Гематологические показатели и математическое моделирование биоритмов прироста живой массы у овец при действии биостимуляторов тема диссертации и автореферата по ВАК 03.00.13, кандидат ветеринарных наук Федота, Наталья Викторовна

Диссертация и автореферат на тему «Гематологические показатели и математическое моделирование биоритмов прироста живой массы у овец при действии биостимуляторов». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 58384
Год: 
1998
Автор научной работы: 
Федота, Наталья Викторовна
Ученая cтепень: 
кандидат ветеринарных наук
Место защиты диссертации: 
Ставрополь
Код cпециальности ВАК: 
03.00.13
Специальность: 
Физиология человека и животных
Количество cтраниц: 
133

Оглавление диссертации кандидат ветеринарных наук Федота, Наталья Викторовна

Введение. —.

1. Обзор литературы. Основные аспекты биоритмологии и математическое моделирование функциональных систем.

1.2. Тканевые биостимуляторы и их физиологическое действие.

2. Собственные исследования.

2.1. Материалы и методика исследований.

2.2. Биоритмы прироста живой массы и гематологические показатели у овец

2.3. Получение биостимулятора из мозговой ткани (БСМ).

2.4. Математическое моделирование действия

БСМ на биоритмы прироста живой массы.

2.5. Влияние препарата БСМ на динамику гематологических показателей и естественную резистентность

3. Обсуждение результатов собственных исследований.

4. Выводы.

5. Практические предложения.мб

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Гематологические показатели и математическое моделирование биоритмов прироста живой массы у овец при действии биостимуляторов"

Актуальность темы. Для повышения продуктивности и естественной резистентности животных необходимы разработка и получение новых биологически активных препаратов и их эффективное использование. Биологические вещества должны отвечать требованиям экологической безопасности, а при их использовании следует учитывать физиологические особенности животных, в частности, биоритмический характер функциональных процессов в живом организме.

Научное обоснование воздействия биологически активных веществ на организм продуктивных животных и разработка практических рекомендаций по способам применения биостимуляторов требует анализа большого количества выходных данных, который возможен только при использовании методов математического моделирования.

Теоретической основой получения биологически активных препаратов явилось учение о биологических стимуляторах, разработанное М.П.Тушновым (1936), В.П. Филатовым (1948), H.H. Крау-зе (1949), И.А. Калашник (1960). Дальнейшее развитие это учение получило в трудах A.B. Дорогова (1952), Ф.А. Мещерякова (1987, 1988) и других.

Ритмичность физиологических и биохимических процессов играет важную роль в регуляции функциональных систем организма (В.И.Федоров, 1946, 1973; Ф.С.Оленин, 1958, 1966; А.П.Костин, 1959, 1979; Ф.А.Мещеряков, 1965, 1983 и др.). Однако влияние биостимуляторов на ритмичность физиологических систем организма и ритмы продуктивных показателей изучено недостаточно.

Перспективным направлением изучения взаимодействия биологически активных веществ с биоритмами функциональных систем являются методы математического моделирования. Теоретические и практические разработки в этом направлении вели К. Питтендрай (1964), Н.З. Басовский и др. (1974), R.L.Baldwin и др. (1977), M.S. Mayzner, T.R. Dolan et al. (1978), П. и В. Мармелис (1981)и другие.

Цель и задачи. Основная цель исследований состоит в изучении динамики гематологических показателей и математическом моделировании биоритмов прироста живой массы овец при действии тканевого биостимулятора из мозговой ткани. В соответствии с этим были поставлены конкретные задачи:

- установить типы биоритмов прироста живой массы овец, изучить их гематологические показатели;

- разработать метод получения биостимулятора из тканей мозга (БСМ), обладающий наибольшей биологической активностью и экологической безопасностью, разработать практические приемы консервации тканей и приготовления биогенных стимуляторов с использованием электролитических растворов серебра;

- изучить влияние БСМ на ритмы прироста живой массы растущих овец разных биоритмических типов, с помощью методов математического моделирования установить оптимальные дозы, кратность и сроки введения БСМ в организм животных;

- определить влияние различных доз биостимулятора на морфологические и биохимические показатели крови, характеризующие естественную резистентность организмов овец различных биоритмических типов.

Научная новизна. Изучено влияние биостимуляторов на биоритмы прироста живой массы овец, разработаны методы получения и практические способы консервирования биостимулятора из тканей мозга, обладающего высокой биологической активностью, с помощью методов математического моделирования определены оптимальные дозы, сроки и кратность введения БСМ, установлены различия в динамике гематологических показателей овец различных биоритмических типов при действии биостимулятора.

Практическая значимость работы состоит в использовании биостимулятора для повышения уровня продуктивности и естественной резистентности животных. Применение методов математического моделирования при анализе ритмических показателей функциональных систем организма и действия биостимуляторов позволило определить оптимальные дозы и кратность введения препарата без проведения дополнительных исследований.

Основные положения диссертации, выносимые на защиту:

- изучение ритмических показателей прироста живой массы у овец, определение биоритмических типов животных и их гематологических показателей;

- получение биологически активных тканевых препаратов путем комплексного воздействия охлаждением, облучением ультрафиолетовыми лучами, добавлением растворов ионизированного серебра и сублимационной сушкой, сохранение биологической активности тканевых препаратов при различных способах консервирования;

- математическое моделирование биоритмических показателей при действии бистимуляторов, определение оптимальной дозы и кратности введения препаратов;

- увеличение прироста живой массы, повышение естественной резистентности организма животных разных биоритмических типов при введении препарата БСМ в различных дозах.

Апробация работы. Основные положения диссертации доложены и обсуждены: на международной конференции по ветеринарии в г. Барнауле (1995); на Всероссийской конференции по биотехнологии (г.Ставрополь, 1996); на международной научно-практической конференции по овцеводству и козоводству, посвященной 65-летию ВНИИОК (1997); на II итоговой научной конференции молодых ученых и студентов Ставропольской государственной медицинской академии (1994); на научно-практических конференциях профессорско-преподавательского состава Ставропольской государственной сельскохозяйственной академии (1993, 1994,1995, 1996, 1997).

Публикация результатов исследований. По материалам диссертации опубликовано пять работ.

Структура и объем диссертации. Диссертация включает разделы: обзор литературы, собственные исследования, обсуждение их результатов, выводы и практические предложения, список литературы. Она изложена на 133 страницах машинописного текста, содержит 22 таблицы и 11 рисунков. Список литературы включает 171 наименование, в том числе 30 - иностранных авторов.

1. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

Исследование биоритмической природы функционирования всех физиологических систем живого организма является сложной научно-практической задачей, стоящей перед современными исследователями.

Применение современных биологически активных препаратов повышает продуктивные качества животных и уровень их естественной резистентности и в то же время изменяет биоритмы многих функциональных систем организма. Сложный нелинейный характер взаимодействия организма и биостимуляторов обусловил необходимость применения математического анализа и моделирования для установления оптимальных доз и кратности введения препаратов.

1.1. Основные аспекты биоритмологии и математическое моделирование функциональных систем

Биологические ритмы изучает наука биоритмология, которая в последние годы трансформируется в более обширную область знаний - хронобиологию. Хронобиология изучает временные характеристики живого, исследует функцию времени в биологических системах любого уровня организации - от молекулярного до биосферного. Хронобиология является междисциплинарной наукой, интегрирующей через фактор времени все отрасли знаний о живой природе и ее взаимодействии с окружающей неживой средой. Как самостоятельная отрасль естествознания хронобиология была признана в 1960 году на первом Международном симпозиуме по биологическим часам, состоявшемся в г. Колд Спринг Харбо, США.

Ритмичность в живом всеобща и является неотъемлемым свойством жизни. Адаптация организма к постоянно меняющимся условиям окружающей среды обеспечивается не отдельными органами» а скоординированными во времени и пространстве и соподчиненными между собой специализированными функциональными системами.

В основе хронобиологии лежит анализ временной организации функций организма, оптимизации лечебно-профилактических стимулирующих методов воздействия на организм, изучаются эколого-физиологические механизмы адаптации к новой среде обитания и изыскиваются научно обоснованные средства коррекции нарушений, возникающих при воздействии на организм различных неблагоприятных факторов. При позитивных изменениях в природе продуктивность, воспроизводительная способность животных повышаются. И наоборот, в тех случаях, когда изменения в природных комплексах приобретают негативный характер, рентабельность животноводства снижается (H.A. Уразаев, 1977).

Первые исследования ритмических процессов, различных функций организма и временной организации живых систем были известны с глубокой древности. В. Гуфеланд (1779) наблюдал ритмические процессы в биологии и назвал 24-часовой период «единицей нашей естественной хронологии». Реальный прогресс в исследовании биологических ритмов наметился с 30-х годов XX века. Значительным событием в истории биоритмологии явилось издание в 1952 году советским ученым Н.Я. Пэрна монографии «Ритмы, жизнь и творчество».

Решая актуальные проблемы в биологии и медицине, мы сталкиваемся с тем, что корни некоторых из них уходят в биоритмологию. Исследования проводятся на различных уровнях биологической организации - от индивидуума как основной единицы биологического сообщества через популяцию до экосистемы- На «стыке.» смежных научных дисциплин зарождаются новые подходы к изучению различных биологических процессов и возникают новые научные направления.

Биологические ритмы охватывают широкий диапазон периодов - от миллисекунды до нескольких лет. В зависимости от внешних условий A. Sollberger (1969) разделял биологические ритмы на экзогенные и эндогенные. Экзогенные внешне зависят от ритмики геофизических и космических факторов. Если ритмичность биологических процессов осуществляется под действием этих внешних датчиков времени и исчезает без них, то такие ритмы называются пассивными (A. Sollberger, 1969). Эндогенные активные ритмы совершаются при постоянных внешних условиях. Они совпадают по частоте с геофизическими и очень трудно дифференцируются от пассивных эндогенных ритмов (A.M. Эмме, 1967).

Наиболее полно классификация ритмов по частоте дается Н.И. Моисеевой и В.М. Сысуевым (1981). Они выделяют 5 классов биоритмов: первый - ритмы высокой частоты, от долей секунды до 30 минут (осцилляция на молекулярном уровне, ритмы электроэнцефалограммы, сокращение сердца, дыхания, перистальтика кишечника); второй - ритмы средней частоты, от 30 минут до 28 часов, включая ултьтрадианные (до 20 часов) и циркадные (20-28 часов); третий -мезоритмы, инфрадианные (от 28 часов до 6 дней), циркасептильные (около 7 дней); четвертый - макроритмы с периодом от 20 дней до I года; пятый - мегаритмы с периодом более года и десятки лет.

Кроме того, Н.И. Моисеева и В.М. Сысуев (1981) предложили разделять биоритмы по уровню организации биосистем и принадлежности к определенному классу явлений, основываясь на выделенных А.Д. Слонимом (1979) уровнях гомеостатических механизмов.

С точки зрения взаимодействия организма и среды выделяют два типа колебательных процессов: адаптивные ритмы (АДСвоним, 1971) или биоритмы (Ф. Браун, 1977), то есть колебания с периодами, близкими к основным геофизическим циклам, роль которых заключается в адаптации организма к периодическим изменениям внешней среды; физиологические и рабочие ритмы, то есть колебания, отражающие деятельность физиологических систем организма.

При попытке классифицировать биологические ритмы появляется необходимость в более строгих определениях, зависящих от выбранных критериев.

Ритмы можно подразделить: 1) по их собственным характеристикам, таким как период, 2.) по биологической системе (пример: популяция), в которой наблюдается ритм, 3) по роду процесса, порождающего ритм, или 4) по функции, которую ритм выполняет (Ю. Ашофф, 1984; H.H. Лебедев, 1987).

Большинство исследователей считает, что механизм временной организации находится на уровне клетки (Э. Бюннинг, 1961; Ф. Хал-берг, 1964; К. Питтендрай, 1964; Г .Д. Губин и др., 1980). Это объясняется существованием внутриклеточных часовых механизмов.

Однако, проведенные экспериментальные операции на животных (ослепление, голодание, удаление мозга) наглядно доказывают, что если они и могут повлиять на тот или иной биоритм, то только либо сдвигом фазы, либо изменением амплитуды ритма, но не уничтожают его (Р.П. Ольянская, 1949; H.A. Zander, 1954; Ф.А.Мещеряков, 1979;). Все это свидетельствует о локализации механизма суточных ритмов на различных уровнях организации живых систем.

В качестве самоподдерживающей системы, обладающей механизмом циркадной организации, может быть как клетка, так и целостный организм (К. Питтендрай, 1964; A.M. Эмме, 1967). и

Физиология циркадных систем охватывает необычайное разнообразие явлений. Очевидно, что процесс понимания устройства какой-либо циркадной системы предполагает выяснение конкретных нейроэндокринных механизмов у данного вида (Ю. Ашофф, 1984). Экспериментально это подтверждается опытами по повреждению супрахиазменных ядер гипоталамуса у млекопитающих, что приводит к утрате нормальных циркадных ритмов (Н. Kawaneura, S. Inoye, 1978; В. Rusak, I. Zucker, 1979).

Внимание столь широкого круга специалистов к данной теме объясняется, во-первых, жизненной потребностью в создании универсальной методологии, заинтересованностью в ней многих отраслей знаний. Во-вторых, широта и масштабность самой проблемы требует всестороннего подхода с пониманием основных философских начал пространственно-временной организации материи.

По мнению Г .Д. Губина (1980), смысл ритмичности в живом заключается, по-видимому, в том, что основанные на принципах саморегуляции биологические процессы, чередуя через примерно равные промежутки времени состояния работы и расслабления, расходования и накопления энергии, функционируют более оптимально и более экономно, имеют больший адаптационный диапазон при взаимодействии со средой обитания по сравнению с системами стационарного функционирования в неизменном режиме. Таким образом, феномен ритмичности определяет такие качества биологических процессов, как оптимальная реализация с минимальной затратой энергии и способность к адаптации в окружающей среде (Ф. Браун, 1977).

Клеточные циклы формируют циклы организменные. Взаимодействие между организмами определяют популяционные циклы. которые, в свою очередь, формируют циклы биоценозов. Продолжительность циклов на клеточном и организменном уровнях имеют генетическую детерминацию, закодирована она в молекулах ДНК и реализуется в процессе индивидуального развития организма (Т.Д. Губин, 1980).

В настоящее время делаются попытки обобщить накопленный в области хронобиологии материал и выдвигается теория циклов (Ю.Н. Соколов, 1992), которая рассматривает функциональную систему как основу цикличности организма, позволяющую регулировать обменные процессы в зависимости от влияния факторов внешней среды.

М.М. Богословский (1995) подразделяет циклические процессы в природе на два вида: сопровождающиеся относительно малыми и качественными изменениями, происходящими в процессе прохождения цикла, и сопровождающиеся относительно быстрыми такими изменениями. Первые происходят в неживой природе, вторые - в живой. Другое подразделение циклических процессов - оказывающие влияние на другие формы материи и не оказывающие такого влияния. К первым принадлежат циклические процессы, происходящие в макромире, то есть в космосе. Вторые - в микромире, при движении электронов вокруг ядер своих атомов. Помимо циркад-ных ритмов, имеющих большую или меньшую зависимость от внешних датчиков времени, в живых организмах можно выделить и чисто эндогенные ритмы. К ним относятся: ритмы сердечной деятельности, дыхания, спонтанной и вызванной активности нервных клеток.

Одним из важных аспектов биоритмологии как науки является изучение закономерностей процесса роста - ритмичности физиологических и биохимических процессов, протекающих в животном организме. Впервые неравномерность роста у сельскохозяйственных животных была описана А.Ф. Миддендорфом в 1867 году.

Значительная часть исследований ритмичности роста продуктивных животных сделана В.И.Федоровым (1946, 1951, 1972, 1973). Анализируя процессы роста, В.И. Федоров (1946) пришел к заключению, что все без исключения кривые прироста имеют выраженный волнообразный характер, а именно: постепенное нарастание привесов сменяется столь же постепенным их снижением. Период одной волны составляет около 12 дней и не зависит от возраста и режима кормления животных. Однако, амплитуда колебания прироста тесно связана с возрастом и уровнем кормления животных.

Наиболее общая закономерность была установлена при изучении волнообразного характера изменения содержания гемоглобина, количества эритроцитов и их диаметра. Все эти показатели имели примерно одинаковую длину периода с волнами роста, но протекали асинхронно. То есть, в период подъема волн роста отмечалось снижение волн гемоглобина и эритроцитов. Была установлена также и периодичность в работе пищеварительных желез по количеству выделенного желудочного сока, его общей кислотности и переваривающей способности. Средняя продолжительность периодов их составила, соответственно, 13,2; 12,2 и И суток (В.И.Федоров, 1972, 1973).

В.И. Федоров рассматривал эти процессы как взаимодействие между ростом и дифференциацией клеток органов и тканей, которые складываются в процессе развития организма. Волновой характер процессов развития организма определяется сменой двух типов обмена. Усиление интенсивности роста совпадает с преобладанием гликолитических процессов, периодом собственного роста. Замедление интенсивности роста свидетельствует о преобладании окислительных процессов, совпадающих с периодом структурных и других изменений в организме (дифференцировка), в течение которого новообразование химически нестойкого материала ограничивается усиливающимися окислительными процессами. Накопление продуктов обмена приводит к новой волне роста.

Ф.С.Оленин (1958, 1966) показал ритмичность роста ягнят. Длина волны роста, по его данным, составила 11,3 дня. Кроме того, обнаружено, что ежедневные определения глютатиона (общего и восстановленного) в венозной крови у ягнят образуют волны, совпадающие с длиной волны роста у овец, причем характер изменения этих волн находится в обратной зависимости с привесами.

Следует отметить, что работами Ф.С. Оленина (1964), Г.Т. Хай-нацкой (1964), Н.В. Калугина (1966) и В.А.Лазаревой (1968) полностью подтверждено наличие связи между содержанием гемоглобина и количеством эритроцитов с одной стороны, и изменением привеса - с другой. Гематологические показатели ягнят (Ф.С.Оленин, 1964) изменяются с той же цикличностью, что и интенсивность роста. Повышение прироста на очередной волне сопровождается уменьшением величины гематологических показателей, и, наоборот, снижение интенсивности роста влечет за собой в данном цикле увеличение содержания гемоглобина и числа эритроцитов.

Изучение периодической природы изменения скорости роста провели Н.С. Кучеров (1952), Ф.А. Мещеряков (1965, 1983), В.А. Лазарева (1966), В.В. Василисин (1976), А Л. Костин (1979), М.А. Воронин (1986).

А.В. Шуряыгнна и др. (1993) отмечают, что формирование суточных ритмов лимфоидных органов оказывает влияние на состояние естественной резистентности организма, а также хронорези-стентности. Продукция эндокринных факторов тимуса осуществляется по типу суточного ритма. Изложенные факты могут стать основой для хронобиологического подхода к диагностике и терапии иммунопатологических состояний. К. Гехт (1993) указывает на взаимную синхронизацию функциональных ритмов и взаимную синхронизацию между ритмами функций организма и ритмами окружающей среды, что является основой здоровья и работоспособности.

Ф.И.Комаров и С.Н.Рапопорт (1993) изложили принципы хронотерапии, которые строятся преимущественно с учетом околосуточной периодики функциональных изменений органов и систем в организме, а также фармакокинетики лекарственных препаратов.

При изучении биоритмологии перед нами возникает задача -прогнозирование продуктивных качеств животных.

В настоящее время существуют различные теории для прогнозирования продуктивности сельскохозяйственных животных - учение об экстерьере и популяционной генетике.

Ф.А.Мещеряков (1989) отмечал, что в результате селекции, направленной на получение высокопродуктивных животных, произошло гиперразвитие органов и функций организма, обеспечивающих получение продукции в ущерб защитно-приспособительным механизмам. В результате мы получили животных, не способных к самостоятельному существованию и требующих от человека создания особых условий кормления и содержания. В связи с этим необходимо прогнозировать и моделировать оптимально продуктивные возможности животных.

С помощью методов популяционной генетики сделаны попытки прогнозировать удой» интенсивность роста, плодовитость и качество продукции (O.K. Смирнов, i974). Дальнейшее развитие методы популяционной генетики получили при применении вычислительной техники и разработке методов крупномасштабной селекции (Н.З. Басовский и др., Í 989; Л.А. Житовский, 1976).

Ведутся исследования, направленные на выявление взаимосвязи интенсивности роста с биохимическими показателями крови А.Н. Кудряшов, O.K. Смирнов, 1978).

Однако эти сведения носят противоречивый характер и зависят от большого количества факторов как внутренней, так и внешней природы (Б.В. Эйдригевич, В.В. Раевская, 1978).

Поэтому необходимо оценивать не только продуктивные качества животных, но и учитывать действие на животных факторов окружающей среды, а это возможно только при использовании методов математического моделирования.

Методы математического моделирования применяли при описании функций роста животных и растительных организмов (J. Richards, 1962; R. Hunt, I.T. Parsons, Í974, 1982). При исследовании математическое моделирование выполняет следующие функции: служит количественным описанием биологических проблем; стимулирует возникновение новых идей и проведение экспериментальных исследований; позволяет прогнозировать развитие экспериментов. При использовании методов математического моделирования для проведения экспериментальных исследований необходимо выбрать тип ожидаемой модели. Дж. Франс, Дж.Х.М. Торнли (1987) выделяют 4 типа моделей: эмпирические модели - описывающие объект или функцию объекта; функциональные модели - пытающиеся дать объяснение описываемому объекту; статистические модели - модели, в которые не включена переменная времени, и динамические модели -в которых переменная времени присутствует; детерминистические модели - модели, в которых любой прогноз формируется в виде числа, а не в виде распределения вероятностей; стохастическая модель - в ней присутствует одна или несколько случайных переменных, заданных соответствующими законами распределения.

Математические модели, реализованные на электронных вычислительных машинах, сопровождаются интерпретацией, которая может быть полезна для применения в практической медицине и ветеринарии. Математический подход Г.И. Марчука (1975) представляет собой новый, продуктивный для медицины путь в понимании острых и хронических заболеваний организма.

Однако, в связи с тем что организм человека и животных является сложной биологической системой, использование моделей затруднено. Поэтому необходимы такие модели, которые могут описывать изменяющиеся показатели, носящие нелинейный характер.

О. Бэлл (1975) предложил простейшую модель иммунной реакции на размножающийся антиген, в которой взаимодействие между антигеном и антителом описывается в терминах «хищник-жертва». Качественное исследование модели было проведено С.Н. Пимбли (1974), а затем, после введения в модель уравнения для В-клеток (С.Н. Пимбли, 1974), ~ Ней, 1п-0й1§, К.Кагаяпой" (1974). С. Делси (1977) опубликовал модель роста опухоли в организме, которая по своей сути напоминает простейшую модель Белла. Простейшую модель гуморального иммунного ответа, в которой особое внимание уделено анализу влияния величины запаздывания на динамику иммунного процесса, рассмотрели Б.Ф. Дибров и др. (1976).

Построение и анализ математических моделей позволили систематизировать и объяснить с единых позиций различные хорошо известные факты, касающиеся механизмов протекания биоритмических процессов в организме, исследование устойчивости стационарных решений модели позволило получить условия возникновения и классифицировать различные формы заболеваний. Изучение зависимости решений моделей от начальных данных привело к математически обоснованному методу лечения болезней.

В этой связи предложены статистические модели энергетического и белкового обмена (H.Neal, 1979; J.E.Newton, Р.R. Edelstein, 1976; N. Graham et al., 1976). Рассмотрены вопросы использования теории динамического хаоса для анализа автоколебаний в живых системах (П.С. Ланда, 1992). Суть явления заключается в том, что в сравнительно простых детерминированных системах возможны нерегулярные колебания, которые не являются действием случайных факторов, а определяются свойствами самой системы. Эти представления иллюстрированы примерами исследования автоколебательных процессов в работе сердца, регуляции кровяного давления, проявления некоторых инфекционных заболеваний. Вместе с тем обращено внимание на необходимость совершенствования алгоритмов вычисления.

Большой интерес представляет моделирование роста животных с изучением биоритмических показателей роста (И.П. Емельянов, 1986). При изучении биоритмологии и биохимии животных предложен метод «белого шума» (П.В. Мармелис, 198!).

Таким образом, методы математического моделирования позволяют не только прогнозировать продуктивные качества животных, но и сократить экономические и временные затраты на проведение экспериментов. .2. Тканевые биостимуляторы и их физиологическое действие

В практике отечественной медицины применяется большое количество препаратов биологических стимуляторов как для инъекций, так и для приема внутрь или для наружного употребления, и ассортимент этих препаратов постоянно повышается.

История использования биостимуляторов в качестве лечебных средств берет свое начало в глубокой древности. Среди биостимуляторов животного происхождения следует отметить бодягу, или речную губку, которую употребляли в виде мазей при ревматических и невралгических болях. Более двух тысячелетий используются панты - растущие рога пятнистого оленя - для лечения малокровия, как общеукрепляющее и тонизирующее средство.

В 1898 году ветеринарный врач К. Кисилев (1898) впервые применил вытяжку из семенников половозрелых жеребцов для лечения лошадей, больных плевропневмонией. Я.С. Шварцман (1928) использовал с лечебными целями экстракт из скелетной мускулатуры телят. Значительный вклад в тканевую терапию внес М.П. Тушнов (1936), предложивший использовать в медицинской практике натуральные клеточные яды. Учение академика М.П.Тушнова является оригинальным направлением в учении о тканевой терапии. Продукты тканевого распада, как указывает автор, обладают специфичностью, которая выражена тем сильнее, чем ближе эти продукты к белку, и, наоборот, по мере приближения к аминокислотам специфичность снижается.

По своему действию близко к гистолизатам М.П.Тушнова стоит АСД (антисептик-стимулятор Дорогова), изготовленный из тканей животного, растительного и микробного происхождения (A.B. Дорогов, 1952). По своему химическому составу АСД является сложным органическим соединением, содержит 17 аминокислот. В работах многих авторов показано положительное действие препарата АСД на продуктивность животных (H.A. Пучковская, 1966; А.И. Зарытовский, 1988). Установлено его стимулирующее влияние на многие физиологические функции организма как при перораль-ном, так и парентеральном способах введения, а также его терапевтическое действие при различных болезнях животных и человека.

Академик В.П.Филатов и его ученики разработали иное направление в тканевой терапии. В.П.Филатов (1948) детально изучил основные теоретические вопросы тканевой терапии, которые в настоящее время восприняты как общебиологическая концепция. Они сводятся к следующим положениям: отделенные от организма животного или растения ткани при воздействии на них неблагоприятных факторов среды активно борются за свое существование и при этом вырабатывают вещества, стимулирующие биологические процессы в таких тканях. Эти вещества названы В.П. Филатовым стимуляторами биологического происхождения или биогенными стимуляторами (В.П. Филатов, 1951).

Школой Филатова установлены следующие свойства биогенных стимуляторов: теплоемкость - биологические стимуляторы сохраняют биологическую активность при нагревании до !20°С в течение часа; растворимость - они растворимы в воде, способны частично перегоняться с парами воды. В настоящее время уже ясно, что биогенные стимуляторы не являются ни белковыми веществами, ни ферментами, как думали ранее, поскольку жесткая термическая обработка тканей при приготовлении препаратов биологических стимуляторов, приводящая, как известно, к расщеплению белков и инактивации ферментов, не снижает биологической активности этих препаратов.

Биогенные стимуляторы относятся к сложному комплексу веществ типа различных групп органических кислот: к группе ди-карбоновых кислот жирного ряда (щавелевая, янтарная), к группе дикарбоновых оксикислот жирного ряда (яблочная, винная), к группе непредельных жирно-ароматических кислот и оксикислот (коричная, оксикоричная), к группе ароматических кислот с большим молекулярным весом.

Специфическим видом тканевой терапии является гемотерапия - использование консервированной крови. Отмечено, что облученная ультрафиолетовыми лучами консервированная кровь при низких температурах обладает более выраженной биологической активностью, чем сохраняемая при комнатной температуре (В.И. Рокитянский, 1970; А.А. Асланов, 1972; А.О. Барыбин, 1979; В.А. Барабой, 1985;).

Впервые лечение кровью, облученной ультрафиолетовыми лучами, провел А.Н.Филатов (1937) при постгемморагических состояниях.

Для приготовления тканевых препаратов Н.И. Краузе (1940) предложил использовать в качестве консерванта 2% раствор хлора-цида, Н.И. Шпак (1951) рекомендует фитонциды лука, З.М. Несте-ренко (1951) применял холод и мед.

Теоретические предпосылки применения холода для длительного сохранения тканей были впервые разработаны русским ученым П.И. Бахметьевым (1900).

Использование метода замораживания основано прежде всего на том, что при низких температурах в биологических субстанциях замедляется или прекращается полностью обмен веществ (И.И. Федоров, 1936). По данным И.И. Федорова, уже при температуре 0°С в тканях почти полностью прекращаются биологические процессы. При более низких температурах образуются кристаллы льда, которые могут нарушить структуру тканей. Быстрое и глубокое замораживание предупреждает разрушение тканей.

С целью обоснования возможности использования холода для консервирования крови представляется необходимым рассмотреть влияние замораживания и оттаивания на физиологические системы клетки и ткани.

При охлаждении малых объемов воды до 0°С при нормальном атмосферном давлении в ней происходит перемещение молекул, образуется лед с выделением тепла. При повышенном атмосферном давлении точка замерзания воды и водных растворов понижается.

Поскольку лед при 0°С занимает больший объем, чем вода, при сжатии он превращается в воду. Лед кристаллизуется в гексо-нальной системе, образуя одноосные двухпреломляющие кристаллы.

В некоторых случаях при снижении температуры вода может быть переохлажденной, но еще в жидком состоянии. Форма и размер кристаллов зависят главным образом от охлаждения. При медленном охлаждении происходит образование крупных кристаллов, так как при этом возникает мало центров кристаллизации, при быстром охлаждении - множество мелких кристаллов, в связи с увеличением центров кристаллизации. Если температуру льда довести до ~100°С и затем повышать, может наступить явление рекристаллизации, то есть из мелких кристаллов образуются крупные.

Для глубокого охлаждения взвеси клеток костного мозга до низких температур использовали жидкий азот. Жидкий азот прозрачен, бесцветен, точка кипения его ~195,8°С. Метод консервирования костного мозга до температуры -196°С имеет преимущества перед методами, где используются более высокие температуры, как отмечали Н.С. Пушкарь и A.M. Белаус (1976).

Многочисленные исследования отечественных и зарубежных ученых направлены на удлинение сроков консервирования биопрепаратов (Н.В. Волков, 1970; Ю.П. Черницкий, 1973; В.А. Аграненко, 1983).

Попытки практически использовать бактерицидный эффект металлов относятся к 1907 году, когда Г.А. Сериков (1928) впервые поставил опыты по обеззараживанию воды путем погружения в нее пластинок из чистого металлического серебра. Ученый установил, что химически чистое металлическое серебро малобактерицидно.

Большой интерес представляет изучение влияния серебра на свойства биопрепаратов, поскольку серебро обладает хорошими свойствами дезинфектанта и является одним из лучших обеззараживающих средств питьевой воды.

П.В. Ермолаев (1935), Б.А. Плевако (1935) показали, что эффект уничтожения бактерий серебром зависит от образования на поверхности металла солей и оксидов. Эти соединения, растворяясь в воде, дают ту или иную концентрацию ионов серебра, обусловливающую его бактерицидное действие.

Работами отечественных и зарубежных исследователей был установлен высокий антимикробный эффект серебра уже в концентрации 0,05 мг/л. Было показано, что серебро обладает широким спектром антимикробного действия, подавляя как грамотрицатель-ные, так и грамположительные микроорганизмы и вирусы.

Установлено также, что серебро обладает ценным свойством консервировать воду на длительное время, вода, обработанная серебром в концентрации 0,1 мг/л, сохраняет высокие санитарногигиенические показатели в течение года и более, тогда как в контроле обнаруживалось значительное количество микроорганизмов.

Наиболее распространенной теорией, рассматривающей характер действия серебра на микроорганизмы, является адсорбционная теория, которой придерживались Вигнати и Шнабель (1928), Ляйтнер (1930), Жакоб и Мано (1961), Циммерман (1952, 1958).

Основное положение этой теории сводится к тому, что клетка теряет жизнеспособность в результате взаимодействия электростатических сил, возникающих между отрицательно заряженными бактериями и положительно заряженными ионами серебра, адсорбции последних на бактериальной клетке.

Эффект уничтожения бактерий препаратами серебра очень высокий -это подтверждают эксперименты ВА.Углова (1934), Вурма-на и Цобриста (1958), R.M. Steritt (1980). В литературе имеется сообщение, что бактерии, устойчивые к пенициллину и биомицину, не обладают устойчивостью к серебру и его препаратам. Следовательно, антимикробное действие серебра не связано со степенью их устойчивости к антибиотикам и химиопрепаратам. Это может иметь важное практическое значение для дальнейшей разработки вопроса применения серебра в медицине.

Зависимость ингибирования роста культуры микроорганизмов ионами серебра от их концентрации установлена В.Н. Голубович и ИЛ. Работновой (1974). Полученные исследователями данные свидетельствуют о том, что концентрация ионов серебра 0,0047 мг полностью подавляет рост 1 млн. клеток в 1 мл, в то время как 0,0006-0,0008 мг Ag+ на 1 млн. клеток/мл стимулирует рост микробной популяции.

Приводятся также данные, согласно которым при малых концентрациях серебро не только не вызывает гибели микроорганизмов, но очень часто стимулирует их рост (3. Фыршироту, П. Конивер, X. Боровик, 1960; К. ^?пЬгшапп, 1963; Л.Ф. Шанина, 1979; Н.Г. По-тапченко и др., 1985).

Возможность применения серебра для стабилизирования некоторых микстур, настоек, глазных капель, для консервирования органопрепаратов изучалась Т.С. Кондратьевой (1971), П.З.Степа-ненко (1972), А.И. Зайченко и др. (1975). Исследователи отмечают, что серебро стабилизирует на длительное время скоропортящиеся лекарственные настои, при этом не влияя на физико-химические свойства лекарств.

Метод получения растворов серебра с помощью анодного растворения металла был разработан Л.А. Кульским (1983). Он предложил ряд вариантов ионаторов, дающих возможность широко применять «серебряную воду».

Проведенные исследования показывают, что электролитический раствор серебра по своему эффекту последействия во много раз превосходит все другие средства, используемые при обеззараживании воды, и может быть применен в качестве консервирующего воду средства на любые отрезки времени.

С этой целью были созданы ионаторы - аппараты, обеспечивающие анодное растворение серебра в воде и его дозирование.

При обработке воды готовыми серебряными препаратами обеспечивается дозировка серебра в любом количестве, но сами препараты оказываются нестойкими: разлагаются при хранении на свету, а при восстановлении серебра бактерицидные свойства его резко снижаются.

Наиболее эффективным методом приготовления серебряной воды является электролитический метод.

Л.А. Кз'льским при участии H.F. Музычук, А.М.Воробьева, Б.С. Мацкевич (1977) детально изучены особенности серебряной воды и ее концентратов. Было установлено, что серебряная вода, полученная электрохимическим методом, обладает ббльшим бактерицидным эффектом, чем вода, полученная методом контактирования с посеребренными пластинами. Электрохимическая серебряная вода - высокобактерицидное средство, а применяемые ничтожные дозы абсолютно безвредны.

Однако, использование этого препарата для стабилизирования и повышения биологической активности биопрепаратов до сих пор не было изучено.

Известным способом увеличения сохранности биопрепаратов является высушивание. В 1939 году в Ленинградском институте переливания крови Л.Г. Богомолова и другие разработали сублимационный аппарат камерного типа, на котором производилось высушивание плазмы крови.

Высушивание позволяет защитить биологические материалы, содержащие воду, в отсутствие которой многие химические, физические и энзиматические процессы затормаживаются или прекращаются (А.Н.Филатов, 1964; Т.В. Голосова, 1975; O.K. Гаврилов, 1982).

Следует отметить, что консервирование тканей начинается еще в процессе замораживания. Для высушивания тканей желательно использовать посуду из термостойкого стекла, выдерживающего резкие колебания температуры.

Высушивание препаратов в вакуумном аппарате происходит путем сублимации, то есть непосредственного перехода льда в пар. При этом из замороженной суспензии образуется сухая пористая масса, форма которой копирует первоначальную.

При сублимационной сушке происходит минимальное изменение физических и биологических свойств термочувствительных биологических тканей, не только в процессе обезвоживания, но и в процессе их хранения. Применение метода лиофилизации позволяет получать биопрепараты, которые можно хранить продолжительное время в обычных условиях.

Большое значение в биологии имеет вопрос повышения общей резистентности организма животных путем применения неспецифических стимулирующих препаратов. Достижением биологической науки является разработка и внедрение в практику ветеринарии вакцин, сывороток, витаминов, микроэлементов, тканевых препаратов.

Теоретической основой применения всех этих методов является стимулирующая патогенетическая терапия. На основе теории патогенетической терапии разработаны активирующие нервную систему и восстанавливающие ослабленные функции организма препараты (A.B. Дорогов, 1952; В.А. Аграненко, 1956; Б.А. Башкиров, 1989; Ф.А. Мещеряков, 1997).

Как отмечал И А. Калашник (1990), в основе физиологического действия патогенетической терапии лежит направленное изменение обменных функций организма с обязательным превалированием ассимиляторных процессов. Характер изменения метаболизма зависит от стимулирующего фактора и его относительной специфичности.

Теоретической предпосылкой метода патогенетической терапии являются исследования А.Н. Филатова (1951), доказавшие, что на сильные раздражения нервная система отвечает развитием дистрофического процесса и отрицательной трофической реакцией, а на слабые - положительной реакцией. А.Н. Филатов пришел к выводу, что слабое раздражение является терапевтическим фактором, и на этой основе построил неспецифическую, или патогенетическую, терапию.

В продолжение учения А.Н. Филатова о патогенетической терапии Н.В.Лазарев (1961) высказал мнение о существовании в организме человека и животных комплексных, неспецифических защитных реакций, которые проявляются в разнообразных, но взаимосвязанных изменениях физиологических функций.

Теоретическое обоснование и экспериментальное доказательство нейроэндокринного регулирования адаптационных реакций, защитных механизмов и регенеративно-восстановительных процессов в организме осуществил Ф.А. Мещеряков (1987, 1992). Автором выдвинуто положение о многоступенчатой регуляции поступающей в центральную нервную систему информации, которая подвергается множественной обработке в различных структурах головного мозга (продолговатый мозг, ретикулярная формация, таламус, стриополи-идарная система, гипокамп, лимбическая система и премоторная зона коры головного мозга). Поэтому в регуляции динамического процесса адаптации моторной, секреторной и всасывательной функций большое значение имеют различные биологически активные вещества.

Проведение патогенетической терапии вызывает ответную реакцию в виде приспособительных, биохимических и биофизических реакций.

Как установил Е.Л.Щедрин и др. (J 968), биологическая активность тканевых препаратов в значительной степени обусловливается низкомолекулярными пептидами и ксантинами - продуктами метаболизма клеточных белков и нуклеиновых кислот, накапливающихся в организме.

В.П. Филатов (1948) считает, что биогенные стимуляторы действуют на ферменты. Это действие, как указывает В.П. Филатов, согласуется с положением о руководящей роли центральной нервной системы при тканевом лечении. Нервная ткань потому и активна в физиологическом отношении, что содержит высокоактивные ферментативные системы. Ферменты ЦНС являются самыми чувствительными и первые испытывают влияние биогенных стимуляторов, чем и обеспечивается, по мнению В.П. Филатова, руководящая роль нервной системы и коры головного мозга при тканевом лечении.

В настоящее время на основании экспериментальных исследований многих авторов установлено, что под влиянием тканевой терапии происходит повышение общей реактивности организма, функционального состояния ретикулоэндотолиальной системы, активация работы желудочных желез, усиление иммунобиологической активности организма, стимулирование регенеративных процессов, газообмена, гликолиза, фосфорного обмена, гемопоэза и других жизненно важных функций (Б.Н. Замараев, 1939; З.М. Нестеренко, 1952; Р.П. Ольянская, 1964; BJ5. Передера, 1966; L.S. Cook, 1970; Т.М. Каменецкая, 1971, K.P. Сухомяин, Н.И. Катрич и др., 1976).

О химической природе, свойствах и механизмах действия биостимуляторов нет единого мнения в отечественной и зарубежной литературе. Накапливающаяся во многих животных тканях при их консервации аминокислота - гистидин повышает работоспособность утомленного нервно-мышечного аппарата., оргинин является незаменимой аминокислотой растущего организма, аспарагиновая и глутаминовая кислоты в случае возникновения аварийной ситуации участвуют в удалении аммиака из мышечной ткани.

Наиболее общей реакцией организма на введение тканевых препаратов является повышение интенсивности обменных и энергетических процессов. По мнению большинства исследователей, это объясняется либо изменением активности ферментов, либо сдвигом оптимальных зон ферментативного действия, либо возникновением новых соединений, обладающих ферментативной активностью и представляющих собой комплекс ферментов с биогенными стимз^ля-торами (Д.А.Лазарева, Е.К. Алексин, 1985; И.Е. Ганелина, 1986; Б.А. Башкиров и др., 1989).

В литературе приводятся данные об использовании костного мозга как препарата тканевой терапии (C.B. Рыжов, 1966; В.И. Шу-шаков, 1975; Л.И. Стекольников, 1975). Вопрос о клеточном составе посмертного костного мозга является еще недостаточно изученным. При заготовке мозга от трупов особое внимание обращают на более раннее его изъятие. Это объясняется тем, что при изменении условий окружающей среды в клетках мозга, главным образом мие-лоидного ряда и мегакариоцитах, наступают интенсивные процессы аутолиза (К. Rohr, i960). С повышением температуры окружающей среды, помимо усиления процессов аутолиза, повышается интенсивность проникновения флоры в ткани. Установлен о, что с повышением температуры на каждые 10°С скорость ферментативных процессов увеличивается в 2-3 раза (Р. Клен, 1962).

В.Е. Клуша (1984) описывает клинические перспективы применения нейропептидов, нейротропные свойства ряда гормонов и их аналогов, а также их влияние на поведенческие реакции животных и моноаминергические процессы мозга. Рассматривает нейромоде-лирующие и регулирующие принципы действия нейропептидов. Быстрая реакция организма на введение нейропептидов, высокая их активность, а также «нечужеродность» пептидов организму - эти качества пептидов с каждым годом все больше привлекают внимание фармакологов и клиницистов, рассматривающих нейропептиды как потенциальные лекарственные средства нового класса. К сожалению, мультифункциональность пептидов, разносторонность их действия, которые являются основными чертами регулирующей способности эндогенных гормонов, становятся лимитирующими факторами их экзогенного применения. В этой связи основной задачей при конструировании новых биостимулирующих средств на базе пептидных гормонов является синтез селективно действующих их аналогов с суженным спектром эффектов и одновременно более устойчивых, чем природные стимуляторы, к ферментативному расщеплению.

Вопрос о специфичности действия нейропептидов не определен: в настоящее время трудно разграничить основной эффект и второстепенные. Для пептидов характерно, что один и тот же пептидный гормон включается в разные регуляторные системы, проявляет различные поведенческие реакции. С другой стороны, один и тот же эффект наблюдается у целого ряда различных пептидов. Предполагают (Н. Van Rieren, Н. Rigter, М. Greren, 1977), что пептиды в малых дозах обладают более выраженной специфичностью, чем в больших, когда специфичность полностью не проявляется.

С позиции фармакологов и клиницистов (В.В. Ежов и др., 1980; О.В. Пухарин и др., 1982) необходимо отметить некоторые черты действия пептидов. В первую очередь - это отсутствие строгой зависимости эффекта от дозы. У отдельных пептидов действие малых и больших доз противоположно (A.J. Prange et al., 1978). Таким образом, не всегда увеличение дозы будет сопровождаться повышением интенсивности эффекта.

Биогенные стимуляторы действуют на весь организм в целом. Этим объясняется широта диапазона их влияния на организм (В.П. Бакшеев, 1988; И А. Каяашник, 1983).

Действие биогенных стимуляторов выражается в изменении обменных и энергетических процессов организма. В настоящее время имеется значительное количество работ, подтверждающих многогранное действие на организм биостимуляторов. Широко применяются мази, тканевые взвеси, порошки и другие виды тканевых препаратов (И.А. Пучковская, 1966; A.A. Стекольников, 1986; Дж.Хамза, 1989).

Однако практическое внедрение неразрывно связано и с экспериментально-лабораторным изучением. Исследование еще не изученных сторон механизма действия тканевой терапии, изучение природы биогенных стимуляторов, стандартизация препаратов, разработка простых методов определения их активности, оптимальных дозировок, удлинение сроков консервации - это вопросы, требующие разрешения.

Созданный и научно обоснованный академиком В.П. Филатовым метод тканевого лечения широко применяется в медицине и используется в ветеринарной практике.

Использование лимфы как лечебного средства впервые предложил в 1938 году Шгефко для лечения людей с различными формами туберкулеза. На основании большого клинического материала было установлено, что лимфа является активным биопрепаратом и, введенная парентерально, действует как раздражитель рецепторных приборов лимфатических и кровеносных капилляров, оказывает нормализующее влияние на нейрорегуляторный механизм, стимулирует защитные приспособления организма, усиливает рассасывание воспалительных изменений специфического и неспецифического характера (Л.И. Целищев, 1966).

А.Ф. Сенюшкин (1966) отмечает, что повышенная активность кишечных ферментов после введения тканевого препарата улучшает расщепление в кишечнике белков, жиров, углеводов и всасывание их продуктов. Это, несомненно, улучшает обмен веществ и способствует большему привесу животных.

Тканевую терапию применяют при лечении долго не заживающих ран и язв. При этом наступает значительное оживление вялых грануляций и очищение язвенной поверхности с последующей грануляцией вплоть до заживления, без применения других методов лечения (Б.Н. Замараев, 1939; Г. Нграджемти, 1988; ВЛ.Бакшеев, 1990).

Тканевую терапию применяют у животных при кератитах, конъюнктивитах травматического происхождения, блефаритах, язвах и ранах роговицы, фолликулярных конъюнктивитах и помутнении роговицы у собак в результате переболевания чумой.

Биостимуляторы применяют при лечении бесплодия сельскохозяйственных животных, при хронических эндометритах, элементарной дистрофии яичников; при этом отмечается заметное повышение общей и иммунобиологической резистентности, активизация сократительной деятельности матки, усиление регенеративных процессов в пораженных органах (Е.В.Ильинский, 1983; A.A. Жерносенко, 1986). В качестве тканевых препаратов при гинекологических заболеваниях используют взвесь из печени, селезенки крупного рогатого скота, семенников жеребцов, быков и баранов. Полное излечение подтверждалось восстановлением полноценных, правильного ритма половых циклов, плодотворным осеменением (R.I. Lilli, 1949; Н.С. Рева, 1988; П.И. Козырев, 1988).

Хорошие результаты тканевая терапия дала при импотенции производителей (жеребцов, баранов, хряков, быков). Введение тканевых взвесей из печени крупного рогатого скота и семенников быков жеребцов производителям способствовало восстановлению функций полового аппарата, сперма имела лучшее качество.

Антиретикулярная цитотоническая сыворотка (АЦС) - сыворотка крови сельскохозяйственных животных, гипериммунизиро-ванных антигеном, приготовленным из тканей селезенки или костного мозга. Применяется как средство патогенетической терапии и как стимулятор роста животных. АЦС обладает избирательным действием на клеточные элементы соединительной ткани. Под влиянием АЦС усиливаются процессы превращения ретикулоцитов, лимфатических синусов селезенки в гистоцитарные элементы, усиливается пролиферативный рост здоровых тканей.

Ю.В. Попов (1985), применяя в опытах на овцах АЦС и тканевую взвесь, приготовленную по В.П. Филатову, с целью стимуляции охоты, установил, что введение указанных препаратов овцематкам за 12-15 дней до начала искусственного осеменения повышает их воспроизводительную функцию на 19% по сравнению с контролем.

Благодаря разнообразию химических компонентов препараты из плаценты находят широкое применение в медицине, а также в ветеринарной практике для повышения продуктивности сельскохозяйственных животных и птиц и лечения их от многих заболеваний.

В.П. Багинскас (1972) разработал условия для получения стимулирующего препарата из смеси очищенных от жирового слоя селезенки, печени и надпочечных желез. Этот препарат хорошо зарекомендовал себя при откорме свиней и крупного рогатого скота. Для ускорения роста и повышения продуктивности животных используются стерильные тканевые взвеси, получаемые из смеси печени, селезенки и лимфоузлов, а также сухие биогенные стимуляторы из эмбрионов коров и свиней. При изготовлении всех этих препаратов предусматривается выдержка тканей на холоде в течение 6-9 дней.

Исходя из того, что тканевые препараты, изготовленные по методу В.П. Филатова, способны при парентеральном введении повышать общую реактивность организме (И.Б. Мозгов, 1964, 1974), в том числе и иммунобиологическую, целесообразно применение их при инфекционных заболеваниях. Использование взвесей из печени и селезенки крупного рогатого скота одновременно с хирургическим и медикаментозным лечением при некробациллезе крупного рогатого скота и овец способствовало более быстрому заживлению очагов поражения.

Применение тканевых препаратов при инфекционных заболеваниях свидетельствует об общем стимулирующем влиянии их на организм и имеет практическое значение для повышения факторов специфического иммунитета и для лучшей диагностики хронических инфекционных заболеваний.

Имеются экспериментальные наблюдения (Т.Ш. Папуашвили, 1986; A.A. Жерносенко, И.А. Калашник, 1988), которые свидетельствуют о стимулирующем влиянии тканевых препаратов на иммунобиологическую реактивность организма, что проявляется в повышении титра специфических антител гемолизинов, агглютининов, антитоксинов.

В связи с тем, что тканевые препараты оказывают общестиму-лирующее действие на организм, повышают функциональную активность органов и систем, восстанавливают и активизируют реактивность организма, они нашли широкое применение в животноводстве для повышения продуктивности животных (П.Е. Радкевич и др., 1966; И.А. Калашник, P.C. Чурканбаев, 1988).

Обобщая литературные данные по применению тканевых препаратов в качестве неспецифических стимуляторов продуктивности и жизнеспособности животных, можно утверждать, что они обладают высокой биологической активностью и их введение в организм вызывает определенное влияние на сложившиеся в ходе длительной эволюции физиологические механизмы роста и развития организма.

Таким образом, возможности расширения применения тканевой терапии в ветеринарии и животноводстве очень велики. Изучение природы биогенных стимуляторов, разработка простых методов определения их активности, получение новых, более активных препаратов, определение дозировок - это вопросы, требующие своего разрешения.


Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 58384