Культ медведя в палеолите Европы тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.00, 07.00.06, кандидат исторических наук Житенёв, Владислав Сергеевич

Диссертация и автореферат на тему «Культ медведя в палеолите Европы». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 90919
Год: 
2000
Автор научной работы: 
Житенёв, Владислав Сергеевич
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Москва
Код cпециальности ВАК: 
07.00.00, 07.00.06
Специальность: 
Исторические науки
Количество cтраниц: 
172

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Житенёв, Владислав Сергеевич

III. 1 Медвежьи костные ритуальные комплексы 83 III.2 Предметы неутилитарного назначения, изготовленные из медвежьих костей

IH.3 Изображения медведя в палеолитическом искусстве

Раздел IV. Заключение

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Культ медведя в палеолите Европы"

1.1. Общая характеристика темы

Изучение различных сторон духовной жизни древнего человека является одним из сложнейших направлений в современной науке о первоначальных этапах становления и развития человеческого общества. Сложность исследований определяется как громадной удаленностью палеолитической эпохи во времени, так и значительной обедненностью источниковедческой базы. Тем не менее, на протяжении всего существовании палеолитоведения эти проблемы всегда волновали ученых. К настоящему времени достигнуты определенные результаты, хотя, конечно, можно говорить только о выработке каких-то общих, первоначальных концепций, нуждающихся в дальнейшем развитии и детальной разработке. В предлагаемой работе представлена одна из таких попыток изучения ментальной жизни древнего человека на основе анализа археологических материалов.

Временем возникновения и оформления общих представлений, отвлеченных по характеру своих проявлений от конкретной, повседневной, хозяйственной деятельности первобытного человека, в настоящее время принято считать довольно широкий временной промежуток - от позднего ашеля до начала верхнего палеолита.

В современном палеолитоведении мустьерские погребения, зоолатрия (т.е. культ животных) и знаковое творчество эпохи мустье рассматриваются как бесспорные проявления уже сформированного и достаточно развитого мировоззрения палеоантропа.

Изобразительное творчество, погребальная практика и зоолатрия считаются основными элементами духовной культуры и неоантропа, существовавшего в позднем палеолите. Глубокая взаимосвязь между этими явлениями обусловлена единством восприятия окружающего мира первобытными людьми, которое обычно при изучении подразделяется на две категории : материальной и духовной культуры.

Одной из основ стабильной жизнедеятельности первобытного коллектива практически была охота, приносившая максимум необходимого - белковую пищу, материал для строительства жилищ, топливо, сырье для изготовления ряда орудий, одежды, украшений.

Вследствие этого очевидно и то, что такие формы ранних религиозных представлений как анимизм и тотемизм выражались в анимализме, который занимал центральное место в палеолитическом искусстве. Кроме того, эти же представления находят отражение и в других сторонах неутилитарной деятельности человека: так в контекст многих погребений были включены символические части туши (голова, лапы) животных; в культурном слое некоторых стоянок отмечались факты особого расположения и преднамеренного размещения "необычных частей скелета - черепов, лап, хвостов и т.д." [Ефименко, 1938: 428].

Бесспорно, что рассматривать тему отношений человек - зверь в палеолитическую эпоху возможно только на основании комплексных исследований, базирующихся на данных, как археологических источников, так и естественно - научных дисциплин. Практика привлечения данных этнографии для иллюстрации и интерпретации, обнаруженных при изучении того или иного памятника необъяснимых с утилитарной и функциональной точки зрения отдельных находок и определенных структур и комплексов, не всегда, или лучше сказать, очень редко удачна. Корпус этнографических материалов необычайно богат, он охватывает сообщения о разных сторонах жизни народов всего мира. Однако, как справедливо указывал С.А. Токарев «культуры современных народов, даже самых отсталых, далеки от подлинной первобытности, и это надо сказать и о их верованиях: какими бы архаичными они ни были, они уже прошли большой исторический путь развития» [Токарев, 1990: 24]. Следовательно, этнографическая параллель или аналогия далеко не всегда может быть адекватна в предпринимаемом исследовании и нуждается в тщательной процедуре проверки правомочности ее использования. Существует достаточно большое количество работ, рассматривающих эту проблему [Васильев, 1987; Токарев, 1990].

Итак, предметом предпринятого мной исследования было детальное изучение свидетельств почитания или, говоря традиционным языком, «культа» самого крупного наземного хищника - медведя, представленных в археологических источниках палеолитической Европы.

Исходный принцип зоолатрии заключается в особом, ином, нежели утилитарное, отношении не только к какому - то одному зверю, но и к целой группе животных, в которой какой-то определенный вид, как правило, занимает центральное положение. Всю совокупность этих животных можно разделить на две неравные по количеству видов части: крупные травоядные и плотоядные. В ряду первых следует назвать лошадей, бизонов, мускусных быков, горных козлов, мамонтов, носорогов, оленей. Ко вторым относятся ископаемые представители семейства кошачьих, медведей, волк, песец. Птицы представляют собой наименее изученный сегмент сферы зоолатрических отношений и практически в работе не рассматриваются.

Бурые и пещерные медведи - одни из наиболее заметных представителей животного мира в жизни первобытного человека. Именно этим и обусловлен мой выбор этого вида в качестве основного объекта исследования. Кроме того, свидетельства особого внимания, почитания, т.е. всего того, что принято обозначать ёмким понятием культ, по отношению к медведю, возможно, обнаруживается уже на памятниках ашельской эпохи [Верещагин и др., 1980; Гусейнов, 1973], то есть является одним из самых древних проявлений зоолатрии [Столяр, 1985].

Единственным достоверными свидетельствами культа медведя эпохи палеолита для нас являются археологические источники, которые представляют собой материальные свидетельства тех или иных явлений и событий прошедшего времени. Из этого следует, что большая часть и ключевая составляющая культа - устные формулы, действия, не оставляющие следов и т.д., т.е. «исторический» аспект культа - остается за пределами наших исследовательских возможностей, т.е. изучению подлежат лишь следы ритуальной практики. Поэтому, в работе будет представлена археологическая часть этого явления, «которая отражена в материальных остатках и дана нам в момент раскопок» [Леонова, Смирнов, 1976: 17]. Естественно, что это обстоятельство определяет весь характер предпринятого мной исследования.

1.2. Актуальность темы.

В результате многолетних исследований различных археологических памятников эпохи палеолита были собраны определенные свидетельства неутилитарной деятельности охотников - собирателей, связанной с почитанием животных. С ашельского времени, по данным из кавказских пещерных стоянок, медведи оказались в центре особого внимания палеоантропов, Выражением этого отношения на материальном уровне стала организация медвежьих костных комплексов [Столяр, 1985; Смирнов и др., 1999], а позднее, в верхнем палеолите - изготовление подвесок из медвежьих зубов и костей, создание гравированных, рисованных и скульптурных изображений [Абрамова, 1962 ; Azema, 1990 ; Larte et al., 1874 ; Plemer, 1971].

Однако в современном палеолитоведении, зачастую, исследователями самых разных направлений и представителями смежных дисциплин (особенно, палеонтологами) сама возможность изучения темы «отношения человек - медведь» в разных аспектах жизнедеятельности коллективов охотников - собирателей позднеплейстоце-новой Европы, или ставится под сомнение или, практически, отвергается. Столь категоричные негативные выводы, как правило, основываются на результатах изучения материалов только нескольких памятников, которые впоследствии используют в качестве эталонных для иллюстрации причин отрицания того или иного явления в целом.

Однако новые полевые исследования время от времени представляют материалы, не согласующиеся с этими негативными концепциями, созданными на основе нерепрезентативной выборки данных.

Интенсивное развитие новых специализированных методов исследований, таких, например, как планиграфия, палеоэкология, архео-зоология, позволяют увеличить информативность источниковедческой базы. Использование новых направлений в изучении основных археологических источников, на примере исследования неутилитарной деятельности палеолитического человека в отношении медведей, демонстрирует органическую связь этого явления с изучением и реконструкцией палеоэкологической адаптации, хозяйственно-бытовой и социально-экономической деятельности первобытных коллективов охотников-собирателей.

Общие исследования неутилитарной деятельности обитателей Европы в палеолитическую эпоху, связанной с почитанием животных, в незначительной мере привлекают имеющиеся материалы по хищникам, в том числе и медведям. В большинстве работ посвященных изучению мировоззренческих представлений палеолитического человека основное внимание уделяется крупным травоядным животным, тогда как хищники упоминаются лишь в качестве примера незначительной роли некоторых групп зверей в жизни первобытных охотников-собирателей [например, ЬегоьОоигЬап, 1964, 1971]. Однако именно с представителями семейства Игаёае связаны одни из первых, известных на сегодняшний день, свидетельств неутилитарного внимания к отдельным костным остаткам (или частям туши ?). А в недавно открытой пещере Шовэ (Франция), одной из наиболее ранних галерей пещерного верхнепалеолитического искусства, среди сотен изображений хищники составляют довольно весомую часть, игаёае, при этом, представлены не только в технике гравировки и настенной живописи, но и преднамеренным экспонированием крупного черепа пещерного медведя.

Новые свидетельства почитания медведя, поступающие с разных памятников, как отечественных, так и зарубежных, исследуемых с использованием современных методик, отчетливо демонстрирует необходимость объединения и осмысления разрозненных данных из ранее исследованных стоянок, проведения своеобразной ревизии всего имеющегося материала. Это, в конечном итоге должно привести к более корректному решению вопроса о формах и месте зоолатрии в представлениях палеолитического человека об окружающем мире. Такое исследование, проделанное в предлагаемой к обсуждению работе, несомненно, актуально.

1.3. Цели и задачи исследования.

Основной задачей предлагаемой работы являлись сбор и обработка данных о материальных свидетельствах неутилитарной деятельности коллективов палеолитических охотников-собирателей Европы, по отношению к представителям семейства Цгаёае. К ряду таких свидетельств относятся: отличающееся от хозяйственно-бытового использование символических частей туш (костей) этих зверей, использование натуральных символов животного (подвески из зубов, костей и т.д.), а также изображения животного. Подобная деятельность указывает на особое отношение к тому или иному животному в палеолите.

Аргументированное обоснование отнесения тех или иных костей из первых двух категорий находок, обозначенных выше (которых довольно часто рассматривают с точки зрения естественных, а не антропогенных факторов), к группе почитаемых предметов, представляют собой определенную сложность. Поэтому были отдельно рассмотрены тафономические особенности формирования естественных костных скоплений Цгаёае и данные по охоте на медведей в позднем плейстоцене, полученных с разных типов стоянок. Для решения возникавших вопросов использовались основы планиграфи-ческого, палеоэкологического и археозоологического методов.

Основной целью предлагаемой работы являлось создание обобщающей характеристики культа медведя в палеолите Европы. На основе как широко известных, так и практически не используемых материалов, были последовательно рассмотрены отдельные аспекты (костные комплексы, подвески, изображения) культа. А в итоге проведен многофакторный анализ всего комплекса составляющих культа медведя с целью определения наличия или отсутствия внутренней взаимосвязи названных выше компонентов.

Важной задачей в создании обобщающей характеристики было выявление общих принципов содержания каждого порознь и всех аспектов культа вместе, особенностей размещения каждой из категории почитаемых предметов в связи с общим процессом жизнедеятельности коллективов охотников-собирателей.

Существенным вопросом являлся также и определение места культа медведя в общей системе зоолатрии, одной из важнейших составляющих мировоззрения палеолитического человека.

1.4. Источниковедческая база.

В работе были использованы публикации и архивные материалы, содержавшие полевую документацию, а так же материалы из коллекций ряда отечественных и зарубежных музеев.

Костные остатки, наряду с корпусом изображений, являются основными материальными свидетельствами утилитарного или неутилитарного отношения к данному зверю, т.е. наличия культа медведя. А между тем, остеологические материалы практически не рассматривались как полноценный археологический источник. И поэтому наши знания о людях, живших в эпохи мустье и верхнего палеолита сегодня, как правило, ограничиваются результатом изучения палео-антропологических материалов, различных орудийных форм и технологических приемов обработки камня. К сожалению, костные остатки крупных и мелких млекопитающих до определенного времени не собирались при раскопках в обязательном порядке, как это происходило с каменными орудиями. Поэтому сегодня многие, прежде всего зарубежные, но также и отечественные археологические памятники не могут быть подвергнуты всесторонне рассмотрению и полноценному анализу из-за отсутствия репрезентативных остеологических коллекций. Однако по ряду памятников было опубликовано достаточно информации (детальные планы раскопанных участков, фаунистические списки с указанием не только видов и количества животных, но и их костей, и т.д.), для проведения корректного анализа и сравнений.

Мной были изучены и привлечены все данные из большого количества (чуть менее 300 наименований), прежде всего, зарубежной научной литературы. Благодаря этому, удалось собрать практически все свидетельства о культе медведя в палеолите Европы. Большинство использованных работ были опубликованы в зарубежных периодических, зачастую региональных малотиражных изданиях, таким образом, полученные оттуда сведения зачастую неизвестны представителям «большой науки», в то время как в них содержится много ценных материалов.

Использование архивных материалов было ограниченно изучением полевых отчетов о работе на стоянке Каменная Балка II (р. Дон), хранящимся в Архиве Института Археологии РАН, и описей фауни-стических находок из раскопок стоянки Каменная Балка II, хранящимся в Архиве КИИ Музея Антропологии МГУ - архивные №№ 531 - 627.

Кроме того, были рассмотрены некоторые образцы палеолитического искусства из раскопок Авдеевской палеолитической стоянки (Музей Антропологии МГУ, коллекционные №№ 4771 / 4379 и сл.), Ла Марш (коллекционный № 64.97.43, Музей Человека, Париж, Франция), Пешиале (коллекционный № 73758; Музей Сен - Жер-мен, Париж, Франция), Труа Фрер (коллекционные №№ 55.33.53 и сл., Музей Человека, Париж, Франция).

1.5. Методическая основа исследования.

В основу методологии исследования костных медвежьих комплексов в представленной работе легла методика изучения такого сложного культурно-идеологического явления, как погребение, впервые предложенная в общетеоретической работе Н.Б. Леоновой и Ю.А. Смирнова [1976: 16 - 23]. Следствием развития и усовершенствования этой методики, а так же использования ее при изучении конкретного материала, стала монография Ю.А. Смирнова «Мустьер-ские погребения Евразии» [Смирнов, 1991]. Основой этой методики является формально-количественный анализ, базирующийся на системе описания, сочетающей в себе и формальный, и системный подходы. Применение ее позволяет достаточно полно описывать сложные структуры и проводить последующие сопоставления на корректной основе.

Изучение данных по анализу пространственного распределения фаунистических и культурных остатков на рассматриваемых палеолитических стоянках было выполнено на основе планиграфического метода, предложенного Н.Б. Леоновой [Леонова, 1982, 1994].

Изучения образцов палеолитического искусства и их взаимосвязи со структурой памятников было основано на идеях и работах З.А. Абрамовой, М.Д. Гвоздовер, А.Д. Столяра, А. Леруа-Гурана [Абрамова, 1962; Столяр 1985; Суогёоуег, 1995; ЬегоьОоиг11ап, 1965]. Основной методологических подход базировался на комплексном анализе всех имеющихся материалов, как археологических так и естественнонаучных. Что позволяло получить максимально полную информацию, учитывая современный уровень развития наших знаний.

1.5. Научная новизна работы.

В представленной работе впервые рассмотрены все, без региональных и временных ограничений, костные медвежьи комплексы созданные в Европе в эпоху палеолита, а также изделия прикладного (подвески из медвежьих зубов и костей), мобильного и монументального искусства верхнего палеолита (изображения медведей). Исследование такого объема по данной тематике предпринято впервые.

Следует отметить, что особую сложность, по сравнению с открытыми стоянками, представляет собой изучение результатов процессов накопления костей в пещерах. Наибольшую трудность в этом случае представляет собой определение характера аккумуляции костей - т.е. их естественное или антропогенное происхождение. Проблема накопления костей медведей в пещерах, на сегодняшний день, является одной из наиболее актуальных в археозоологии. Именно поэтому в работе уделено особое внимание подробному сравнению тафономических и планиграфических особенностей размещения костей медведей в местах их зимовок и естественной гибели, на кратковременных стоянках и долговременных поселениях, а так же в местах, ассоциируемых с неутилитарной деятельностью палеолитических охотников.

Исследования пространственного распределения фаунистических остатков в пещерных палеонтологических памятниках показали значительное сходство с подобным распределением, фиксируемым в культурном слое пещерных археологических памятников. Поэтому при субъективном критическом отношении к медвежьим костным комплексам не составляло труда привести множество аргументов в пользу их естественного происхождения. Однако применение комплексного системного подхода к каждой категории свидетельств культа медведя и их многофакторный анализ выявил общие закономерности, характерные для неутилитарной деятельности коллективов охотников-собирателей в отношении представителей семейства игас1ае. Исследование, направленное на выявление закономерностей формирования костных скоплений и выделение признаков их утилитарного и неутилитарного характера, проведенное на большом фактическом материале также предпринято впервые.

По существу, на примере одного из целого ряда почитаемых в палеолите животных рассмотрены и проанализированы материалы по взаимовстречаемости и сочетанию изображений и костных остатков.

До сих пор, в работах, посвященных культу медведя, рассматривались лишь его отдельные аспекты, без учета их внутренней взаимосвязи. Кроме того, многие материалы, связанные с данной проблемой, были представлены в разрозненных, часто малодоступных изданиях. В этой работе предложена методика комплексного изучения культа определенного животного без его вычленения из общей системы зоолатрии. Все это вместе и составляет научную новизну данного исследования.

1.6. Апробация работы.

Основные положения работы изложены в 5 публикациях на русском языке общим объемом 1,3 п.л. и обсуждались на конференциях SETI в 1999 - 2000 гг., на юбилейной конференции, посвященной 60 - летию кафедры археологии Исторического факультета МГУ, на семинарах в университете Экс-ан-Прованс (Франция).

1.8. Структура работы.

Диссертация состоит из введения, трех основных разделов и заключения, списка литературы, списка сокращений и четырех приложений. Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определены его цели и задачи, методическая основа и источниковедческая база. Первый раздел посвящен истории изучения культа медведя в палеолите Европы. Представлены все точки зрения

Заключение диссертации по теме "Исторические науки", Житенёв, Владислав Сергеевич

Заключение

Зоолатрия, или культ животных, формировавшийся в палеолите на протяжении длительного времени, проделал в своем развитии сложный путь. На сегодняшний день нет никаких оснований утверждать, что в тот период предпочтение отдавалось какому - то только одному виду животных. Вопрос об окончательном оформлении тотемизма в эпоху палеолита остается до сих пор дискуссионным [Абрамова, 1966; Бадер 1998].

Традиционно считалось, что наши знания о почитании животных практически ограничены материалами палеолитического искусства. При этом целый массив данных остается до сих пор не изученным, хотя ещё в 30-е гг. П.П. Ефименко предлагал анализировать «не только наскальные фризы, но . и некоторые обстоятельства находок остатков этих животных на местах палеолитических стойбищ . В одних случаях они занимают особое положение в обстановке палеолитических жилищ; в других эти животные представлены необычными частями скелета» [Ефименко, 1938 : 428].

Принципиальной проблемой в исследовании таких проявлений человеческой деятельности является, прежде всего, низкий уровень наших знаний о закономерностях распределения костных остатков в естественных условиях и под влиянием антропогенных факторов, как в пещерах1, так и на открытых местах.

Для исследователя «любая закономерность (неслучайность) проявляется в повторяемости : результаты человеческого воздействия на окружающую среду определяются археологами именно по следам

1 Только в последнее время стало ясно, что организация и использование структурированного пространства в пещерах характерно не только для человека, но и для животных [<3аг§е«, 1996]. многократного повторения актов такого порядка, естественное происхождение которых практически невероятно» [Гиря, 1997 : 84].

Изучение археологических свидетельств культа, т.е. выявление определенной ритуальной традиции, с моей точки зрения, может основываться на том, что одной из его основных характеристик, фиксация которой возможна на материальном уровне, является упорядоченный набор элементов и операций обеспечивающий повторяемость ритуала, т.е. выявление определенной ритуальной традиции, частично материализованной.

Культ медведя показательное явление в плане истории и методики исследования явления зоолатрии в целом: в работе подробно рассказано о том, что отдельно друг от друга рассматривались ритуальные костные скопления, изображения медведей и прочие предметы неутилитарного назначения, изготовленные из медвежьих костей. Костные комплексы в качестве свидетельств человеческой неутилитарной (ритуальной) деятельности по большей части критиковались и объявлялись несуществующими; изображения медведей, за редким исключением, изучали вне связи с археозоологическим контекстом данного памятника; предметы неутилитарного назначения из медвежьих костей, в связи с их малочисленностью, также практически никого не интересовали.

Основной задачей этой работы было собрать весь доступный опубликованный материал по культу медведя и рассмотреть имеющиеся данные комплексно, для того чтобы определить - есть ли взаимосвязь между названными выше компонентами или же они представляют собой не связанные самостоятельные явления, которые медведь объединяет лишь формально - как случайный вид животного.

Проделанная работа показала, что организация костных медвежьих комплексов, впервые появившихся в ашельскую эпоху (Азых, Кударо I), является одним из вариантов выражения особого отношения человека к зверю, в данном случае - медведю. Символическое использование определенных частей туши животного известно по материалам нескольких европейских стоянок ашельского времени, например, Торральбы, Амброны (Испания), Лазаре (Франция) [Столяр, 1985; В&егБоп, 1968; Ьиш1еу, 1969].

Первоначально, в раннем ашеле неутилитарные костные комплексы были организованы в виде намеренно экспонируемых натуральных символов определенных животных (Торральба, Амброна). Однако уже ко второй половине этой эпохи относятся свидетельства не только выставления (Кударо I, Лазаре), но и сокрытия особо значимых костей, т.е. удаления их из общего поля жизнедеятельности (Азых).

Символическое использование определенных костей животных распространяется в эпоху мустье. В контексте с погребениями людей (Ла Шапель - о - Сен, Схул IX, Схул V, Кафзех XI, Тешик - Таш) были обнаружены как отдельные кости животных, так и кости, находившиеся в анатомическом порядке (черепа, рога, позвонки, длинные кости конечностей быка, нижняя челюсть кабана, фрагмент черепа с рогом, диафиз метаподия лани, рога горного козла), помещенные туда, по всей видимости, преднамеренно [Смирнов, 1991].

Исключительно важным фактом в контексте рассматриваемых примеров является находка в пещере Нахр Ибрагим (Ливан) «погребения» черепа и длинных костей конечностей лани, уложенных на каменной выкладке и посыпанных красной охрой [8о1езск1, 1972].

Кроме того, на среднепалеолитических стоянках и пещерных, и открытого типа, встречаются свидетельства неутилитарного использования символически значимых голов (черепов) разных животных - оленя и азиатского муфлона в пещере Аман - Кутан (Узбекистан), северного оленя в гроте Карнасье (Франция), зубра на Ильской стоянке (Россия) [Столяр, 1985].

Теперь, возвращаясь к материалам ритуальных медвежьих комплексов, можно с уверенностью сказать, что списочный состав костей символического значения в них соответствует обнаруженным в неутилитарных комплексах, связанных с другими видами животных. Больше того, в принципе организации ритуальных костных комплексов в эпоху мустье одинаково используется как выставление, так и сокрытие этих натуральных символов. Надо сказать, что интересное сходство между этими памятниками иногда прослеживается и в индивидуальных особенностях тех особей, остатки которых выбраны для неутилитарного использования, например, размер, превышающий стандартный для данного вида животного.

На стоянках позднего палеолита выявлено уже немало примеров использования символических частей туш (костей) животных, схожих по манере отбора костей и некоторыми другим параметрам с ритуальными медвежьими комплексами [наиболее полное изложение этих материалов см. Столяр, 1985; Щербакова, 1998, 2000].

В обнаруженном в Регурду (Франция) четко взаимосвязанном погребальном комплексе, центральными фигурами были палеоантроп и медведь. Следует особенно подчеркнуть наличие в структуре погребения сложных конструктивных элементов - ящиков, стеночек и т.п. Использование каменных плит для изолирования костных остатков, пускай даже и символического, известно по материалам многих погребений - и мустьерских, и верхнепалеолитических. Так, например, поясничный отдел ребенка из погребения XI в Кафзехе был перекрыт известняковой плитой.

Сокрытие символических частей животных, как одного из вариантов неутилитарной практики, известно из многих комплексов и достаточно широко распространено в ритуальной деятельности и аше-ло-мустьерского, и верхнепалеолитического времени2. Нередко для этого использовали искусственно созданные или дополненные естественные ниши, ямы и т.п., перекрытия которых делали из плоских плиток известняка: в Jle Мустье в 1 м от ребенка была обнаружена яма с костями животных и кремневыми орудиями, перекрытая сверху плоскими плитами; в яме, находившейся рядом с погребением в Ла Шапель - о - Сен, располагался рог быка, перекрытый крупными камнями.

Стенки, сложенные из камней были обнаружены в мустьерских слоях таких пещер, как например, Куэва Морин (Испания), Пеш де л'Азе (Франция) и Ла Ригаб (Франция) [Freeman, 1988; Bordes, 1954/1955; Lumley et al., 1976].

Таким образом, конструкции из камня, с которыми иногда бывают связаны ритуальные медвежьи комплексы, не представляют собой уникальных, характерных только для этого типа памятников, структур. При этом, практика использования каменных плит для символического сокрытия продолжает существование и в эпоху верхнего

2 В контексте развития зоолатрии вообще, и культа медведя в частности, сложнейшим вопросом является проблема появления человека современного антропологического типа и соотношения его мировоззренческих представлений с палеоанторопом, характер их взаимодействия. Некоторые внешние проявления ритуальной деятельности человека с эпохи мустье до конца позднего палеолита остаются практически неизменны. Больше того, на всем протяжении верхнего палеолита в неутилитарной деятельности сохраняются некоторые явные архаизмы. Например, топографическая локализация ритуальных медвежьих комплексов: начиная с мустьерской эпохи, их местоположение явно тяготело к удаленным и достаточно труднодоступным участкам пещер; «натуральные макеты» также располагаются в удаленных периферийных залах; многие изображения медведей, хотя это уже и не так явно, выполнены в самых глубоких частях пещеры или на большом расстоянии от центра композиции.

Вопрос о характере соотношения материальных свидетельств мировоззренческих представлений палеоантропа и их восприятия, и дальнейшего развития неоантропом, представляет собой сложнейшую историческую задачу, решение которой еще предстоит найти. палеолита: «в Гроте Детей головы погребенных были защищены плоским камнем, положенным на два другие. Голова и ноги погребения 2 в том же гроте были защищены камнями. Погребение, исследованное в Барма Гранде в 1894 г. было защищено тремя большими плоскими камнями : один прикрывал нижнюю часть ног, второй - бедра, третий - верхнюю часть тела и голову и подпирался тремя камнями сбоку. Голова, грудь и ноги погребения в Комб - Ка-пелль были защищены камнями. Коллективное погребение в Пшед-мости также было закрыто камнями. Каменными плитами были защищены и погребения на стоянке Солютре» [Бадер, 1998: 123]. На стоянке Мальта «сверху тело умершего было защищено сооружением из больших каменных плит, образовавших нечто вроде дольмена: две плиты поставлены вертикально по бокам трупа, третья плита лежала плашмя между ними. Могила вместе с каменным обрамлением была полностью засыпана землёй» [там же, 125].

Каменные ящики», с которыми связаны ряд ритуальных медвежьих комплексов, конечно, очень редкое явление в палеолитическом мире. Сторонники естественного характера их образования утверждают, что вне «медвежьих пещер» подобные конструкции не известны. Однако можно привести пример такого сооружения, устроенного вне стен карстовых полостей. На верхнепалеолитической стоянке открытого типа эпохи мадлена Швейцерсбильд у Шаффгау-зена был обнаружен каменный ящик, содержавший «48 кремневых инструментов особенно малых размеров и особенно тщательно выполненных» [Ефименко, 1938].

Следовательно, медвежьи ритуальные комплексы не являются уникальным явлением, оторванным от других проявлений неутилитарной деятельности человека. Единство используемых приемов в символическом выделении определенных частей туши (разных животных) и самого их набора демонстрирует глубокую внутреннюю связь между различными аспектами зоолатрии. Голова и лапы разных зверей, в том числе и медведя, и в ашело-мустьерское время, и в верхнем палеолите были, по-видимому, ключевыми символическими атрибутами, имевшими особое значение в представлениях палеолитического человека о себе и окружающем мире.

В палеолитическом искусстве самостоятельные изображения отдельных частей тела животных является обычной практикой, которая основывается, как уже говорилось, на логическом принципе "pars pro toto" - «часть вместо целого = по части целое», т.е. на устойчивой ассоциации определенной части тела животного, символизировавшей и самого зверя, и его особенности в представлениях первобытных людей. Среди «фрагментированных» изображений медведя встречаются изображения головы, головы и лапы, туловища без головы, головы и туловища без лап. Следует отметить, что изображение отдельных частей тела медведя - лапы и головы имеют прямые семантические аналогии с различными способами неутилитарного использования этих же частей туши зверя.

Надо сказать, что подобная ситуация - изображение определенных частей тела животного и применение этих же частей в качестве символических атрибутов - характерна практически для всех млекопитающих, образы которых представлены в палеолитическом искусстве.

Есть все основания полагать, что рядом с «гравированными одиночными фигурами мужчин из Истюриц, Ложери Ба, Гурдан, Мае д'Азиль и т.д. . изображены части пушистой шкуры или лапы какого - то животного, скорее всего медведя» [Абрамова, 1966: 96]. Между тем, как уже говорилось в разделе про охоту на медведя, добыча его шкуры и последующее использование в пределах жилого пространства была одной из основных целей его промысла и в аше-ло-мустьерское время, и в эпоху верхнего палеолита. Больше того, об использовании медвежьей шкуры в качестве одного из символических атрибутов можно говорить уже применительно к мустьер-ской эпохе - она наверняка прикрывала «натуральный макет» в пещере Базуа, как и позднее использовалась с той же целью на монументальных изваяниях в пещерах Пеш - Мерль и Монтеспан.

Особенно важно, что фрагменты шкур медведя изображены в ассоциации с мужскими фигурами. Как уже отмечалось, в общем итоге рассмотрения образа медведя можно констатировать, что хотя он и практически амбивалентен по отношению к признакам пола, все же имеет достаточно явные тенденции для олицетворения мужского начала. Комбинирование мужского и женского символов в соединении с фигурой медведя или ее атрибутом представлено на гравировках из JTa Мадлен и Масса. На первой из них «голове медведя противопоставлены соединенные вместе фаллос и вульва», на второй же изображен «схематизированный вариант той же записи» [Столяр, 1985: 246]. В глубокой взаимосвязи с этими изображениями пребывают и некоторые категории находок, непосредственно связанные с символическими атрибутами медведя. Во-первых, зафиксированные в костных ритуальных комплексах рядом с черепами кости os penis. Во-вторых, обнаруженные в верхнепалеолитических пещерах - святилищах подвески из тех же костей.

Следует подчеркнуть, что нет ничего удивительного во внимании человека к такому символическому во всех отношениях натуральному атрибуту зверя, тем более, морфологически редкого у наземных млекопитающих. Однако непосредственно его использование в ритуальных комплексах и в качестве подвесок, а так же символическое изображение предполагает высокое значение того крута представлений, который был с этим связан. Стоит обратить внимание и на тот факт, что кости os penis встречаются в медвежьих комплексах, устроенных и в мустьерскую эпоху, и в эпоху верхнего палеолита, но обязательно в контексте с черепами.

А если еще учитывать, что у животных на гравировках из Ла Мадлен и Масса высунут язык, то вне зависимости от интерпретации, представленные и изобразительные композиции, и композиции из натуральных (костных) атрибутов предполагают непосредственную связь с важнейшей идеей плодородия, возрождения жизни, являющейся центральной в архаических представлениях о мире. При этом стоит отметить, что с идеей плодородия зачастую связаны как раз амбивалентные образы, что хорошо известно на различных материалах мобильного искусства разных эпох каменного века, но это, в сущности, тема отдельного исследования.

Основываясь на археологических материалах со стоянок позднейших эпох3, где были обнаружены свидетельства неутилитарного отношения к костям медведя, проявления которого аналогичны палеолитическому, возможно, опираясь уже на данные этнологии (существует громадная этнографическая литература, посвященная культу медведя), предположить, что одна из важнейших составляющих культа медведя в эпоху палеолита - это идея плодородия, возрождения жизни, воспроизводства популяции. При этом, судя по частому нахождению в медвежьих комплексах костей других животных, а также опираясь на этнографические параллели, можно предположить, что культ медведя был связан не только с идеей воспроизводства этого вида, но и некоторых других, например, олене

3 Неолит, Бронзовый век, Железный век. Подробная библиография : Arbogast et al., 1997. вых и каменного барана4. Однако было бы неверным рассматривать образ медведя в представлениях палеолитического человека только с этой точки зрения.

Довольно часто в палеолитическом искусстве встречается намеренное расположение рядом изображений разных животных, животных одного вида, животных и человеческих фигур. Во многих случаях им присуще композиционная, а значит и смысловая, целостность. Одним из наиболее распространенных истолкований этого явления в современном палеолитоведении считается воспроизведение уже достаточно развитых мифологических представлений посредством условных элементов изобразительного языка. Наглядным подтверждением этого является соотношение изображений медведя и количества его костных остатков, представленных на стоянках. Наблюдается почти прямо пропорциональная зависимость - уменьшение количества медвежьих костей на стоянках к мадленскому времени. Кроме того, уменьшается и число ритуальных костных комплексов, а для организации тех, которые нам сегодня известны, используют черепа и кости животных из естественно образовавшихся костных скоплений.

Тем не менее, большая часть изображений медведя создается именно в мадленскую эпоху. К этому времени относятся находки многих подвесок из медвежьих зубов и даже целого ожерелья -единственного известного в палеолите, подвесок из костей os penis, а так же одного из ритуальных комплексов, где в едином контексте были череп и кость os penis. И именно в мадлене были выгравированы изображения из Jla Мадлен и Масса, о которых говорилось выше.

4 Кости оленевых часто встречаются в ритуальных комплексах. Черепные крышки каменных баранов были обнаружены практически во всех «медвежьих пещерах» в непосредственной близости от самих комплексов, хотя формально они к ним не относятся. Кроме того, именно фигуры или символические атрибуты оленевых и каменных баранов больше всего, за исключением лошади и бизона, изображены в ассоциации с медведями.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Житенёв, Владислав Сергеевич, 2000 год

1. Абрамова З.А. 1962 Палеолитическое искусство на территории СССР. (Свод Археологических Источников А 4 3). М. - Л.

2. Абрамова З.А. 1966 Изображения человека в палеолитическом искусстве Евразии. Л.

3. Абрамова З.А. 1972. Древнейшие формы изобразительного творчества (Археологический анализ палеолитического искусства). / Ранние формы искусства. М.

4. Алиев С.Д. 1968 Фауна Азыхской палеолитической стоянки. Диссертация на соискание уч. ст. канд. биол. наук. Баку.

5. Анисюткин Н.К., Борзияк И.А., Кетрару H.A. 1986 Первобытный человек в гротах Тринка I III. Кишинев.

6. Археология и палеогеография раннего палеолита Крыма и Кавказа. Путеводитель. 1978. М.

7. Бадер Н.О. 1998 Позднепалеолитическое поселение Сунгирь (погребение и окружающая среда). Москва.

8. Барышников Г.Ф. 1991 Ursus Mediterraneus в плейстоцене Кавказа и замечания по истории мелких медведей Евразии. / Палеотериологические исследования фауны СССР. Труды Зоологического института АН СССР, т. 238. Стр. 3-60.

9. Барышников Г.Ф. 1998 Палеоэкология древнейших обитателей Горного Алтая. / Палеоэкология плейстоцена и культуры каменного века Северной Азии и сопредельных территорий (Материалы международного симпозиума). Т. 1. Новосибирск. Стр. 42 49.

10. Барышников Г.Ф., Дедкова И.И. 1978 Пещерные медведи Большого Кавказа. / Труды Зоологического института АН СССР, т. 75. Стр. 69 77.

11. Богаевский Б.Л. 1931 Магия и религия. (В порядке дискуссии)". / Воинствующий атеизм, № 12.

12. Бонч Осмоловский Г.А. 1931 О нарезках на палеолитических костях. / Сообщения ГАИМК № 8. Л.

13. Борисковский П.И. 1935а Исторические предпосылки оформления так называемого "homo sapiens". / ПИДО, № 1 2. М. - Л.

14. Борисковский П.И. 19356 Исторические предпосылки оформления так называемого "homo sapiens" (окончание). / ПИДО, № 5 6. М. - Л.

15. Борисковский П.И. 1970 Древнейшее прошлое человечества. Л.

16. Васильев С.А. 1987 Проблемы реконструкции палеолитических стоянок в свете данных этноархеологии (обзор современной зарубежной литературы). / Проблемы интерпретации археологических источников. Орджоникидзе. Стр. 69 74.

17. П.Верещагин Н.К. 1973 Краниологическая характеристика современных и ископаемых медведей. / Зоологический журнал, т. 52, вып. 6. Стр. 920 930.

18. Верещагин Н.К., Барышников Г.Ф. 1980 Остатки млекопитающих из пещеры Кударо П1. / Кударские пещерные палеолитические стоянки в Юго Осетии (вопросы стратиграфии, экологии, хронологии). Москва. Стр. 63 - 78.

19. Вертеш Л. 1951 Новые раскопки в пещере на Ишталлошко". / Acta archaeologia Hungarica, т. 1.

20. Гаврилов К.Н. 1998 Структура Хотылевского верхнепалеолитического поселения. / Восточный Граветт. М. Стр. 177 190.

21. Гвоздовер М.Д. 1953 Обработка кости и костяные изделия Авдеевской стоянки. / Палеолит и неолит СССР (МИА № 39). Стр. 192 226.

22. Гвоздовер М.Д., Григорьев Г.П. 1977 Авдеевская палеолитическая стоянка в бассейне р. Сейм. / Палеоэкология древнего человека. К X конгрессу INQUA. Москва. Стр. 50 56.

23. Гиря Е.Ю. 1997 О статистической природе выделения следов «человеческой» деятельности. / Развитие культуры в каменном веке. СПб. Стр. 84 86.

24. Григорьев Г.П. 1968 Начало верхнего палеолита и происхождение Homo sapiens. Л.

25. Григорьев Г.П., Леонова Н.Б. 1977 Новое об археологии и антропологии грота детей. / Проблемы археологииЕвразии и Северной Америки. М.

26. Грицай Т.Г. 1939 Работы Одесской палеонтологической экспедиции АН УССР./Природа№3.

27. Грицай Т.Г. 1958 Ископаемые млекопитающие в карстовых пещерах Одессы. / Природа № 6.

28. Громов В.И. 1948 Палеонтологическое и археологическое обоснование стратиграфии континентальных отложений четвертичного периода на территории СССР (млекопитающие, палеолит). Труды Института геолог, наук, геолог, серия, № 17.

29. Гусейнов М.М. 1973 О тайнике азыхантропа в ашеле / Ученые Записки Азербайджанского Гос. Университета, № 8.

30. Гусейнов М.М. 1981 Пещера Азых. Баку.

31. Демещенко С.А. 1997 Зооморфная скульптура из верхнепалеолитических коллекций МАЭ. / Развитие культуры в каменном веке. СПб. Стр. 92-94.

32. Дмитриева Т.Н. 1985 Опыт выработки конкретно исторического подхода к реконструкции тотемизма по археологическим источникам позднего палеолита. Диссертация на соискание уч. ст. канд. ист. наук. Л.

33. Добровольский A.B. 1950 Печера коло с. 1ллшки Одесько! области. / Археология, т. IV. Киев.

34. Елинек Я. 1982 Большой иллюстрированный атлас первобытного человека. Прага.

35. Ефименко П.П. 1938 Первобытное общество. Л.

36. Ефименко П.П. 1948 Стшбище мисливщв на печерного ведмедя пщ 1л-лшкою. / Археолопя, т. II. Киев. Стр. 214 215.

37. Ефименко П.П. 1953 Первобытное общество. Киев.

38. Ефименко П.П. 1958 Костенки I. Москва Ленинград.

39. Ефремов И.А. 1940 Тафономия новая отрасль палеонтологии. Известия АН СССР, сер. биол., № 2.

40. Ефремов И.А. 1950 Тафономия и геологическая летопись. Труды палеонтологического института, т. XXIV.

41. Жизнь животных. Млекопитающие. Соколов В.Е. (ред.) 1989 Т. 7. Москва.

42. Замятнин С.Н. 1950 О характере культурных остатков в пещере Ильинки, Одесской области. / Археолопя, т. IV. Киев.

43. Золотарев A.M. 1933 Рецензия на Schmidt P.W. «Ursprung der Gotîesidee. Bd. III. Die Religion der Urvölker Asien und Australien. Wien, 1932». / Проблемы истории материальной культуры, № 1 - 2. M. - JI.

44. Золотарев А.М. 1939 Рецензия на Ефименко П.П. «Первобытное общество. Л., 1938». / ВДИ, № 2. М.

45. Зубов A.A. 1980 О зубе архантропа из пещеры Кударо I. / Кударские пещерные палеолитические стоянки в Юго Осетии (вопросы стратиграфии, экологии, хронологии). Москва.

46. Изучение пещер Колхиды. Цуцхватская многоярусная карстовая пещерная система. Давитая Ф.Ф. (ред.). 1978. Тбилиси.48. "Каталог ископаемых гоминид". см. "Catalogue .".

47. Константинов М.В., Сумароков В.П., Ермолова Н.М., Филиппов А.К. 1981 Скульптуре медведя из Забайкалья 30 тысяч лет. / Природа, № 11. Стр. 119

48. Константинов М.В., Сумароков В.П., Ермолова Н.М., Филиппов А.К. 1983 Древнейшая скульптура Сибири. / КСИА № 173. Стр. 78-81.

49. Котов В.Г. 1997 Следы культа пещерного медведя на Южном Урале по данным пещеры Заповедная. / Пещерный палеолит Урала. Материалы Международной Конференции 9-15 сентября 1997 г. Уфа. Стр. 42-45.

50. Кудактин А.Н., Честин И.Е. 1993 Кавказ. / Медведи : бурый медведь, белый медведь, гималайский медведь. М. Стр. 136 169.

51. Лазуткин А.Е. 1991 Берлоги бурого медведя в карстах Восточного Саяна. / Медведи в СССР. Новосибирск. Стр. 186 189.

52. Левицький 1.Ф. 1949 Гонщвськая палеолгшчна стоянка. / Палеолит i неолит Украши. T. I, вып. III. Стр. 197-248.

53. Леонова Н.Б., Смирнов Ю.А. 1977 Погребение как объект формального анализа. / КСИА, вып. 148.

54. Леонова Н.Б. 1982 Планиграфическое исследование свидетельств утилизации охотничьей добычи на материалах стоянки Каменная Балка 2. / Тезисы докладов ХЗ Конгресса ENQUA. Т.З. М. Стр. 193 195.

55. Леонова Н.Б. 1994 Современное палеолитоведение: методология, концепция, подходы. Дисс. на соиск. уч. степ, д.и.н. М.

56. Лоскутов A.B., Павлов М.П., Пучковский C.B. 1993 Волжско Камский край. / Медведи : бурый медведь, белый медведь, гималайский медведь. М. Стр. 91 - 135.

57. Любин В.П. 1959 Кударо I. / Советский Союз, №8.

58. Любин В.П. 1975 Мустьерские культуры Кавказа. Дисс. на соискание степени д.и.н. М.

59. Любин В.П. 1984 Ранний палеолит Кавказа. / Палеолит СССР. Москва. Стр. 45 -93.

60. Любин В.П. 1998 Ашельская эпоха на Кавказе. Санкт Петербург.

61. Мортилье Г. и А. 1903 Доисторическая жизнь. Происхождение и древность человека. СПб.

62. Никольский В.К. 1934 Была ли религия без духов ? / Антирелигиозник, № 2. М.

63. Никольский B.K. 1934 Была ли религия без духов ? (окончание). / Антирелигиозник, № 3 . М.

64. Новиков Г. А., Соколов В.Е. 1989 Отряд Хищные (Carnivora). / Жизнь животных. Млекопитающие. Т. 7. Стр. 267 269.

65. Нурмухаметов И.М. 1997 Остатки рыб из пещер Заповедная и Атыш 2. / Пещерный палеолит Урала. Материалы Международной Конференции 9 -15 сентября 1997 г. Уфа. Стр. 132 133.

66. Обермайер Г. 1913 Доисторический человек. Санкт-Петербург.

67. Оводов Н.Д. Фауна палеолитических поселений Толбага и Варварина Гора в Западном Забайкалье. / Природная среда и древний человек в позднем ан-тропогене. Улан Удэ. Стр. 122 - 140.

68. Окладников А.П. 1967 Утро искусства. JI.71. Палеолит СССР, 1984. М.

69. Петров В.П. 1934 Опыт стадиального анализа "охотничьих игрищ" (к постановке вопроса)". / СЭ, № 6.

70. Пщошичко И.Г. 1949 Разкопки палеолитичжл стоянки Гллинка в 1946 р. / Археолопчш пам'ятки УРСР, т. II. Киев.

71. Пидопличко И.Г. 1969 Позднепалеолитические жилища из костей мамонта на Украине. Киев.

72. Пидопличко И.Г. 1976 Межиричские жилища из костей мамонта. Киев.

73. Поликарпович K.M. 1968 Палеолит Верхнего Поднепровья. Минск.

74. Рощин А.Д. 1939 Hoei мкця знахождения юсток печерного ведмедя з залишками палеолггу. / Bicri Академи наук УРСР, № 9 10. Киев.

75. Сатаев P.M. 1997 Стратиграфия рыхлых отложений и фауна крупных млекопитающих пещеры Заповедная. / Пещерный палеолит Урала. Материалы Международной Конференции, 9-15 сентября 1997 г. Уфа. Стр. 130 132.

76. Селиванова Н.Б. 1980 Материалы исследования грубообломочной части рыхлых отложений привходовой зоны пещеры Кударо Ш. / Кударские пещерные палеолитические стоянки в Юго-Осетии (вопросы стратиграфии, экологии, хронологии). Москва. Стр. 39 44.

77. Серов С.Я. 1983 Медведь супруг (вариации обряда и сказки у народов Европы и Испанской Америки). / "Фольклор и историческая этнография". М.

78. Синицын A.A., Праслов Н.Д. (ред.) 1997 Радиоуглеродная хронология палеолита Восточной Европы и Северной Азии. Проблемы и перспективы. Археологические изыскания, вып. 52. СПб.

79. Смирнов Ю.А. 1987 К вопросу о культе черепа и нижней челюсти в раннем палеолите. / Проблемы интерпретации археологических источников. Орджоникидзе.

80. Смирнов Ю.А. 1991 Мустьерские погребения Евразии: возникновение погребальной практики и основы тафологии. М.

81. Смирнов Ю.А., Житенёв B.C. 1999 О ранних формах зоолатрии на примере «медвежьих пещер». / Тезисы научно-методической конференции SETI: прошлое, настоящее и будущее цивилизаций. М. Стр. 31 35.

82. Смолянинова С.П. 1990 Палеолит и мезолит Степного Побужья. Киев.

83. Столяр А.Д. 1971 "Натуральное творчество" неандертальца как основа генезиса искусства. / Первобытное искусство. Новосибирск.

84. Столяр А.Д. 1985 Происхождение изобразительного искусства. Москва.

85. Тан-Богораз В.Г. 1931 Культ воскресающего зверя и культ Христа. / "Воинствующий атеизм", № 4.

86. Токарев С.А. 1990 Ранние формы религии. М.

87. Филлипов А.К. 1991а Истоки и природа искусства палеолита. Авто реф. дисс. на соискание степени д.и.н. Л.

88. Филлипов АК. 19916 Истоки и природа искусства палеолита. Дисс. на соискание степени д.и.н. Л.

89. Филиппов А.К. 1997 Происхождение изобразительного искусства. СПб.

90. Фомин И.И. 1912 Искусство палеолитического периода в Европе. М.

91. Флеров К.К. 1929 Очерк жизни бурого медведя на Северном Урале. / Ежегодник Зоол. музея АН СССР. М.

92. Формозов A.A. 1966 Памятники первобытного искусства на территории СССР. м.

93. Формозов H.H. 1969 О фауне палеолитических стоянок Европейской части СССР. / Природа и развитие первобытного общества на территории Европейской части СССР. М. Стр. 69 74.

94. Фролов Б.А. 1974 Числа в графике палеолита. Новосибирск.

95. Церетели Л.Д. 1958 Кладбище пещерных медведей в окрестностях На-крельского перевала (пещера Цхра Джвари). / Известия Академии Наук Азербайджана СССР, № 2. Стр. 59 - 64.

96. Церетели Л.Д. 1970 По поводу некоторых остеологических остатков Причерноморской Грузии (Квачара, Яштхва). / Вестник Отделения общественных наук АН ГССР, № 6. стр. 131 138. (на груз, яз., рез. на русском языке).

97. Церетели Л.Д. 1971 Остатки пещерного медведя в Квачара и Яштхва. / Археологические исследования в Грузии 1969. Стр. 126 127, 227 - 228. Тбилиси, (на груз. яз.).

98. Честин И.Е. 1993 История семейства Ursidae. / Медведи : бурый медведь, белый медведь, гималайский медведь. М. Стр. 9-18.

99. Шер Я.А. 1990 К вопросу об истоках первобытного искусства. / Проблема наскальных изображений в СССР. М.

100. Щербакова Т.И. 1999 Модель описания «ритуальных» комплексов на памятниках каменного века. / Доклад на международной конференции «Локальные различия в каменном веке», посвященной 100 летию со дня рождения С.Н. Замятнина. Санкт - Петербург.

101. Abel О., Kyrie G. (eds.) 1931 Die Drachenhöhle bei Mixnitz. Speläologische Monographien, Bd. 7-9. Wien.

102. Abel. О, Koppers W. 1933 Eiszeitliche Bärendarstellungen und Bärenkulte in paläobiologischer und prähistorisch-ethnologischer Beleuchtung. / Palaeobi-ologica № 5. Стр. 7-64.

103. Altuna J. 1983 On the relationship between archeofaunas and parietal art in the caves of the Cantabrion région. / Clutton Brock J., Grigson C. (eds.) Animais and Archaeology. 1. Hunters and their prey. vol. 1. Oxford.

104. Altuna J. 1994 La relación fauna consumida fauna representada en el Paleolítico Superior Cantábrico. / Complutum № 5.

105. Antonius O. 1921 Vorläufiger Bericht über die Untersuchung der Höhlenbärenschädel aus der Drachenhöhle bei Mixnitz. / Anzeiger der Akademie der Wissenschaften, 58. Wien. Стр. 120 121.

106. Art et civilisation des chasseurs de la préhistoire : 34 000 8 000 ans av. J. -C. 1984. Paris.

107. Auguste P. 1992 Étude archéozoologique des grands mammifières du site plé-istocène moyen de Biache-Saint-Vaast (Pas-de-Calais, France) : apports biostrati-graphiques et palethnographiques. / L'Anthropologie, t. 96, fasc. 1. Стр. 49 70.

108. Auguste P. 1995 Chasse et charognage au Paléolithique moyen : l'apport du gisement de Biache-Saint-Vaast (Pas-de-Calais, France). / BSPF, t. 92, № 2. Стр. 155 167.

109. Azema M. 1990 Les représentations d'ursides et de félidés dans l'art paléolithique du sud ouest de la France et de l'Espagne Atlantique. T. 1-2. Aix - en - Provance.

110. Bachofen Echt A. 1931 Fährten und andere Lebensspuren. / Abel O., Kyrie G. (eds) Die Drachenhöhle bei Mixnitz. Speläologische Monographien, Bd. 7-9. Wienna. Стр. 711-718.

111. Bächler E. 1920/21 Das Drachenloch ob Vättis im Taminatale. / Jahrbuch der St. Gallischen Naturwissenschaftlichen Gessellschaft, t. 57. St. Gallen.

112. Bächler E. 1923 Die Forschungsergebnisse im Drachenloch ob Vättis im Taminatale. / Jahrbuch der St. Gallischen Naturwissenschaftlichen Gessellschaft, t. 59. St. Gallen. Стр. 79-118.

113. Bächler E. 1936 Das Wildenmannlisloch am Selun. St. Gallen.

114. Bächler E. 1940 Das Alpine Paläolithikum der Schweiz. Monogr. Ur u. Frühgesch. Schweiz, 2. Basel.

115. Bächler H. 1957 Die Altersgliederung der Höhlenbärenreste im Wildkirchli, Wildenmannlisloch, Drachenloch. / Quartär, Bd. 9. Bonn. Стр. 131 146.

116. Baffier D., Girard M. 1998 Les cavernes d'Arcy-sur-Cure. Paris.

117. Bahn P. 1982 Les "boutons d'os" du gisement moustérien de Soulabé (Ariège). / Bulletin de la Société Méridionale de Spéléologie et de Préhistoire, XXII. Стр. 31-37.

118. Bandi H.-G. 1966 Art quaternaire et zoologie. / Actas Simposio internacional de arte rupestre. Barcelona. Стр. 13-19.

119. Bandi H.-G., Hauber W., Sauter M.-R., Sitter B. (eds.) 1979. La contribution de la zoologie et de l'ethologie a l'interpretation de l'art des peuples chasseurs préhistoriques. 3 e Colloque de la Société suisse des sciences humaines.

120. Baryshnikov G., Hoffecker J.F., Burgess R.L. 1996 Palaeontology and Zooar-chaeology of Mezmaiskaya Cave (Northwestern Caucasus, Russia). / Journal of Archaeological Science, 23. Стр. 313 335.

121. Battaglia R. 1922 La caverna Pocala e la cronología del Mousteriano in Europa. / Memorie della Reale Accademia Nazionale dei Lincei, 16. Roma. Стр. 617 -686.

122. Bednarik R.G. 1992 The Pleistocene Art of Asia. / Ancient Images? Ancien Thought: The Archeology of Ideology: Proc. of the 23rd Ann. Chacmool Conf. Calgary.

123. Bednarik R.G. 1994 Wall markings of the cave bear. / Studies in Speleology, vol. IX, February. Стр. 51-70.

124. Comte Bégouen H. 1926 L'art mobilier dans la caverne du Tue d'Audoubert (Ariège). / IPEK. Стр. 219 228.

125. Comte Bégouen H. 1951 Un "Objet Orné" en forme de tête d'ours provenant de la caverne des Trois Frères. / BSPA, t. VI. Стр. 31 32.

126. Bégouen H., Breuil H. 1928 Les Ours déguisés de la caverne des Trois Frères (Ariége). / Festschrift du P.W. Schmidt. Wien.

127. Bégouen H., Breuil H. 1958 Les cavernes du Volp : Trois Frères, Tue d'Audoubert. Paris.

128. Bégouen R., Clottes J. 1981 Apports mobiliers dans les Cavernes du Volp (Enlène, les Trois Frères, le Tue d'Audoubert). / Altamira symposium. Madrid. Стр. 157- 194.

129. Biberson P. 1968 Les gisements acheuléens de Torralba et Ambrona (Espagne). Nouvelles précisions. / L'Anthropologie, t. 72. № 3 4. Paris.

130. Biddittu I., Cassoli P., Malpieri L. 1967 Stazione Musteriana Radice nel Co-mune di Sora (Frosinone). / Quaternaria, 9. Roma. Стр. 321 348.

131. Binford L.R. 1981 Bones: Ancien Men and Modem Myths. NY.

132. Binford L.R. 1984 Faunal remains from Klasies River Mouth. Orlando.

133. Bonifay E. 1962 Un ensemble rituel moustérien à la grotte du Régourdou (Montignac, Dordogne). / "Atti." V. 2.

134. Bonifay E., 1964 La grotte du Régourdou (Montignac, Dordogne): Stratigraphie et industrie lithique moustérien. / L'Anthropus, t. 68, № 1 2.

135. Bonifay E., Vandermeersch B. 1964 Dépots rituels d'ossements d'ours dans le gisement moustérienne. / L'Anthropologie, t. 68, № 1 2. Paris

136. Bourdier F. 1947 VIII Circonscription Préhistorique. / Gallia, t. 5.

137. Breuil H. 1912 Les subdivision du paléolithiques supérieur et leur signification. / Congrès International d'Anthropologie et d'Archéologie préhistoriques. Compte Rendu de la XlVme session. Genève. Стр. 165 238.

138. Breuil H. 1925 Stations paléolithiques en Transylvanie. / Bulletin de la Société des Sciences de Cluj, t. 2, partie 2. Стр. 193 217.

139. Breuil H. 1974 Quatre cents siècles d'Art parietal. Montignac.

140. Breuil H., Obermaier H. 1912 Les premiers travaux de l'Institut de Paléontologie humaine. III. Fouilles et relevés de dessins a Gargas (Hautes-Pyrénées). / L'Anthropologie, t.XXEI, № 1. Стр. 1 27 (III. - Стр. 26 - 27).

141. Breuil H, Saint Périer R. de 1927 Les poissons, les batraciens et les reptiles dans l'art quaternaire. Archive de l'Institut de Paléontologie Humaine, Mem. 2. Paris.

142. Breuil H., Nougier L.R., Robert R. 1956 Le lissoir aux ours de la grotte de la Vache à Alliât, et l'ours dans l'art quaternaire Franco Cantabrique. / Bulletin de la Société Préhistorique de 1' Ariége. t. XI. Toulouse. Стр. 15-77.

143. Brodar S. 1938 Das Paläolithikum in Jugoslawien. / Quartär, Bd. 1. Bonn.

144. Brodar S. .1939 O stratigrafii Potocka zijalka. / Glasnik Muzejskega Drustva za Slovenijo, № 20. Ljubljana.

145. Brodar S. 1957 Zur frage der Höhlenbärenjagd und des Höhlenbärenkults in den paläolitischen Fundstellen Jugoslawiens. / Quartär, Bd. 9. Bonn.

146. Bürgl H. 1933 Zur Frage der Schädelhaltung des Höhlenbären. / Paläobi-ologica, 5 Wien. Стр. 65 80.

147. Capitan L., Breuil H., Bourrinet P., Peyrony D. 1908 La Grotte de la Mairie á Teyjat (Dordogne). Fouilles d'un gisement magdalénien. / Revue de l'Ecole d'Anthropologie, année 18. Стр. 153 173, 198 -218.

148. Capitan D., Breuil H., Peyrony D. 1915 Nouvelles grottes ornées de la vallée de la Beune. / L'Anthropologie, t. XXVI. Paris. Стр. 505 518.

149. Catalogue of fossil hominids. Oakley K.P., Campbell В.G., Mollesson Th.I. (ed). Pt 2: Europe. London. 1971.

150. Chasse P.G., Dibble H.L. 1987 Middle Paleolithic Symbolism: a review of current evidence and interpritations. / Journal of Archaeological Anthropology, № 6.

151. Chauvet J.-M., Deschamps E.B., Hiilaire C. 1995 La Grotte Chauvet, À Vallon Pont- D'Arc. Paris.

152. Cheynier A. 1949 Badegoule, station solutréenne et proto magdalénienne. Archive de l'Institut de Paléontologie Humaine, Mem. 23. Paris

153. Chollet A., Airvaux J. 1990 Bases objectives de la chronologie de l'art mobilier paléolithique en Poitou. / Clottes J. (ed.) L'Art des Objets au Paléolithique. Paris. Стр. 77 82.

154. Clottes J. 1989 The identification of human and animal figures in European Palaeolithic art. / Animals into art. One world archaeology. Стр. 21 56.

155. Clottes J. (ed.) 1990 L'Art des Objets au Paléolithique. T. 1: L'Art Mobilier et son Contexte. T. 2: Les Voies de la Recherche. Paris.

156. Clottes J., Courtin J. 1994 La grotte Cosquer. Peintures et gravures de la caverne engloutie. Paris.

157. Chasse P.G. 1989 How different was Middle Palaeolithic subsistence? A zooarchaeological perspective on the Middle to Upper Palaeolithic transition. / (Mellars P., Stringer C., eds.) The human revolution. Princeton. Стр. 321 337.

158. Clottes J. 1989 The identification of human and animal figures in European Paleolithic art. / Morphy H. ed. Animais into Art, One World Archaeology. London.

159. Couturier M. 1954 L'ours brun. Grenoble.

160. Cramer H. 1941 Der Lebensraum des eiszeitlichen Höhlenbären und "Höhlenbärenjagdkultur" / Zeitschrift der Deutschen Geologischen Gesselschaft, №93.

161. Daleau F. 1963 La caverne de Pair-non-Pair, Gironde. Documents d'Aquitaine (II). Bordeaux.

162. Dandine В. 1952 Un crâne pathologique d'ours des cavernes de la grotte de Fauzau (Hérault). / BSPF, 49. Paris. Стр. 576 578.

163. David F. 1997 Les ours du Chatelperronien de la grotte du Renne à Arcy sur- Cure (Yonne). / Доклад, представленный на международную конференцию "L'Homme et L'Ours / Man and Bear", Auberives en - Royans (Isere), Франция.

164. Deffarge R., Laurent P., Sonneville Bordes D. 1975 Art mobilier du Magdalénien supérieur de l'Abri Morin à Pessac - sur - Dordogne (Gironde). / Gallia Préhistoire, t. 18, fasc. 1. Стр. 1-64.

165. Delluc В., Delluc G. 1979 La grotte omée des Bernous à Bourdeikkes (Dordogne). / BSPF, t. 76, № 2. Стр. 39 45.

166. Delpech F. 1975 Les faunes du paléolithique supérieur dans le Sud Ouest de la France. Thèse de doctorat d'état ès sciences naturelles. T. 1.

167. Delpech F. 1996 L'environnement animal des Moustériens Quina du Périgord. / Paleo, № 8 (décembre). Стр. 31 46.

168. Deiporte H. 1995/1996 L'Art paléolothique mobilier. / L'art préhistorique. Les dossiers d'archéologie, № 209. Décembre 1995 / Janvier 1996. Стр. 20-31.

169. Dewez M. 1981 Les grottes de Sclayn: ensemble rituel moustérien ou repaire d'ours ? / Activités 80 du S.O.S. Fouilles, 2. Стр. 79-83.

170. Dewez M. 1987 Le paléolithique supérieur récent dans les grottes de Belgique. Liege.

171. Drößler R. 1980 Kunst der Eiszeit. Leipzig.

172. Dupont E. 1872 Sur deu fragments d'objets applés "bâtons de commandement" découverts dans la caverne de Goyet (province de Namur). / Bull. Acad. r. Belg. Cl. Sei. № 27 стр. 274-275.

173. Ehrenberg K. 1953. Die paläontologischen, prähistorische und paläo -ethnologische Bedeutung der Salzofenhöhle im Lichte der letzten Forschungen". / Quartär, Bd. 6. Hlb.l. Bonn.

174. Ehrenberg K. 1954 Die paläontologische, prähistorische und paläo ethnologische Bedeutung der Salzofenhöhle im Lichte der letzten Forschungen. / Quartär, 6. Стр. 19-58.

175. Erdbrink D P. 1953 A review of fossil and recent bears of the Old World : 2 pt. Lange; Deventer.

176. Escola M., Lang L., Moutel P., Seara F. 1989 Le niveau magdalénien M3 de l'abri sud de La Baume Noire à Fretigney (Haute Saône). B. L'Art mobilier. / La Magdalénien en France. Actes du colloque de Mayence, 1987. Liege. Стр. 166 -176.

177. Feustel R, Kerkmann K., Schmid E., Musil R., Mania D., von Knorre D, Jacob H. 1971 Die Urdhöhle bei Döbritz. / Alt Thüringen, № 11. Weimar.

178. Fontana L. 1999 Mobilité et subsistance au Magdalénien dans le Bassin de l'Aude. / BSPF T. 96, № 2. Стр. 175 190.

179. Fosse Ph., Morel Ph., Brugal J.Ph. 1997 Taphonomie et paleoethologie des Ursides Pleistocenes. / Доклад, представленный на международную конференцию "L'Homme et L'Ours / Man and Bear", Auberives en - Royans (Isere), Франция.

180. Freund G. 1956 Der 3. Kongreß der Hugo Obermaier Gessellschaft 1954 . ! Quartär, Bd. 7/8. Bonn.

181. Gabori-Csank V. (ed.) 1968 La station du Paléolithique moyen d'Erd Hongrie. Budapest, Akademiai Kiadô.

182. Garcia M.-A., Morel Ph. 1995 Restes et reliefs : présence de l'homme et de l'ours des cavernes dans la grotte de Montespan Ganties, Haute - Garonne. / Anthropozoologica, №21. Стр. 73 - 78.

183. Gargett R.H. 1996 Cave bears and modem human origins : the spatial ta-phonomy of Pod Hradem Cave, Czech Republic. NY.

184. Gautier A. 1986 Une histoire de dents : Les soi disant incisives travaillées du Paléolithique Moyen de Sclayn. / Hélinium, 26 (2). Стр. 177 - 181.

185. Glory A. 1956 La grotte ornée d'Aldéne ou de Fauzan (Hérault). / Congr. Préhist. de France, 15e ses., Poitiers Angouléme. Стр. 536 - 541.

186. Glory A., Pierret В. 1960 La grotte ornée de Villars, Dordogne. / BSPF, t. 57. Стр. 355 361.

187. Guzvica G., Radanovic-Guzvica B. 1997 Paleopathological anomalies on cave bear skeleton from Croatian Pleistocene sites. / Доклад, представленный на международную конференцию "L'Homme et L'Ours / Man and Bear", Auberives en - Royans (Isere), Франция.

188. Gvozdover M. 1995 Art of the Mammoth Hunters : The Finds from Avdeevo. Oxbow Monograph, 49. Oxford.

189. Hahn J. 1986 Kraft und Agression. Die Botschaft der Eiszeitkunst im Aurignacien Süddeutschlands ? Tübingen.

190. Hauser O. 1925 Urgeschichte auf grundlage praktischer ausgrabungen und forschungen. Jena.

191. Heller F. 1957 Funde und Beobachtungen im Hohlen Stein bei Schambach, Lkr. Eichstätt. / Quartär, Bd. 9. Bonn.

192. HofFecker J.F., Baryshnikov G., Potapova O. 1991 Vertebrate remains from the mousterian site of Il'skaya I (Northern Caucasus, USSR) : new analysis and interpretation. / Journal of Archeological Science, 18. Стр. 113 148

193. Hoffecker J., Baryshnikov G. Neanderthal ecology: New data from the Northern Caucasus. / American Scientist. 1998 (in press).

194. Jéquier J.P. 1975 Le Moustérien alpin. Révision critique. / Eburodunum II -Cahiers d'archéologie Romande. Yverdon.

195. Jochim M. 1983 Paleolithic cave art in ecological perspective. / Bailey G.N. (ed.) Hunter gatherer Economy in Prehistory. A European Perspective.

196. Kadic O. 1938 Bervavölgyi sziklaüreg. / Barlangkutatâs № 16.

197. Klima В. 1957 Übersicht über jüngsten paläolithischen Forschungen in Mähren. / Quartär, № 9.

198. Klima B. 1963 Dolni Vëstonice. Vyzkum tâboristë lovcu mamutü v letech 1947- 1952. Praha.

199. Klima B. 1990 Chronologie de l'art mobilier Paléolithique en Europe Centrale. / Clottes J. (ed.) L'Art des Objets au Paléolithique. Стр. 133 140.

200. Koby F. E. 1943 Les soi - disant instruments osseux du Paléolithique alpin et le charriage à sec des os d'ours des cavernes. / Verhandlungen der Naturforschenden Gesellschaft in Basel, № 54. Basel. Стр. 59 - 95.

201. Koby F.-Ed. 1951 L'Ours des cavernes et les Paléolithiques. / L'Anthropologie, t. 55, № 3 4.21?. Koby F.-E. 1951 L'omoplate d'Ursus spelaeus. / Verhandlungen der Naturforschenden Gesellschaft in Basel, 62. Basel. 23 стр.

202. Kurten B. 1966 Pleistocene bears of North America. 1 Genus Tremarctos, spectacled bears. /' Acta zool. fenn., vol. 145. Стр. 1 120.

203. Kurtén В. 1972. "The Cave Bear". / "Scientific American", March, vol. 226, № 3. Стр. 60-72.

204. Kurten В. 1976 The cave bear story. Life and death of a vanished animal. NY.

205. Lädier E., Welté А.-С. 1993 Les Objets de parure de la vallée de l'Aveyron : Fontalès, Abris de Bruniquel (Plantade, Lafaye, Gandil). / Paléo № 5.

206. Ladier E., Welté A.-C., Lambert G. 1994 Les Objets de parure de la vallée de l'Aveyron : Le Courbet, Bruniquel Montastruc et autres abris; documents inédits ou retrouvés. / Paléo № 6. Стр. 197 - 231.

207. Laming-Emperaire A. 1962 La signification de l'art rupestre paléolithique. Paris.

208. Laming-Emperaire A. 1970 Système de pensée et organisation sociale dans l'art rupestre paléolithique. L'homme de Crô Magnon, Anthropologie et Archéologie. Paris.

209. Larte L., Chaplain Duparc 1874 Une sepulture des anciens troglodytes des Pyrénées, superposée à un foyer contentant des débris humains associés à des dents sculptées de lion et d'ours. Paris.

210. Lascu Ch., Baciu F., Gligian M., Sarbu S. 1996 A mousterian cave bear worship site in Transylvania, Roumania. / Journal of prehistoric religion, vol. 10. Стр. 17-27.

211. Lemozi A. 1929 La grotte temple du Pech - Merle. Paris.

212. Leonardi P. 1990 Bases objectives de la chronologie de l'art mobilier Paléolithique en Italie. / Clottes J. (ed.) L'Art des Objets au Paléolithique. Стр. 121 131.

213. Leonova N.B., Min'kov E.V. 1988 Spatial analysis of faunal remains from Kamennaya Balka II. / Journal of Anthropological Archaeology, 7. Стр. 203 -230.

214. Lequatre P. 1966 La grotte de Prélétang (commune de Presles, Isère). / Gallia préhistoire, t. 9. Стр. 1 92.

215. Leroi Gourhan A. 1947 La Grotte des Furtins (Commune Berzé-la-Ville, Saône et Loire). / BSPF, t. 44, № 1 - 2. Стр. 45 - 55.

216. Leroi Gourhan A. 1950 La Grotte des Furtins (Commune Berzé-la-Ville, Saône et Loire). / Préhistoire, t. XI. Paris. Стр. 17 - 142.

217. Leroi Gourhan A. 1961 Les fouilles d'Arcy - sur - Cure (Yonne). / Gallia Préhistoire, IV. Стр. 3-16.

218. Leroi Gourhan A. 1964 Les religions de la Préhistoire (Paléolithique). Paris.

219. Leroi Gourhan A. 1965 Préhistoire de l'Art occidental. Paris.

220. Leroy Prost Chr. 1996 Les "Cousoirs" aurignaciens sur canines de carnivores. / Antiquité nationales, 28. Стр. 47 - 52.

221. Lorblanchet M. 1989 From man to animal and signs in Palaeolithic art. / Animais into art. One world archaeology. Стр. 109 143

222. Lumley H. 1969 Une Cabane acheuléenne dans la grotte du Lazaret (Nizze). Paris.

223. Malvesin-Fabre G., Nougier L.-R., Robert R. 1951 Engins de chasse et de pêche du magdalénien de la Grotte de la Vache (Ariège). / BSP A, t. VI. Стр. 1330.

224. Malez M. 1956a Geologische und paläontologische forschungen in der Höhle Veternica. / Acta Geologica, I.

225. Malez M. 19566 GeoloSka i paleontoloSka istrazivanja u pecine Veternici. / Acta Geologica, I.

226. Malez M. 1958/59 Das Paläolithikum der Veternicahöhle und der Bärenkult. / Quartär, 10/11. Bonn. Стр. 171 188.

227. Malez M. 1961 Pecina Veternica kao paleolitisko nalaziste s tragovima kulta medvjeda. / Jugoslavenski speleoski Kongres, Split, 1958, Zagreb, 1961. Стр. 123 -138.

228. Malez M. 1963 Kvartarna fauna pecine Veternice u Medvednici. / Paleontologia Jugoslavica, Sv. 5. Zagreb.

229. Morel Ph. 1993 Une chasse à l'ours brun il y a 12'000 ans : nouvelle découverte à la grotte du Bichon (La Chaux de - Fonds). / Archéologie suisse, 16. 1993. 3. Стр. 110- 117.

230. Mouton P. 1956 Un nouvel outil de l'Aurignacien typique "Les Cousoirs" sur canines de grand fauves. / C.P.F., c.r. de la XVe session. Стр. 756 757.

231. Musil R. 1959 Osteologicky materiâl z paleolitického sidlistë v Pavlovë. / Anthropozoikum № 8. Стр. 83 106.

232. Müller Beck H., Albrecht G. 1987 Die Anfänge der Kunst vor 30 000 Jahren. Stuttgart.

233. Naber F., Berenger D., Zalles Flossbach 1976 L'Art pariétal paléolithique en Europe romane. Bonn.

234. Nahodil O. 1949 Historicko geograficky narys rozsireni kultu medveda a jeho prezitku. /Nârodopisny vestnik ceskoslovansky, XXXI, № 1 - 2.

235. Nougier L.R., Robert R. 1968 Scène d'initation de la grotte de La Vache â Alliât (Ariége). / BSP A, t. XXIII. Toulouse.

236. Nougier L.R., Robert R. 1975 Présentation de deux "bâtons perforés" de la Grotte de La Vache d'Alliât. / BSPA, t. XXX. Toulouse.

237. Pacher M. 1997a The question of "Cave bear cuit". / Доклад, представленный на международную конференцию "L'Homme et L'Ours / Man and Bear", Auberives en - Royans (Isere), Франция.

238. Pacher M. 1997b Der Höhlenbärenkult aus ethnologischer sieht. / Wiss. Mitt. Niederösterreichischer Landesmuseum, 10. Wien. Стр. 251 375.

239. Pales L., 1930 Paléopathologie et pathologie comparative. Paris.

240. Pales L. 1969 Les gravures de La Marche. I. Félins et Ours. Institut de préhist. de l'univ. de Bordeaux, mem. 7. Bordeaux.

241. Passemard E. 1944 La caverne d'Isturitz en Pays Basque. / Préhistoire, t. IX. Paris.

242. Patou M. 1984 La faune de la Galerie Rive Droite du Mas d'Azil (Ariéege) : données paléoclimatiques et paléthnographiques. / BSPF T. 81, № 10 -12. Стр. 311-319.

243. Philippe M. 1991 La Balme à Collomb (Entremont-le-Vieux, Savoie) et ses ours des cavernes. Premiers résultats des fouilles paleontologiques. / Congrès Spé-léo Rhône-Alpes, 4-5 Mai 1991.

244. Piette Ed. 1904 Études d'ethnographie préhistorique. VII. Classification des sédiments formés dans les cavernes pendant l'âge du renne. / L'Anthropologie. T. XV, № 2. Paris. Стр. 129 176.

245. Pittard E. 1912 Une gravure sur galet de l'époque aurignacienne. / L'Anthropologie. T. XXIII, № 3 4. Paris. Стр. 307 - 311.

246. Pittioni R. 1951 A propos des grottes autrichiennes avec culte de l'ours. / BSPF, t. XLVIII, № 9 10.

247. Plenier A. 1971 L'Art de la grotte de Marsoulas. Mémoires de l'Institut d'Art Préhistorique, 1. Toulouse.

248. Rice P.C., Paterson A.L. 1985 Cave art and bones: Exploring the interrelationships. / Amer. Anthropol. 87.

249. Rice P.C., Paterson A.L 1986 Validating the cave art archeofaunal relationship in Cantabrian Spain. / Amer. Anthropol. 88.

250. Riek G. 1938 Ein Beitrag zur Kenntnis des süddeutschen Solutréen. / Germania, №22

251. Rousseau M. 1967 Les grandes félins dans l'art notre préhistoire. Paris.

252. Rouzaud F., Rousaud J.N., Lemaire E. 1992 La "vision polaire" ou la transcription graphique bidimensionnelle des volumes au paléolithique supérieur. / Paléo, №4. Стр. 195-212.

253. Rouzaud F., Soulier M., Lignereux Y. 1996 La grotte de Bruniquel. / Spe-lunca 5e série № 60, décembre 1995. Стр. 27 34.

254. Rouzaud F. 1997 L'ours dans l'art paléolithique. / Доклад, представленный на международную конференцию "L'Homme et L'Ours / Man and Bear", Au-berives en - Royans (Isere), Франция.

255. Rozoy J.-G. 1990 Les plaquettes gravées magdaléniennes de Roc-La-Tour I. / Clottes J. (éd.) L'Art des Objets au Paléolithique. T. 1. Стр. 261 277.

256. Saint Périer R. de 1920 La grotte des Harpons a Lespugne (Haute - Garonne). / Extrait L'Anthropologie, t. XXX, № 3 - 4. Paris. Стр. 209 - 234.

257. Saint Périeer R. de 1930 La grotte d'Isturitz, I, Le Magdalénien de Salle de Saint - Martin. Archive de l'Institut de Paléontologie Humaine, Mem. 7. Paris.

258. Saint Périeer R. de 1936 La grotte d'Isturitz, II, Le Magdalénien de la Grand Salle. Archive de l'Institut de Paléontologie Humaine, Mem. 17. Paris.

259. Saint Pérrier R. et S. 1950 La grotte d'Isturitz, III, Les Solutréens, les Aurignaciens et les Moustériens. Archive de l'Institut de Paléontologie Humaine, Mem. 25. Paris.

260. Sieveking A. 1990 Les plaquettes et leur rôle. / Clottes J. (ed.) L'Art des Objets au Paléolithique. T. II. Стр 7-18.

261. Soergel W. 1940 Die Massenvorkommen des Höhlenbären. Ihre biologische und stratigraphische Deutung. Jena.

262. Soffer 0. 1985 The Upper Paleolithic of the Central Russian Plain. San Diego.

263. Solecki R.S. 1982 A ritual middle palaeolithic deer burial at Nahr Ibrahim cave, Lebanon. / Archéologie au Levant, Recueil R. Saidah, СМО 12, Arch. 9. Lyon. Стр. 47 56.

264. Stiner MC. 1994 Honor among thieves : A zooarchaeological study of Neanderthal ecology. Princeton.

265. Thenius E. 1959 Ursidphylogenese und Biostratigraphie. / Zeischr. Saugetierk. Bd. 24. Стр. 78 84.

266. Ucko P.J., Rosenfeld A. 1966 L'art paléolothique. Paris.

267. Vértes L. 1955. Neuere Ausgrabungen und paläolithische Funde in der Höhle von Istallösko. / Acta archaeologia Hungarica, t. 5. № 3 4.

268. Vértes L. 1958/59 Die Rolle des Höhlenbären im ungarischen Paläolithikum. / Quartär, 10/11. Bonn. Стр. 151 160.

269. Vézian J. 1989 Les fouilles à l'entrée du Portel Ouest (Loubens, Ariège). Stratigraphie générale et passage du paléolothique moyen au paléolithique supérieur. / BSP A, t. XLIV. Стр. 225 261.

270. Vialou D. 1979 Grotte de l'Aldène. / Gallia, 22. Стр. 1 79.

271. Zotz L.F. 1939. Die Altsteinzeit in Niederschlesien. Leipzig.

272. Zotz L.F. 1951 Altsteinzeitkunde Mitteleuoropas. Stuttgart.1. Рукописи и отчеты

273. Вангенгейм Э.А. 1959 1971 Опись коллекций фаунистических находок из раскопок позднепалеолитической стоянки КБ II в 1959 - 1971 гг. НА НИИ МАМГУ. № 531 -561.

274. Вангенгейм Э.А. 1978 1999 Опись коллекций фаунистических находок из раскопок позднепалеолитической стоянки КБ II в 1978 - 1999 гг. НА НИИ МАМГУ. № 578 - 626.

275. Гвоздовер М.Д. 1968 Отчет о работе Донской археологической экспедиции Исторического факультета МГУ в 1968 г. НА НИИ МАМГУ. № 540.

276. Леонова Н.Б. 1996 Отчет о работе Донской археологической экспедиции Исторического факультета МГУ в 1996 г. НА НИИ МАМГУ. № 623.

277. Федоров В.К. 1995 Отчет о археологических разведках в среднем течении рек Инзера и Лемезы в пределах Белорецкого района Б АССР в 1990 г. Архив ИА. Р- 1. № 15418.172

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 90919