Гоголь в критике Русского зарубежья тема диссертации и автореферата по ВАК 10.01.01, кандидат филологических наук Евтихиева, Анна Сергеевна

Диссертация и автореферат на тему «Гоголь в критике Русского зарубежья». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 81207
Год: 
1999
Автор научной работы: 
Евтихиева, Анна Сергеевна
Ученая cтепень: 
кандидат филологических наук
Место защиты диссертации: 
Москва
Код cпециальности ВАК: 
10.01.01
Специальность: 
Русская литература
Количество cтраниц: 
139

Оглавление диссертации кандидат филологических наук Евтихиева, Анна Сергеевна

Введение стр.

Глава 1. «И «не человек» и «святой» (книга

К. В. Мочульского "Духовный путь Гоголя") стр.

Глава 2. Проблематика книги В. В. Зеньковского

Н. В. Гоголь» ' * стр.

Глава 3. Отдельные проблемы гоголеведения стр.

§1. Духовный путь Гоголя стр.

§2. Творчество Гоголя в контексте русской классической литературы XIX - XX веков стр.

§3. Демонология стр.

§4. Особенности психологического склада стр.

§5. Особенности поэтики стр.

§6. Советское гоголеведение в оценке авторов Русского зарубежья стр.

§7 Дополнения к биографии стр.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Гоголь в критике Русского зарубежья"

Среди обширной литературы о Гоголе опыт авторов Русского зарубежья является практически неизученным и не введен еще в научный оборот в России. Специального анализа этого материала пока не существует. В связи с этим представляется целесообразной попытка систематизировать многочисленные работы русских ученых, проанализировать содержание некоторых книг о Гоголе и статей, помещенных в периодических изданиях, а также сравнить гоголеведение русской эмиграции с некоторыми дореволюционными и советскими работами, выявить точки схождения и различия.

Работа не претендует на исчерпывающий анализ всего материала. Творческое наследие Русского зарубежья пока изучено недостаточно. Возвращение его на историческую почву и введение в научный оборот задача интересная и перспективная.

Хочется разделить надежду М. Назарова, что «драгоценное достояние русской культуры, еще практически не открытое культуре мировой - приобретет и для всего мира новый статус, когда оно будет представлено не от группки эмигрантов, а от имени самой России. Россия его уже вбирает, жадно впитывает, находя в нем ответы на самые насущные вопросы» (44; с. 10).

Мы становимся свидетелями удивительного процесса, который предчувствовался лишь немногими людьми, а большинству казался просто невероятным: книги, написанные нашими мыслителями в изгнании более полувека назад и напечатанные мизерными тиражами, становятся насущно необходимыми нам сегодня, - подчас они звучат гораздо актуальнее и глубже, чем то, что пишут современные политологи и публицисты. , авторы этих книг воспринимаются как наши современники, не только органически вписывающиеся в нынешние дискуссии, но и подчас дающие им то направление, которое приводит к истине. Это беспрецедентное явление в истории культуры» (44; с. 3).

В настоящее время, когда русское общество переживает период обостренного интереса к проблемам духовного развития, когда меняется ценностная ориентация, когда все большее общественное звучание приобретают проблемы религиозные и нравственные, обращение к творчеству Гоголя становится все более насущным.

На первый взгляд все эти вопросы не относятся к сфере литературоведческого или литературно-критического анализа, но это лишь на первый взгляд. Как правило, литературоведческий анализ - это не только попытка изучения метода, стиля того или иного писателя, но и определение взаимосвязи художественного мира автора с его моральными, общественными, религиозными или эстетическими воззрениями. А в разговоре о Гоголе особенно сложно обойти стороной вопросы взаимоотношения творчества и мировоззрения.

Для многих гоголеведов вопрос о взглядах писателя -своеобразный камень преткновения. Результатом полемики В. Г. Белинского с Гоголем явилась роковая концепция «двух Гоголей» -великого художника и ничтожного мыслителя. Она свойственна практически всем авторам революционно-демократического направления. Герцен и Чернышевский расценивали «Выбранные места.» как духовное падение писателя, его измену прогрессивным убеждениям. Хотя Чернышевский и придерживался представлений о «едином Гоголе», в целом его трактовка сходна с Герценом и Белинским.

С другой стороны, В. А. Жуковский, П. А. Вяземский, К. и А. Аксаковы, Ап. Григорьев стремились подчеркнуть единство в мировоззрении Гоголя, выбирая за основу либо его религиозность, либо противоречие между художником и мыслителем.

Для некоторых авторов (А. Н. Пыпин, А. Скабичевский, Д. Н. Овсянико-Куликовский и др.) характерно крайне противоречивое отношение к идейному содержанию «Выбранных мест.» и в целом при высокой оценке художественных открытий Гоголя - пренебрежительное отношение к Гоголю-мыслителю.

Для исследований рубежа XIX - XX вв. Характерна трактовка творчества Гоголя в религиозно-мистическом плане (В. Брюсов, В. Розанов, А. Волынский, Д. Мережковский и др.).

Дореволюционная наука о Гоголе породила не только различные варианты толкований гоголевского творчества, несомненная заслуга ее заключается в издании текстов Гоголя (Н. С. Тихонравов), публикации его писем (П. А. Кулиш, В. И. Шенрок) и в накоплении биографического материала о нем.

В советскую эпоху о Гоголе писали авторы самых различных направлений: В. В. Виноградов, Б. М. Эйхенбаум, Ю. М. Лотман, Г. А. Гуковский, В. В. Гиппиус, Ю. В. Манн, С. Н. Машинский.

Среди биографических работ о Гоголе особый интерес представляют книги А. К. Воронского, В. В. Вересаева, И. П. Золотусского и В. А. Воропаева.

Однако давняя традиция противопоставления Гоголя- художника и Гоголя-мыслителя, по справедливому замечанию современного исследователя А. Лазаревой, «имела следствием сосредоточение внимания советских ученых на Гоголе как художнике, тогда как Гоголь-мыслитель - тем более религиозный - оказался за пределами систематического исследования» ( 32; с. 5)

Но было бы несправедливым утверждение, что отечественное гоголеведение проигнорировало вопрос о религиозно-нравственных убеждениях писателя, или же трактовало их в узко идеологических рамках.

Существует немало работ, посвященных теме религиозного мировоззрения Гоголя, его духовной и творческой драме. В основном все они увидели свет до революции и долгое время оставались без внимания в советской науке о Гоголе. Между тем в них содержится немало важных и интересных мнений и фактов, помогающих распутать клубок противоречий творческой и духовной жизни писателя.

К 50-летию со дня смерти Н. В. Гоголя был опубликован целый ряд работ, одни названия которых (а также и их количество) свидетельствуют о том, что вопрос о Гоголе как писателе-христианине вовсе не был неуместным или неожиданным для тех, кто соприкасался, так или иначе, с его творчеством. Симптоматично, что некоторые книги написаны лицами духовного звания (Н. М. Добронравов, Лиховицкий А., Розанов Н.).

Для Н. М. Добронравова (17) Гоголь - высоконравственный человек-христианин. Анализируя кратко биографию писателя, его письма, Н. М. Добронравов особо обращает внимание на физические и нравственные страдания - именно эта черта духовной жизни имела большое влияние на весь последующий ход деятельности Гоголя. Да и сам писатель придавал ей особенное значение: «Несчастье, говорил он, умягчает человека, природа его становится тогда более чуткой и доступной к пониманию предметов превосходящих понятие человека. он как бы весь обращается тогда в разогретый воск, из которого можно лепить все, что ни захотите». ( О помощи к бедным, из письма к А. О. Смирновой).

Эти рассуждения позволяют автору определить еще одну характерную черту нравственности Гоголя - беспредельную покорность и преданность Божией воле. Именно это качество предопределило, по мнению автора, судьбу второго тома «Мертвых душ»: чувствуя приближение смерти, Гоголь начал раскаиваться в том, что выступил обличителем людских пороков, не достигнув сам подобающей для того меры духовного возраста и бесстрастия.

В общей оценке духовного пути Гоголя Добронравов сходен с В. Зеньковским: основная заслуга писателя в том, что, что он был первым из культурных деятелей XIX века, кто так серьезно взглянул на назначение человека, на его земное призвание, и на себе испытал все тяготы жизни.

Стремление к нравственному совершенствованию человеческой природы лежало в основе гоголевского учения. Это учение не удивляет русское общество конца XX века, но для людей сороковых годов XIX века оно было прискорбным заблуждением, бредом расстроенного воображения и явно шло вразрез с прогрессивными течениями, так что проповедование столь оригинальных для своего времени идей в такой упорной и бескомпромиссной форме было своеобразным подвигом со стороны писателя.

Священник А. Лиховицкий ( 36) называет Гоголя глубоко верующим и искренне религиозным человеком. Бесспорным доказательством этого автор считает «Размышления о Божественной литургии» и замечает, что простоте и ясности изложения смыла богослужения могут «позавидовать наши учебники» (36; с. 19). Особо отмечает Лиховицкий и некоторые моменты «Переписки»: уважительное отношение к духовенству, радение о благе государства, любовь к русскому мужику и патриархальной деревне.

Как и Н. Добронравов, А. Лиховицкий обращает внимание на то, что советы и письма Гоголя несомненно должны были иметь великое значение в его время, время, «недалекое от декабрьских событий, время увлечения Западом и клевет на Россию, время брожения в высшей -аристократической среде и крепостничества с невежеством или пошленькой, мизерной цивилизацией в деревне» (36; с. 41).

Анализируя религиозные убеждения Гоголя, автор приходит к мысли, что с юношеских лет писатель шел одной дорогой и с изданием «Выбранных мест.» в нем не произошло какого-либо особенного переворота. В заключении книги прослеживается мысль об особом влиянии Гоголя на читателя: «Молились россияне о гениальном писателе. молились о . христианине, соединившем талант творчества с духом страха Божия и даром благочестия; молились о том, кто, увлекая литературного красотою своих произведений, учит нас словом и делом и жизни религиозно-нравственной» (36; с. 83).

Н. Житецкий (21; с.14) полагает, что для определения и оценки личности художника необходимо перенести центр внимания на своеобразие его натуры и сложность психической организации. Именно под этим углом зрения яснее станет и Гоголь как человек, и то, почему он стал писателем, и значение его душевного дела, и вся трагедия его личной жизни.

Несмотря на то, что сам писатель четко определял, в чем именно заключается душевное его дело, почти каждый исследователь пытался ответить на этот вопрос по своему. Так, например, Д. Н. Овсянико -Куликовский (49) различал в этом «мудреном деле» две половины: религиозно-нравственное самовоспитание с мистическими приемами и стремление к плодотворной общественной деятельности, дающей субъекту нравственное удовлетворение. С. А. Венгеров (9) видел это душевное дело в идеалах писателя - гражданина. Н. А. Котляревский (29) особенно подчеркивает в жизни и деятельности Гоголя искание правды и вопросы совести.

Н. Житецкий справедливо замечает, что у самого Гоголя ответов было несколько: то он говорил о литературной деятельности как главной цели его жизни, то о государственном поприще, то о нравственном самосовершенствовании. Сам Н. Житецкий полагает, что смысл жизни Гоголя - в наставничестве, учительстве, проповедничестве. Подтверждение тому - поучающие письма к матери и сестрам, послания к друзьям, переполненные советами и наставлениями.

В своем стремлении учить общество Гоголь руководствуется законами Церкви, и в этом Н. Житецкий видит оригинальность наставничества Гоголя, своеобразие его как писателя-моралиста. Но далее следует вывод, сближающий концепцию Н. Житецкого с писателями «лагеря Белинского»: существенным недостатком учения Гоголя автор считает то, что создатель «Переписки» проповедовал личное усовершенствование и думал, что зло не зависит от общественно-государственного уклада, а лишь от индивидуальных недостатков человека.

Однако Н. Житецкий не делает на основе всего вышеупомянутого вполне ожидаемого заключения об эгоистичном самоуглублении Гоголя. Наоборот, он пишет: «Не был он (Гоголь) тем аскетом, который уходит от мира в пустыню, чтобы спасать одну свою душу. Не был он мистиком, который общение с богом понимает только в смысле врачующего душу религиозного экстаза. И сам он всю душу свою хотел положить за други своя», и в проповеди наставлял служить миру и людям» ( 21; с.52 ).

Н. Житецкий отмечает, что Н. В. Гоголь в своем этическом мировоззрении не игнорировал человека, сознавая нравственную силу живого сочувствия и сострадания. Автор признает, что вечной думой Гоголя было благо человеческое, но утверждает, что общественное самосознание Гоголя находилось на чрезвычайно низком уровне: его представления о благе Родины - глубоко реакционные, родственные с насилием над гражданским чувством.

Для исследователя принципиально важно определить, был ли Гоголь писателем-гражданином или нет. На этот вопрос Н. Житецкий дает отрицательный ответ и таким образом оспаривает концепцию С. А. Венгерова, сформулированную в статье «Гоголь - писатель - гражданин» (С. А. Венгеров писал, что гражданином является тот писатель, который в той или иной форме, но страстно и напряженно думает о благе государства и ищет пути для его достижения).

Анализируя духовный путь Гоголя и причины трагической развязки его жизни, Н. Житецкий предполагает, что писатель начал свое существование и пришел под конец его «к Тому, Кто есть источник жизни», но это постоянство убеждений автор объясняет не сильным религиозным чувством, а скорее, культурно-историческими традициями среды и семейной обстановкой.

Двойственность внутреннего мира Гоголя, по мнению Н. Житецкого, обусловлена разладом между этикой и эстетикой: будучи от природы человеком этических настроений и стремлений и обладая талантом пробуждать эстетические чувства, Гоголь не мог слить воедино эти два начала. Трагедия его жизни, полагает автор, тем более ужасна, что моральная система понятий писателя была глубокой и искренней, но никогда не отличалась широтой воззрений.

В одном из писем к А. О. Смирновой Гоголь писал, что души его никто не может знать. И многие исследователи его творчества утверждали, что русское общество намного меньше знает Гоголя -человека, нежели Гоголя - автора. Отношение к писателю во многом определялось враждебным настроем и непониманием его современников и даже ближайших друзей. Многим поколениям читателей Гоголь представляется сосредоточенным и мрачным аскетом, угрюмым мистиком, суровым обличителем чужих недостатков, одержимым манией величия и гордыней, надменным эгоистом.

Неоднозначные и противоречивые оценки гоголевского нрава были вызваны поведением самого писателя: он сам неоднократно подчеркивал, что часто бывает скрытен и неискренен в разговорах с людьми. Но по справедливому замечанию И. А. Линниченко (34) как бы не был скрытен человек, мы всегда можем определить основные черты его характера, если он оставил следы своей деятельности.

Изучив богатую переписку Гоголя и проанализировав его творчество И. А. Линниченко удивляется, как непохож душевный образ писателя на мрачный портрет, нарисованный негодующей рукой тех, кто увидел в последних произведениях классика лишь упадок творческих сил. «Перед нами натура глубокая, созерцательная, сосредоточенная, мало экспансивная, боязливо защищающая святая святых своей души, холодная и неприветливая на вид, и вместе с тем детски наивная и невинно лукавая, глубоко искренняя в своих заветных убеждениях, сильно любящая, горячо чувствующая и страстно привязчивая, бесконечно преданная и дорогой родине, и заветным убеждениям, и близким ее душе, глубоко сострадательная и отзывчивая к чужому горю, одаренная чудной способностью сквозь видимый смех видеть незримые слезы», - таким видит Гоголя И. А. Линниченко (34; с. 8).

Как и вышеупомянутые авторы (Н. Добронравов, Н. Житецкий и др.) И. А. Линниченко придерживается мнения, что во внутренней жизни Гоголя не было резкого перелома, его душевная история развивалась по своим внутренним законам и физические и моральные страдания только обострили и ускорили этот процесс. В своей литературной деятельности Гоголь шел своей дорогой, и «душевное дело он делал самоучкой», помимо чужих наставлений, до тех пор, пока двойная работа окончательно не сломила его.

Религиозное учение Гоголя автор именует учением о «предустановленной гармонии» (34; с.20): все в мире имеет установленную цель; разными путями Провидение ведет нас к спасению души. Божий промысл определяет каждому его назначение, его задачу, и только исполнив эту службу, человек найдет спасение. Человек должен понять свое назначение и внутренним воспитанием и самоуглублением подготовить себя к восприятию глагола Божия. Чем выше назначение человека, тем больше он должен работать над собой, руководствуясь любовью к ближнему. Самое важное - дело душевное, и наша жизнь скверна не потому, что плохо устроена, а потому, что сами мы ничтожны душой и эгоистически преданы своим интересам.

Но ведь вся эта система проста и стара как мир, она была сформулирована задолго до Гоголя. Почему же писатель открывал давно открытое с такими творческими и душевными муками?

Отвечая на этот вопрос И. Линниченко приходит к тому же выводу, что и Н. Добронравов и А. Лиховицкий: причина терзаний Гоголя - в крайне взыскательном отношении к себе, в стремлении прежде всего самому достигнуть того нравственного совершенства, о необходимости которого он так страстно проповедовал: «Великий писатель, анатомируя свою душу, в экстазе самобичевания нашел ее полной мерзости и греховности, и всем сердцем отдался одной мысли - очистить себя, воспитать свою душу для той великой цели, которую ему предназначил божественный промысел, и эта вечная анатомия, мучительный внутренний анализ стал его кошмаром; борьба с внутренними недугами была для него труднее и упорнее борьбы с болезнями физическими. и эта Сизифова работа убила его душевные и телесные силы» ( 34; с. 21).

В целом же И. Линниченко видит тупиковость гоголевского учение в том же, что и Н. Житецкий: великий писатель и знаток человеческих душ не мог уразуметь простой истины: никакой пример личной добродетели не подвинет массу, если самоусовершенствование внутреннее не пойдет рука об руку с улучшением внешней жизни.

Суть душевной драмы Гоголя И. Линниченко определяет как конфликт религиозных убеждений и творческого дара: писатель познал истину, подготовил свою душу к восприятию ее - и вдруг почувствовал свое бессилие поведать о ней миру единственно доступным ему языком - языком художественных образов. Оказалось, что Гоголь не в силах выполнить задачи, возложенной на него Богом. Именно этого мучительного сознания его душа не вынесла.

Итак, краткий анализ вышеупомянутых работ позволяет нам сделать вывод, что в дореволюционном гоголеведении довольно часто вставала проблема религиозных взглядов Гоголя и его духовной эволюции. Такие определения как «Гоголь - христианин», «Гоголь -проповедник», Гоголь - верный сын Церкви», доказывают, что вопрос о религиозно - нравственных воззрениях писателя был достаточно естественным для многих исследователей его творчества и рассматривать творчество Гоголя вне его не представлялось им возможным.

В своей работе мы намеренно акцентируем внимание на изданиях, практически неизвестных широкому кругу исследователей гоголевского творчества, так как введение их в научный оборот возможно поможет пролить свет на некоторые не до конца изученные моменты биографии писателя. Кроме того, проблематика выбранных нами книг во многом соприкасается с проблематикой исследований Русского зарубежья, а в чем-то может быть даже предопределяет их.

Но прежде чем перейти к анализу мнений авторов - эмигрантов, хотелось бы обратить внимание на еще один эпизод в жизни Гоголя, в оценке которого многие авторы не могут прийти к единому мнению, а именно - обстоятельства его смерти. Физическая и моральная сторона этой кончины очень взаимосвязаны и споры в основном ведутся в двух направлениях: что было первопричиной - обострившиеся недуги повлекли за собой духовный кризис или же наоборот, некий душевный перелом и нравственные муки спровоцировали физическое угасание организма.

Интересно сопоставить мнения двух профессиональных врачей: Н. Н. Баженова (5) и А. Т. Тарасенкова (57), последний из которых был в числе лечащих врачей Гоголя. Их книги вышли в 1902 году (книга А. Т. Тарасенкова - во 2-ом издании) и в некоторой степени полемичны друг другу. Они любопытны как с точки зрения фактов: оба автора буквально по дням исследуют последний период жизни Гоголя, так и с точки зрения аргументации причин смерти писателя.

Н. Н. Баженов, на наш взгляд, несколько преувеличивает роль медицины: «Медико-психологическое расследование биографии, условий творчества, нервно-психического здоровья, иногда даже симптомов предсмертной болезни великого художника, есть единственный ключ, который находится в нашем распоряжении, чтобы проникнуть в ту загадочную и таинственную лабораторию человеческого духа, имя которой - творческий гений» (5; с.З).

Жизнь Гоголя представляет для него интерес именно с точки зрения исследования и изучения психологического механизма художественного творчества. Отправной точкой исследования является утверждение, что Гоголь был явно психически нездоров.

Подтверждение тому автор находит, например, в суждениях Шенрока, который пишет о последних годах жизни Гоголя следующее:

Последнее десятилетие жизни Гоголя представляет печальную картину медленного, но тяжелого и упорного процесса физического разрушения на ряду с явным упадком таланта и болезненным напряжением религиозного экстаза. Нелепо было бы повторять избитую легенду о сумасшествии Гоголя, так долго державшуюся в публике, но нельзя в то же время отрицать несомненное нарушение в нем за последние годы, в связи с физическим расстройством, и душевного равновесия»(5; с.4). Известно, что С. Т. Аксаков считал возможным в будущем душевное расстройство Гоголя.

Анализируя биографию писателя, Н. Баженов приходит к выводу, что у Гоголя развилась настоящая душевная болезнь на неустойчивой нервно-психической почве (имеется в виду склонность Гоголя к депрессии, повышенное внимание к своему здоровью, жалобы на приступы необъяснимой тоски). Н. Баженов считает, что писателю следует поставить следующий диагноз: периодический психоз, или периодическая меланхолия. Последний ее приступ, вызванный смертью Е. М. Хомяковой Гоголь преодолеть не смог и он в считанные дни свел его в могилу.

Помимо «невропатической конституции» внезапная смерть Гоголя была вызвана и неумелыми действиями врачей, признает Н. Баженов. Медицина того времени была, по его мнению, столь неумела и несовершенна, что только усугубила положение дел.

Как видим, Н. Баженов волне материалистически объясняет причины смерти Гоголя и пытается убедить читателя в том, что именно давний физический недуг повлек за собой трагическую кончину.

Иного мнения придерживается А. Тарасенков. «В Гоголе все имело особенный характер, и болезнь его выходила из ряда обыкновенных, часто встречающихся явлений. Ее трудно выразить одним словом, назвать по имени», - пишет он (57; с.4). Частые жалобы писателя на различные физические недуги нельзя считать симптомами какой-то определенной болезни, полагает А. Тарасенков, так как они исчезали так же внезапно как и появлялись. Кроме того, нет доказательств упадка творческих сил: в последние четыре месяца перед смертью Гоголь много и плодотворно работал.

Но после смерти Е. М. Хомяковой мысль о смерти и приготовлении себя к ней совершенно поглотила Гоголя, утверждает А. Тарасенков. Приезд отца Матфея, духовника писателя, и его строгие проповеди не могли не действовать на Гоголя, уже настроенного на скорую кончину: «Несмотря на то, что Гоголь так любил духовные беседы и сам искал строгих наставлений, разговоры этого духовного лица, о котором он имел по справедливости самое высокое понятие, так сильно потрясли его, что он однажды, не владея собою, прервал его речь и сказал ему: «довольно, не могу долее слушать, слишком страшно».» ( 57; с. 15).

Характерно то, что А. Тарасенков, воссоздавая историю смерти Гоголя прежде всего обращает внимание не на ухудшение физического состояния писателя, а на напряженное возрастание религиозного чувства: Гоголь ревностно соблюдает церковный устав, придерживается самого строго поста, а главное - готовит свою душу к принятию смерти.

Далее А. Тарасенков разворачивает картину безнадежных и достаточно жестоких попыток врачей привести Гоголя «в чувство»:

Обращение их (врачей) было неумолимое; они распоряжались, как с сумасшедшим, кричали перед ним, как перед трупом» (57; с.27). Ледяные ванны, кровопускания, пиявки, горчичники, поливания спиртом и обкладывания горячим хлебом - можно сказать, что последние дни жизни Гоголя были омрачены заботами врачей. «Нельзя вообразить, чтобы кто - нибудь мог терпеливее его сносить все врачебные пособия, насильно ему навязываемые; лицо умершего выражало не страдание, а спокойствие, ясную мысль, унесенную с собою за гроб,» - пишет А. Тарасенков (57; с. 28).

Как врач, А. Тарасенков не смог поставить окончательный диагноз: он категорически отметал все предлагаемые версии: менингит, тиф, голодную смерть, религиозную манию и тем более потерю рассудка.

Автор рискнул только указать на некоторые обстоятельства, которые, по его мнению, могли усиливать происхождение болезни, влиять на ход ее развития и привести к печальному окончанию.

Таких обстоятельств несколько: само творчество, полагает А. Тарасенков, глубоко потрясало здоровье Гоголя - он жил жизнью своих героев и, воссоздавая житейскую пошлость, сам страдал от нее. В своих сочинения писатель пытался представить лучший мир, лучших людей -стремился подчинить искусство высшей цели - сделать его «незримой ступенькой к Божественному».

Религиозная настроенность так поглотила Гоголя, что он перестал дорожить земным и все усилия тратил на то, чтобы достойно приготовить себя к будущей жизни. Видимо Гоголю в какой - то момент показалось, что он недостаточно усмирял свою плоть, и это привело к тому, что он возненавидел ее, перестал питать и «высшая христианская добродетель - смирение, перешла границы: вместо того, чтобы возвысить душу, она умертвила тело» (57; с. 31).

Ослабев телом, Гоголь ослабел и духом, делает вывод А. Тарасенков. Окончательно писатель «свел счеты с жизнью», когда сжег свои сочинения - его творчество было последним, что удерживало его в этом мире.

Таким образом, А. Тарасенков утверждает, что именно духовный элемент был первопричиной внезапной смерти писателя - «любопытной для врача и поучительной для человека» (57; с. 33).

Над загадкой гоголевской кончины будут размышлять еще многие поколения исследователей, каждый из них станет судит Гоголя по-своему, руководствуясь своими взглядами и как часто случается, в этих суждениях будет больше взглядов «судей», чем истинного образа. Но для каждого «размышляющего» главное - избегать односторонности и категоричности суждений. Именно этого, как нам кажется, и достиг А. Тарасенков в своей книге. Ему как врачу проще всего было бы поставить какой - то определенный диагноз (отсутствие которого может быть и подрывает в данном случае авторитет медицины), и в данном случае попытка избежать неверных оценок и общих заключений представляется в высшей степени достойной.

Проблемы, рассматриваемые во всех вышеупомянутых работах, предваряют целый спектр тем и вопросов в науке о Гоголе, волею обстоятельств развивавшейся долгое время вдали от Родины. Основная заслуга в разработке актуальных сегодня вопросов религиозного мировоззрения Гоголя, его духовных исканий и «темных пятен» биографии принадлежит все-таки авторам Русского зарубежья.

Фундаментальными в этой области следует признать труды К. В. Мочульского "Духовный путь Гоголя" и В. В. Зеньковского "Н. В. Гоголь".

Книга К. В. Мочульского «Духовный путь Гоголя» была переиздана в России в 1995 году, вместе с двумя другими работами ученого: «Владимир Соловьев. Жизнь и учение» и «Достоевский. Жизнь и творчество». Они вышли в одном издании с послесловием В. М. Толмачева. В кратком биографическом очерке о К. В. Мочульском мы опираемся именно на эту статью.

Книга В. Зеньковского "Н. В. Гоголь" была переиздана в России в 1994 году (вместе с книгой В. Гиппиуса "Гоголь").

Многие идеи Мочульского и Зеньковского были восприняты писателями русского зарубежья. С чем-то соглашались, что -то оспаривали. Учитывая несомненную авторитетность книг К. Мочульского и В. Зеньковского, новизну и обоснованность их идей, повлиявших в той или иной мере на многих исследователей Русского зарубежья, представляется оправданным посвятить им отдельные главы.

Помимо общего анализа работ, в главах есть краткие биографии авторов и характеристики отзывов и рецензий на книги. Биографический материал позволяет проследить, как менялись взгляды и убеждения писателей, их жизненный путь (оба они пришли к священству, Зеньковский был рукоположен, Мочульский готовился к принятию сана) и роль Гоголя для авторов (особенно для Зеньковского). Рецензии и отзывы дают представление о влиянии, значении и месте книг «Духовный опыт Гоголя» и «Н. В. Гоголь» в опыте Русского зарубежья.

Третья глава посвящена, в основном, статьям о Гоголе, опубликованным в эмигрантских изданиях «Вестник РСХД», «Возрождение», «Грани», «Записки русской академической группы в США», «Мосты», «Путь», «Новый журнал», «Современник», «Современные записки», «Числа», «Опыты», «Континент», «Воздушные пути» и в газетах «Возрождение», «Последние новости» в период с 1920 по 1980-е годы.

Часть из них была переиздана в России: статьи Б. Зайцева «Гоголь на Пречистенском» и «Жизнь с Гоголем» в журнале «Литературная учеба» М., 1988 № 3, с примечаниями В. А. Воропаева; В. Ходасевича «Памяти Гоголя» в книге «Колеблемый треножник» М., 1991, составление и подготовка текста - В. Г. Перельмутера, комментарии Е. М. Беня.

В 1995 году, в Москве, в сборнике «Гоголь. Материалы и исследования» была опубликована статья Д. И. Чижевского «Неизвестный Гоголь» с сопроводительной статьей В. А. Врубель. Но многие материалы являются и сейчас труднодоступными для россиян, так как отсутствуют в библиотеках страны.

Мы попытаемся систематизировать труды авторов Русского зарубежья, разбив их на своеобразные тематические группы и сравнить различные подходы к изучению духовного пути Гоголя, всевозможные варианты прочтения его произведений.

Особого внимания требует тема, которую условно можно было бы назвать "Духовный путь Гоголя". Она вызывает определенный интерес, так как в силу специфики своего положения авторы Русского зарубежья могли писать о том, о чем приходилось умалчивать советским исследователям.

Гоголя сопоставляли со многими русскими писателями. Называли его антиподом Пушкина, считали продолжателями гоголевского дела

Толстого и Достоевского, видя в этих писателях различное преломление жизненных и творческих судеб; законными наследниками гоголевской эстетики именовали А. Белого и А. Ремизова. Попытку рассмотреть творчество Гоголя в контексте русской литературы Х1Х-ХХ веков предпринимали К. Мочульский, В. Зеньковский, А. Ремизов, И. Ильин, В. Ильин, Г. Мейер, П. Бицилли, В. Террас.

Загадочный облик классика и возможность неоднозначной оценки его произведений давали повод для самых разных истолкований его человеческого и писательского облика. Немало работ посвящено особенностям психологического склада Гоголя, повлиявшим на его творчество. Большое количество таких статей и известная "популярность" подобной тематики позволяют выделить особо работы такого рода. Над этой темой размышляли Д. И. Чижевский, П. Ершов, И. Тхоржевский, А. Терц, Е. Терновский.

Многие исследователи сходились на том, что религиозное сознание Гоголя выросло из сурового образа возмездия. Тема ужасного, страшного, жуткого, нечисти и бесовщины в самых разнообразных вариантах воплотилась в его творчестве. Было ли это психологической особенностью, комплексом страха, склонностью к мистицизму или особой творческой задачей, "миссией"? О демонологии в творчестве Гоголя писали Д. Мережковский, Г. Мейер, В. Ильин, С. Высокоцкий, Н. Бердяев, Н. Ульянов, 3. Юрьева, В. Филипп.

Немало споров вызывал вопрос об определении художественного метода Гоголя, его приемов, стиля. Был ли Гоголь реалистом? Если да, то почему его считали "своим" символисты, а позднейшие якобы последователи первым делом очистили свой стиль от всего гоголевского? Не была ли реальность Гоголя совсем не той реальностью, которую усмотрели в его произведениях современники и критики? Особенностям гоголевской поэтики посвящены статьи Г. Газданова, Д. Чижевского, А. Ремизова, Н. Каухчишвили, Л. Штильмана, В. Ходасевич, В. Набокова.

Специальный раздел главы посвящен рецензиям Русского зарубежья на работы советских гоголеведов. Их анализ позволяет установить, какие книги и идеи удостоились внимания на Западе и проследить эволюцию отечественного гоголеведения, выяснить, за что упрекали российских авторов писатели-эмигранты, и насколько справедливы были эти упреки.

Необходимо упомянуть некоторые работы, представляющие собой дополнения к биографии Гоголя (Д. Чижевского, А. Шика, Н. Первушина, Н. Е. Андреева).

Практическая значимость работы заключается в том, что результаты исследования могут быть использованы в общем курсе истории русской литературы и специальных курсах, посвященных Гоголю и литературе Русского зарубежья. Некоторые сведения могут быть учтены в справочных изданиях по истории русской литературы и литературы русской эмиграции.

Заключение диссертации по теме "Русская литература", Евтихиева, Анна Сергеевна

Вот выводы, к которым приходит исследователь: «Гоголь - одна из самых аскетических фигур нашей литературы. Вся его жизнь, подобно жизни инока, была непрерывным подвигом и восхождением к высотам духа.» (13; с. 3).

Вся жизнь - Гоголя, сопоставимая с монашеским подвигом, -мучительная борьба между духовным и художественным устремлением, сожжение рукописей, попытки ухода в монастырь. В конечном счете отказ от себя и мученическая кончина - предстает как образ духовной лествицы, постоянного восхождения, а произведения его являются некими ступенями на этом нелегком пути» (13; с^ 130).

Нет сомнения, что работы подобного рода играют большую роль в формировании новой - христианской концепции русской литературы, «которая учитывала бы ее подлинные национальные и духовные истоки и традиции» (19; с. 5).

Доказательством того, что отечественная наука осознает необходимость возвращения русской литературы в религиозное, христианское русло, служат сборники «Евангельский текст в русской литературе 18-19 веков», «Русская литература 19 века и христианство» и многочисленные книги и публикации современных ученых.

Нет никого, кто отрицал бы исключительное значение Гоголя в истории русской литературы, его всегда будут читать. Но мы согласны с Н. Бердяевым в том, что другая сторона его творчества - духовные искания, заветные думы, все то религиозное мировоззрение, в котором он был пророком идеи "воцерковления" жизни, пророком Православной культуры - все это до недавнего времени было предметом споров.

Часто говорили и писали, что ошибка Гоголя состояла в том, что он не остался только художником и вышел за пределы искусства. Что же было высшей ценностью для Гоголя - искусство или искание правды Божией, служенье музам или Богу и Церкви, и правомочно ли такое противопоставление, в чем была трагедия Гоголя - в разладе между миром воображаемым и миром действительным или в несоответствии творческого дара и монашеских устремлений, - на все эти и многие другие вопросы помогает ответить опыт авторов Русского зарубежья.

Заключение.

Неправомерным было бы делать какие-то окончательные выводы по каждой обозначенной теме. Проблемы, затронутые нами, требуют дальнейших исследований и изучения. Творческое наследие Русского зарубежья пока изучено недостаточно. Возвращение его на историческую почву и введение в научный оборот - задача интересная и перспективная.

Подводя итоги, можно сказать, что Русскому зарубежью удалось сделать то, что было сложно, а порой и невозможно для советских гоголеведов. Благодаря своей свободе от идеологической цензуры, и возможности оставаться в рамках православно-христианской традиции русской культуры, авторы-эмигранты сказали о том, о чем приходилось умалчивать долгие годы некоторым нашим исследователям.

В новом и неожиданном свете для многих современных читателей предстает Гоголь. Не только сатирика и реалиста, обличителя российского уклада жизни, но и глубокого религиозного мыслителя, христианина, автора молитв открывают нам многие авторы Русского зарубежья. Вот выводы, к которым приходит К. Мочульский:

Религиозно-нравственные идеи Гоголя легли в основу учительства русской литературы: «В нравственной области Гоголь был гениально одарен; ему суждено было круто повернуть всю русскую литературу от эстетики к религии, сдвинуть ее с пути Пушкина на путь Достоевского» (86; с. 37).

Гоголь явился провозвестником идеи о цельности духовной культуры, о ее религиозном обосновании, об устройстве человеческого общества на основах церковной соборности, о преображении мира путем внутреннего просветления человека. В области литературы книга Гоголя знаменовала собой поворот от искусства к литературе» (86; с. 44).

Мировоззрение Гоголя - цельное и глубоко прямолинейное, оно закончено и глубоко духовно: «Как сам он начинал свой духовный путь публичного покаяния и страстной жажды обличений и указаний грехов, так и для России желал он сознания грехов и исповеди» (86; с. 33).

Таким предстает Гоголь в концепции В. В. Зеньковского:

Гениальность Гоголя нельзя сводить только к его художественному творчеству. Словесное мастерство служит лишь подсобной силой для проникновения в ту реальность, которую Гоголь изображает.

Высоко ценя эстетическую отзывчивость человеческой души, веря в то, что в этой эстетической отзывчивости заложена возможность духовного преображения каждого человека, Гоголь с тем большей силой вскрывал пошлость у людей» (60; с. 260).

Гоголь остается и доныне учителем жизни не в итогах и формулах его исканий, а в самом обращении к Богу, к христианской правде. . В этом ценность всего духовного наследия Гоголя» (60; с. 214).

Можно отвергать идеи Гоголя, но нельзя не преклониться перед глубиной его стояния перед Богом, его жаждой стать лучше, вместить ту правду, которая открывалась ему в сердце. Оттого Гоголь велик не только в своем творчестве, в своих исканиях, но и в своей жизни. В нем есть именно пророчество о том, как жить и как действовать русским людям» (60; с. 262).

Главным же выводом книги можно, как нам кажется, признать следующий: Гоголь - порок православной культуры, попытавшийся повернуть русское искусство на путь воцерковления.

Понимая, что ключ к Гоголю-художнику - во многом в его религиозной драме, такие авторы как К. Мочульский, В. Зеньковский, Д. Чижевский, И. Ильин, И. Андреев, Н. Ульянов, Б. Вышеславцев, Н. Жернакова и многие другие предложили свое решение некоторых вопросов в судьбе и творчестве Гоголя, органично заполнив "белые пятна" его биографии и духовной эволюции.

Подытожить как-то определенно их мнения довольно сложно - виной тому загадочный и противоречивый облик писателя. Хотелось бы процитировать в связи с этим слова Б. Филиппова: «взгляды любого, а в особенности гениального художника, никак не возможно уложить в какую-либо религиозную догму, да и в любую философскую систему. Писатель всегда более, чем сложен. Он всегда трагически противоречив» (50; с. 18).

И тем не менее, эти работы, вместе с упоминаемыми нами во введении статьями малоизвестных отечественных авторов, безусловно создают новый контекст понимания личности и творчества Гоголя.

Несмотря на большое количество статей о духовной жизни Гоголя утверждать, что авторы Русского зарубежья занимались только проблемами религиозного мировоззрения великого русского писателя было бы несправедливо. Написано множество интересных статей о поэтике, биографии Гоголя, проведен ряд глубоких литературных сопоставлений его с другими писателям. Но все-таки основной интерес представляют долгое время бывшие "запретными" темы гоголеведения.

Новый взгляд на Гоголя присутствует в работах не только Русского зарубежья. Немало неизвестных до сегодняшнего дня биографических данных и доказательств истинной религиозности и православного аскетизма Гоголя приводится в многочисленных публикациях и книге «Духом схимник сокрушенный» В. А. Воропаева.

Им подробно разработаны темы, которых почти не касались наши зарубежные авторы: Гоголь и монашество, взаимоотношения Гоголя с отцом Матфеем и многие другие. Особый интерес представляют страницы, посвященные трагической кончине Гоголя и истории сожжения «Мертвых душ».

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Евтихиева, Анна Сергеевна, 1999 год

1. Гоголь Н.В. Полное собр. соч.: В 14 т. Изд. Академии наук СССР, 1937-1952.

2. Гоголь Н.В. Собр. соч.: В 9 т. / Сост; подг. текста и коммент. В. А. Воропаева и И. А. Виноградова. М., 1994.

3. Анненский И. Книга отражений. М., 1979.

4. Его же. Эстетика "Мертвых душ" и ее наследие // Аполлон. М., 1911.-№ 2.

5. Баженов Н. Н. Болезнь и смерть Гоголя. М., 1902.

6. Барабаш Ю. Набоков и Гоголь (Мастер и Гений): Заметки на полях книги Владимира Набокова «Николай Гоголь» // Москва. М.,1989. - №1.

7. Белый А. Мастерство Гоголя. М., 1934.

8. Бибихин В. В., Гальцева Р. А., Роднянская И. В. Лит. мысль Запада перед "загадкой Гоголя" // Гоголь: История и современность. М., 1985.

9. Венгеров С. А. Гоголь ученый. - Спб., 1913.

10. Ю.Вересаев В. Гоголь в жизни. Систематический свод подлинных свидетельств современников. М., 1990. И.Воронский А. Н. В. Гоголь. - М., 1934.

11. Воропаев В. А. Гоголь и монашество // Журнал Московской патриархии. 1993. № 4-5; Русское возрождение. Нью-Йорк М. -Париж, 1992. № 58-59.

12. Его же «Духом схимник сокрушенный.» // Прометей. Т. 16. М., 1992.

13. Его же Гоголь и отец Матфей. // Русская литература XIX века и христианство. М., 1997.

14. Гуковский Г. А. Реализм Гоголя. М-Л., 1959.

15. Дементьев А. Когда надо защищать хрестоматийные истины // Вопросы лит. М., 1980. - № 9.

16. Добронравов Н. М. Н. В. Гоголь как христианин. Саранск, 1901.

17. Есаулов И. Изображение апостасий в прозе Гоголя. // Евангельский текст в русской литературе 18-19 веков. Петрозаводск, 1994.

18. Евангельский текст в русской литературе 18 19 веков. -Петрозаводск, 1994.

19. Жданов В. А как же быть с исторической правдой? // Вопросы лит. -М., 1980. № 9.

20. Житецкий Н. Гоголь проповедник и писатель. Спб., 1909.

21. Знаменский Г.А. Н. В. Гоголь. Отличительные особенности его лит. гения // Знаменский Г.А. Крупицы познания Исторической России в свете православной веры. Под ред. П.Р. Вакулина. Изд. Нивы, 1879.

22. Зелинский В. Русская критическая литература о произведениях Гоголя. М., 1903.24.3олотусский И. Гоголь. М., 1979.

23. Каллаш В. В. Основные черты личности и творчества Гоголя. М., 1902.

24. Катаев В. Возвращаясь к Гоголю // Вопросы лит. М., 1984.- № 3

25. Коган Л. Гоголь проповедник и пророк. - Одесса, 1909.

26. Кошелев В. А. Эстетические и литературные воззрения русских славянофилов (1840 1850-е годы). - Л., 1984.

27. Котляревский Н. А. Н. В. Гоголь. Спб., 1903.

28. Кривонос В. Ш. Письма из Мертвого дома: О книге А. Терца (Синявского) «В тени Гоголя» // Литература «третьей волны» русской эмиграции. -Самара: Изд-во Самарский ун-т, 1997.

29. Купреянова Е. И. От сентиментализма к романтизму и реализму.ч—

30. История русской литературы. Академия наук СССР 1981, глава 21.

31. Лазарева А. Н. Духовный опыт Гоголя. М., 1993.

32. Лебедев А. Поэт христианин Гоголь в русской литературе и искусстве. - Саратов, 1909.

33. Линниченко Н. А. Душевная драма Гоголя. Одесса., 1902.

34. Зб.Лотман Ю. М. В школе поэтического слова: Пушкин, Лермонтов, Гоголь. -М., 1988.

35. Лиховицкий А. Н. В. Гоголь как христианин. Ростов н/Д., 1902.

36. Макогоненко Г. Гоголь и Пушкин. Л., 1985.

37. Его же. Принадлежит России // Звезда. -1984. № 4.

38. Манн Ю.В. Поэтика Гоголя. М., 1979.

39. Его же. Гоголь в контексте эстетических споров // Вопросы философии. М., 1984. - № 4.

40. Его же. Над бездной Гоголя // Лит. Обозрение. М., 1993. №1/2.

41. Машинский С. Н. Художественный мир Гоголя. М., 1979.

42. Моисеев Д. Н. В. Гоголь как писатель-христианин в оценке русского зарубежья //Духовный мир. Сергиев Посад, 1996. - №3.

43. Назаров М. В. Миссия русской эмиграции. Ставрополь, 1992.

44. Недзвецкий В. А. Русский социально Универсальный роман Х1Х века. -М„ 1997.

45. Его же. «Мертвые души» Н. В. Гоголя как художественная проповедь II Русская литература Х1Х века и христианство. М., 1997.

46. Обухов В. «Гоголь. Соловьев. Достоевский». Этапы духовного развития русской литературы //Рус. мысль. Париж, 1995. -№4103.

47. Его же. Две трилогии о русской литературе // Лит. Обозрение. М., 1997. - №6.49.0всянико -Куликовский Д. Н. Гоголь. М., 1903.

48. Паламарчук П. (Носов В.) Ключ к Гоголю. Лондон, 1985.51 .Его же. Москва или третий Рим? М.,1991.

49. Розанов Н. Гоголь как верный сын церкви. М., 1902.

50. Русская литература XIX века и христианство. М., 1997.

51. Сахаров В. Логика культуры и судьба таланта // Вопросы лит. М., 1980. -№ 9.

52. Сикорский Н. А. Психологическое направление художественного творчества Гоголя. Киев, 1911.

53. Современные зарубежные исследования творчества Н. В. Гоголя. Сб. научно аналит. обзоров. - М, 1984.

54. Тарасенков А. Т. Последние дни жизни Н. В. Гоголя. 1902.

55. Трубецкой Е. Н. Смысл жизни. М., 1994.

56. Тяпугина Н. Формула причуды // Волга. Саратов, 1988. - №4.

57. Фридлендер Г. М. Гоголь и современность // Русская лит. М., 1984. -№4.

58. Храпченко М.Б. Н. В. Гоголь, Литературный путь. Величие писателя, -М., 1983.

59. Шенрок В. Н. Н. В. Гоголь, Спб., 1901.

60. Литература русского зарубежья.

61. Адамович Г. А. Белый и Гоголь // Последние новости. Париж, 1934. -14 июня.

62. Его же. На беседе о Гоголе // Последние новости. Париж, 1935. - 28 февраля.

63. Амфитеатров А. Отталкивающий магнит // Возрождение. Париж, 1936. - 2 апреля, 2 мая, 11 июня.

64. Анастасий ( Грибановский ), митрополит. Мысли о Гоголе // Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя ( 1852 1952 ). - Буэнос-Айрес, 1952.

65. Андреев И.М. Религиозное лицо Гоголя // Андреев И.М. Очерки по истории рус. лит. Х1Х в. ( Краткое изложение некоторых лекций, читанных в Свято-Троицкой Духовной семинарии) Сб. 1 Джорданвилль, 1968.

66. Андреев Н.Е. Гоголь как историк // Записки рус. академической группы в США. Нью-Йорк, 1986. - Т. 17.

67. Анненков Ю. П, Театр Гоголя // Возрождение. Париж, 1964. - №154.

68. Башилов Б. Спор, решенный жизнью (Гоголь и Белинский) // Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя (1852 1952). - Буэнос-Айрес, 1952.

69. Бем А. Л. «Шинель Гоголя и «Бедные люди» Достоевского. Прага, 1927.

70. Бердяев H.A. Гоголь в русской революции // Вестник РСХД. Париж, 1959.-№ 53.

71. Его же. Духи русской революции // Новый журнал. Нью-Йорк, 1965.-№79.

72. Бицилли П.М. Зощенко и Гоголь // Числа. Париж, 1932. - № 6.

73. Его же. Гоголь и Чехов // Современные зап. Париж, 1934. - № 56.

74. Его же. Гоголь и классическая комедия // Числа. Париж, 1934. -№56.

75. Его же. Проблема человека у Гоголя // Годишник на софийскаяуниверситету. София, 1948. - Т. 44, кн. 4.

76. Его же. Мочульский К. Духовный путь Гоголя // Путь. Париж, 1934.45 (рецензия).

77. Его же. Справка (По поводу кн. Б. Щлецера о Н. Гоголе на франц. яз.) // Встречи. Париж, 1934. - №2.

78. Богоявленская М.С. ( рожд. Унгер Штейнбор ) Религиозная личность Гоголя в новом освещении. - Нью-Йорк, 1960.

79. Булгаков М. Ревизор, киносценарий / Публ. и вступ. Статья А. К. Райт // Новый журнал. Нью - Йорк, 1977. -№127.

80. Вайскопф М. Поэтика петербургских повестей Гоголя. (Приемы объективации и гипостазирования)//Slavica Hierosolimitana, 1978, №3.

81. Его же. Нос в Казанском соборе: о генезисе религиозной темы у Гоголя // Wiener Slawistisher Almanach, 1987, №19.

82. Его же. Путь паломника // Russian literature and histori. Иерусалим, 1989.

83. Его же. Сюжет Гоголя. Морфология. Идеология. Контекст. М., 1993.

84. Его же. Время и вечность в поэтике Гоголя // Гоголевский сборник.

85. Под ред. С. А. Гончарова. Спб.: Образование, 1994.

86. Его же. Птица тройка и колесница души: Платон и Гоголь // Гоголь: Материалы и исследования. М., 1995.

87. Его же. Имперская мифология и отрицательный ландшафт в «Мертвых душах» // Русский текст. Лоуренс, Спб., Дэрем, 1995.

88. Вейдле В. Умирание искусства. Размышления о судьбе литературного и художественного творчества. Париж, 1937. То же: Спб., 1996.

89. Вербицкий Ф. В. «Не принятый» пророк // Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя ( 1852 1952 ). Буэнос-Айрес, 1952.

90. Его же. Духовный подвиг Гоголя (Паломничество в Иерусалим) // Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя ( 1852 1952 ). -Буэнос-Айрес, 1952.

91. Его же. Великий Россиянин // Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя (1852 1952). - Буэнос -Айрес, 1952.

92. Вертлиб Е. От Гоголя до Гегеля, или Мертвые души в Селе Степанчикове Достоевского // Современник, Торонто, 1979. - № 43/44. То же: // Дон. - Ростов-на-Дону, 1997. - №1.

93. Воейков Н. Н. Гоголь профессор истории (Страница из его жизни) // Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя (1852 - 1952). -Буэнос-Айрес, 1952.

94. Верховский С. С. О Гоголе // Новый журнал. Нью-Йорк, 1961. - №66.

95. Его же. К восьмидесятилетию о. В. Зеньковского // Вестник РСХД.-Париж, 1961. № 61.

96. Вильчковский К. С. О Гоголе // Современник. Торонто, 1962. - № 6.

97. Высокоцкий С. К. Демонологический элемент в творчестве Гоголя // Возрождение. Париж, 1971. - № 230.

98. Его же. Судьба и смерть Гоголя // Возрождение. Париж, 1959. -№87.

99. Вышеславцев Б. П. Мочульский К. Духовный путь Гоголя // Современные зап. Париж, 1934, № 56 (рецензия).

100. Газданов Г. Заметки об Эдгаре По, Гоголе и Мопассане // Воля России. Париж, 1929. - № 5-6.

101. Его же. О Гоголе // Мосты. Париж, 1960. - № 5.

102. Гизетти М. Памяти моего духовного отца // Вестник РСХД. Париж, 1962.-№ 66/67.

103. Гиппиус 3. Гоголь и Белинский // Возрождение. Париж, 1929. - 18 апреля.

104. Доминик Л. А. ( Аронсон ). "Мертвые души", или Гоголь наизнанку // Возрождение. Париж, 1960. - № 102.

105. Дружников Ю. С Пушкиным на дружеской ноге // Синтаксис. Париж, 1994. -№34.

106. Дубинин М. Гоголь и Оптинские старцы // Новый журнал. Нью-Йорк, 1982. - № 147.

107. Емельянова О. По следам гоголевского юбилея // Грани. Париж, 1952.-№ 15.

108. Ершов П. О Гоголе (Некоторые грани его психологии и мастерства) // Возрождение. Париж, 1952. - № 20.

109. Жернакова Н. "Портрет" Гоголя в двух редакциях // Записки рус. академической группы в США. Нью-Йорк, 1984. - Т. 17.

110. Зайцев Б. Гоголь на Пречистенском. Публ. Е. Воропаевой, примеч. В. Воропаева // Лит. учеба. М, 1988. - № 3. Впервые: Возрождение. -Париж, 1931. -29 марта.

111. Его же. Жизнь с Гоголем. Публ. Е. Воропаевой, примеч. В. Воропаева // Лит. учеба. М, 1988. - № 3. Впервые: Современные зап. - Париж, 1935.- № 59.

112. Его же. Ушедшему // Вестник РСХД. Париж, 1962. - № 66/67.

113. Зандер Л. Отец Василий как общественный деятель // Вестник РСХД,- Париж, 1962. № 66/67.

114. Зеньковский В.В. Н. В. Гоголь в его религиозных исканиях // Христианская мысль, 1916. №№ 1-3, 5, 7, 8, 10, 12.

115. Его же. Гоголь // Русская земля (альманах для юношества ко Дню русской культуры) /Ред. А. Черный и В. Зеньковский. Париж, 1928.

116. Его же. Гоголь и Достоевский I/O Достоевском. Сборник статей /под ред. А. Л. Бема. №1. - Прага, 1929.

117. Его же. Н. В. Гоголь // Зеньковский В.В. Рус. мыслители и Европа (критика европейской культуры у рус. мыслителей). Париж, 1955.

118. Его же. Gogol s aesthetische Utopi // Zeitschrift fur Slawische Philologie. Band 1X, Helf Heft 1-2, 1932. Эстетическая утопия Гоголя.

119. Его же. Н. В. Гоголь в кн. Зеньковский В. В. История рус. философии, т. 1 ч. 1. Л, 1991. Впервые: Париж, 1948 - 1950.

120. Его же. Памяти Н. В. Гоголя // Вестник РСХД. Париж, 1959. - № 53.

121. Его же. Н. В. Гоголь.- Париж, 1961. То же: Гиппиус В. "Гоголь". Зеньковский В. "Н. В. Гоголь". С-П., 1994. То же: // М.: РИФ Школа «Слово», 1997. Рец.: Паскаль П. // Вестник РСХД. - Париж - Москва -Нью-Йорк, 1962.-№64.

122. Его же. Из моей жизни // Вестник РСХД. Париж, 1964. - № 72/73.

123. Его же. Общие законы экономической жизни. Вестник РХД. - Париж - Нью-Йорк - Москва. -1991. - №161. О Чичикове: С.88-89.

124. Его же. Очерк внутренней моей биографии // Вестник РСХД. Париж, 1962, № 66/67.

125. Зызыкин М. В. Гоголь и царская власть //Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя (1852 1952). - Буэнос-Айрес, 1952.

126. Иванов-Натов А. Новое прочтение "Выбранных мест из переписки с друзьями" // Записки рус. академической группы в США. Нью-Йорк, 1984.-Т. 17.

127. Ильин В.Н. День гнева (К юбилею Гоголя) // Вестник РСХД. Париж, 1952. -№ 1.

128. Его же. "Мертвые души" Гоголя и проблема греха // Возрождение. -Париж, 1962. № 132.

129. Его же. Достоевский и Гоголь // Вестник РСХД. Париж, 1931. - № 3.

130. Его же. Адский холод Гоголя // Возрождение. Париж, 1962. - №131.

131. Его же. Продолжение "Мертвых душ" у Гончарова // Возрождение. -Париж, 1963. № 139.

132. Его же. Арфа Давида. Религиозно-философские мотивы рус. лит. прозы. Сан-Франциско, 1980.

133. Иоанн, Архиепископ Сан- Францисский. Беседы с русским народом. -М.: Ладья, 1998. /по материалам издания: Епископ Иоанн Сан-Францисский (Шаховской) Время веры. Нью-Йорк: Изд-во имени Чехова, 1954. Гармония творения (О Гоголе): С. 21-22.

134. Его же. Восьмидесятилетие о. Василия // Вестник РСХД. Париж, 1961 .-№61.

135. Каухчишвили Н. О художественных приемах у Гоголя. // Записки рус. академической группы в США. Нью-Йорк, 1984. - Т. 17.

136. Келлер. Л. Православие и рус. лит. // Юбилейный сб. в память 1000-летия Крещения Руси. Джордан вилл ь, 1988.

137. Климов Е. Иллюстрации рус. художников XX века к произведениям Н. В. Гоголя // Записки рус. академической группы в США. Нью-Йорк, 1984. - Т. 17.

138. Князев А. Отец Василий II Вестник РСХД. Париж, 1962. - № 66/67.

139. Константин, игумен. Гоголь как учитель жизни //Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя (1852-1952). Буэнос-Айрес, 1952.

140. Крупич В. Гоголь и Аполлон Григорьев // Записки рус. академической группы в США. Нью-Йорк, 1984. - Т. 17.

141. Мейер Г. Трудный путь// Возрождение. Париж, 1952, № 19.

142. Мережковский Д. Хлестаков, Чичиков и черт // Возрождение. Париж, 1959.-№ 87.

143. Минский (Виленкин Н. М.) Короленко и Гоголь //Грани. -Берлин, 1923. -Кн.2.

144. Миролюбов Ю. П. Гоголь и революция Аахен, 1992. То же: /Публ. и вступ. Статья Ю. В. Линника //Север. - Петрозаводск, 1994. - №2.

145. Морозов И.В. Отец Василий друг молодежи // Вестник РСХД. -Париж, 1962. - № 66/67.

146. Мочульский К. Духовный путь Гоголя. Париж, 1934. То же: Мочульский К. Гоголь. Соловьев. Достоевский. - М., 1995.

147. Его же. О Гоголе // Звено. Париж, 1927. -№211.

148. Его же. «Я не был легкомысленной жар птицей, а наоборот. Строгим моралистом.». Из писем Владимира Набокова. Пер., вступ. статья, публ. и коммент. Д. Бабича // Вопросы лит. - М., 1995. - №4.

149. Натова Н. Михаил Булгаков и Гоголь. // Записки рус. академической группы в США,- Нью-Йорк, 1984. Т. 17.

150. Небольсин А. В. Эрлих. Гоголь. // Новый журнал. Нью-Йорк, 1970. -№ 99.

151. Николаева Е. Духовный облик Гоголя // Возрождение. Париж, 1969. -№ 206.

152. Николаич Е. А. Птица-тройка (Стихи) //Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя (1852 -1952). Буэнос-Айрес, 1952.

153. Obolensky A. Gogol and Hieronymous Bosch: A Comparative Essay // Записки рус. академической группы в США. Нью-Йорк. - 1984. - Т. 17.

154. Осипов Н.Е. Страшное у Гоголя и Достоевского в сб. его памяти под ред. А. Л. Бема. Прага, 1935.

155. Его же. Страшное у Гоголя и Достоевского //Жизнь и смерть. Прага, 1935.-Т. 1

156. Паскаль П. Гоголь во Франции // Вестник РСХД. Париж, 1952 март/апрель.

157. Первушин Н. В. Встречался ли Гоголь с Достоевским? //Новый журнал. Нью-Йорк, 1971. - №105.

158. Его же. Гоголь и Достоевский. // Новый журнал. Нью-Йорк, 1975. -№121.

159. Петрункевич А.М. Еще о Гоголе // Вестник РСХД. Париж, 1952. -№4.

160. Плетнев Р.В. Жизнь Гоголя стихотворение в прозе // Грани. -Париж, 1959. - № 42.

161. Его же. Оттиски горячего сердца (письма Гоголя) // Грани. - Париж, 1959. - № 43.

162. Его же. О литературе. Торонто, 1969.

163. Его же. О злом суемудрии А. Терца // Новый журнал. Нью-Йорк, 1975.-№ 121.

164. Его же. О споре Ю. Маргулиеса, Н. Первушина и В. Седуро //Новый журнал. Нью-Йорк, 1975. -№121.

165. Полнер Т. В. Вересаев." Гоголь в жизни". // Современные записки. -Париж, 1934. № 56 (рецензия).

166. Полторацкий Н. И. А. Ильин о Гоголе // Записки рус. академической группы в США. Нью-Йорк, 1984. - Т. 17. То же. Полторацкий Н. И. А. Ильин. Жизнь, труды, мировоззрение. - Эрмитаж, 1989.

167. Полянский М. Английский сюжет под пером Гоголя // Современник. -Торонто, 1979. № 42.

168. Помазанская Н. Путь Н. В. Гоголя в Оптину пустынь // Православный путь. Джорданвилль, 1990.

169. Ее же. «Постарайтесь побывать в этой обители». Путь Гоголя в Оптину пустынь //Воскресная школа. М., 1997. -Октябрь. - №15.

170. Раневский Б.Ф. О Гоголе // Современник. Торонто, 1964. - № 10, 1965, № 11.

171. Ремизов А. Тайна Гоголя // Воля России. Париж, 1929. - № 819.

172. Его же. Огонь вещей: Судьба Гоголя // Ремизов A.M. Огонь вещей; Пляшущий демон. Встречи., М, 1989. Впервые: Опыты, Нью-Йорк, кн. 2, 1953.

173. Его же. Без начала // Последние новости. Париж, 1935. - 25 декабря.

174. Рудинский В. К. Мочульский. Духовный путь Гоголя. // Современник. Торонто, 1980. - № 47/48 (рецензия).

175. Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя (1852-1952). -Комитет Российской колонии в Аргентине, Буэнос-Айрес, 1952.

176. Седуро В. И. А все-таки встреча Достоевского с Гоголем была //новый журнал. Нью-Йорк, 1974. -№117.

177. Сечкарев В.М. Carl R. Proffer. The Simile and Gogol s Dead Souls. // Новый журнал. Нью-Йорк, 1977. - № 99 (рецензия)

178. Его же. С. Карлинский. Сексуальный лабиринт Гоголя. // Новый журнал.- Нью-Йорк, 1977. № 127 (рецензия).

179. Синявский А. (Терц А.) Два поворота серебряного ключа в "Ревизоре". //Театр, 1990. № 10.

180. Его же. В тени Гоголя. Лондон, 1975.

181. Смирнов И. Жан Поль и Гоголь //Новый журнал. Нью-Йорк, 1970. -№101.

182. Струве П.А. Отец В. Зеньковский. Последние дни // Вестник РСХД. -Париж, 1962. № 66-67.

183. Струве H.A. Памяти Отца Василия // Вестник РСХД. Париж, 1962. -№ 66/67.

184. Тальберг Н. Д. Гоголь глашатай Святой Руси //Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя(1852-1952). - Буэнос.Айрес,1952

185. Терновский Е. Черный лик Гоголя // Континент, 1976. № 6.

186. Террас В. "Шинель" Гоголя в критике молодого Достоевского // Записки рус. академической группы в США. Нью-Йорк, 1984. - Т. 17.

187. Тургенев И. С. Письмо, написанное из Петербурга под первым впечатлением известия о смерти Гоголя //Вестник РСХД. Париж. 1952.-№1.

188. Тхоржевский И.И. Н. В. Гоголь // Возрождение. Париж, 1959. -№87.

189. Ульянов Н. (Н.И. Шварц Омонский) Арабеск или Апокалипсис // Новый журнал. - Нью-Йорк, 1959. - № 57. См. также: Лит. Россия, 1989. - 15 декабря.

190. Его же. Диптих.-Нью-Йорк, 1967.

191. Его же. На гоголевские темы // Новый журнал. Нью-Йорк, 1969. -№94.

192. Федоров Н. О театре и языке Гоголя //Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя (1852-1952). Буэнос-Айрес, 1952.

193. Федотов Г. Vladimir Nabocov. Nikolai Gogol. New Directions Books Norfolk, Conn, < 1944 > // Новый журнал. - Нью-Йорк, 1944.-№9. To же: // Лит. Россия. - М., 1989. - 31 марта.

194. Флоровский Г. Пути русского богословия. Париж, 1937 (2 -е изд. Вильнюс, 1991.)

195. Франк С. Л. Религиозное сознание Гоголя /Пер. с нем. А. Г. Власкина // Франк С. Л. Русское мировоззрение. Спб.: Наука, 1996.

196. Ходасевич В.Ф. Памяти Гоголя // Возрождение. Париж, 1934. - 29 марта. См. также: Ходасевич В.Ф. Колеблемый треножник. - М, 1991.

197. Чижевский Д.И. О "Шинели" Гоголя // Современные записки. -Париж, 1938. № 67.

198. Его же. Неизвестный Гоголь // Новый журнал. Нью-Йорк, 1951.-№27. То же: // Н. В. Гоголь. Материалы и исследования. - М., 1995.

199. Его же. Три книги о Гоголе // Новый журнал. Нью-Йорк, 1955. -№41

200. Его же. Две родословные Гоголя // Новый журнал. Нью-Йорк, 1965. - №78.

201. Его же. Два письма Н. В. Гоголя //Русский литературный архив. -Нью-Йорк, 1956.

202. Чиннов И. В. «Акакий Акакиевич.» //Новый журнал. Нью-Йорк, 1970. - №100.

203. Shapiro G. The Role of Facetiae in Gogol s Early Work // Зап. рус. академической группы в США. Нью-Йорк, 1984. - Т. 17.

204. Его же. Marginalia. // Slavonic a. East Europ. rev. London, 1987. Vol. 65, № 2.

205. Шик. А. Гоголь в Ницце. Париж, 1946.

206. Его же. Парижские дни Гоголя (Из цикла "Русские в Париже"). II Опыты, кн. 2. Нью-Йорк, 1953.

207. Его же. Юность Никоши. // Мосты. Париж, 1958. - № 1.

208. Штильман Л. "Всевидящее око" у Гоголя // Воздушные пути. Нью-Йорк, 1967.-№ 5.

209. Его же. Невесты, женихи и свахи. Заметки об одном повторяющемся мотиве у Гоголя //Воздушные пути. Нью-Йорк, 1965. - №4.

210. Шустов. А.Н. Смерть Гоголя общественная утрата (поэт H.A. Арбузов о Гоголе). II Russian Literature, XXV111,1990.

211. Юрьев В. Юбилей о. В. Зеньковского // Вестник РСХД. Париж, 1961.-№61.

212. Юрьева З.О. И. Анненский о Гоголе // Новый журнал. Нью-Йорк, 1956. - № 45.

213. Ее же. Ремизов о Гоголе // Новый журнал. Нью-Йорк, 1957. - № 51.

214. Ее же. В. Гиппиус. Гоголь // Новый журнал. Нью-Йорк, 1963. - №54.

215. Ее же. А. Слонимский. Техника комического у Гоголя // Новый журнал. Нью-Йорк, 1963. - № 74.

216. Юрьева 3., Филипп В. О поэтике страха в повести Гоголя "Вий". II Записки рус. академической группы в США. Нью-Йорк, 1984. - Т. 17

217. Яцута К. 3. К столетию со дня смерти Н. В. Гоголя //Сборник статей, посвященных памяти Н. В. Гоголя (1852-1952). Буэнос-Айрес, 1952.

218. Статьи и заметки без подписи

219. Библиотека имени Гоголя в Риме //Новый журнал. Нью-Йорк, 1978. №131.

220. Русские народные песни, собранные Н. В. Гоголем //Молодая Россия. 1927.

221. Прошло сто лет. //Вестник РСХД. Париж, 1952. - №1. Сожженный Гоголь //На чужой стороне. - Берлин - Прага, 1925. -№9.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 81207