Лирика коми 1920-30-х годов :Поэтика ритма тема диссертации и автореферата по ВАК 10.01.02, кандидат филологических наук Остапова, Елена Васильевна

Диссертация и автореферат на тему «Лирика коми 1920-30-х годов :Поэтика ритма». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 77265
Год: 
2000
Автор научной работы: 
Остапова, Елена Васильевна
Ученая cтепень: 
кандидат филологических наук
Место защиты диссертации: 
Саранск
Код cпециальности ВАК: 
10.01.02
Специальность: 
Литература народов Российской Федерации
Количество cтраниц: 
162

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Лирика коми 1920-30-х годов :Поэтика ритма"

В диссертационной работе исследуется своеобразие поэтики ритма в творчестве пяти виднейших лириков коми 1920-30-х годов - В. Савина, В. Чисталёва, В. Лыткина, А. Размыслова, Н. Фролова. В центре внимания -лирическое отражение мироощущения человека в эпоху освоения новых культурных ценностей, его переживания, воплощённые в образе лирического героя и выраженные взаимодействием различных ритмообразующих средств в произведении. Ритм в искусстве "обладает способностью опредмечивать в себе определённые настроения, эмоциональные состояния и с необходимостью вызывать их в читателе" (Есин, 1999: 218). Ритм признаётся могучим важнейшим средством создания образа, в нём отражены дух и энергия литературного произведения.

По мнению художников, писателей, поэтов явственна первенствующая роль ритма в начале любой эстетической деятельности -грядущее творение даёт о себе знать прежде всего особой пульсацией всех творческих сил. В этом обнаруживается связь ритма с магией. "Поэт - это носитель ритма. В бесконечной глубине человеческого духа, в глубине, недоступной для слишком человеческого, куда не достигает ни мораль, ни право, ни общество, ни государство - катятся звуковые волны, родные волнам, объемлющим вселенную, происходят ритмические колебания, подобные колебаниям небесных светил, морей, вулканов" (Блок, 1965: 404405). Аристотель видел в ритмах и мелодиях слепки различных человеческих страстей, гнева и смирения, мужества и сдержанности, а также их противоположности. Именно поэтому, по мнению основоположника поэтики искусства, они близко соприкасаются с этическими характеристиками и чувствами. (Аристотель, 1984: 635-638).

Актуальность данного исследования обусловлена необходимостью наиболее полного раскрытия индивидуальной манеры поэтов, чьи поиски в художественном самовыражении во многом определили способы ритмизации, а значит, организации литературного стиха коми.

Исследование образования и взаимодействия всех видов ритма произведения и всего творчества поэта даёт наиболее полное представление о его стиле, помогает воссоздать отражённое лирическое переживание и раскрыть мироощущение человека в определённую эпоху.

Актуальность исследования поэтики ритма определяется и возможностью выявления тех приёмов, устойчивых синтаксических, звуковых и метрических образований, которые могут служить "передаточным материалом", содержащим и несущим в себе отражение случаев поэтических влияний в становлении традиции.

К вопросу о теории и истории изучения ритма.

Существование ритма во всех сферах жизнедеятельности человека общепризнано. В исследовательской литературе установились две основные противоборствующие позиции в понимании генезиса ритма. Условно их можно назвать "социологической" теорией и "физиологической". Суть "социологического" подхода - признание возникновения ритма в трудовой деятельности человека. Основателем этой теории считается немецкий исследователь Бюхер. Снискав широкую популярность в работах советских искусствоведов, эта идея долго была опорой и для исследователей литературы. Сторонники "физиологической" теории признают врождённый характер ритма человека. Именно с такой позиции подходят к исследованию фольклора и художественной литературы учёные О.М. Фрейденберг, A.M. Веселовский, В.Н. Топоров. "Ритм . принадлежит к органическим условиям и требованиям нашего физиологического и психического строя; на этом фоне развились его позднейшие эстетические цели" (Веселовский, 1989: 277). Венгерский учёный Д. Лукач критически отнесся к абсолютизации обоих подходов в объяснении возникновения ритма и пытался в своих трудах дать динамическую картину возникновения и дальнейшей трансформации этого явления: "Ритм, возникающий в процессе труда, является результатом взаимодействия физиологических возможностей человека. На более поздних стадиях влияние физиологических обусловленных ритмов (дыхание в поэзии, пение и т.д.) является немаловажным фактором дальнейшего развития различных видов искусства, их совершенствования" (Лукач, 1985:218-219).

Д. Лукач предположил, что в качестве исходного фактора в разрыве с исходным ритмом выступил интеллектуальный и эмоциональный мир магического периода, обогащаясь различными оттенками, непрерывно углубляясь в содержательном отношении (Лукач, 1985: 225). По мнению О. Фрейденберг, "базой первобытной культуры служит ритм. В вещном мире это полярность симметрии и обратной симметрии . В словесном действенном мифе ритм играет ещё большую роль. Он обращает поступок в мистическое действо; язык и словесные процессы он делает ритмической речью, будущей прозой и поэзией, на его основе возникает песня и первичная музыка" (Фрейденберг, 1978: 56). В трудах исследователей раскрывается параллельность ритмического и мифологического уровней общей эстетической ситуации, так как они погружают художественное общение "в слои самого глубинного чувственного мышления" (Эйзенштейн, 1964: 120). Ритм однороден с мифом в том отношении, что с "субъектной точки зрения он "бессубъектен", хотя заложенная в нём эвокативность всегда ориентирована на субъект" (Лукач, 1985: 232).

В литературоведении пока нет установившегося определения ритма. Касаясь русской стиховедческой традиции, исследователи говорят о разных типах ритмов. Б. Томашевский выделяет ритм словесно-ударный, интонационно-фразовый, гармонический; С. Балухатый - ритм ударности, звучности и образности вместе с ритмом строфичности; С. Бонди вводит понятия комплекса ритмов, полиритмии и семантического ритма.

Термином "темпоритм" оперируют в своих работах М. Гиршман и А. Есин. А. Чичерин и М. Гаспаров исследуют ритм образов. Наконец, ещё в 1920-ые годы И. Розановым было обосновано понятие ритма поэтических эпох, к сожалению, не нашедшее продолжения в литературоведении.

Наиболее многочисленны работы, посвящённые вопросам ритма или ритмичности стиха. Стиховедение начала века рассматривало стиховую форму как самостоятельный эстетический фактор. В советский период такой взгляд был подвергнут осуждению, и строение стиха чаще рассматривалось в системе общего строения поэтического произведения, "форма" в единстве с "содержанием". Здесь наметились два основных подхода. Первый был сформулирован Л.И. Тимофеевым в 1930-ые годы: "Стихотворную речь необходимо определить как систему словосочетаний, образующих содержательное эстетическое значимое единство; выразительность его основана на повторности звуко-ритмических компонентов языка, усиливающих индивидуально-эмоциональную окраску речи - как функциональную системно-экспрессивную систему речи" (Тимофеев, 1987: 145). Создаётся цепочка раскрытия неповторимости конкретного содержания произведения: мировоззрение поэта выражается в создаваемом им лирическом характере, характер - в переживании, переживания - в интонации, интонация - в ритме и в других элементах стиховой формы.

Другая точка зрения была высказана Ю.М. Лотманом в 1960-ые годы. Стих - это исторически сложившийся культурный код (тезис современной семиотики культуры); стиховая форма несёт в знаковых ассоциациях содержательную информацию, накопленную всей культурной традицией; в каждом поэтическом произведении стих взаимодействует с другими такими же культурными кодами (например, стилистическими), и в этом взаимодействии актуализируется неповторимо конкретное содержание данного произведения (Лотман, 1994: 71-90).

Эти два подхода, взаимодействуя, часто полемически, определяют состояние и развитие современного стиховедения.

В лирическом произведении ритм обуславливает существование стиха как единицы поэтической речи. Необходимо расставить акценты во взглядах стиховедов на взаимодействия таких стиховых явлений как "ритм-метр", "ритм-рифма", "ритм-интонация", так как нередко происходит подмена этих понятий.

Поворотным этапом в изучении русского стиха стали исследования Андрея Белого, поэта-символиста и автора работ по теории литературы. Он настаивал на том, что "первая настоятельная задача заключается в точном разграничении ритма и метра. - в то время как ритм является выражением естественной напевности души поэта (духом музыки), метр является уже совершенно точно кристализованной, искусственной формой ритмического выражения (Белый, 1994: 198).

На данное очень важное наблюдение опираются в своих трудах названные выше литературоведы. В то же время с 1980-х годов активизируются статистические методы изучения нормативной метрики в работах А. Холмогорова и его последователей А. Кондратова, А. Прохорова. Такой материал ценен для выяснения общих тенденций ритмической эволюции стиха в национальных литературах. М. Гаспаров уточняет в своих исследованиях понятие метра, внеся в него два оттенка: "семантическая окраска" (вариации сходных мотивов и образов) и "семантический ореол", то есть совокупность всех семантических окрасок данного размера (Гаспаров, 1982: 175). Поиск значений метра, нашедший многих противников, видимо, всё же обоснован. "Размеры и ритмы стиха соответствовали когда-то семантике самого стиха. Хотя в литературный период первоначальная значимость формальных элементов стёрта или переосмыслена" (Фрейденберг, 1978: 538).

В соотношении "ритм-рифма" рифма является важным семантическим рычагом ритма (Тынянов, 1993: 100). В.М. Жирмунский и Б.В. Томашевский определяли рифму как фонетический повтор, играющий ритмическую роль (Томашевский, 1959: 406). "Рифма есть звуковое совпадение слов или их частей в конце ритмической единицы при смысловом несовпадении" (Лотман, 1994 : 98). Таким образом, рифма имеет ритмообразующую и смыслоразличительную функции. Весьма важна и организующая функция, на которую вслед за французскими исследователями Фукурье и Бойо обращают внимание В. Жирмунский и Б. Гончаров. "Образуя законченную стиховую единицу, рифма сопутствует и помогает ритму, у неё вспомогательная (после ритма) организующая функция, но окончательная, завершающая" (Гончаров, 1973: 137).

В проблеме первичности ритма и интонации ясно выделяются три подхода. Л. Тимофеев и Б. Гончаров выделяют в системе иерархических отношений наиболее существенным понятие интонации, как комплекса речевых средств (пауз, ударений), воссоздающих переживания лирического героя (Тимофеев, 1976: 133, 159; Гончаров, 1973: 50).

Б. Томашевский и В. Кожинов рассматривают ритм и интонацию как равноправные явления, значащие, выражающие целый ряд оттенков мысли, чувства, настроения (Томашевский, 1959: 220 ; Кожинов, 1970: 171).

B.C. Баевский утверждает автономность ритма, которая "делает его эффективным средством смысловой и суггестивной выразительности, поскольку он независим от других аспектов стихотворной речи, он в каждом конкретном случае может выполнять роль смыслового курсива" (Баевский, 1982 :255). Ю. Тынянов и Ю. Лотман разрабатывают вопрос о ритме как о "структурной основе стиха" (Лотман, 1994: 92), как о "конструктивном факторе стиха" (Тынянов, 1993: 24-54), что выводит понятие интонации в производную от многих факторов сферу.

Итак, метр и рифма являются основными условиями стихового ритма, а интонация - производным явлением.

На основе исследований отечественных литературоведов можно выделить следующие главные положения в понимании ритма литературного произведения. "Ритм - это текст, увиденный в качестве эстетического явления" (Тюпа, 1987: 86). "Он - средство создания образа" (Зивельчинская, 1963:174). Стиховой ритм - "это принцип внутреннего строения стиха" (Жирмунский, 1964: 8), основанный "на закономерной периодической повторяемости подобных явлений, сменяющих друг друга во времени" (Гиршман, 1981: 30), либо "циклическом повторении разных элементов в одинаковых позициях" (Лотман, 1994: 92), либо "периодической смене прерывностей" (Тимофеев, 1987: 184). "Прежде всего мы будем подразумевать под ритмом определённую звуковую организацию речи" (Томашевский, 1959: 293). "Ритм окказионален так же, как и звук, приобретает содержательную окраску в контексте, системе" (Тимофеев, 1987: 193). Ритм необходим для того, чтобы "слово стало стиховым, то есть обрело ту мускулатуру выразительности и экспрессивности, которая придаёт ему действенность" (Тимофеев, 1987: 193), "чтобы приравнять неравное и раскрыть сходство в различном" (Лотман, 1994: 92). "Конструктивная роль ритма сказывается не столько в затемнении семантического момента, сколько в резкой деформации его" (Тынянов, 1993: 107).

Ритм образуется взаимодействием трёх моментов: языковой основы, метрической формы и структурной поэтической организации стихоряда. Таким образом, ритм национален на уровне языка и исторически изменчив на уровне композиционных средств. Но он сугубо индивидуален у каждого творца, так как выражает эмоциональный строй его внутреннего мира, его души.

Важнейшим вопросом является вопрос о факторах, определяющих ритм. Исследователи приходят к выводу, что ритм каждого стихотворного произведения определяется не каким-то одним фактором, а совокупностью всех периодичностей стиха, включая акцентно-силлабический (характер чередования слабых и сильных слогов, длина стиха и их сочетание, наличие или отсутствие цезуры, характер клаузул и их колебаний, расположение пиррихиев, внеметрических ударений, словоразделов); грамматический (повторение и взаимодействие однородных синтаксических конструкций); звуковой (рифма, аллитерации, ассонансы).

Однако следует различать признаки системного стиха и свободного, получившего распространение в начале 20-го века. В свободном стихе задействованы минимальные условия ритма, где его факторы "могут быть даны не в виде системы, а в виде знаков системы. Ритм может быть дан в виде знака ритма, который одновременно является и знаком метра, необходимого фактора ритма как динамической группировки материала" (Тынянов, 1993: 41).

Методика исследования образного ритма или ритма образа в литературоведении почти не освещена. Поэтому опорой для подобного анализа произведений поэтов коми в настоящем диссертационном сочинении стали практические исследования А. Чичерина и М. Гаспарова.

В область изучения ритма образа А. Чичерин включает внутреннее строение идеи, образа, художественного строя. "Именно ритм образует строгое единство формы и содержания", "он в основе образа и системы оказывается одним из наиболее тонких и точных двигателей смысловой энергии" (Чичерин, 1973: 5; 208). М. Гаспаров, рассматривая безглагольные стихотворения А. Фета, говорит о "ритмически расширяющихся и сужающихся границах стихотворного пространства" (Гаспаров, 1995: 145).

Ритм поэтических эпох от Ломоносова до Маяковского обосновывается И. Розановым тремя явлениями: притяжением -отталкиванием - инерцией (Розанов, 1990: 22).

В исследованиях по финно-угорским литературам России вопросы ритма не выделяются в отдельное направление, хотя П. Домокош, П. Черапкин, В. Горбунов, К. Васин не раз обращаются к анализу идейно-эстетического содержания произведений, включая наблюдения над стихом. Большой интерес представляет исследование удмуртского стихосложения Л.Д. Айтугановой. Работа посвящена становлению национальной системы организации стиха во взаимосвязи с народным опытом стихосложения и русской силлабо-тонической системой. Понятие ритма осмысливается автором неразрывно с понятием метрической организации, но, пожалуй, сводится к отождествлению ритма и метра. Исследованию формирования стихосложения в марийской, мордовской, коми, удмуртской литературах посвящена работа Н.И. Куторова. Автор отмечает, что в народнопесенной поэзии финно-угорских народов Поволжья и Урала первичными стиховыми признаками являются напевный и синтаксический виды ритмичности, а такие стиховые явления как стопность и рифма -производны, вторичны. "Утверждение в литературной поэзии силлабо-тонической системы в качестве основной произошло как продолжение превращения вторичных ритмических признаков в первичные, начавшееся в частушках, и как усвоение силлабо-тоники из русской поэзии" (Куторов, 1979: 145).

Коми литературоведы также не раз обращались к проблеме ритмико-интонационного строя стиха. В начале 1920-х годов среди пишущей интеллигенции велась полемика о форме стиха, особенно острой она была между поэтами, ныне признанными классиками, В. Савиным и В. Чисталёвым. Наблюдения над строением стиха первого поэта коми И. Куратова изложили в своих статьях В.И. Лыткин, А.Е. Ванеев, В.Н. Дёмин.

Отдельным предметом исследования в работах А. Ванеева 1960-х годов стали особенности коми стихосложения и её ритмико-интонационной структуры. В современном литературоведении коми, к сожалению, дальнейшие подобные разработки не ведутся, а языкознание пока не даёт полного представления о просодии языка коми. Тем не менее, в трудах А.К. Микушева, В.А. Латышевой, В.И. Мартынова, В.Н. Дёмина, В.А. Лимеровой, посвящённых поэтике В. Чисталёва, В. Савина, С. Попова, Г. Юшкова, В. Попова, затрагиваются вопросы ритма стихотворений. Следует остановиться на отдельных принципиально важных для нашего исследования моментах этих работ.

Рассматривая особенности становления и развития стиха от И. Куратова до середины 1970-х годов, В.Лыткин и А. Ванеев приходят к возможной характеристике стихосложения коми как силлабо-тонической. Доказательства этого весьма важны, так как дают основу для дальнейших практических и теоретических исследований. В. И. Лыткин под ритмом понимает "повторяемость каких-либо однородных элементов и отрезков разговорной речи, отдельных слов, слогов, предложений и т.д. через одинаковый промежуток времени" (Лыткин, 1994: 151-152). А.Ванеев включает ритм в число многих "выразительных средств языка" наряду с рифмой и интонацией (Ванеев, 1962: 151). В.А.Латышева даёт такое определение: "Ритм - стройность. Он одинаков в музыке, танце, стихотворении" (Латышева, 1995: 131). В. А. Лимерова пишет о впечатлении "особой ритмичности авторского мировосприятия и мироотражения" в произведениях В. Чисталёва и использует термин "семантический ритм" (Лимерова, 1995: 9). В.Н. Дёмин неоднократно использует выражение "интонационная симметрия", "синтаксическая симметрия", подразумевая под этим "тяготение к равным интонационным периодам, разделение стиха на строфы с равным числом стихов, постоянное чередование рифм" (Дёмин, 1973: 70).

Как видно из сказанного, коми литературоведами под ритмом в основном подразумевается либо упорядоченное внешнее строение произведения, либо синтаксическая и метрическая повторяемость в стихе. Как шаг вперёд в исследовании ритма в национальном литературоведении можно оценить статью В. А. Лимеровой "Гармония космоса в стихотворениях В. Чисталёва", где в поле зрения автора - рассмотрение семантического ритма произведения, позволяющее раскрыть образ человека в поэтике коми классика.

На основе вышеизложенного, можно прийти к следующему пониманию ритма. Ритм - это основной двигатель смысловой энергии произведения, выражающийся в периодической повторяемости подобных явлений, сменяющих друг друга во времени и пространстве. Его главная функция - эстетическая, которая реализуется в придании произведению эмоциональной выразительности и способствует наиболее полному восприятию всех уровней художественного текста. Конструктивная роль ритма - в подчёркивании, выдвижении семантического момента в создании образа.

Объектом исследования являются лирические произведения 1920-30-х годов поэтов коми В. Савина, В. Чисталёва, В. Лыткина, А. Размыслова, Н. Фролова.

Предмет исследования - ритмическая организация стихотворений поэтов коми рассматриваемой эпохи, опубликованных в сборниках "БбрйОм гижОдъяс" В. Савина, "Менам гора тулыс" В. Чисталёва, "Дзордзав жО, коми му" В. Лыткина, "Медводдза любовь" А. Размыслова, "Эжва дорын" Н. Фролова.

Цель диссертации заключается в наиболее полном представлении всей совокупности ритмообразующих средств произведений и их конкретной роли в образовании лирических систем поэтов.

Достижение этой цели предполагает решение следующих задач:

- проанализировать ритм лирических произведений коми 1920-30-х годов; раскрыть взаимодействие акцентно-силлабических, грамматических и звуковых особенностей стиха как совокупности факторов ритма;

- раскрыть роль ритма в создании образа; выявить ритм переживаний лирического героя, образов времени и природы;

- систематизировать наблюдения над стихотворным ритмом и через своеобразие стиха раскрыть индивидуальность творчества рассматриваемых поэтов;

- уточнить метро-рифменный репертуар поэтов; обозначить контуры "семантической окраски" метра;

Методологической основой диссертационного исследования послужили труды виднейших отечественных литературоведов, придерживающихся принципов целостного анализа художественного произведения, - Л. Тимофеева, Б. Томашевского, А. Гончарова, А. Чичерина, а также известных представителей различных школ Ю. Тынянова, Ю. Лотмана, М. Гаспарова. Вопросы поэтики ритма рассматриваются во всей совокупности художественных приёмов и средств, в единстве с композиционной организацией и образностью лирических произведений.

Предмет и цель исследования определяют методы: описательно-сопоставительный, сравнительно-типологический.

Научная новизна работы заключается в том, что это первый опыт системного анализа ритмических уровней лирических произведений коми. Впервые:

- исследован ритм образов стихотворений коми;

- обозначены контуры "семантической окраски" метро-рифменного репертуара лириков коми.

- введены в научный оборот многие стихотворные тексты поэтов рассматриваемой эпохи;

Практическая значимость исследования состоит прежде всего в возможности более активного привлечения анализируемого материала в учебные программы школ, вузов, других учебных заведений; в использовании наблюдений и выводов в дальнейших исследованиях лирики коми, в составлении учебного пособия, в обобщающей монографической работе по литературе коми.

Апробация работы.

Основные положения диссертации нашли отражение в публикациях. Кроме того, были изложены в докладах автора на международных конференциях "Этнология пермских народов" (Сыктывкар, 1996), "Перспективные направления развития в современном финноугроведении" (Москва, 1997), "Общие проблемы преподавания языков. Преподавание русского языка в финно-угорской аудитории" (Сыктывкар,

1998), "XYI IFUSCO" (Сыктывкар, 1999), Всероссийской научной конференции студентов и аспирантов "Проблемы материальной и духовной культуры народов России и зарубежных стран" (Сыктывкар,

1999), на "Республиканской научной конференции, посвященной 105-летию A.C. Сидорова (Сыктывкар, 1995), на Февральских чтениях СыктГУ (Сыктывкар, 1996, 1997, 1998, 1999), на пленарном заседании конференции, посвященной Н. Фролову, на научно-методических семинарах кафедры коми фольклора и литературы.

Структура диссертации.

Диссертация состоит из введения, основной части и заключения. Во введении даётся обзор основных трудов отечественных литературоведов по данной теме, определяется теоретическая установка рассматриваемой проблемы, обосновывается тема диссертации. Основная часть представляет собой одну главу, разделённую на пять параграфов, в

Заключение диссертации по теме "Литература народов Российской Федерации", Остапова, Елена Васильевна

Заключение

Анализ поэтики ритма лирики В. Савина, В. Чисталёва, В. Лыткина, Н. Фролова, А. Размыслова выявил общее и особенное в мироощущении лирических героев, в ритме образов рассмотренных стихотворений, способах ритмизации поэтической речи.

В мироощущении образа человека в лирике 1920-30-х годов общим является причастность к эпохе перемен, времени крушения старых ценностей и утверждения новых.

Герои стихотворений Савина живут будущим, воспринимая прошлое и настоящее как этапное, конечное, переходное время. Они всеми душевными и физическими силами, делами стремятся приблизить будущее, не определяя однако в нём своего места.

В поэзии Чисталёва эпоха воссоздаётся сочетанием, взаимодействием и борьбой двух сильных ощущений. Его лирическому герою присуще, с одной стороны, чувство неразрывности с матерью-природой, с другой - тревожное ощущение крушения вечных основ мироздания, вносящее в произведения драматизм.

Лирический герой Лыткина видит и чувствует мир экспрессивно, порой гротесково. Его пульс образуют перепады настроения, высокая поэтизация и крайняя прозаизация жизни. Он целиком и полностью верит в созидательную силу приходящего нового, но неудачи личной жизни вносят дисгармонию в его окружающий и внутренний мир.

Лирический герой Фролова живёт в гармонии с наступившим временем, предпочитая умиротворённость и равновесие в отношениях с природой. Его почти не покидает чувство радости и счастья бытия.

Кредо лирического героя Размыслова - эмоциональный поиск своего пути в налаженном мире, трепетное ожидание счастья и любви. Ему свойственны ошибки и знакомы неудачи в любви. Его душа распахнута людям и природе. Первоочередным, важнейшим является восприятие качества явления или события, их эстетической ценности в соотнесении со своей жизнью.

Исследование ритма образов выявило следующие особенности.

В поэзии В. Савина явственно противопоставляются эпохальное время, в которое вписано время жизни человека, и вечность, связывающаяся с бессмертием. В основе ритма образов времени - приём антитезы. Восприятие прошлого и настоящего времени передано повторяющимся чередованием тёмного (как эпохального) и светлого (как личного, совпадающего с природным) тонов, негативной и положительной оценки, чувств страдания и радости. Ощущение же будущего реализуется как страстное желание его. Образ вечности воспевается как гармоничное соединение человека и природы. Ход времён в ритмах лирики Савина осуществляется параллельно, поэтому он никогда не завершается трагически.

На противопоставлении строится и образный ритм стихотворений В. Лыткина. Его образует чередование ощущений холода, мрачности и тепла, света. В безжизненных и тёмных образах реальности - холодного дома, крутой горы - ритмы замедленные, многопаузные; в образах тёплого овина, голубоглазого цветка, олицетворяющих мир грёз и желаний - ритмы более мелодийные, динамичные.

У ритма образов произведений В. Чисталёва и Н. Фролова общая основа. Он проявляется в чередовании расширений и сужений образного пространства стихотворений, как притяжений к центру - поэту и отталкиваний вовне; в смене конкретных и абстрактных образов, детализированных и обобщённых. Как правило, с изменением границ пространства меняется темпоритм произведения: с его расширением, увеличением замедляется темп движения образов и поэтической речи. Но в последнем стихотворении В. Чисталёва "Прощай и здравствуй" темпоритм инверсионен его же произведениям начала 1920-х годов: с расширением образного мира к концу текста темп движения речи приобретает стремительность.

Ритм образов лирики А. Размыслова целиком подчинён ритму лирического героя. Его образует повторяемость и вариативность мотивов, ощущений, впечатлений, ассоциаций. Их сгущение и разрежение отражают ритм переживаний души героя.

Общим для всех приёмом ритмизации стиха являются повторы на интонационно-синтаксическом и фонологическом уровнях. Для передачи динамичного пульса эпохи поэты 20-х годов используют внутристиховые лексические и интонационные повторы. Синтаксический параллелизм традиционен в лирических произведениях, воссоздающих личные переживания лирического героя. В поэзии 30-х годов такие способы ритмизации применяются весьма редко. Наиболее важными факторами ритма становятся регулярный метр и рифма. Но активное обращение к аллитерации и ассонансу, дублирующих и поддерживающих основной ритм произведения, является объединяющей чертой поэтики ритма всех пяти поэтов.

Среди индивидуальных особенностей способов ритмизации текста, образующих характерный для каждого поэта стих, необходимо назвать следующие.

Ритм стиха В. Савина строится на градационном нанизывании глаголов-синонимов со значением расширения пространства, пояснения. Аллитерация и синтаксический параллелизм, применённый наиболее традиционно, создают эффект эхоической композиции произведения.

Ритмичность стиха В. Чисталёва создаётся сквозным применением парных словообразов, парной синонимии, слов в уменьшительно-ласкательной форме. Ритмически значимы в поэтике лирика лексические, синтаксические и метрические инверсии.

Среди наиболее значимых индивидуальных ритмообразующих средств в поэтике В. Лыткина следует отметить приёмы синтаксического и фонетического сгущения и переноса, нередко усиленные инверсией, антитезой и аллитерацией. Подобные ритмические перебои настолько характерны его поэзии, что образуют основное течение ритма.

Стих Н. Фролова - мощный звуковой поток в пении гласных, аллитерациях, звукоподражаниях. Его ритм построен на чередовании и взаимопереходах сквозных слов и их форм со значением радости.

Ритмическим приёмом в поэтике А. Размыслова становится эпитетное начало стихов, выделение в отдельный стих словосочетания из эпитета и существительного. Сочетание в одном произведении стихов разной длины образует ритмические перебои, а мастерское введение пиррихиев восстанавливает ритм мелодийный, плавный, придаёт тексту равновесие.

Основу метрического репертуара поэтов коми 1920-30-х годов составляет традиционный для народной поэзии хорей. Но своё место нашли и другие размеры силлабо-тонической системы: дактиль, ямб, дольник. Повторяемость их во многих произведениях позволяет выявить "семантическую окраску" того или иного метра.

В лирике Виктора Савина хорей создаёт основу для создания образа вечности, бессмертия, а также для стихотворений, ставших песнями. Дактиль более всего помогает отражать драматические события в жизни героев, раздумья о смерти, страданиях, переживаниях, связанных с историческим моментом.

Ритмической основой для большинства стихотворений В. Чисталёва и А. Размыслова является четырёхиктный дольник. Дольник Чисталёва состоит из последовательного повтора дактиля и хорея. Волнообразное его движение отражает глубинную тревогу лирического героя, а неоднократно инверсионно применённый, он способен усилить

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Остапова, Елена Васильевна, 2000 год

1. Аверинцев С. Поэзия Вячеслава Иванова // Вопросы литературы. 1975. №8. С.160-167.

2. Айтуганова Л.Д. Удмуртское стихосложение. Вопросы формирования и развития. Ижевск: Удм. институт истории, языка и литературы УрО АН СССР, 1992. 152 с.

3. Арекеева С.Т. Об элегии Кузебая Герда "Мон кули ке." // Удмуртская литература XX века. Направления и тенденции развития: Ижевск: УдГУ, 1999. С.78-89.

4. Аристотель. Сочинения: В 4 Т.: Пер. с древнегреч.; Общ. ред. А.И. Доватура. М.: Мысль, 1984.Т.4. 830 с.

5. Баевский B.C. Стих и поэзия // Проблемы структурной лингвистики. 1980. М.: Наука, 1982. С. 254-269.

6. Бахтин М.М. Слово в поэзии и прозе // Вопросы литературы. 1972. №6. С.73-83.

7. Белая Г.А. Проблема активности стиля. К исследованию исторической продуктивности стилей 20-х годов // Смена литературных стилей. На материале русской литературы 19-20 в. М.: Наука, 1974. С. 122-178.

8. Белый А. Лирика и эксперимент // Критика, эстетика, теория символизма. М.: Искусство, 1994. С. 176-226.

9. Вельская Л.Л. Песенное слово: поэтическое мастерство С. Есенина. М.: Просвещение, 1990. 144 с.

10. Ю.Блок А. Записные книжки. 1901-1920 гг. М.: Худ. литература, 1965. 663 с.

11. Блок А. Собрание сочинений: В 8 Т. / Под общ. ред. В.Н. Орлова, A.A. Суркова, К.И. Чуковского. М., 1963. Т.7. 544с.

12. Борев Ю.Б., Радионова Т.Я. Интонация как средство художественного общения // Контекст. 1982. Литературно-теоретические исследования. М.: Наука, 1983. С. 224-245.

13. З.Бродский И. О Марине Цветаевой // Новый мир. 1991. №2. С.151-181.

14. Н.Ванеев А.Е. Особенности коми стихосложения // Историко-филологический сборник. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1962. Вып.7. С.72-104.

15. Ванеев А.Е. Ритмико-интонационная структура коми стиха // Историко-филологический сборник. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1963. Вып.8. С.150-160.

16. Ванеев А.Е. Ананий Прокопьевич Размыслов // История коми литературы: В 3 Т. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1980. Т.2. С.283-292.

17. Вежев A.A. Зарождение и становление коми советской литературы. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1966. 144 с.

18. Веселовский А.М. Историческая поэтика. М.: Высш. школа, 1989. 406 с.

19. Гаспаров М.Л. Ритм и синтаксис: происхождение "лесенки" Маяковского // Проблемы структурной лингвистики. 1979. М.: Наука, 1981. С. 148-168.

20. Гаспаров М.Л. Семантический ореол трёхстопного амфибрахия // Проблемы структурной лингвистики. 1980. М.: Наука, 1982. С. 174-192.

21. Гаспаров М.Л. Очерк истории русского стиха. Метрика. Ритмика. Рифма. Строфика. М.: Наука, 1984. 320 с.

22. Гаспаров M.JI. Фет безглагольный // Гаспаров M.JI. Избранные статьи. М., 1995. С. 139-158.

23. Гачев Г. Жизнь художественного сознания. М.: Искусство, 1972. 200 с.

24. Гей Н.Г. Стиль как "внутренняя логика" литературного развития // Смена литературных стилей. На материале литературы XIX -XX веков. М.: Наука, 1974. С.345-384.

25. Гей Н.Н. Художественный образ как категория поэтики // Контекст. 1982. Литературно-поэтические исследования. М.: Наука, 1983. С.68-99.

26. Гиршман М.М. Ритм художественной прозы. М., 1982. 368 с.

27. Гиршман М.М. Анализ поэтических произведений А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, Ф.И. Тютчева. М.: Высш. шк., 1981. 111 с.

28. Гончаров Б.П. Анализ поэтического произведения. М.: Знание, 1987. 63 с.

29. Гончаров Б.П. Звуковая организация стиха и проблемы рифмы. М.: Наука, 1973. 275 с.

30. Гончаров Б.П. К проблеме литературоведческой поэтики (споры о содержательной природе стиха) // Литературные направления и стили. М.: Изд-во МГУ, 1976. С.140-157.

31. Горбунов В.В. Поэзия душа народа. Саранск: Мордовское кн. изд-во, 1973.296 с.

32. Грациадей К. Enjambement как фигура // Вопросы литературы. 1998. №5-6. С.324-328.

33. Григорьев В.П. Поэтика слова. М.: Наука, 1979. 340 с.

34. Давыдов Ю.Н. Культура природа - традиция // Традиция в истории культуры. М.: Наука, 1978. С. 41-61.

35. Дёмин В.Н. Поэтический строй стихотворения И.А. Куратова "Сьылан менам, сьылан" (Песня моя, песня) // Куратовские чтения. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1973. Т.З. С.75-82.

36. Дёмин В.Н. Своеобразие стихотворения И.А. Куратова "Менам муза" (Моя муза) // Куратовские чтения. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1973. Т.З. С.68-75.

37. Дёмин В.Н. Душа коми поэзии (О коми пейзажной лирике) // Дёмин В.Н. На небе звезда. Введение в теорию и историю коми поэзии. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1995. С.76-100.

38. Дёмин В.Н. Звезда Вениамина Чисталёва // Дёмин В.Н. На небе звезда. Введение в теорию и историю коми поэзии. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1995. С. 176-185.

39. Домокош П. Герд Кузебай // Кузебай Герд и удмуртская культура / Отв. ред. А.Г. Шкляев. Ижевск: УИИЯЛ УрО АН СССР, 1990. С.62-104.

40. Домокош П. Формирование литератур малых уральских народов: Пер. с венгерского. Йошкар-Ола: Марийское кн. изд-во, 1993. 288 с

41. Егоров Б. Категория времени в русской поэзии XIX века // Ритм, пространство и время. Л., 1974. С. 160-170.

42. Ермаков Ф.К. Творческие связи удмуртской литературы с русской и другими литературами. Ижевск: Удмуртия, 1981. 196 с.

43. Есин А.Б. Принципы и приёмы анализа литературного произведения. М.: Наука, 1999. 248 с.

44. Жирмунский В.М. Теория литературы. Поэтика. Стилистика. Л.: Наука, 1977. 408 с.45.3ивельчинская А. Ритм // Вопросы литературы. 1963. №3. С. 174182.

45. Иванова М.Н. Речевой демократизм Некрасова (лирика) // Проблемы структурной лингвистики. 1980. М.: Наука, 1982. С. 192-204.

46. Измайлова A.C. Мифопоэтическая образность в лирике Флора Васильева. Образ мирового дерева // Вестник Удмуртского университета. 1992. №6. С.58-63.

47. Илюшин A.A. Русское стихосложение. М.: Высш. шк., 1988. 168 с.

48. История марийской литературы / Отв. ред. К.К. Васин, A.A. Васинкин. Йошкар-Ола: Марийское кн. изд-во, 1989. 432 с.

49. Кожинов В.В. Как пишут стихи. О законах поэтического творчества. М.: Просвещение, 1970. 239 с.

50. Кожуховская Н.В. Художественное время в пейзажной лирике А.К. Толстого // Тема природы в художественной литературе. Сыктывкар: Сыкт.ун-т, 1995. С.27-30.

51. Контекст. 1982. Литературно-теоретические исследования. М.: Наука, 1983. 336 с.

52. Корман Б.О. Избранные труды по теории и истории литературы. Ижевск, 1992. 236 с.

53. Кормилов С. Завершение стиховедческой трилогии // Вопросы литературы. 1990. №10. С.224-231.

54. Костюхин Е.А. Литература и судьбы фольклора // Живая старина. 1994. №2. С.5-8.

55. Кукушкина Е.И. Стиль мышления как образ культуры // Кукушкина Е.И. Познание, язык, культура. М., 1984. С.104-178.

56. Курилов В.В. Проблема стиля в современном советском литературоведении // Литературные направления и стили. М: Изд-во Моск. ун-та, 1976. С. 47-55.

57. Куторов Н.И. О формировании стихосложения в марийской, мордовской, коми, удмуртской литературах // Вопросы финноугроведения. Сыктывкар, 1979. С. 145-146.

58. Laitinen К. Finlands moderne Literatur. Helsinki Hamburg, 1969. 252 s.

59. Латышева B.A. Песня летит в бессмертье // Дыхание пармы. Кн. об искусстве и литературе народа коми / Сост. В.А. Латышева. Сыктывкар.: Коми кн. изд-во, 1991. СЛ11-113.

60. Латышева В.А. Тима ВеньлОн сьОлОм // Латышева В.А. Миян кывным мыйОн шыасяс. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1991. С.26-30.

61. Латышева В.А. Нёбдшса Виттор // Коми литература историяысь. Сыктывкар, 1995. С. 19-24.

62. Латышева В.А. Коми кывлОн вын да мич // Коми литература историяысь. Сыктывкар, 1995. С.120-138.

63. Латышева В.А. Народность поэзии (лирика В. Савина) // Арт. 1998. №4. С.111-119.

64. Леднёв A.B. Ритмический "сбой" как маркер аллюзии в романе В. Набокова "Лолита" // Вестник МГУ. Серия 9.2. 1999. С.47-55.

65. Леконцев Ю.К. Антонимический текст // Текст: семантика и структура / Отв. ред. Т.В. Цивьян. М.: Наука, 1983. С.197-206.

66. Лимерова В.А. Гармония космоса в стихотворениях В.Т. Чисталёва // Матер, научн. трудов финно-угорского факультета.

67. Февр. чтения. 8-14 февраля 1995 года. Сыктывкар: Сыктывкарский ун-т, 1995. С.7-10.

68. Лимерова В.А. Мифоритуальный сценарий судьбы героя в рассказе В. Чисталёва "Трипан Вась'7/ Арт. 1998. №1. С.77-82.

69. Лихачёв Д.С. О точности литературоведения // Литературные направления и стили.М.: Изд-во Моск. ун-та, 1976. С. 14-18.

70. Лихачёв Д.С. Поэзия садов. К семантике садово-парковых стилей. Л.: Наука, 1982. 345 с.73 .Лихачёв Д.С. Поэтика повторяемости в "Слове о полку Игореве" // Русская литература. 1983. №4. С.9-22.

71. Лотман Ю.М. Анализ поэтического текста. Л.: Просвещение, 1972.272 с.

72. Лотман Ю.М. и тартуско-московская семиотическая школа. М.: Гнозис, 1994. 560 с.

73. Лукач Д. Своеобразие эстетического: В 4 Т. М.: Прогресс, 1985. Т.1. 335 с.

74. Лыткин В.И. Илля Вась. Мый медся дона да муса / ЛОсьОдю Г.И. Торлопов. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1994. 224 с.

75. Любимова H.A., Пинежанинова Н.П. Звуковая метафора в поэтическом тексте. Спб., 1996. 144 с.

76. Маяковский В. Полное собр. соч.: В 13 Т. М.: Худ. лит., 1959. Т. 12. 715 с.

77. Микушев А.К. Фольклорные истоки в поэзии и драматургии В.А. Савина // Микушев А.К. Коми литература и народная поэзия. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1961. С.69-85.

78. Мурьянов М.Ф. К структуре образа пушкинской Татьяны // Проблемы структурной лингвистики. 1980. М.: Наука, 1982. С.213-222.

79. Невзглядова Е. Несвоевременные мысли о поэзии // Новый мир.1991. №10. С.225-235. 83.0вчаренко О. Русский свободный стих. М.: Современник, 1984. 206 с.84.0рлицкий Ю. На грани стиха и прозы (русское верее) // Арион. 1999. №1. С.40-50.

80. Павлович Н.В. Сила и сложность семантического противоречия в оскюмороне // Проблемы структурной лингвистики. 1979. М.: Наука. 1981. С.231-244.

81. Пахорукова В.В. Современная коми-пермяцкая литература. Сыктывкар: Сыктывкарский ун-т, 1996. 192 с.

82. Пахорукова В.В. Коми-пермяцкая проза в контексте пермских литератур. Сыктывкар: Изд-во Сыктывкарского ун-та, 1999. 85 с.

83. Поляков М. Вопросы поэтики и художественной семантики. М.: Сов. писатель, 1978. 448 с.

84. Поспелов Г.Н. Лирика: Среди литературных родов. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1976. 208 с.

85. Розанов И. Литературная репутация. М.: Сов. писатель, 1990. 364 с.

86. Савушкина Н.И. Устно-поэтическое начало в поэмах П. Васильева и Б. Корнилова // Роль фольклора в развитии народов СССР. М., 1975. С.168-188.

87. Сильман Т. Заметки о лирике. М.: Сов. писатель, 1977. 223 с.

88. Сергей Есенин. Проблемы творчества / Сост. П.Ф. Юшин. М: Современник, 1978. 351 с.

89. Смена литературных стилей. На материале русской литературы XIX XX веков. М.: Наука, 1974. 388 с.

90. Слово, образ, текст. Сб. научных статей / Отв. ред. Г.И. Тираспольский. Сыктывкар, 1993. 130 с.

91. Тимофеев Л.И. Очерки теории и истории русского стиха. М.: Гослитиздат, 1958. 416 с.

92. Тимофеев Л.И. Стих слово - образ // Вопросы литературы. 1962. №6. С.76-92.

93. Тимофеев Л.И. Основы теории литературы. М.: Просвещение, 1976. 548 с.

94. Тимофеев Л.И. Слово в стихе. М.: Сов. писатель, 1987. 420 с. ЮО.Текст: семантика и структура / Отв. ред. Т.В. Цивьян. М.: Наука,1983.302 с.

95. Томашевский Б.В. Стих и язык. М.;Л., 1959. 472 с.

96. Томашевский Б.В. Стилистика и стихосложение. М.: Учпедгиз, 1959. 535 с.

97. ЮЗ.Томашевский Б.В. Теория литературы. Поэтика. М., 1996. 334 с.

98. Топоров В.Н. Пространство и текст // Текст: семантика и структура/ Отв. ред. Т.В. Цивьян. М.: Наука, 1983. С. 227-285.

99. Топоров В.Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ: Исследования в области мифопоэтического: Избранное. М.: Прогресс, 1995. 624 с.

100. Тынянов Ю.Н. Проблема стихотворного языка. М.: Сов. писатель, 1965. 301 с.

101. Тынянов Ю.Н. Литературный факт. М.: Высш. школа, 1993. 319 с.

102. Тюпа В.И. Категория иронии в анализе поэмы А. Блока "Соловьиный сад"// Принципы анализа литературного произведения / Под ред. П.А. Николаева, А.Я. Эсалнек. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. С. 188-198.

103. Тюпа В.И. Художественность литературного произведения. Красноярск, 1987. 220 с.

104. Холшевников В.Е. Основы стиховедения. Русское стихосложение. Л.: Изд-во ЛГУ, 1972. 168 с.

105. Ходасевич В. Колеблемый треножник: Избранное / Сост. и подг. текста В.Ф. Йерельмутера; Под общ. ред. H.A. Богомолова, Коммент. Е.М. Беня. М.: Сов. писатель, 1991. 683 с.

106. Цивьян T.B. Verg. Georg. IY. 116-145: К мифологеме сада // Текст: семантика и структура / Отв. ред. Т.В. Цивьян. М.: Наука, 1983.С. 140-152.

107. Чисталёв В.Т. Коми поэзия формаяс йылысь // Тима Вень. Менам гора тулыс. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1980. 226-231 лб.

108. Пб.Чичерин A.B. Ритм образа. Стилистические проблемы. М.: Сов. писатель, 1973. 278 с.

109. Чичерин А. Скрытые силы слова // Впросы литературы. 1963. №1. С.79-92.

110. Шайтанов И. В содружестве светил. Поэзия Николая Асеева. М.: Сов. писатель, 1985. 400 с.

111. Шарапов В.Э. Ель, сосна и берёза в традиционном мировоззрении коми // Эволюция и взаимодействие культур народов северо-востока европейской части России. Сыктывкар, 1993. С. 126-141.

112. Шервинский C.B. Ритм и мысль. М., 1961. 66 с.

113. Штокмар М.П. Рифма Маяковского. М.: Сов. писатель, 1958. 145 с.

114. Штокмар М.П. Исследования в области русского народного стихосложения. М.: Изд. АН СССР, 1952. 422с.123 .Эйзенштейн С.М. Избранные произведения: В 6 Т. М.: Искусство, 1964. Т.2. 564с.

115. Эльяшевич А. Лиризм. Гротеск. Экспрессия. М.: Худ. лит., 1975. 360 с.

116. Эпштейн М.Н. Природа, мир, тайник вселенной. М.: Выснь • школа, 1990. 303 с.

117. Эткинд Е. Материя стиха. Спб.: Гуманитарный союз, 1998. 506 с.1. Источники

118. Лыткин В.И. Дзордзав жб, Коми му: Висьтъяс да кывбуръяс. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1985. 256 л.б.

119. Размыслов А.П. Медводдза любовь: Кывбуръяс. Поэма. вуджОдОм / ЛОсьОдю М.Васютов. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1990. 104 л.б.

120. Савин В.А. БОрйОм гижОдъяс. Избранные произведения на коми языке. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1956. 248 л.б.

121. Тима Вень (Чисталёв В.Т.). Менам гора тулыс. Кывбура да прозаа гижОдъяс / ЛОсьбдю Г.И. Торлопов. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1980. 256 л.б.

122. Фролов H.A. Эжва дорын: Кывбуръяс. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1985. 80 л.б.

123. Фролов Н. Эжва дорын. Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1958. 32 л.б.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 77265