Финальный палеолит и ранний мезолит Днепро-Двинско-Волжского междуречья тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.06, кандидат исторических наук Лисицын, Сергей Николаевич

Диссертация и автореферат на тему «Финальный палеолит и ранний мезолит Днепро-Двинско-Волжского междуречья». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 92269
Год: 
2000
Автор научной работы: 
Лисицын, Сергей Николаевич
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Санкт-Петербург
Код cпециальности ВАК: 
07.00.06
Специальность: 
Археология
Количество cтраниц: 
244

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Лисицын, Сергей Николаевич

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ПАЛЕОГЕОГРАФИЯ ФИНАЛЬНОГО ПАЛЕОЛИТА И РАННЕГО МЕЗОЛИТА НА СЕВЕРО-ЗАПАДЕ РУССКОЙ РАВНИНЫ И ПРОБЛЕМА ПЕРВИЧНОГО ЗАСЕЛЕНИЯ ДНЕПРО-ДВИНСКО-ВОЛЖСКОГО МЕЖДУРЕЧЬЯ

ГЛАВА 2. ИСТОЧНИКОВЕДЧЕСКАЯ БАЗА И МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ ПАМЯТНИКОВ ФИНАЛЬНОГО ПАЛЕОЛИТА И РАННЕГО МЕЗОЛИТА

ГЛАВА 3. ПАМЯТНИКИ ФИНАЛЬНОГО ПАЛЕОЛИТА И РАННЕГО МЕЗОЛИТА

ВЕРХОВЬЕВ ДНЕПРА

ГЛАВА 4. ПАМЯТНИКИ ФИНАЛЬНОГО ПАЛЕОЛИТА И РАННЕГО МЕЗОЛИТА

ВЕРХНЕГО ТЕЧЕНИЯ ЗАПАДНОЙ ДВИНЫ

ГЛАВА 5. ПАМЯТНИКИ ФИНАЛЬНОГО ПАЛЕОЛИТА И РАННЕГО МЕЗОЛИТА

ВЕРХОВЬЕВ ВОЛГИ

ГЛАВА 6. КУЛЬТУРНО-ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ И ПЕРИОДИЗАЦИЯ ДРЕВНЕГОЛОЦЕНОВЫХ ПАМЯТНИКОВ ДНЕПРО-ДВИНСКО-ВОЛЖСКОГО МЕЖДУРЕЧЬЯ

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Финальный палеолит и ранний мезолит Днепро-Двинско-Волжского междуречья"

Днепро-Двинско-Волжское междуречье в постледниковое время становится регионом, насыщенным археологическими памятниками на протяжении мезолита и неолита. Регион находился на стыке разных культурных традиций в течение всего позднего каменного века: в мезолите он составляет основную территорию бутовской и иеневской культур, в неолите является ядром формирования верхневолжской культуры. Проблема первичного заселения в финальном палеолите и освоения в начале мезолита территории Днепро-Двинско-Волжское междуречья лежит в основе проблематики развития более поздних культур.

АКТУАЛЬНОСТВ ТЕМЫ оправдана тем, что эпоха перехода от палеолита к мезолиту на Северо-Западе Русской равнины является наименее изученным периодом каменного века. В течение трех последних десятилетий на территории Днепро-Двинско-Волжского междуречья или Великого Водораздела Восточной Европы было найдено значительное количество памятников, относящихся к этому времени, однако их культурная атрибуция и периодизация продолжает оставаться на начальном уровне исследования, многие из них недостаточно полно или вовсе не опубликованы.

ОСНОВНЫМИ ИСТОЧНИКАМИ выступают кремневые материалы памятников бассейна Западной Двины, Днепра, Волги; литературные и архивные материалы. Материалы хранятся в фондах ИИМК РАН и Государственного Эрмитажа, Тверского Исторического музея.

НАУЧНАЯ НОВИЗНА заключается в пересмотре как старых, так и новых коллекций кремневого инвентаря. Восемь памятников рассматриваются впервые. Ряд материалов ранее частично введен в научный оборот, однако комплексное их изучение и сопоставление с материалами сопредельных территорий позволяет во многом пересмотреть уже сложившиеся представления о времени и путях заселения региона. Проводится критический обзор и оценка памятников региона, отнесенных ранее в литературе к финальному палеолиту.

ЦЕЛЬЮ ИССЛЕДОВАНИЯ является разработка вопросов периодизации и культурной хронологии памятников, заселения территории Днепро-Двинско-Волжского междуречья разнокультурными группами населения на рубеже палеолита и мезолита,

ЗАДАЧИ РАБОТЫ определяются как: 1. Критический анализ археологических источников, выделение чистых и смешанных комплексов, стратифицированных памятников; 2. Систематизация и типологическая корреляция материалов памятников; 3. Определение относительной хронологии выделенных культурных единиц по внутренним данным и материалам соседних регионов; 4. Создание периодизации и общая реконструкция путей и хронологии заселения рассматриваемой территории; хронологическое соотношение верхнепалеолитических и финальнопалеолитических памятников; 5. Сложение локальных групп памятников раннего мезолита и проблема взаимосуществования разнокультурного населения.

МЕТОДИЧЕСКОЙ ОСНОВОЙ работы является технико-морфологический и сранительно-типологический анализ продуктов первичного расщепления и орудийного набора памятников.

КРАТКИЙ ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ ОЧЕРК. Финальный палеолит, как и мезолит долгое время не выделялся как особое культурно-хронологическое подразделение археологической периодизации каменного века. В качестве отдельной эпохи финальный палеолит начинает обозначаться лишь после открытия и исследования ряда памятников в Северной Европе: Лингби в Ютландии [Clark 1936], Бромме на о. Зеландия [Mathiassen 1946], Мейендорф, Штельмоор [Rust 1937] в Германии, Свидре Вельке в Польше [Krukowski 1921; Sawicki L. 1935; Kozlowski L. 1936]. Обоснование терминов было инициировано основополагающей работой Г.Кларка [Clark 1936], введшего понятие культурной области памятников с черешковыми наконечниками, и завершено В.Тауте [Taute 1968], Я.Козловским и С.Козловским [Kozlowski J., Kozlowski S. 1975, 1977], которые дробно классифицировали памятники конца плейстоцена и раннего голоцена Северной и частично Восточной Европы.

В отечественной историографии первоначально переходный этап от палеолита к неолиту получил наименование азильско-свидерской стадии эпипалеолита [Воеводский, 1934] или позднейшей азильской поры палеолита [Ефименко 1938]. П.П.Ефименке принадлежит заслуга выделения мезолита по признаку геометрических микролитов, который он называл ранним неолитом [Ефименко 1924].

1-ый этап изучения памятников этого периода рубежа палеолита и мезолита характеризовался накоплением материала. В 1926-1931 гг. сплошное разведочное обследование Верхнего Днепра в пограничных районах Смоленщины и Брянщины с Беларусью проводил К.М.Поликарпович. Им были открыты памятники Гренск, Латки, Столбун, Печенеж и др., ныне относящиеся к белорусскому финальному палеолиту и мезолиту. В статье 1932 г. им были даны первые обобщения этих материалов, разделенных на стадии свидерскую, тарденуазскую и кампиньи [Паллкарпов1ч 1932]. В 30-е гг. П.Н.Третьяков производил сборы подъемного материала на мес тон ахождения х Верхней Волги, охарактеризованных им как эпипалеолитиечские [Третьяков 1950]. В Подесенье на современной границе России и Украины в 20-е гг. проводил изыскания М.Я.Рудинский [1928], который обнаружил ряд мезолитичеких памятников в урочище Смячка и стоянку Песочный Ров, исследованную затем М.В. Воеводским и

A.А.Формозовым [Воеводский, Формозов 1950]. М.Я.Рудинский отнес их к хвалибоговицкому (по Л.Козловскому) этапу свидера. К середине века имелось уже большое число местонахождений со свидерскими наконечниками, которые, однако, не имели четкой периодизационной привязки. Обобщение этих материалов было сделано в концептуальной статье М.В.Воеводского [1950] «Мезолитические культуры Восточной Европы», где он параллельно С.Н.Замятнину и А.Н.Рогачеву на отечественном материале разработал концепцию археологических культур в каменном веке.

11-ой этап исследований пришелся на 50-70-е гг. и характеризовался массовым открытием и раскопками преимущественно мезолитических стоянок. В 50-е гг. в смоленском течении Днепра у д. Катынь Е.А.Шмидт вслед за первыми находками А.Н.Лявданского 30-х гг. обнаружил несколько мезолитических стоянок, исследованных В.П.Третьяковым [1972]. В 1955 г. О.Н.Бадер открыл ряд стоянок в районе г. Твери, отнесенных позднее Л.В.Кольцовым к бутовской культуре [Бадер, Кольцов, 1974]. В Верхневолжском регионе долгое время были известны лишь неолитические памятники, исследованные Л.Я.Крижевской. С 1955 г. работы на Верхней Волге начала Н.Н.Турина, которая наряду с неолитическими открыла серию мезолитических памятников на Валдае (Ланино, Залесье, Торг, Нижние Котицы и др.) и группу финальнопалеолитических мастерских в районе д. Аносово на Верхнем Днепре, отнесенных (вслед за Р.Римантене) к прибалтийскому мадлену [Турина, 1972]. Активное участие в этих работах принимали исследователи мезолита В.И.Тимофеев, Г.В.Синицына,

B.Я.Шумкин и И.В.Верещагина. В Верхнем Поднепровье исследования мезолитических памятников гренской культуры проводил в 60- гг. В.Д.Будько [1966]. В бассейне Западной Двины в 1957 г. Н.Н.Турина на границе Белоруссии и Росиии исследовала Семенов Хутор и стоянку Крумплево - наиболее западный комплекс культуры кунда. В 1962 г. А.М.Микляев открыл на Псковщине финальнопалеолитическое местонахождение

Иванцов Бор и мезолитические пункты у дер. Лукашенки. С образованием Верхневолжской московской экспедиции в 1957 г. сначала Д.А.Крайнов, а потом с 1962 г. Л.В.Кольцов проводили обширные работы в Верхнем Поволжье, в результате которых были открыты многочисленные мезолитические памятники, разделенные в 197 6 г. Л.В.Кольцовым (преимущественно на материалах Волго-Окского междуречья) на две культуры: бутовскую и иеневскую [Кольцов 1976]. Важным шагом в изучении финального палеолита и мезолита стала монография Л.В.Кольцова [1977], посвященная этому периоду. Таким образом, к концу 70-х гг. были открыты первые финальнопалеолитические памятники региона (Аносово, Иванцов Бор), разработана периодизация местного мезолита, выделены основные мезолитические культуры Северо-Запада Восточной Европы: неманская, кунда, бутовская, иеневская, песочноровская, гренская.

111-ий этап исследований в 80-90-е гг. характеризовался скачкообразным расширением источниковой базы, комплексными исследованиями мезолита и финального палеолита, разработкой методики изучения смешанных культурных слоев, уточнением периодизации памятников и созданием естественнонаучной хронологии. Белорусские исследователи раскопали несколько десятков мезолитических памятников на Днепре и Соже [Копытин 1977; Ксензов 1980, 1988]. Работами исследователей московской школы Л.В.Кольцова, М.Г.Жилина, А.Е.Кравцова, А.Н.Сорокина были открыты несколько сотен памятников мезолита. Из них около 10 0 исследованы раскопками, а некоторые благодаря работам Е.А. Спиридоновой получили палинологическую привязку. Около 50 памятников имеют датировки С14. На Верхней Волге были исследованы новые финальнопалеолитические памятники Подол 3 и Троицкое 3 [Синицына, 1996; Ланцев, Мирецкий, 1996], переходные от финального палеолита к мезолиту памятники Усть-Тудовка 1 и Теплый Ручей 1 и 2 [Жилин, Кравцов 1991; Мирецкий, 1987, 1988; Кольцов, 1993]. В Верхнем Поднепровье в 90-е гг. Г.В.Синицыной были возобновлены работы в районе Аносово. Появились и первые обобщающие работы по финальному палеолиту [Ксензов, 1988; Зализняк, 1989, 1999; Копытин, 1992], где обосновывается его различие с мезолитом и рассматривается динамика развития каменных индустрий в различных регионах. В результате финальнопалеолитические памятники получают первичную периодизацию, различную трактовку линий культурного развития и миграционных процессов (свидер, восточный аренсбург и лингби), основания для хронологии и реконструкции хозяйства (охотники на северного оленя, по Л.Л.Зализняку). Датировка многих мезолитических 7 памятников существенно уточнилась. Удревнились бутовская и иеневская культуры. В результате интенсивных работ исчезли культурно-хронологические и географические «белые пятна» между памятниками финального палеолита и раннего мезолита в Циркумбалтийской зоне. Вместе с тем всеобщий кризис понятия «археологическая культура» привел к переосмыслению источников для этого периода: осознается специфичность выделенных культур и процессов их взаимодействия между собой, выделяются культурные группировки как более высокого, так и более низкого порядка (постсвидерский круг, локальные варианты культур, тип памятников). Таким образом, продолжающиеся в настоящее время интенсивные исследовательские работы способствует дальнейшему углублению представлений о финальном палеолите и мезолите на Северо-Западе Русской равнины.

Заключение диссертации по теме "Археология", Лисицын, Сергей Николаевич

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Последовательность развития культурных традиций на территории западной части Русской равнины рубежа палеолита и мезолита носила, на наш взгляд, дискретный характер. В конце верхнего палеолита на большой территории Поднепровья и, возможно, Волго-Окского междуречья обитали группы населения, в значительной мере ориентированные на добычу мамонта. Образование культурной общности комплексов с «мамонтовым хозяйством» завершилось еще в граветтийское время 2 0-22 тыс. л.н. [Аникович 1997], но после ледникового климатического минимума, оказавшего значительное влияние на формирование новых культур, сложение этой общности получило новый импульс [Лисицын 1997]. Вместе с возникшим своеобразием локальных культурных групп древних поселенцев на Верхнем Дону, Среднем Днепре, Подесенье проявляются и черты в кремневом наборе памятников, которые позволяют коррелировать между собой относительно одновременные комплексы по облику каменной индустрии. Причем ранние, по данным абсолютной хронологии и стратиграфии, поздневалдайские памятники (Мезин, Елисеевичи 1-2, Юревичи, Костенки 11(1а), Костенки 3, Костенки 21(1), Костенки 19, Кирилловская) обладают и наиболее несхожими между собой характеристиками первичного расщепления и орудийного набора. Но в составе этих комплексов в той или иной мере содержатся общие архаические черты, уходящие корнями в предшествующую эпоху: сочетание орудий на крупных и мелких пластинах, острия с обушком гмелинско-аносовского типа, усечение высокой ретушью резцов и острий и др. Поздние верхнепалеолитические памятники уже не содержат выраженного типологического наследия граветтийской эпохи (Юдиново, Тимоновка 1-2, Бугорок, Супонево (?) , Чулатово 2, Межирич, Добраничевка, Гонцы, Борщево 2,) . Для значительного числа этих комплексов характерна определенная типологическая нивелировка техники раскалывания кремня и типов орудий [Лисицын 1999]. Изделия с вторичной обработкой стали изготавливаться преимущественно на небольших пластинках длиной 5-6 см, а самую массовую категорию орудийного набора составили простейшие формы ретушных резцов и скребков. Типологическое единообразие свойственно и для других групп инвентаря (острия, микропластинки с притуплённым краем). Интересно, что для поздних верхнепалеолитических комплексов практически не характерны каменные наконечники, которые представлены лишь несерийными формами, тогда как в предшествующую и последующую эпоху категория наконечников имеет широкое распространение.

Позднейшие стоянки верхнепалеолитической традиции по данным С14 датируются не моложе 12/13-14 тыс.л.н. и для дриасового периода они пока не известны в центральной и западной части Русской равнины, т.е. основных территориях распространения групп населения с черешковыми наконечниками финального палеолита. Учитывая хронологический разрыв (3-4 тыс. лет) памятников верхнего и финального палеолита, а также различия в технике обработки кремня и типологическом наборе орудий памятников, можно заключить, что культурные традиции верхнего палеолита не находят продолжения в последующую эпоху. По современному состоянию источников, для территории Северо-Запада Русской равнины следует исключить памятники верхнего палеолита из возможных «предков» финальнопалеолитических и мезолитических культур. Переживание верхнепалеолитических традиций в раннеголоценовое время, вероятно, имело место лишь в более южных районах Русской равнины: Нижнем Поднепровье и Приднестровском регионе (Осокиревка, Владимировка и др. ) . Не исключено, что в период климатической перестройки на рубеже плейстоцена и голоцена (беллинг - аллеред) произошел отток верхнепалеолитического населения на юг вследствие массового таяния ледников: именно в этот период отмечается врез молодых речных долин и террасообразование в верховьях Днепра, Волги и Западной Двины (табл. 1) . Носители традиций с черешковыми наконечниками могли занять уже пустующие территории. Не меньшую роль в подвижках населения в пограничный между двумя эпохами период, вероятно, играло изменение состава промысловых животных на большей части Русской равнины. После исчезновения мамонтовой фауны основным обитателем североевропейских равнин стал северный олень. Население культур с черешковыми наконечниками традиционно считается охотниками на северного оленя [Зализняк 1989], однако данные для реконструкции столь узкой охотничьей специализации в восточноевропейских материалах фактически отсутствуют и в основном позаимствованы из зарубежных источников и этнографии.

Реконструируемая на основании предлагаемой периодизации памятников картина заселения Днепро-Двинско-Волжского междуречья в финальном палеолите демонстрирует двухкомпонентный в культурном отношении состав населения региона на рубеже плейстоцена и голоцена (табл. 9).

Наиболее ранними памятниками следует признать комплексы Аносово IV на Днепре, Подол Ш/1 и, вероятно, Подол Ш/2 (нижний комплекс) и Троицкое 3 на Верхней Волге, Красносельский 5 в бассейне Немана. Для населения традиции бромме, оставившего эти памятники, были характерны простая призматическая техника получения пластин жестким отбойником, преимущественно одноплощадочные нуклеусы, изготовление орудий на массивных пластинчатых и отщеповых заготовках, крупные наконечники типа лингби. По совокупности данных наиболее раннее проникновение этого населения относится к периоду не ранее рубежа алереда и позднего дриаса, а, скорее всего, к началу позднего дриаса 11/10,5 тыс. лет назад. Возможно к чуть более позднему времени относятся Аносово I в Поднепровье и Теплый Ручей 1 и 2 в Верхневолжье, Красноселье Е в бассейне Припяти, в кремневом инвентаре которых прослеживается типологическое развитие форм орудий.

Происхождение раннего комплекса восточноевропейского варианта бромме следует связать с расселением населения бромме из Южной Скандинавии в южном и восточном направлениях вследствие неблагоприятных природных условий последнепо наступления ледника в позднем дриасе. Основными направлениями движения мигрантов, вероятно, были Повисленье - Понеманье - Верхний Днепр - Валдай, где зафиксированы типологически наиболее архаичные памятники данной традиции (Цаловане/5а, Красносельский 5, Аносово IV, Подол 111/1).

Продолжение развития традиций бромме на территории Верхнего Поднепровья отмечено комплексами типа Берестенево и Вышегора I (ранний комплекс) периода раннего мезолита. Памятники этого этапа маркируют период формирования ранней гренской культуры на Верхнем Днепре. Вероятно, «мезолитическая» революция способствовала почти одновременному появлению мезолитических памятников традиции бромме на Верхней Волге, представленных в на рубеже пребореала ранним комплексом Усть-Тудовки, Авсерьгово 2, начинающих развитие иеневской культуры. Для раннемезолитических памятников этого типа характерно уменьшение размеров заготовок. Проявляются и культурные различия: в Поднепровье в течейие мезолита начинает преобладать отщеповая техника, отжим почти не практикуется, в то время как в иеневской культуре Верхневолжья широкое распространение получает пластинчатый инвентарь, присутствуют карандешевидные нуклеусы и отжимная техника. Общим для обеих культур хронологическим признаком было появление асимметричных наконечников разных типов.

Проникновение другой культурной группы финального палеолита в регион Днепро-Двинско-Волжского междуречья, связанной своим происхождением со свидером, фиксируется с западного направления не ранее финала позднего дриаса 10,5-10,3 тыс. лет назад и отмечено памятниками Саласпилс Лаукскола в низовьях Даугавы, Иванцов Бор и Бабурова Гора в Подвинье, Яново и Баркалабово на Верхнем Днепре и поздним комплексовм стоянки Подол II1/2 в Верхневолжье. Географическое расположение финальнопалеолитиечских памятников свидера свидетельствует, что заселение Днепро-Двинско-Волжского междуречья происходило с запада. По данным кремневых импортов основную роль в освоении свидерцами Подвинья и Верхнего Поднепровья, скорее всего, играл бассейн Немана, плотно населенный в финальном палеолите и мезолите. Носители свидерской культуры практиковали отличную от бромме-лингби технику расщепления, основанную на двухплощадочных ядрищах и мягком отбойнике. Качественные различия в технике расщепления традиции бромме и свидерской продемонстрировано нами при сравнении технокомплекса Аносово I на Днепре и Иванцова Бора в Подвинье. Зависимость от качественного кремневого сырья способствовала достаточно быстрому проникновению свидерского населения на Верхнюю Волгу (где имелись источники качественного кремня) и стремительной адаптации к местным условиям. Ранние памятники бутовской культуры в Волго-Окском междуречье, которая наследует свидерские традиции, датируются рубежом позднего дриаса и пребореала^. В верховьях Волги к ней относится стоянка Тихоново, Бутово 1. Почти . тождественным свидерскому является инвентарь мезолитической стоянки Марьино 4 в бассейне р. Мологи.

Таким образом, освоение Днепро-Двинско-Волжского междуречья разнокультурными группами населения на рубеже плейстоцена и голоцена, по-видимому, происходило из разных районов. Наиболее ранняя волна фиксируется с юга, из бассейна Днепра, более поздняя с запада, из бассейна Западной Двины - Даугавы. В раннем голоцене обе культурные традиции бромме-лингби и свидера получают дальнейшее развитие в местных мезолитических культурах: первая в гренской и иеневской, вторая в кундской и бутовской. Судя по материалам Вышегоры I и Вышегоры III, в верховьях Днепра родственные гренским комплексы существовали на всем протяжении мезолита, лишь в позднем мезолите здесь появляется население с постсвидерскими традициями. Напротив, на Верхней Волге, судя по новым данным, иеневская культура не доживает до второй половины мезолита и полностью вытесняется бутовской, которая привносит в ранний неолит Поволжья наконечники постсвидерского облика.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Лисицын, Сергей Николаевич, 2000 год

1. Абрамова З.А., Григорьева Г.В. 1997. Верхнепалеолитическое поселение Юдиново. Вып. 3. СПб.

2. Аникович М.В. 1997. Днепро-Донецкая историко-культурная область охотников на мамонтов: от «восточного граветта» к «восточному эпиграветту» // Восточный граветт: 35-66. М.

3. Бадер О.Н., Кольцов Л.В. 1974. Мезолитические стоянки близ г.Калинина // CA 1.

4. Борисковский П.И. 1953. Палеолит Украины. М-Л.

5. Грехова Л.В. 1970. Тимоновские стоянки и их место в позднем палеолите Русской равнины. Автореф. дис. канд. ист. наук. М.

6. Гаврилов К.Н. 1994. Специфика кремневых комплексовсреднеднепровских стоянок поздневалдайского времени (сравнительная типология предметов со вторичной обработкой). Автореф. дис. канд. ист. наук. М.

7. Величко A.A., Грехова Л.В., Грибченко Ю.Н., Куренкова Е.И. 1997. Первобытный человек в экстремальных условиях среды. Стоянка Елисеевичи. М.

8. Ефименко П.П., Борисковский П.И. 1953. Палеолитическая стоянка Борщево II // МИА 39: 56-110.

9. Борисковский П.И., Дмитриева Т.Н. Борщево 2 // Палеолит Костенковско-Борщевского района на Дону: 217-221. Л.

10. Будько В.Д. 1966. Памятники свидерско-гренской культуры на территории Белоруссии // МИА 126. М-Л.

11. Васильев С.А. 1999. Финальный палеолит Дании // Stratum plus 1: 211-218. СПб.

12. Васильева Н.Б., Косорукова Н.В. 1998. Результаты планиграфического, трасологического и технологического анализов материалов стоянки Марьино 4 // TAC 3: 179-192.

13. Величко A.A., Грибченко Ю.Н., Куренкова Е.И., Новенко Е.Ю. 1999. Гохронология палеолита Восточно-Европейской равнины // Ландшафтно-климатические изменения в позднем плейстоцене и голоцене: 19-50. М.

14. Верещагина И.В., Синицына Г.В., Тимофеев В.И., Тихомирова О.М., Шаяхметова Л. Г., Шумкин В.Я. 1995. Каменный век Верхневолжского региона. Вып. 1. Материалы к археологической карте. СПб.

15. Воеводский М.В. 1934. К вопросу о развитии эпипалеолита в Восточной Европе // CA 5: 144 150.

16. Воеводский М.В. 1950. Мезолитические культуры Восточной Европы // КСИИМК.31: 6-120.

17. Воеводский М.В., Формозов A.A. 1950. Стоянка Песочннй Ров на реке Десне // КСИИМК 35: 42-54.

18. Вознячук Л.Н. 1973. К стратиграфии и палеогеографии неоплейстоцена Белоруссии и смежных территорий // Проблемы палеогеографии антропогена Белоруссии: 45-75. Минск.

19. Воробьев В.М. 1994. Великий Водораздел Восточной Европы: географо-археологический аспект // TAC 1: 1-6.

20. Галибин В.А., Тимофеев В.И. 1993. Новый подход, к разработке проблемы выявления источников кремневого сырья для культур каменного века Восточной Прибалтики. //Археологические вести. 2: 13-19. СПб.

21. Гладких М.И. 1971. Кремяний Гнветрар п1зньопалеол1тичного поселения Межиргч // Археолог1я 3: 58-63. Khíb.

22. Гладких М.И. 1973. Поздний палеолит лесостепного Поднепровья. Автореф. дис. канд. ист. наук. Л.

23. Гладких М.И. 1977. Некоторые критерии определения культурной принадлежности позднепалеолитических памятников // Проблемы палеолита Восточной и Центральной Европы: 137-143. Л.

24. Горецкий Г.И. 1970. Аллювиальная летопись Великого Пра-Днепра. М.

25. Турина H.H. 1965. Новые данные о каменном веке Северо-Западной Белоруссии // МИА 131: 141-203.

26. Турина H.H. 1966. К вопросу о позднепалеолитических и мезолитических памятниках Польши и возможности сопоставления с ними памятников Северо-Западной Белоруссии // МИА 126: 14-35.

27. Турина H.H. 1972. Кремнеобрабатывающая мастерская в верховьях реки Днепра. // МИА 185: 244-251.

28. ТУРИНА H.H. 1977. Основные особенности мезолитических памятников в верховьях волги // КСИА 149: 78-83.1. Мезолит СССР: 25-32. М.

29. Долуханов П.М. 1969. История Балтики. М.

30. Долуханов П.М. 1969а. Палеогеография Усвятских стоянок // АСГЭ №11. Л.

31. Долуханов П.М. Мив;ляев Л.М. 1985. Хозяйство и расселение древнего населения юга Псковской области // Человек и окружающая среда в древности и средневековье: 51-58. М.

32. Ефименко П.П. 1924. Мелкие кремневые орудия геометрических и иных своеобразных очертаний в русских стоянках ранненеолитического возраста // Русский антропологический журнал. Т. 13. - Вып. 3-4: 211-228. М.

33. Ефименко П.П. 1938. Первобытное общество. Л.

34. Желтова М.Н. 1997. Ранние этапы заселения территории Усвятского района (Псковская область) // Памятники старины. Концепции. Открытия. Версии. Т. 1: 225-232. СПб-Псков.

35. Жилин М.Г. 1998. Адаптация мезолитических культур Верхнего Поволжья к каменному сырью // TAC 3: 25-30.

36. Жилин М.Г. 1999. Хронология и периодизация бутовской мезолитической культуры // ТГИМ 103: 109-126.

37. Жилин М.Г., Кравцов А.Е. 1991. Ранний комплекс стоянки Усть-Тудовка 1 // Памятники археологии Верхнего Поволжья: 3-18. Нижний Новгород.

38. Жилин М.Г., Фролов A.C., Крымов Е.У. 1996. Стоянка Прислон 1 на Верхней Волге // TAC 2: 126-132.

39. Загорска И., Загорскис Ф. 1977. Мезолит Латвии // КСИА 149: 69-75.

40. Загорска И.А. 1981. Ранний мезолит на территории Латвии // Известия АН Лат.ССР 2: 53-65. Рига.

41. Зализняк Л.Л. 1986. Культурно-хронологическая периодизация мезолита Новгород-Северского Полесья // Памятники каменного века Левобережной Украины: 74-142. Киев.

42. Зализняк Л.Л. 1989. Охотники на северного оленя Украинского Полесья эпохи финального палеолита. Киев.

43. Зализняк Л.Л. 1991. Население Полесья в мезолите. Киев.

44. ЗалТзняк Л.Л. 1999. Ф1нальний палеол!т п1вн1чного заходу Схлдно1 Европи (Культурний подл.л i перзодизац1я) . Китв.

45. Зеликсон Э.М. 1994. К характеристике растительности Европы в аллереде // Короткопериодные и резкие ландшафтно-климатические изменения за последние 15000 лет: 113-124. М.

46. Квасов Д.Д. Позднечетвертичная история крупных озер и внутренних морей Восточной Европы. J1.

47. Климанов В.А. 1994. Климат Северной Евразии в позднеледниковье (в последний климатический ритм) // Короткопериодные и резкие ландшафтно-климатические изменения за последние 15000 лет: 61-93. М.

48. Колосов Ю.Г. 1964. Некоторые позднепалеолитические стоянки порожистой части Днепра (Осокоровка, Дубовая Балка, Ямбург) // Борисковский П.И., Праслов Н.Д. Палеолит бассейна Днепра и Приазовья. САИ AI-5: 42-49.

49. Кольцов JI.B. 1976. Культурные различия в мезолите Волго-Окского бассейна // Восточная Европа в эпоху камня и бронзы: 21-2 6. М.

50. Кольцов J1.B. 1977. формировании Финальный палеолит и мезолит Южной и Восточной Прибалтики. М.

51. Кольцов JI.B. 1989. Мезолит Волго-Окского междуречья // Археология СССР 2. Мезолит СССР: 68-86. М.

52. Кольцов JI.B. 1994. О первоначальном заселении Тверского Поволжья // TAC 1: 7-10.

53. Кольцов JI.B., Жилин М.Г. 1999. Мезолит Волго-Окского междуречья. Памятники бутовской культуры. М.

54. Копытин В.К. 1977. Мезолит юго-восточной Белоруссии. Автореф. дис. канд. ист. наук. Л.

55. Копытин В.Ф. 1977а. Мезолит Юго-Восточной Белоруссии // КСИА 14 9: 60-66.

56. Копытин В.К. 1992. Финальный палеолит и мезолит Верхнего Поднепровья. Могилев.

57. Копытин В.К. 19 99. Финальный палеолит и мезолит Верхнего Поднепровья. // Tanged points cultures in Europe in Europe: 256266. Lublin.

58. Косорукова-Кондакова H.B. 1995. Мезолитическая стоянка Марьино IV в бассейне Средней Мологи // Проблемы изучения эпохи первобытности и раннего средневековья лесной зоны Восточной Европы: 10-16. Иваново.

59. Кравцов А.Е. 1998. К вопросу о генезисе иеневской культуры // TAC 3: 203-208.

60. Кравцов А.Е. 1999. Некоторые результаты изучения мезолитической иеневской культуры в Волго-Окском бассейне (по материалам середины 1980-х 1990-х годов) // ТГИМ 103: 79-128. М.

61. Ксензов В.П.1980. Палеолит и мезолит белорусского правобережья Днепра. Автореф. дис. канд. ист. наук. J7.

62. Ксензов В.П.1988. Палеолит и мезолит Белорусского Поднепровья. Минск.

63. Ксензов В.П.1994. Мезолит Белорусского Подвинья // РА 3: 5-22.

64. Ксензов В.П.1994а. Мезолитические культуры Белорусского Подвинья и Поднепровья. Автореф. дис. докт. ист. наук. Минск.

65. Ксензов В.П. 1997. Финальный палеолит и мезолит Поднепровья Беларуси // РА 1: 5-20.

66. Ксензов В.П. 1999. Новые памятники гренской культуры в Белорусском Поднепровье. // Tanged points cultures in Europe in Europe: 229240. Lublin.

67. Кудряшов В.E., Липницкая О.Л. 1992. К вопросу о кудлаевской культуре эпохи мезолита на Могилевщине //Дняпроуск1 край. Тез. конф: 27-29. Могилеу.

68. Куренкова Е.И. 1980. Радиоуглеродная хронология и палеогеография позднепалеолитических стоянок Верхнего Приднепровья. Автореф. дис. канд. ист. наук. М.

69. Лазуков Г.И. 1982. Характеристика четвертичных отложений района // Палеолит Костенковско-Борщевского района на Дону: 13-36. Л.

70. Ланцев А.П, Мирецкий A.B. 1996. Стоянка Троицкое 3 один из древнейших памятников Тверского Поволжья // TAC 2: 57-70.

71. Левицкий 1.Ф. Разкопки палеол1тично1 стонки на балц1 Осокор1вц1 в 1946 роц1 // Археолог1чн1 пам'ятки. Вып II: 289-291. Ки±в.

72. Липницкая О.Л. 1979. Мезолитическая стоянка Криничная // КСИА 157: 32 36.

73. Липницкая О.Л. 1988. Кремнеобрабатывающие мастерские запада и центра европейской части СССР. Автореф дис. канд. ист. наук. Л.

74. Лисицын С.Н. 19 94. Кремневая индустрия Юдиновской верхнепалеолитической стоянки // Матер1альна цив!лизац1я Сх1дной Свропи: 7-8. Ки1в.

75. Лисицын С.Н. 19 97. Культурные процессы в верхнем палеолите Русской равнины в период максимального похолодания валдайского оледенения // Культурные взаимодействия в условиях контактных зон: 14-16. СПб.

76. Лисицын С.Н. 19 97. Особенности кремневого инвентаря стоянки Елисеевичи // Традиции отечественной палеоэтнологии. Международная конференция, посвященная 150-летию со дня рождения Федора Кондратьевича Волкова (Вовка): 97-99. СПб.

77. Лисицын С.Н. 19 98. Природные условия нахождения памятников финального палеолита раннего мезолита в Подвинье. // Поселения: Среда, культура, социум: 33-36. СПб.

78. Лисицын С.Н. 1999. Эпиграветт или постграветт? (особенности кремневого инвентаря поздневалдайских памятников с мамонтовым хозяйством). // Stratum plus 1: 83-120. СПб.

79. Лисицын С.Н. 20 00. Динамика развития кремневого инвентаря памятников поздней поры верхнего палеолита в приледниковой области Центра Русской Равнины. //ТАС 4 (в печати).

80. Лопатников М.И., Шик С.М. 1963. Краевые образования валдайского и московского оледенений центральной части Русской равнины // Краевые формы рельефа материкового оледенения на Русской равнине. Труды комиссии по изучению четвертичного периода: 113-117. М.

81. Микляев A.M. 1995. Каменный-железный век в междуречье Западной Двины и Ловати // ПАВ: 7-39.

82. Неприна В.И., Зализняк Л.Л., Кротова A.A. 1986. Памятники каменного века левобережной Украины. Киев.

83. Нехорошев П.Е. 1999. Технологический метод изучения первичного расщепления камня среднего палеолита. СПб.

84. Обедиентова Г.В. 1962. Основые особенности геоморфологии долины Волги в верховье // Вопросы палеогеографии и геоморфологии бассейнов Волги и Урала. М.

85. Обедиентова Г.В. 1975. Формирование водных систем Русской равнины. М.

86. Обедиентова Г.В. 1977. Эрозионные циклы и формирование долины Волги. М.

87. ОхрТменко Г.В., Телег1н Д.Я. 1982. Новг пам'ятки мезол1ту та неол1ту Волин1 // Археолог1я 39: 64-76.суседн1х крал-Н Бедняга Падняпроуя // Працы секцы1 археалогИ. T.III. Минск.

88. Палеогеография Европы за последние сто тысяч лет. 1982. М.

89. Попов В.В. 1989. Развитие позднепалеолитической культуры Восточной Европы по материалам многослойной стоянки Костенки 11. Автореф. дис. канд. ист. наук. JI.

90. Римантене Р.К. 1971. Палеолит и мезолит Литвы. Вильнюс.

91. Римантене Р.К. 1977. Основные черты мезолита Литвы // КСИА 149: 66-69.

92. Римантене Р.К. 1978. Типология палеолитических и мезолитических наконечников Прибалтики // Орудия каменного века: 20-31. Киев.

93. Рогачев О.М. 1947. Палеол1тичн1 стоянки в Кайстров1й балц! // Палеол1т i неол1т Укра1ны. Т. 1, вып. IV: 249-263. Ки1в.

94. Рогачев А.Н., Кудряшов В.Е. 1982. Борщево 1 // Палеолит Костенковско-Борщевского района на Дону: 211-216. Л.

95. Рогачев А.Н., Аникович М.В. 1984. Поздний палеолит Русской равнины и Крыма // Археология СССР 1. Палеолит СССР: 162-271. М. .

96. Рудинський М.Я„ 1928. До питания про культури мезолФтично1 доби на Укра1н1 //Антрополог1я 1: 73 -91. Ки1в.

97. Рудинський М.Я. 1930. Журавка. Справоздання за розкопки р. 1929 // Антрополог1я: 98-122.

98. Санько А.Ф. 1987. Неоплейстоцен Северо-Восточной Белоруссии и смежных районов РСФСР. Минск.

99. Селиванова Н.Б. 1984. Методика определения источников кремня для археологических памятников // III Seminar on petroarchaeology: 93102. Plovdiv.

100. Синицын A.A. Праслов Н.Д., Свеженцев Ю.С., Сулержицкий Л.Д. 1997. Радиоуглеродная хронология верхнего палеолита Восточной Европы // Радиоуглеродная хронология верхнего палеолита Восточной Европы и Северной Азии. Проблемы и перспективы: 21-66. СПб.

101. Синицына Г.В. 19 94. К вопросу о генезисе валдайской культуры // TAC 1: 3 6-41.

102. Синицына Г.В. 19 96. Исследование финальнопалеолитических памятников в Тверской и Смоленской областях. СПб.

103. Синицына Г. В. 19 9-7. Ланино I памятник каменного века // Каменный век Верхневолжского региона. Вып. 2: 5-62. СПб.

104. Сорокин А.Н. 1986. Мезолит бассейнов Десны и Оки (по материалам работ деснинской экспедиции) // КСИА 188: 2 8-35.

105. Сорокин А.Н. 1987. О происхождении кундской культуры // Вопросы археологии и истории Верхнего Поочья: 11-14. Калуга.

106. Сорокин А.Н. 1987. Культурные различия в мезолите бассейна р.Оки / / КСИА 18 9: 41-4 6.

107. Сорокин А.Н. 1990. Бутовская мезолитическая культура (по материалам Деснинской экспедиции). М.

108. Сорокин А.Н. 2000. Мезолит Жиздринского Полесья. Проблема источниковедения мезолита Восточной Европы. Автореф. дис. докт. ист. наук. М.

109. Спиридонова Е.А., Алешинская A.C. 1999. Опыт применения палинологического анализа для периодизации мезолита Волго-Окского междуречья // ТГИМ 103: 127-141. М.

110. Станко В.Н. 1980. Ранний мезолит степей Северного Причерноморья // Первобытная археология поиски и находки: 90-109. Киев.

111. Станко В.Н., Григорьева Г.В., Швайко Т.Н. 1989. Позднепалеолитическое поселение Анетовка II. Киев.ист . наук . , JI.

112. Телегл.н Д.Я. 1982. Мезол1тн1 пам'ятки Укра1ни (IX-VI тисячол1ття до н. е . ) . Кил.в .

113. Тимофеев В.И. 1997. Стоянки Залесья и некоторые вопросы изучения Валдайской неолитической культуры // Каменный век Верхневолжского региона. Вып. 2. Материалы к археологической карте: 107-168. СПб.

114. Третьяков В.П. 1972. Древности в бассейне р. Катыни // CA 4: 199210 .

115. Третьяков В.П., Шмидт Е.А. 1973. Стоянка каменного века в бассейне р.Катыни в Смоленском Поднепровье // CA 1: 244-247.

116. Третьяков П.Н. 1950. Эпипалеолитические поселения Скнятинских дюн // МИА 13. М.

117. Фаустова М.А. 1994. Ледниковые ритмы на рубеже позднеледниковья и голоцена // Короткопериодные и резкие ландшафтно-климатические изменения за последние 15000 лет: 94-103. М.

118. Фролов A.C. 1985. Иеневская позднемезолитическая культура в бассейне р. Оки // Археологические памятники Европейской части РСФСР. М.

119. Фролов A.C. 1987. Стоянка Заозерье 1 на Москва-реке // КСИА 189: 75-83. М.

120. Хайкунова H.A. 1984. Нуклеусы верхнепалеолитической стоянки Супонево. // CA 4: 109-118. М.

121. Хайкунова H.A. 1985. Кремневый инвентарь стоянки Супонево (и ее место в палеолите Десны). Автореф. дис. канд. ист. наук. М.

122. Хотинский H.A. 1977. Голоцен Северной Евразии. М.

123. Хотинский H.A., Девирц А.Л., Маркова Н.Г. 1966. Некоторые черты палеогеографии и абсолютной хронологии позднеледникового времени центральных районов Русской равнины // Верхний плейстоцен. Сратиграфия и абсолютная хронология: 140-151. М.

124. Цыганов Ю.Ю. 1995. Стоянка Борщево 2 и ее место в палеолите Восточной Европы. Автореф. дис. канд. ист. наук. СПб.

125. Цыганов Ю.Ю. Зайцева Г.И., Гей Н.А. 1994. Комплексное исследование верхнепалеолитической стоянки Борщево 2 // Международная конференция по применению методов естественных наук в археологии: 44. СПб.

126. Чеботарева Н.С., Вигдорчик М.Е., Котлукова И.В., Малаховский Д.Б. 1961. Район валдайского оледенения. Рельеф // Рельеф и стратиграфия четвертичных отложений Северо-Запада Русской равнины: 82-101. М.

127. Чеботарева Н.С., Вигдорчик М.Е., Малаховский Д.Б., Шик С.М. 1961. Общая характеристика территории // Рельеф и стратиграфия четвертичных отложений Северо-Запада Русской равнины: 72-82. М.

128. Чеботарева Н.С., Саммет Э.Ю., Знаменская О.М., Рухина Е.В. 1961. Стратиграфия плейстоцена // Рельеф и стратиграфия четвертичных отложений Северо-Запада Русской равнины: 101-137. М.

129. Черныш А.П. 1950. Новые исследования Владимирской палеолитической стоянки // КСИИМК 31: 8 9-95.

130. Черныш А.П. 1953. Володимир1вська палеолФтична стоянка. Ки1в.

131. Черняускц М.М., Кудряшоу В.Я., ЛФпнФцкая В.Л. 1996. Старожытная шахцеры на Poci. МФнск.

132. Чубур А.А. К вопросу о периодизации и хронологии верхнего палеолита бассейна Десны // АрхеологФя 3: 97-104.

133. Шмидт Е.А. 1976. Археологические памятники Смоленской области (с древнейших времен до VIII века до н.э.). Смоленск.

134. Шовкопляс, И. Г. 19 65. Мезинская стоянка. Киев.

135. Шовкопляс И.Г. 1972. Добраничевская стоянка на Киевщине (некоторые итоги иследования) // МИА 185: 177-188. Л.

136. Яанитс К.Л. 1990. Кремневый инвентарь стоянок кундасской культуры. Автореф. дис. канд. ист. наук. М.

137. Aaby В. 1993. Flora // Digging into the past. 25 years of Archaeology in Denmark: 24-27. Copenhagen.

138. Andersen S.H. 1988. A survey of the Late Palaeolithic of Denmark and Southern Sweden // De la Loire a l'Oder. Les civilisations du Pa^olithic final dans le nord-ouest еигорйеп. BAR 444: 523-566.

139. Bang-Andersen S. 1996. The colonisation of Southwest Norway. An ecological approach // The earliest settlement of Scandinavia and its relationship with neighboring areas. Acta Archaeologica1.densia 24: 219-234. Stockholm.

140. Becker C.J. 1971. Late Palaeolithic finds from Denmark // Proc. Prehist. Soc. 37: 131-139.

141. Butrimas A., Ostrauskas T. 1999. Tanged points cultures in Lithuania // Tanged Points Cultures in Europe. Lublin: 267-271.

142. Clark G. 1936. The Earlier Stone Age Settlement in Northern Europe. Cambridge.

143. Cullberg C. 1996. West Sweden: on the earliest settlement // The earliest settlement of Scandinavia and its relationship with neighboring areas. Acta Archaeologica Ludensia 24: 177-188. Stockholm.

144. Fischer A.A. 1988. Late Palaeolithic flint workshop at Egtved, East Jutland // Journal of Danish archaeology 10: 7-23. Copenhagen.

145. Fischer A.A. 1990. Late Palaeolithic «school» of flint knapping at Trollesgave, Denmark // Acta Archaeologica 24: 33-49. Stockholm.

146. Fischer A.A. 1993a. The Late Palaeolithic // Digging into the past. 25 years of Archaeology in Denmark: 51-56. Copenhagen.

147. Fischer A.A. 1993b. Mesolithic inland settlement // Digging into the past. 25 years of Archaeology in Denmark: 58-63. Copenhagen.

148. Fischer A.A. 1996. At the Border of Human Habitat. The Late Palaeolithic and Early Mesolithic in Scandinavia // The earliest settlement of Scandinavia and its relationship with neighboring areas. Acta Archae'ologica Ludensia 24: 157-176. Stockholm.K

149. Holm J. 1991. Settlements of the Hamburgian and the Federmesser cultures at Slotseng, South Jutland // Journal of Danish archaeology 10: 7-19. Copenhagen.

150. Holm J. 1996. The earliest settlement of Denmark // The earliest settlement of Scandinavia and its relationship with neighboring areas. Acta Archaeologica Ludensia 24: 43-59. Stockholm.

151. Johansen L. 1997. The Late Palaeolithic in Denmark. Preprint // APRAIF. Paris.

152. Johansson A.D. 1996. A base camp and kill sites from the Bromme culture on South Zealand // The earliest settlement of Scandinavia and its relationship with neighboring areas. Acta Archaeologica Ludensia 24: 89-97. Stockholm.

153. Kabailiene M., Stancikaite M., Ostrauskas T. 1997. Living conditions and activity of man in the environs of lake Grunda in the end of Late Glacial and Holocene // Geologija 21: 32-43. Vilnus.

154. Kindgren H. 1996. Reindeer or seals? Some Late Palaeolithic sites in central Bohuslnn // The earliest settlement of Scandinavia and its relationship with neighboring areas. Acta Archaeologica Ludensia 24: 191-204. Stockholm.

155. Kobusiewicz M. 1999. Tanged pointa cultures of Greater Poland 25 years from the first approach // Tanged points cultures in Europe in Europe: 110-120. Lublin.

156. Koltsov L.V., Zhilin M.G. 1999. Tanged point cultures in the Upper Volga Basin // Tanged points cultures in Europe in Europe: 346360. Lublin.

157. Kozlowski J.K., Kozlowski S.K. 1977. Epoka kamienia na ziemiach Polskich // Panstwowe wydawnictwo naukowe. Warszawa.

158. Kozlowski L. 1936. Die epipalaolithischen kulturen in Swidry und Chwalibogowice // Praehistorische Zeitchrift. T.26.

159. Kozlowski S.K. 1973. Introduction to the History of Europe in Early Holocene // The Mesolithic in Europe: 331-365. Warsaw.

160. Kozlowski S.K. 1975. Quelques remaroues sur le Brommien // Acta archaeologica 46: 134 142. Kopenhavn.

161. Kozlowski S.K. 1999. The Tanged Points Complex // Tanged points cultures in Europe in Europe: 28-35. Lublin.

162. Kozlowski J.K.f Kozlowski S.K. 1975. Pradzieje Europy od XL do IV tysiaclecia p.n.e. Warszawa.

163. Kozlowski J.K., Kozlowski S.K. 1977. Epoka kamienia na ziemiach Polskich. Warszawa.

164. Madsen B. 1983. New evidence of Late Palaeolithic settlement in East Jutland // Journal of Danish archaeology 2: 12-31. Copenhagen.

165. Madsen B. 1992. Hamburgkulturens flintteknologi i Jels // Istidsjaegere ved Jelssorne. Skrifter fra Museumsradet for Sonderjyllands. Amt 5: 93-132. Haderslev.

166. Madsen, B. 1996. Late Palaeolithic cultures of South Scandinavia -tools, traditions and technology. // The earliest settlement of Scandinavia and its relationship with neighboring areas. Acta Archaeologica Ludensia 24: 61-73. Stockholm.

167. Mathiassen T. 1946. En Senglacial Boplands ved Bromme. Aarboger.

168. Oshibkina S.V. 1999. Tanged points industries in the North-West of Russia // Tanged points cultures in Europe in Europe: 325-332. Lublin.

169. Ostrauskas T. 1996. Vakaru lietuvos mezolitas // Lietuvos archeologija 14: 192-212.

170. Ostrauskas T. 1998. Lietuvos mezolito gyvenvieciu periodizacija. Daktaro disertacijos santrauka. Vilnius.

171. Ostrauskas T. 1999. Kabeliu 2-oji akmens amziaus gyvenviete // Lietuvos archeologija 16: 31-66.

172. Petersen E.B. 1993. The Late Palaeolithic and the Mesolithic // Digging into the past. 25 years of Archaeology in Denmark: 46-50. Copenhagen.

173. Petersen E.B., Johansen L. 1991. Solbjerg I an Ahrensburgian site on a reindeer migration route through Eastern Denmark // Journal of Danish archaeology 10: 20-37.

174. Petersen E.B., Johansen L. 1996. Tracking Late Glacial reindeer hunters in Eastern Denmark // The earliest settlement of Scandinavia and its relationship with neighboring areas. Acta Archaeologica Ludensia 24: 75-88. Stockholm.

175. Rimantiene R., Ost-.rauskas T. 1999. Some peculiarities of development of Final Palaeolithic cultures in the east Baltic region // Особенности развития верхнего палеолита Восточной Европы: 51. СПб.

176. Rust А. 1937. Das altsteinzeitlich renteierja gerlager Meiendorf. Neumunster.

177. Salamonsson B. 1964. Découverte d'une habitation du tardi-glaciare a Segebro, Scanie, Suede // Acta Archaeologica 35: 1-28.

178. Sawicki L. 1935. Przemysl swiderski i stanowiska Wydmowego Swidry Wielkei // Przeglad archeologiczny. -T. V. , Z. I. -Poznan: 12-40.

179. Schild R., Krolik H. 1999. Rydno, a Final Palaeolithic ochre mine and surrounding aggregation grounds // Tanged points cultures in Europe in Europe. Lublin: 146-163.

180. Schild R., Pazdur M.F., Vogel J.C. 1999. Radiochronology of the tanged point technocomlex in Poland // Tanged points cultures in Europe in Europe. Lublin: 13-15.

181. Shild R. 1975. Po£ny paleolit // Prahistoria ziem Polskich. Paleolit i mesolit. T. 1. Warszawa.

182. Sinitsyn A.A. 1996. Kostenki 14 (Markina Gora): data, problems and perspectives // Prehistoire Européenne. Vol. 9: 273-313.

183. Sinitsyna G. 1999. Problems of the Valdai Mesolithic // Tanged points cultures in Europe in Europe. Lublin: 318-324.

184. Soffer 0. 1985. The Upper Paleolithic of the Central Russian Plain. Orlando.

185. Sorokin A.E. 1999. On the problem of influence of Volga-Oka Mesolithic to the origine of Kunda culture // L' Europe des derniers chasseurs: epipaleolithigue et mésolithique. Actes du 5-е colloque international UISPP, commission XII. Paris: 425-428.

186. Sulgostowska Z. 1989. Prahistoria miedzyrzecza Wisly, Niemna i Dniestru u schylku plejstocenu. Warszawa.

187. Sulgostowska Z. 1997. The phenomenon of chocolate flint on the North European Plain during the Final Palaeolithic // Man and flint. Warszawa: 313-318.

188. Sulgostowska Z. 1999. Final Palaeolithic Masovian Cycle and Mesolithic Kunda Culture Relations.// Tanged Points Cultures in Europe. Lublin: 85-92.tie srodkowoeuropejskim. Warszawa.

189. Szymczak K. 1987. Perstunian culture the eastern equivalent of the Lingby culture in the Nieman basin // Late Glacial in Central Europe: 267-276. Wroclaw, Warszava, Krakow, Gdansk, Lodz.

190. Szymczak K. 1987a. Three faces of the Swiderian culture // Archaeologia interregionalis. New in Stone Age archaeology: 35-54. Warsaw.

191. Taute, W. 1968. Die Stielspitzen-Gruppen im nordlichen Mitteleuropa Ein Beitrag zur Kenntnis der speten Altsteinzeit. Fundamenta, Reihe A, Band 5. Köln.

192. Zagorska I. 1994. Salaspils Laukskolas akmens laikmeta apmetne // Arheologija un etnografija XVI: 14-28. Riga.

193. Zagoiska I. 1996. Late Palaeolithic Finds in the Daugava River Valley // The earliest settlement of Scandinavia and its relationship with neighboring areas. Acta Archaeologica Ludensia 24: 263-272. Stockholm.

194. Zagorska I. 1996b. Vela paleolita krama katveida buitu gali Latvija // Arheologija un etnografija 18: 181-190. Riga.

195. Zagorska I. 1998. Vela paleolita atradumi Lielupes baseina // Latvijas Vestures Instituta Zurnals 4: 5-20. Riga.

196. Zaliznyak, L.L. 1999. Tanged points cultures in the Western part of Eastern Europe. // Tanged points cultures in Europe in Europe: 202-218. Lublin.

197. Zaliznyak, L.L., 1999a. Terminal Palaeolithic Of Ukraine, Belarus and Lithuania (Survey of cultural differentiation) // Folia Quaternaria 70: 333-361. Krakow.

198. Zhilin M.G. 1996. The Western Part of Russia in the Late Palaeolithic Early Masolithic // The earliest settlement of Scandinavia and its relationship with neighboring areas. Acta Archaeologica Ludensia 24: 273-284. Stockholm.1. АРХИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

199. Турина H.H. Отчет о полевой работе Верхневолжской неолитической экспедиции за 196-9' г. // Архив ИИМК РАН, фонд 35, on. 1, д. 3.

200. Турина H.H. Отчет о полевой работе Верхневолжской неолитической экспедиции за 1979 г. // Архив ИИМК РАН, фонд 35, on. 1, д. 7.

201. Желтова М.Н. Отчет о полевых работах по изучению памятников каменного века в Усвятском районе Псковской области в 1999 г. // Архив Государственного Эрмитажа.

202. Лисицын С.Н. Отчет о разведочном археологическом обследовании памятников каменного века в Усвятском районе Псковской области и Велижском районе Смоленской области в 1998 г. // Архив Государственного Эрмитажа.

203. Микляев A.M. Отчет о работе Невельского отряда ПАЭ ГЭ в 1962 г. // Архив Государственного Эрмитажа.

204. Микляев A.M. Отчет о работе Невельской археологической экспедиции ГЭ в 1967 г. // Архив Государственного Эрмитажа.

205. Мирецкий A.B. Отчет о раскопках и разведках в Калининской области в 1987 г. // Архив ИА РАН. Р-1. №12262.

206. Мирецкий A.B. Отчет о раскопках стоянки-мастерской Теплый Ручей 1 в Селижаровском районе Калининской области в 1988 г. // Архив ИА РАН. Р-1. №12672."

207. Праслова М.Н. 0тч<5т о полевых работах по изучению памятников каменного века в Усвятском районе Псковской области в 1986 г. // Архив Государственного Эрмитажа.

208. Синицына Г.В. Отчет о полевой работе в 19 97 году по исследованию финальнопалеолитического памятника Вышегора I в Смоленской области, Новодугинского района. // Архив ИИМК РАН, фонд , оп. , Д.167

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 92269