Лингвориторические средства выражения антропоцентризма в русском и переводном эзотерическом дискурсе тема диссертации и автореферата по ВАК 10.02.19, кандидат филологических наук Сунгуртян, Карина Кеворковна

Диссертация и автореферат на тему «Лингвориторические средства выражения антропоцентризма в русском и переводном эзотерическом дискурсе». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 256684
Год: 
2007
Автор научной работы: 
Сунгуртян, Карина Кеворковна
Ученая cтепень: 
кандидат филологических наук
Место защиты диссертации: 
Сочи
Код cпециальности ВАК: 
10.02.19
Специальность: 
Теория языка
Количество cтраниц: 
180

Оглавление диссертации кандидат филологических наук Сунгуртян, Карина Кеворковна

ВВЕДЕНИЕ.

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ АНАЛИЗА АНТРОПОЦЕНТРИЗМА ЭЗОТЕРИЧЕСКОГО ДИСКУРСА.

1.1. Антропоцентрическая мегапарадигма в языкознании: философские основания, принципы и проблемы.

1.2. Понятия «текст», «дискурс», «эзотерический дискурс»: сопоставительный анализ.

1.3. Эзотерический дискурс как объективация сознания языковой личности особого типа в свете лингворнторпческого подхода.

ГЛАВА 2. ЛИНГВОРИТОРИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РУССКОГО И 11ЕРЕВОД1ЮГО ЭЗОТЕРИЧЕСКОГО ДИСКУРСА.

2.1. Лннгвориторика антропоцентрической стратегии русского эзотерического дискурса (Е.И. Рерих).

2.2. Лннгвориторика антропоцентрической стратегии переводного эзотерического дискурса (Д'/К. Голдсмпт).

2.3. Прикладной аспект анализа эзотерического дискурса: социокультурно-образовательный потенциал.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Лингвориторические средства выражения антропоцентризма в русском и переводном эзотерическом дискурсе"

Современная ситуация в языкознании определяется учеными как поли-парадигмальиая, что обусловлено анализом объекта одновременно по различным направлениям в разных парадигмах знания. Так, В.И. Шаховский называет такие сосуществующие парадигмы лингвистической науки, как «антропоцентрическая, функциональная, коммуникативная, когнитивная, текстоцетрическая, прагматическая, -шотиологическая и другие» [Шаховский 1998, с. 59|, которые в конкретике анализа зачастую выступают слитно. Антропоцентрическая парадигма рассматривается в данном перечне в качестве рядоположной, однако сегодня правомерно говорить о ее «гипе-ронимическом» иарадигмальном статусе, имплицитном для каких-то направлений лингвистической мысли, но для большинства - эксплицитном. Соответственно актуальность проблемы исследования определяется утверждением в современной лингвистике антропоцентрического подхода уже не просто как одного из равноправных, а как научной мегапрадигмы (А.А. Ворожбитова), по отношепшо к которой остальные языковедческие парадигмы объективно выступают в качестве более частных.

Так, например, 90-е гг. XX в. ознаменовались «поисками четвертой парадигмы» (Г1. Серио) сверх устоявшихся, выделенных по семиотическому принципу парадигм - семантической, синтактической и прагматической [Серио, 19931, и 10.С. Степанов писал о «проступающих контурах новой парадигмы» применительно к когнитивной парадигме |Степаиов, 1991]. Однако необходимо признать, что но отношению к языковой личности, в структуре которой одни из уровней (в любой концепции) является (лин-гво)когиитпвиым, когиитпвизм объективно выступает явлением более частного порядка, нежели ан тропоцентризм, т.к. фиксирует лишь один из аспектов рассмотрения языковой личности - ментальную ипостась субъекта речемыслительных процессов, репрезентируемых в дискурсии.

Таким образом, главенствующая и всеобъемлющая роль антропоцентрического подхода в отечественном языкознании XXI в. обусловлена эксплицитной, «узаконенной» постановкой человека в центр всей системы научных координат. «Важнейший методологический сдвиг» в языкознании XX в. - «переход от лингвистики имманентной к лингвистике антропологической», когда «все больше укрепляется мысль о том, что попять природу языка можно лишь исходя из человека и его мира в целом.» [Рузин, 1993, с. 48]. В центре внимания антропоцентрической мегапарадигмы -языковая личность, субъект речемыслительпой деятельности, создающий или воспринимающий дискурсы различных типов, запечатленные в текстовых массивах.

С точки зрения изучаемого языкового материала научная актуальность диссертации обусловлена исследованием эзотерического дискурса, представленного обширным пластом текстов, как классических, переживших на рубеже XX-XXI вв. взрыв читательского интереса, так и современных авторов. Эзотерический дискурс выражает особое мировосприятие личности, ставящей на первый план духовную суть жизни п подчиняющей все материальные проявления человеческого существования невидимым явлениям «тонкого мира». Указанная проблематика на протяжении тысячелетий волнует человечество, различные ее иптериретацпп имеются во всех национальных культурах, отражены в текстах на разных языках. Объективно созрели научные предпосылки для формирования общей теории эзотерического дискурса, некоторые аспекты которой только начинают разрабатываться1.

1 По данным Интернет, эзотерическая проблематика к соиремеипои гуманитарной пауке aiaiiisno изучается почти исключительно и рамках философско-культурологн-чсскон области знания |См. напр.: hup: /тмии ьси-т/о/slnviliJuniJ; hup://\\\\\v.ru?>s.i4rЖивой Этики» (Ьарпаул. 2002). по спец. «Теория языка» защищена дне

Принципиально важное значение для данной работы имеет выбор конкретного материала исследования. Если тексты популярных эзотерических серий современных российских авторов уже изучались с точки зрения лингвориторических параметров (I I.IO. Хачатурова), то мы избрали в качестве эмпирической основы дискурс Е.И. Рерих и Дж. Голдсмита. Время по праву перевело тексты Рерих в разряд классических: в сопоставлении с книгами новых авторов они носят действительно глубокий философский характер. Представляют особый интерес и переводные тексты2 американца Голдсмита, которые только сейчас доступны русскоязычному читателю, однако были созданы в середине XX в. и по глубине разработки философских вопросов устройства мироздания также могут быть причислены к прецедентным для новейших образцов. При этом в социокультурном аспекте важно, что подобные прецеденты, как отмечает П.Ф. Алефпренко в статье «К проблеме дискурспвио-текстового универсума культуры», являются «дискурспвпо обусловленными фактами, имевшими ранее место в лиигвокогнитивной деятельности членов определенного культурно-языкового сообщества и служащими образцом для последующих подобных фактов» [Алефпренко, 2002. с. 10].

В настоящее время в российском культурно-образовательном пространстве эзотерическая проблематика пользуется большой популярностью: люди, принадлежащие к разным слоям населения, к разным образовательсертация Хачатуровои 11.10. «Лппгворитрнческпе параметры росашского эзотерического дискурса рубежа XX XXI ни.» (Сочи. 2004).

2 В данном диссертаиношюм исследовании шиирпческим материалом послужили только переводы (переводчик указан как JI.M). а не оригинальные тексты Дж. Голдсмита. т.к. именно переводные тексты эзотерической проблематики широко представлены в массовой продаже п пользуются спросом российского читателя. В оригинале же иноязычная эзотерика практически недоступна, соответственно не оказывает того коммуникативного воздействия па коллективную языковую личность, которое служило для пас кри терием о тбора эмпирического материала. Па том же основании в образовательно-прикладном аспекте памп анализировались переводные тексты современного американскою эзотерика II. Уолша. вышедшие большими тиражами. ным уровням собираются в различные общества и группы для совместных медитации, астрологических штудии, энергетических тренировок, цели-тельства. При этом резко возросла популярность соответствующей литературы так называемого «эзотерического направления», посвященной вопросам духовности, космической природы человека, его связи с Богом, перспективам человечества связи с его ожидаемым переходом в третьем тысячелетии в Эру Водолея. Популярность текстов данного направления и, соответственно, их воздействие на совокупную языковую личность российского этносоциума подтверждается обилием подобных изданий на книжных прилавках, высоким спросом на них покупателей. Этот процесс встречает определенное противодействие со стороны официальной православной церкви, в которой рекомендуется читать только ту духовную литературу, которая утверждена высшими церковными инстанциями. Соответственно контингент читателей в этом аспекте ограничивается, либо некоторые люди читают данную литературу сугубо под критическим углом зрения, пытаясь найти в пей крамолу, противоречащую официально утвержденным церковным постулатам. Однако среди интеллигенции, для которой привлекательной является идея синтеза науки и религии, эзотерические тексты весьма популярны, так как в ипх па современном уровне излагаются логические объяснения но целому ряду проблем теоаптропокосми-ческого характера, которые предстают запутанными н противоречивыми в канонических религиозных текстах. При этом организуются кружки, общества по интересам, участники которых в том числе читают п обсуждают эзотерическую литературу, обмениваются ею. Таким образом, можно сделать вывод, что для обоснования актуальности проблемы нашего исследования имеет большое значение социокультурным фактор, т.е. высокая востребованность текстов данного направления, их популярность и, соответственно, массовый (и массированный) характер воздействия па современную языковую личность.

Современная актуализация эзотерической культуры обусловлена массой позиций, в том числе и переломными элементами во многих структурах бытия, обозначаемыми как кризисные. Привлекательность эзотерической культуры сейчас обусловлена ее иптегралыюстыо п возможностью объяснить сложные вопросы существования в силу самой ее природы. В ней объединены все средства познания, организованные вокруг единого принципа, позволяющего интерпретировать причины, следствия, смыслы и гармонию сложных отношении, образующие устройство мира и определяющие его развитие» [Белякова, 2003, с. 3]. Базовыми научными положениями становятся тезисы о присутствии элементов эзотерической культуры во всех сферах бытия человека - пауке, искусстве, религии, сказках, былинах, ритуалах, традициях; о рассмотрении ее как неотъемлемой части общечеловеческой культуры; о рассмотрении ее как особом аккумуляторе, сохраняющим цеипостп; об изучении ее ценностей, имеющих особое значение в развитии способной личности [Там же, с. 8].

Таким образом, актуальность и значимость темы диссертационного исследования - «Лпнгворнторнчсскне средства выражения антропоцентризма в русском и переводном эзотерическом дискурсе» - продиктованы возможностью более детально, с опорой па иитегратпвпый липгвориториче-ский подход рассмотреть средства выражения антропоцентризма в русском и переводном эзотерическом дискурсе на материале текстов, которые являются классическими образцами данного жанра, находятся в широкой продаже и востребованы значительной частью читательской аудитории. Они не только репродуцируются п обсуждаются па встречах сторонников эзотерического мировосприятия, по и берутся па вооружение в качестве ориентиров и инструкций для практической жизнедеятельности, а значит-оказывают массированное воздействие на все подструктуры воспринимающей языковой личности, в данном случае - в масштабах страны - коллективной российской языковой личности, на ее вербалыю-семантическпй, липгвокогнитпвпый и мотивацпонный уровни. В связи с этим актуализируется прикладной, социокулыурно-образонательнын аспект нашего исследования, который, будучи пропущен сквозь призму языковых реалий, традиционно входит в сферу общего языкознания.

Объект исследования - русские и переведенные па русский язык тексты авторитетных авторов-эзотериков, поднимающие фундаментальные вопросы человеческого бытия, прошедшие испытание временем п востребованные сегодняшним российским читателем, а также тексты современных эзотериков, имеющие эксплицитную педагогическую направленность.

Предмет исследования - лингвориторнчеекпе средства выражения антропоцентризма в эзотерическом дискурсе.

Материалом исследования послужили книга «Листы сада Морим» из учения «Живой Этики» Е.И. Рерих (СПб., 1994), а также переводы книг Дж. Голдсмита - «Духовная интерпретация Священного писания» (СПб., 2000) п «Сознание - это и есть Я» (СПб., 1999). Проанализировано около 1000 контекстов, в основном равных строфе (в текстах Г.И. Рерих) или абзацу. В прикладном аспекте изучены лингвориторнчеекпе особенности текстов педагогической эзотерики, адресованных учителям и подрастающему поколению.

Цель исследования - выявить лингвистические и риторические носители, маркеры феномена антропоцентризма it эзотерических русских и переводных американских текстах, внести вклад в теорию эзотерического дискурса и антропоцентрической лингвистики, сделать выводы прикладного характера. Данная цель обусловила следующие задачи:

1) проанализировать липгвофилософскую сущность антропоцентризма, особенности подхода к изучению языка в рамках антропоцентрической ме-гапарадпгмы, детерминирующей исследовательские акценты во всех направлениях современной лингвистики;

2) проанализировать базовые понятия исследования - «текст», «дискурс», «эзотерический дискурс» - в пх соотношении;

3) выявить специфику лингвистической и риторической организации эзотерического дискурса как средства объективации сознания языковой личности особого типа - эзотерической;

4) исследовать лиигвориторическис средства, выступающие «носителями» антропоцентризма, в текстах Е.И. Рерих и переводных текстах Дж. Голдсмита - признанных авторов, классиков данного жанра;

5) рассмотреть прикладной аспект эзотерического мировосприятия, реализуемый в текстах подобного типа, п сделать выводы социокультурно-образователыкм-о характера.

Гипотеза исследования: эзотерический дискурс как философско-мировоззренческип по своему содержанию, воспитательный по коммуникативной направленности является принципиально аитропоцептрпчным в силу того, что его референтом выступает прежде всего внутренний мир, сознание субъекта, который познал невидимую, сокровенную суть феноменов объективной действительности и стремится донести это знание до своих сограждан. Соответствующие тексты, видимо, должны быть гипер-насыщепы языковыми средствами, маркирующими данный антропоцентрический ракурс представления референта во всем спектре речевых реализаций. Лиигвориторический подход позволит выявить различные тины средств выражения антропоцентризма и, вероятно, поможет сделать выводы как о сходстве, так и об определенных этнокультурных различиях русского и переводного эзотерического дискурса.

Теоретико-методологической основой исследования явились диалектическая логика как основа научного познания, системный и сипергетиче-ский подходы, достижения ан тропоцентрической лингвистики (Г.И. Богин, Ю.Н. Караулов, I I.Я. Чсриухпна, II.А. Алефирепко п др.), психолингвистики (Л.С. Выготский, А.А. Залевская, А.А. Леонтьев и др.), суггестивной лингвистики (JI.H. Мурзин, И.10. Черепанова и др.), липгвопрагматики (М.Д. Арутюнова п др.), теории коммуникации (Г.Г. Почепцов и др.), классической риторики и неориторики (С.С. Аверпицев, А.А. Волков, МЛ. Гаспаров, О.И. Марченко, А.К. Михальская, Т.Г. Хазагеров, JI.C. Ширина и др.), липгвориторпки (А.А. Ворожбитова).

Конкретными методами исследования послужили общенаучные методы системного анализа, моделирования, категоризации понятий, иитегра-тивный лиигвориторпчеекий подход; оппсательиый, стилистический, сопоставительный методы, метод количественного анализа, методы интерпретации, интроспекции, элементов пспхолингвпстического эксперимента, контекстного анализа, иитертекстуальпого сопоставления; использовались методики наблюдения, описания, речевой и языковой дистрибуции, языкового п внеязыкового соотнесения.

Научная навита исследования заключается во вкладе в теорию эзотерического дискурса, во введении в научный оборот нового текстового массива. Впервые с опорой па лиигворпторпчсскую концепцию анализа дискурса изучены тексты русской и переводной американской эзотерической классики, а также - в социокультурно-образовательном аспекте -тексты современных авторов. Разработана категория эзотерическая языковая личность, предложено се определение и выявлены сущностные признаки; введен термин коммуникативно-грамматическая асимметрия и обосновано соответствующее понятие, отражающее рецепцию па уровне индивидуального восприятия обобщенно-личных глагольных форм в эзотерическом дискурсе в качестве определеппо-лпчпых; выявлены определенные черты этнокультурной специфики русского и переводного эзотерического дискурса.

Теоретическая значимость диссертации обусловлена исследованием с новых позиций и па новом текстовом материале феномена «человеческого фактора в языке», выявлением специфических способов реализации антропоцентризма - с одной стороны, как организующей доминанты речемыс-лительной деятельности продуцента эзотерического дискурса, с другой -как канала активизации речемыслитсльной деятельности его реципиента. Сформулировано определение антропоцентризма как языковедческой категории, выявлены дискурсивные уровни выражения антропоцентризма, определена антропоцентрическая стратегия эзотерического дискурса.

Практическая значимость исследования заключается в возможности использовать его результаты в процессе преподавания курсов теории языка, филологического анализа текста, риторики и культуры речи, философии, психологии, в спецкурсах и спецсеминарах, обеспечивающих исследовательскую направленность образовательного процесса в вузе.

На защиту вынося тся следующие положения-.

1. Эзотерическая языковая личность есть субъект речемыелнтельной деятельности но восприятию, переработке и производству духовно-сокровеииой информации о мире и человеке в форме дискурса / текстов эзотерической проблематики. Специфика организации уровней структуры эзотерической языковой личности выражается в том, что на мотивацион-ном уровне (прагматикон) доминируют деятельностно-коммунпкативные потребности подключения посредством ментально-языковых каналов к своему Высшему Я, освоения тонкоматерпалыюго уровня жизнедеятельности, участия в реализации Плана космической Иерархии Учителей по наступлению Новой эры па Земле п т.п. Па лиигвокогнитивном уровне (тезаурус) функционируют соответствующие понятия, концепты, идеи, мировоззренческие стереотипы эзотерического учения, которые образуют специфическую концептуальную и языковую картину мира человека, «грапс-мутирующего» в 4-е измерение и стремящегося реализовать в повседневной жизни «Сознание Христа». На вербалыю-ссмантическом уровне частотны лексико-грамматические средства, репрезентирующие данное мировоззрение как альтернативное традиционному материалистическому.

2. Теоретическое осмысление антропоцентризма как универсальной филологической категории, опоры для разработки инструментария анализа эзотерического дискурса позволило определить антропоцентризм в языковой репрезентации действительности как систему языковых и, шире, лингвориторпчеекпх средств, с помощью которых в центр картины мира, репрезентируемой в текстовом массиве, помещается личность - продуцента дискурса, его реципиента, человека как предмета речи, а также выделить три дискурсивных уровня выражения антропоцентризма (абсолютный, относительный, условный) и сформулировать следующее определение антропоцентрической стратегии эзотерического дискурса: иерархически организованная совокупность частотных лингвориторпчеекпх средств, программирующих ярко выраженную направленность дискурса на личность реципиента, образ которого эксплицитно формируется как объект внушающего воздействия со стороны автора-эзотерика, принимающего па себя роль транслятора сокровенного духовного знания, передаваемого некими высшими инстанциями.

3. Личные местоименные и глагольные формы (прежде всего - 2-го лица, т.е. непосредственно активизирующие языковую личность реципиента) в рамках риторических микроструктур и текста в целом как макроструктуры образуют специфический элокутивный «наполнитель», детерминированный данным типом дискурса, и обеспечивают некритическое восприятие текста в целом. Эзотерическая информация, организуемая формами 2-го лица ед. ч., маркирующими собеседника, транслируется как бы «па острие» этих средств, которые точечными суггестивными воздействиями внедряются в сознание воспринимающей языковой личности. В силу их высокой частотности, а в анализируемых текстах это каждый микроконтекст и почти каждое предложение, высок и процент потенциальных попаданий в цель - «зацепок» и внедрений данных импульсов через активизированную соответствующим образом ассоциативно-вербальную сеть реципиента в его тезаурус и прагматикой.

4. Анализ эзотерического дискурса демонстрирует феномен «коммуникативно-грамматической асимметрии»: частотны синтаксические конструкции, которые объективно являются обобщснно-лпчпымн, т.к. обращены к необозримому количеству потенциальных адресатов, однако в рецептивном дискурсе-пптерпретапте каждого конкретного читателя они декодируются (без лингвистической рефлексии, однако по существу оказываемого воздействия) в качестве опрелелсппо-лпчпых, обращенных непосредственно к нему, и заставляют в психофизиологическом плане «вибрировать» индивидуальные мотпвационпые структуры воспринимающей языковой личности. Гели в научной литературе в функции сказуемого обобщенно-личного предложения зафиксирована форма 2 лица только единственного числа, то в эзотерическом типе дискурса активно используется также форма множественного числа, что способствует обогащению его грамматической семантики.

5. Риторической доминантой эзотерического дискурса является анти-тетеза мира повседневной реальности и стези Духа, которая генерирует соответствующую парадигматику: лексемы с отрицательными коннотациями (характеристика сознания 3-го измерения) н с положительными (4-е измерение). В целом лнигвориторическая стратегия переводного дискурса Дж. Голдсмита заключается в резком противопоставлении двух ментальных пространств, демонстрации двух типов сознания и в вооружении читателя инструкциями, рекомендациями, предостережениями, советами по трансформированию его сознания. В переводах книг Дж. Голдсми та, как и в текстах книги «Листы сада Мории» Г.И. Рерих, высокая степень воздей-ственности эзотерического дискурса обусловлена прежде всего частотностью «аптропоцептрироваппых» языковых средств. Массированный удар личных местоименных и глагольных форм запускает рефлексивный процссс «самосканирования»: авторские мировоззренческие схемы, системы оценочных координат становятся тем духовно-нравственным лекалом, созданным из липгвориторпческих элементов, по которому языковая личность эзотерика-реципиента выверяет наличный уровень собственного развития - как па липгвокогпитпвпом, так и па мотивационпом уровнях.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертационного исследования и полученные результаты обсуждались на научных семинарах кафедры русского языка Социально-педагогического института СГУТиКД, отражены в докладах на ежегодных Международных научно-методических конференциях «Проектирование инновационных процессов в социокультурной п образовательной сферах» (Сочи, 20032005), на Всероссийских научно-методических конференциях «Гуманитарные науки: исследования п методика преподавания в высшей школе» (Сочи, 2005, 2006), на Всероссийской научно-практической конференции «Учебник - Ученик - Учитель» (Москва, МГУ, 2005), на конференции по проблемам филологии и методики преподавания «Липгвофевраль» (Сочи, 2005), в межвузовских сборниках научных трудов.

Структура работы. Диссертация состои т из введения, двух глав, заключения, библиографии и приложения, в котором представлен перечень вариантов русского перевода английских слои в текстах Дж. Голдсмита, позволяющих реципиенту более углубленно воспринять смысл его дискурса в русском переводе. Их анализ демонстрирует, в частности, что в русском языке в лексическом значении значительно ярче выражен коипота-тивиый компонент (экспрессивность, эмоциональность, образность, оце-ночность), выступающий носителем «человеческого фактора в языке», т.е. наиболее ярко выраженного антропоцентрического начала.

Заключение диссертации по теме "Теория языка", Сунгуртян, Карина Кеворковна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Вкратце представим ход и результаты предпринятого нами исследования. В первой главе - «Теоретические основы анализа антропоцентризма эзотерического дискурса», в параграфе «Антропоцентрическая мегапара-дигма в языкознании: философские основания, принципы и проблемы» исследованы философские и собственно языковедческие подходы к феномену антропоцентризма. В философских трудах антропоцентризм определяется в мировоззренческом плане - как сугубо европейский гуманистический ракурс восприятия и осмысления мира, выступающий необходимым атрибутом и сущностным признаком культуры и противопоставленный теоцентризму. Акцентированый Декартом, антропоцентризм утвердил культ разума и ориентацию па манипулирование окружающей реальностью, что и стало одной из базовых концепций эпохи модерна, т.е. Нового Времени. При этом в современных естественных науках утвердился аптропный принцип, обосновывающий центрирующую роль человека как «наблюдателя» и тем самым неотъемлемого компонента Вселенной. Рассмотрены философские аспекты проблематики, связанной с употреблением сложных терминов, имеющих в качестве первой части «аптропо.», т.е. «человеческий, относящийся к человеку»; проанализировано употребление терминов, связанных с антропоцентрической направленностью исследований, в современной лингвистической литературе с целыо выявить сущность антропоцентризма как теоретической основы для анализа языкового материала; вычленены ориентиры исследования текстового материала с позиций теории языковой личности в разработке Г.И. Боги на, 10.И. Караулова, И.Я. Чернухппой, А.А. Ворожбптовой, И.Ф. Алефирепко, В.В. Зеленской и др. ученых.

Как показали результаты исследования, антропоцентрический подход в современном языкознания доминирует в методологическом плане и является весьма перспективным с исследовательской точки зрения благодаря тому, что в центре внимания антропоцентрической мегапардигмы - языковая личность, субъект речемыслительпой деятельности, создающий или воспринимающий дискурсы различных типов, запечатленные в текстовых массивах. Однако анализ функционирования терминов, связанных с антропоцентрической направленностью исследований, в современной лингвистической литературе привел к заключению о том, что понятие «антропоцентризм» употребляется без эксплицитных определении. Этим обусловлена исследовательская потребность в разработке данной категории в теоретическом плане и се применении в качестве инструмента исследования конкретного типа дискурса, в нашем случае - эзотерического.

На основе анализа «возвращенной лингвистики» - трудов русских религиозных философов «Школы всеединства» В.И. Постовалова выделяет «три ступеньки в рамках лингвистического синтеза». Общенаучный внит-рилингвистичсскпй синтез представлен в пределах иммаиепшпо-семиологической парадигмы. Синтез трех аспектов знания - научного, философского, богословского - становится возможным в антропологической парадигме (= антропоцентрической), включающей в себя как частный случай первую. Наконец, «вселенский синтез общечеловеческих жизней» достигается в масштабах тсоаитропокосмической парадигмы, поглощающей антропологическую. Правомерно сделать вывод о том, что эзотерический дискурс объективно выступает наиболее адекватным эмпирическим материалом для интегративпой разработки теоретических проблем лингвистики во всех трех аспектах - нмманептпо-семиологпческом, антропологическом, теоантроиокосмпческом. Тем самым для антропоцентрической мега-парадигмы в языкознании открывается, по сути, бесконечная исследовательская перспектива.

В параграфе «Понятия «текст», «дискурс», «эзотерический дискурс»: сопоставительный анализ» показано, что текст есть организованная но цели и смыслу совокупность фраз, связанных значимыми отношениями и функциями, т.е. структурированное лингвистическое единство, представляющее в сознании явление действительности в его относительно законченной смысловой цельности (М. Пфюце). Дискурс - текст в совокупности с экстралппгвпстическими факторами, мыслимый как процесс, «текст, погруженный в жизнь» (Н.Д. Арутюнова); текст - статически-результирующий аспект высказывания - есть семиотическая фиксация дискурса как его динамически-процессуального аспекта (А.А. Ворожбитова). Эзотерический дискурс определяется как материализованный в текстовом массиве процесс речемыслительион деятельности, сфокусированный вокруг духовно-нравственной, этической проблематики и имеющий в качестве коммуникативной сверхзадачи воспитательное воздействие на реципиента, расширение и трансформирование его сознания в сознание 4-го измерения. Эзотерический дискурс проявляет ярко выраженную специфику во всех параметрах универсального идеоречевого цикла «от мысли к слову» (изобретение, расположение, выражение). В области иивеитивно-диспозитивиого каркаса, организующего мыслительное содержание, его отличает фокусировка вокруг духовно-нравственной, этической проблематики; программируемый продуцентом данного типа дискурса коммуникативный эффект соответствует ведущей социокультурной функции эзотерического дискурса - нроективно-мировоззрепческой. В аспекте элокутив-иого наполнителя данной речемыслительион сетки для вербализации языковой личности эзотерического тина характерны соответствующие фонетические (в случае звукописи), лексико-грамматичсские и стилистические репрезентации различных аспектов концептуального поля тайного знания о невидимой, «тонкой» реальности, противопоставляемой миру «плотной» материн.

В параграфе «Эзотерический дискурс как объективация сознания языковой личности особого типа в свете липгвориторпческого подхода» нами анализируется специфика эзотерической культуры и языковой личности, для которой копштипиой доминантой является столь специфический дискурс-универсум, как эзотерический. По утверждению 10.11. Караулова, мировоззрение формируется па пересечении вербально-ссмантического и лингвокогнитивного уровней языковой личности, при этом внутренний «язык мысли» он уподобляет склеенной лепте, на одной стороне которой находится слово, а на другой - понятие как когнитивная операциональная единица мозга. Соответствен по у языковой личности - эзотерика данные уровни, как и мотнвацнонный, пе могут не обладать определенной спецификой. Как пишет В.М. Розни, рассуждая об эзотерике (человеке) как личности особого типа, эзотеризм - «это мироощущение, позволяющее открыть новый мпр, опираясь па самого себя. Мироощущение, постулирующее идею двух миров (обычного и подлинного), включающее установку на переделку себя и идею пути». С учетом сущностных признаков языковой личности, выделяемых учеными, мы вводим определение эзотерической языковой личности, характеризуем ее сущностные признаки (1-е защищаемое положение).

В результате теоретического анализа проблемы исследования, проведенного в первой главе, антропоцентризм в филологии рассматривается нами как универсальная категория интегративного лингворпторического характера. Сформулировано определение антропоцентризма в языковой репрезентации действительности п антропоцентризма как принципа языковедческой науки (2-е положение, вынесенное па защиту). Предложенная нами классификация, апробированная в качестве инструмента анализа эмпирического материала, включает следующие уровни выражения антропоцентризма в дискурсе и тексте как его результирующем продукте: I уровень - абсолютный; 2 уровень - относительный; 3 уровень - условный, или косвенный.

При анализе антропоцентрической стратегии эзотерического дискурса в центре нашего внимания в большей степени находились примеры 1-го уровня выражения антропоцентри зма (преимущественно грамматические), в силу того, что они чрезвычайно частотны в исследуемых текстах.

Во второй главе - «Лиигвориторические аспекты русского и переводного эзотерического дискурса», в первом параграфе мы анализируем выделенные из текстового массива «Листов сада Мории» НИ. Рерих типичные примеры контекстов, выступающие носителями антропоцентрического начала. В первую очередь в ходе наблюдения выявляется такая особенность инвентивно-диспозитпвного каркаса текста, как дневниковая форма (указаны даты). Иа уровне графических операций особенностью является строфическая подача прозаического текста в форме белого стиха. Каждую строфу отличает особая внутренняя организация, если можно так выразиться, «грамматическая партитурность», которая при первом восприятии производит впечатление дисгармонии и невольно фокусирует на себе внимание реципиента. Это обусловлено сменой фактически в каждом предложении видо-времениых форм глаголов, типа грамматической основы предложений. Большинство их односоставные, определенно-личные и обобщенно-личные (1-я степень выражения антропоцентризма в нашей терминологии), которые чередуются с односоставными других типов, а также двусоставными (2-й степени антропоцентризма, т.е. говорящими о человеке и его атрибутах). Правомерно говорить о своего рода «коммуиикатив-ио-грамматической асимметрии»: в продуктивном аспекте дискурсивного процесса, с позиции адресата конструкции умей обратишься, призывайте и подобные являются обобщенно-личными, в рецептивном же аспекте воспринимаются адресатом как обращенные непосредственно к нему, т.е. определенно-личные. Результаты исследования позволили заключить, что именно личные местоименные и глагольные формы (прежде всего - 2-го лица, т.е. непосредственно активизирующие языковую личность читателя в рецептивном регистре), будучи включены в риторические структуры - тропы и фигуры разных видов - обеспечивают непосредственное воздействие па реципиента и, вследствие этого, определяют специфику анализируемых произведении как лингвориторических конструктов, моделирующих своеобразное ментальное «эзопространство», к которому подключается читатель. Т.к. текст киши 1-й «Листы сада Мории» из 1-го тома «Учения Живой Этики» Г.И. Рерих в целом гипсрпасыщеи изобразительно-выразительными лингвориторическими средствами, это дает основания условно квалифицировать его как «орнаментальную прозу эзотерического типа».

Во втором параграфе второй главы проанализированы аналогичным образом примеры контекстов, выделенные из текстов переводных книг Дж. Голдсмита - «Духовная интерпретация Священного писания» (СПб., 2000) и «Сознание - это и есть >1» (СПб., 1999). Как показали результаты анализа, риторической доминантой переводного дискурса Дж. Голдсмита является антитетеза мира повседневной реальности и стези Духа, которая генерирует соответствующую парадигматику: лексемы с негативными коннотациями (характеристика сознания 3-го измерения) и с положительными (4-е измерение). В целом лпигнориторнческая стратегия в исследованном нами дискурсе заключается в резком противопоставлении двух ментальных пространств, демонстрации специфики двух типов сознания и в вооружении читателя - языковой личности2- инструкциями, рекомендациями, предостережениями, советами, но трансформированию своего сознания. В результате обобщения мы выделили в исследованных текстах следующие группы лингвориторических средств выражения антропоцентризма на уровне микроконтекстов с точки зрения выполняемых функций в рамках общей коммуникативной сверхзадачи продуцента подобного дискурса -моделирование адекватного мировоззренческого универсума реципиента как потенциально эзотерической языковой личности: /. Моделирование образов высших сил, пространства четвертого измерения как того невидимого слоя объективной реальности, который детерминирует иродуцирование данного дискурса. 2. Моделирование образа реципиента: личные глагольные и местоименные формы; обращения; идеальный образ читателя, каковым он может стать благодаря следованию указаниям автора. 3. Моделирование образа продуцента: помимо перечисленных форм - имена; апелляция к личному опыту, полезному для читателя; внушение нужного психоэмоционального состояния через вставки-медитацнп, созданные в состоянии транса. 4. Моделирование образа 3-го лица, к опыту которого автор апеллирует в целях убеждения реципиента. 5. Моделирование жизненных коллизий (притчи, сценки, диалоги), которые иллюстрируют пропагандируемые положения п создают впечатление констатации объективных фактов, из которых читатель должен самостоя тельно сделать выводы.

Таким образом, установка на лингвориторический подход позволила выявить в исследуемых текстах различные типы средств выражения антропоцентризма. Образы продуцента и реципиента эзотерического дискурса, моделируемые рассмотренными лннгвориторическнми средствами, отличает ярко выраженная взаимодополнительность и взаимообусловленность (Я - Ты, Мы - вы, Мои - ваши и т.д.). Это в определенной мере иллюстрирует известный закон духовного роста: «Если ученик готов, то Учитель придет». Неготовый к положительному восприятию эзотерического дискурса читатель просто не возьмет в руки подобную книгу или отложит ее после беглого просмотра, готовый же вступит в сгармонизиро-ванный диалог с языковой личностью автора.

Как показали результаты анализа, в переводах книг Дж. Голдсмита, как и в текстах книги «Листы сада Мории» Е.Н. Рерих, высокая степень воз-действенности эзотерического дискурса обусловлена прежде всего частотностью «антроиоцептрированиых» языковых средств, которые как бы стучатся в сознание реципиента и пе позволяют ему остаться равнодушным, вызывая либо полное приятие, либо абсолютное неприятие текста, если данный человек заведомо придерживается противоположных идейных позиций. Именно они служат носителями перлокутивного эффекта, поскольку как бы взламывают защитные барьеры аналитического восприятия, заставляют некритически «проглатывать» всю сопутствующую информацию.

В параграфе «Прикладной аспект анализа эзотерического дискурса: социокультурно-образовательный потенциал» рассмотрена конечная практическая цель антропоцентрической лингвистики: «вооружить каждого носителя языка пониманием того, как он сам может управлять своей внугрен-неязыковой духовной сферой» (Ю.Н. Караулов). Проанализирована аргументация ученых, полагающих, что эзотерические идеи в адаптированном виде должны быть привнесены в массовый образовательный процесс. Выход человечества п планеты из кризисного состояния видится в коренном изменении мировосприятия и мировоззрения, переоценке всех ценностей с позиций вселенской, космической духовности, на основе любви и гармонии как базового принципа устройства и функционирования мироздания, что отражено в идеологии Новой Эры, репрезентируемой эзотерическим дискурсом. С точки зрения лингвориторпческой специфики рассмотрены тексты, адресованные непосредственно подрастающему поколению; разработаны рекомендации для учителя-словесника. При выборе эзотерических текстов, как классических, так и современных, в качестве материала для обсуждения, в центр внимания субъектов образовательного процесса помещается духовно-нравственная, этическая проблематика. Пе анализ, помимо воспитательного эффекта, может стать действенным стимулом для формирования у старшеклассников культуры убеждающей ораторской речи, навыков дискуссии и полемики. Ознакомление с выявленными лингво-риторнческими особенностями эзотерического дискурса не только повысит их филологическую культуру, но и станет противоядием манипулирующих воздействий, в том числе со стороны рекламного и политического дискурса.

Перспективы исследования видятся мам в более углубленном применении лингвориторического подхода к системному исследованию разноуровневых репрезентации антропоцентризма в большем количестве текстов разных авторов-эзотериков, как классических, так и современных, в привлечении к анализу оригинальных текстов иностранных авторов и изучении их влияния на англо-, фраико-, немецкоязычную и т.д. языковую личность. Это позволит сделать более существенные выводы как о сходстве, так и об определенных этнокультурных различиях русских и переводных/оригинальных текстов в данном аспекте.

Несомненный интерес для языковедческой науки в плане выявления типологических черт «сверхъестественной» речемыслительион деятельности и соответствующих особенностей дискурсивного процесса (в частности, возможности/невозможности говорить в данном случае об «антропоцентризме») представляет исследование обширного пласта переводных текстов англоязычных авторов, изданных в серии «Ченнелпнг» («Контакт»). Они представляют собой дискурс различных сущностей космического масштаба, того или иного ранга в Духовной Иерархии Вселенной, репродуцируемый контактерами (языковыми личностями - субъектами трансперсональной коммуникации), и пользуются большим успехом у российских приверженцев эзотерического мировоззрения. Отметим, что в современных американских изданиях взята на вооружение «трансляционная» модель изложения, как у Г.И. Рерих, а в российских - дух американского прагматизма, свойственный дискурсу Дж. Голдсми та: детальные духовно-житейские инструкции реципиенту, готовые аффирмации и т.н.

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Сунгуртян, Карина Кеворковна, 2007 год

1. Аверипцев С.С. Античная риторика и судьбы античного рационализма // Античная поэтика: риторическая теория и литературная практика. -М., 1991. -С. 3-26.

2. Алефиренко Н.Ф. Поэтическая энергия слова. Синергетика языка, сознания и культуры. М.: Academia, 2002. 394 с.

3. Алефиренко Н.Ф. К проблеме дискурсивно-текстового универсума культуры // Лингворпторичсская парадигма: теоретические и прикладные аспекты: Межвуз. сб. иауч. тр. / Под ред. проф. А.А. Ворожбнтовой. Сочи: РИО СГУТиКД, 2002. - С. 5-12.

4. Алпатов В.М. Об антроноцептричпом и системоцеитричиом подходах к языку // Вопросы языкознания. 1993. -№ 3. - С. 15-26.

5. Арутюнова Н.Д. Дискурс // Лингвистический энциклопедический словарь.-М., 1990.-С. 136-137.

6. Бабушкин А.П. Общеязыковые концепты п концепты языковой личности // Вестник Воронеж, гос. ун-та. Сер. 1. Гумаипт. науки. Воронеж, 1997.-Вып. 2.-С. 114-118.

7. Барт Р. Семиотика. Поэтика. М., 1989. - 616 с.

8. Бахтин М.М. Проблема текста. Опыт философского анализа // Вопросы литературы. 1976. -№ 10.- С. 122-151.

9. Безменова П.А. Очерки по теории и истории риторики. М.: Наука, 1991.-213с.

10. Ю.Белякова О.Б. Феномен эзотерической культуры: антропологические, аксиологические, культурологические обоснования. Дис. . канд. филос. наук. Тамбов, 2003. - 175 с.

11. ГБисималиева М.К. О понятиях «текст» п «дискурс» // Филологические науки. 1999.2. - С. 78-85.

12. Богин Г.И. Взаимозамены субстрата и структуры в парадигме лингвистической науки //Лингвистика на исходе XX века: итоги и перспективы. Тезисы международной конференции. Т.1. М., 1995. - С. 59-61.

13. Богин Г.И. Модель языковой личности в ее отношении к разновидностям текстов. АДД. - Л., 1984. - 36 с.

14. Большая советская энциклопедия, электронная версия. Научное издательство «Большая Российская энциклопедия». Разработка и дизайн ЗАО «Гласнет», 2002. http: //slovari. yandex.ru/art.xml?arl=bse/00003/69500

15. Борботько В.Г. Общая теория дискурса (принципы формирования и смыслопорождення). Дпсс. . д-ра фнлой. наук. Краснодар, 1998. - 250 с.

16. Булыко A.M. Современный словарь иностранных слов. Более 25 тысяч слов и словосочетаний. М.: «Мартин», 2004. - 848 с.

17. Валгниа Н.С. Теория текста: Учебное пособие. М., 2003.

18. Васильев JI.M. Общий взгляд иа лингвистику XX века // Филологические записки. Воронеж. - 1998. Вып. 11. - С. 167-174.

19. Васильева И.В. Краткий словарь лингвистических терминов. М.: Русский язык, 1995.- 176 с.

20. Величко Л.И. Работа и ад гестом иа уроках русского языка: Пособие для учителя. М.: Просвещение, 1983.- 128 с.

21. Виноградов В.В. О художественной прозе. М.; Л., 1930. С. 82.

22. Внучкова Т.П. Дстермппацнонпые структуры языка текста «Живой Этики». Дис. . канд. фил. наук. - Барнаул, 2002.

23. Волков А.Л. Риторика в филологическом образовании // Вестник Московского университета. Сер. 9. Филология. 1996. № 4. - С. 112-124.

24. Ворожбитова А.А. Лингвориторическая парадигма: теоретические и прикладные аспекты: Монография. Сочи: РИО СГУТиКД, 2000. - 319 с.

25. Ворожбитова А.А. Общее языкознание. (Антропоцентрическое направление. Теория текста): Учеб. пособие для студентов филол. спец. высш. учеб. завед. / Серия «Лнпгворпторпческое образование». Сочи: РИО СГУТиКД, 2001. - 248 с.

26. Ворожбитова А.А. Теория текста: Антропоцентрическое направление: Учеб. пособие. изд. 2-е, испр. и доп. - М., 2005.

27. Выготский Л.С. Мышление и речь. Психологические исследования. М.: Лабиринт, 1996. - 416 с.

28. Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. -М., 1981.- 139 с.

29. ЗГГаспаров МЛ. Античная риторика как система //Античная поэтика: риторическая теория и литературная практика. М., 1991. - С. 27-59.

30. Гаспаров М.Л. Поэзия и проза поэтика и риторика // Историческая поэтика. Литературные эпохи и типы художественного сознания. - М.: Наследие, 1994.-С. 126-159.

31. Головин БЛI. Основы теории синтаксиса современного русского языка. И. Новгород, 1994.

32. Гудков Д.Б. Мсжкультурпая коммуникация: Лекционный курс для студентов РКИ. М.: Изд-во МГУ, 2000. - 120 с.

33. Гужов В., 2003. http://asocial.narod.ru/matcrial/dac/anlccntcr. htm.

34. Дейк ваи Т.А. Язык. Познание. Коммуникация. М.: Прогресс, 1989. -312с.

35. Долинин К.А. Текст и произведение // Русский текст. 1994. № 2. -С. 7-17.

36. Дружинина В.В., Ворожбитова А.А. Лиигвориторические параметры идиостиля как выражение менталитета языковой личности ученого (А.Ф. Лосев): Монография. Сочи: РИО СГУТиКД, 2005. - 152 с.

37. Дюбуа Ж. и др. Общая риторика. М., 1986. - 392 с. 40.3алевская А.А. Психолингвистика: пути, итоги, перспективы //

38. Вопросы языкознания. 1998. -№ 6. - С. 81-94. 41.3олотова Г.А. Синтаксис текста. - М., 1979.42.3олотова Г.А. Говорящее лицо и структура текста // Язык система. Язык - текст. Язык - способность. - М., 1995. - С. 120-132.

39. Ипполитова I I.Д. Текст в системе изучения русского языка в школе: Материалы к спецкурсу. М., 1992. - 126 с.

40. Каменская О.Л. Текст и коммуникация. М.: Высш. шк., 1990.-151с.

41. Караспк В.И. Речевое поведение п типы языковых личностей // Массовая культура па рубеже ХХ-ХХ1 веков: Человек п его дискурс. Сборник научных трудов / Под ред. Ю.А. Сорокина, М.Р. Желтухиной. ИЯ РАН. -М.: «Азбуковик», 2003. С.24-46.

42. Караулов 10.11. Некоторые мысли о состоянии русского языка// Русский язык в СССР. М., 1991. № 8. - С. 5-10.

43. Караулов 10.II. Основные характеристики языковой способности // Лексика, грамматика, текст в свете антропологической лингвистики: Тез. докл. и сообщ. науч. конф. Екатеринбург, 1995. - С. 8-9.

44. Караулов Ю.Н. Предисловие. Русская языковая личность и задачи ее изучения // Язык и личность. М.: Паука, 1989. - С. 3-8.

45. Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. М, 1987.-263 с.

46. Кожина M.I I. Целый текст как объект стилистики текста // Stylistika. Opole. 1995. IV.-С. 33-53.

47. Колшаиский Г.В. Объективная картина мира в познании и языке. -М.: Наука, 1990.-103 с.

48. Кравченко В. Агни-йога//Русская философия. Малый энциклопедический словарь. М.: Наука, 1995. - С. 9-10.

49. Кравченко В. Рерих Елена Ивановна // Русская философия. Малый энциклопедический словарь. М.: 11аука, 1995. - С. 447.

50. Красиков 10.В. Алгоритм порождения речи. Орджоникидзе: ИР, 1990.-240 с.

51. Красных В.В. Текст как единица дискурса // Международная юбилейная сессия, посвященная 100-летию со дня рождения академика Виктора Владимировича Виноградова. Тезисы докладов. М., 1995. - С. 235— 237.

52. Кубрякова Е.С. Парадигмы научного знания в лингвистике и ее современный статус // Изв. РАН. СЛЯ. 1994. Т. 53. № 2. - С. 3-15.

53. Кубрякова Е.С. Человеческий фактор в языке. Язык и порождение речи. М., 1991.-238 с.

54. Кубрякова Е.С. Эволюция лингвистических идей во второй половине XX века (опыт парадпгмального анализа) // Язык и наука конца XX века. -М., 1995.

55. Леонтьев А.А. Высказывание как предмет лингвистики, психолингвистики и теории коммуникации // Синтаксис текста. М., 1979.

56. Леонтьев А.А. Надгробное слово «чистой» лингвистике // Лингвистика па исходе XX века: итоги и перспективы. Тезисы международной конференции. Т. II. М., 1995. - С. 307-308.

57. Лингвистический энциклопедический словарь / Под ред. В.И. Ярцевой. М: Советская энциклопедия, 1990. - 685 с.

58. Лотмаи Ю.М. Риторика // Риторика. 1995. - № 2. - С. 92-108.

59. Лотман Ю.М. Текст в тексте // Текст в тексте. Груды по знаковым системам. Ученые записки Тартуского государственного университета. -Тарту, 1981.-С. 3-32.

60. Ляпон М.В. Языковая личность: поиск доминанты // Язык система. Язык текст. Язык способность: Сб. статей / Институт русского языка РАН. М., 1995. С. 260-277.

61. Марченко О.И. Риторика как феномен культуры. АДД. - СПб., 2001.-56 с.

62. Мень А. Библиологический словарь. -С.-Пб., 2002.

63. Миронов Н.Н. О понятии «дискурс» в современной лингвистики // Тенденции развития в лексике и синтаксисе германских языков. Самара, 1997.-С. 94-99.

64. Михальская А. К. Риторика // Педагогическое речеведепие: Словарь-справочник. М., 1998.-С. 203-204.

65. Мпхальская А.К. Основы риторики: Мысль и слово. М, 1996. -416с.

66. Можейко М.А. Язык // Новейший философский словарь. Ми.: Ип-терпрессервис; Книжный Дом, 2001-С. 1250-1255.

67. Морковкин В.В. «Антропоцентрический versus лингвоцентрический подход к лекспкографировашпо» // Национальная специфика языка и ее отражение в нормативном словаре. М., 1988.

68. Москальская О.И. Текст-два понимания и два подхода// В кн.: Русский язык. Функционирование грамматических категорий. Текст и контекст.-М., 1984.-с. 154- 162

69. Мурзин Jl.ll. Антропологическая пиша в языковой науке//Лексика, грамматика, текст в свете антропоцентрической лингвистики: Тез. докл. и сообщ. иауч. копф. 12-14 мая 1995 г. Екатеринбург: Изд-во Урал, ун-та, 1995.-С. 11-12.

70. Немец Г.П. Семантика метаязыковых субстанции. М.-Краснодар, 1999.-741 с.

71. Неориторика: генезис, проблемы, перспективы. М.: ИНИОН, 1987.

72. Нечипорепко В.Ф. Пути развития лингвистики и ее перспективы (от В. Гумбольдта до В. Гийома) // Проблемы социолингвистики и многоязычия / отв. ред. А.-К. С. Баламамедов, В.А. Татаринов. М., 1997. - Вып. 1. -С. 15-71.

73. Нпколпиа И.А. Филологический анализ текста: Учеб. пособие для студ. высш. пед. учеб. заведений. М., 2003;

74. Новейший философский словарь. Ми.: Иптерирессервис; Книжный Дом, 2001.

75. Новиков J1.A. Художественный текст п его анализ. М., 2003.

76. Норман Б.10. Грамматика говорящего. СПб.: Изд-во С.-Петербург, ун-та, 1994.-228 с.

77. Одинцов В.В. Стилистика текста. М.: Наука, 1980. - 263 с.

78. Павлов И.П. Избранные произведения. М., 1951. - 616 с.

79. Паршин П.Б. Теоретические перевороты и методологический мятеж в лингвистике XX века // Вопросы языкознания. 1996.-№ 2.-С. 19-42.

80. Паскаль Б. Мысли, пер. с фрапц. М.,1953.

81. Педагогическое речеведенис: Словарь-справочник. М.: МПГУ, 1987.

82. Педагогическое речеведеипе. Словарь-справочник. изд. 2-е, испр. и доп. // Под ред. Т.А. Ладыженской и А.К. Мпхальской. - М.: Флинта, Наука, 1998.-312 с.

83. Пешков И.В. Изобретение как категория риторики. АКД. - М., 1988.-24 с.

84. Подготовка учителя-словесника: лингвистический и методологический аспекты: Учебное пособие для слушателей ФПК. М.: МГПИ им. В.И.Ленина, 1987.

85. Попова 3. Д., Стерн ни И. А. Очерки по когнитивной лингвистике. -Воронеж: Истоки, 2001. 191 с.

86. Постовалова В.И. Паука о языке в свете идеала цельного знания // Язык и наука конца 20 века: Сб. статей / Под ред. акад. Ю.С. Степанова -М.: Институт языкознания РАН, 1995. С. 342-420.

87. Потебия А.А. Мысль и язык. К.: СИНТО, 1993. - 192 с.

88. Почепцов Г.Г. Коммуникативные технологии двадцатого века. М.: «Рефл-бук», К.: «Ваклер», 1999 - 352 с.

89. Рамип1внлп Г.В. Вопросы энергетической теории языка. Тбилиси, 1978.-232 с.

90. Ревзипа О.Г. Язык и дискурс // Вестник МГУ. Сер. 9. 1999. -№ 1. -С. 25-34.

91. Реферовская Г.А. Лингвистические исследования структуры текста. -М.: Наука, 1983.-215 с.

92. Рождественский 10.В. Теория риторики. М.: Добросвег, 1997.- 600с.

93. Розии В. Семиотические исследования. М.: ПЕР СЭ; СПБ.: Университетская книга, 2001. - 256 с. (Humanilas).

94. Розин В.М. Декарт эзотерик и реформатор мышления // Философские науки. - 2002. - № 6. - С. 113-124.

95. Рузии И.Г. Философские аспекты лингвистического исследования // Вестник МГУ, Серия 7. М., 1993. -№ 3. - С. 46-55.

96. Русская философия. Малый энциклопедический словарь. М.: Наука, 1995.-624 с.

97. Серебренников Б.А. Роль человеческого фактора в языке. Язык и мышление. М., 1988. - 244 с.

98. Серио П. В поисках четвертой парадигмы // Философия языка: в границах и вне границ / Ю.С. Степанов, П. Серио, Д.И. Руденко и др. Науч. ред. тома Д.И. Руденко. X.: Око, 1993. - |Т.| I. - 37-52.

99. Сидоров Е.П. Основы системной концепции текста. АДЦ. - М., 1986.-40 с.

100. Сидорова M.IO. Функциональная амбивалентность видо-временных форм в поэтическом тексте // ВМУ. Сер. 9. Филология. 2000. -№ 1.-С. 95-111.

101. Симонов П.В. Что такое эмоция? М., 1966.

102. Словарь иностранных слов. 15-е изд., испр. - М.: Рус. яз., 1988. -608 с.

103. Словарь магических, эзотерических терминов, hup: /Avwvv.matzik.ru /а 19 .asp.

104. Снитко Т.М. Языковая личность как методологическая проблема // Лексика, грамматика, текст в свете антропоцентрической лингвистики: Тез. докл. и сообщ. науч. копф. 12-14 мая 1995 г. Екатеринбург: Изд-во Урал, ун-та, 1995. - С. 36-37.

105. Современный русский язык. Анализ языковых единиц: Учеб пособие. В 3 ч. Ч. 3. Синтаксис // Под ред. Е.П. Дибровой. М.: Просвещение: Владос, 1995.-232 с.

106. Солганик Г.Я Стилистика текста. М., 2000.

107. Солганик Г.Я. Стилистика текста: Учеб. пособие. М.: Паука, 1997.-256 с.

108. Степанов Ю.С. Альтернативный мир, Дискурс, Факт и принцип Причинности // Язык и паука конца 20 века: Сб. статей // Под ред. акад. Ю.С. Степанова М.: Институт языкознания РАИ, 1995 а. - С. 35-73.

109. Степанов Ю.С. Изменчивый «образ языка» в науке 20 века // Язык и наука конца XX века: Сб. статей // Под ред. акад. Ю.С. Степанова. М., 1995 б.-С. 7-34.

110. Степанов Ю.С. Некоторые соображения о проступающих контурах новой парадигмы // Лингвистика: взаимодействие концепций п парадигм. Харьков, 1991.-Вып. 1.4. I.-С. 9-10.

111. Топоров В.Н. Риторика // Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990. - С. 416-417.

112. Тураева З.Я. Лингвистика текста. Лекции. СПб., 1993. - 61 с.

113. Федосов В. О проблемах грамматических исследований // Slavica quinqueecclesiensia. II. 1996. Матер. Ill Междунар. конф. «Теория и практика преподавания славянских языков» (Печ, 26-27 апреля 1996 г.). Pecs, 1996. - С.477-481.

114. Философия в мире: поиск методологических оснований. Опыт современного философского дискурса / Науч. ред. Л.В. Суркова; отв. ред. В.А. Яковлев. М.: МАКС Пресс, 2003. - 330 с.

115. Философия в современном мире: поиск методологических оснований. Вып. 2 / Отв. ред. Т.П. Брыснна. Москва-Ульяновск, 2004.

116. Философия в современном мире: поиск методологических оснований. Вып. 3 / Отв. ред. Т.Н. Брысина. Москва-Ульяновск, 2005.

117. Философия языка и семиотика. Иваново, 1995. -231 с.

118. Философия, логика, язык. М.: Прогресс, 1987.- 331 с.

119. Хазагеров Т.Г., Ширина Л.С. Общая риторика: Курс лекций и Словарь риторических фигур. Ростов-иа-Доиу, 1994. - 192 с.

120. Хачатурова НЛО. Лингвориторнчеекпе параметры российского эзотерического дискурса рубежа XX-XXI вв. Дне. . канд. фил. паук. -Сочи: СГУТиКД, 2004.

121. Хачатурова НЛО. Типовая лиигвориторическая стратегия продуцирования эзотерического текста // Материалы конференции по проблемам филологии и методики преподавания «Лингвофевраль». Сочи, 2002 б. -С. 75-78.

122. Хачатурова НЛО., Ворожбитова А.А. Липгвориторические параметры российского эзотерического дискурса рубежа ХХ-ХХ1 вв.: Монография. Сочи: РИО СГУТиКД, 2005. - 116 с.

123. Человек и его язык: антропологический аспект исследований: Межвуз. сб. научи, тр. / Нижегородский гос. пед. уп-т; Редкол.: Язикова Ю.С. (отв. ред.) и др. И. 11овгород, 1996. - 117 с.

124. Человеческий фактор в языке: коммуникация, модальность, дейк-сис. М.: Наука, 1992. - 278 с.

125. Человеческий фактор в языке: Языковые механизмы экспрессивности. М.: Наука, 1991.-214 с.

126. Черепанова НЛО. Дом колдуньи. Суггестивная лингвистика. -СПб.: Лань, 1996.-208 с.

127. Чериухина И.Я. Идеи антропоцентричной лингвистики в трудах В.В. Виноградова // Stylystika. Opole, 1995. - IV. - С. 215-222.

128. Шахпарович A.M. Языковая личность и языковая способность // Язык система. Язык - текст. Язык - способность: Сб. статей / Институт русского языка РАИ.-М., 1995. - С. 213-123.

129. Шаховский В.И. Языковая личность в эмоциональной коммуникативной си туации // Филологические науки. 1998. - № 2. - С. 59-65.

130. Эзотерический словарь. В 2-х т. Т. 1. М.: Русский Духовный Центр, 1993.-224 с.

131. Эзотерическим словарь. В 2-х т. Т. 2. М.: Русским Духовный Центр, 1993.-240 с.

132. Ю.М. Лотмап и тартуско-московская семиотическая школа. М.: Гнозис, 1994.-560 с.

133. Язык и личность. М.: Паука, 1989.

134. Язык система. Язык - текст. Язык - способность. Сб. статей / Институт русского языка РАИ. - М., 1995. - 286 с.

135. Языковая личность: культурные концепты. Волгоград-Астрахрань, 1996.

136. Языковая личность: проблемы обозначения и понимания: Тез. докл. науч. кош.). Волгоград, 1997. - 120 с.

137. Языковая личность: системы, нормы, спин,: Тезисы докл. научи, конференции // Волгогр. гос. нед. ун-т. Волгоград, 1998. - 131 с.

138. Яковлева Е.А. Краткий словарь основных понятий и терминов риторики: 675 статей. Пермь: Изд-во ПОИПКРО, 1995. - 86 с.

139. Список проанализированных текстов

140. Голдсмит Дж. Духовная интерпретация Священного писания / Пер. с англ. СПб.: Иитермедика, 2000 - 168 с.

141. Голдсмит Дж. Сознание это и есть Я / Пер. с англ. - СПб.: Интермедика, 1999.- 199 с.

142. Лазарев С.П. Диагностика кармы. Ступени к божественному. Книга шестая. СПб., 1999. - 256 с.

143. Мегре В. 11рострапство любви. СПб.: Диля I кюлншиг, 2000. - 224с.

144. Меретукова З.К. Педагогическая культура и педагогический идеал: Учебное пособие для студентов и аспирантов. Майкоп, 1999. - 160 с.

145. Письма Нлсны Рерих. 1932-1955. Новосибирск: Изд-во «Впко», 1993.-512 с.

146. Тихоплав В.10., Тихоплав Т.С. Великий переход. Спб.: ИД «Весь», 2002.-256 с.

147. Тихоплав В.Ю., Тихоплав Т.С. Жизнь напрокат. Спб.: ИД «Весь», 2002.-256 с.

148. Тихоплав В.Ю., Тихоплав Т.С. Кардипвльпый поворот. (Серия «На пороге Тонкого Мира). Спб.: ИД «Весь», 2002. - 304 с.

149. Тихоплав В.10., Тихоплав Т.С. Физика веры. Спб.: ИД «Весь», 2002. - 256 с.

150. Уолш Нил До пал д. Беседы с Богом для нового поколения. Пер. с англ. Наталья Рубан. К.: «София»; М.: ИД «Гелиос», 2002. - 288 с.

151. Учение Живой Этики: В трех томах. Т. 1 / Сост. Г.Е. Чирко. СПб.: отд-ние изд-ва «Просвещение», 1994. - 586 с. (Книги «Листы сада Мории» («Зов», «Озарение»), «Община», «Агнн Нога»).

152. Учение Живой Этики: В трех томах. Т. 2 / Сост. Г.Е. Чирко. СПб.: отд-ние изд-ва «Просвещение», 1994. - 571 с. (Книги «Беспредельность», «Иерархия», «Сердце»).

153. Учение Живой Этики: В грех томах. Т. 3 / Сост. Г.Е. Чирко. СПб.: отд-ние изд-ва «Просвещение», 1994. - 571 с. (Книги «Мир Огненный», «АУМ», «Братство».

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 256684