История исправительно-трудовых лагерей в Архангельской области, 1937 - 1953 гг. тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.02, кандидат исторических наук Упадышев, Николай Васильевич

Диссертация и автореферат на тему «История исправительно-трудовых лагерей в Архангельской области, 1937 - 1953 гг.». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 128082
Год: 
2002
Автор научной работы: 
Упадышев, Николай Васильевич
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Архангельск
Код cпециальности ВАК: 
07.00.02
Специальность: 
Отечественная история
Количество cтраниц: 
236

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Упадышев, Николай Васильевич

Введение.

Глава I. Образование и функционирование исправительно-трудовых лагерей в 1937-1953 гг.

§ 1. Образование и функционирование исправительно-трудовых лагерей в довоенный период.

§ 2. Исправительно-трудовые лагеря в годы Великой Отечественной войны.

§ 3. Функционирование исправительно-трудовых лагерей в послевоенный период.

Глава П. Численность, динамика и состав заключенных исправительно-трудовых лагерей в 1937-1953 гг.

§ 1. Численность и динамика лагерного контингента.

§ 2. Состав заключенных исправительно-трудовых лагерей.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "История исправительно-трудовых лагерей в Архангельской области, 1937 - 1953 гг."

Процесс преобразований, начавшийся в СССР во второй половине 80-х годов, с неизбежностью поставил вопрос о переосмыслении и более глубоком и объективном изучении советского исторического прошлого, в том числе проблем, связанных с политическими репрессиями, организацией и функционированием пенитенциарной системы государства, неотъемлемой составной частью которой являлись исправительно-трудовые лагеря (ИТЛ). Повышение интереса к данной проблематике обусловлено как развитием гласности, так и появившейся возможностью работать с огромным пластом ранее недоступных архивных документов ОГПУ-НКВД-МВД СССР, позволяющих заполнить широкие лакуны в историческом прошлом советского государства и его карательной системы в частности. Исследование истории Главного управления лагерей (ГУЛАГ) и региональных ИТЛ является весьма актуальным, т. к. это способствует более глубокому осмыслению механизма функционирования лагерной системы, ее места и роли в репрессивной и экономической политике государства, является непременным условием отказа от тоталитарного типа мышления, перехода к демократическому, гражданскому обществу и гарантией необратимости происходящих в стране демократических перемен.

Следует отметить, что специальных исследований по истории исправительно-трудовых лагерей, действовавших на территории Архангельской области в 1937-1953-е годы, не проводилось, так как до недавнего времени, ввиду засекреченности, недоступной была источниковая база. Однако фрагментарно исследуемая тема нашла свое отражение, как в отечественной, так и в зарубежной литературе.

Отечественную историографию по указанным проблемам можно разделить на два принципиально различающихся, но в то же время взаимосвязанных периода. Первый включает в себя исследования советского периода, второй - историографию постсоветского времени.

-Ч с» с»

С зарождением советской пенитенциарной системы стали появляться труды, в которых авторы пытались теоретически обосновать основные подходы к формирующейся карательной политике государства и системе органов и и т-ч и учреждений исполнения наказания. В основе этих подходов лежал классовый принцип и идеологическая детерминированность.

В 1923 году вышла в свет работа СВ. Познышева «Основы пенитенциарной науки», в которой автор, обосновывая необходимость пенитенциарных учреждений, рассматривал их историю, основные виды и принципы организации.' Классификация пенитенциарных учреждений дана также в книге М.М. Исаева «Основы пенитенциарной политики».Л

Важное место в этот период занимают научные труды М.Н. Гернета. В работе «Преступность за границей и в СССР» автор, наряду с европейскими странами, анализирует динамику преступности в СССР и состав осужденных по различным показателям (виды преступлений, возраст, пол, классово-социальный состав и др.) за 1925-1928 годы.л Исключительность этого исследования состоит в том, что он явилась последней открытой публикацией, где дана подлинная статистика преступности в СССР. Совершенно прав В.П. Попов, утверждающий, что в дальнейшем, вплоть до конца 80-х, в опубликованных по данному вопросу материалах содержался «формальнологический анализ сводок и таблиц судебной статистики», который, из-за отсутствия в них действительных цифр, был не доказателен.'*

Репрессии 1937-1938 г.г. нашли свое отражение в многочисленных официальных статьях и брошюрах, вышедших в конце 30-х - начале 50-х годов, Познышев C.B. Основы пенитенциарной науки. - М, 1923. Л Исаев М.М. Основы пенитенциарной политики. - М.-Л, 1927. л Гернет М.Н. Преступность за границей и в СССР. - М, 1931.

Попов В.П. Государственный террор в советской России. 1923-1953 гг. (источники и их интерпретация). //Отечественные архивы. - 1992. - № 2. - С. 20. где авторы обосновывали их необходимость и политическую целесообразность. Л

Следует отметить, что в самих пенитенциарных органах для внутреннего пользования выпускалась ведомственная литература, которая имела главным образом практическое назначение. Здесь освещались вопросы деятельности органов и учреждений исполнения наказаний, в том числе исправительно-трудовых лагерей, их организационно-управленченская структура, функции, цели и задачи. Примером тому являются брошюры, подготовленные профессором Е.Г, Ширвиндтом по вопросам советского исправительно-трудового права и исправительно-трудовой политики и предназначенные для служебного пользования сотрудниками Главного Управления Лагерей (ГУЛАГ) и пенитенциарных учреждений. л

Со второй половины 50-х годов в отечественной историографии предпринимались попытки переосмыслить некоторые вопросы нашей истории, в том числе и карательную политику государства, проводимую в предыдущие десятилетия. Но прорыв в этом направлении сделать не удалось. Большинство публикаций не вышло за рамки официальной позиции, выработанной XX съездом КПСС, который, разоблачив культ личности Сталина, по существу персонализировал явление нашей истории, получившее в дальнейшем определение сталинизма, не позволив, тем самым вскрыть пороки самой политической системы. Репрессивная политика государства в целом оценивалась как объективная необходимость, призванная обеспечить нормальные условия для поступательного продвижения общества по пути строительства социализма.

См.: Заковский Л. шпионов, диверсантов и вредителей уничтожим до конца. - М, 1937; Софинов П. Карающая рука советского народа. - М, 1942; Кубланов А. Разгром фашистской троцкистско-бухаринской «пятой колонны в СССР. Автореф. дисс . на соиск. уч. степ. канд. ист. наук.- Л, 1946. л Ширвиндт Е.Г. Основные принципы советского исправительно-трудового права и исправительно-трудовой политики. Материалы к лекции. - М, 1956. с конца 80-х годов начался современный этап отечественной историографии по проблемам политических репрессий и пенитенциарной системы в СССР.

Первыми в этом ряду стали работы А. Ципко, Г. Попова, Ю. Афанасьева, Ю. Померанца, А. Бутенко, Д. Волкогонова, А. Орлова и др.Л В них впервые открыто разоблачался не только культ личности Сталина, но и была поставлена проблема о масштабах и механизме репрессий, сталинских лагерях, судьбах репрессированных.

При всех недостатках, фрагментарности и научной неравноценности множества публикаций по указанной тематике, появившихся на рубеже 80-х -90-х годов, они, безусловно,' сыграли важную роль в трансформации общественного сознания.

Важнейшей особенностью нового этапа стало качественное изменение источниковой базы исследований. Сначала отрывочно, а с 1992- 1993 годов (в связи с расширением доступности ранее закрытых архивов) в большом количестве стали публиковаться научные труды, основанные на анализе архивных документов пенитенциарных органов и учреждений (ОГПУ-НКВД-МВД СССР) и их структурных подразделений. По своему содержанию, целям, методологии, подходам и направленности они неоднородны и неоднозначны.

Условно все работы и публикации по данной тематике можно разделить на две группы. Во-первых, это исторические труды, имеющие глобальный, фундаментальный характер, в центре внимания которых стоят проблемы советского тоталитаризма, государственного террора, массовых репрессий и их последствий.л Другую группу представляют исследования по проблемам См.: Ципко А. Насилие лжи, или Как заблудился призрак. - М, 1990; Попов Г., Афанасьев Ю., Померанц Г. Мамин вопрос //Век XX и мир. - 1989. - № 3; Бутенко А. Откуда и куда идем. Взгляд философа на историю советского общества. - Л, 1990; Волкогонов Д. Триумф и трагедия. Политический портрет И. Сталина. - М, 1989. - Кн. I , 2; Орлов А. Тайная история сталинских преступлений. //Огонек. - 1989. - № 48. * См.: Бакунин A.B. История советского тоталитаризма. - Екатеринбург, 1997; Пихоя Р.Г. Советский Союз: история власти. 1945-1991. - Новосибирск, 2000; Стецовский Ю. История советских репрессий. - М, 1997. -Т. 1,2. советской пенитенциарной системы, истории ГУЛАГа и его структурных подразделений.

К числу последних относится изданная в 1992 г. монография М.Г. Деткова, в которой анализируется деятельность мест заключения и организационно-управленченская структура ГУЛАГа в 30 - 50-е годы.А В частности, дается негативная оценка работе аппаратов управлений исправительно-трудовых лагерей, которые отличались громоздкостью, нечеткостью и взаимным переплетением функций различных служб и отделов. При этом автор обоснованно указывает, что имеющаяся у лагерей самостоятельность в определении собственных управленческих структур давала им широкие возможности для приспособления к изменяющимся условиям и обстановке. Совершенно правильно он, в качестве основных организационно-структурных звеньев системы ГУЛАГА, выделяет исправительно-трудовые лагеря, районы, лагерные отделения, лагерные пункты, трудовые отряды и бригады. При анализе режима содержания осужденных делается вполне обоснованный вывод о том, что ведомственное регулирование режима приводило к ущемлению прав заключенных, к их физической и духовной деградации.

Одной из первых работ, где подробно, на конкретных материалах проанализирована история зарождения и функционирования лагерной системы 30-х годов стала публикация С. Кузьмина.В ней автор, определяя ГУЛАГ лишь как систему управления местами лишения свободы, подчеркивает, что в этом смысле «ГУЛАГ был, есть и будет независимо от того, кто станет управлять страной».

Проблеме становления и эволюции лагерной экономики, а также использования подневольного труда осужденных посвящен ряд работ

Детков М.Г. Содержание карательной политики советского государства и ее реализация при исполнении уголовного наказания в виде лишения свободы в 30-50-е гг. - Домодедово, 1992.

Кузьмин С. Лагерники (ГУЛАГ без ретуши). - //Молодая гвардия. - 1993. - № 3-6.

Г. М. Ивановой." Заслугой автора является то, что она прослеживает эволюцию принудительного использования труда заключенных. Она правильно указывает, что широкое использование труда осужденных на строительстве народнохозяйственных объектов началось в 30-е годы и в последующие годы (вплоть до 1951 г.) объем работ, выполняемых лагерным контингентом, неуклонно возрастал. Делается также вполне обоснованный вывод о том, что лагерная экономика как целостный хозяйственный организм могла существовать только в условиях командно-административной системы, когда правительственные указы и партийные решения заменяли естественные хозяйственные связи и экономические законы.

Попытка анализа деятельности ГУЛАГа, уголовного и исправительно-трудового законодательства, регулировавшего использование труда заключенных, предпринята в книге Л.П. Рассказова и И.В. Упорова. В частности, они правильно отмечают, что накануне Великой Отечественной войны ГУЛАГ представлял собой огромный многопрофильный производственный комплекс, которому поручались самые сложные и трудоемкие задачи.

Важные сведения о строительстве Северо-Печорской железнодорожной магистрали (Коноша-Воркута), которая возводилась силами заключенных, в том числе и Северо-Двинского лагеря, дислоцированного на территории Архангельской области, содержатся в монографии Ю.Л. Дьякова'А.

Ценные статистические данные, характеризующие производственную деятельность ГУЛАГа приведены в статье С. Г. Эбеджанса и М. Я. Важнова'"*. Пороки лагерной системы хозяйствования вскрыты в исследовании Л. С. Труса.Классификация заключенных в соответствии с их трудовым Иванова Г.М. ГУЛАГ как социальный феномен советского общества //Социальные реформы в России: теория и практика. - М, 1995; Иванова Г.М. Лагерная экономика. //ГУЛАГ. Его строители, обитатели и герои. Под ред. И.В. Добровольского. - М-СПб, 1998. - С. 28-40.

Рассказов Л.П., Упоров И.В. Использование и правовое регулирование труда осужденных в российской истории. - Краснодар, 1998.

Дьяков Ю.Л. Развитие транспортно-дорожной сети СССР в 1941-1945 гг. - М, 1997.

Эбеджанс С.Г., Важное М.Я. Производственный феномен ГУЛАГа. //Вопросы истории. - 1994. - № 6.

Трус Л.С. Введение в лагерную экономику. //Эко. - № 5. - 1990. использованием, а также методика учета труда осужденных проанализированы в статье A. C. Наринского.

Весьма полезной с точки зрения познания основных принципов лагерной жизни, подробностей быта заключенных является работа А. Хабарова. В ней также дается характеристика основных групп, на которые неформально делились заключенные в послевоенный период и показаны взаимоотношения между ними.'Л

Заслуживает внимания научная работа, подготовленная В.А. Берлинских.'л, в которой впервые комплексно исследуется история одного из лесозаготовительных лагерей Европейского Севера. Автор, используя обширный фактический и мемуарный материал, на примере конкретного лагеря (Вятский ИТЛ) раскрывает механизм функционирования лагерной системы и убедительно доказывает, что она представляла собой заповедник рабства в СССР.

Тема политических репрессий, деятельности карательных органов и пенитенциарных учреждений советского государства активно исследуется зарубежными историками, в том числе бывшими нашими соотечественниками.Именно им принадлежал приоритет в постановке и осмыслении указанных проблем в советский период. Характерной чертой исследований зарубежных авторов является ярко выраженная обличительная направленность. Первым исследовательским трудом на Западе, посвященным советской лагерной системе, стала работа Б.А. Яковлева. Достоинством книги является описание географического и административного расположения и производственной деятельности 165 исправительно-трудовых лагерей. Для современной зарубежной историографии характерным является осмысление

Наринский A. C. Учет на стройках ГУЛАГа. //Бухгалтерский учет. - 1992. - № 11.

Хабаров А. Тюрьма и зона: от звонка до звонка, между законом и совестью. Факты и документы. - М, 1997.

Берлинских В.А. Вятлаг. - Киров, 1998. " См.: Арон Р. Демократия и тоталитаризм. - М, 1993; Геллер М., Некрич А. Утопия у власти; история Советского Союза с 1917 г. до наших дней. - В 3-х кн. - Пер. с англ. - М, 1995; Конквест Р. Большой террор. -Рига. 1991. т. 1, 2.; Максудов М. Потери населения СССР в 1918-1958 гг. //СССР: внутренние противоречия. -Вып. 11. - Нью-Йорк, 1984. - С. 156-242 и др. л° Яковлев Б. Концентрационные лагери СССР. - Лондон, 1983. проблемы репрессий, истории советских карательных органов и пенитенциарной системы с учетом изменений, происшедших в последнее время в источниковой базе, и на основе анализа новых, ранее недоступных архивных документов.л'

Одной из центральных проблем, которой в западных исследованиях всегда, а в отечественной историографии в последнее десятилетие уделялось наибольшее внимание и посвящена значительная часть публикаций, является вопрос о численности жертв репрессий и количестве осужденных, содержавшихся в сталинский период в местах лишения свободы, в том числе в исправительно-трудовых лагерях. Данная проблема многогранна и включает в себя ряд других, более конкретных, но взаимосвязанных вопросов, по которым ни в отечественной, ни в зарубежной историографии нет единого подхода и единой точки зрения. Именно по ним в 1990-е годы развернулась наиболее острая дискуссия, в которою оказались вовлеченными многие исследователи.

По оценкам Р. Конквеста в тюрьмах и лагерях на январь 1937 года находилось около 5 миллионов человек. За период между январем 1937 и декабрем 1938 года было арестовано около 7 миллионов. Итого получается около 12 миллионов, из которых, за указанный период, было расстреляно около 1 миллиона и умерло около 2 миллионов. Таким образом, на конец 1938 года в заключении находились около 9 миллионов человек, из них около 1 миллиона - в тюрьмах и около 8 миллионов - в лагерях. Следует отметить, что методика, по которой автор производил свои расчеты, вызывает сомнения в истинности полученных данных, так как он определял численность заключенных в лагерях, исходя из: во-первых, анализа ряда цифр по использованию рабочей силы, которую ГУЛАГ рассчитывал иметь в 1941 году (эти цифры, как указывает автор, даны в секретном разделе государственного плана развития народного хозяйства СССР на 1941 г.); во-вторых, свидетельств л' См.: Stalinist terror: New perspectives Edited by Y. Arch Qetty and Roberta T. Manninq. - Cambridqe Universaty, 1993; Стефан Куртуа, Николай Берт, Жан-Луи Панне, Анджей Панковский, Карел Бартошек, Жан-Луи Марголен Черная книга коммунизма. Преступления. Террор. Репрессии. - Перев. с фр. - М, 2001. и воспоминаний бывших заключенных; в-третьих, анализа некоторых опубликованных в конце тридцатых годов советских статистических данных по развитию народного хозяйства, где, по мнению автора, были неувязки и которые давали пищу для размышлений; в-четвертых, различного рода слухов и рассказов из информированных кругов. Этими же данными оперирует в своих работах известный советолог С. Коэн

М. Геллер и А. Некрич, считают, что Р. Конквест необоснованно исключает из числа жертв сталинского террора обычных уголовников, так как, по их мнению, среди них было большое число детей репрессированный"* Такой подход вряд ли является правильным, потому что вычленить детей репрессированных из общей массы уголовников сложно, а включать их всех в число пострадавших от государственного террора нельзя, так как большинство из них таковыми не были.

О. Шатуновская, входившая в хрущевский период в состав Комитета партийного контроля при ЦК КПСС и Комиссии по расследованию убийства С.

М. Кирова и политических судебных процессов 30-х годов, указывает на документ, который якобы поступил из КГБ, где говорится о том, что в период с

1 января 1935 г. по 22 июня 1941 г. было арестовано 19840000 человек, из которых 7 миллионов были расстреляны.

По расчетам В. Чаликовой в 1937-1950 годах в лагерях СССР находилось

0(\

8-12 миллионов человек .

Следует отметить, что, несмотря на некоторые расхождения в цифрах и различия в методике определения численности жертв сталинских репрессий, все вышеуказанные исследования имеют много общего. Их авторы в своих подсчетах руководствуются, главным образом, предположениями, домыслами.

Л- Конквест Р. Большой террор. - Рига, 1991. - Т. 2. - С. 364-368. Коэн С. Бухарин: политическая биография. 1888-1938. - М, 1988. - С. 407. Геллер М., Некрич А. Утопия у власти. - М, 1995. - Кн. 1. - С. 326. " Шатуновская О. Фальсификация. //Аргументы и факты. - 1990. - № 22. Чаликова В.А. Архивный юноша. //Нева. - 1988. - № 10. - С. 158. мемуарными воспоминаниями и разрозненными данными, не основанными на архивных источниках.

Вместе с тем, с конца 80-х годов в отечественной историографии по проблеме численности жертв государственного террора и количества осужденных появляются исследования, в которых, сначала отрывочно, а затем все в большем объеме, используются архивные материалы, основу которых составляют статистические данные ОГПУ-НКВД-МВД СССР.

В числе первых были опубликованы работы А.Н. Дугина, А.Я. Малыгина, В,В. Цаплина и другие, в которых использовались ранее недоступные архивные материалы, раскрывающие статистику репрессированных и осужденных за годы Советской власти.АА

Но наиболее плодотворно в этом направлении работает В.Н. Земсков, который в последнее десятилетие опубликовал значительное число работ, содержащих в себе огромный объем статистических данных ОГПУ-НКВД-МВД ССССР, которые дают представление о масштабах репрессий и численности заключенных (в том числе лагерных) в СССР.

В своих исследованиях эта группа авторов, опираясь на архивные документы, доказывает, что все ранее опубликованные материалы, в которых число жертв репрессий измерялось десятками миллионов человек, не соответствуют действительности и в несколько раз завышены. Заслуга этих историков состоит также в том, что они ввели в научный оборот целый пласт

Дугин А.Н. ГУЛАГ: глазами историка. //Союз. - 1990. - № 9.; Дугин А.Н. Сталинизм: легенды и факты. //Слово. - 1990. - № 7; Дугин А.Н. Говорят архивы: неизвестные страницы ГУЛАГа. //Социально-политические науки. - 1990. - № 7; Дугин А.Н. Малыгин А.Я. Солженицын, Рыбаков: технология лжи. //Военно-исторический журнал. - 1991. - № 7; Цаплин В. В. Статистика жертв сталинизма в 30-е гг. //Вопросы истории. - 1989. - № 4; Цаплин В. В. Архивные материалы о числе заключенных в конце 30-х годов. //Вопросы истории. - 1991. - № 4-5.

См.: Земсков В.Н. «Архипелаг ГУЛАГ»: глазами писателя и статистика. //Аргументы и факты. - 1989. - № 45; Земсков В.Н. Об учете спецконтингента НКВД во всесоюзных переписях населения 1937 и 1939 гг. //Социологические исследования. - 1991. - № 2; Земсков В.Н. ГУЛАГ (историко-социологический аспект). //Социологические исследования. - 1991. - № 6, 7; Земсков В.Н. Заключенные, спецпоселенцы, ссыльнопоселенцы, ссыльные и высланные. (Статистико-географический аспект). //История СССР. - 1991. -№ 5; Земсков В.Н. ГУЛАГ, где ковалась победа. //Родина. - 1991. - № 6-7; Земсков В.Н. К вопросу о масштабах репрессий в СССР. //Социологические исследования. - 1995. - № 9; Земсков В.Н. Заключенные в 1930-е годы: социально-демофафические проблемы. //Отечественная история. - 1997. - № 4; Земсков В., Нохотович Д. Данные о числе осужденных по 58-й статье. //Аргументы и факты. - 1990. - № 5. новых источников, что заметно активизировало исследование данной проблемы.

Однако появление этих работ вызвало острую полемику, в центре которой оказался вопрос о достоверности и подлинности рассекреченной ведомственной статистики репрессивных органов, прежде всего сводной отчетности ГУЛАГа Ряд исследователей поставили под сомнение достоверность указанной статистики, считая ее ненадежной и даже фальшивой. Другая фуппа историковлл (в том числе автор диссертации) придерживается противоположной точки зрения, считая содержащиеся в ведомственной статистике ОГГТУ-ЬЖВД-МВД данные о масштабах репрессий и численности осужденных наиболее обоснованными и правдивыми.

Современную отечественную историографию по исследуемой проблематике невозможно представить без работ и публикаций региональных исследователей. Достаточно активно тема репрессий, ГУЛАГа, исправительно-трудовых лагерей, спецконтингента разрабатывается на Дальнем Востоке, Европейском Севере, в Сибири, где присутствие ГУЛАГа было наиболее заметным явлением. л'

На Архангельском Севере, как и по всей стране, к данной теме исследователи стали обращаться с конца 80-х годов. В 1989 г. в Архангельске и на Соловках прошла межреспубликанская научно-практическая конференция «Десталинизация сознания: проблемы и перспективы», на которой впервые

См.: Максудов С. О публикациях в журнале «Социс». //Социологические исследования. - 1995. - № 9; Гвоздкова Л.И. История репрессий и сталинских лагерей в Кузбассе. - Кемерово, 1997 и др.

См.: Поляков Ю.А. Воздействие государства на демофафические процессы в СССР (1920 - 1930-е годы). //Вопросы истории. - 1995. - № 3; Жиромская В.Б., Киселев И.Н., Поляков Ю.А. Полвека под фифом «секретно». - М, 1996; Экономика ГУЛАГа и ее роль в развитии страны. 1930-е годы. - М, 1998; ГУЛАГ: Главное управление лагерей. 1918-1960. - М, 2000 и др. л' См.: Лаптев Г.Н. К вопросу о роли ГУЛАГа в социально-экономическом развитии Европейского Севера РСФСР. //Европейский Север: история и современность. Тезисы докладов Всероссийской научной конференции. - Петрозаводск, 1990; 1991; Морозов H.A., Рогачев М.Б. ГУЛАГ в Коми АССР (20-50-е гг.). //Отечественная история. - 1995. - № 2; Кириллов В.М. История репрессий в Нижнетагильском регионе Урала (1920-1950 годы). - Нижний Тагил, 1996; Гвоздкова Л.И. История репрессий и сталинских лагерей в Кузбассе. -Кемерово, 1997; Папков CA. Сталинский террор в Сибири. 1928-1941 гг. - Новосибирск, 1997; Мить A.A. Численность и состав заключенных Сибирского исправительно-трудового лагеря. 1942-1960 гг. Дисс. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук. - Кемерово, 1997; Иванов В.А. Механизм массовых репрессий в Советской России в конце 20-х - 40-х гг. (на материалах Северо-Запада РСФСР). Автореф. дисс. на соиск. уч. степ. докт. ист. наук. -С.-Пб, 1998 и др. открыто и откровенно говорилось о репрессиях и деятельности исправительно-трудовых лагерей на Севере страныАА.

В 1992 году был издан сборник материалов научно-практической конференции «ГУЛАГ на Севере и его последствия», на которой обсуждались вопросы репрессий и раскулачивания в Северном крае, польских поселений и спецпереселенцев. Здесь же опубликованы воспоминания очевидцев - бывших спецпереселенцев. Истории Вайгачской экспедиции, где использовался принудительный труд заключенных, посвящена статья архангельского краеведа В.А. Митина, который был в числе первопроходцев, исследующих проблему ГУЛАГа на Европейском Севере.аа

Одной из первых работ, раскрывающей борьбу против произвола советского тоталитарного режима, стала монография Ю.Ф. Лукина, в которой автор тщательно анализирует антисталинское сопротивление и протест не только внутри самой партии, но и со стороны различных слоев общества^"*

В 1998 году вышла в свет книга «Северодвинск. Испытание на прочность», в которой помещена отдельная глава, посвященная гулаговской странице истории города. Авторы, опираясь на местные архивные материалы и воспоминания очевидцев, убедительно раскрывают причины и последствия передачи в 1938 году строительства Архангельского судостроительного завода (завода № 402) вновь организованному лагерю. В частности, краевед Л. Шмигельский делает вполне обоснованный вывод о том, что планировавшегося повышения темпов строительства после передачи его в систему ГУЛАГа не получилось. В указанной главе показана также жизнь и быт заключенных, прослеживается судьба некоторых руководителей строительства.АА В качестве одного из аспектов исследуемой темы диссертации

Десталинизация сознания: проблемы и перспективы. Тезисы докладов межреспубликанской научно-практической конференции 12-17 июля 1989 г. - Архангельск, 1989.

ГУЛАГ на Севере и его последствия (по материалам научно-практической конференции и воспоминаниям очевидцев. - Архангельск, 1992.

Лукин Ю.Ф. Из истории сопротивления тоталитаризму в СССР (20 - 80-е годы). - М, 1992. " Северодвинск. Испытание на прочность. Очерки, воспоминания, исследования. - Северодвинск, 1998. анализируется производственная деятельность Ягринского ИТЛ М.Б. Баловой.лл

Проблеме лагерной колонизации Северного края в 30-е годы и ее последствиям посвящен один из параграфов исследования СИ. Шубина «Северный край в истории России. Проблемы региональной и национальной политики в 1920-1930-е годы». В нем подробно анализируется тяжелое положение спецпереселенцев, высланных в Северный край в начале 30-х годов. Автор совершенно правильно отмечает, что со второй половины 1937 года на Север последовал новый поток «колонизаторов» - заключенных, значительную часть которых составляли жертвы массовых репрессий 19371938 г.г, В работе также справедливо указывается, что в конце 30-х годов наш регион выходит на первые места по численности лагерного населения.лНо, на наш взгляд, этот вывод требует уточнений и некоторых пояснений. Во-первых, в январе 1937 года по численности заключенных Северный край уступал не трем регионам (Ленинградской, Московской и Челябинской областям), как

38 указано в тексте, а четырем - еще и Восточно-Сибирскому краю. Во-вторых, называя эти данные, необходимо делать оговорку, что здесь имеются в виду лишь заключенные, содержавшиеся в исправительно-трудовых учреждениях, подведомственных территориальным органам ГУЛАГа. Но нельзя забывать, что во многих регионах страны, наряду с ними, существовали исправительно-трудовые лагеря и другие структуры, подчинявшиеся непосредственно ГУЛАГу. В 1939 году на территории Архангельской области дислоцировались пять таких ИТЛ (Архангельский, Каргопольский, Кулойский, Онежский и Ягринский), а также Котласский пересыльно-перевалочный пункт, в которых в общей сложности отбывали срок наказания более 90 тысяч лл Предпосылки и особенности развития военного кораблестроения на Европейском Севере России в 1920 -1950-е годы. Дисс. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук. - Архангельск, 2001.

Шубин си. Северный край в истории России. Проблемы региональной и национальной политики в 19201930-е годы. - Архангельск, 2000.

Система исправительно-трудовых лагерей в СССР, 1923-1960: Справочник /О-во «Мемориал», ГАРФ. Сост. М.Б. Смирнов. Под ред. Н.Г. Охотина, А.Б. Рогинского. - М, 1998. - С. 533-536. осужденных, и именно они составили в то время основную часть «колонизаторов» в нашем регионе.

Важной, актуальной и, несомненно, перспективной представляется постановка В.И. Голдиным проблемы о роли и месте российских спецслужб в системе государственных и властных отношений советского общества. Автор, определяя концептуально содержание проблемы, в частности отмечает, что такие государственные структуры, как ОГПУ-НКВД-КГБ в СССР

U С» / U с» превратились в сложнейший симбиоз (включавший в себя политический контроль и сыск, репрессивно-карательные органы, разведывательные и контрразведывательные подразделения, войска различного предназначения) подчинявшийся и ответственный только узкому кругу партийно-государственных функционеров. "*л

Опираясь на материалы опубликованных работ и воспоминания очевидцев, попытку воссоздать историю Котласского пересыльного пункта и лагеря предприняла А. Смолина. В частности, она приводит убедительные факты ужасного положения, в которых содержались заключенные."*'

Историографический обзор позволяет сделать вывод о том, что на сегодняшний день история ГУЛАГа и исправительно-трудовых лагерей, действовавших в стране и на территории Архангельской области, изучена слабо и находится лишь в начальной стадии исследования. На данный момент имеются лишь отрывочные сведения о некоторых лагерях, их месторасположении и деятельности. Нет ни одной работы где бы в комплексе раскрывались вопросы организации и функционирования как отдельных исправительно-трудовых лагерей, так и всей ее сети, разбросанной по территории Архангельской Севера. Отсутствуют данные о численности лагерного контингента, динамике его движения по годам, трудовом использовании заключенных, условиях их режима и быта. Практически нет

См.: Приложение № 7.

Голдин В.И. Спецслужбы: тайная история России и международных отношений в XX веке: поиски концептуального видения. //XII Ломоносовские чтения: Сборник научных трудов. - Архангельск, 2000.

Смолина А. Котласлаг/Котлас: очерки истории. - Архангельск, 2001. анализа и характеристики состава лагерного населения по видам преступлений, по срокам осуждения, национальности, по полу и возрасту. Слабо освещена производственная деятельность лагерей, не показана их роль в социально-экономическом развитии региона. Вне поля зрения исследователей остается изучение субкультуры заключенных и ее влияния на окружающую социальную среду. Не выявлены общие и специфические черты функционирования лагерей, расположенных на территории области.

Объектом исследования выступают исправительно-трудовые лагеря как один из видов исправительно-трудовых учреждений советской пенитенциарной системы 30-50-х г.г., но не все, а только те, которые находились в прямом подчинении ГУЛАГа и их управления дислоцировались на территории Архангельской области. Таковыми в исследуемый период были Каргопольский, Кулойский, Онежский, Ягринский, Архангельский, Северо-Двинский, Березниковский лагеря. Строительство 510 и ИТ Л, Котласский пересыльно-перевалочный пункт - Котласский отдел Главного управления лагерей железнодорожного строительства (ГУЛЖДС) - Котласский ИТЛ - Котласское сельскохозяйственное лагерное отделение.

Предметом исследования данной диссертации является процесс образования и эволюции региональной сети исправительно-трудовых лагерей, общее и особенное в их функционировании. При этом, в качестве важнейшей дефиниции рассматривается понятие «лагерно-производственный комплекс», когда лагерь понимается как единое целое, обеспечивавшее одновременно изоляцию осужденных и принудительное использование их труда. Важнейшим аспектом исследуемой темы, является анализ численности, динамики и состава лагерного контингента, отбывавшего срок в архангельских лагерях.

Цель исследования: на основе анализа процесса организации и функционирования исправительно-трудовых лагерей области в 1937-1953 гг., численности и состава, содержавшихся в них заключенных, выявить их общие

И специфические черты, а также место и роль в лагерной системе страны и социально-экономическом развитии региона.

Задачи диссертации:

• определение степени изученности истории репрессий и исправительно-трудовых лагерей, прежде всего в Архангельской области и перспектив дальнейшей разработки данной темы;

• исследование источниковой базы, выявление и введение в научный оборот новых, ранее недоступных и неиспользовавшихся источников, прежде всего архивных документов и материалов;

• изучение процесса образования, становления и функционирования исправительно-трудовых лагерей, выявление форм их организации, структуры и географии размещения на территории области;

• определение производственной специализации лагерей, их места и роли в социально-экономическом развитии области;

• анализ численности и состава заключенных по различным признакам: полу, возрасту, характеру инкриминируемых преступлений, срокам осуждения, национальности, трудоспособности и трудовому использованию. Проведение на этой основе сравнительного анализа в хронологическом порядке в разрезе отдельных исправительно-трудовых лагерей и лагерной системы страны в целом;

• выявление общих и специфических черт и тенденций в развитии исправительно-трудовых лагерей Архангельской области и лагерной системы страны.

Хронологические рамки исследования. Автором диссертации выделен период с 1937 по 1953 годы, что обусловлено следующими основными причинами:

- во-первых, с 1937 г. (начало новой волны репрессий в стране) в области организуются один за другим несколько исправительно-трудовых лагерей, которые положили начало новому этапу колонизации области;

- во-вторых, именно с 1937 г., в связи с интенсивным притоком в область осужденных, она стала превращаться в регион повышенной концентрации заключенных, подневольный труд которых стал важным фактором социально-экономического развития Архангельского Севера;

- в-третьих, начальная граница этого периода увязана с датой образования Архангельской области (1937 г.), что позволяет проводить сравнительный анализ по ряду показателей, отражавших развитие области и деятельность исправительно-трудовых лагерей и тем самым более точно определить место и роль последних в социально-экономическом развитии региона;

- в-четвертых, верхняя граница исследуемого периода (1953 г.) обусловлена тем, что с этого года начинается процесс свертывания и ликвидации лагерной системы, снижения ее роли в развитии народного хозяйства страны, что в полной мере было характерно и для Архангельской области.

Таким образом, хронологические рамки исследования охватывают 1937 - 1953 годы, период, когда на территории области сформировалась и функционировала целая сеть исправительно-трудовых лагерей, различных по численности, производственному профилю и масштабам деятельности, сыгравших важную роль в социально-экономическом развитии региона.

Территориальные рамки исследования. Исследование проведено на материалах исправительно-трудовых лагерей, действовавших на территории Архангельской области. Европейский Север и, прежде всего, Северный край, в состав которого до получения самостоятельного статуса в сентябре 1937 г. входила Архангельская область, стали тем регионом, где появились первые лагеря (Соловецкие лагеря особого назначения), и где отрабатывалась не только модель будущих исправительно-трудовых лагерей, ставших вскоре основой гулаговской системы, но и формировался механизм использования принудительного труда содержавшихся в лагерях заключенных. Получение

Архангельской областью самостоятельного статуса совпало по времени с началом процесса интенсивного формирования на ее территории сети исправительно-трудовых лагерей, ставших важнейшим фактором социально-экономического развития области на протяжении многих лет.

Методология и методика работы. При осмыслении предмета исследования исходным для автора стал цивилизационный подход, рассматривающий личность как самоценность, обладающую естественными, неотчуждаемыми правами и свободами. При таком взгляде сталинские лагеря представляли собой пенитенциарные учреждения, где человек не только был ограничен в осуществлении своих прав и свобод, но и поставлен на грань физического выживания и морального уничтожения. Это противоречило выработанным мировой цивилизацией общечеловеческим ценностям и международным нормам.

Исследование базируется на общих методологических принципах историзма, научности, комплексности, а также понимании общенациональных интересов России как сложного переплетения и сочетания региональных интересов субъектов Российской Федерации. Сеть исправительно-трудовых лагерей, действовавших на территории Архангельской области, представляла собой специфическую, региональную совокупность, взаимосвязанную, с одной стороны, с окружающей социально-экономической средой, а с другой, являвшейся составной частью огромной и сложной по своей внутренней структуре лагерной системы страны. При этом исправительно-трудовые лагеря рассматривались как один из элементов механизма реализации карательно-репрессивной политики советского государства в 30-50-е годы. В своей диссертации автор стремился объективно и беспристрастно анализировать историю ГУЛАГа и ИТЛ, опираясь, главным образом, на исследование документальных материалов центральных и местных архивов.

Использование методологических принципов историзма и научности предопределило применение частных методов исследования (сравнительноисторического, историко-типологического и других). В ходе работы с архивными материалами автор исходил из источниковедческого, структурно-типологического и аналитико-тематического методов, при изучении историографии проблемы использовался библиографический метод. При анализе динамики численности лагерного контингента и его качественного состава применялись статистические методы исследования.

Источниковая база диссертации состоит из документов центральных и местных архивов, опубликованных источников, справочников, материалов периодической печати и широкого круга мемуарных публикаций, отражающих процесс образования и различные стороны деятельности исправительно-трудовых лагерей Архангельской области.

Из опубликованных источников выделяется своей фундаментальностью и объемом публикуемых документов серия сборников, издаваемых международным фондом «Демократия», возглавляемым академиком А.Н. Яковлевым. Особенно важным в этом ряду является изданный в 2000 г. сборник документов « ГУЛАГ: Главное управление лагерей. 1918-1960». В нем содержится более 150 документов ВЦИК, ЦИК СССР, СНК-СМ СССР, ОГПУ-НКВД-МВД и МЮ СССР, регламентировавших деятельность исправительно-трудовых лагерей, а также отражавших организационную структуру, статистику, режим содержания и производственную деятельность исправительно-трудовых учреждений страны. Подавляющее большинство документов публикуются впервые."*л В этом ряду важным является также сборник документов, раскрывающий деятельность одного из руководителей НКВД-МВД СССР Л. П. Берии. "*л

Значимой для исследователей является серия документов «ГУЛАГ: структура и кадры», опубликованая А.И. Кокуриным в соавторстве с Н.В. Петровым и Ю.Н. Моруковым в журнале «Свободная мысль-ХХ1» за

ГУЛАГ: Главное управление лагерей. 1918-1960. - М, 2000. "л Лаврентий Берия. 1953. Стенофамма июльского пленума ЦК КПСС и другие документы. Под. ред. акад. А.Н. Яковлева. Сост. В. Наумов, Ю. Сигачев. - М, 1999.

1999-2001 годы. В хронологической последовательности авторы прослеживают историю становления и развития организационной структуры ГУЛАГа, а также анализируют различные стороны деятельности лагерной системы страны

В 1999 г, вышла в свет книга А.Н. Дугина «Неизвестный ГУЛАГ: Документы и факты.», в которой, на основании архивных документов, анализируется уголовно-правовая политика государства в 30-50-е годы, дается статистика численности и состава заключенных как в целом по ГУЛАГу, так и в разрезе отдельных пенитенциарных учреждений. Работа состоит из двух частей: в первой подобраны документы по истории лагерей, колоний и тюрем, во второй - по спецпереселенцам и депортированным."^

1—Г U U U и U

Первой попыткой комплексного анализа экономической и хозяйственной деятельности ГУЛАГа в тридцатые годы стал сборник документов, составленный М.И. Хлусовым. Автор отмечает, что к началу 1940 г. промышленность ГУЛАГа вышла на такой уровень развития, который позволил сформировать 17 специализированных отраслей, работавших на основе устанавливаемых правительством страны промышленных и строительных планов. Наиболее крупными из них являлись лесозаготовительная, деревообрабатывающая, горно-металлургическая, металлообрабатывающая и машиностроительная, топливодобывающая, рыбная, текстильная, швейная. В сборнике правильно указывается, что становление и развитие ГУЛАГа происходило в годы осуществления индустриализации, когда ощущался острый дефицит финансовых средств и материальных ресурсов, требовавший их жесткой мобилизации. «Появление ГУЛАГа в этих условиях стало той сказочной палочкой-выручалочкой, которая только и могла спасти положение. ГУЛАГ оправдал эту свою функцию». Сборник также дает достаточно полное представление о роли и удельном весе труда заключенных в решении народнохозяйственных задач. В числе других в нем содержатся документы по л Кокурин А., Петров Н. ГУЛАГ: структура и кадры. //Свободная мысль. - 1999. - № 8, 9, 11, 12; 2000. - № 1-3, 5, 6; Кокурин А., Моруков Ю. ГУЛАГ: его структура и кадры. //Свободная мысль. - 2000, - № 7-12; 2001. - № 1, 3-7,9-12.

Дугин А.Н. Неизвестный ГУЛАГ: Документы и факты. - М, 1999. организации в 1937-38 г.г. лесозаготовительных лагерей на территории Архангельской области."*л

Заметным событием на Архангельском Севере стало издание Поморского мемориала (Книга памяти жертв политических репрессий), поименно называющего всех невинно пострадавших от советского тоталитарного режима"*л

Трагедия массовых репрессий 1937-1938 г.г. в Архангельской области рассмотрена в документальном сборнике «Репрессии в Архангельске: 19371938. Документы и материалы». Авторы-составители впервые ввели в научный оборот большой пласт ранее секретных, неизвестных для исследователей и широкого круга читателей документов местных архивов. Во вступительной статье достаточно подробно и убедительно показана хроника репрессий в Архангельской области. В документальной части сборника отражена нормативная база репрессий, охарактеризованы экономическое и политическое положение в регионе во второй половине 30-х годов, биография и деятельность руководителей области, пострадавших от репрессий 1937-38 годы. Данный сборник является важным источником для дальнейшего, более углубленного исследования проблемы."*л

В ходе работы над диссертацией изучалась нормативная база, регламентирующая деятельность исправительно-трудовых лагерей: законы, постановления и указы высших органов государственной власти. Уголовный кодекс РСФСР и союзных республик. Исправительно-трудовой кодекс. Положение об исправительно-трудовых лагерях и другие.'*л.

Экономика ГУЛАГа и ее роль в развитии страны. 1930-е годы. Сборник документов. /Сост. М.И. Хлусов. -М, 1998. Поморский мемориал: Книга памяти жертв политических репрессий. /Отв. ред. Ю.М. Шперлинг. -Архангельск, 1999 - 2001. - Т. 1 - 3.

Репрессии в Архангельске: 1937-1938. Документы и материалы. /Общ. ред. и вступ. статья P.A. Ханталина. -Архангельск, 1999. л См.: Сборник законодательных и нормативных актов о репрессиях и реабилитации жертв политических репрессий. - М, 1993; Указ Президиума Верховного Совета СССР от 7 мая 1945 г. «Об амнистии в связи с победой над гитлеровской Германией». //Ведомости Верховного Совета СССР. - № 39. - 1945. 15 июля, и др.

Существенную помощь в исследовании проблемы оказывает справочная литература. В нашей стране в числе первых был издан «Справочник по ГУЛАГу» Ж. Росси. Автор, опираясь на свой жизненный опыт (он находился в сталинских лагерях, тюрьмах и ссылках с 1937 по 1961 год) и свидетельства бывших заключенных, по существу составил энциклопедию, толковый словарь советских лагерно-тюремных терминов, многие из которых, к сожалению, затем прочно вошли в нашу повседневную жизнь.лл

В 1998 году обществом «Мемориал» и Государственным архивом Российской федерации был выпущен систематизированный справочник по системе исправительно-трудовых лагерей в СССР, в котором дано описание около пятисот ИГЛ и других гулаговских структур, в том числе и дислоцированных на территории Архангельской области. Он содержит в себе сведения об административном подчинении и дислокации лагерных управлений, о численности заключенных, характере производственной деятельности, кадровом составе лагерной администрации^'

Истории центрального аппарата органов внутренних дел и государственной безопасности СССР в 1917-1960 гг. посвящен документальный справочник « ЛУБЯНКА. ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1960.», составленный А.И. Кокуриным и Н.В. Петровым. В нем впервые опубликованы сведения о структуре советских карательных органов, важнейшие приказы, определявшие их деятельность, а также биографические сведения о руководителях ОГПУ-НКВД-МВД СССР.лл

Документальную основу исследования составляют материалы Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), местных архивов: Государственного архива общественно-политических движений и формирований Архангельской области (ГАОПДФ АО) и Государственного

Росси ж. Справочник по ГУЛАГу. - М, 1991. - Ч. 1,2.

Система исправительно-трудовых лагерей в СССР. 1923-1960: Справочник /Об-во «Мемориал», ГАРФ. Сост. М.Б. Смирнов. Под ред. Н.Г. Охотина, А.Б. Рогинского. - М, 1998.

Лубянка. ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1960: Справочник. Составление, введение и примечания А.И. Кокурина, Н.В. Петрова. Научный редактор Р.Г. Пихоя. - М, 1997. архива Архангельской области (ГА АО), а также отдельные материалы архива Управления внутренних дел при администрации Архангельской области. Абсолютное большинство используемых документов публикуется впервые.

Важнейшим источником диссертации стали документы Государственного архива Российской Федерации: Ф. 9401 (Сборники приказов, директив и циркуляров ОГПУ-НКВД-МВД СССР), Ф. 9414 (ГУЛАГ ОГПУ-НКВД-МВД СССР), и небольшие по объему фонды специализированных главных управлений НКВД-МВД СССР: Главного управления лагерей лесной промышленности (ГУЛЛП) - Ф. 8360 и Главного управления лагерей железнодорожного строительства (ГУЛЖДС) - Ф. 9407.

Особую ценность представляют приказы ОГПУ-НКВД-МВД СССР о создании, реорганизации и ликвидации исправительно-трудовых лагерей, их организационной и штатной структуре, производственной деятельности, режиме и условиях содержания заключенных. Эти источники позволяют проследить эволюцию архангельских ИТЛ и проводимую по отношению к ним политику со стороны центральных органов НКВД-МВД СССР. Аналогичное значение имеют материалы переписки лагерей с центральными органами ОГПУ-НКВД-МВД СССР.

Анализ отчетной документации ГУЛАГа и ИТЛ по различным направлениям их деятельности дает возможность выявить общие и специфические черты в функционировании исправительно-трудовых лагерей, определить их место и роль в производственном главке и в лагерной системе страны в целом.

С точки зрения оценки деятельности ИТЛ, выявления объективности отчетной документации лагерей, весьма ценными являются акты проверок лагерей и их подразделений различными комиссиями, а также справки, подготовленные по жалобам заключенных, поступивших в различные ведомства.

Важнейшим источником предстают литерные дела ИТЛ. Составленные ГУЛАГом в начале 1950-х годов они содержат краткую справку-характеристику и схему расположения лагерей и их подразделений на определенную дату.

Большой интерес представляют акты приема-передачи дел при смене руководства лагерей и ликвидационные балансы, содержащие обширную информацию, позволяющую судить о многих аспектах деятельности ИТЛ.

Особое значение имеет статистика зАетно-распределительного отдела ГУЛАГа, где содержится огромный объем сведений о численности заключенных, их динамике, составе и трудовом использовании. Среди них выделяются объемом статистических данных карточки учета движения заключенных, в которых имеются сведения по каждому лагерю (декадные, месячные, квартальные, полугодовые и годовые) о списочном составе заключенных, их прибытии (из других лагерей, ИТК и тюрем, из бегов и прочих мест) и убытии (в другие лагеря, ИТК и тюрьмы, освобожденных, умерших, бежавших и прочих), а также карточки учета состава лагерного контингента на первое января каждого года, в которых выделяются категории заключенных и их численность по полу, возрасту, срокам осуждения, характеру преступлений, национальности и др. Указанные выше данные имеются по всем исследуемым лагерям и представлены, за редким исключением, за каждый год с 1940 по 1953 годы.

Ряд сведений, характеризующих состояние дел в ИТЛ, содержат документы, отражающие партийно-политическую и культурно-воспитательную работу в лагерях (протоколы партийных конференций, собраний и совещаний, отчеты начальников политотделов управлений и прочее).

Небольшие по своему объему фонды 8360 (ГУЛЛП) и 9407 (ГУЛЖДС) содержат ценные материалы о производственной и финансовой деятельности лагерей, численности, составе и режиме содержания заключенных.

Некоторое представление о кадровом составе ИТЛ дают служебные карточки сотрудников лагерей (в основном начальников управлений), в которых содержатся краткие биографические сведения и их послужной список.

Следует отметить неравномерную отложенность материалов в указанных фондах ГАРФ. Это характерно как для отдельных исправительно-трудовых лагерей, так и некоторых периодов в деятельности ИТЛ. Гораздо богаче пласт источников по лесозаготовительным и железнодорожным лагерям. Значительно меньше материалов по лагерям промышленного строительства. Точно так же больше документов по довоенному, военному периоду и началу 1950-х годов и значительно меньше - по второй половине 1940-х гг.

В Государственном архиве общественно-политических движений и формирований Архангельской области (Ф. 296) среди партийно-политических документов наибольшую ценность представляют стенографические отчеты с заседаний бюро обкома ВКП (б), отчеты руководства ИТЛ и справки по различным направлениям деятельности лагерей.

В Государственном архиве Архангельской области автором диссертационной работы использовались документы, содержащие в статистические данные о численности населения и социально-экономическом развитии области (Ф. 1892).

Большой интерес по исследуемой теме представляет мемуарная литература, которая в значительном количестве была опубликована как в центральной, так и в местной печати. Несмотря на излишнюю эмоциональность и определенную субъективность в оценках, воспоминания жертв политических репрессий и очевидцев лагерной действительности, образное описание ими конкретных сюжетов из жизни исправительно-трудовых лагерей позволяют детализировать и оживить историческое прошлое лагерей. В опубликованных мемуарах содержатся различные сведения по всем действовавшим в регионе лагерям.

Деятельности Каргопольского ИТЛ посвящены мемуары Т.К. Окуневской, Е. Федорова.АА Известная актриса Т.К. Окуневская в своих статьях характеризует не только условия содержания, работы, жизни и быта заключенных, но и, что очень ценно, взаимоотношения между ними, их духовное и моральное состояние, описывает свое участие в лагерной художественной самодеятельности. Жизнь обитателей отдельного лагерного пункта № 2 (комендантского), который располагался в пос. Ерцево, образно и с некоторой долей иронии описывает Е. Федоров.

Редким и ценным по содержанию является жизнеописание красноборского крестьянина И.С. Карпова, в котором он анализирует процесс насильственного раскрестьянивания в деревне, в деталях описывает свой арест в 1937 г. и трехгодичное пребывание в лагерном пункте «Пукса-озеро» Каргопольского ИТЛ. Примерно по такой же схеме и с аналогичным содержанием опубликованы воспоминания других очевидцев.А"*

Большое внимание автором диссертации было уделено работе с периодической печатью, особенно с лагерными многотиражками,АА анализ материалов которых позволил реконструировать и осмыслить многие стороны жизнедеятельности ИТЛ. Следует отметить, что лагерная печать мало чем отличалась от газет, издававшихся в то время в стране. В ней также доминировал трудовой пафос тех лет, заидеологизированность и приукрашивание реальной действительности. Она преследовала главную цель -убедить заключенных в необходимости добросовестного труда на благо советского государства. Что же касается других периодических изданий, то в советский период эта тема была запретной, и она умалчивалась. Во второй половины 1980-х - середине 1990-х годов тема политических репрессий, истории ГУЛАГа и исправительно-трудовых лагерей стала одной из самых

См.: Окуневская Т.К. Татьянин день. //Искусство кино. - 1992, № 8-11; 1994. - № 3-5; 1996 - № 3-4; Федоров Е.Б. Жареный петух. - М, 1992.

Карпов И.С. По волнам житейского моря. /Новое время. - 1992. - № 1.

См.: Красное Знамя (Печатный орган управления Каргопольского ИТЛ). - 1948-1953 гг; За магистраль (Печатный орган управления Северо-Двинского ИТЛ). - 1941-1942 гг.; Сталинская стройка (Печатный орган управления Строительства № 203); Правда Севера. - 1937-2001гг. и др. востребованных и печатаемых на страницах как центральных, так и местных газет и журналов.лл в основном это были публикации, раскрывавшие число жертв политических репрессий, содержавшихся в местах лишения свободы заключенных, деятельность ГУЛАГа и отдельных исправительно-трудовых лагерей. Для них были характерны высокая эмоциональность и обличительный тон.

Научная новизна работы состоит в том, что это первый в стране научный труд как по постановке проблемы, так и по территориальным и хронологическим рамкам, где впервые вычленяется и исследуется региональная сеть исправительно-трудовых лагерей центрального подчинения. Также впервые анализируется численность и состав заключенных определенной совокупности лагерей, что позволяет выявить общее и специфическое в характеристике лагерного контингента, а также соотнести центральную и региональную составляющие. Следует отметить, что многие аспекты исследуемой темы рассматриваются на основе анализа ранее неизвестных и неиспользовавшихся архивных материалов, что позволило ввести в научный оборот целый пласт новых источников, которые являются документальной основой для последующего более глубокого изучения проблемы.

Практическая значимость работы состоит в том, что полученные результаты могут быть применены при создании обобщающих трудов по истории России и региона, истории пенитенциарной системы и органов внутренних дел. Кроме того, фактический материал, обобщения, выводы и оценки диссертации могут быть использованы при разработке учебных пособий, лекционных курсов и спецкурсов по истории Отечества, Европейского и Архангельского Севера, истории пенитенциарной системы страны и региона, а также в музейно-экспозиционной работе.

Некрасов В.Ф. Десять «железных» наркомов. //Комсомольская правда. - 1989. - 29 сентября; Дугин А.Н. ГУЛАГ: открывая архивы. //На боевом посту. - 1989.- 27 декабря; Разгон Л. Плен в своем отечестве. //Новое время. -1991. - № 31; СалтыковЕ. Талаги и ГУЛАГ. //Правда Севера. - 1992. - 25 ноября; Грачевский Ю.М. 01x1. //Северный рабочий. - 1991, - 12, 19, 27 июля, 9, 16, 23 августа; Озол Л. Кто вы жертвы «Березлага». //Вперед. -1989. 14 декабря; Онучко Л. ГУЛАГ на Головке. //Двинская правда. -1994. - 16 ноября и др.

30

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации нашли отражение в брошюре, трех статьях в научных сборниках, изданных Поморским государственным университетом и выступлениях автора на трех региональных конференциях.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованных источников и литературы, приложений.

Заключение диссертации по теме "Отечественная история", Упадышев, Николай Васильевич

Заключение

Изучение отечественной истории показывает, что неотъемлемой составной частью советского тоталитарного государства являлась лагерная система, сыгравшая трагическую роль в жизни миллионов людей и вошедшая в историю Отечества как символ деспотизма, тирании, бесправия и человеческого унижения. Возникшая в 1920-е годы в результате обострения политической борьбы и усиления государственного террора, эта система основывалась на классовом подходе и принципах самоокупаемости - доходы от труда осужденных должны были превышать расходы на их содержание. Важнейшим фактором, обусловившим расширение сети исправительно-трудовых лагерей и применения принудительного труда заключенных, стал переход в конце 1920 - начале 1930-х годов к форсированному варианту индустриализации промышленности и коллективизации сельского хозяйства. Постановлением СНК СССР «Об использовании труда уголовно-заключенных» от 11 июля 1929 года перед ОГПУ была поставлена задача активного использования заключенных в колонизации и освоении малонаселенных и экономически слаборазвитых районов. Это привело к быстрому росту числа исправительно-трудовых лагерей, организационному и структурному оформлению лагерной системы страны. В 1930 г. для руководства исправительно-трудовыми лагерями было создано Управление исправительно-трудовых лагерей ОГПУ, получившее вскоре статус Главного управления. В 1934 году, с образованием Наркомата внутренних дел, все пенитенциарные учреждения, в том числе и ИТЛ, были сосредоточены в его ведении.

Массовый террор, развязанный в 1937-1938 гг., привел к резкому увеличению численности осужденных и числа исправительно-трудовых лагерей. Они распространились практически по всей территории страны. В наибольшей степени ИТЛ концентрировались на Европейской Севере,

Сибири и Дальнем Востоке. К числу регионов, где присутствие ГУЛАГа стало заметным явлением, с полным основанием можно отнести Архангельскую область, на территории которой в 1920-е - 1950-е годы были организованы и функционировали более десяти исправительно-трудовых лагерей различной численности заключенных, производственной специализации и масштабов деятельности.

Необходимость размещения огромного потока заключенных, вызванного политическими репрессиями 1937-1938 годов, обусловило образование на территории Архангельской области в короткий период времени (август 1937-сентябрь 1940 гг.) сразу семи исправительно-трудовых лагерей центрального подчинения. С самого начала они формировались как лагерно-промышленные комплексы, состоявшие из лагерной и производственной структур. С одной стороны, ИТЛ обеспечивали изоляцию осужденных, а с другой, являлись хозяйственными единицами, выполнявшими возложенные на них народнохозяйственные задачи. Они имели различный производственный профиль (лесозаготовительные, сельскохозяйственные, промышленного и железнодорожного строительства). Но, несмотря на это, все они формировались как хозяйственные системы одного типа - во многом, автономные и самодостаточные, имевшие в своей структуре, кроме основного производства, различного рода вспомогательные и подсобные предприятия (автотранспортные, ремонтные, пошивочные, сельскохозяйственные и др.). Лагерные подразделения оказались разбросанными по всей территории Архангельской области. Исключение составили лишь наиболее трудно доступные северо-восточные районы. Тем самым в сферу влияния лагерей попала значительная часть территории области.

В 1939 - 1945 гг. сеть исправительно-трудовых лагерей по своему удельному весу не только заметно превосходила другие виды пенитенциарных учреждений области (тюрьмы, колонии), но и занимала весомое место во всей лагерной системе страны. В это время Архангельская область оказалась одним

ИЗ немногих регионов, где наблюдался высокий уровень концентрации ИТЛ и содержавшихся в них заключенных, которые играли заметную роль в социально-экономическом развитии региона. Уже в 1938 г. лесозаготовительными лагерями было заготовлено более четверти объема лесозаготовок области, до 1942 г. этот уровень сохранился. Наряду с лесозаготовительными, на полную мощь в это время работали Ягринский и Архангельский ИТЛ, заключенные которых выполняли большой объем строительно-монтажных работ. К 1941 г. в полной мере развернул деятельность Северо-Двинский ИТЛ, занимавшийся сооружением железной дороги Коноша-Котлас. С большой нагрузкой функционировал Котласский отдел.

Пик в функционировании лагерной сети области пришелся на 1940-1941 гг., что подтверждается и количеством одновременно действовавших исправительно-трудовых лагерей (семь), и объемом выполняемых ими работ, и численностью содержавшихся в них заключенных.

По численности лагерного контингента действовавшие в регионе лагеря представляли собой средние и мелкие, по меркам ГУЛАГа, лагерные образования, наиболее крупными из которых, в пору их наивысшего развития, являлись Каргопольский, Ягринский и Северо-Двинский ИТЛ. Наибольшая численность осужденных, содержавшихся в архангельских лагерях, была в 1939-1942 гг., а наибольший удельный вес в лагерном контингенте ГУЛАГа пришелся на 1939-1945 гг. Он колебался от 5,36 % (на 1 января 1945 г.) до 8,72 % (на 1 января 1942 г.).ллл

Великая Отечественная война привела к свертыванию лагерной системы страны. Прежде всего, это выразилось в значительном сокращении в годы войны количества ИТЛ и численности лагерных заключенных, что было вызвано призывом части осужденных в ряды Красной Армии и резким повышением среди них смертности. В полной мере это затронуло сеть исправительно-трудовых лагерей Архангельской области. В 1942 г. были ликвидированы Онежский, Кулойский и созданный на его базе Березниковский лесозаготовительные лагеря. По мере выполнения основного объема работ на порученных объектах постепенно сворачивалась деятельность исправительно-трудовых лагерей промышленного и железнодорожного строительства. В 1944 г. был закрыт Архбумлаг, в 1945 г. - Котласский сельскохозяйственного ИТ Л, в 1946 г. - Севере-Двинский ИТЛ. В этом же году Ягринский ИТЛ из центрального подчинения был передан в ведение УМВД по Архангельской области.

Таким образом, к 1947 г. на территории Архангельской области продолжал функционировать только один лагерь центрального подчинения -Каргопольский ИТЛ. С образованием Котласского сельскохозяйственного лагерного отделения (1949 г.) и Строительства 510 и ИТЛ (1951 г.) начался процесс возрождения сети исправительно-трудовых лагерей в регионе. Однако события, последовавшие вскоре после смерти И.В. Сталина, коренным образом изменили ситуацию и положили начало процессу деформирования лагерной системы страны.

Лагерный контингент различался по многим параметрам: по полу, возрасту, характеру преступлений, срокам осуждения, национальности, трудоспособности и трудовому использованию. На этой основе все заключенные классифицировались на разного рода категории и группы, соотношение которых не было постоянной величиной. Оно менялось в разные годы и различалось в зависимости от производственного профиля ИТЛ. В лесозаготовительных ИТЛ в наибольшей степени были представлены заключенные, осужденные за контрреволюционные преступления и на более длительные сроки, а также более пожилые и менее физически здоровые контингенты. В лагерях промышленного и железнодорожного строительства (Ягринлаг, Архбумлаг, Севдвинлаг), в период проведения основного объема работ, содержался более качественный, по меркам ГУЛАГа, лагерный контингент. Он был моложе и физически более здоровый (трудоспособный).

В нем также меньшим был удельный вес политических заключенных. При этом в лесозаготовительных ИТЛ, за все время их функционирования, удельный вес осужденных за контрреволюционные преступления превышал средний показатель по ГУЛАГу. В исправительно-трудовых лагерях промышленного и железнодорожного строительства, наоборот, он был всегда ниже среднего показателя. По мере завершения основных строительных работ и сокращения численности лагерного контингента, состав заключенных ИТЛ промышленного и железнодорожного профиля по многим параметрам ухудшался и приближался к показателям, характерным для лесозаготовительных лагерей.

Различия в составе заключенных разных ИТЛ были обусловлены, в основном, действовавшей в то время системой комплектования исправительно-трудовых лагерей. В ГУЛАГе всегда существовали нормативные документы, которые определяли порядок распределения осужденных по исправительно-трудовым лагерям. Это были директивы НКВД-МВД СССР, предписывавшие или наоборот запрещавшие направлять те или иные категории заключенных в определенные лагеря.

Вместе с тем, следует отметить, что изменения не только состава, но и численности лагерного контингента в каждом конкретном исправительно-трудовом лагере были обусловлены рядом других факторов. Во-первых, на динамику численности и состав заключенных непосредственное влияние оказывали предпринимаемые государством политические акции и меры, направленные на укрепление правопорядка. К примеру, массовые репрессии 1937-1938 гг. не только резко увеличили поток осужденных, но значительно изменили его состав. Прежде всего, произошел рост удельного веса заключенных, осужденных за контрреволюционные преступления. В свою очередь, Указы от 4 июня 1947 г. привели не только к снижению процента политических заключенных, но и к увеличению в составе лагерного контингента удельного веса женщин и заключенных, осужденных на более длительные сроки наказания.

X Во-вторых, численность и состав заключенных менялся в результате происходивших в стране событий. В этом смысле, важнейшее значение имела Великая Отечественная война, которая привела к существенному сокращению численности лагерного контингента и изменению его состава. В годы войны в составе осужденных сократился удельный вес мужчин, ухудшилось физическое состояние заключенных, их трудоспособность и трудовое использование, возрос уровень смертности среди них. В результате амнистии, проведенной в связи со смертью И.В. Сталина, также произошло сокращение численности лагерного контингента.

Заключенные, жестоко эксплуатируясь и отбывая срок наказания в ужасных социально-бытовых условиях, были поставлены на грань физического выживания и морального уничтожения. Особенно в тяжелом положении находились заключенные, осужденные по 58-й статье. Как «враги народа» они притеснялись и администрацией лагерей, и уголовниками. Многие из заключенных не выдерживали таких условий существования. Они умирали или становились инвалидами. Все это в полной мере было характерно и для архангельских лагерей, которые являлись одними из островков «Архипелага ГУЛАГ».

Завезенные в принудительном порядке со всех концов страны лагерные заключенные внесли существенный вклад в индустриализацию и экономическое освоение Архангельской области. В конце 1930-х - первой половине 1940-х годов при их непосредственном участии были построены крупнейшие промышленные объекты (завод № 402, Архангельский ЦБК, целлюлозные заводы № 1, 2, 5, железнодорожная линия Коноша-Котлас), которые до сих пор играют ведущую роль в экономике области. Лесные ИТ Л являлись крупнейшими заготовителями деловой древесины и дров. Кроме этого, заключенные во всех лагерях занимались производством сельскохозяйственной продукции и товаров широкого потребления. Они принимали активное участие в развитии социальной инфраструктуры районов. на территории которых дислоцировались лагерные подразделения. Труд заключенных, на договорной основе, широко использовался на предприятиях различных отраслей народного хозяйства области. Вместе с тем, признавая весомый вклад лагерных заключенных в социально-экономическом развитии региона, следует отметить, что цена этого вклада была несоизмеримо велика -это непосильный труд, унижения и гибель многих людей, значительная часть которых была ни в чем не повинна и стала жертвой борьбы против инакомыслия и политических репрессий, развязанных сталинским руководством.

Перенасыщенность области лагерным контингентом имела для нее негативные последствия. Многие из заключенных после освобождения осели в местах дислокации лагерных подразделений, что значительно повысило их удельный вес среди местного населения. Это, в свою очередь, существенно отразилось на социокультурных и демографических процессах, происходивших в регионе. Лагерный жаргон, привычки и традиции неуклонно проникают в культуру и образ жизни северян. Передаваясь из поколения в поколение, они разрушают вековые устои поморского уклада жизни. Особенно подверженной традициям уголовно-преступного мира оказалась молодежь. В значительной степени наследием лагерной системы объясняется существование многих пороков нынешней действительности, таких как рабская психология, неумение, а порой и нежелание хорошо работать, пьянство, сквернословие, неуважение человеческого достоинства, высокий уровень преступности.

Тяжелые для области социально-экологические последствия имела деятельность лесозаготовительных лагерей. Массовая, беспорядочная вырубка леса на больших площадях повлекла за собой высыхание рек и озер, гибель местной флоры и фауны и нарушение природного баланса. После закрытия или передислокации лагерных подразделений и ИТЛ оставались брошенными поселки и проживающие в них люди, в основном пожилого возраста, которым некуда было уезжать.

181

Таким образом, действовавшие в Архангельской области в 1937-1953 годах исправительно-трудовые лагеря стали важнейшим фактором индустриализации и социально-экономического развития региона. Они также были мошным инструментом в руках государства в осуществлении принудительной колонизации и насильственной миграции людей. Последствия такой политики до сих пор проявляются в различных сферах жизни области.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Упадышев, Николай Васильевич, 2002 год

1. ГУЛАГ в Карелии: Сб. документов и материалов. 1930-194L Сост. А.Ю. Жуков и др. Петрозаводск.: КНЦ РАН, 1992. - 225 с.

2. ГУЛАГ: Главное управление лагерей. 1918-1960. Под ред. акад.

3. A.Н. Яковлева; сост. A.M. Кокурин, Н.В. Петров. М.: МФД, 2000.- 888 с.

4. Дугин А.Н. Неизвестный ГУЛАГ: Документы и факты. М.: Наука, 1999. - 103 с.

5. Лаврентий Берия. 1953 г. Стенограмма июльского пленума ЦК КПСС и другие документы. Под ред. А.Н. Яковлева; сост. В. Наумов, Ю. Сигачев. -М.: МФД, 1999.-512 с.

6. Лосев n.M., Рагулин Г.М. Сборник нормативных актов по советскому исправительно-трудовому праву (1917-1959 гг.). М.: Госюриздат, 1959. - 360 с.

7. Материалы по народно-хозяйственному плану Архангельской области на 1939 г. Архангельск: Сев-Зап. кн. изд., 1939. - 45 с.

8. Показания Ежова. Из архивно-следственного дела № 21449. //Воля. Журнал узников тоталитарных систем. 1994. - № 2-3. С. 87-100.

9. Приказы НКВД СССР, 1934-1941 гг.: каталог рассекреченных документов Государственного Архива Российской Федерации. Под ред.

10. B. А. Козлова, СВ. Мироненко. Новосибирск.: Сиб. Хронограф, 1999. - 505 с.

11. Репрессии в Архангельске: 1937-1938. Документы и материалы. /Общ. ред. и вступ. статья P.A. Ханталина. Архангельск.: Изд-во Поморского государственного университета, 1999. - 272 с.

12. Сборник законодательных и нормативных актов о репрессиях и реабилитации жертв политических репрессий. М.: Республика, 1993. 223 с.

13. И. Сборник нормативных актов по советскому исправительно-трудовому праву (1917-1959). М.: Госюриздат, 1959. - 356 с.12. 40-50-е годы: последствия депортации народов. (Свидетельствуют архивы НКВД-МВД СССР). //История СССР. 1992. - № 1. - С. 122-143.

14. Экономика ГУЛАГа и ее роль в развитии страны 1930-е годы. Сб. документов. Сост. д. и. н., профессор М.И. Хлусов. М.: Ит-т рос. Истории РАН, 1998. - 171 с.

15. Архивные источники: Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ):

16. Фонд 8360. Главное управление лагерей лесной промыпшенности. Он. 1. ДД. 2, 3, 14, 15, 20, 22, 23, 35, 46; Оп. 2. Д. 1; Оп. 4. Д. 102.

17. Фонд 9401. Оп. 1-а. Сборники приказов, директив и циркуляров ОГПУ-НКВД-МВД СССР. ДД. 15, 16, 20, 22, 37, 39, 55-60, 89, 93, 110,111, 114, 117, 118,132, 164, 177, 182, 183, 185, 197, 215, 237, 254, 255, 257, 260, 509, 544.

18. Служебные карточки сотрудников исправительно-трудовых лагерей.

19. Государственный архив общественно-политических движений и формирований Архангельской области (ГАОПДФ АО):

20. Государственный архив Архангельской области (ГА АО):

21. Фонд 1892. Статистика Архангельской области. Оп. 9. ДД. 113, 114; Оп. 12. ДД.3,4, 7-10, 57, 59, 80, 95,96, 99-102, 105, 109-111, 115, 126.1. Справочная литература:

22. Лубянка. ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1960. Справочник. Составление, введение и примечания А.И. Кокурина,

23. Н.В. Петрова. Научный редактор Р.Г. Пихоя. М.: Издание МФД, 1997. -352 с.

24. Росси Ж. Справочник по ГУЛАГу. М.: Просвет, 1991. - Ч. 1, 2.

25. Система исправительно-трудовых лагерей в СССР, 1923-1960: Справочник. /О-во «Мемориал», ГАРФ. Сост. М.Б. Смирнов. Под ред. Н.Г. Охотина, А.Б. Рогинского. М.: Звенья, 1998. - 600 с.

26. Материалы периодической печати:

27. Аргументы и Факты: 1988-2001.

28. Белый пароход: 1994, 1995.

29. Большевистская мысль: 1937, 1938.

30. Вельские вести: 1995-1996.5. Вперед: 1989-1990.

31. Двинская правда: 1989-2001.

32. За магистраль (Печатный орган Северо-Двинского ИТ Л): 1941 г.8. Знамя: 1989-2001.9. Каргополье: 1991-1992.

33. Литературная газета: 1989-2001.11. Коммунист: 1989-1990.

34. Красное Знамя (Печатный орган Каргопольского ИТЛ): 1948-1953 гг.

35. Московские новости: 1988-2001.

36. Пинежская правда: 1990-1991.15. Пинежье: 1999-2001.

37. Плесецкие новости: 1991-1993.17. Правда: 1937-1953.

38. Правда Севера: 1989-2001 гг.19. Север: 1991 1992.

39. Северный комсомолец: 1989-2001 гг.

40. Сталинская стройка (Печатный орган Строительства 203): 1939-1941 гг.1. Мемуарные источники:

41. Булгаков М. По сталинским местам //Охота и охотничье хозяйство. -1994. № 2. - С. 28-32.

42. Дашцэрэн Б. Тень бронзового монумента //Новое время.-1989. № 4. -С. 36-37.

43. Евстюничев А.П. Наказание без преступления: воспоминания бывшего политзаключенного.- Сыктывкар.: Мемориал, 1995. 283 с.

44. Окуневская Т. Татьянин день //Искусство кино.-1992.- № 8 11, 1994.3.5.

45. Правда о Гулаге: свидетельствуют очевидцы. Сост. A.M. Меситов, A.A. Москалева. Тула.: Приок. Кн. изд-во, 1991. - 284 с.

46. Пузырев М.Д. Польские спецпоселенцы в Архангельских лагерях в предвоенные годы. //Поляки в России: история ссылки и депортации. Тезисы докладов и материалы. СПб.: Copyriqht by Polskie Towarzystwo Historyczne w Sankt Petersburqu, 1995. - C. - 30-31.

47. Солженицын A. Архипелаг ГУЛАГ. Владивосток, 1990. - Т. 1. 1991.1. Т. 2,3.

48. Федоров Е.Б. Жареный петух. М.: МП «Итларь», 1992. - 250 с.

49. Федоров Е. Одиссея //Новый мир.-1994. № 5. - С. 6-99.

50. Чирков Ю.И. А было все так. М.: Политиздат, 1991. - 382 с.

51. Шаламов В. Левый берег: рассказы. М.:«Современник», 1989.-558 с.1. Литература:

52. Абрамкин В.Ф., Чеснокова В.Ф. Тюремный мир глазами политзаключенных. 1940 1980-е годы. - М.: «Муравей», 1998. - 377 с.

53. Авторханов А. Загадка смерти Сталина: заговор Берия. М.: Изд-во Сов. - Брит. совм. предприятия «Слово»: центр «Новый мир», 1992. - 140 с.

54. Аксютин Ю.Н. С. Хрущев: «Мы должны сказать правду о культе личности». /Никита Сергеевич Хрущев: Материалы к биографии. /Сост. Ю.В. Аксютин. М.: Политиздат, 1989. - С. 32-43.

55. Анохин Г. Белые пятна на карте ГУЛАГа //Столица. 1991. - № 31-32.

56. Арендт X. Истоки тоталитаризма. Перевод с англ. М.: «Центр Ком», 1996-672 с.

57. Арон Р. Демократия и тоталитаризм. М.: Текст: Лит. изд. Студия «Риф», 1993.-301 с.

58. Архипелаг ГУЛАГ. //Северодвинск. Испытание на прочность. Очерки. Воспоминания. Исследования. Северодвинск: Изд-во «Правда Севера», 1998. -С. 197-245.

59. Бакунин A.B. История советского тоталитаризма. Кн. 2. Апогей. -Екатеринбург.: Банк культ, информ, 1997. 224с.

60. Балова М.Б. Предпосылки и особенности развития военного кораблестроения на Европейском Севере России в 1920-1950-е годы. Дисс. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук. Архангельск, 2001. - 208 с.

61. Бацаев И.Д. Колымская гряда архипелага ГУЛАГ (заключенные). /Исторические аспекты Северо-Востока России: экономика, образование, Колымский ГУЛАГ. Магадан.: СКВНИИ, 1996. - С. 46-72.

62. Безбородова И.В. Иностранные военнопленные и интернированные в СССР: из истории деятельности Управления по делам военнопленных и интернированных РЖВД-МВД СССР в послевоенный период (1945-1953 гг.) //Отечественная история. 1997. - № 5. - С. 165- 174.

63. Бейкер К., Гиппенрейтер Ю.Б. Влияние сталинских репрессий конца 30-х годов на жизнь семей в трех поколениях //Вопросы психологии. 1995. -V №2.

64. Бердинских В.А. Вятлаг. Уч. пособие. Киров.: Киров, кн. изд-во, 1998.-317 с.

65. Бикметов P.C. Спецконтингент в угольной промышленности Кузбасса в 1930-е сер. 1950-х гг. - Дисс. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук. -Кемерово, 2000. - 337 с.

66. Бордюгов Г.А. Великая Отечественная: подвиг и обманутые надежды //История отечества: люди, идеи, решения. Очерки истории Советского государства/Сост. В. А. Козлов.-М.: Политиздат, 1991. С. 257-284.

67. Бордюгов Г.А., Козлов В. А. История и конъюнктура: Субъективные заметки об истории советского общества. М.: Политиздат, 1992. - 352 с.

68. Борисов Ю.С., Голубев A.B. Политическая реабилитация в СССР (1950-1960 гг.) в освещении западной историографии. //Отечественная история. 1992. - № 5. - С. 205-209.

69. Борисов Ю.С., Курицын В.М., Хван Ю.С. Политическая система конца 20-30-х годов. О Сталине и сталинизме. /Историки спорят. 13 бесед. Под общ. ред. B.C. Лельчука. М.: Политиздат, 1988. - С. 228-303.

70. Ваксберг А.И. Нераскрытые тайны: репрессии 30 50-х гг. в СССР. -М.: Изд-во Агентства Печати Новости, 1993. - 300 с.

71. Ваксберг А.И. Царица доказательств. Вышинский и его жертвы. -М.: А/О «Книга и бизнес», 1992. 349 с.

72. Верт Н. История советского государства. 1900-1991: Пер. с фр. -М.: Прогресс: Прогресс-Академия, 1992. 480 с.

73. Власть и общество в СССР: политика репрессий (20 40-е гг.). Сб. ст. под ред. Дмитренко В.П. - М.: Инст. Рос. истории РАН, 1999. - 358 с.

74. Волкогонов Д. Триумф и трагедия. М.: Изд-во Агенства Печати Новости, 1989.-Кн. 1,2.

75. Воронцов C A. Правоохранительные органы и спецслужбы Российской Федерации: история и современность. Под ред. СВ. Степашина. -Ростов н/Д.: «Феникс», 1999. 701 с.

76. Вышинский А.Я. Подрывная работа разведок капиталистических стран и их троцкистко-бухаринской агентуры. М.: ОГИЗ «Политическая литература, 1938. - 32 с.

77. Гвоздкова Л.И. История репрессий и сталинских лагерей в Кузбассе. -Кемерово: Кузбассвузиздат, 1997. 516 с.

78. Гвоздкова Л.И. Сталинские лагеря на территории Кузбасса (30 40-е гг.). - Кемерово: Кузбассвузиздат, 1994. - 273 с.

79. Геллер М., Некрич А. Утопия у власти. М.: МИК, 2000. - 855 с.

80. Геллер М. Машина и винтики: история формирования советского человека. М.: МИК, 1994. 335 с.

81. Гернет М.Н. Преступность за границей и в СССР. М.: Огиз -«Советское законодательство», 1931. - 186 с.

82. Гиляров Е.М., Михайличенко A.B. Становление и развитие ИТУ советского государства (1917-1925 гг.). Домодедово.: Всесоюзный ин-т повышения квалификации руководящих работников ИТУ, 1990. - 83 с.

83. Гинцберг Л.И. По страницам «особых папок» политбюро ЦК ВКП (б). //Вопросы истории.-1996. № 8. - С. 16 - 30.

84. Гинзбург Е.С. Крутой маршрут: хроника времен культа личности. -М.: «Книга», 1991. 734 с.

85. Глазов H.A. Правило «хорошего» ГУЛАГа: из воспоминаний врача. //Экономика и организация промышленного производства. 1991. - № 4.-С. 197-206.

86. Голдин В.И. Спецслужбы: тайная история России и международных отношений в XX веке: поиски концептуального видения. /XII Ломоносовские чтения: Сборник научных трудов. Архангельск: Поморский госуниверситет, 2000.-С. 45-51.

87. Горинов М.М., Дощенко E.H. 30-е годы /История Отечества: люди, идеи, решения. Очерки истории Советского государства. /Сост. В.А. Козлов. -М.: Политиздат, 1991. С. 165-217.

88. Горчева А.Ю. Пресса ГУЛАГа (1918-1955 гг.). М.: Изд-во Моск. ун-та, 1996. - 143 с.

89. ГУЛАГ: его строители, обитатели и герои. Под. ред. Добровольского И.В. Франкфурт/Москва.: МОПЧ, 1996. - 456 с,

90. ГУЛАГ на Севере: воспоминания, письма, стихи, документальные материалы (Архангельская область). Сост. М.В. Буторин, А.В. Сметании. -Архангельск. -1991. 31 с.

91. ГУЛАГ на Севере и его последствия (по материалам научно-практической конференции). Архангельск: Арх. обл. орг. «Совесть», Арх. обл. краев, музей, 1992. - 29 с.

92. Даринский А.В. География сталинских лагерей в России //География в школе. 1992. - № 1. - С. 22-23.

93. Двадцать четыре года ВЧК-ОГПУ-НКВД. М.: Изд-во ШВД СССР, 1941.-45 с.

94. Десталинизация сознания: проблемы и перспективы. Тезисы докладов межреспубликанской НПК 12-17 июля 1989.-Архангельск, Соловки: АГПИ, 1989.- 90 с.

95. Детков М.Г. Содержание карательной политики советского государства и ее реализация при исполнении уголовного наказания в виде лишения свободы в 30 50-е годы: Монография. - Домодедово: РИПК работников МВД России, 1992. - 156 с.

96. Дубровина И.А. Котласская пересылка в нач. 30-х гг. XX в. //Проблемы истории репрессивной политики на Европейском Севере России (1917-1956 гг.). Всероссийская научи, конф. Тезисы докладов. Сыктывкар.: Сыктывкарский госуниверситет, 1993. - С. 20-23.

97. Дубровина И.А. Котлас как пересыльный пункт массовой ссылки поляков //Поляки в России: история ссылки и депортации. Тезисы докладов и материалы. - СПб.: Copyright by Polskie Towarzystwo Historyczne w Sankt Petersburgu, 1995. - C. 13-14.

98. Дугин А.Н. Говорят архивы: неизвестные страницы ГУЛАГа. //Социально-политические науки. 1990. - № 7. - С. 90-101.

99. Дьяков Ю.Л. Развитие транспортно-дорожной сети СССР в 1941-1945 гг. М.: Институт российской истории РАН, 1997. - С. 189-240.

100. Жиромская В.Б. Всесоюзная перепись населения 1939 года. Основные итоги. Россия. СПб.: Рус.-балт. информ. центр «Блиц», 1999. - 207 с.

101. Жиромская В.Б. и др. Полвека под грифом «секретно»: Всесоюзная перепись населения 1937 г. М.: «Наука», 1996. - 150 с.

102. Заковский Л. Шпионов, диверсантов и вредителей уничтожим до конца, М.: Огиз- «Советское законодательство», 1937. - 45 с.

103. Зевелев А.И. Истоки сталинизма: Учебное пособие для вузов по спец. «История». М.: Высш. шк., 1990. - 110 с.

104. Земсков В.Н. ГУЛАГ, где ковалась победа. //Родина. 1991. № 6-7.-С. 69-70.

105. Земсков В.Н. ГУЛАГ: историко-социо логический аспект. //Социологические исследования. 1991. - № 6. - С. 10-27; № 7. - С. 3-16.

106. Земсков В.Н. Заключенные, спецпоселенцы, ссыльнопоселенцы, ссыльные и высланные. (Статистико-географический аспект). //История СССР. 1991.-№5.-С. 151-155.

107. Земсков В.Н. Заключенные в 1930-е годы: социально-демографические проблемы. //Отечественная история. 1997. - № 4. - С. 54- 79.

108. Земсков В.Н. К вопросу о масштабах репрессий в СССР. //Социологические исследования. 1995. - № 5. - С. 118-127.

109. Зубкова Е.Ю. Общество и реформы. 1945-1964 гг. М.: Изд. центр «Россия молодая», 1993. - 198 с.

110. Зубкова Е.Ю. Послевоенное советское общество: политика и повседневность. 1945-1953 гг. М.: РОССПЭН, 2000. - 229 с.

111. Зубкова Е.Ю. После войны: Маленков, Хрущев и «оттепель». //История Отечества: люди, идеи, рещения. Очерки истории Советского государства. /Сост. В. А. Козлов. М: Политиздат, 1991. - С. 284-321.

112. Иванов В.А. Механизм массовых репрессий в советской России в конце 20-х 40-х гг. (на материалах Северо-Запада РСФСР). - Автореферат дисс. на соиск. уч. степ. д. ист. н. - СПб.: «ЛИСС», 1998. - 56 с.

113. Иванов В.А. Миссия ордена: механизм массовых репрессий в Советской России в конце 20-х 40-х гг. (на материалах Северо-Запада РСФСР). - СПб.: «ЛИСС», 1997. - 461 с.

114. Иванова Г. М. ГУЛАГ в системе тоталитарного государства. -М.: ЗАО «Первый печ. двор», 1997. 227 С.

115. Иванова Г.М. ГУЛАГ как социальный феномен советского общества. /Социальные реформы в России: теория и практика. М. - 1995. - С. 35-50.

116. Ивашов Л., Емелин А. ГУЛАГ в годы Великой Отечественной войны. //Военно-исторический журнал. 1991. - № 1. - С. 14-24.

117. Игрицкий Ю.И. Концепция тоталитаризма: уроки многолетних дискуссий на Западе. //Отечественная история. 1990. - № 6. - С. 172-188.

118. Игрицкий Ю.И. Предисловие. //Сталин и сталинизм (Зарубежная литература). Вып. 1. Реферативный сборник. М.: АН СССР, 1991. - С. 6-14.

119. Ильин В. И. Город концлагерь: социальная стратификация гулаговской Воркуты (1930 - 50-е годы). //Стратификация в России: история и современность. Сборник научных трудов. - Сыктывкар.: Сыктывкарский госуниверситет, 1999. - С. 44-71.

120. Исаев М. Основы пенитенциарной политики. М.-Л.: Огиз-«Советское законодательство», 1927. - 196 с.

121. Исаков В.М. Правовое регулирование режима отбывания наказания в ИТЛ в период Великой Отечественной войны и в послевоенные годы. 19411956 гг. Дисс. на соиск. уч. степ. к. юрид. н. М, 1997. - 221 с.

122. История индустриализации Северного района. Архангельск: Сев.-Зап. кн. изд., 1970. - 670 с.

123. История России. XX век /А.Н. Боханов, М.М. Горинов,

124. B. П. Дмитренко и др.-М.: ООО «Фирма «Издательство АСТ», 1999.- 608 с.

125. История и сталинизм. (Сб. статей). Сост. А.Н. Мерцалов. -М.: Политиздат, 1991. 446 с.

126. Канева А.Н. Ухтпечлаг //Звенья. Исторический альманах. Вып 1. -М, 1991.-С. 331-354.

127. Кириллов В.М. История репрессий на Урале 1920-е начало 50-х гг. (На материалах Нижнетагильского региона). - Дисс. на соиск. уч. степ. докт. ист. наук. Н. Тагил, 1996. - 308 с.

128. Ковальченко И.Д. Теоретико-методологические проблемы исторических исследований. //Новая и новейшая история. 1995. - № 1.1. C. 3-33.

129. Кокурин А., Петров Н. ГУЛАГ: структура и кадры. //Свободная мысль-ХХ1. 1999. - № 8, 9, 11, 12; 2000. - № 1-3, 5, 6; Кокурин А., Моруков Ю. -№7-12; 2001 .-№ 1,3-7, 9-12.

130. Коломийцев В. Ф. Методология истории (от источника к исследованию). М.: РОССИЕЙ, 2001.- 190 с.

131. Конквест Р. Большой террор. Рига: Ракстниекс, 1991. - Т. 1,2.

132. Коэн С. Бухарин: политическая биография. 1888-1938. М.: Прогресс, 1988.-407 с.

133. Кузнецов И.Н. Массовые репрессии на территории Западной Сибири в 1930-е годы и реабилитация жертв террора. Дисс. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук. Томск: ТГУ, 1992. - 294 с.

134. Кузнецова Н.Ф. Вопросы истории советского уголовного законодательства, (общая часть). //Вестник МГУ. Сер. 11. Право. 1991. - № 6. -С. 44-52.

135. Кузьмин С. Лагерники: ГУЛАГ без ретуши. //Молодая гвардия. 1993. - № 3. - С. 144-168; № 5-6. - С. 160-189.

136. Кустышев А.Н. Подневольный труд в Ухто-Ижемском лагере НКВД-МВД СССР при освоении недр Коми АССР в 1938-1955 гг. Автореферат к дисс. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук. Сыктывкар: Ухтинский гос. техн. ут-т, 2000. - 23 с.

137. Лаптев Г.Н. К вопросу о роли ГУЛАГа в социально-экономическом развитии Европейского Севера РСФСР. /Европейский Север: история и современность. Тезисы докладов. Петрозаводск: КНЦ АН СССР, 1990. -С. 73-74.

138. Лесозаготовки и сплав. Архангельск: Арх. кн. изд., 1957. - 76 с.

139. Лихоманов И.В. Принудительный труд в годы революции. //Экономика и организация промышленного производства. 1992. - № 1. -С. 113-125.

140. Лукин Ю.Ф. Из истории сопротивления тоталитаризму в СССР (20 80-е годы). - М.: Изд-во МГУ, 1992. - 204 с.

141. Максимова Н.А. Лагеря и индустриальное освоение Севера: на примере Республики Коми //Вестник Сыктывкарского университета. 1997. -Сер. 8. - Вып. 2. - С. 70-79.

142. Максудов СО публикациях в журнале «Социс». //Социологические исследования. 1995. - № 9. - С. 114-118.

143. Максудов М. Потери населения СССР в 1918-1958 гг. /СССР: внутренние противоречия. Вып. П. Нью-Йорк. - 1984. - С. 156-242.

144. Маламуд Г. Я. Заключенные, трудмобилизованные НКВД и спецпоселенцы на Урале в 1940 нач. 1950-х гг. - Дисс. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук. - Екатеринбург, 1998. - 201 с.

145. Маслов Н.Н. Идеология сталинизма: история утверждения и сухцность (1929-1956). М.: Знание, 1990. - 63 с.

146. Митин В.А. Вайгачская экспедиция ОГПУ (1930-1935 гг.). /Проблемы истории репрессивной политики на Европейском Севере России (1917-1956 гг.). Тезисы докладов. Сыктывкар.: Сыктывкарский госуниверситет, 1993. -С. 59-62.

147. Мить A.A. Численность и состав заключенных Сибирского исправительно-трудового лагеря. 1942-1960 гг. Дисс. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук. - Кемерово, 1997. - 245 с.

148. Морозов H.A. ГУЛАГ в Коми крае. 1929-1956. Сыктывкар.: СГУ, 1997.- 190 с.

149. Морозов H.A., Рогачев М.Б. ГУЛАГ в Коми АССР. (20 50-е гг.). //Отечественная история. - 1995. - № 2. - С. 182-187.

150. Морозов H.A. Особые лагеря МВД СССР и Коми АССР (1948-1954 годы).- Сыктывкар: СГУ, 1998. 156 с.

151. Морозов H.A. и др. Польские граждане в лагерях Коми АССР (19391941) //Поляки в России: история ссылки и депортации : Тез. докл. и мат-лы. -СПб.: Copyriqht by Polskie Towarzystwo Historyczne w Sankt Petersbyurqu, 1995.-C. 23-25.

152. Наринский A. Учет на стройках ГУЛАГа. //Бухгалтерский учет.-1992.- № 11.-С. 6-8.

153. Некрасов В.Ф. Тринадцать «железных» наркомов: история НКВД-МВД от A.M. Рыкова до H.A. Щелокова, 1917-1982. М.: Версы: Гос. фирма «Полиграфресурсы», 1995. - 412 с,

154. Нива Ж, Человек и ГУЛАГ, /СССР: внутренние противоречия, Т, 16, Нью-Йорк, - 1986, - С, 175-224,

155. Общая теория статистики, М,: Финансы и статистика, 1995, - 295 с.

156. Оппоков В., Попов Б. Нарком НКВД Берия. /Герои и антигерои Отечества. Сост. В.М. Забродин. М.: «Информэкспресс»-«Российская газета»-«Практика», 1992. - С. 360-396.

157. Органы и войска МВД России: краткий исторический очерк. -М.: Объединенная редакция МВД России, 1996. 462 с.

158. Осмыслить культ Сталина. М.: Прогресс, 1989. - 656 с.

159. Павлова И.В. Механизм власти и строительство сталинского социализма. Новосибирск.: Изд-во Сиб. отд-ния РАН, 2001. - 459 с.

160. Панков С.А. Сталинский террор в Сибири. 1928-1941 гг. -Новосибирск.: Изд-во Сиб. отд-ния РАН, 1997. 271 с.

161. Панков С. А. Репрессивная политика Советского государства в Сибири (1928-июнь 1941 г.). Дисс. на соиск. уч. степ. докт. ист. наук. -Новосибирск, 2000. - 491 с.

162. ПО. Пихоя Р.Г. Советский Союз: история власти. 1945-1991 гг. 2-е изд., испр. и доп. Новосибирск.: Сиб. хронограф, 2000. - 680 с.

163. Покаяние: Мартиролог. Сыктывкар.: Коми книжное издательство, 1998-2001.-Т. 1-4.

164. Политические репрессии в России. XX в.: Материалы региональной научной конференции. 7-8 декабря 2000 г. Сыктывкар.: Сыктывкарский госуниверситет. - 2001. - 255 с.

165. Поляков Ю.А. Воздействие государства на демографические процессы в СССР (1920-1930-е годы). //Вопросы истории. 1995. - № 3. -С. 122-128.

166. Поморский мемориал: Книга памяти жертв политических репрессий. /Отв. ред. Ю. М. Шперлинг. Архангельск: Издательство Поморского госуниверситета, 1999. - Т. 1.; 2001. - Т. 2, 3.

167. Попов В.П. Государственный террор в советской России. 1923-1953 гг. (Источники и их интерпретация). //Отечественные архивы.-1992. № 2. -С. 20-31.

168. Попов Г., Афанасьев Ю., Померанц Г. Мамин вопрос. //Век XX и мир.- 1989.-№3.

169. Разгон Л. Плен в своем отечестве. //Новое время. 1991. - № 31. -С. 30-35.

170. Рассказов Л.П., Упоров И.В. Использование и правовое регулирование труда осужденных в российской истории. Краснодар.: М-во внутр. дел Рос. Федерации. Краснодар, юрид. ин-т, 1998. - 166 с.

171. Романов С. Архипелаг ГУЛАГ: попытка картографирования. //Карта (Рязань). 1996. - № 10-11. - С. 62-123.

172. Славко Т. И. Математико-статистические методы в историческом исследовании. М.: Наука, 1981. - 158 с.

173. Смолина А. Котлас лаг. /Котлас: очерки истории.-Архангельск.: Изд-во «Правда Севера», 2001. С. 49-60.

174. Солоневич И. Россия в концлагере. М.: Изд-во журн. «Москва»: Астра семь, 1999. - 552 с.

175. Сопротивление в ГУЛАГе. Воспоминания. Письма. Документы. Сост. Виленский С.С. М.: Возвращение, 1992. - 240 с.

176. Софинов П.Г. Карающая рука советского народа. К 25-летию ВЧК-ОГПУ-НКВД 1917-1942. М.: Гос. изд. полит, лит., 1942. - 42 с.

177. Stalinist terror: New perspectives. Edited by Y. Arch Qetty and Roberta T. Manninq. Cambridqe Universaty Press, 1993. 294 c.

178. Старков Б.А. Политический сыск как объект исторического изучения: методология, историография, источниковедение. //Политический сыск в России: история и современность. СПб.: Изд-во СПб УЭФ, 1997. -С. 18-25.

179. Стефан Куртуа, Николай Верт, Жан-Луи Панне, Анджей Пачковский, Карел Бартошек, Жан-Луи Марголен Черная книга коммунизма. Преступления. Террор. Репрессии. Перев. с франц. М.: "Три века истории", 2001.-780 с.

180. Стецовский Ю. История советских репрессий. М.: «Гласность», 1997.-Т. 1,2.

181. Столяров К.А. Палачи и жертвы: репрессии 30-40-х гг. в СССР. -М.: ОЛМА-пресс, 1997. 362 с.

182. Сто сорок бесед с Молотовым. Из дневника Ф. Чуева. М.: «Терра»-«Тегга», 1991.-623 с.

183. Стручков H.A. Советская исправительно-трудовая политика и ее роль в борьбе с преступностью. Саратов.: Изд-во Сарат. ун-та, 1970. - 271 с.

184. Такер Роберт К. И. В. Сталин /Исторические портреты. Под общ. ред. Г.Н. Севостьянова. М.: Просвещение, 1993. - С. 276.

185. Тоталитаризм в России (СССР) 1917-1991 гг.: оппозиция и репрессии. Материалы научн.-практ. конф. Пермь. 1998 . 192 с.

186. Трудные вопросы истории: поиски, размышления. Новый взгляд на события и факты. /Под ред. В.В. Журавлева. Сост. Н.М. Таранев. -М.: Политиздат, 1991. 272 с.

187. Трус Л. С. Введение в лагерную экономику. //Экономика и организация промышленности. 1990. - № 5. - С. 135-149.

188. Хабаров А.И. Тюрьма и зона: от звонка до звонка, между законом и совестью. Факты и документы. М.: Центрполиграф, 1997. - 396 с.

189. Хавкин Б.Л. Немецкие военнопленные в СССР и советские военнопленные в Германии (постановка проблемы, источники и литература).

190. Хайек Ф.А. Дорога к рабству. //Вопросы философии. 1990. - № 6. -С. 113-148.

191. Хлевнюк О.В. Политбюро. Механизм политической власти в 30-е годы. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1996. -304 с.

192. Хлевнюк О.В. Принудительный труд в экономике СССР. 1929-1941 годы. //Свободная мысль. 1992. № 13. - С. 73- 84.

193. Хлевнюк О.В. 1937-й: Сталин, НКВД и советское общество. -М.: Республика, 1992. 270 с.

194. Хлусов М.И. ГУЛАГ карательный орган тоталитарного режима. /Власть и общественные организации России в первой трети XX столетия. - М. ИЧП «Издательство Магистр», 1994. - С. 248-253.

195. Цаплин В.В. Статистика жертв сталинизма в 30-е гг. //Вопросы истории. 1989.-№ 4. - С. 175-181.

196. Цаплин В.В. Архивные материалы о числе заключенных в конце 30-х гг. //Вопросы истории. 1991. - № 4-5. - С. 157-163.

197. Шашков В.Я, Раскулачивание в СССР и судьбы спецпереселенцев,1930- 1954 гг. Диссерт. на соиск. уч. степ. докт. ист. наук. М, 1995. - 427 с.

198. Шеренас А. Сталинские лагеря Коми АССР: Карта ГУЛАГа: Справочные данные о лагерях Коми АССР, 20-50-е гг. //Карта. 1999. - № 2223.- С. 60-63.

199. Широков А.И. История формирования и деятельности «Дальстроя» в1931- 1941 гг. Дисс. на соиск. уч. степ. канд. ист. наук. Томск, 1997. - 204 с.200

200. Шубин СИ. Северный край в истории России. Проблемы региональной и национальной политики в 1920 1930-е годы: Монография. -Архангельск.: Поморский государственный университет, 2000. - 463 с.

201. Щербакова И. 1937-1997: ГУЛАГ и Освенцим. //Знание-сила. 1997. -№11.-С. 23.

202. Эбеджанс С.Г., Важнов М.Я. Производственный феномен ГУЛАГа //Вопросы истории. 1994. - № 6. - С. 188-190.

203. Яковлев Б.А. Концентрационные лагери СССР. Лондон.: Изд. «Заря», 1983.-252 с.

204. Карта-схема дислокации управлений исправительно-трудовых лагерей в Архангельской области в 1937-1953 it///

205. Каргопольский ИТЛ (Каргопольлаг) *2 Кулойский ИТЛ (Кулойлаг)3 Онежский ИТЛ (Онеглаг)4 Ягринский ИТЛ (Ягринлаг)

206. Котласский п/п-отдел-ИТЛ (Котласлаг)

207. Архангельский ИТЛ (Архбумлаг)

208. Севере-Двинский ИТЛ (Севдвинлаг)8 Строительство 510 и ИТЛ

209. До 24 августа 1940 г. управление дислоцировалось в г. Каргополе, затем в пос. Ерцево Северной ж. д.

210. Карта-схема составлена по: ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 1а. Д. 59. Л. 178-186; Д. 60. Л. 100 об.; Д. 111. Л. 165174; д. 132. Л. 124-125; Д. 177. Л. 205-220; Система исправительно-трудовых лагерей в СССР. 1923-1960. М. 1998. С. 541.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 128082