эта точка зрения получила позднее в статье И.А. Ильина "Белая идея".[26,С.8-15]

Социальный состав армии также оценивался по-разному. От "Добровольческая армия внеклассова и внесословна"[25,С.9] до признания А.И. Деникина, что армия несла на себе "печать классового отбора"[27,С.30-31], и более радикальной мысли Р. Гуля, что "такая армия победить не может".[28,С.7] По мнению полковника А. Зайцова, антибольшевистское движение было по преимуществу движением военной молодёжи, а эта категория была слишком малочисленна для того, чтобы вести борьбу в одиночку.[прив. по:29,С.7]

В целом, по определению А.И. Деникина, тогда вызрело и сформировалось самостоятельное "военно-общественное движение".[30,Т.2 С.196]

Главным достоинством литературы 1920 - начала 1930-х гг., причём, как белоэмигрантской, так и советской, было наличие в~ ней фактографического материала. В целом, как верно заметил A.A. Зайцев: "Для литературы 20-х - начала 30-х годов было характерно тесное переплетение элементов публицистики, мемуаристики и научного исследования. .Всё это придавало историческим трудам живой эмоциональный облик, иногда, к сожалению, в ущерб объективности содержания".[31,С.10] Вообще этот период - особый в истории как нашего государства, так и советской исторической науки. Это было время поиска, нетрадиционных идей, относительного многообразия мнений и изданий. Не секрет, что именно тогда в Советской России были изданы практически все сколько-нибудь значимые белоэмигрантские мемуары и монографии (с купюрами и без). Именно тогда появилась и знаменитая шеститомная серия сборников под редакцией С. А. Алексеева "Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев" [см. 27] , которая в разных вариациях издавалась с 1926 по 1931 год. Как верно заметил А. И. Ушаков, "в 20-е годы существовала непосредственная связь между советскими исследованиями и трудами авторов русского зарубежья".[Цит. по: 32, С. 16] Феномен этого времени до сих пор не оценён по достоинству, а само оно в достаточной мере не изучено.

Говоря о нём, нельзя не упомянуть и о попытках составить первую библиографию гражданской войны. В Советской России её предпринял сотрудник краеведческого отдела СевероКавказской краевой библиотеки им. Карла Маркса Е.И. Рыскин, а в Праге С.П. Постников.[33]

В 30-е годы ситуация в советской исторической науке, как и в целом по стране, стала меняться. Начали закрываться определённые темы, а ранее вышедшие книги заключались в спецхраны и становились недосягаемы для большего числа исследователей. В стране началась пора массовых репрессий, которая не минула и историков. Так по необоснованному обвинению были арестован и расстрелян Д. Я. Кин, а Н.Е. Какурин умер в тюрьме. Меняется и направленность исследований. Теперь в основном изучается и рассматривается деятельность Коммунистической партии и её лидеров в годы гражданской войны. Но даже тогда учёные-историки сообщали в своих работах важнейший фактический материал о событиях интересующего нас периода.[34; 19]

Взгляд на Добровольческую армию и её социальный состав становился более жёстким и однообразным. Обилие официально-идеологических штампов, нетерпимость к другим точкам зрения, за которые можно было поплатиться и головой, являлись нормой. С середины 1930-х гг. в исторической литературе в отношении темы белого движения вообще наступает определённое затишье. Перестают публиковаться и мемуары белогвардейцев. Интерес к источникам эмигрантского происхождения начинает резко падать, и они в дальнейшем на долгие годы оказались преданными забвению. A.A. Зайцев связывает это умолчание с утвердившимся к середине 1930-х гг. в исторической литературе мнением, что изучение истории контрреволюции не заслуживает внимания исследователей. [31,С.12]

Оценка противника, каким он был в действительности, нередко подменялась карикатурным изображением генералов и иных лидеров контрреволюции" (В.Д. Поликарпов). [14,С.26]

Новый этап в изучении гражданской войны наступил во второй половине 50-х годов. Разработка этой темы и истории Октябрьской революции приобрела широкий размах и более углубленный характер, в особенности после XX съезда КПСС. Расширился круг исследователей и методологическая база исследований. Гражданская война на 'Юге России получила дальнейшее освещение в ряде коллективных трудов, монографий, диссертаций, раскрывающих своеобразие условий, в которых проходила гражданская- война в этом районе, но тема зарождения и развития добровольческого движения, как и в предыдущие годы, так и не была рассмотрена. О ней кратко говорили в общих работах по истории Великого Октября или её касались, посвящая ей лишь небольшие главки или иногда упоминая отдельные эпизоды для полноты хронологии, историки Дона, Донбасса и Кубани.[35] Все вопросы о добровольчестве рассматривались довольно однобоко, высвечивая в основном то, как со всем этим явлением боролись, какими методами и какое место в этой борьбе занимала партия большевиков, совершенно игнорируя противную сторону.

В целом, локальным работам этого периода, по мнению К.А. Хмелевского, были присущи недостатки, являющиеся продолжением, в известной мере, их достоинств.[10,С.10] А известный историк Ю.К. Кириенко считает, что многие вопросы данных исследований были решены авторами конспективно.[36,С.5]

В 1962 году вышла коллективная работа по истории Октября, в которой исследование было доведено до конца 1918 года[37], а в основу был положен огромный документальный материал, по существу используемый впервые. Событиям на Дону и Северном Кавказе было уделено сравнительно немного места, но общая схема изложения материала, отбор и принципы освещения важнейших вопросов оказали большое влияние на историческую литературу о гражданской войне в этом регионе.

Начиная с 60-х годов авторы стремятся более глубоко, всесторонне изучить, интересующую нас и пограничные с ней проблемы, путём локальных исследований различных вопросов. В частности, получили освещение и такие важные вопросы, как расстановка и соотношение классовых сил в Донской области и на Кубани в канун и после Октябрьской революции, а также подготовка "второй корниловщины" на Дону[38], хотя впервые вопрос о "второй корниловщине" был поднят ещё в 1 томе

Истории гражданской войны в СССР" в 30-е годы. Но в целом данная проблема осталась изученной недостаточно.

В 60-70 годы начал складываться комплекс работ по истории борьбы революции и контрреволюции. Для данного периода характерен возросший интерес к изучению сил, противостоящих лагерю революции. Эта задача решалась в исследовании внутренних процессов, происходивших в противостоящих лагерях, консолидации сил революции, противоречий, раздиравших её противников, исследовании антинародного характера политики этого лагеря.[39] В них революция и контрреволюция изучались не как два параллельных рода, а в их постоянной конфронтации, в реальных столкновениях. Эти работы объединяются общим методологическим подходом - стремлением раскрыть логику внутреннего развития и противоборства двух лагерей, в конечном итоге, закономерности победы революционного лагеря и решающих поражений контрреволюции. Из всех этих работ период первых месяцев существования Добровольческ'ой армии наиболее подробно затрагивал труд В.Д. Поликарпова, который до сих пор не утратил своей научной ценности. Особой заслугой исследователя стал скрупулёзный разбор источников, принадлежавших перу партийных, советских и военных' деятелей, относящихся ко времени революции и гражданской войны, а также изучение периода непосредственно предшествовавшего возникновению добрдвижения как такового.

Тогда же были предприняты публикации документов, позволившие по-новому подойти к освещению многих аспектов истории гражданской войны и иностранной интервенции.[40] Развитие источниковой базы не только дало возможность расширить проблематику научных исследований, но и на новой -основе подойти к исследованию важных этапов гражданской войны, одним из которых, без сомнения, является период Добровольчества на Юге России. Характерной чертой археографической деятельности стал переход от выпуска отдельных тематических документальных публикаций к изданию фундаментальных многотомных серийных или фондовых публикаций, образцами которых являются "Великая Октябрьская социалистическая революция. Документы и материалы",

Директивы Главного командования Красной Армии (1917 - 1922 гг.)" и др. Но тем не менее, большинство документов, особенно белого движения, по-прежнему было недоступно, т.к. они продолжали храниться в архивах под грифом "секретно".

Во второй половине 70-х годов в региональных научных центрах отметился рост тенденции раздвинуть географические границы исследований и рассматривать ход борьбы за власть Советов в рамках территорий, обладающих общими чертами.[41] Это привело к созданию, под руководством Научного совета АН СССР по комплексной проблеме "История Великой Октябрьской социалистической революции" во главе с академиком И.И. Минцем, коллективной монографии "Октябрь на Дону и Северном Кавказе"[42], которая содержала информацию и о зарождении добровольческого движения.

К вышеозначенному комплексу работ тесно примыкают исследования, повествующие о роли казачества и отдельных его слоев в революции и гражданской войне. Казачьей проблеме вообще стало больше уделяться внимания. Изменилась глубина исследований и на местах. В работах Д.С. Бабичева, А.И. Козлова, Г.Л. Воскобойникова, Д.И. Прилепского и других историков были проанализированы социально-экономические отношения в казачьих станицах и хуторах накануне Октября, прослежены процессы дифференциации казачьих хозяйств, классового расслоения населения. [43] Вместе с -тем, большинство исследователей указывало, что лучшая, чем у крестьян, земельная обеспеченность, наличие в хозяйстве, жизни и быте многих средневековых черт, тормозили процесс политического размежевания среди казачества; сохранялась почва для сословной вражды, классовая борьба порою облекалась в сословную форму, что стремились использовать силы контрреволюции.[4 4,С.21] Всё это обусловило, по мнению А. И. Козлова, превращение казачьих областей в 1917 - 1920 гг. "в арену ожесточённой вооружённой борьбы".[45,С.198]

В исследовательской литературе были преодолены ранее бытовавшие представления об областническом, местном характере казачьей контрреволюции. Академик И. И. Минц указывал, что "контрреволюция на Дону стала не только локальной силой, препятствующей установлению Власти Советов в этом районе", но превратилась во "всероссийский центр контрреволюции, основной базой которого была Область Войска Донского".[4 6, Т.З С.490,494] Атамано-кулацкие слои казачества стали рассматриваться как важнейшая опора "всероссийской помещичье-буржуазной реакции".[44,С.21]

Вместе с тем, сохраняются единичные попытки рассматривать казачество как "сословно-эксплуататорский класс"[47], ряд неточностей, встречающихся даже в серьёзных исследованиях, искажал общую историческую картину.[17,С.43]

Роль калединщины, как одного из основных звеньев контрреволюции, обосновавшейся на Дону, обстоятельно была исследована Ю.К. Кириенко.[36] В его монографии показана идейная общность и организационная связь калединского правительства с российским добровольческим движением, а также покровительство, оказываемое Каледину со стороны Антанты и США. Ю.К. Кириенко был использован большой круг разнообразных источников: от архивных документов до периодической печати и мемуаров активных участников тех событий. Проанализирована и зарубежная литература по данной тематике. Так как темы калединщины и добровольческого движения тесно соприкасаются, автор, уделил последней значительное место в своём труде. Особенно следует обратить внимание на третью главу данного исследования. Правда, тогдашние идеологические реалии наложили свой отпечаток на монографию, помешав более полно осветить проблему. Даже в этой работе, взгляд на Добровольческую армию и её социальный состав остался традиционным: "Из центральных районов страны начало стекаться многочисленное офицерство, юнкера, буржуазно-помещичье отродье".[36,С.60]

События, относящиеся к возникновению добровольческого движения на территории Кубанского казачьего войска, вообще оказались на периферии исследований о начальном этапе гражданской войны на Юге России, так как здесь основным предметом научного поиска были проблемы, связанные с кубанским казачеством, его местом и ролью в событиях 1917 -1920 гг., взаимоотношения казачества с иногородними, социально-политические и экономические отношения на территории Кубани, влияние большевистской партии на происходящие там процессы и другие.[48] По существу, эта тема так и осталась практически не освещенной.

Активизации научного поиска по вопросам казачьей проблематики способствовали Всесоюзные научные конференции, проходившие в Черкесске и Нальчике, в 1980, 1986 и 1992 годах. Так, 12 - 13 ноября 198 0 года в Черкесске состоялась Всесоюзная научная конференция, посвящённая роли и месту казачества в революции и гражданской войне, которая, сделав вывод о том, что данная тема так до конца и не исследована, наметила основные задачи и приоритеты в исследованиях. Были выдвинуты задачи создания монографических исследований, анализирующих роль казачьей контрреволюции/ её взаимодействия с различными течениями и организующими центрами антисоветских сил и т.д.[44,С.23]

В этом же году была начата публикация двухтомника "Гражданская война в СССР"[49], созданного историками Института военной истории Министерства обороны СССР.

Основное внимание в нём было уделено военному фактору, вооружённой борьбе, а другие формы "классовой борьбы" были рассмотрены под углом зрения их~ влияния на ход и исход вооружённой борьбы. К сожалению, добровольчеству в этом труде уделено до обидного мало места, сама проблема освещена схематично. Полностью проигнорированы периоды существования "Алексеевской организации", а события аналогичного плана на Кубани даже не обозначены. Роль генералов Алексеева и Корнилова в деле создания Добровольческой армии, как наиболее боеспособной организации общероссийской контрреволюции принижена и не нашла достаточного освещения.

К теме гражданской войны на Юге России и добровольчества продолжал поддерживаться интерес и среди российской эмиграции. И хотя к тому времени большинство участников белого движения умерло или погибло, но в предвоенный и послевоенный периоды продолжали выходить исследования и публиковаться воспоминания, принадлежащие их перу. Здесь следует назвать таких авторов, как Н.М. Мельников, Н.З. Кадесников, А. П. Богаевский, С. В. Денисов, профессор H.H. Головин и т.д.[50] Причём, деятельность последнего оказалась очень примечательной. Профессор Николаевской академии Генерального Штаба, некоторое время начальник штаба в ставке адмирала Колчака, он являлся инициатором создания и был бессменным руководителем Зарубежных высших военно-научных курсов в Париже (1927 - 1939) и Белграде (1931 - 1944), выполнявших за рубежом роль русской военной академии и названных впоследствии . его именем. В послевоенный период его дело продолжили его соратники и ученики - под руководством профессора полковника Е. Месснера в ^ Южно-Американском отделе Института по исследованию проблем войны и мира имени генерала профессора H.H. Головина.[51,С.51] Что касается его труда о российской контрреволюции, увидевшего свет накануне Второй мировой войны, то содержание этого исследования представляет особый интерес'. Автор не ограничился разбором главнейших операций гражданской войны. В его понимании, период борьбы революции и контрреволюции охватывает только первый год войны. Впоследствии, по его мнению, нужно говорить о противостоянии двух сил, олицетворявших собой альтернативные возможности послереволюционного развития. Автором был привлечён широкий круг источников, каждая из пяти частей исследования Н. Головина делится в свою очередь как на авторский текст, так и на обширные приложения, включающие важнейшие документы.

Продолжают существовать и многочисленные эмигрантские периодические издания, особую роль среди которых занимали журналы "Часовой", существовавший ещё. с 30-х гг., "Вестник первопоходника", а также издававшийся в Нью-Джерси (США) "Общеказачий журнал". Они содержат богатейший фактический материал, исследовательские статьи практически ещё не изученные и мало используемые в исследованиях об интересующем нас периоде гражданской войны на Юге России.

Точки зрения авторов-эмигрантов на Добрармию не претерпели значительных изменений по сравнению с предыдущим временем. Но здесь следует отметить тот факт, что эмигрантская литература носила более многогранный характер и освещала более широкий диапазон мнений, нежели официальная советская историческая школа.

В 80-е годы, а в особенности с провозглашением в стране курса, на перестройку общественной и политической жизни, интерес к истории гражданской войны и белого движения заметно возрос. Усилилась интенсивность исследователей в добывании новых материалов, началась разработка ранее закрытых тем. В первую очередь, всё это нашло отражение на страницах периодических изданий. Возобновилось переиздание находившихся в спецхранах монографий, мемуаров и воспоминаний активных участников событий революции и гражданской войны. На общество был обрушен поистине вал информации. Среди опубликованных монографий можно выделить труды К.А. и С. К. Хмелевских, Ю.К. Кириенко, Г.З. Иоффе, A.B. Венкова, И. Гегузина, очень интересную монографию А.Г. Кавтарадзе и многих других.[52] Особое внимание хотелось бы уделить исследованию А.Г. Кавтарадзе "Военные специалисты на службе Республики Советов. 1917 - 1920 гг.", которое в корне изменило взгляд на социальный состав Добрармии в начальный период её существования. Исходя из приведённых автором данных, можно сделать вывод, что армия получилась довольно пёстрого '.социального состава, причём, наиболее многочисленным в ней был разночинный элемент, в силу своего старания и умения, а также благодаря Великой войне, дослужившийся до офицерского звания.

На рубеже 80 - 90-х гг. некоторые исследователи и публицисты впали в очередную крайность. Вместо трезвого и взвешенного подхода к темам, посвящённым революции и гражданской войне, требующим такта и уважения, большинство публикаций стало грешить воспеванием и безудержным восхвалением ранее проклинаемой и всячески поносимой белой гвардии, отнеся все прегрешения и эксцессы гражданской войны на совесть большевиков и их лидеров. Преобладающим в этот период было эмоциональное отношение к истории, а не основанное на реальном знании фактического материала.[53] В чести оказались перевёртыши и сиюминутчики от истории и примеров этому до сих пор очень много.

Разоблачение антинаучных концепций, откровенной фальсификации истории остаётся важнейшей обязанностью отечественной исторической науки, могучим оружием которой должна быть историческая правда и объективность. В этом я вижу долг историка.

В послевоенный период также было продолжено изучение историографии истории гражданской войны. Этой проблемой занимались Д. К. Шелестов, И. Л,. Шерман., С.Ф. Найда, В. П. Наумов, В.Д. Поликарпов и другие исследователи.[54] Правда, она рассматривалась опять же с позиций существовавшей идеологической доктрины, и поэтому иной взгляд на разные вопросы гражданской войны представлялся как ошибочный. По мнению В.П. Федюка, "советская историография в лучшем случае лишь обозначила первые подходы к изучению белого движения. Серьёзных успехов в этой области не было, да и не могло быть, поскольку ответы на все главные вопросы были известны заранее".[29,С.10] Подобное заявление ставит под сомнение всю ту огромную работу, которую проделали советские исследователи в не совсем простых политических реалиях. Из публикаций последнего десятилетия на эту тему особый интерес представляет исследование А. И. Ушакова о литературе русского зарубежья.[55]

90-е годы стали особенно значимыми для изучения вопроса о добровольческом движении на Юге России и истории Добровольческой армии. Именно в это время начали издаваться новые журналы, выходить различные сборники, так или иначе связанные с этой темой. Наиболее примечательные публикации можно встретить в журналах "Цейхгауз", "Новый часовой", "Военная быль". Особенность этих изданий заключается в том, что основная часть публикаций в них отражает белоэмигрантскую точку зрения на события восьмидесятилетней давности, хотя они написаны нашими современниками»

Начиная с 1993 года прошло несколько международных и всероссийских конференций по гражданской войне в России, были опубликованы- сборники их материалов и тезисов.[56] В феврале '1995 года состоялся круглый стол с повесткой дня "Белое движение на Юге России (1917 - 1920)".[57] Вышли и работы, продолжающие уже в модернизированном виде имеющуюся советскую историческую традицию.[58] Среди ник выделяется монография В. Д. Поликарпова "Военная контрреволюция в России. 1905 - 191.7 гг." В ней автор смог на основе уже известных и впервые вводимых в научный оборот источников, рассмотреть процесс появления боевых кадров контрреволюции - в первую очередь среди командных верхов армии и офицеров Генерального штаба, выхода их на политическую арену, а затем и непосредственное их участие в гражданской войне. Значительная часть исследования посвящена персоналиям будущих командиров Добровольческой армии. В данной работе В. Д. Поликарпов сделал вывод о неизбежности "в то время превращения классовой борьбы в России в борьбу с оружием в руках".[14,С.20-21]

Постепенно появляются исследования свободные, в той или иной мере, от уже существующих стереотипов, теорий и выводов. В них просматривается попытка непредвзято взглянуть на прошлое, увидеть всё многоцветие, а не двуцветие разворачивавшихся на Юге России в 1917 - 1918 гг. событий.[59] Повышение интереса к данной тематике нашло своё конкретное выражение в защите кандидатских и докторских диссертаций, напрямую связанных с белым движением на Юге нашего Отечества.[60]

Собственно добровольческому движению на Юге России в последнее десятилетие было посвящено очень мало работ. Так, были опубликованы статьи А.И. Козлова и A.B. Венкова, в которых затрагивались различные аспекты зарождения, развития добровольческого движения и жизнедеятельности Добровольческой армии именно в начальный этап её существования.[61] Заметно возрос интерес к личностям лидеров российской контрреволюции и руководителям Добровольческой армии. Этой проблематике посвящены статьи А. И. Козлова, A.B. Венкова, A.B. Шишова и других учёных-историков. [62]

Несколько слов о зарубежной историографии. Изучение новейшей истории России долгое время на Западе существовало в рамках так называемой "советологии" и рассматривало лишь историю большевизма и Советской власти. Специальных работ, посвящённых добровольческому движению, да, и трудов о самой гражданской войне, до недавнего времени было выпущено сравнительно немного.[63] Однако в общих трудах этому вопросу уделялось некоторое внимание. Большинство зарубежных историков считало, что гражданская война з России была продолжением мировой войны. Этой темы касались Ф. Лонгуорс, Д. Футмэн в своей "Гражданской войне в России", Роберт Планет, Питер Кенез, Уильям Чемберлин, Джон Бредли и др. Американец русского происхождения Глазков в своих работах принижал социально-классовый характер гражданской войны. Западных исследователей чаще всего интересовали проблемы интервенции против Советской России, белого движения в целом, причин гражданской войны и особенно причин;поражения контрреволюционных сил.

Для зарубежной историографии характерно стремление преуменьшить масштабы интервенции, свести всё к утверждению, что у союзников не было ни средств, ни желания проводить её в размере достаточном для разгрома большевизма.(П. Кенез) Таким образом прослеживается стремление отодвинуть на задний план проблемы, связанные с интервенцией и "затушевать" её роль в разжигании гражданской войны.

Характерным является искажение самого понятия "гражданская , война". Историк Т. Эберт рассматривал гражданскую войну как "вооружённый конфликт между двумя или более группировками и партиями внутри государства с целью замены одной власти другой". [64] ^.'

Зарубежные исследователи пытаются представить белое движение в качестве "национального русского сопротивления", а отдельных его лидеров "либералами", "людьми высоких идеалов", "борцами за Россию".[65] В представлении, например, М. Грея и Ж. Бурдье "население не питало никакой антипатии к антибольшевистскому движению".[66]

Советологи отрицали объективную закономерность победы Советов над интервентами и белогвардейцами. Большинство их концепций строятся на основе тезиса о "пассивности" народных масс в гражданской войне, согласно которому война представляла собой противоборство политических группировок за власть при общей "апатии" народа.[67,С.62]

Необходимо сказать, что в зарубежной историографии тоже произошёл своеобразный "раскол" исследователей на ортодоксальное (появилось с конца 40-х гг.) и ревизионистское направление академической советологии. По словам профессора Принстоиского университета Стивена Коэна, ортодоксальная школа "стала воинствующей отраслью науки, живущей актуальными политическими интересами и усматривающей своё назначение в изучении противника", а её высокая активность, в основном, обусловлена "внешними политическими обстоятельствами, а не чисто научными интересами".[68,С.16] Напротив, ревизионисты изучали гражданскую войну в России "как глубокий исторический процесс развития социальных и политических противоречий, в котором большевистская идеология оказалась привлекательной для широких масс".[68,С.30]

Вполне определённо можно сказать, что зарубежная историография всегда была под пристальным взором советских историков. Её проблемой занимались К.А. и С.К. Хмелевские, Г.З. Иоффе, Ю.И. Игрицкий и другие отечественные учёные. [69]

Среди работ западных исследователей нужно': выделить книги американского историка П. Кенеза [70], автора двухтомника о гражданской, войне и белом движении на Юге России, в которых рассматриваются и главные кампании гражданской войны на юге, и политика -деникинского правительства, и идеология белых. "Последняя тема стала предметом специальной статьи того же автора, русский вариант которой был опубликован в нашей стране. По его мнению, костяком белого движения были офицеры, взгляды которых характеризуются им как "консервативное народничество", национализм же "стал стержнем их идеологии". Однако белые "оказались не в силах сформулировать программу, которая была бы привлекательной для большей части русского народа".[71,С.98,102,105]

За рубежом предпринимались попытки создания и библиографических изданий. Так в 1988 году вышел библиографический указатель воспоминаний русской эмиграции о причинах поражения антибольшевистских сил, под общим названием "Как мы проиграли гражданскую войну".[72]

В целом, можно сделать вывод, что советские и зарубежные историки сделали немало в изучении темы, но и те и другие работали изолированно, подчас противопоставляясь друг другу. В советской исторической науке долгое время господствовал весьма упрощённый, далёкий от истины взгляд на движение добровольцев, тогда как процессы, происходившие в недрах русского общества, носили более глубокий, сложный и драматический характер. Ряд важных вопросов всё ещё нуждается в глубоком и всестороннем исследовании, требуется уточнение некоторых аспектов зарождения и развития добрдвижения на Юге России. До сих пор не написана и подробная, всеобъемлющая история добровольчества, как историко-социального явления в истории нашей Родины. Остаётся надеяться, что отсутствие политических и идеологических препонов, большая открытость и увеличение контактов в среде историков позволят заполнить все белые пятна истории гражданской войны на Юге России.

Источниковая база исследования состоит из четырёх основных.групп:

Первая группа источников - мемуарная литература. Она подразделяется на несколько видов по принципу: кто писал, к какому лагерю он примыкал в момент интересующих нас событий, военным или гражданским лицом был этот человек. При написании своей диссертации автор активно использовал эту группу источников. Воспоминания участников событий -это свидетельские показания самой истории, живой голос людей, доносящий через десятки лет одну из точек зрения на происходившие события. Очень важным является то, что значительная часть мемуаров содержит большое количество документов, которые делают их неоценимыми при исследовании данной проблемы, так как за истекшие годы с момента революции и гражданской войны многие из документов были безвозвратно утрачены или до сих пор закрыты от исследователей.

В настоящем исследовании использовались как мемуары и воспоминания представителей главных противоборствующих сторон гражданской войны в России, так и лиц не примкнувших ни к одному из лагерей, и оказавшимися сторонними наблюдателями разворачивавшихся событий. Из вышедших за рубежом сборников, включающих в себя воспоминания, мемуары и документы, наиболее часто и полно были использованы "Архив русской революции", издаваемый И.В. Гессеном в Берлине, и "Белое дело", под редакцией A.A. фон Лампе. К подобным изданиям советской эпохи относятся сборники "Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев", под редакцией С.А. Алексеева, "Революцией призванные", опубликованные в Ростове-на-Дону к 60-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции и начала гражданской войны, а также множество других изданий.

Во второй группе источников находится периодическая печать. Она представлена как изданиями революционной эпохи, так и последующими эмигрантскими и советскими изданиями. Так, в работе активно использовались номера, издававшегося в 1918 - 1919 годах в Ростове-на-Дону печатного органа Донского казачьего войска еженедельника истории, литературы и сатиры "Донская волна", под редакцией Виктора Севского (В.А. Краснушкина), включающего в себя огромное количество материалов на интересующую нас тему. Именно донским журналистам, работавшим в этом издании, принадлежат первые попытки описать зарождение и последующее развитие добровольческого движения. Прямо по горячим следам они создавали серии очерков, посвященных событиям, очевидцами которых они были, а также организаторам и рядовым членам добрформирований, ими же приведён богатейший фактический материал. Еженедельник содержит и воспоминания деятельных участников донской и общероссийской контрреволюции, и документы, песни, стихи, публицистику, эпистолярное творчество и т.д. Многие ведущие журналисты страны, писатели, публицисты, волею судеб оказавшиеся на Юге, были авторами "Донской волны". Материалы этого еженедельника ранее уже использовались исследователями, но это использование было недостаточным, возможно, в силу того, что подобные издания ещё в недалёком прошлом находились в спецхранах и были недоступны большинству специалистов. В своё время мне выпала честь поработать в теперь уже бывшем спецхране Донской государственной публичной библиотеки, ранее носившей имя Карла Маркса. Интересная информация содержится в официальных изданиях, таких как, "Вольный Дон", "Вольная. Кубань", "Великая Россия", позволяющая восстановить канву событий на Юге России в интересующий нас период. Небезынтересна и партийная пресса всего политического спектра России, так как она содержит не только фактический, но и оценочный материалы о добровольческом движении, его лидерах и непосредственных организаторах. ^До сих пор остаётся малоизученной периодическая печать русского зарубежья, насчитывающая сотни всевозможных изданий. Особый интерес для нас представляют те из них, которые непосредственно посвящены добровольческому движению на Юге России. Это в первую очередь относится к таким изданиям как "Вестник первопоходника", "Часовой", "Донская летопись".

Третью группу источников составляют те из них, которые были почерпнуты из фондов Ростовского Областного Музея краеведения (РОМК), обладающего богатейшим материалом, связанным с историей гражданской войны на Северном Кавказе и Дону. Мною были использованы документы, представленные в экспозиции музея, посвященной гражданской войне и революции, а также из так называемого "Личного фонда генерала Черепова". Они представляют значительный интерес и требуют дальнейшей разработки. Используя их, можно рассмотреть также и социальный состав (правда, только фрагментарно) имевших место добровольческих формирований. Особенно примечательны копии приказов генерала Деникина по армии и лично генералу Черепову.

Ведущую группу источников составляют ранее издававшиеся в нашей стране сборники документов, посвящённые событиям революции и гражданской войны, а также архивные материалы, хранящиеся в Центральном Государственном Военно-историческом архиве, Государственном архиве Ростовской области и Краснодарского, края. Существующие сборники освещают проблемы как общерусского, так и местного масштаба, и хотя они напрямую не посвящены интересующей нас теме, они содержат документы, проясняющие историю добровольческого движения, носившего по своей значимости общероссийский характер, хотя и зародившегося лишь в отдельных и специфических регионах страны. Архивные материалы являются наиболее важным источником по исследуемой теме. При работе над диссертацией использовались материалы, хранящиеся в вышеперечисленных архивах. Из них: ГАРО - 8 (Ф.4 6, 0П.2); ГАКК - 8 (Ф.1, ОП.1; Ф.396, 0П.5; Ф.Р-10, 0П.2; Ф.Р-411, 0П.2; Ф.Р-1050, ОП.1; Ф.Р-1259, 0П.1); РГВИА - 12 (Ф.2003, ОП.1,7,14; Ф.2005, ОП.1; Ф.3639, ОП.1; Ф.3641, ОП.1). Наиболее интересную информацию удалось почерпнуть из следующих фондов: Ф.Р-10, Оп.2 (ГАКК) "Канцелярия управления военными делами Кубанского краевого правительства", напрямую связанного с процессом формирования на территории Кубанской области боевых подразделений, в том числе содержащего выписки из протоколов заседаний Кубанского краевого правительства по военным вопросам, в которых просматриваются связи кубанских властных структур с Доном, Тереком и Добровольческой армией; передвижение офицеров по службе, текущие вопросы управления войсками и т.д. Ф.396, Оп.5 (ГАКК) "Войсковой штаб Кубанского казачьего войска. Общий отдел", содержит Приказы войскам Кубанской области за интересующий нас период, а так же Положение о формировании Кубанских добровольческих пеших батальонов, Условия их комплектования и функционирования, Штат Кубанского добровольческого пешего батальона. Сюда же входят приказы Заведывающего формированием кубанских добровольческих частей генерал-майора Белоусова за январь-февраль 1918 г. Особый интерес представляют документы, связанные с порядком финансирования конкретных добровольческих подразделений. Ф.Р-1050, Оп.1 (ГАКК)"Фонд В. П. Ставского" содержит постановления военных . комиссий, общих сходов жителей и~ собраний казаков различных станиц, в том числе станицы Старо-Корсуновской, об организации военных отрядов и другим вопросам. Кроме того, фонд включает в себя списки казаков, служивших в отрядах Кубанского войскового правительства, а так же телеграммы и приказы различных должностных лиц атаманам на местах по,, поводу ротации казаков и проведении военных действий. Ф.2003, Оп.1 (РГВИА) "Штаб Верховного Главнокомандующего / Ставка / Управление генерал-квартирмейстера" показывает всё многообразие видов деятельности данного управления, вплоть до донесений о деятельности союзников и их реакции на события в России; сведений о дисциплине и состоянии русской армии, об укреплении её боеспособности; переписки со штабами фронтов о формировании "добровольческих", "ударных" батальонов и т.д. Ф.2005, Оп.1 (РГВИА)"Военно-политическое и гражданское Управление при Верховном Главнокомандующем" включает, в том числе, приказы по Управлению помощника начальника штаба Верховного Главнокомандующего по личному составу, различные проекты реорганизации и усиления боеспособности армии в период с октября по ноябрь 1917 года, 1 о формировании "русской народной армии" и "революционных ударных батальонов"; материалы о положении и настроениях в армии после Великой Октябрьской социалистической революции (ВОСР); побеге генерала Л.Г. Корнилова из Быхова и многое другое. Ф.2003, Оп.14 (РГВИА) содержит документы "Союза офицеров армии и флота при Ставке Верховного Главнокомандующего (г. Могилёв)". Необходимо отметить и тот факт, что среди изученных документов РГВИА оказались и документы ранее хранившиеся в бывшем Русском Заграничном историческом архиве, находившемся до 1945 года в Праге и являвшимся одним из крупнейших-: хранилищ документальных материалов, вывезенных белыми в эмиграцию. В 194 5 году он был перевезён в Москву и впоследствии рассредоточен между несколькими хранилищами. Например, в РГВИА находятся документы из так называемого "Архива В.М. Пронина" (№ 1956,1962,6825,6826 РЗИА).

Итак, можно с уверенностью констатировать, что обеспеченность материалами по изучаемой проблеме вполне достаточная, а имеющаяся источниковая база позволяет осветить её в возможно полном объёме, хотя доступность многих источников, в силу разных причин, остаётся относительной. Необходимо отметить и тот факт, что в своём большинстве эти источники ещё не обрабатывались и не подвергались научному исследованию. В первую очередь это относится к архивам Добрармии, периодической печати времён гражданской войны и русского зарубежья.

Научная новизна исследования состоит в том, что в отечественной исторической литературе почти не было работ, специально посвященных только существовавшему на Юге России общероссийскому добровольческому движению, которое в последующем оформилось в Добровольческую армию и Вооружённые Силы Юга России. В настоящей диссертации предпринята попытка рассмотрения этапов зарождения и последующего развития добровольческого движения, как наиболее яркого и значимого на, начальном этапе гражданской войны. Изучая различные типы формирований, выявляя общие тенденции и особенности, можно с большой долей вероятности судить о том, как и каким образом появилась сама идея формирования добровольческих частей, насколько объективно и закономерно развивался ход событий, какие тенденции в развитии добрдвижения в дальнейшем привели его к краху и последующему исходу его носителей.

В диссертации прослеживается тесная связь между событиями 1-й мировой войны и начального этапа войны гражданской, которую лидеры российской контрреволюции считали, непосредственным продолжением первой, а также преемственность в деле организации и форме создания между добровольческими (ударными) частями Действующей русской армии образца лета-осени 1917 года и формированиями общероссийского добровольческого движения.

На базе архивных материалов, изучено формирование добровольческих частей на территории Кубанского Казачьего войска (ККВ), ставших в последствии второй составной частью Добровольческой армии, показана структура подразделений, сам ход формирования, их особенности.

Комплексно рассмотрен порядок формирования, структура, командные кадры, идеология как "Алексеевской организации", так и Добровольческой армии декабря 1917 - марта 1918 года.

Отдельным направлением исследования стало изучение особенностей социального и политического состава движения, причинно-следственных связей вступления в его ряды.

Автором предложена к обсуждению периодизация добровольческого движения, состоящая из четырёх этапов (См. приложение № 2).

Практическое значение диссертации заключается в возможности применения её фактографических, аналитических результатов как в научной, так и в преподавательской деятельности, для чтения лекций и проведения семинарских занятий. Возможно, назрела необходимость создания и спецкурса, посвящённого добрдвижению как таковому. Исходя из того, что наш народ и наше государство вновь переживают смутные времена, содержание исследования способно помочь всем нам разобраться в настоящем и не сделать старых ошибок, способных ввергнуть всё российское общество в пучину новой гражданской войны.

Апробация данной диссертации осуществлялась в ходе преподавания курса "История отечества" в средней школе №10 и МОУ "Юридический лицей" города Волгодонска Ростовской области. Основные выводы и положения исследования.были изложены в сообщениях и выступлениях на научных конференциях, а именно: на Всероссийской научно

40 практической конференции МУ ВМЦ "Образование - основной фактор развития культуры и духовности человека" (г.Волгодонск Ростовской области, апрель 1999 г.) и Международной научно-практической конференции "Творческое наследие Ф.А. Щербины и современность"(ст-ца Каневская Краснодарского края, сентябрь 1999 г.).

Степень изученности различных аспектов проблемы, а также внутренняя логика её исследования предопределили и структуру работы, которая состоит из следующих составных частей: введения, четырёх глав, заключения, списка источников и литературы, а также нескольких приложений.

Заключение диссертации по теме "Отечественная история", Сухенко, Андрей Дмитриевич

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Начавшийся во второй половине 1980-х гг. процесс политических реформ в нашем государстве вызвал в обществе повышенный интерес к истории страны, особенно к её спорным или малоизвестным страницам. Не секрет, что в силу особых условий развития Советского государства и общества, некоторые темы отечественной истории оставались до определённого времени в тени или были представлены только общеизвестными или общедоступными гранями. Одна из таких тем - история зарождения, организации и социального состава добровольческого движения на Юге России. Являясь частью глобального для России события, Гражданской войны, история Доброволии несёт на себе особую печать - печать противоречивого отношения к ней со стороны наших соотечественников, оказавшихся по разные стороны баррикад.

Изучение и анализ начального этапа гражданской войны на Юге России, а также рассмотрение социального состава добровольческого движения позволяют подвести некоторые итоги и сделать вполне определённые выводы, главный из которых заключается в том, что "Белое дело" на Юге России имело шансы на победу в гражданской войне, но его лидеры не смогли реально оценить складывающуюся ситуацию в стране, ощутить изменения, произошедшие в настроениях основной массы населения, отказаться от некоторых идеологических и политических догм. Белое добровольческое движение было изначально погублено руками и. . действиями самих добровольцев.

Добровольческая идея как таковая возникла в период с апреля по октябрь 1917 года. Тогда же была начата предварительная подготовительная деятельность по созданию добровольческих формирований. Возникнув как движение в защиту армии, ~ оно приняло чёткие организационные формы в виде "Союза офицеров армии и флота" как общественно-военной организации, а прообразом первых добровольческих подразделений стали ударные добровольческие части на фронтах 1-й мировой войны. Но этот процесс не был закончен по причине произошедшей пролетарской революции. Ставка была вынуждена уступить свою лидирующую роль "в деле воссоздания русской армии" на новых принципах. Центр движения переместился на Юг России на территории казачьих областей Дона и Кубани.

Гражданская война в России воспринималась добровольцами и их лидерами, как продолжение мировой войны, и велась под патриотическими лозунгами. Но в условиях войны классовой, которую вели большевики, изменилось отношение к ней и в стане добровольцев, что отрицательным образом сказалось на перспективах движения и привело его к последующему краху.

Периоды зарождения и развития добровольческого движения на Юге России характеризуется следующим образом: во-первых, в течение периода осень 1917 - весна 1918 гг., именно Добровольческая армия была наилучшей в качественном отношении вооруженной силой, противостоявшей пролетарской революции. Обученная и хорошо подготовленная, она имела сильный командный кадр, при исключительно противосоветском настроении, являлась одной из немногих реальных сил, способных бороться с большевизмом; во-вторых, идея создания добровольческого движения для борьбы с революцией зародилась в совершенно самостоятельных, независимых друг от друга центрах страны и путем постепенного сближения взглядов носителей ¿той идеи получила материальное воплощение уже поздней осенью 1917 года; в-третьих, задачи Добровольческой армии были следующие: а)вооруженная борьба с "немецко-большевистским наступлением" на юг; б)восстановление разрушенной русской государственности и доведение "Единой России" до нового Учредительного собрания; в-четвертых, идеология армии всячески вуалировалась. Если посмотреть на идейно-политический срез армии, то можно увидеть, что она в своих рядах объединяла людей с различными политическими взглядами и программами. Здесь были представители социалистических воззрений (в своем большинстве студенчество), сторонники казачьей автономии (донцы) и "самостийности" Кубани, либерально настроенная часть офицерского корпуса, буржуазии и интеллигенции, и крайне правый элемент в лице приверженцев реставрации монархии или сторонников жесткой военной диктатуры. Причем монархическое крыло было преобладающим, что даже вынуждены были признать лидеры белого движения. Эти разнородные политические силы сплотила на время общая борьба с большевизмом, который виделся им всем без исключения главным источником всех бед в России. Особенностью идеологии движения было то, что с самого начала оно возлагало на себя не только боевые внешние задачи, но и проблемы внутренние, подчас чисто политического характера; в-пятых, армия получилась довольно пестрого социального состава, причем наиболее многочисленным в ней был разночинный элемент, в силу своего старания и умения, а также благодаря войне дослужившийся до офицерского звания; но так как армия была немногочисленная и основная масса населения, представленная в данном регионе в лице крестьянства,- казачества и пролетариата, не поддержала идею ее формирования, она, «как признавал А.И. Деникин, несла на себе "печать классового отбора". Основную массу добровольцев составляло офицерство(63,5%), военная и гражданская молодежь. Количественное представительство от остальных категорий населения было незначительным; в-шестых, Добровольческую армию можно отнести к типу контрреволюционных сил не располагавших собственной территорией для формирования. Армия создавалась в специфическом районе России - ее казачьих областях, что наложило свой особый отпечаток на всю ее жизнедеятельность, степень свободы и маневра. Надо отметить и то, что первоначально отношение к добровольцам, особенно на Дону, было агрессивно-отрицательным и их присутствие терпелось поскольку-постольку. Отсюда и проблемы с размещением и снабжением армии продовольствием, обмундированием, оружием и боеприпасами. Подобное отношение в дальнейшем стало иным и менялось ещё не раз (казачий маятник); в-седьмых, Добровольческая армия являлась формированием, организационное построение которого осуществлялось на принципах добровольности и строгого подчинения командованию, за небольшим исключением в Ростовский период, (ультиматум офицерам об их обязательной явке); армия комплектовалась на контрактной основе, в которой оговаривались срок службы, жалование и другие моменты (исключение - кубанские добровольческие пешие батальоны) . Но здесь имеется существенное отличие от наемных армий, в которые вступали, чтобы только заработать или из авантюрных побуждений. В Добровольческую армию вступали по убеждениям, исходя из своих собственных идейных воззрений, ясно представляя себе цели и задачи; в-восьмых, армия финансировалась за счет держав Антанты, средств местной и российской буржуазии, частных пожертвований. Для решения финансово-экономических вопросов при Добровольческой армии было создано "Экономическое совещание", также ориентировавшееся в своей деятельности на державы Антанты, которые видели в добровольцах и казачестве реальную силу, могущую противостоять большевикам, и крайне заинтересованных в антигерманской ориентации России; в-девятых, в начальный период гражданской войны имело место многообразие форм реализации добровольческой идеи на местах в виде различных типов добрформирований, обладающих спецификой тех регионов, где они создавались.

Рассматривая период весны-осени 1919 года, можно констатировать следующие изменения, произошедшие в армии:

1) в течении этого периода Добровольческая армия остается наилучшей в качественном отношении боевой силой ВСЮР;

2) принципы "добровольчества" при комплектовании армии заменяются мобилизационной практикой набора на военную службу с привлечением даже пленных красноармейцев. Стратегические планы командования заставили начать процесс воссоздания старых номерных дивизий при сохранении элитных "цветных" именных частей;

3) идеология претерпевает существенные изменения. Тезис об Учредительном собрании то появляется, то вновь исчезает со знамени движения. В политике просматриваются четкие военно-диктаторские черты армии. Пропагандируемые цели и задачи расходятся с реальными делами. Происходит откат от национальной, государственнической идеи к реакционной практике, итогом которой становится развал фронта и тыла. Руководители белого движения так и не смогли перешагнуть через некоторые свои догматические убеждения, чтобы создать для него широкую социальную базу. Белая идея в чистом виде осталась только идеалом, о котором говорили многие, а следовала лишь часть офицерства. Но в условиях гражданской войны именно эти люди сгорали первыми, а любая идея сильна только своим реальным-воплощением в жизнь живыми людьми.

4) Социальный состав остается многообразным, но качественно претерпевает значительные изменения. Взамен выбывших пришла новая регенерация добровольцев, взращенная и воспитанная уже условиями гражданской войны. Представительство крестьян и казачества становится более значительным, но не является устойчивым в силу противоречий с командованием ВСЮР и неразделением ими части догматов движения.

5) Политика белых правительств в аграрном секторе, их решения рабочего и национального вопроса, неспособность наладить экономическое и политическое взаимодействие со всеми настоящими и потенциальными союзниками привели их к краху.

6) По причине стратегических ошибок допускается растянутость фронта, грозящая будущей катастрофой. Полный отход от доктрины генерала Алексеева.

7) Вследствие вышеперечисленных причин, моральное состояние и боевой дух армии падает, возникает усталость, безысходность, неверие в реальность победы.

8) "Зловещую" роль в гражданской войне в России сыграли недавние союзники по империалистической войне. Поддерживая небольшими финансовыми и материальными вливаниями костер гражданской войны, они придерживались традиционной тактики "таскать из огня орехи чужими руками". Отказавшись практически от широкого физического участия в войне, они толкали на смерть тысячи русских людей, получая даже при этом определенные дивиденды.

Добровольчество в чистом виде просуществовало до того времени, пока само движение пополнялось на добровольной основе. С момента, когда количество добровольцев сравнялось с количеством принудительно мобилизованных в армию представителей всех категорий русского общества и влитых в части бывших военнопленных красноармейцев, добровольческое движение на Юге России приняло инерционный характер. Юридически это было оформлено путём создания Вооружённых Сил Юга России. Это утверждение представляется особенно важным, т.к. именно однородный социальный состав добровольцев, подкреплённый искренней решимостью сражаться, обеспечил право на существование добрдвижения на тот короткий срок, который был ему отпущен всем ходом событий Русской смуты. Он позволил добровольческим вооружённым организациям оказаться наиболее жизнестойкими и единственно возможными формами боевых частей на начальном этапе гражданской войны на Юге России. После этого должен был последовать новый этап, учитывающий все особенности разворачивающихся в России событий. Но его не последовало. Переосмысления не наступило. Добровольчество тихо угасало, лишь изредка напоминая о себе из далёкой эмиграции.

Одним из результатов исследования стало составление периодизации истории добровольческого движения, состоящей из четырёх этапов, которая прелагается к обсуждению. (См. приложение № 2).

Данное исследование позволяет предложить некоторые практические рекомендации по определению перспектив научного поиска в рассматриваемом направлении. Необходимо продолжить исследования по проблематике гражданской войны на Юге России, связанных с добровольческими формированиями, в том числе и революционного толка. Здесь требуется комплексный подход к изучению проблемы с рассмотрением самого феномена добровольчества в России как такового. В качестве первоочередных тем необходимо выделить вопросы исследования белой и белоэмигрантской литературы, отношений стран Антанты и США с добровольческим движением, национальный состав этого движения. Предстоит создать и, по возможности, полную, хронологически точную историю добровольчества, и не только в лице его лидеров, но и рядовых участников. ■

Наше Отечество вновь находится на историческом перепутье, поэтому представляется очень важным сделать правильные выводы из анализа прошлого.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Сухенко, Андрей Дмитриевич, 2000 год

1. Ленин В.И. Государственная дума и социал-демократическая тактика // ПСС. 5-е изд. М., 1976. Т.12.

2. Кораблёв Ю.И. Гражданская война 1918-1920 годов: новые подходы // Страницы истории советского общества: Факты, проблемы, люди. М.,198 9.

3. Гражданская война и военная интервенция в СССР: Энциклопедия / Гл. ред. С.С. Хромов. 2-е изд. М., 1987.4 . Сталин И.В. Сочинения. М.,1951. Т.4.

4. Гусев С.И. Уроки гражданской войны. Харьков,1921; Боевая работа Красной армии и флота. Под ред. В.А. Антонова - Овсеенко и Б.М. Шапошникова. - М.,1923; Гражданская война. Материалы. - М.,1923-1924 . Т.1-3.

5. Антонов Овсеенко В.А. Записки о гражданской войне. -М.-Л.,1924-1933. Т.1-4.

6. Троцкий Л.Д. Как вооружалась революция. М.,1923-1925. Т.1-2.

7. Какурин Н.Е. Как сражалась революция. 2-е изд. М.,1990. Т.1.

8. Э.Ладоха Г. Очерки гражданской борьбы на Кубани. -Краснодар,1923; Октябрь на Кубани и Черноморье. Краснодар,1924; Октябрь в Таганроге. Тагистпарт, 1927 .

9. Хмелевский К.А. Введение // Октябрь на Дону и Северном Кавказе. Ростов-н/Д,197 7.

10. Какурин Н.Е. Как сражалась революция. М.-Л.,1925-1926. Т.1-2; Анишев А. Очерк истории гражданской войны 1917-1920 гг. - М.,1925; Голубев А. Гражданская война 1918-1920 гг. -М.,1932.

11. Кин Д.Я. Деникинщина. Л., Б.г.1927. и 1931.

12. История Гражданской войны в СССР.1917-1922. М. ,1938-1960. Т.1-5.

13. Поликарпов В.Д. Военная контрреволюция в России. 1905-1917 гг. М.,1990 (1989).

14. Покровский Г. Деникинщина. Год политики и экономики на Кубани (1918-1919 гг.) Харьков,1926.

15. Берлизов А.И. Кубанское казачество в гражданской войне (1918-1920 гг.) // Октябрьская революция и изменения в облике сельского населения Дона и Северного Кавказа (1917-1929 гг.). Сборник. Краснодар,1984.

16. Гольдентул И. Земельные отношения на Кубани. Краснодар;Ростов н/Д,1924; Клейнер И. Действительность кубанской станицы. Краснодар,1924; Ульянов И. Казаки и Советская республика. - М.,1929; Лола И. О кубанском казачестве. - Ростов н/Д; Краснодар,1926.

17. Разгон И.М. Орджоникидзе и Киров и борьба за власть Советов на Северном Кавказе. М.,1941.

18. Мещеряков Н.Л. Предисловие // Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. Сост. С.А. Алексеев. М.-Л.,1926. Т.З.

19. Архив гражданской войны. Берлин, 1921. . Вып.1-2; Архив русской революции, издаваемый И.В. Гессеном. -Берлин,1922-1937. Т.1-22; Белый архив. - Париж,1926-1928. Кн.1-3; Белое дело. Летопись белой борьбы. -Берлин, 1926-1933. Т.1-7.

20. Борин К. Первые вожди Добровольческой армии и их взгляд на задачи её. Ростов н/Д,1919.

21. Сирин С. Почему нам дорога Добровольческая армия?- Новороссийск,1919.

22. Ильин И.А. Белая идея // Белое 'дело. Летопись белой борьбы. Под ред. A.A. фон Лампе. Берлин, 1926.

23. Цит. по: Начало гражданской войны // Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. Сост. С.А.- Алексеев. M.-JI.,1926. Т.З.

24. Гуль Р. Б. Ледяной поход. Деникин А. И. Поход и смерть генерала Корнилова. Будберг А. Дневник. 19181919 годы. М.,1990.

25. Федюк В.П. Белое движение на Юге России 1917-1920 гг.: Автореферат диссертации на соискание учёной степени доктора ист. н. Ярославский гос. ин-т. Ярославль , 1995.

26. Деникин А.И. Очерки русской смуты. М.,1991. Т.2

27. Зайцев A.A. Контрреволюция Кубани и Черноморья в 1917-1920 гг.: Дис. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. Краснодар,1990.

28. Ратушняк О. В. Донское и кубанское казачество в эмиграции (1920-1939 гг.). Краснодар,1997.

29. Рыскин Е.И. Библиография гражданской войны на Северном Кавказе. Ростов н/Д, 1929-1935 (?)./ Постников С.П. Библиография русской революции и гражданской войны (1917-1921). - Прага,1938.

30. Буркин Н. Октябрьская революция и гражданская война в горских районах Северного Кавказа. Ростов н/Д,1933; Раенко Я.Н. Из истории большевистских организаций Кубано-Черноморья (1914-1920).- Краснодар, 1940 и др.

31. Кириенко Ю.К. Крах калединщины. М. ,1976.

32. История Великой Октябрьской социалистической -революции. М, 1962.

33. Директивы Главного командования Красной Армии. (1917-1920). М.,1969; Директивы командования фронтов Красной Армии (1917-1922 гг.). Сб. док-тов. - М.,1971-78. Т.1-4 и др.

34. Козлов А. И. На историческом повороте. Ростов н/Д, 1977; Осадчий И.П. Партия большевиков организатор победы социалистической революции на Северном Кавказе. - Ростов н/Д,1978 и др.

35. Октябрь на Дону и Северном Кавказе. Ростов н/Д, 1977.

36. Козлов А.И., Хмелевский К. А, Этенко Л. А. Историография борьбы за власть Советов на Дону и на Северном Кавказе // Казачество в Октябрьской революции и гражданской войне. Черкесск,1984.

37. Козлов А.И. На историческом повороте. Ростов н/Д,1977.

38. Минц И. И. История Великого Октября. М.,1972. Т.З.

39. Куценко И. Революция и культура. Краснодар,1973; Ермолин А.П. Революция и казачество. - М.,1982; Солодухин Л.А. Край наш Кубанский // Кубань. 1982. №9.

40. Гражданская война в СССР / Под общ. ред. H.H. Азовцева. М.,1980;1986. Т.1?2.

41. Мельников Н.М. A.M. Каледин герой Луцкого прорыва и донской атаман. - Мадрид,1968; Кадесников Н.З. Краткий очерк белой борьбы под Андреевским флагомв 1917-1922 гг. Нью-Йорк,1965; Воспоминания генерала А.П. Богаевского. 1918 год. Ледяной поход. - Нью

42. Йорк,1963; Денисов C.B. Белая Россия. Альбом №1. -Нью-Йорк,1937; Головин H.H. Российская контрреволюция в 1917-1918 гг. Рига.,1937. Т. 1-5 в 12 кн.^

43. Российские офицеры / Примечания // Военно-исторический журнал. 1994. № 1.

44. Ушаков А.И. История гражданской войны в литературе русского зарубежья. Опыт изучения. М.,1993.

45. Белое движение на Юге России (1917-1920): неизвестные страницы и новые оценки: Мат-лы "круглого стола", февраль 1995 г. М.,1997.

46. Поликарпов В.Д. Военная контрреволюция в России. 1905-1917. М.,1990; Куценко И.Я. Кубанское казачество. - Краснодар, 1993; Ямдольский В.П. Чёрные дела "белого движения" // Военно-исторический журнал. 1995. №5.

47. Козлов А.И. О Деникине, Корнилове и этой книге. // Деникин А. И. Поход и смерть генерала Корнилова. Ростов н/Д,1989; Венков A.B. Добровольческая армия // Донской временник. Год 1997-й / Дон. Гос. публ. б-ка; Отдел краеведения. Ростов н/Д,1996.

48. Козлов А.И. Антон Иванович Деникин // Вопросы истории. 1995. №10; Венков А.В, Деникин // Белые генералы. Ростов н/Д,1998; Шишов A.B. Корнилов // Белые генералы. - Ростов н/Д,1998; и другие.

49. Ebert T. Gewaltfreier Aufstand. Freiburg,1968, p.495 // Прив. по: Гражданская война в СССР / Под общ. ред. H.H. Азовцева. - М., 1980. Т.1 С.60.

50. Brinkley G. Op. cit., p.292; Hanisch E. Geschichte Sowjetrussland. 1917-1941. Freiburg,1951, s. 24 // Прив. по: Гражданская война в СССР / Под общ. ред. H.H. Азовцева. - М., 1980. Т.1 С.61.209. ■ .

51. Grey M. et Bourdier J. Les armees blanches. Paris, 1968,p.287 11 прив. по: Гражданская война в СССР / Под общ. ред. Н.Н.Азовцева, М., 1980. Т.1 С.61.

52. Гражданская война в СССР / Под общ. ред. Н.Н. Азовцева. М.,1980. Т.1 С.62.

53. Коэн С. Переосмысливая советский опыт (Политика и история с 1917 года). Оксфорд,1986.

54. Kenez P. Civil War in South Russia, 1918. The First Year of the Volunteer Army. Berkeley,1971; Kenez P. Civil War in South Russia, 1919-1920. The Defeat of the Whites. - Berkeley,1977.

55. Кенез П. Идеология белого движения // Гражданская война в России: перекрёсток мнений. М.,1994.

56. How we lost the civil war: Bibliogr. of Russ. emigre memoirs on the Russ. revolution, ,1917-1921 / Сотр.: D. Arans Newtonvill, Mass. Oriental res. partners,1988.-■■■ ■ 210. .1. ГЛАВА ПЕРВАЯ

57. Х.Козлов А.И. Социально-экономические отношения накануне 1917 года // Октябрь на Дону и Северном Кавказе. -Ростов н/Д,1977.

58. Кириенко Ю.К. Крах калединщины. М.,1976.

59. Воскобойников Г.Л., Прилепский Д.К. Казачество и социализм: Исторические очерки. Ростов н/Д,1986.

60. Гражданская война и военная интервенция в СССР: Энциклопедия. Гл. ред. С.С. Хромов. 2-е изд. М., 1987.

61. Ленин В.И. Объединённое заседание ВЦИК, Московского совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов и профессиональных союзов 4 июня 1918 г.: Доклад о борьбе с голодом // ПСС. 5-е изд. М.,1977. Т.36.

62. О положении крестьянства на Дону: Генерального Штаба полковник Добрынин. Указ. соч. С.15,17-19; Золотов

63. B.А. Крестьянское движение на Дону в период подготовки Великой Октябрьской социалистической революции // Октябрьская революция на Дону. Ростов н/Д,1957.

64. C.95-139; Козлов А.И. На историческом повороте. С. 92118,207-213; Чернопицкий П.Г. Социальный облик крестьянства Юго-Востока России в 1920 году // Октябрьская революция и изменения в облике. С.55-56; Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т. 1. С. 41-42; и другие.

65. Смотри подробнее о промышленном производстве на Дону: Генерального Штаба полковник Добрынин. Указ. соч. С.22-23; Козлов А.И. Социально-экономические отношения. // Октябрь на Дону. С.29-32; Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т. 1. С.14-15; и другие.

66. См. подробнее о политическом положении на Дону: Берз Л.И. Большевики дона в период подготовки Великой

67. Покровский Г. Деникинщина. Год политики и экономики на Кубани (1918-1919 гг.). Под ред. В.И. Невского. Харьков,1926.

68. См. подробнее о промышленности Кубанской области: Козлов А. И. Социально-экономические отношения. // Октябрь на Дону. С.29-32; Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т.1. С.14-15; и другие.

69. См. подробнее о сельском хозяйстве Кубани: Козлов А.И. На -историческом. С.36-4 6; Он же. Социально-экономические отношения. // Октябрь на Дону. С.20-29; Матющенко П.П., Ратушняк В.Н. Указ. соч. С.15-39;

70. Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т. 1. С. 11-13,15-16; и другие.

71. См. подробнее о положении крестьянства Кубани: В борьбе за Октябрь. С.8; Козлов А.И. На историческом. С. 101-117; Он же. Социально-экономические отношения. // Октябрь на Дону. С. 18; Матющенко П.П., Ратушняк

72. B. Н. Указ. соч. С.23-39; Покровский Г. Указ. соч.

73. C. 11-19; Чернопицкий П.Г.- Указ. соч. С.55-56; Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т. 1. С.41-42; и другие.

74. Берлизов А.И. Кубанское казачество в гражданской войне (1918-1920 гг.) // Октябрьская революция и изменения в облике сельского населения Дона и Северного Кавказа (1917-1929 гг.). Краснодар, 1984.

75. См. подробнее: Генерального Штаба полковник Добрынин. Указ. соч. С.16; Козлов А. И. Социально-экономические отношения. // Октябрь на Дону. С. 19; Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т. 1. С.52-56; и другие.

76. Гущин А. Три момента (Из встреч с А.М. Калединым) // Донская волна. 1918. № 2.

77. Берз Л.И. Большевики Дона в период. // Октябрьская революция на Дону. Ростов н/Д,1957.

78. Деникин А.И. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. Февраль сентябрь 1917. Репринт, воспр. изд. J. Povolozky. Париж. - М.,1991. Т.1. Вып.1.

79. РГВИА, ф.2003, Оп.14, Д.З.

80. РГВИА, ф.2003, Оп.14, Д.7.

81. РГВИА, ф.2003, Оп.14, Д.1.

82. РГВИА, ф.2003, Оп.14, Д.2.

83. Золотов В. А. Крестьянское движение на Дону в период подготовки,. Великой Октябрьской социалистической революции // Октябрьская революция на Дону Ростов н/Д ,1957.

84. Козлов А.И. На историческом повороте. Ростов н/Д,1977.

85. Хмелевский К.А., Этенко Л.А. От февраля к октябрю // Октябрь на Дону и Северном Кавказе. Ростов н/Д, 1977.

86. Козлов А.И. О Деникине, Корнилове и этой книге // Деникин А.И. Поход и смерть генерала Корнилова. Ростов н/Д,1989.

87. Полк. Новосильцев За кулисами Государственного совещания. (Листки воспоминаний) // Донская волна. 1918. № 13.

88. Пронин В. Н. Генерал Лавр Георгиевич Корнилов. Ростов н/Д,1919.

89. Дерябин А.И. Гражданская война в России 1917-1922: Белые армии. М.,1998.33. "Ударники 1917 года." (Объявление) // Донская волна. 1919. № 27(55).

90. РГВИА, ф.2005, Оп.1, Д.95.

91. Проф. Малиновский И. Три генерала на Московском Государственном совещании // Донская волна. 1918. №12.

92. Борин К. Первые вожди Добровольческой армии и их взгляд на задачи её. / Библиотека Добр. ар. №2. Ростов н/Д,1919.

93. Об этом же см. подробнее: Борин К. Указ. соч. С.10-12; Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т.1 С.126.

94. Казмичёв П. О чём пророчило Московское совещание. У истоков Корниловской измены иКалединского мятежа // Донская волна. 1918. № 15.

95. См.: Хмелевский В.А., Этенко Л.А. Указ. соч. С.153,154; Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т.1 С.126.

96. РГВИА, ф.2003, Оп.1, Д.1801.

97. Кириенко Ю.К. Провал калединской авантюры на Дону в августе 1917 года // Казачество в Октябрьскойреволюции и гражданской войне / Мат-лы Всесоюз. науч. конф. 12-13 ноября 1980г. Черкесск,1984.

98. Поляков Ю. А. Предисловие // Деникин А. И. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. Февраль -сентябрь 1917. Репринт, воспр. изд. J. Povolozky. Париж. М.,1991. Т.1 Вып.1.

99. Филимонов А.П. Кубанцы (1917-1918 гг.) // Белое дело. Летопись белой борьбы. Под ред. A.A. фон Лампе. Берлин,1927. Т.2.

100. Кин Д. Деникинщина. / Истпарт. Л.,Б.г.

101. С.Р. (Сергей Реснянский -прим. A.C.) Быховский альбом // Белое дело. Летопись белой борьбы. Под ред. A.A. фон Лампе. Берлин,1927. Т.2.

102. Курганов В. Текинцы // Донская волна. 1918. № 6.

103. РГВИА, ф.2003, Оп.1, Д.1807.

104. См.: Дон Советский. Историко-экономический и социально-политический очерк. Ростов н/Д,1986. С.15; Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т.1 С.131-132; Туземцев Н. Поход на Москву // Донская волна. 1918. № 9. С.5,6.

105. Письмо генерала Алексеева руководителю французской военной миссии в Киеве с просьбой перебросить на Дон чехословацкий корпус для борьбы против советской власти (27.01.1918г.) // Документы героических лет. 1917-1920. Ростов н/Д,1987.

106. Гиоев М.И. Казачество Терека в революции и в начальный период гражданской войны // Казачество в Октябрьской революции и гражданской войне / Мат-лы Всесоюз. науч. конф. 12-13 ноября 1980г. Черкесск, 1984.51. ГАКК, ф.396, 0.5, Д.81.

107. Письмо генерала от инфантерии М.В. Алексеева к генерал-лейтенанту М.К. Дидерихсу от 08.XI.1917 г. //

108. Белое дело. Летопись белой борьбы. Под ред. А.А. фон Лампе. Берлин,192б. Т.1.

109. Сирин С. Почему нам дорога Добровольческая армия? Новороссийск,1919.

110. Начало гражданской войны / Серия Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. Сост. С.А. Алексеев. - М.-Л.Д926. Т.З.

111. Деникин А.И. Очерки русской смуты. Борьба генерала Корнилова. Август 1917 апрель 1918. - Париж,1922. Т.2.

112. Поликарпов В.Д. Пролог гражданской войны в России. Октябрь 1917-февраль 1918. М.,1976.

113. Известия ЦИК. 1918. 19 февраля.1. ГЛАВА ВТОРАЯ

114. Гущин А. Три момента (Из встреч с А.М. Калединым) // Донская волна. 1918. № 2.

115. Воскобойников Г.Л., Прилепский Д.К. Казачество и социализм: Исторические очерки. Ростов н/Д,1986.3.ГАРО, ф.46, оп.2, д.11.

116. ГАКК, ф. Р-1259, оп.1, д.71.5.ГАРО, ф. 4-6, оп.2, д.11.6.ГАКК, ф. 1, оп.1, д.157.

117. ГАКК, ф. Р-411, оп.2, д.208.

118. Борин К. Первые вожди Добровольческой армии и их взгляды на задачи её / Биб-ка Добр. ар. №2-й. Ростов н/Д,1919.

119. Янчевский H.JI. Гражданская борьба на Северном Кавказе. Ростов н/Д,1927. Т.1.

120. Деникин А.И. Очерки русской смуты. Борьба генерала Корнилова. Август 1917 апрель 1918. - Париж,1922. Т.2.

121. Письмо генерала от инфантерии М.В. Алексеева к генерал-лейтенанту М.К. Дидерихсу от 08.XI.1917г. // Белое дело. Летопись белой борьбы. Под ред. A.A. фон Лампе. Берлин,1926. Т.1.

122. Козлов А.И. О Деникине, Корнилове и этой книге. // Деникин А. И. Поход и смерть генерала Корнилова. Ростов н/Д,1989.

123. РГВИА, ф.2005, оп.1, д.95.

124. РГВИА, ф.2003, оп.1, д.1807.

125. Кадесников Н.З. Краткий очерк Белой борьбы под Андреевским флагом на суше, морях, озёрах и реках России в 1917-1922 годах. М.,1993.

126. Захарьянц Г.Н. Красная Гвардия Ростова в Октябрьские дни // Революцией призванные. Воспоминания участников Великой Октябрьской социалистической революции. Ростов н/Д,1977.

127. Начало гражданской войны / Серия Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. Сост. С.А. Алексеев. - М.-Л.,1926. Т.З.

128. Кирилин Ф. Основатель и Верховный руководитель Добровольческой армии генерал М.В. Алексеев. Ростов н/Д,1919.19. (Лисовой Я.М. ?) Генерал Алексеев // Донская волна. 1919. № 32 (60).

129. Протоколы допроса адмирала Колчака Чрезвычайной следственной комиссией в Иркутске в январе феврале 1920 г. //Архив русской революции. Изд. Г.В. Гессеном. - Берлин,1923. Т.10.

130. Соколов К.Н. Правление генерала Деникина (из воспоминаний). София,1921.

131. Кириенко Ю.К. Крах калединщины. М. , 197 6.

132. Литвин Н. Генерал Эрдели//Донская волна.1918.№14 .

133. Лисовой Я.М. Три недели в атаманском дворце // Донская волна. 1918. № 4.

134. Туземцев Н. Поход на Москву // Донская волна. 1918. № 9.

135. Слащов(—ёв)-Крымский Я.А. Белый Крым. 1920 г. Мемуары и документы. М.,1990.

136. Венков A.B. Антибольшевистское движение на Юге России на начальном этапе гражданской войны. Ростов н/Д,1995.

137. Волин В. Дон и Добровольческая армия: Очерки недавнего прошлого. Ростов н/Д,1919.

138. Байков Б. Воспоминания о революции в Закавказье (1917-1920 гг.) // Архив русской революции. Изд. Г.В. Гессеном. Берлин,1923. Т.9.

139. РГВИА, ф.2003, оп.1, д.1583.

140. В.К. Из Быхова на Дон // Донская волна. 1918. № 3.

141. РГВИА, ф.2005, оп.1, д.99.

142. Комментарии // Деникин А.И. Поход и смерть генерала Корнилова. Ростов н/Д,1989.

143. Гражданская война и военная интервенция в СССР: Энциклопедия. Гл. ред. С.С. Хромов. 2-е изд. М., 1987. :

144. Лисовой Я.М. "A.M. Каледин и М.В. Алексеев" // Донская волна. 1919. № 5(33).

145. Малашенко Г.В., Берз Л.И. Разгром калединщины и установление Советской власти на Дону (ноябрь 1917 -февраль 1918) // Октябрьская революция на Дону. Сборник статей. Ростов н/Д,1957.

146. Письмо генерала Алексеева руководителю французской военной миссии в Киеве с просьбой перебросить на Дон чехословацкий корпус для борьбы против советской власти (27.01.1918г.) // Документы героических лет. 1917-1920. Ростов н/Д,1987.

147. Плужников Н. И. Октябрьские дни в Таганроге // Революцией призванные. Воспоминания участников Великой Октябрьской социалистической революции. Ростов н/Д, 1977 .

148. Москатов П.Г., Шаблиевский Г.В., Азаров H.A. Страницы революционного прошлого таганрогских рабочих // Революцией призванные. Воспоминания участников Великой Октябрьской социалистической революции. Ростов н/Д,1977.

149. Трут В.П. Казачий излом. Ростов н/Д,1997.

150. Какурин Н.Е. Как сражалась революция. 2-е изд., уточн. М.,1990. Т.1.

151. Берлизов А.И. Кубанское казачество в гражданской войне (1918-1920 гг.) // Октябрьская революция и изменения в облике сельского населения Дона и

152. Северного Кавказа (1917-1929 -гг.). Сб. науч. трудов. -Краснодар,1984.

153. Куценко И.Я. Кубанское казачество.^ Краснодар, 1993.

154. Филимонов А.П. Кубанцы (1917-1918 гг.) // Белое дело. Летопись белой борьбы. Под ред. A.A. фон Лампе.- Берлин,1927. Т.2.

155. Венков A.B. Деникин // Белые генералы. Ростов н/Д,1998.

156. Врангель П. Записки // Трагедия казачества: Сб./ Ред. сос. Л. Барыкина. М.,1994.

157. Борьба с калединщиной (по документам белых) . Декабрь 1917 г. и январь 1918 г. Под. ред. К. Губарева. Таганрог,1929.

158. Деникин А.И. Поход и смерть генерала Корнилова. -Ростов н/Д,1989.

159. Лейтенант N.N. Записки белогвардейца // Архив русской революции. Изд. Г.В. Гессеном. Берлин,1923. Т.10.

160. Сивков С.М. Начальный период гражданской войны на Кубани и Черноморье (1917-1918 гг.). Дис. .канд. ист. наук. Ростов н/Д,1996.

161. Трут В. П. Казачество Юго-Востока страны на начальном этапе гражданской войны // Казачество в истории России. Краснодар,1993.

162. Сирин С. почему нам дорога Добровольческая армия?- Новороссийск,1919.

163. Могилянский Н.М. Трагедия Украины (Из пережитого в Киеве в 1918 году) // Архив русской революции. Изд. Г.В. Гессеном. Берлин, 1923. Т.Н.,

164. Горелов П. Вступ. стат. // Гуль Р.Б. Ледяной поход. Деникин А.И. Поход и смерть генерала Корнилова. Будберг А. Дневник. 1918-1919 годы. М.,1990.

165. Российские офицеры // Военно-исторический журнал. 1994. № 2.

166. Отчёт о командировке из Добровольческой армии в Сибирь в 1918 году // Архив русской революции. Изд. Г.В. Гессеном. Берлин,1923. Т.9.

167. Генерал Деникин // Донская волна. 1918. №1.

168. Покровский Г. Деникинщина. Год политики и экономики на Кубани (1918-1919). Сост. С.А. Алексеев. Харьков, 1926.

169. Поляков Ю.А. Предисловие // Деникин А.И. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. Февраль -сентябрь 1917. Репринт, воспр. изд. J. Povolozky. Париж. М.,1991. Т.1. Вып. 1.

170. Кин Д. Деникинщина. / Истпарт. Л,Б.г.

171. Алексеева И.В. Агония Сердечного согласия: Царизм, буржуазия и их союзники по Антанте. 1914-1917. Л., 1990.

172. Россия на рубеже веков: исторические портреты. -М.,1991.

173. Обращение Союза пролетарской молодёжи ко всем рабочим с призывом вступать в боевые дружины Красной гвардии (8 ноября 1917г.) // Документы героических лет. 1917-1920. Ростов н/Д,1987.

174. Известия ЦИК. 1918. 19 февраля.

175. Наше знамя. 1917. 8 ноября. I.222 w1. ГЛАВА ТРЕТЬЯ

176. Кирилин Ф. Основатель и Верховный руководитель Добровольческой армии генерал М.В. Алексеев. Ростов н/Д,1919.

177. Кириенко Ю.К. Крах калединщины. М.,1976.

178. Козлов А.И. О Деникине, Корнилове и этой книге. // Деникин А.И. Поход и смерть генерала. Корнилова. -Ростов н/Д,1989.

179. Калесников Н.З. Краткий очерк Белой борьбы под Андреевским флагом на суше, морях, озёрах и реках России в 1917-1922 годах. М.,1993.

180. З.Горелов П. Вступ. стат. // Гуль Р.Б. Ледяной поход. Деникин А. И. Поход и смерть генерала Корнилова. Будберг А. Дневник. 1918-1919 годы. М.,1990.

181. Гуль Р.Б. Ледяной поход. Деникин А.И. Поход и смерть генерала Корнилова. Будберг А. Дневник. 1918-1919 годы. М.,1990.

182. Кин Д. Деникинщина / Истпарт. Л,Б.г.

183. Лейтенант N.N. Записки белогвардейца // Архив русской революции. Изд. Г.В. Гессеном. Берлин,1923. Т.10.

184. Алексеева И.В. Агония Сердечного согласия: Царизм, буржуазия и их союзники по Антанте. 1914-1917. Л., 1990.

185. Слащов (-ёв)-Крымский Я.А. Белый Крым. 1920 г. Мемуары и,документы. М.,1990.

186. Начало гражданской войны / Серия Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. Сост. С.А. Алексеев. - М.-Л.,1926. Т.З.

187. Дьяков И. Последний ординарец A.M. Каледина // Донская волна. 1918. № 2.

188. Белик К. Недавнее былое//Донская волна.1918 .№6.

189. Борин К. Первые вожди Добровольческой армии и их взгляды на задачи её / Биб-ка Добр. ар. №2-й. -Ростов н/Д,1919.

190. Примечание № 8 // Российские офицеры // Военно-исторический журнал. 1994. № 1.

191. Волин В. Дон и Добровольческая армия: Очерки недавнего прошлого. Ростов н/Д,1919.

192. Октябрь на Дону и Северном Кавказе. Ростов н/Д, 1977.

193. Нефёдов М. Есаул Рыковский/УДонская волна.1918.№9.

194. Наташин К. Три сестры // Донская волна. 1918. № 3.

195. Павлов А. В Батайске // Донская волна. 1918. № 9.

196. Кудинов С. И. Именем ревкома. / Революцией призванные. Воспоминания участников Великой Октябрьской социалистической революции. Ростов н/Д, 1977.

197. Малашенко Г.В., Берз Л.И. Разгром калединщины и установление Советской власти на Дону (ноябрь 1917 -февраль 1918) // Октябрьская революция на Дону. Сборник статей. Ростов н/Д,1957.

198. О союзниках и о их планах в отношении России см.: Кин Д. Указ. соч., Гл. II. С.14-34.

199. Россия на рубеже веков: исторические портреты. -М.,1991.

200. Лисовой Я.М. "Допрос" генерала Алексеева (Из материалов по истории возрождения русской армии) // Донская волна. 1919. №13(41).

201. Архив русской революции. Изд. Г. В. Гессеном. Берлин,1922. Т.5.

202. Генерал Казанович Б. Поездка из Добровольческой армии в Красную Москву // Архив русской революции. Изд. Г.В. Гессеном. Берлин,1922. Т.7.

203. В памяти народной. Сборник. М.,1973.

204. Соколов Б. Падение Северной области // Архив русской революции. Изд. Г.В. Гессеном. Берлин,1923. Т.9.

205. Делерт Д. Дон в огне. Ростов н/Д,1927.

206. Хмелевский К. А. Сыны степей донских: о Ф.Г. Подтёлкове и М.В. Кривошлыкове. М.,1985.

207. Янчевский Н.Л. Гражданская борьба на Северном Кавказе. Ростов н/Д,1927. Т.1.

208. Пронин В. Генерал Лавр Георгиевич Корнилов. Ростов н/Д,1919.

209. Борьба с калединщиной (по документам белых) . Декабрь 1917 г. и январь 1918 г. Под. ред. К. Губарева. Таганрог,1929.

210. Письмо генерала Алексеева руководителю французской военной миссии в Киеве с просьбой перебросить на Дон чехословацкий корпус для борьбы против советской власти (27.01.1918г.) // Документы героических лет. 1917-1920. Ростов н/Д,1987.

211. Какурин Н.Е. Как сражалась революция. 2-е изд., уточн. М.,1990. Т.1.

212. Деникин А.И. Очерки русской смуты. Борьба генерала Корнилова. Август 1917-апрель 1918. Париж,1922. Т.2.

213. Генерального Штаба полковник Добрынин. Борьба с большевизмом на Юге России. Участие в борьбе Донского казачества. Февраль 1917 Март 1920: Очерк. — Прага, 1921.

214. Деникин А.И. Поход и смерть генерала Корнилова. -Ростов н/Д,-1989.41." О способах стать офицером см.:' Российские офицеры // Военно-исторический журнал. 1994. № 1.

215. Кавтарадзе А.Г. Военные специалисты на службе Республике Советов. 1917-1920 гг. М.,1988.43. ГАКК, ф.396, оп.5, д.82.44. ГАКК, ф.Р-10, оп.2, д.7.45. ГАКК, ф.396, оп.5, д.81.

216. Шишов A.B. Корнилов // Белые генералы. Ростов н/Д,1998.

217. Пухальский Ф.В. Петроград и на Кубани // Вестник первопоходника. 1963. № 17.

218. Деникин А.И. Очерки русской смуты. Т.2. Борьба генерала Корнилова. Август 1917 апрель 1918 // Вопросы истории. 1991. № 9-10.

219. Филимонов А.П. Кубанцы (1917-1918 гг.) // Белое дело. Летопись белой борьбы. Под ред. A.A. фон Лампе. Берлин,1927. Т.2.

220. Трут В.П. Казачий излом. Ростов н/Д,1997.

221. ГАКК, ф.Р-411, оп.2, д.208.

222. ГАКК, ф.Р-1050, оп.1, д.59.53. ГАКК, ф.1, оп.1, д.203.

223. Льдинский Н. Первые бои на Кубани. Екатеринодар, 1918.

224. Гиоев М.И. Казачество Терека в революции и начальный период гражданской войны // Казачество в Октябрьской революции и гражданской войне: Мат-лы Всесоюзной научной конференции 12-13 ноября 1980г. -Черкесск,1984.

225. Комментарии // Деникин А.И. Поход и смёрть генерала Корнилова. Ростов н/Д,1989.

226. Думова Н.Г., Трухановский В.Г. Черчилль и Милюков против Советской России. М.,1989.58. ГАРО, Ф.46, Оп.2, д.49.59. ГАРО, Ф. 46, Оп.2, д.45.60. ГАРО, Ф.46, Оп.2, д.44.61. ГАРО, Ф. 46, Оп.2, д.43.62. ГАРО, Ф.46, Оп.2, д.42.63. ГАРО, Ф.46, Оп.2, д.47.

227. Казамаров П . Памяти русской героической молодёжи

228. Начало борьбы с большевиками на Кубани) // Вестник первопоходника. 1968. № 76-77-78.

229. Зайцев A.A. Контрреволюция Кубани и Черноморья в 1917-1920 гг.: Дис. .канд. ист. наук. Краснодар, 1990.

230. Богаевский A.n. 1918 год // Белое дело: Избранные произведения в 16 книгах. Ледяной поход. М,1993.

231. Пауль С.М. С Корниловым // Белое дело: Избранные произведения в 16 книгах. Ледяной поход. М, 1993.

232. Сивков С.М. Начальный период гражданской войны на Кубани и Черноморье (1917-1918 гг.). Дис. .канд. ист. наук. Ростов н/Д,1996.

233. Белоусов И. Сепаратисты в стане Деникина // Родина. 1995. № 2.

234. Последнее воззвание A.M. Каледина // Донская волна. 1918. № 2.

235. Севский В. Час разочарования // Донская волна. 1918. в 3.

236. Гущин А. Через смерть к жизни // Донская волна. 1918. № 3.

237. Денисов С. В. Белая Россия. Альбом №1. С-Пб.; М., 1991.'' С1. ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

238. Кавтарадзе А.Г. Военные специалисты на службе Республике Советов. 1917 1920 гг. - М.,1988.

239. Мещеряков Н.Л. Предисловие // Революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев. Сост. С. А. Алексеев. М.-Л.,1926. Т.З.

240. Трут В.П. Казачий излом. Ростов н/Д,1997.

241. Казамаров П. Памяти русской героической молодёжи (Начало борьбы с большевиками на Кубани) // Вестник первопоходника. 1968. № 76-77-78.

242. Слащов (-ёв)-Крымский Я.А. Белый Крым. 1920 г. Мемуары и документы. М.,1990.

243. Крыльский А. Стальные птицы на Маныче // Донская волна. 1919. №30(58).

244. Белгородцев Н. Защита Царицына // Донская волна. 1919. №32(60).

245. Уланова Д. Дети калмыцкого народа // Донская волна. 1919. №32 (60) .

246. Пьянков Ф. Корнет душой // Донская волна. 1919. №28 (56).

247. Кин Д. Деникинщина / Истпарт. Л,Б.г.

248. Какурин Н.Е. Как сражалась революция. 2-е изд., уточн. М.,1990. Т.1.

249. Берлизов А.И. Кубанское казачество в гражданской войне (1918-1920 гг.) // Октябрьская революция и изменения в облике сельского населения Дона и

250. Северного Кавказа (1917-1929 гг.). Сб. науч. трудов.- Краснодар,1984.

251. Соколов К. Н. Правление генерала Деникина (из " воспоминаний). София,1921.

252. Краснов П.Н„ Всевеликое войско Донское // От первого лица: Сб./ Сост. И.А. Анфертьев. М.,1990.

253. Российские офицеры // Военно-исторический журнал. 1994. № 3.

254. Экспозиция Ростовского Областного Музея краеведения: Октябрьская революция и гражданская война. РОМК, кп 12653/38.18. РОМК, кп 12653/64.

255. Ленин В. И. О современном положении и ближайших задачах Советской власти // ПСС. 5-е изд. М.,1974. Т.39.

256. Россия на рубеже веков: исторические портреты. -М.,1991.

257. Какурин Н.Е. Как сражалась революция. 2-е изд., уточн. М.,1990. Т.2.

258. Генерального Штаба полковник Добрынин. Борьба с большевизмом на Юге России. Участие в борьбе Донского казачества. Февраль 1917 Март 1920: Очерк. - Прага, 1921.

259. Покровский Г. Деникинщина. Год политики и экономики на Кубани (1918-1919). Сост. С.А. Алексеев.- Харьков,1926.

260. См. об этом: Генерального Штаба полковник Добрынин. Указ. соч. С.105; Покровский Г. Указ соч. С.194-195,208; Янчевский Н.Л. Указ. соч.Т.2. С.120; и другие.

261. Севский В. Год спустя // Донская волна. 1919. №27 (55). "229

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 80528