Исторический роман И. Ф. Наживина, проблематика и поэтика тема диссертации и автореферата по ВАК 10.01.01, кандидат филологических наук Гаранин, Константин Владимирович

Диссертация и автореферат на тему «Исторический роман И. Ф. Наживина, проблематика и поэтика». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 140456
Год: 
2002
Автор научной работы: 
Гаранин, Константин Владимирович
Ученая cтепень: 
кандидат филологических наук
Место защиты диссертации: 
Астрахань
Код cпециальности ВАК: 
10.01.01
Специальность: 
Русская литература
Количество cтраниц: 
244

Оглавление диссертации кандидат филологических наук Гаранин, Константин Владимирович

Введение.3

Глава I. Исторический роман И. Наживина в контексте развития русской исторической прозы первой трети XX века.15

1.1. На пути к историческому роману.15

1.2. Историческая проза первой трети XX века и место в ней И. Наживина.36

1.3. Проблема циклизации в творчестве И. Наживина.55

1.4. Историософия И. Наживина.70

Глава II. Цикл романов И. Наживина о Древней Руси.92

2.1. Проблематика.92

2.2. Факт, исторический документ и художественный вымысел.110

2.3. Система образов.121

2.4. Хронотоп.130

Глава III. Историческая проза И. Наживина о первых веках христианства .144

3.1. К вопросу об оригинальности трактовки И. Наживиным новозаветных сюжетов.144

3.2. Концепция образа Христа.165

3.3. Принципы воссоздания образа времени.177

3.4. Сюжетно-композиционное своеобразие.194

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Исторический роман И. Ф. Наживина, проблематика и поэтика"

Имя писателя Ивана Федоровича Наживина (1874-1940) в наши дни известно лишь узкому кругу литературоведов. Главные произведения писателя, с 1918 года находившегося в изгнании, в России не издавались, между тем они - заметная страница русской исторической прозы XX века.

Исследование творческого пути И. Наживина представляет несомненный интерес прежде всего потому, что в его книгах отразились основные тенденции развития русской советской и зарубежной исторической романистики первой трети XX века. Его романы многими параллелями связаны с творчеством Д. Мережковского, М. Алданова, О. Форш, Ю. Тынянова, М. Булгакова, А. Чапыгина, А. Толстого. И. Наживин - продолжатель традиций русского реализма, главная отличительная особенность его творчества - широчайший диапазон писательского интереса, включающий переосмысление многих событий русской и мировой истории, начиная со времен возникновения христианства и заканчивая 30-ми годами XX века. Другая важная часть творческого наследия И. Наживина - воспоминания и автобиографические романы о современности, являющиеся ценным материалом для исследования жизни России накануне 1917 года, русского зарубежья 1920-1930-х годов. Кроме того, И. Наживин, являясь ближайшим другом и последователем идей Л. Толстого, стал автором двух книг воспоминаний о нем.

1920-1930-е годы - основной период творческого пути писателя. В это время в традициях реализма им созданы исторические романы "Распутин" (1924), "Перун" (1927), "Казаки" (1927), "Бес, творящий мечту" (1929), "Глаголют стяги." (1929), "Во дни Пушкина" (1930), "Кремль" (1931), "Иудей: Роман из жизни Рима в I веке" (1933), "Лилии Антиноя" (1933), "Расцветший в ночи лотос" (1935), "Софисты" (1935), "Древлие письмена" (1935), "Евангелие от Фомы" (1935); романы "Обломки" (1924), "Фатум" (1926), "Прорва" (1928), "Большевичка" (1931), "Всероссийский союз труда" (1931), "Женщины" (1933), "Собачья республика" (1935), "Неглубокоуважаемые" (1935), "Остров блаженных" (1936), "Мужики" (1937), "Милые тени" (1938), "Молодежь" (1938); книги воспоминаний "Записки о революции" (1921), "Среди потухших маяков" (1922), "Интимное" (1922), "Накануне" (1923), "Неопалимая купина: Душа Толстого" (1936); сборники повестей "Искушение в пустыне" (1921), "Во мгле грядущего" (1921); сборники рассказов "Каменная баба" (1921), "Зеленя" (1921), "В деревне" (1922), "Перед катастрофой" (1922) и др. Для поэтики И. Наживина было характерно использование различных жанровых форм: очерка, рассказа, повести, романа (социально-бытового, исторического, фантастического, антиутопии), мемуаров. Но доминирующим жанром его творчества является исторический роман, отразивший основы мировоззрения писателя и его концепцию истории, которая заключается в циклическом поэтапном следовании человечества от разрушения прежних религиозных верований к созданию новых. Движение истории в конечном счете сказывается на личности каждого, кто в нее погружен.

Главный герой произведений И. Наживина - обыкновенный человек, выходец из низших слоев населения, наделенный стремлением к познанию тайн бытия и постоянно находящийся в процессе самосовершенствования. Его внешний облик невыразителен. Основное внимание уделено раскрытию трансформации психологического мира героя, являющейся одной из основ сюжетов произведений. Ведущий прием, используемый при создании текста, - психологизм, "художественное освоение человеческого сознания"1. У И. Наживина он связан прежде всего с христианскими представлениями о ценности "сокровенного человека", сложностью и противоречивостью человеческой природы, по словам апостола Павла, (героя "Иудея"), - "Я ведь не знаю, что совершаю, ибо не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то творю"2.

Конфликт в произведениях И. Наживина имеет амбивалентный характер и основан, с одной стороны, на внутренних противоречиях личности главного героя, с другой - на отношениях между ним и обществом, стремлениями человека к улучшению окружающего мира, попытками преобразовать омертвевшую идеологию и религию, придать им более гуманный характер и консервативным государством, цель которого - продолжать без изменений внутреннюю и внешнюю политику.

Христианство - идейная база, на которой строятся произведения И. Наживина. На его основе, творчески переосмыслив сюжеты Библии, он создал исторический роман "Расцветший в ночи лотос" (1935), трилогию "Иисус Христос - царь иудейский", включившую в себя романы "Евангелие от Фомы" (1935), "Иудей" (1933), "Лилии Антиноя" (1933). Кроме того, христианские мотивы являются основополагающими при создании произведений об истории России (XI - XIX вв.). Новаторство И. Наживина в романах о возникновении и развитии христианства в античном мире и Древней Руси проявляется в последовательном разрушении сложившихся стереотипов и представлений о христианской религии как наборе правил, догм и культов, попытках очистить истинную веру от всего искусственного и омертвелого, что привнесено в нее в течение двух тысячелетий. Писатель отрицает, в частности, мотив боговдохновения, являющийся одним из фундаментальных в Священном Писании, отвергает базовое положение Нового Завета о божественном происхождении Иисуса Христа. И. Наживин создает произведения, в которых ближайшие сподвижники Христа лишены ореола святости и предстают в облике ничем не примечательных личностей, следующих за велениями учителя и впоследствии ставших заложниками собственных фантазий.

Пародирование исторических реалий - одна из примет поэтики И. Наживина. Посредством иронии он разрушает привычные представления о том или ином историческом событии или личности, обнаруживает, следуя собственной концепции истории, истинные причины описываемых событий, привносит в исторический материал оценки, основывающиеся на осмыслении событий первых трех десятилетий XX века. Подобное отношение к истории изначально не присутствовало в творчестве И. Наживина и сформировалось к началу 1930-х годов, когда он отказался от праворадикальных взглядов и обратился к изучению истоков христианства. Это означало, по сути, примирение с мыслью о невозможности восстановить былую Россию, обусловленное неудачными попытками вернуться на родину в 1930-х годах и обострением сложных и противоречивых отношений между писателем и всеми слоями русской эмиграции. Все это нашло отражение в автобиографических романах "Обломки" (1924), "Фатум" (1926), "Прорва" (1928), "Неглубокоуважаемые" (1935), "Молодежь" (1938) и др. Писатель не примкнул ни к одной из группировок и партий, в результате оказавшись на периферии литературной и общественной жизни.

Исследование исторических произведений И. Наживина начинается со второй половины 1920-х годов, когда публикуются один за другим романы "Перун" (1927), "Казаки" (1927), "Бес, творящий мечту" (1929), "Глаголют стяги." (1929), "Во дни Пушкина" (1930), "Кремль" (1931), "Иудей: Роман из жизни Рима в I веке" (1933), "Лилии Антиноя" (1933), "Расцветший в ночи лотос" (1935), "Софисты" (1935), "Древлие письмена" (1935), "Евангелие от Фомы" (1935) и др. Критические высказывания о книгах И. Наживина с самого начала распадаются на два русла, русское и западноевропейское. Первое продолжило традиции, сложившиеся еще в дореволюционное время, когда И. Наживина безоговорочно считали апологетом идей и творческой манеры Л. Толстого, признавая за ним лишь незначительные творческие открытия (статьи Н.К. Михайловского3, рецензии в журналах "Русская мысль"4 и "Русское богатство"5,6, М. Горького7, И.М. Василевского8, А. Измайлова9, Вл. Боцяновского10, Е. Херсонской11 и др.). Для второго характерен интерес к изучению поэтики произведений И. Наживина (указания на это имеются как в "Автобиографии"12 писателя, так и в статьях М. Вылцана13, Е. Трущенко14). Важнейшей публикацией наших дней является статья профессора русского языка бельгийского Католического университета В. Кудениса "Иван Нажи-вин в Бельгии", в которой дана краткая характеристика жизни и деятельности писателя в эмиграции и собраны высказывания М. Горького, JI. Толстого, А. Пушкина о его творчестве, общий смысл которых - отрицание самостоятельности И. Наживина, идея о том, что "его мысли хороши, но плохо разработаны в литературном плане"15. В. Куденис уделил основное внимание сложным взаимоотношениям И. Наживина с русскими эмигрантскими кругами, его попыткам вернуться в Россию, однако поэтика романов писателя осталась вне поля зрения критика.

Среди многочисленных эмигрантских публикаций, посвященных критическому анализу творчества И. Наживина, можно отметить лишь несколько, посвященных его историческим романам. Напротив, абсолютное большинство критиков обращало внимание исключительно на мемуары И. Наживина, содержащие порой нелицеприятные оценки событий в России первых десятилетий XX века и исследующие жизнь русской эмиграции (статьи Ю. Григоркова, Ф. Иванова16 о книге "Во мгле грядущего"; С. Ивановича, Д. Ке-ленина, Б. Мирского17 о "Записках о революции"; Н.В.В.18 о книге "Накануне: из записок беженца". Общее мнение означенных критиков сводится к утверit it о ждению мысли о том, что о художественности выполнения произведении "и говорить не приходится", книги И. Наживина слишком идеологизированы, они "автобиографичны, (.) дышат трагическим сознанием революционного неуюта, тяжести, колкости, мучительности". Отсюда вывод: "Теней в книгах И. Наживина более чем достаточно. И светлое стушевывается, его не видно. Вряд ли это одно из достоинств его книг"19.

На выход в свет исторических романов И. Наживина ("Иудей" и "Лилии Антиноя") эмигрантская критика отозвалась двумя статьями Н. Резниковой20' 21, в которых высказывается идея о несомненном новаторстве писателя в подходе к переосмыслению новозаветных сюжетов. Тем не менее общий пафос статей говорит о неприятии критиком идейной подоплеки романов И. Наживина, в которой автору видится "покушение на христианские устои православия"22.

Советское литературоведение также отреагировало на издание И. На-живиным книг воспоминаний о революции 1917 года и гражданской войне, проигнорировав остальные составляющие его творчества. В статьях Вяч. Полонского23, 24 и Н. Мещерякова25 книги И. Наживина были оценены с позиций советской идеологии 1920-х годов и отвергнуты как проявления "духовных трансформаций русского обывателя, вовлеченного революционным ураганом в поле своего действия"26. Этими тремя источниками исчерпываются критические отзывы о произведениях И. Наживина в советском литературоведении. Представляя собой оценочные суждения, они не претендуют на объективность и не затрагивают сущностных моментов творчества писателя. Начиная с 1920-х годов, имя И. Наживина забыто, произведения запрещены к публикации. В "Литературной энциклопедии" (М., 1930-1939) перечислены несколько основных произведений писателя. Акцент сделан на его политических взглядах: "Убежденный монархист, сторонник аграрной политики Столыпина. Октябрьскую революцию И. Наживин встретил враждебно. (.)".27 В последующей "Краткой литературной энциклопедии" (М., 1968) содержатся те же данные о творчестве писателя, характеристика творчества И. Наживина ограничена выводом: "Среди сочинений этих лет (1920-1930-е гг. - К.Г.) - роман "Распутин" (т. 1-3, 1923), призванный доказать, что в социалистической революции в России "виновно" бездарное правление Николая И. Эта же тема развивается в романе "Собачья республика" (1935). И. Наживин возлагает вину и на официальное православие с его нетерпимостью и невежеством (цикл романов из русской истории "Глаголют стяги.", "Бес, творящий мечту", "Кремль")".28 Приложенная к статье библиография насчитывает всего 5 источников.

В современном литературоведении имеется лишь несколько статей, проливающих свет на литературную деятельность И. Наживина: А. Алексеева29, Е. Трущенко30'31, Б. Ланина32, М. Филина33, Э. Кияна34 и др. Первые три источника представляют собой материалы ознакомительного плана с указанием основных этапов творчества И. Наживина и его программных произведений. В статье Б.А. Ланина, посвященной исследованию жанра антиутопии if u it в литературном процессе третьей волны эмиграции, имеется указание на одно из направлений творчества И. Наживина: "В литературе русского зарубежья вырисовывается тенденция, объединяющая столь разных и по таланту, и по идейным, и по творческим установкам писателей - таких, как Е. Замятин, П. Краснов, И. Наживин, В. Набоков, позже - А. Зиновьев, Вас. Аксенов, В. Войнович, Ю. Алешковский, А. Гладилин и др. Мы имеем в виду утопические и антиутопические произведения".35 Упоминание имени И. Наживина в ряду знаменитых литераторов является очевидным признанием художественной ценности его произведений. Статья М. Филина "Судьба Ивана Наживина" содержит несколько общих биографических сведений о писателе и оценочные высказывания относительно исторического романа "Во дни Пушкина". Э. Кияном даны подробные комментарии к означенному произведению, что позволяет проследить способы формирования в нем интертекстов, также отмечена существенная особенность исторической романистики И. Наживина: "Каждый его роман - это широкая картина жизни того времени, в котором жил его основной герой. Это отражается даже в названиях его произведений на историческую тему. Обратите внимание, роман о Пушкине называется не "Пушкин" и не "Жизнь Пушкина", (.) а "Во дни Пушкина"36.

В многочисленных исследованиях советского периода М. Серебрян-ского37, Р. Мессера38, А. Пауткина39, 3. Удоновой40, Г. Ленобля41, Ю. Андреева42, Л. Александровой43, И. Варфоломеева44, С. Петрова45, С. Орлова46 и др., посвященных изучению русской исторической прозы XX века, упоминания о творчестве И. Наживина отсутствуют.

Публикации, анализирующие развитие искусства русского зарубежья (М. Вандалковской47, С. Дельвина48, А. Коротковой49, О. Михайлова50, И. Си-мачевой51 и мн. др.) также лишены анализа творчества И. Наживина, однако содержат несколько упоминаний о его произведениях. Например, в книге Г.

Струве "Русская литература в изгнании" о писателе сказано: "В эмиграции подвизался также бывший толстовец И.Ф. Наживин. В 20-е годы им опубликовано несколько романов на злободневные темы, в том числе длиннейший роман о Распутине"52. В монографии В. Юдина "Исторический роман русского зарубежья"53 творчество И. Наживина проигнорировано.

Таким образом, в современном литературоведении отсутствуют материалы, позволяющие получить ясное представление о жизни И. Наживина и исследующие проблематику и поэтику его произведений. Основные источники (имеющие исключительно публицистический характер), изучение которых способствовало бы восстановлению общей картины жизни писателя в эмиграции, находятся за границей, в Бельгии, Франции, Германии, однако и там отсутствуют полновесные исследования его творчества.

Анализ вышеозначенных исследований русской советской литературы первой трети XX века и наследия писателей русского зарубежья привел к следующим выводам. Во-первых, на данный момент отсутствует целостная картина биографии писателя, абсолютно не изучены истоки поэтики его произведений. Во-вторых, не определено место книг И. Наживина в русле развития социально-бытового и исторического романа начала XX века. В-третьих, не прояснен вопрос о жанровом своеобразии прозы писателя этих лет, о роли интертекстов в создании художественного мира его произведений, не рассматривались принципы наррации. В-четвертых, не изучен вклад И. Наживина в разработку жанра "беженского романа" и ценный историко-биографический материал о жизни русской эмиграции 1920-30-х годов, содержащийся в его мемуарах, и т.д.

Материал для исследования в настоящее время ограничен несколькими произведениями. В частности, спустя почти 80 лет переиздана лишь незначительная часть книг И. Наживина, в том числе 3-х томное "Собрание сочинений", включающее в себя романы "Казаки", "Кремль", "Иудей", "Софисты", "Евангелие от Фомы", "Глаголют стяги.". Вышли в свет 2-х томные романы "Распутин" и "Во дни Пушкина", однотомник "Глаголют стяги". Остальные произведения, напечатанные в 1920-1930-х гг. и находящиеся в Российской государственной библиотеке им. Ленина, читателю неизвестны.

Актуальность обращения к творчеству И. Наживина 1920-1930-х годов, следовательно, обусловлена его неизученностью, большим историко-литературным значением творчества писателя в контексте развития русской литературы первой трети XX века. Такое исследование особенно актуально еще и потому, что в настоящее время продолжается активное изучение наследия искусства русского зарубежья и переосмысление исторической романистики советского периода с целью восстановления единого потока русской литературы XX века.

Объектом исследования являются исторические романы И. Наживина 1920-1930-х годов ("Евангелие от Фомы", "Иудей", "Казаки", "Кремль", "Глаголют стяги").

Предметом исследования является проблематика и поэтика исторического романа И. Наживина 1920-1930-х годов.

В соответствии с избранным предметом цель диссертационного исследования - выявление особенностей проблематики и поэтики исторических романов И. Наживина 1920-1930-х годов. Ставятся следующие задачи:

- воссоздать основные этапы жизненного и творческого пути И. Наживина в контексте исторической прозы первой трети XX века;

- выявить проблематику и типологическое своеобразие исторической прозы И. Наживина;

- проанализировать сюжетные особенности исторической прозы И. Наживина;

- исследовать систему образов исторических романов И. Наживина.

Методологической базой диссертационного исследования является комплекс подходов к явлениям словесного творчества: историко-генетиче-ский, историко-типологический и сравнительно-исторический с использованием элементов структурного анализа. В работе использованы теоретические и методологические идеи М.М. Бахтина, М.Б. Храпченко, Д.С. Лихачева, Л.И. Тимофеева и др.

Научная новизна предлагаемой работы определяется тем, что она представляет собой первую попытку монографического исследования проблематики и поэтики исторических романов И. Наживина 1920-1930-х годов в контексте русской исторической прозы этого периода.

Теоретическая значимость работы состоит в осмыслении природы исторических романов И. Наживина, изучении их проблематики и поэтики, определении места писателя в литературном процессе первой трети XX века.

Практическая значимость диссертации определяется возможностью использования ее содержания и результатов в лекционных вузовских курсах, спецкурсах по истории русской литературы XX века.

Апробация работы. Основные положения работы были изложены на международной конференции "Христианство и культура. К 2000-летию христианства" (Астрахань, 2000), на конференциях "Проза и поэзия Астрахани XX века: литературоведческий и лингвистический аспекты" (Астрахань, 2000) и "Современное прочтение русской литературной классики в школе и вузе" (Астрахань, 2001), на внутривузовских научных конференциях (Астрахань, 1998, 1999,2000,2001). По теме диссертации имеется 7 публикаций.

На защиту выносятся следующие положения:

- жизненный и творческий путь И. Наживина включает два основных этапа: 1892-1918 гг. и 1918-1940 гг. Первый (1892-1918 гг.) - начало творческой деятельности, прошедшее под влиянием личности и идей Л. Толстого. Основные жанры: очерк, рассказ, социально-бытовой роман, исповедь. Произведения носят публицистический, философский характер, посвящены исследованию проблем современности. Основные направления деятельности писателя - изучение мировой религиозной литературы, активная общественная работа, издательское дело. Второй этап (1918-1941): эмиграция в Западную Европу, издание мемуаров о русской революции, расширение жанрового диапазона: роман (исторический, фантастический, приключенческий, антиутопия), мемуары, повесть, рассказ, сказка, очерк. Создание двух циклов исторических романов о возникновении христианства и Древней Руси, которые включены в общий процесс развития русского исторического романа первой трети XX века, перекликаются с творчеством А. Чапыгина, М. Булгакова, Ю. Тынянова, Д. Мережковского, П. Краснова и др.

- проблематика исторических романов И. Наживина характеризуется творческим переосмыслением сложных вопросов античной и русской истории в контексте духовного мира человека. С позиций теологического новаторства и традиций русского реализма рассматривается возникновение и развитие христианства в I веке н.э. и в Древней Руси с X по XVI век. Типологическое своеобразие романов И. Наживина определяется образно-публицистическим типом вымысла, включающим в их изобразительно-выразительную систему элемент активной публицистики, который выступает доминантой в смысловом комплексе произведений и позволяет отнести их к историко-реалистическому жанру;

- в основе сюжета исторических романов И. Наживина: 1) крупные исторические события, на фоне которых происходят активные поиски главными героями истинной религии; 2) присутствие в тексте авторских отступлений, преследующих задачу образования читателя; 3) ведение параллельных контрастных любовных линий; 4) концепция истории (поэтапное следование человечества от утраты старой веры через атеизм к обретению новой);

- система образов в романах И. Наживина является бинарной структурой и состоит из внешнего и подтекстового уровней. Первый включает образы государственных деятелей и простых людей эпохи и реализуется через историческую концепцию писателя; второй представляет оппозицию "резонер (носитель основных идей писателя) - антагонист (противник религии)", распространенную на всех персонажей. Отнесенность к первой или второй составляющей оппозиции не является абсолютной: каждый герой подвержен нравственным поискам и размышлениям.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы, включающего 228 наименований. Общий объем диссертации - 244 страницы.

Заключение диссертации по теме "Русская литература", Гаранин, Константин Владимирович

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Исследование исторических романов И. Наживина 1920-1930-х годов показало, что основы их поэтики сформировались в творчестве писателя еще до 1917 года, в процессе создания первых очерков и рассказов. Выбор И. Наживиным манеры письма, следование традициям реализма находятся в полной зависимости от идей Л. Толстого, под влиянием которого происходило становление И. Наживина-прозаика. В течение 1910-х годов он усваивает основные черты реалистического искусства - типизация в качестве способа обобщения жизненного материала, исследование социальной действительности и личности человека в его нерасторжимом единстве с общественными отношениями, "изображение жизни в формах самой жизни"80.

Первоначальным этапом на пути к созданию серии исторических произведений стало написание нескольких сборников очерков и рассказов публицистического характера и романа "Мэне. Текел. Фарес." (1907), посвященного осознанию событий русской революции 1905-1907 гг. и ознаменовавшего обращение И. Наживина к жанру романа. Это был первый шаг на пути осмысления русской истории ХХ-го, а затем и более ранних веков.

Многообразие писательского интереса к жизни человека как неотъемлемой части мирового исторического процесса привело к образованию в творчестве И. Наживина нескольких циклов произведений, исследование коо if »» торых возможно в зависимости от следующих концепции: историческои (все произведения И. Наживина распределяются на два основных периода их написания, т.е. до эмиграции (1892-1921 гг.) во время нее (1921-1940); "жанровой" (изучение творчества писателя ведется в соответствии с жанровыми признаками его произведений, т.е. рассматриваются единым циклом, например, его очерки, рассказы, повести или романы); "тематической" (произведения И. Наживина распределяются по определенным циклам в зависимости от их идейного содержания и жанровой принадлежности. Именно эта концепция ставит во главу угла определенный аспект писательского внимания к тем или иным духовным и общеисторическим проблемам развития человеческой цивилизации).

Следуя третьей концепции, условно все творчество И. Наживина можно распределить на несколько направлений: 1) произведения, посвященные осмыслению настоящего России с 1905 по 1923 год; 2) романы, в которых писателем исследуется историческое прошлое России; 3) цикл романов, объединенных общей целью показать становление и развитие христианства в Европе и на Ближнем Востоке в первые десятилетия его существования; 4) книги приключенческого и фантастического жанра.

Исторические романы И. Наживина находятся в русле развития русской исторической прозы первой трети XX века, поскольку вместили в себя множество тем и мотивов, использованных в своем творчестве такими писателями, как М. Алданов, JI. Андреев, М. Булгаков, П. Краснов, Д. Мережковский, Ю. Тынянов, О. Форш, А. Чапыгин, и др. В этом контексте следует говорить о взаимообусловленности писательского наследия И. Наживина и общих тенденций развития русской исторической прозы первой трети XX века, поскольку, с одной стороны, они явились следствием открытий, сделанных И. Наживиным, с другой - произведения художника следовали некоторым из традиций создания исторических произведений, сложившихся в мировой литературе. В итоге типологическое своеобразие романов И. Наживина имеет следующие основные особенности:

1. Исторические романы И. Наживина являются (в плане художественного воссоздания и переосмысления действительности) логическим следствием определенных условий общественного развития, сильных нравственных потрясений (революция 1917 года, Гражданская война, эмиграция). Именно в этот период (1920-1930-е годы) возникает необходимость исследования национального самосознания с целью выявления причин произошелшего, определения исторической преемственности социального, политического и духовно-нравственного мироустройства России начала XX века. Благодаря множеству путей анализа действительности, которыми руководствовался И. Наживин, его романы оказываются обращенными к истории возникновения христианства, Древней Руси, России начала XIX века, недавнему прошлому.

2. Основная цель романов И. Наживина - художественное, образное воссоздание прошлого, построение развернутого представления о частной, религиозной жизни общества, обычно остающейся в тени летописных источников и историографических исследований.

3. Специфика исторических романов И. Наживина заключается в синтезе исторически действительного и вымышленного, причем вымысел базируется на естественности хода событий. Это происходит благодаря следованию писателем традициям русского реализма и исторической романистики предшествующих эпох.

4. Главная задача И. Наживина - творчески оживить поступки и деятельность людей, имена которых сохранила история; в контексте определенной исторической эпохи показать их внутренний мир, душевные переживания в соотнесении с проблемами современного им общества, трансформацию мировоззрения под влиянием хода истории. Через создание картин частной жизни и быта И. Наживин создает объективизированное представление об эпохе.

Основным достижением творчества И. Наживина в жанре исторического романа следует признать создание двух циклов произведений - об истории Древней Руси и о первых веках существования христианства.

Первый цикл И. Наживина включает несколько произведений (романы "Глаголют стяги", "Перун", "Бес, творящий мечту", "Кремль", "Казаки") и посвящен истории Древней Руси, заключенной в период между X и XVII веками (от времени создания Киевской Руси и до 1671 года, когда было подавлено восстание под предводительством Степана Разина). Проблематика этих произведений отражает основные закономерности развития России и учитывает все процессы, происходившие в социальной, общественно-политической и духовной жизни государства. Христианство как доминирующий культурный феномен в истории России является идейной базой для выстраивания сложной схемы, учитывающей весь многоаспектный характер взаимоотношений между человеком и государством. Писатель исследует процесс возрастания роли христианства в жизни отдельной личности начиная с X века и сложный характер становления русской православной церкви в ее борьбе за избавление от византийского влияния; сложный комплекс культурных, политических и экономических взаимосвязей Руси и Золотой Орды и постепенное обретение Русью независимости; изменение, с течением веков, сути отношений между человеком и государством, приведшем в XVII веке, по мысли писателя, к полному их размежеванию и т.д.

Художественное осмысление истории, отраженное в романах И. Наживина, подчинено требованиям реалистического искусства и подкреплено историографическими и документальными материалами, в виде интертекстов включенными в структуру произведений.

Чужое слово" является для писателя необходимым компонентом каждого исторического романа и служит, во-первых, для создания в произведениях исторически объективизированной картины определенной эпохи, во-вторых, для подтверждения авторской позиции, которая, выражаемая в виде многочисленных отступлений, является одной из характерных черт поэтики романов И. Наживина. Исследование роли интертекстов в исторических романах писателя является, на наш взгляд, одним из главных направлений изучения его творчества, поскольку в литературоведении отсутствуют материалы, доказывающие включенность исторических романов И. Наживина в общее русло развития русской исторической прозы начала XX века и многочисленные творческие связи писателя с основными представителями этого направления русской литературы.

Специфика отражения писательским сознанием исторической реальности стала первоосновой создания системы образов, состоящей из двух пластов - внешнего и внутреннего (подтекстового). Первый представляет точное воспроизведение расстановки политических сил, действовавших в описываемый момент истории, где главной фигурой является монарх, которому посвящена одна из сюжетных линий. Внешний пласт, в свою очередь, распадается на две составляющие: образы людей из народа и образы аристократов, которые на протяжении развертывания сюжета вступают в сложные взаимоотношения, в итоге формирующие направления развития государства. Под-текстовый уровень системы образов представлен оппозицией "резонер - антагонист", которая опосредует структуру образа каждого главного героя. Эта оппозиция представляет собой форму проявления авторского сознания в тексте на уровне системы образов, благодаря чему каждый герой, так или иначе являющийся носителем определенного мировоззрения, наделенный способностью к рефлексии, испытывает мучительные противоречия в поисках истинной веры.

Осмысление истории России с точки зрения писательского мировоззрения, сформировавшегося в начале ХХ-го века, сказалось на поэтике произведений: внутренние психологические процессы, происходящие в сознании главных героев романов И. Наживина, основываются не только на событиях прошлого, но и соотнесены с современностью. Решение духовных и нравственных проблем, которые обозначены в романах, лежит в плоскости настоящего, поскольку многие из них (в частности, раскол в православии, произошедший в XVII веке) остаются нерешенными и поныне. То же наблюдается в поэтике романов И. Наживина, посвященных истории раннего христианства.

Произведения, в которых писателем исследуется история возникновения, распространения и развития христианства, составляют единую трилогию "Иисус Христос Царь Иудейский", включающую романы "Евангелие от Фомы", "Иудей", "Лилии Антиноя". Связующим звеном между ними является, во-первых, единая задача автора создать целостную картину распространения христианского учения в Римской империи в 1-Й вв. н.э., во-вторых, переход главных героев из одного текста в другой, в-третьих, общая проблематика и мировоззренческие вопросы, волнующие автора и его героев. Главная цель трилогии - "остранить" привычные новозаветные сюжеты, придав им реалистический, антифантастический характер, создать объективизированную картину действительности Древнего Рима и Иудеи в начале нашей эры. Методы, которыми достигается поставленная цель, находятся в русле традиции русского реализма. С максимальным вниманием, с одной стороны, к деталям быта, воспитания, образования, с другой - нравственным, религиозным процессам, автор описывает жизнь главных героев. При этом сюжеты Нового Завета активно трансформируются, опускается все несоответствующее законам реалистического искусства, некоторым фактам дается толкование, основанное на неприятии всего необычного и фантастического.

Романы трилогии представляют сложную структуру авторского вымысла, реалистических описаний и многочисленных интертекстов, подтверждающих фактическую, историческую основу сюжетов.

Творческое переосмысление текстов Нового Завета привело к созданию концепции образа Христа как реально существовавшего человека, являвшегося типичным представителем своего времени и народа и имевшего в качестве основ мировоззрения национальные, культурные, социальные и т.п. аспекты жизни Иудейского государства первых десятилетий нашей эры. В связи с этим главный герой носит имя Иешуа, не имеет божественного происхождения и не обладает никакими сверхчеловеческими способностями. Его философия - сложная совокупность морально-нравственных законов, отрицающая все формальное, лишенное живого человеческого общения; его гибель - следствие противоречивого внешнеполитического курса Рима и исторически сложившихся обстоятельств.

Своеобразие историзма трилогии об Иисусе Христе и его учениках включает несколько принципов воссоздания времени. Доминирующим среди них является внимание к деталям, отражающим специфику эпохи: автор особенно тщательно прорисовывает интерьер и экстерьер строений, создает пейзажные зарисовки, наиболее полно, по его мнению, передающие колорит местности. Они служат, кроме того, созданию контрастной схемы "сельская местность - город", первая часть которой является носителем всего настоящего, истинно человеческого, вторая - распространитель идей насилия и человеконенавистничества. Характерно, что главные герои романов И. Наживина - выходцы из провинции, гибель которых происходит в пределах города из-за трагической несовместимости их жизненной философии с логикой городского существования, обусловленного законами тоталитарного монархического государства.

Другой принцип создания образа времени - использование в тексте в качестве цитат, аллюзий и реминисценций документальных материалов, подтверждающих ту или иную точку зрения автора и служащих реализации установки на объективное повествование. Писатель с помощью многочисленных источников о жизни Древнего Рима создает картины социально-политической жизни государства, включая в качестве персонажей основных действующих лиц эпохи: императоров Нерона, Вителлия, Отона, Веспасиа-на, прокуратора Понтия Пилата, царя Ирода Антиппы, философа Сенеки, историка Иосифа Флавия и др. Каждый из них наделен при этом подробной характеристикой, подчеркивающей своеобразие его личности. Раскрывается также специфика отношений между героями, степень их участия в государственных процессах и т.д.

Писатель подробно исследует основные исторические события эпохи: пожар Рима (64 г.), Иудейскую войну (66-73 гг.), причем их включение в сюжетную основу произведений мотивировано лишь стремлением проследить развитие истории, поэтому участие в них главных героев изображается схематически. Причина этого - в пристальном внимании автора к изменениям в духовной жизни общества.

Сюжетная основа романов И. Наживина всегда базируется на узловых событиях истории, отражающих переломные моменты в сознании героев. Писатель ведет одновременно несколько сюжетных линий, которые подчинены задаче проследить жизнь человека из народа и аристократа. Их объединяет общее свойство: поиск истинной религии. Пути, которыми они проходят, позволяют писателю передать общую атмосферу эпохи в виде изображения взаимоотношений между представителями основных классов. Степень развертывания сюжетных линий находится в зависимости от степени явственности авторского присутствия в словесной ткани произведения. Многочисленные отступления историографического и философского характера способствуют замедлению развития действия, описания масштабных исторических событий приводят к ускорению течения времени, расширению пространственной характеристики текста.

Хронотоп романов И. Наживина об истории христианства характеризуется обширностью и подвижностью составляющих элементов: широкие временные рамки повествования, включающие около 70 лет, неоднородны по своему составу: писатель часто использует дефрагментацию общего потока истории, исключая "ненужные", с его точки зрения, фрагменты. Формальные признаки атемпоральности хронотопа, возникшие еще в цикле романов о Древней Руси, являются более следствием влияния на писателя Библии. В то же время они не противоречат историзму произведений: только религиозная составляющая мировоззрения главных героев лишена погруженности во время (поскольку свойство искать истинную веру для писателя - общее свойство человечества вне его соотнесенности с историей), все остальное является его неотъемлемой частью и следствием описываемой эпохи.

Композиционное строение трилогии подчинено единой схеме, включающей, кроме основных элементов, эпилог, задача которого - проследить последствия произошедших событий. Как правило, в финале романов И. Наживина схематично рисуется крупное историческое событие, после которого происходит временной "разрыв" текста, за которым следует эпилог. Описывая главных героев спустя несколько лет, И. Наживин приводит их к сознанию истинной веры, обретению душевного покоя. Временной промежуток между настоящим и недавним прошлым, отсутствующий в тексте, позволяет героям остановиться на длительном пути поисков и разочарований, что дает автору возможность подвести итоги. Таким образом, эпилог становится неотъемлемой частью композиции, раскрывающей творческую концепцию писателя.

Комплекс перечисленных приемов, используемых автором, и создает широкую панораму развития христианства начиная с 30 года н.э. и заканчивая 80-ми годами, временем, когда окончательно оформилось расслоение христианских общин и началось постепенное формирование различных конфессий.

Трилогия "Иисус Христос." и цикл романов И. Наживина об истории Древней Руси являются его главными достижениями в жанре исторического романа. Наряду с другими произведениями, они составляют единый комплекс, в котором исследуется прошлое России в его сопоставлении с античной историей.

Настоящее диссертационное исследование представляет собой первый шаг в изучении творческого наследия И. Наживина. Отсутствие материалов и рамки работы не позволили рассмотреть все исторические романы писателя, однако доступность программных произведений позволили изучить некоторые аспекты их проблематики и поэтики.

Актуальными для последующего исследования остаются множество вопросов, связанных с творчеством И. Наживина. Вне поля зрения литературоведения остаются очерки и рассказы писателя, его вклад в развитие жанра романа-антиутопии, проблематика и поэтика фантастических произведений. Кроме того, не изучена роль "чужого слова" в текстах И. Наживина, не рассмотрена эволюция художественной системы писателя, своеобразие романов и мемуаров о жизни русской эмиграции, представляющих ценный историко-биографический материал.

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Гаранин, Константин Владимирович, 2002 год

1. Наживин И.Ф. Родные картинки. М., 1900. 380 с.

2. Наживин И.Ф. Убогая Русь. М., 1901. 314 с.

3. Наживин И.Ф. Перед рассветом. М., 1902. 320 с.

4. Наживин И.Ф. Дешевые люди. Очерки и рассказы. М., 1903. 304 с.

5. Наживин И.Ф. Среди могил. М., 1903. 215 с.

6. Наживин И.Ф. У дверей жизни. М., 1904. 336 с.

7. Наживин И.Ф. Менэ. Тэкел. Фарес. М., 1907. 526 с.

8. Наживин И.Ф. Моя исповедь. М., 1911. С. 12.

9. Наживин И.Ф. Из жизни Л.Н. Толстого. М., 1911. 159 с.

10. Наживин И.Ф. Война деревни с городом: Два письма (к рабочим и крестьянам). Ростов на Дону, 1920. 42 с.

11. Наживин И.Ф. Среди потухших маяков: Из записок беженца. Берлин, 1922. С. 163.

12. Наживин И.Ф. Записки о революции. Вена, 1922. С. 46-56.

13. Наживин И.Ф. Глаголют стяги: Романы. М., 1995. 511 с.

14. Наживин И.Ф. Собрание сочинений в 3-х тг. М., 1995.

15. Наживин И.Ф. Во дни Пушкина. В 2-х тг. М. 1999.

16. Наживин И.Ф. Во дни Пушкина. М., 1999. 830 с.

17. Александрова Л.П. Советский исторический роман и вопросы историзма. Киев, 1971. 156 с.

18. Алексеев А.Д. Литература русского зарубежья. Книги 1917-1940. Материалы к библиографии. СПб., 1993. С. 123-125.

19. Андреев JI.H. Иуда Искариот // Андреев JI.H. Собрание сочинений в 6 тт. Т. 2. М., 1990. 559 с.

20. Андреев Ю.А. Русский советский исторический роман. 20-30-е гг. М., 1962. 167 с.

21. Арнольд И. Проблемы интертекстуальности // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 2. История, языковедение, литературоведение. Вып. 4, 1992. С.19-27.

22. Афанасьев А. Неутоленная любовь // Литература русского зарубежья. Антология. Т.1. Кн. 1. М., 1993. С. 6.

23. Бальзак О. Собрание сочинений в 15 т. Т. 15. М., 1955. С. 505-506.

24. Барабаш Ю. Вопросы эстетики и поэтики. М., 1977. 399с.

25. Барт Р. Избранные работы. М., 1964. 513 с.

26. Барт Р. Избранные работы. Семиотика. Поэтика. М., 1989. С. 486, 428.

27. Бахтин М.М. Формы времени и хронотопа в романе: Очерки по исторической поэтике // Бахтин М.М Вопросы литературы и эстетики. Исследования разных лет. М., 1975. С. 131-245.

28. Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. М., 1963. 469 с.

29. Бахтин М.М. Работы 1920-х годов. Киев, 1994. С. 280.

30. Бахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. М., 1990. С. 44.

31. Без подписи. И. Наживин. Дешевые люди. Очерки и рассказы // Русская мысль. 1902, № 11. С. 365-366.

32. Без подписи. И. Наживин. Дешевые люди. Очерки и рассказы. М., 1903 /'/'Русское богатство. 1903, № 1. С. 26-27.

33. Без подписи. И. Наживин. У дверей жизни. Очерки и рассказы. М., 1904 // Русская мысль. 1904, № Ю. С. 322-323.

34. Безносов Э.Л. М. Булгаков в критике и литературоведении // Булгаков М.А. Мастер и Маргарита. М., 1997. С. 557.

35. Белая Г.А. Закономерности стилевого развития советской прозы двадцатых годов. М., 1977. 253 с.

36. Бердяев Н.А. Н.А. Бердяев о русской философии. В 2 ч. 4.1. Свердловск, 1991. 287 с.

37. Берковский Н. Мир, создаваемый литературой. М., 1989. 496 с.

38. Библия. Книги священного писания Ветхого и Нового завета. М., 1994. 935 с.

39. Борев Ю.Б. Эстетика. В 2-х тт. Смоленск, 1997.

40. Боцяновский Вл. Критические наброски. "У дверей жизни". // Русь. 1904, № 267, 8 сент. С. 3.

41. Бочаров С. Вещество существования. Выражение в прозе // Проблемы художественной формы социалистического реализма. В 2-х тт. Т.2. М., 1971. С.93-127.

42. Бугров Б.С. Русская литература XX века. В 2 ч. Ч. 1. М., 1999. С. 147.

43. Будовниц И.У. Монастыри на Руси и борьба с ними крестьян в XIV-XVI вв. (По "житиям святых"). М., 1966. 392 с.

44. Бузник В. Русская советская проза двадцатых годов. JL, 1975. 278 с.

45. Булгаков М.А. Мастер и Маргарита // Булгаков М.А. Собрание сочинений в 3 тг. Т. 3. М., 1998. 544 с.

46. Булгаков С.Н. Православие: Очерки учения православной церкви. М., 1991.413 с.

47. Бушмин А. Преемственность литературной традиции. М., 1985. 218 с.

48. Бычков В.В. Эстетика Отцов Церкви. Апологеты. Блаженный Августин. М., 1995. С. 484.

49. B.C. Наживин Иван Федорович // Краткая литературная энциклопедия. Т. 7. М., 1934. Ст. 575.

50. Вандалковская М.Г. Русское зарубежье: историческая наука 20-30-х годов // Наука в России. 1995, № 1. С.79-83.

51. Я. Варфоломеев И.П. Типологические основы жанров исторической романистики (Классификация вида). Ташкент, 1979. 168 с. >2. Василевский И.М. Ушибленный Толстым. (Об исповеди И. Наживина) // Журнал журналов. 1915, № 21. С. 7-9.

52. Вейман Р. История литературы и мифология. М., 1975. 343 с.

53. Верли М. Общее литературоведение. М., 1957. 201 с.

54. Веселовский А.Н. Историческая поэтика. М., 1989. С. 101-106.

55. Веселовский С.Б. Феодальное землевладение в Северо-восточной Руси. В 2-х тг. Т. 1. М.-Л., 1947. 494 с.

56. Византийские очерки. М., 1982. С. 85.

57. Виноградов В.В. Стилистика. Теория поэтической речи. Поэтика. М., 1963. 254 с.

58. Волков Ф.И. Литература как вид художественного творчества. М., 1985. С. 150.

59. Волошинов В.Н. Слово в жизни и слово в поэзии // Звезда. 1926, № 6. С. 258.

60. Выгон Н.С. Русский исторический роман 20-30-х годов XX века (А.Н. Толстой и М. Алданов) // Русская литература XX века. В 2 ч. Ч. 1. М., 1999. С. 367.

61. Выготский Л.С. Психология искусства. М., 1965. 474 с.

62. Вылцан М. "Такие глаза я видел у лемура." (О забытом русском писателе И.Ф. Наживине) // Российская газета. 1993,24 июля. С. 11.

63. Гаспаров Б.М. Литературные лейтмотивы: Очерки русской литературы XX века. М., 1994. С. 30.

64. Гече Г. Библейские истории. М., 1988. 366 с.

65. Гинзбург Л. О психологической прозе. Л., 1971. 418 с.

66. Гиршман М.М. Еще о целостности литературного произведения // Известия АН СССР: Сер. лит. и яз. 1979. Т.38. № 5. С. 450.

67. Гордеенко Н.С. "Крещение Руси": факты против легенд и мифов. Л., 1984. 287 с.

68. Горбов Д.А. 10 лет литературы за рубежом // Печать и революция. 1927, №8. С. 18.

69. Горький М. Издалека // Горький М. Несобранные литературно-критические статьи. М., 1941. С. 457.

70. Горький М. Издалека // Современник. 1912, № 11. С. 56-62.

71. Грекулов Е. Религия и церковь в истории России. М., 1975. 255 с.

72. Григорков Ю. Без названия // Новая русская жизнь. 1921, № 259, 10 ноября. С. 4.

73. Гришин А.С. Миф об антихристе в русской истории и литературе конца XIX-XX веков // Антихрист (Из истории отечественной духовности). М., 1995. С. 407.

74. Грознова Н.А. Ранняя советская проза. 1917-1925. JL, 1976. 203 с.

75. Дарвин М.Н. Цикл // Введение в литературоведение. М., 1999. С. 482.

76. Дельвин С. Первая волна русской литературной эмиграции: особенности становления и развития // Демократизация культуры и новое мышление. М., 1992. С.105-126.

77. Добин Е.С. Сюжет и действительность. Искусство детали. JL, 1981. С. 305.

78. Домашнев А.И., Шишкина И.П., Гончарова Е.А. Интерпретация художественного текста. М., 1983. 192 с.

79. Драгомирецкая Н.В. Стилевые искания в ранней советской прозе // Теория литературы. Основные проблемы в историческом освещении. Стиль. Произведение. Литературное развитие. М., 1965. С. 125-172.

80. Дремов Ан. Художественный образ. М., 1961. С. 339.

81. Дронов М. О Библии и библейском учении // Литература в школе. 1990. № 2. С. 65.

82. Ершов Л.Ф. Русский советский роман: Национальные традиции и новаторство. Л., 1967. 340 с.

83. Есаулов М. Праздники. Радости. Скорби. Литература русского зарубежья как завершение традиции // Новый мир. 1992, №10. С.118-124.

84. Есин А.Б. Время и пространство // Введение в литературоведение. М., 1999. С. 48.

85. Есин А.Б. Психологизм // Введение в литературоведение. М., 1999. С. 321.

86. Жирмунский В.М. Теория литературы. Поэтика. Стилистика. Л., 1977. 406 с.

87. Закон Божий. М., 1991. 723 с.

88. Зимин А.А. Россия на рубеже XV-XVI столетий. М., 1982. С. 23-24.

89. Ю. Знаменский П.В. История Русской Церкви. М., 1996. 490 с.

90. П. Иванов Ф. Во мгле грядущего // Новая русская книга. 1922, № 3. С. 12.

91. Иванович С. Без названия // Современные записки. 1921, № 7. С. 400402.

92. Измайлов А. Толстой и его тень. "Менэ. Тэкел. Фарес." И. Наживина. // Биржевые ведомости. 1907, № 10139, 9 окт. С. 3.

93. История религии (В поисках Пути, Истины и Жизни: По книгам протоиерея Александра Меня). М., 1994. 184 с.

94. История русского советского романа. Кн. 1. М.; Л., 1965. 715 с.

95. Как была крещена Русь. М., 1989. С.42.

96. Карташев В.А. Собрание сочинений. В 2-х тт. Т.1.: Очерки по истории русской церкви. М., 1992. 686 с.

97. Каутский К. Происхождение христианства. М., 1990. 462 с.

98. Келенин Д. Без названия. Сполохи. 1921, № 2. С. 39-40.

99. Киян Э. Иван Федорович Наживин // Наживин И.Ф. Во дни Пушкина. Исторический роман. М., 1999. С. 698-704.

100. Клибанов А.И. Крещение Руси: история и современность. М., 1988. 63 с.

101. Клочков В.В. Религия, государство и право. М., 1978. 287 с.

102. Ключевский В.О. О русской истории. М., 1993г. 576 с.

103. Ключевский В.О. Русская история: Полный курс лекций в 3-х кн. Кн. 2. М, 1993. 584 с.

104. Кожинов В.В. К проблеме литературных родов и жанров // Теория литературы. Основные проблемы в историческом освещении. Кн. 2. М., 1980. С.39-49.

105. Кожинов В.В. Сюжет, фабула, композиция // Теория литературы. Основные проблемы в историческом освещении. Кн. 2. М., 1964. С.408-485.

106. Козак В. Лексикон русской литературы XX века. М., 1996. 492 с.

107. Колобаева Л.А. Концепция личности в русской литературе рубежа XIX-XX веков. М, 1990. 112 с.

108. Корецкий В.И. Формирование крепостного права и первая крестьянская война в России. М., 1975. 390 с.

109. Кормилов С.И. Русская литература 20-90-х годов XX века: основные закономерности и тенденции // История русской литературы XX века (20-90-е годы). М., 1998. С.7-50.

110. Л\. Короткова А.А. Нравственные искания "первой волны" Русского Зарубежья // Человек и современный мир: методологические и методические вопросы. СПб., 1997. С.8-15.

111. Костомаров Н.И. Бунт Стеньки Разина: исторические монографии и исследования. М., 1994. 640 с.

112. ИЗ. Костомаров Н.И. Раскол: исторические монографии и исследования. М, 1994. 608 с.

113. Кристева Ю. Бахтин, слово, диалог II Вестник МГУ. Филология. 1995, № 1. С.31-39.

114. Кристева Ю. Разрушение поэтики // Вестник МГУ. Филология. 1994, № 5. С. 25.

115. Крывелев И.А. Библия: историко-критический анализ. М.,1985. 255 с.

116. Крылова М. "Будем творить." // Литературная газета. 1976, 9 августа, № 32. С. 6.

117. Ланин Б.А. Антиутопия в литературе русского зарубежья // Литература третьей волны русской эмиграции. Сборник научных статей. Самара, 1997. С. 14.

118. Ленобль Г. История и литература. М., 1977. 300 с.

119. Лессинг Г.Э. Лаокоон, или О границах живописи и поэзии. М., 1957. С. 128.

120. Лихачев Д.С. Внутренний мир художественного произведения // Вопросы литературы. 1968. № 8. С. 75.

121. Лихачев Д.С. Культура Руси эпохи образования русского национального государства (конец XIV нач. XVI в.). Л., 1946. 160 с.

122. Лихачев Д.С. Отношения литературных жанров между собой // Лихачев Д.С. Поэтика древнерусской литературы. М., 1979. С.78-135.

123. Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. М., 1993. 959 с.

124. Лотман Ю.М. Об искусстве. М., 1998. С. 212.

125. Лотман Ю.М. Структура художественного текста. М., 1970. 232 с.

126. Лурье Я.С. После Л. Толстого: Исторические воззрения Толстого и проблемы XX века. СПб., 1993. С. 7-10,19-23, 102-129.

127. М.Г. Гершензон М.О. И. Наживин. Голоса народов. Вып. 1. М., 1908 // Вестник Европы. 1908, № 7. С. 333-337.

128. Мелетинский В.М. О литературных архетипах. М., 1994. 289 с.

129. Мельникова А. Клады земли русской // Наука и жизнь. № 9, 1979. С. 25.

130. Мень А. Мир Библии. М, 1990. 139 с.

131. Мень А. Таинство. Слово и образ. JL, 1991. 207 с.

132. Мережковский Д.С. Иисус Неизвестный. М., 2000. С. 17-23.

133. Мережковский Д.С. Смерть богов (Юлиан Отступник) // Мережковский Д.С. Собр. соч. в 4-х тг. Т. 1. М., 1990. С. 191.

134. Мессер Р. Советская историческая проза. М., 1955. 304 с.

135. Мещеряков Н. Распад // Красная новь. 1922, № 1(5). С. 230-231.

136. Мирский Б. Без названия // Голос России. 1921, № 784, 9 октября. С. 5.

137. Михайлов О. Венок Мережковскому // Мережковский Д.С. Собр. соч. в 4-х тт. Т.4. М., 1990. С. 662.

138. Михайлов О. Пленник культуры (О Д.С. Мережковском и его романах) // Мережковский Д.С. Собрание сочинений в 4-х тт. Т. 1. М., 1990. С. 7.

139. Михайлов О.Н. Литература Русского Зарубежья. М., 1995. 432 с.

140. Михайлов О., Лупырев А. Атаман Войска Донского и его роман "Цареубийцы" //КрасновП.Н. Цареубийцы. М., 1991. С. 333-334.

141. Михайловский Н.К. И. Наживин. Родные картинки. М., 1900 // Русское богатство. 1900, № 10. С. 54-55.

142. Н.В.В. Без названия // Дни. 1923, №111,11 марта. С. 16.

143. Недошивин Г.А. Реализм // БСЭ в 30 тг. Т.21. М., 1975. С. 526.

144. Ницше Ф. Антихрист. СПб., 1907. 87 с.

145. Одинцов В. О языке художественной прозы. М., 1973. 211 с.

146. Орлов С.А. Исторический роман В. Скотта. Горький, 1960. 480 с.

147. Пауткин А. Исторический роман 30-х годов // Русская советская литература. М., 1958. 727 с.

148. Пауткин А. Советский исторический роман. М., 1970. 111 с.

149. Петелин В.В. Жизнь Булгакова: Дописать раньше, чем умереть. М., 2000. С. 594.

150. Петров С.М. Русский советский исторический роман. М., 1980.412 с.

151. Плиний Младший. Письма Плиния Младшего: Кн. 1-Х. М. 1983. 407 с.

152. Полонский Вяч. Заметки о русском обывателе в эпоху великой революции // Печать и революция. 1922, № 1. С. 41.

153. Поспелов Г.Н. Введение в литературоведение. М., 1976. 422 с.

154. Поспелов Г.Н. Вопросы методологии и поэтики. М., 1983. 336 с.

155. Поспелов Г.Н. Искусство и эстетика. М., 1984. 325 с.

156. Поспелов Г.Н. Русское искусство начала XX века: Судьба и облик России. М. 1999. 127 с.

157. Поспелов Г.Н. Теория литературы. М., 1940. 385 с.

158. Радугин А.А. Философия. М., 1997. С. 65.

159. Раев М. Россия за рубежом: История культуры русской эмиграции. 1919-1939. М., 1994. 296 с.

160. Ранович А.Б. Первоисточники по истории раннего христианства. Античные критики христианства. М., 1990.478 с.

161. Резникова Н.Р. Без названия // Рубеж. 1933, № 30. С. 24.

162. Резникова Н.Р. Без названия // Рубеж. 1934, № 1. С. 32.

163. Рождественская М.В. Хождение Богородицы по мукам // Литература Древней Руси: Биобиблиографический словарь. М., 1996. С. 223.

164. Розанов В. Русская церковь. СПб., 1909. С. 3-5.

165. Руднев В.П. Словарь культуры XX века. Ключевые понятия и тексты. М., 1997.381 с.

166. Русская культура X-XVII вв. М., 1968. С. 18-19.

167. Рыбаков Б.А. Мир истории (Начальные века русской истории). М., 1987. 351 с.

168. Рыбаков Б.А. Язычество Древней Руси. М., 1988. 782 с.

169. Савельев B.H. Свобода совести: история и теория. М., 1991. 143 с.

170. Свеицицкая И.С. Раннее христианство: страницы истории. М.,1988. 335 с.

171. Серафимович А. Железный поток. М., 1979. 176 с.

172. Серебрянский М.И. Советский исторический роман. М., 1936. 260 с.

173. Сечкарев В. История русской литературы. Штуттгарт, 1962. С. 144.

174. Симачева И.Ю. Своеобразие "беженского романа": Первая волна русской эмиграции // Реферативный журнал. Социальные и гуманитарные науки. Серия 7. 2000, № 2. С. 208-225.

175. Скороспелова Е.Б. Идейно-стилевые течения в русской советской прозе первой половины 20-х годов. М., 1979. 160 с.

176. Скороспелова Е.Б. Русская советская проза 20-30-х годов: Судьбы романа. М., 1985. 263 с.

177. Смирнов И.П. Порождение интертекста. Элементы интертекстуального анализа с примерами из творчества Б.Л. Пастернака. СПб., 1995. 212 с.

178. Смысл жизни. Антология. М., 1994. 592 с.

179. Современное зарубежное литературоведение: концепции, школы, термины. М., 1996. 285 с.

180. Соколов А.Г. Судьбы русской литературной эмиграции 1920-х гг. М., 1991. 180 с.

181. Соловьев С.М. Об истории Древней России. М., 1992. 544 с.

182. Страхов И.В. Психологический анализ в литературном творчестве. В 2 ч. Саратов, 1973. Ч. 1. С. 4.

183. Струве Г.П. Русская литература в изгнании: Опыт исторического обзора зарубежной литературы. Париж; М., 1996. 448 с.

184. Творогов О.В. Повесть временных лет // Литература Древней Руси: Биобиблиографический словарь. М., 1996. С. 141.

185. Теория литературы. Основные проблемы в историческом освещении. Стиль. Произведение. Литературное развитие. М., 1965. С. 425.

186. Терминология современного зарубежного литературоведения (страны Западной Европы и США). Справочник. Вып. 1. М., 1992. 187 с.

187. Толстой Л.Н. Война и мир. В 2-х книгах. Кн. вторая. Тома 3-4-й. М., 1978. С. 568.

188. Толстой Л.Н. Избранное. Ростов на Дону, 1998. С. 228.

189. Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений в 90 тт. Т. 77-78: Письма, 1907-1908 М., 1928-1958. С. 73-81.

190. Томашевский Б.В. Пушкин читатель французских поэтов // Пушкинский сборник памяти С.А. Венгерова. М.; Пг., 1923. С. 210-213.

191. Томашевский Б.В. Теория литературы. Поэтика. М., 1999. 334 с.

192. Топоров В.Н. Пространство и текст // Текст: Семантика и структура. М., 1983. С.78-99.

193. Трущенко Е.Ф. Наживин И.Ф. // Русское зарубежье. Золотая книга эмиграции. Первая треть XX века. Энциклопедический биографический словарь. М., 1997. С.447-448.

194. Трущенко Е.Ф. Наживин И.Ф. // Писатели русского зарубежья. Литературная энциклопедия русского зарубежья (1918-1940). М., 1997. С. 280282.

195. Тынянов Ю. Как мы пишем. М., 1989. С. 163.

196. Тюпа В.И. Художественность // Введение в литературоведение. М., 1999. С. 480.

197. Тюпа В.И. Художественность литературного произведения. Красноярск, 1987. С. 20.

198. Удонова З.В. Основные этапы развития советского исторического романа. М., 1961.49 с.

199. Удонова З.В. Советская литература 20-х годов. М., 1962. 48 с.

200. Успенский Б.А. Семиотика искусства. М., 1995. С.9-220.

201. Ю2. Утехин Н.П. Жанры эпической прозы. JL, 1982. 219 с.

202. Утченко C.JI. Цицерон и его время. М.,1986. 349 с.

203. Ю4. Уэллек Р., Уоррен О. Теория литературы. JI., 1978. 397 с.

204. Ю5. Филин М. Судьба Ивана Наживина // Наживин И.Ф. Во дни Пушкина.

205. Исторический роман в 2-х тт. T.l. М., 1999. С. 15-28. \06. Филист Г.М. Введение христианства на Руси: предпосылки, обстоятельства, последствия. Минск, 1988. 252 с. Ю7. Флавий Иосиф. Иудейские древности. В 2-х тт. Т.2. Ростов на Дону, 2000. С. 189-191.

206. Ю8. Фоменко И.В. Цитата // Введение в литературоведение. М., 1999. С. 498.

207. Хализев В.Е. Теория литературы. М., 1999. С. 173.

208. Херсонская Е. И. Наживин. В долине скорби. М., 1907 // Образование. 1908, №3. С. 101-102.

209. Христианство и Русь. М., 1988. 135 с.

210. Чалмаев В. "Образ мира, в славе явленный." народ и революция в прозе 20-х гг. // Русская литература XX века. Очерки. Портреты. Эссе. В 2 ч. 4.1. М., 1991. С. 176-177.

211. Чапыгин А. Разин Степан. Красноярск, 1982. 592 с.

212. Чернец Л.В. Литературные жанры: Проблемы типологии и поэтики. М., 1982. 237 с.

213. Чернец JI.B. Литературные жанры: Проблемы типологии и поэтики. М., 1982. 192 с.

214. Чернец Л.В. Персонаж // Введение в литературоведение. М., 1999. С. 247.

215. Чернец Л.В. Персонажей система // Введение в литературоведение. М., 1999. С. 258.

216. Чистякова Е.В., Соловьев В.М. Степан Разин и его соратники. М., 1988. 221 с.

217. Чуваков В.Н. Наживин И.Ф. // Краткая литературная энциклопедия. Т.5. М., 1968. Ст. 77.123.. Шкловский В. Связь приемов сюжетосложения с общими приемами стиля // Поэтика. Сборники по теории поэтического языка. Вып. 3. Пг., 1919. С.31-48.

218. Шульгин B.C. Раскол // БСЭ. В 30 тт. Т. 21. М., 1975. С. 466.

219. Эльяшевич А. Что есть повесть? // Звезда. 1968, № 5. С. 191.

220. Энгельс Ф. К истории первоначального христианства // Маркс К., Энгельс Ф. Соч., Т. 22. М., 1962. 804 с.

221. Юдин В.А. Исторический роман русского зарубежья. Тверь, 1995. 125 с.

222. Якобсон P.O. Лингвистика и поэтика // Структурализм: "за" и "против". М., 1975. С.193-230.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 140456