Неонароднические организации в России на рубеже XIX-XX веков тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.02, кандидат исторических наук Серов, Олег Вячеславович

Диссертация и автореферат на тему «Неонароднические организации в России на рубеже XIX-XX веков». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 92575
Год: 
2000
Автор научной работы: 
Серов, Олег Вячеславович
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Москва
Код cпециальности ВАК: 
07.00.02
Специальность: 
Отечественная история
Количество cтраниц: 
235

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Серов, Олег Вячеславович

ВВЕДЕНИЕ.

ГЛАВА I. ЮЖНАЯ ПАРТИЯ СОЦИАЛИСТОВ-РЕВОЛЮЦИОНЕРОВ.

§ 1. Зарождение неонароднических организаций во второй половине 90-х годов XIX века.

§ 2. Формирование Южной ПСР.

§ 3. Значение манифеста Южной ПСР.

ГЛАВА II. РАБОЧАЯ ПАРТИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО ОСВОБОЖДЕНИЯ РОССИИ.

§ 1. Взаимосвязь революционного и рабочего движения в

Северо-западном крае Российской империи на рубеже Х1Х-ХХ веков.

§ 2. Основные этапы деятельности РППОР.

§ 3. Террористическая идея в печатных изданиях РППОР.

ГЛАВА III. РУССКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ.

§ 1. Группы рабочих-революционеров как часть неонароднического движения.

§ 2. Петербургская группа «Рабочего знамени» и

Русская социал-демократическая партия.

§ 3. Объединение рабочезнаменских групп.

§ 4. Распад Русской социал-демократической партии.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Неонароднические организации в России на рубеже XIX-XX веков"

Содержание и актуальность научной проблемы. Влияние российского революционного движения на судьбы страны, особенно на рубеже Х1Х-ХХ веков, было весьма значительным. Изучению этого исторического явления всегда уделялось пристальное внимание. Однако как исторический феномен, революционное движение в России, разными людьми и в разное время зачастую интерпретировалось противоположным образом. Важность темы с политической точки зрения нередко заставляла подгонять противоречивые события и факты под те или иные идеологические схемы, поэтому несмотря на постоянный интерес и как это не парадоксально во многом благодаря этому обстоятельству, указанная тема изобилует пробелами.

Одним из таких пробелов в истории революционного движения является период второй половины 90-х годов XIX века, когда революционные народнические кружки трансформируются в качественно новые политические организации. В этот период происходит формирование ведущих политических партий российского революционного движения и то как происходило это формирование, во многом зависело от взаимодействия реально существовавших революционных группировок. Однако деятельность многих революционных организаций того периода почти не изучена, хотя это были серьезные политические силы, к тому же именовавшие себя партиями. Между тем, до последнего времени, о деятельности, например, Рабочей партии политического освобождения России или Русской социал-демократической партии, имелись всего лишь небольшие заметки в некоторых энциклопедиях и разрозненные упоминания в отдельных исследовательских работах по революционному движению1.

Громадные сдвиги в социально-экономической сфере жизни России не могли не повлиять на политическую ситуацию в стране. Обветшалые общественные институты входили во все более явное и острое противоречие с новой действительностью. Это сказывалось и на развитии революционного процесса. Террористическая организация «Народная воля» к концу 80-х годов XIX века была окончательно разгромлена царским правительством, и попытки реанимировать ее закончились безрезультатно. Покушение на императора Александра III, подготовленное «Террористической фракцией Народной воли», практически не состоялось. Проекты ряда эмигрантских и подпольных организаций в России ни к чему конкретному не привели. Возникновение в 90-х годах партии «Народного права» и группы «Народовольцев», их короткое и неэффективное существование, только доказало неосуществимость попыток создать новую политическую партию на старой идеологической основе. Развитие рабочего движения неумолимо заставляло революционеров модернизировать устаревшие постулаты. Однако это не означало простой замены старого багажа идей на новый. В том числе и народническая идеология, претерпевая значительные изменения, сумела преобразоваться и отвечать новым требованиям времени.

Социалисты-революционеры и социал-демократы продолжили революционную эстафету, в той или иной мере используя опыт народничества. Возникновение и формирование этих основных революционных направлений носило сложный, противоречивый характер. В сущности, имея одну и туже главную цель - свержение самодержавия, социалисты-революционеры и социал-демократы достигали ее различными средствами и методами. Порожденные этими направлениями политические организации, оснащенные собственными идеологическими установками, вступили в суровую конкурентную борьбу, стремясь одолеть соперника и усилить собственные позиции. Для второй половины 90-х годов XIX века характерно возникновение революционных организаций оригинальным образом сочетавших новейший для того времени марксизм и старое народничество. Изучение такого рода организаций позволяет выяснить действительные условия и причины, повлиявшие на формирование основных революционных течений, напор и сила которых в конечном счете, привели к уничтожению самодержавия в России.

Объектом настоящего исследования послужили собственно три политических организации: так называемая Южная партия социалистов-революционеров или первоначальная ПСР, Рабочая партия политического освобождения России (РППОР) и Русская социал-демократическая партия, больше известная как группа «Рабочего знамени» по названию газеты которую она выпускала. Необходимо сразу оговориться, что понятие «партия» было всего лишь продекларировано в названии этих организаций, послуживших своего рода первоначальной версией будущих лидеров революционного российского движения Партии социалистов-революционеров (ПСР) и Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП).

Хронологические рамки. Рассматриваемый период охватывает временной отрезок с 1897 года, когда были сделаны первые попытки различного рода неонароднических кружков, организоваться в партию и до 1902 года, когда три вышеуказанные партии окончательно сходят с авансцены борьбы с царизмом.

Целью данной работы является:

- выяснение состава указанных революционных партий;

- определение регионов, которые были охвачены их деятельностью;

- выявление литературы которую они издавали;

- раскрытие причин возникновения этих организаций;

- обоснование значения и роли этих партий в революционном движении.

Методологическую и теоретическую основу исследования составили основные принципы исторической науки: историзм и научность, конкретно-исторический подход и объективность, основанные на признании вариативности исторического процесса, учитывающие приоритет документальных материалов для раскрытия фактической основы избранной темы. Историзм понимается автором как рассмотрение каждого отдельного явления, начиная от причин его возникновения, основных этапов развития и до того момента, чем данное явление стало в изучаемый период. Под объективностью мы понимаем отсутствие тенденциозности в подборе фактов, их анализе и освещении, стремлении рассматривать отдельные явления по совокупности всех факторов, влиявших на их развитие, во взаимосвязи и взаимозависимости всех факторов друг от друга.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые в отечественной историографии всесторонне изучаются революционные партии, которые непосредственно предшествовали ПСР и РСДРП. На основе привлечения широкого круга неопубликованных архивных документов и вводимых в научный оборот новых материалов исследуется состав, численность и характер деятельности указанных организаций, причем эти организации рассматриваются как представители неонароднического направления в революционном движении. Изучение деятельности неонароднических организаций дает возможность существенно расширить представления о сложном периоде формирования ведущих революционных направлений на рубеже Х1Х-ХХ веков в России.

Апробация работы. Диссертация обсуждалась на заседании Центра истории России XIX века Института российской истории РАН. Основные положения исследования нашли отражение в материалах научно-практической конференции «Историки и историческая наука на рубеже веков» посвященной 5-летию Московского Государственного Педагогического Университета, а также в публикациях автора.

Источниковой базой данного исследования в основном послужили неопубликованные архивные документы. Большая часть документов привлеченных автором хранится в Государственном архиве Российской федерации (ГАРФ). Это, прежде всего огромная коллекция документов фонда Департамента полиции (Фонд 102). Сотни дел Седьмого делопроизводства Департамента полиции, представленные в хронологическом порядке по годам, воссоздают интереснейшую и драматичную картину борьбы полицейского аппарата с революционными организациями в России. Здесь собраны протоколы допросов, информационно-аналитические справки о неблагонадежных лицах и тайных организациях, показания и признания обвиняемых лиц, переписка чинов полиции, донесения секретных сотрудников и другие уникальные материалы, проливающие свет на скрытую от посторонних глаз изнанку революционной борьбы (Описи дел №192-199).

Дела, имевшие особую важность для политической полиции, концентрировались в отделе, который так и назывался Особый отдел Департамента полиции. Первый начальник Особого отдела Л.А. Ратаев оставил после себя ценные аналитические записки, обобщающие работу полицейских органов по освещению деятельности противоправительственных организаций, кроме того, в Особом отделе хранятся персональные дела многих революционеров, попавших в поле зрения этого отдела, начиная с 90-х годов XIX века. Также здесь представлены образчики различного рода революционной литературы, от программных документов до агитационнопропагандистских изданий. В отдельной описи (Опись 316) представлены систематизированные в хронологическом порядке донесения особо важных агентов внедренных в революционную среду. Для данного исследования, особенно ценными являются сообщения секретных сотрудников М.И. Гуровича и Е.Ф. Азефа, дававших информацию о первоначальных организациях социалистов-революционеров и социал-демократов. Много интересных фактов о подпольной деятельности в России сообщали заграничные агенты политической полиции, резюмировал которые в то время П.И. Рач-ковский заведующий заграничной агентурой.

Если по материалам, содержащимся в Седьмом делопроизводстве и Особом отделе Департамента полиции можно составить представление о фактуре революционного процесса, то дела Временной канцелярии Министерства юстиции (Фонд 124) как бы отображают результаты этого процесса. Министерство юстиции, как правило, подводило итог тому или иному событию имевшему место в противоправительственной борьбе и что самое ценное, устанавливало реально существовавшие факты в предъявляемых политическим розыском обвинениях. Министерством юстиции велась статистика политических преступлений и проводилась очень нужная для будущих историков революционного движения обобщающе-аналитическая работа.

Существенная информация добывается при изучении документов отображающих результаты наружного наблюдения и надзора за неблагонадежными лицами, которые сконцентрированы в Третьем делопроизводстве Департамента полиции и в коллекции «Месячные сводки наружного наблюдения по разным губерниям России» (Опись 259). Это - дневники наружного наблюдения, командировочные отчеты филеров, данные административного надзора, списки лиц состоящих под надзором полиции и циркуляры, содержащие перечень лиц, подлежащих розыску по политическим делам. Одними из лучших филеров считались московские, они составляли костяк «Летучего отряда филеров Департамента полиции» и поэтому их командировали буквально во все концы Российской империи и даже за ее пределы, если этого требовали интересы наблюдения. Результаты работы московских филеров, в частности и по неонародническим организациям, отложились в фонде Московского охранного отделения (Фонд 63).

Уникальная информационная база содержится в картотеке Департамента полиции, которая хранится в ГАРФе. Эта картотека представляет собой указатели дел Департамента полиции, содержащие сведения о каком-либо конкретном революционном деятеле. Таким образом, становится возможным проследить всю революционную деятельность того или иного лица. К сожалению, часть дел, указанных в картотеке, по разным причинам утеряны или уничтожены. В некоторых случаях отсутствуют сами карточки персоналий и во многом это связано с погромом, которому подвергся в революцию 1917 года Департамент полиции.

Еще не достаточно изученная и систематизированная Коллекция нелегальных листовок и брошюр ГАРФа (Фонд 1741), содержит необъятный литературный пласт, отображающий в большей мере идеологический аспект изучаемой проблемы. Правда зачастую, листовки оставались единственным осязаемым результатом деятельности подпольной организации, соответственно нелегальная литература сама по себе дает возможность получения косвенных выводов и проверки фактов о запрещенной деятельности этих организаций.

Своеобразной квинтэссенцией информации хранящейся в выше перечисленных фондах ГАРФа, служат материалы представленные в

Обзорах важнейших дознаний, по делам о государственных преступлениях, производившихся в жандармских управлениях империи (Опись 252). Отвечая своему названию, Обзоры освещают в хронологическом порядке широчайший спектр зарегистрированных политических преступлений и одновременно выполняют функцию отчета органов политической полиции о проделанной работе. Следует отметить, что часть информации в Обзорах, да и в других полицейских документах, не выдерживает проверки другими источниками. Однако это не означает недобросовестность жандармских функционеров. Иногда это не полное представление о событиях и фактах, иногда - мистификаторская информация. Но все же в единично взятом деле, будь то дела Департамента полиции или Министерства юстиции, подчас трудно разглядеть истинную подоплеку событий, материалы Обзоров формируют обширную и многоплановую панораму событий. Кроме того, обширные аналитические выводы содержатся в отдельных коллекциях - Обзоры революционных партий (Опись 253) и Всеподданнейшие отчеты (Опись 249). В этих документах выясняются причины революционного движения, анализируются идейные течения, приводятся количественные показатели противоправительственной деятельности.

В тоже время данные собранные репрессивными государственными органами, какими бы разнообразными по своему типу и характеру они не были, освещают поставленную проблему всего лишь в одном ракурсе. Существенно дополняют информационную основу материалы из личных фондов ГАРФа. Следует отметить фонды революционеров непосредственно участвовавших в формировании неонароднического направления: Брешко-Брешковской Е.К. (Фонд 5975), Чайковского Н.В. (Фонд 5805), Бурцева В.Л. (Фонд 5802), Лазарева Е.Е. (Фонд 5824) и некоторых других. В этих фондах хранятся документы личного характера как-то: письма, деловые документы, например связанные с издательской деятельностью, материалы мемуарного свойства. Особую ценность в содержательном плане для данного исследования, представляют воспоминания Е.К. Брешко-Брешковской, подготовленные для печати в последние годы ее жизни, но так и не изданные. Екатерина Брешковская непосредственно воплощала в жизнь дело возрождения народничества и, следовательно, обладала уникальной информацией. Конечно, документы личного характера бывают не свободны от субъективного взгляда на факты и события, но их комплексное использование позволяет составить довольно реальную картину происходившего.

Очень важный материал для изучения зарождения неонароднических организаций находится в фонде Судебно-следственной комиссии по делу Е.Ф. Азефа (Фонд 1699), в котором сосредоточены протоколы опросов многих авторитетных деятелей связанных с революцией, раскрывающие малоизвестные, а порой и засекреченные от широкой публики, факты революционного движения. Некоторые документы содержат разноплановые характеристики революционеров, показывающие их с негативной стороны, что, в общем, является не характерным для революционной среды. И это относится не только к провокатору Евно Азефу. В частности, личные качества Г.А. Гершуни, руководителя Рабочей партии политического освобождения России, стоявшего у истоков возрождения политического террора, описываются определенно отрицательно М.М. Мельниковым, знавшего Гершуни еще по петербургскому подполью до образования Партии социалистов-революционеров.

Не менее важные материалы для исследования неонароднических организаций имеются в Государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ). В собрании воспоминаний и дневников (Фонд 1337), в Собрании воспоминаний народовольцев (Фонд 1744), в фонде

Фигнер В.Н. (Фонд 1185) отложились различного рода материалы, использовавшиеся для написания литературных произведений в мемуарном жанре. Несмотря на беллетристический стиль, сами воспоминания также являются неотъемлемой частью источниковой базы. К таким относятся неизданные воспоминания Н.Я. Быховского, хранящиеся в РГАЛИ, на страницах которых дается подробное описание южных неонароднических групп. Пожалуй, только свидетельства Наума Быховского, конкретно подтверждают взаимосвязь южных неонароднических групп с петербургским и московским подпольем 90-х годов. Также привлекались единичные документы из других фондов РГАЛИ, затрагивающих публицистическо-литературную деятельность некоторых неонародников, важную для понимания мировоззренческих аспектов неонародничества.

В фондах Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ бывший РЦХИДНИ) имеется ценная коллекция программных документов революционных организаций пост народовольческого периода. Фонд Коллекции документов разных партий (Фонд 334) располагает рукописным подлинником первого издания в России программы Союза социалистов-революционеров 1898 года. Документы, относящиеся к Русской социал-демократической партии, хранятся в фонде В.П. Ногина (Фонд 145) и ряд интересных документов по революционному движению 90-х годов собраны в фонде ЦК партии эсеров (Фонд 274), в частности сообщения об отношении к террору в неонароднических организациях.

Помимо документов вышеназванных архивных фондов в настоящем исследовании были использованы материалы различного свойства, хранящиеся в библиотечных фондах, в первую очередь Российской государственной библиотеки, Государственной общественно-публичной библиотеки и Государственной публичной исторической библиотеки. Благодаря библиотечным фондам сохранилось редчайшее периодическое издание, все три номера газеты «Рабочее знамя» издаваемой Русской социал-демократической партией, без которых невозможно полностью воссоздать деятельность этой уникальной организации. Необходимо отметить относительно небольшие, но содержащие редкие издания по истории революционного движения, фонды библиотек при Институте Российской истории российской академии наук и Государственном архиве российской федерации. К сожалению, не все необходимые архивные материалы могли быть привлечены автором в данном исследовании. В основном это относится к документам, хранящимся в региональных архивах Российской Федерации и ставшими недавно иностранными архивы стран СНГ. Притом что деятельность изучаемых партий разворачивалась, в довольно большой степени на территории современных Украины и Белоруссии. По-прежнему крайне мала возможность получения информации из зарубежных архивов, имеется в виду Международный институт социальной истории в Амстердаме содержащий эсеровский архив, Стэнфордский университет в США и ряд других научных центров. При этом необходимо отметить, что имеющаяся источниковая база позволяет детально описать неонароднические организации, воссоздать историко-политический фон, на котором развивалась их революционная деятельность.

Проблема трансформации неонароднических организаций в новые политические объединения всесторонне в историографии еще не рассматривалась. Из огромного пласта исследовательской литературы по революционному движению, всего лишь небольшой его слой отражает отдельные моменты исследуемой темы. Чаще всего в масштабных трудах об эсерах или социал-демократах, фрагментарно затрагиваются вопросы, связанные с формированием основных революционных направлений и сами вопросы трактуются как второстепенные. Неизученность данной темы, до последнего времени была обусловлена идеологическим подходом к рассматриваемым вопросам, к сожалению характерного не только для отечественной историографии. Исходя из тех или иных идеологических схем, объективный анализ в исследовательской литературе нередко подменялся уже предрешенными оценками. Приверженцам той или иной политической доктрины необходимо навязать свои схемы исторического развития, таким образом, идеологический подход порождал и порождает множество противоречий, разрешить которые возможно на основе объективного и всестороннего изучения исторического материала.

Условно, отечественную историографию этой проблемы можно разделить на три периода. Первый период - дореволюционный, когда в литературе о революционном движении начинают освещаться вопросы, связанные с формированием политических партий и направлений начала века. Современники событий сотрясавших дореволюционную Россию, пытались осмыслить недавнее прошлое, собрать как можно больше документов и свидетельств непосредственных участников и очевидцев. Для литературы этого периода, пожалуй, характерно размежевание на про революционную и антиреволюционную.

Советский период отечественной историографии начинается после революции 1917 года, с утверждением советского государства, которое стало предельно жестко контролировать историческую науку. Под запретом оказались многие, опасные с точки зрения идеологов темы, ограничивался допуск исследователей к источникам, марксистский подход был объявлен единственно правильным. В тоже время формировались историко-исследовательские центры, проводилась большая работа по систематизации исторического материала, создавались научные кадры, продолжавшие дело начатое дореволюционной историографией.

С падением Советской власти наступает третий период, который можно охарактеризовать как пост советский. Сложившаяся за предшествующие годы историко-исследовательская система получает в свое распоряжение всю имеющуюся источниковую базу. Отмена запретов, свободное общение с другими историческими школами, дают возможность для создания нового, качественно отличного от старого, вклада в историографию.

Первые материалы о неонароднических организациях 90-х годов стали появляться в историко-революционной литературе уже в первые годы нового двадцатого столетия. В журнале «Былое», который был основан народовольцем B.JI. Бурцевым, были опубликованы воспоминания лидера Союза социалистов-революционеров A.A. Аргунова2. Он принимал участие в жарких спорах, в процессе которых вырабатывались новые теоретические установки, был автором программы Союза социалистов-революционеров. Его перу принадлежит историческое эссе о народниках, изданное в 1906 году под названием «Наши предшественники» . Так что более компетентного свидетеля периода зарождения неонародничества трудно себе представить. В своих воспоминаниях Андрей Аргунов не только описал деятельность Союза социалистов-революционеров, но также дал общую характеристику неонародничеству, проанализировал причины упадка народничества и зарождения новых революционных направлений. После Февральской революции в России воспоминания Аргунова вышли отдельным изданием.4 Кроме воспоминаний Аргунова, в журнале «Былое» был опубликован еще ряд документов, освещавших деятельность неонароднических организаций на рубеже

XIX - XX столетий. К этим документам относятся жандармские Обзоры дознаний и в том числе «Царский листок», своего рода хроника антиправительственного движения за 1898 год, составленная лично для императора Николая II. Сюда же относятся показания провокаторов, точнее предателей, как, например показания H.A. Добровольского, указавшего полиции на крупного неонароднического деятеля И.А. Дьякова.5

Благодаря свободам вырванными революцией 1905 года у российского самодержавия, было издано много революционной литературы. До того как царское правительство сумело снова наладить жесткий контроль над печатью, революционерам удалось издать для широкого круга читателей Обзоры дознаний за 1901 и 1902 годы6. В дополнение к этому, были опубликованы фактологически наполненные доклады министра юстиции Н.В. Муравьева о революционном движении в империи за 1894 - 1905 годы. Тогда же была напечатана работа В.П. Махновца, скорее исследовательского плана, о формировании социал-демократического направления и в частности затрагивался вопрос о группе «Рабочего знамени». И хотя, по идеологическим причинам, книга вызвала отрицательное отношение в кругах социал-демократии, фактическая сторона ее не перестала быть от этого менее ценной.

Революционная эмиграция всегда считала своим долгом вести летопись антиправительственной борьбы. Во многих периодических изданиях эмигрантов публиковалась хроника событий конца 90-х начала 900-х годов. События, связанные с неонародническими организациями находили свое отражение на страницах таких газет как: «Накануне», «Русский рабочий», «Революционная Россия», «Искра» и ряда других изданий. В Лондоне издаются воспоминания социал-демократа К.Н. Тахтарева о петербургском подполье второй половины 90-х годов, где сообщаются новые данные о возникновении Русской социал-демократической партии.9 В Женеве публикуется ценнейший сборник документов, составленный Г.А. Куклиным, в котором отражаются узловые моменты развития революционного процесса с 1862 по 1902 год.10 Если сборник документов Куклина представляет источники по истории революционного движения, то коллективный труд в основном меньшевиков: Ю.О. Мартова, А.Н. Потресова, Б.И. Горева и некоторых других авторов, под названием «Общественное движение в России в начале XX века»,11 дает вполне всесторонний анализ российского революционного процесса. Оставаясь революционерами, авторы попытались понять и оценить роль многочисленных политических течений и в том числе неонароднического направления, сделали ряд подтвердившихся впоследствии прогнозов о новом витке развития революционного процесса.

Наконец и эсеры представили свое видение проблемы. В издаваемом партией литературно-политическом обозрении «Социалист-революционер», были напечатаны «Очерки по истории ПСР», автором которых был видный эсер, один из основателей партии С.Н.

12

Слетов. Очерки Слетова были изданы в 1917 году отдельной книгой под названием «К истории возникновения партии социалистов-революционеров». На основании доступных ему документов, различного рода литературных источников Степан Слетов показал зарождение партии эсеров и осветил события и факты, скрытые от непосвященных людей. Так он, опираясь на свидетельства непосредственных участников, дал описание съездов первых организаций социалистов-революционеров, собиравшихся четыре раза с 1897 по 1900 год. Все остальные авторы, писавшие об этих съездах или описывавших революционное движение 90-х годов XIX века, руководствовались работой С.Н. Слетова. Вероятно, очерки Слетова (он подписывался псевдонимом Нечетный) должны были со временем быть переработаны в фундаментальную историю партии эсеров, но в 1915 году автор очерков погибает на одном из фронтов Первой мировой войны.

И политическая полиция Российской империи направляет свои лучшие интеллектуальные силы на изучение революционного движения, тем более что в распоряжение Департамента полиции поступал огромный объем информации по этой теме. Капитальный труд жандармского офицера А.И. Спиридовича, основанный на огромном массиве источников, для последующих поколений исследователей, в свою очередь, превращается в источник. Правда, эсеровскому направлению, в книге Спиридовича «Революционное движение в России» было уделено больше внимания по сравнению с социал-демократами и Выпуск 2, посвященный Партии социалистов-революцонеров получился информативнее и объемнее чем Выпуск 1,

13 посвященный социал-демократам. В 1918 году Выпуск 2, с комментариями и значительно дополненный, вышел отдельной книгой -«Партия социалистов-революционеров и ее предшественники». Однако жизнь показала, что социал-демократы требуют не менее пристального изучения, чем эсеры. И Спиридовичу пришлось, но уже в эмиграции, может быть поэтому исследование несколько политизировано, исправить «эсеровский» уклон и дополнить свое исследование о социал-демократах в книге «История большевизма от возникновения до захвата власти».14 Также после революции Спиридович написал мемуары, которые почему-то используются исследователями в меньшей мере чем «Революционное движение в России», но содержит не менее значительную и эксклюзивную информацию.15

Русская революция поменяла полярность оценок в нашей историографии, но неонародникам опять не повезло. Победившие большевики третировали неонародничество, в лучшем случае как ошибочный путь, а то n прямо как враждебную политическую силу. С одной стороны были открыты для исследования царские архивы, с другой стороны по мере укрепления большевистской диктатуры все больше насаждался односторонний подход к небольшевистским партиям, продиктованный идеологическими соображениями. Так в книге В.Н. Мещерякова об эсерах, революционная борьба неонароднических организаций трактуется как изначально обреченное на неудачу дело и доказывается откровенно заданный тезис о том, что неонародничество постепенно выродилось в антиреволюционную силу.16 В тоже время начинают публиковаться важные источники по истории неонароднических организаций. В историко-революционном сборнике Н.Л. Сергиевский помещает программные документы пост народовольческого периода. Здесь же, другой советский историк С. Н. Валк, публикует переписку членов группы «Рабочее знамя», раскрывающую в подробностях существование

17 этой малоизвестной организации. Кроме переписки рабочезнамен-цев С.Н. Валку удалось опубликовать записку начальника Особого отдела Департамента полиции Л.А. Ратаева о группе «Рабочего зна

18 мени» в журнале «Красная летопись». Необходимо отметить особую роль историко-революционных журналов выходивших в 20-е -30-е годы в Советском Союзе. На страницах журналов истпартаПролетарская революция», «Каторга и ссылка», центрархиваКрасный архив» и других, публиковалось множество воспоминаний, писем и другого рода документов о революционном движении, в том числе немало сведений о неонародниках. Издаются и специальные сборники, посвященные воспоминаниям революционных деятелей 90-х годов, такие как «Народовольцы 80-х - 90-х годов», «К двадцатипятилетию первого съезда партии» и мемуары, изданные отдельной книгой: Кудели П.Ф. «Народовольцы на перепутье», Мощинский И.Н. «На пути к первому съезду РСДРП». Проводится скрупулезная работа по описанию биографий революционеров в биобиблиографическом словаре «Деятели революционного движения в России», к сожалению не доведенная до конца.19 Кроме того, издан ряд исследовательских работ: Осоргин М.А. «Охранное отделение и его секреты», Волков A.A. «Петроградское охранное отделение» и некоторые другие, раскрывающих деятельность политической полиции в Российской империи.

Революция и гражданская война в России превратила бывших союзников в борьбе с самодержавием в непримиримых врагов. Противники самодержавия, ставшие противниками большевиков, вынуждены были отправиться в эмиграцию. В белоэмигрантских изданиях, как и в советских, появляются различные материалы на историко-революционную тему. Интересные факты с точки зрения данного исследования о движении 90-х годов сообщаются в мемуарах лиде

20 ров партии эсеров - Н.С. Русанова и В.М. Чернова. Исследование Б.И. Николаевского, также видного революционера хорошо осведомленного о закулисной стороне революционного движения, посвящено Е.Ф. Азефу, который начинал свою карьеру в 90-е годы. Первые главы этой книги раскрывают взаимоотношения первых эсеровских организаций и роль Союза социалистов-революционеров среди протоэсеровских организаций.21

Книга, написанная на стыке жанров исследования и воспоминания, принадлежащая перу бывшего чиновника Департамента полиции, который перешел на сторону революционеров, Л.П. Меныцикову, охватывает как раз период от падения «Народной воли» до обра

22 зования ПСР и РСДРП. Раскрывая методы борьбы политической полиции с противоправительственными организациями, автору одновременно удалось показать изнанку революционного процесса то, что тщательно скрывалось от посторонних глаз. Меныциков смог не только дополнить новыми данными работы Слетова и Спиридовича, но и рассмотреть деятельность революционных организаций под другим углом зрения. Автору «Охраны и революции» пришлось на собственном опыте постигать подноготную и охранников, и революционеров, поэтому оценка его и тех и других весьма нелицеприятна. Между тем оценка личностей и событий в книге Меньшикова далека от карикатурности и примечательно то, что использованные Меньшиковым документы из собственного архива и данные из других источников, только подтверждают выводы бывшего охранника.

Историографию советского периода нельзя обвинить в недостатке внимания к изучению российского революционного движения, но акценты и оценки, подходы к решению научных проблем нередко определялись не исследователями, а установками утвержденными правящей Коммунистической партией. После печально известного письма И.В. Сталина в журнал «Пролетарская революция» (1931г.), господствующей в исторической науке становится коммунистическая концепция истории политических партий и движений. Так, при всей основательности научной проработки, на все политические партии, кроме большевистской, вешался ярлык «непролетарские». На самом деле это означало непоследовательные, неправильно выбравшие путь, антиреволюционные, наконец. Поэтому в работах об эсерах советских историков В.Н. Гинева и К.В. Гусева, проблема зарождения ведущих революционных направлений лишь обозначается, главный акцент делается на кризисе неонародничества.23 Книга «Народническая идеология и марксизм» В.Г. Хороса дает всеобъемлющий анализ теоретических выводов народнических мыслителей, показывает реакцию народничества на новые идейные течения, но опять таки с по

9Л зиции несостоятельности и ошибочности народнической идеологии. С таких же позиций рассматривается идейная эволюция народничества в работе Г.Д. Алексеевой «Народничество в России в XX веке».

Несмотря на трудности идеологического свойства, проводилась большая работа по выявлению и систематизации фактов. Одним из лучших результатов такой работы стал «Сводный каталог русской

25 нелегальной и запрещенной печати XIX века», который не просто систематизировал огромное количество листовое, книг, периодических изданий, но также указал на источники их происхождения и места их хранения, тем самым значительно упростив поисковую работу исследователей. Появился ряд ценных научных исследований, посвященных различным аспектам революционного движения в России на рубеже XIX-XX веков. И это не только добротные монографии, такие как A.B. Ушаков «Революционное движение демократической интеллигенции в России 1895-1904», Н.Г. Георгиева «Революционное движение в России в конце XIX века», но и диссертации: Л.И. Тютюнник «Департамент полиции в борьбе с революционным движением в России на рубеже XIX-XX веков», A.A.

Жаворонкова «Неонародническая интеллигенция 90-х годов XIX

26 века» и другие . Кропотливая работа была проведена М.И. Леоновым, строго привязавшим к архивным источникам начало функ

97 ционирования эсеровских организаций в России. Впервые в исследовательской литературе были выявлены многие персоналии неонароднических деятелей 90-х годов, прослежена взаимосвязь между неонародническими организациями.

Третий период отечественной историографии знаменателен устранением идеологического влияния на изучение неонародничества. Стала возможной публикация многих, ранее закрытых для широкого круга исследователей, архивных документов. К такого рода положительным примерам относится публикация многочисленных документов в серии «Документальное наследие. Политические партии России, конец XIX - первая треть XX века». В первом томе материалов об эсерах были опубликованы программные документы организаций, объединившихся в партию социалистов-революционеров, со

28 ставленных и прокомментированных Н.Д. Ерофеевым. Кстати, информационно наполненные комментарии, составленные Н.Д. Ерофеевым, демонстрируют хорошую осведомленность автора и о пре-дэсеровском периоде. Это же доказывают содержательные и документально выверенные биографические статьи Н.Д. Ерофеева в энциклопедии политических партий России, существовавших на рубелд же XIX - XX веков. При создании этой работы привлекались документы, впервые использовавшиеся в научном обороте, также приводятся ранее не известные, касающиеся неонароднических организаций факты, однако выбор персоналий был произведен довольно субъективно. Но все же широкое использование архивных источников выгодно отличает вышеуказанную энциклопедию от, например,

30

Биографического словаря политических деятелей 1917 года» и других работ такого типа.

В историко-исследовательской литературе опубликован ряд работ тематически смежных с изучением неонароднических организаций. К таким публикациям относится, без преувеличения, огромной значимости работа, по составлению банка данных рабочего движения в России, проведенной Институтом российской истории и российскими архивными службами. На образцово проработанной источниковой базе была создана подробная хроника рабочего движения в России, разделенная на три отдела: 1) Массовые выступления рабочих, 2) Рабочие, политические и партийные организации, 3) Листовки. Хроника разделена на выпуски, которые снабжены приложениями и прекрасным библиографическим аппаратом.31 Хроника рабочего движения обобщает предыдущие работы по рабочему движению и одновременно позволяет комплексно рассмотреть проблемы зарождения неонародничества. Работа над хроникой еще продолжается, но уже готовые выпуски позволяют сказать, что создан отличный задел для качественно нового изучения эпохи конца XIX - начала XX века в России.

Тема политического терроризма, успешно разрабатываемая в трудах О.В. Будницкого и P.A. Городницкого, неизбежно затрагивает и неонароднические организации. О.В. Будницкий составил и опубликовал в разных сборниках ряд материалов характеризующих отношение к террору различных политических деятелей, в том числе и неонародников. Кроме произведений излагающих взгляды общеизвестных приверженцев террористических методов, составитель использовал и ранее не публиковавшиеся в исторической литературе сочинения Е.Г. Левита «Открытое письмо к народовольцам - издателям Летучего листка»32 и Х.О. Житловского «Социализм и борьба за политическую свободу».3j Воплощением террора занималась Боевая организация ПСР, изучению которой посвящена монография P.A. Городницкого.34 Многие боевики, особенно первого состава Боевой организации, активно действовали в неонароднических организациях. Автор монографии сумел отыскать новые подробности из предэ-серовской жизни П.В. Карповича, П.П. Крафта и даже такой, казалось бы, изученной биографии Евно Азефа.

В зарубежной историографии доступной автору, проблемы связанные с неонародническим организациями лишь косвенно затрагивались при изучении революционного движения в России. В исследованиях Анны Гейфман посвященных политическому террору, высказываются оригинальные замечания по поводу приверженности к терроризму среди неонародников и социал-демократов.35 Американская исследовательница рассматривает терроризм в довольно нетрадиционном для историографии паталогопсихологическом аспекте. Из обширнейшего диапазона работ западной историографии, в той или иной степени затрагивающих вопросы, связанные с неонародничеством, следует выделить книгу Ричарда Пайпса «Русская револю

36 ция». В отдельной главе этой книги, Пайпс дает замечательную характеристику мировоззренческих основ как радикальной интелли

1 Большая советская энциклопедия. 3-е издание, М, «Советская энциклопедия», 1975-1978, т.21,т.ЗО.

Советская историческая энциклопедия. М, «Советская энциклопедия», 1968-1976, т.11,т.16.

2 Аргунов A.A. Из прошлого партии с-р. // Былое, 1907, №10, Лондон -Париж - С. Петербург.

3 Аргунов A.A. Наши предшественники. СП б, Земля и воля, 1906.

4 Аргунов A.A. Из прошлого партии социалистов-революционеров. Пг. Союз солдат - республиканцев, 1917.

3 Откровенные показания H.A. Добровольского // Былое, 1909, №9-10, Париж.

6 Обзор важнейших дознаний, производившихся в жандармских управлениях за 1901 год. Русская историческая библиотека №20, Ростов на/Д, 1906. Обзор важнейших дознаний, производившихся в жандармских управлениях за 1902 год. Русская историческая библиотека №12, Ростов на/Д, 1906.

7 Революционное движение в России в докладах министра Н.В. Муравьева 1894- 1905. СП б, Летописец, 1907.

8 Махновец В.П. Очерк развития социал-демократии в России. СП б, Изд. Попова, 1906.

9 Тахтарев K.M. Очерк петербургского рабочего движения 90-х годов. Лондон, 1902.

10 Куклин Г.А. Итоги революционного движения в России за сорок лет (1862 - 1902). Женева, Изд. Куклина, 1903.

11 Общественное движение в России в начале XX века. т. 1-5. СП б, Общая польза, 1909-1911.

12

Ст. Нечетный Очерки по истории ПСР // Социалист-революционер №4, Париж, 1912.

13

Спиридович А. И. Революционное движение в России. Выпуск 1 и Выпуск 2. СПб, 1914-1918.

14 Спиридович А.И. История большевизма в России от возникновения до захвата власти. Франко-русская печать, Париж, 1922.

15 Спиридович А.И. Записки жандарма. Харьков, 1928.

16 Мещеряков В.Н. Партия с-р. 4.1, Пг. - М, 1922, Ч.П, Москва, 1922.

17 Историко-революционный сборник (под редакцией В.И. Невского) т. 1-3, М-Пг, 1924 - 1926.

18 Красная летопись, 1922, №2-3.

19 Деятели революционного движения в России. Биобиблиографический словарь. Т.1- 4. Москва, Общество политкаторжан, 1930-1935.

20

Русанов Н.С. Из моих воспоминаний. Изд. З.И. Гржебина, Берлин, 1923. Чернов В.М. Записки революционера. Изд. З.И. Гржебина, Берлин, 1922. о |

Николаевский Б.И. История одного предателя. Изд. З.И. Гржебина, Берлин, 1932.

22 Меныциков Л.П. Охрана и революция. Ч.1-Ш, Москва, Общество политкаторжан, 1925- 1932.

23

Гинев В.Н. Борьба за крестьянство и кризис русского неонародничества. Ленинград, Наука, 1983. Гусев К.В. Партия эсеров: от мелкобуржуазного революционализма к контрреволюции. Москва, Мысль, 1975.

24 Хорос В.Г. Народническая идеология и марксизм. Москва, Наука, 1972. ъ Сводный каталог русской нелегальной и запрещенной печати XIX века. -Листовки. Ч.1-Ш. М. 1973. - Книги и периодические издания. Ч.1-ПТ. М.

1981.

26

Моськина Н.В. Народовольцы 90-х годов XIX века. Дисс. к.и.н. М. 1988. Григорьева Е.А. Революционно-народническая эмиграция конца XIX века. Дисс. к.и.н. М. 1970.

27

Леонов М.И. Левое народничество в начале пролетарского этапа освободительного движения в России. Куйбышев, 1987.

28

Партия социалистов-революционеров. Документы и материалы 1900 -1922 в трех томах. Москва, РОССПЭН, 1996.

28

29 Политические партии России конца XIX - первая треть XX века. Энциклопедия. Москва, РОССПЭН, 1996.

30 Политические деятели 1917. Биографический словарь. Москва, Большая российская энциклопедия, 1993.

31 Рабочее движение в России 1895 - февраль 1917 г. Хроника. Москва - С. Петербург, Блиц, 1992 - 1999.

Революционный радикализм в России: век девятнадцатый. Москва, Археографический центр, 1997.

33 Кровь по совести: терроризм в России. Документы и биографии. Ростов на/Д, Изд. РГПУ, 1994.

34 Городницкий P.A. Боевая организация партии социалистов-революционеров в 1901 - 1911 гг. Москва, РОССПЭН, 1998.

35

Гейфман А. Убий: революционный террор в России 1894 - 1917. Москва, Крон-пресс, 1997.

36 Пайпс Р. Русская революция. 4.I-1I. Москва, РОССПЭН, 1994.

31

Kapp Э. История Советской России. Москва, Прогресс, 1990.

Заключение диссертации по теме "Отечественная история", Серов, Олег Вячеславович

Заключение

Подводя итоги деятельности неонароднических организаций на рубеже Х1Х-ХХ столетий, необходимо сделать ряд заключений и сформулировать основные выводы.

В ходе исследования были использованы неопубликованные материалы широкого спектра архивных источников. Основной источ-никовой базой послужили материалы репрессивных органов государственного аппарата, прежде всего политической полиции. Кроме того, был очерчен круг опубликованных источников, дополняющих и корректирующих официальные данные. В дополнение к этому привлекались результаты исследований по смежным проблемам, таких как история рабочего движения, исследования социального, количественного состава революционных организаций. Раскрыта деятельность ранее не исследованных политических объединений: Рабочей партии политического освобождения России, Южной партии социалистов-революционеров и Русской социал-демократической партии. В результате поисковой работы был выявлен персональный состав вышеуказанных организаций, их программные документы, охарактеризована издательская деятельность.

Установлена инфраструктура этих организаций. Формально утвержденного центрального органа партии не было, были более менее стабильные группы инициаторов-учредителей, обладавшие наиболее полной информацией о партийных делах. В Южной партии социалистов-революционеров функции центра выполняли три группы: петербургская, киевская и воронежская. Центральные группы координировали деятельность периферийных кружков и групп, нередко находившихся в других городах и губерниях. Персонально установлен руководящий состав РППОР, Южной ПСР, Русской СДП. Кроме того, вычленены пять составов центральной петербургской группы «Рабочего знамени». Исследование показало, что все три партии взаимодействовали друг с другом. РППОР поставляла типографские станки Южной ПСР и Союзу социалистов-революционеров, печатала материалы для Русской СДП. В свою очередь русские социал-демократы издали совместно с киевской группой эсеров воззвание к 1 Мая. Впервые были введены в научный оборот ряд документов, такие как «Некоторые основные пункты программы группы социалистов-революционеров», «Боевой клич рабочего класса», предисловие к первому эсеровскому изданию брошюры «История революционного движения» (1901 год), а также некоторые газетные материалы и прокламации. Выявлена последовательность и количество листовок издаваемых каждой из исследованных организаций. Анализ содержания печатных изданий вышеуказанных организаций, позволяет сделать вывод о едином политико-революционном направлении, которому следовали эти организации. Направление это можно охарактеризовать как неонародническое, одной из главных черт которого является синтезирование народнических и социал-демократических установок.

Если посмотреть с высоты прошедших лет на судьбу революционеров, начинавших новую после народничества эпоху борьбы с самодержавием, то выясняются на первый взгляд парадоксальные вещи. Знаменитый Борис Савинков, начинал как приверженец пропаганды революционных идей среди рабочих в Петербурге. Не-удовлетоворившись пропагандой, он организует громкие убийства царских сановников, воплощая в жизнь доктрину политического террора. Затем, в годы Гражданской войны, Савинков с оружием в руках, борется против власти, которая называла себя рабочей и крестьянской. И так называемый правый эсер Андрей Аргунов и большевик Виктор Ногин посвятили свою жизнь борьбе за свержение самодержавия в России и, достигнув своей цели, они превращаются в смертельных врагов по отношению друг к другу. Причины и предпосылки такого поворота событий коренятся в периоде формирования новых после народничества течений.

Народничество казалось бы потерпело поражение. Самодержавие не только не было свергнуто, но и не пошло на политические уступки, сохранив свою власть. Однако это не означало того, что революционное движение в России прекратилось. Это означало, что революционным силам было крайне необходимо изменить стратегию и тактику борьбы. В такой ситуации усиливается притягательность либеральных идей, но и политический радикализм, несмотря на отсутствие реального воплощения, продолжал существовать. Марксизм, поначалу казавшийся не таким радикальным как народовольчество, также пускает глубокие корни на российской почве.

Понятие "народничество", среди революционных деятелей к концу Х1Х-го века ассоциировалось с ни кому не нужным, старым багажом обветшавших идей. Апологетами народничества оставались выпущенные на свободу участники революционного движения 70-х годов, такие как Екатерина Брешко-Брешковская, Порфирий Войнараль-ский и другие народники постепенно возвращавшиеся из ссылки. Разъезжая по стране, от кружка к кружку, они добивались сплочения воедино антиправительственных сил. Но все равно, это сплочение происходило уже не под знаменем традиционного народничества.

Развитие рабочего движения заставляет революционную интеллигенцию обратить более пристальное внимание на эту новую силу. Тем более что фабрично-заводской пролетариат подвергался воздействию террористической идеологии гораздо сильнее, чем крестьянство. Одним из осязаемых результатов такого воздействия, стало возникновение Рабочей партии политического освобождения России. Убежденный террорист и глава РППОР Григорий Гершуни видел в рабочих благодатную среду для пропаганды идей терроризма. Для него было очевидно, что не только студенты, но и рабочие готовы к террору по политическим мотивам. Первомайская листовка РППОР 1900 года прямо призывает рабочих к вооруженной борьбе или еще точнее - к политическому террору1. В главе второй данной работы показано, что уверенность Гершуни оправдали террористические акты предпринятые рабочими Гиршем Ле-кертом и Фомой Качурой по политическим мотивам.

Одинаково с РППОР, вопрос о терроре решал и Союз социалистов-революционеров, который соединившись с Южной ПСР и с РППОР, образовал Партию социалистов-революционеров. Программа Союза социалистов-революционеров, из всех неонароднических партий, была наиболее близка по своим идейным позициям к программе Исполкома Народной воли, особенно в части отношения к политическому терроризму. Однако, несмотря на схожесть взглядов на террор и на то, что Союз социалистов-революционеров признавал свое идейное родство с народничеством, эти революционеры подчеркнуто не называли себя народниками. И вот почему. В программной брошюре Союза социалистов-революционеров "Наши задачи", работа в крестьянстве объявляется несвоевременной, авангардом революционных сил признается "социалистическая интеллигенция и передовые слои фабричу ного пролетариата"." В Манифесте ПСР, хотя и не упоминается о терроре, но передовая роль промышленного пролетариата также признается.3 Таким образом первые группы эсеров и РППОР главное внимание обращали на рабочий класс, стремясь использовать все возрастающее рабочее движение в своих целях. Этот тезис стал одной из главных причин, не позволявших новой формации революционеров называть себя народниками. Одновременно они считали себя продолжателями дела своих предшественников и многое из накопленного опыта брали на вооружение. Политический террор оставался грозным оружием в арсенале борцов с царизмом. Однако отношение к террору среди продолжателей дела народников было неоднозначным.

РППОР в программной брошюре "Свобода" представляет политический террор как главное средство в борьбе с правительством. Фактически соглашается с этим тезисом, при этом делая ряд оговорок и уточнений, программа Союза социалистов-революционеров. Манифест ПСР умалчивает о терроре оставляя вопрос открытым. Данные, представленные в настоящей работе об отношении к террору Южной ПСР, позволяют сделать вывод о том, что террор южане признавали, но не считали своевременным. Одна из самых крупных южных организаций неонародников - Киевская, по крайней мере до 1900 года, не издала ни одной листовки призывавшей к террору.4 Киевские неонародники призывали рабочих к политической борьбе, подчеркивая тем самым свое отличие от киевских социал-демократов и свою общность с народнической идеологией. Что сближало новых народников с марксизмом, так это классовый подход при анализе общественных сил. Программа Исполнительного комитета Народной воли определяет народ как большую часть российского общества, которая подвергается эксплуатации. В манифесте ПСР характеристика социальных слоев более дифференцирована и, пожалуй, самой серьезной уступкой марксизму выглядит признание расслоения крестьянства.

Суммируя вышеуказанные особенности необходимо отметить, что неонароднические теоретики, признавая существо народничества, значительно по-иному интерпретировали идеологию своих предшественников. Несмотря на отход от народничества, Партия социалистов-революционеров, получив эстафету от неонароднических организаций и окончательно укрепившись в 900-х годах XX века, в лучшем случае признавала программные документы неонародничества за "сырые" и недоработанные. Конечно, неонародники не употребляли таких терминов как "социализация земли" или "трудовое крестьянство", которые использовались эсерами в последующих партийных документах. Но главная причина такого отношения видится в другом. Идеологические установки последователей народничества претерпели сильные изменения под влиянием социал-демократической доктрины. Социалисты-революционеры не могли признать вторичности своей идеологии. Поэтому на наш взгляд неонародническими правомерно называть те организации, которые с одной стороны продолжают развивать народническую традицию, с другой-выходят за рамки идеологии социалистов-революционеров.

Социал-демократическое направление и в период формирования и в дальнейшем, резко противопоставляло себя народничеству. Неудивительно, что социал-демократы критиковали социалистов-революционеров за приверженность народническим доктринам. В тоже время внутри самой социал-демократии возникает борьба между приверженцами так называемых экономических способов борьбы с правительством и сторонниками борьбы за политические права. Часть так называемых политиков фактически действует в народовольческом ключе, с поправкой на приоритетную роль рабочего класса. Выразителем такого рода процессов стало направление русских социал-демократов или рабочезнаменцев, которые в лице Киевского комитета "Рабочего знамени" вступили в Партию социалистов-революционеров. Метаморфоза "Рабочего знамени" все-таки не являлась исключением. Существование объединенных комитетов социал-демократов и социалистов-революционеров на Урале, в Поволжье и в некоторых других местах доказывает наличие такой тенденции.

Следует отметить, что "Рабочее знамя" было не сформировавшимся, расплывчатым объединением. Петербургский комитет "Рабочего знамени", особенно в лице В.П. Ногина и C.B. Андропова, был ярким выразителем социал-демократической платформы. Выглядит вполне закономерным переход Виктора Ногина от рабочезнаменцев к искровцам, а затем и к большевикам. Придерживаясь социал-демократической доктрины он всегда оставался сторонником политической борьбы. Если взять, противоположное социал-демократическому, течение внутри "Рабочего знамени" в лице, например Н.Ю. Татарова, то оно придерживалось преимущественно народнических установок. Николай Татаров был больше связан с киевскими неонародниками и польскими социалистами, а к социал-демократам имел самое косвенное отношение. Показательно, что в третьем номере "Рабочего знамени", который был издан Татаровым, в редакционном заявлении отрицалось участие РСДРП в подготовке материалов для "Рабочего знамени", о чем заявлялось во втором номере печатного органа рабочезнаменцев.5 Опять же закономерно последующее вступление Татарова в ряды ПСР, хотя его стремление попасть в партийную верхушку объяснялось его провокаторской деятельностью.

Документы программного характера рабочезнаменцев, такие как

6 7

Боевой клич рабочего класса" или "Задачи русской рабочей партии" в идейном отношении достаточно близки Манифесту ПСР. Ближайшей задачей в этих документах объявляется завоевание политических свобод, причем свою основную опору рабочезнаменцы, также как и первоначальные эсеры, видят в рабочем классе. Оба направления вопрос об отношении к террору не затрагивают и еще одной схожей позицией являлось подчеркивание тезиса о праве наций на самоопределение. Вообще национальный вопрос рабочезнаменцы решали в духе Польской социалистической партии, называя себя русскими социал-демократами. Сходство идеологических позиций позволяло киевским рабочезнаменцам и первоначальным эсерам в Киеве действовать совместно. Одним из примеров такой деятельности была листовка Киевской группы социалистов-революционеров по поводу 1-го Мая 1898 года, изданной группой рабочих-революционеров - первой организао цией рабочезнаменцев в Киеве. Те же обстоятельства заставляли Русскую социал-демократическую партию не соглашаться по многим вопросам с РСДРП и Бундом. Приведенные факты указывают на то, что политическая платформа рабочезнаменцев как бы представляла собой синтез взглядов будущих социал-демократов и социалистов-революционеров, то есть была по сути неонароднической.

Для неонародничества в целом было свойственно признание ведущей роли рабочего класса в революционной борьбе, при обязательном политическом характере этой борьбы и второстепенности экономических требований. Социал-демократов неонародники критиковали за уклон в сторону тред-юнионизма, в принципе это было обвинение в антиреволюционности. Народническую идеологию они в основном принимали, добавляя при этом марксистские взгляды на капитализм и рабочее движение. Неонародники, как и весь политический спектр противников самодержавия, выставляли требование замены самодержавия конституционным общественным строем. Это означало союз с либералами, но с некоторыми оговорками. Буржуазия определялась как враждебный класс, одновременно допускался временный союз с буржуазией до свержения самодержавия. Конечную цель неонародники видели в установлении социалистического строя, который они представляли как обобществление средств производства и осуществление принципа народовластия. При этом внедрение социалистических идеалов признавалось делом будущего, первоочередной задачей считалась борьба с самодержавием.

Кроме общих позиций, программные документы неонароднических организаций имели и свои особенности. РППОР и Союз социалистов-революционеров прямо высказывались за террор, когда как Южная ПСР и Рабочее знамя определенно не заявляли о террористической деятельности. Первые группы социалистов-революционеров довольно подробно анализировали свое отношение к крестьянству, в то время как РППОР и Рабочее знамя ограничивались признанием второстепенной роли крестьянства в революционной борьбе. "Наши задачи" Союза социалистов-революционеров и Манифест ПСР Южной партии эсеров создавались как документы, в которых излагаются основные программные установки нового революционного направления, отличного от других и в частности от народнического. Брошюра "Свобода" РППОР и "Задачи русской рабочей партии" рабочезнаменцев не претендовали на официальные программы своих партий, скорее эти документы больше походили на заявление о намерениях. Тем более что ра-бочезнаменцы заявляли о начале обмена мнениями по программным вопросам и в этом усматривается желание начать полемику с издателями "Манифеста РСДРП".

Выше уже отмечалось, что в названии этой альтернативной РСДРП социал-демократической партии присутствовало слово "русская" и отсутствовало слово "рабочая". Слово "русская" в названии партии означало то, что общероссийская партия должна появиться из слияния национальных социал-демократических партий. И так как социал-демократическая партия может состоять не только из рабочих, точнее не столько из рабочих, сколько из интеллигенции, поэтому называться рабочей партией было бы не правомерно. Такое толкование, по мнению рабочезнаменцев, расширяло социальную базу партии и в этом отношении было созвучно позиции эсеров.

Из всех неонароднических документов программного характера брошюра "Наши задачи" сохранила влияние программы Исполкома "Народной воли" в наибольшей степени. Кроме абсорбации основных положений народовольческой программы, сохранена также логика изложения и даже название разделов документа - Часть А и Часть Б. Программные документы других неонароднических организаций именно в идейном плане довольно сильно отходят от народовольчества, правда не всегда выигрывая с точки зрения содержания. Как например в брошюре "Свобода" высказывается такое мнение, что будто бы опыт "Народной воли" доказал вредность строительства централизованной партии. Высказывалось соображение, что если будет провален центр, то будет разгромлена и вся организация. Поэтому центра у партии быть не должно, а его функцию будут выполнять местные комитеты. Эти рассуждения не подтвердились на практике и, как известно ни одна серьезная революционная партия не могла обойтись без центральных органов, координирующих всю работу.

Проблема авторства большинства программных документов неонароднических организаций до сих пор не выяснена до конца. Автором Манифеста ПСР историк партии эсеров С.Н. Слетов, определенно называет члена воронежской группы неонародников А.О. Сыцянко. Одновременно с этим Слетов утверждает, что окончательный вариант Манифеста ПСР сложился из программ написанных старыми народниками П.Ф. Николаевым и Н.И. Ивановым-Охлониным.9 Таким образом единственным автором Манифеста ПСР А.О. Сыцянко назвать никак нельзя. Другое дело, в какой степени вариант Сыцянко был принят за основу, а в какой подвергся изменениям. Проведенное автором исследование позволяет принять ту точку зрения, что Манифест ПСР являлся все-таки результатом коллективного творчества.

Авторство брошюры "Свобода" взяла на себя Л.Р. Клячко, во время жандармских допросов. При этом сразу же заявив, что ее текст был координально отредактирован Г.А. Гершуни, который, как выяснили жандармы, был реальным руководителем РППОР. Со слов самой же Л.

Клячко, правка документа придала ему террористическую направленность, которой не было в первоначальном варианте. К тому же, редакционные изменения были внесены Гершуни без ведома Клячко. Учитывая вышесказанное необходимо признать, что брошюра "Свобода" написана двумя авторами.

Сведения о том, кто являлся автором или авторами программных документов Рабочего знамени "Задачи русских социал-демократов" и "Боевой клич рабочего класса", крайне скудны и противоречивы. Несомненным остается то обстоятельство, что эти документы были изданы и написаны группой Рабочего знамени первого состава (см. Приложение 3). Еще точнее, написаны они были руководителями петербургской группы рабочих-революционеров, а изданы типографской группой в Белостоке.10 Собственно брошюра "Задачи русских социал-демократов" это перевод брошюры Жюля Геда и Поля Лафарга "Чего хотят социал-демократы". Сочинением рабочезнаменцев является та часть брошюры, где говорится о российских условиях. Один из первых участников рабочезнаменских групп Арон Сольц указывает на А.Х. Лурье, как на основного теоретика Рабочего знамени.11 Как бы там ни было, но прямых указаний на авторство программных документов Рабочего знамени пока не обнаружено. Кроме Абрама Лурье авторами могли быть и остальные братья Лурье, а также их сподвижник И.М. Ромм и другие рабочезнаменцы, обладавшие достаточной образованностью и литературными навыками.

Единственно, никаких разногласий не вызывает ни у современников, ни у исследователей тот факт, что "Наши задачи" были написаны A.A. Аргуновым. По признанию самого Аргунова, Основные положения программы Союза социалистов-революционеров были написаны им в период основания Союза и в обсуждении и редактировании положений принимали участие саратовские подпольщики.12 Название "Наши задачи" было дано позже, при издании заграницей.

Что касается выявленных в данной работе членов организаций, то их перечень, безусловно далек от абсолютной законченности. Причинами этого послужили следующие обстоятельства, во-первых то, что для неонароднических организаций была характерна несформирован-ность и неопределенность организационных форм. Во вторых, период существования трех изучаемых партий был относительно кратким и в силу даже хронологического фактора, инфраструктура этих организаций не успела сложиться. Поэтому не участие или участие того или иного лица в деятельности неонароднических организаций рассматриваемых в данном исследовании может быть истолковано по-разному. Виктор Чернов, например, не считал что он участвовал в деятельно

1 ? сти Южной ПСР. Конечно, до своего отъезда за границу в 1899 году, Чернов активно работал среди крестьян Тамбовской губернии, кстати вместе с С.Н. Слетовым и его сестрой. Но тЭмбовчане не были организационно связаны с Южной ПСР и действовали автономно. И все же, признавая организационную неоформленность, но имея в виду сам факт революционной деятельности в неонародническом ключе, следует признать тамбовскую группу, по меньшей мере, неонароднической.

Несмотря на вышеуказанные трудности, в данном исследовании удалось очертить круг лиц, принимавших активное участие в деятельности неонароднических организаций (см. приложения). Следует оговориться, что при составлении списков деятелей неонароднических организаций учитывались только те лица, которые, прежде всего были уличены в революционной деятельности органами политической полиции и эта деятельность подтверждалась указаниями современников или исследователями данного периода. Исходя из этого выяснилось, что каждая партия насчитывала несколько десятков человек. Нужно учитывать и то обстоятельство, что состав партийных групп был не устойчивым, сами партии были организационно не оформлены. Партийные связи концентрировались в руках двух, трех руководителей, но центра как такового не было. В каждой группе или кружке существовало ядро активистов, которое направляло работу непосредственных участников революционной деятельности и сочувствующих. Самое меньшее количество выявленных персоналий состояло в РППОР, но это обстоятельство обуславливалось тем, что полиция ликвидировала только верхушку партии. Многие кружки после ареста руководителей РППОР продолжали функционировать и доказательством этого были объезды Григорием Гер-шуни таких организаций с целью агитации присоединения к ПСР. В качестве примера можно привести екатеринославскую организацию РППОР, выявить которую полиция не могла, но осязаемые результаты ее деятельности в виде литовок были очевидны.

Что касается социального состава участников неонароднических организаций, то в большинстве своем, это были представители учащейся молодежи. Хотя в РППОР было много лиц, причислявших себя к ремесленникам, при этом в центральной группе РППОР, кроме интеллигентов - руководителей, все остальные члены группы были типографскими рабочими. В Южной ПСР, в сравнении с другими неонародническими организациями, было много профессиональных революционеров, людей с большим жизненным опытом, и даже, в какой-то мере, людей материально обеспеченных. Обращает на себя внимание, и это характерно для всех неонароднических организаций, почти полное отсутствие крестьянского элемента. Национальный состав неонародников был достаточно многообразен, вместе с тем следует отметить наличие моноэтнических кружков, как, например, виленский кружок РППОР, состоявший только из евреев. Это становится понятным, если учесть, что РППОР действовала в местах компактного проживания еврейского народа. Кроме того, следует добавить, что несмотря на относительную молодость деятелей неонароднических организаций, средний возраст которых составлял примерно 25-27 лет, большинство из них встали на путь антиправительственной борьбы вполне осознанно и были достаточно подготовлены для оказания серьезного сопротивления российскому самодержавию.

Общая численность актива неонароднических организаций не намного превышала 200 человек. Безусловно, это мало по сравнению с Партией социалистов-революционеров, куда вступило большинство деятелей неонароднических организаций и которая насчитывала уже в первый период своего существования, то есть до 1905 года, более 2000 человек.14 Но главное видится не в количественных показателях.

Развитие российского революционного процесса не было прямолинейно однозначным. Изучение неонародничества позволяет сделать вывод о том, что не существовало абсолютно подавляющего влияния социал-демократии в революционном движении. Влияние социал-демократов и социалистов-революционеров пожалуй было больше взаимоограничивающим и вместе с тем взаимопроникающим. Одновременно, неонароднические организации на своем опыте доказали невозможность сосуществования в рамках одной партии социалистов-революционеров и социал-демократов. При определенной схожести политических доктрин и близости стратегических целей, эти два революционных течения вынуждены были развиваться порознь, в постоянной борьбе друг с другом.

1 Сводный каталог русской нелегальной и запрещенной печати XIX века. Листовки. Часть 2. М. 1977. с. 136.

2 Партия социалистов-революционеров. Документы и материалы. Том 1. М. РОССПЭН, 1996, с.25.

3 Там же с.27.

4 Сводный каталог русской нелегальной и запрещенной печати XIX века. Листовки. Часть 3. М. 1977. с.50.

3 Рабочее знамя №3, февраль 1901 года. От редакции.

6 Сводный каталог русской нелегальной и запрещенной печати XIX века. Книги и периодические издания. Часть 1. М. 1981, с.48.

7 Там же с. 107. о

Сводный каталог русской нелегальной и запрещенной печати XIX века. Листовки. Часть 1. М. 1977. с.49.

9 Слетов С.Н. К истории возникновения партии социалистов-революционеров. Пг. 1917, см. главу Первоначальная ПСР.

10 Сводный каталог русской нелегальной и запрещенной печати XIX века. Книги и периодические издания. Часть 1. М. 1981, с.48 и с. 107.

11 А. Сольц - Моя признательность // К Двадцатипятилетию первого съезда партии (1898-1923). Госиздат, М, Пг, 1923, с.175.

12

Аргунов A.A. Из прошлого партии социалистов-революционеров. Пг. 1917, с.7. ь Чернов В.М. Перед бурей. М. Международные отношения, 1993, с.101. 14 Непролетарские партии России в трех революциях. М. 1989.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Серов, Олег Вячеславович, 2000 год

1. Архивные фонды.

2. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ), бывш. ЦГАОР СССР.

3. Ф. 63 Московское охранное отделение

4. Ф. 102. 00 Департамент полиции МВД. Особый отдел

5. Ф. 102. 3 д-во 3 делопроизводство

6. Ф. 102. 4 д-во 4 делопроизводство

7. Ф. 102. 7 д-во 7 делопроизводство

8. Ф. 102. Оп. 249 "Всеподданнейшие" отчеты

9. Ф. 102. Оп. 252 Обзоры важнейших дознаний

10. Ф. 102. Оп. 255 Еженедельные записки

11. Ф. 124. Временная канцелярия Министерства юстиции

12. Ф. 1699 Судебно-следственная комиссия по делу1. Азефа

13. Ф. 1741 Коллекция нелегальных листовок и брошюр

14. Ф. 5805 ( Н.В. Чайковский )1. Ф. 5824 -(Е.Е.Лазарев)

15. Ф. 5975 ( Е.К. Брешко-Брешковская )

16. Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ), бывший ЦПА ИМЛ, РЦХИДНИ.1. Ф. 145 В.П. Ногин1. Ф. 274 ЦК Партии эсеров

17. Ф. 334 Коллекция документов разных партий

18. Государственный архив литературы и искусства (РГАЛИ), бывший ЦГАЛИ.

19. Ф. 1337 Собрание воспоминаний и дневников

20. Ф. 1744 Кружок народовольцев при обществе политкаторжан и ссыльнопоселенцев

21. Российская государственная библиотека (РГБ), бывшая ГБЛ. Научно-исследовательский отдел редких книг: Ф/369, Ф/808, М/К1-14598.

22. Государственная общественно-публичная библиотека (ГОПБ), бывшая ИМЛ (БИМЛ).

23. Отдел рукописных книг: ЦУЖ/Р 135, ЦУЖ6/Р 461, ЦУЖ6/С 783, ЦУГ5/Н 186; 1897-1901гг. ЦЛ: 1.45, 1.45-15, 23, 24.1.. Периодическая печать.

24. I. Воспоминания, сборники документов.

25. А. Поляк. Перед первым съездом // «Каторга и Ссылка», 1928, № 3.

26. А. Сольц Моя признательность// К двадцати пятилетию первого съезда партии (1898-1923). М-Пг. Гос. Издат, 1923.

27. Аргунов A.A. Из прошлого партии социалистов-революционеров. Пг. Союз солдат республиканцев, 1917.

28. Аргунов A.A. Из прошлого партии с-р. // Былое, 1907, №10. Аргунов A.A. Наши предшественники. СП б, Земля и воля, 1906.

29. Б. Люльев Воспоминания.// К двадцати пятилетию первого съезда партии (1898-1923). М-Пг. Гос. Издат, 1923.

30. Борис Оленин (псевдоним Чернова В.М.) По поводу последних петербургских прокламаций. // Накануне № 26-27, февраль-март 1901.

31. Бурцев В.Л. За сто лет (1800-1896), London, 1897.

32. Г. Рудерман Из прошлого// К двадцати пятилетию первого съезда партии (1898-1923). М-Пг. Гос. Издат, 1923.

33. Гершуни Г.А. Из недавнего прошлого. М, 1917.

34. Д. Гершанович Из записной книжки партийного техника // «Каторга и Ссылка», 1928, № 8-9.

35. Е. Лазарев По поводу прокламаций 1-го Мая 1900 года. // Накануне, № 20, январь 1900 г, Лондон.

36. Из воспоминаний C.B. Перазич (C.B. Померанц). // Красная летопись, 1923, № 7.

37. Кровь по совести: терроризм в России. Документы и биографии. Ростов на/Д, Изд. РГПУ, 1994.

38. Куклин Г.А. Итоги революционного движения в России за сорок лет (1862 1902). Женева, Изд. Куклина, 1903.

39. Л. Якобсон Новые данные о Карповиче, и Л. Клейнборт

40. П.В. Карпович // Каторга и Ссылка, 1927, № 6.

41. Левит Е.Г. Открытое письмо народовольцам издателям «Летучего листка». // Материалы для истории русского социально-революционного движения. Женева, 1896.

42. Лойко Л.П. От Земли и воли к ВКП (б), М-Л, 1929. Н. Осипович Один из своих // Каторга и ссылка, 1924, №2. Наши задачи. Лондон. 1900.

43. Ногин В.П. Фабрика Паля. СП б. 1899.

44. Обзор важнейших дознаний, производившихся в жандармских управлениях за 1901 год. Русская историческая библиотека №20, Ростов на/Д, 1906.

45. Обзор важнейших дознаний, производившихся в жандармских управлениях за 1902 год. Русская историческая библиотека №12, Ростов на/Д, 1906.

46. Обзор важнейших дознаний, производившихся в жандармских управлениях Империи, XXII-XXIII за 1898-99гг, СПб. Типогр. МВД, I893-I90I.

47. Откровенные показания H.A. Добровольского // Былое, 1909, №9-10.

48. Партия социалистов-революционеров. Документы и материалы1900 1922 в трех томах. М, РОССПЭН, 1996.

49. Ракитникова (Альтовская) И.И. Революционная молодежь 90-х годов на работе в деревне, в кн. Народовольцы 80-х и 90-х годов. (Об-во политкаторжан). М. 1929.

50. Революционное движение в России в докладах министра Н.В. Муравьева 1894 1905. СП б, Летописец, 1907.

51. Революционный радикализм в России: век девятнадцатый. (Документальная публикация под редакцией Е.Л. Рудницкой). М, Археографический центр,1997.

52. Русанов Н.С. Из моих воспоминаний. Изд. З.И. Гржебина, Берлин, 1923.

53. С. Гельман Памяти романовца М.В. Лурье//Каторга и Ссылка, 1929,№7.

54. С. Гельман Первая подпольная типография группы «Рабочее знамя» //Каторга и Ссылка, 1926, № 5.

55. С. Гельман Раиса Яковлевна Страж-Фридман // Каторга и Ссылка, 1930, № 1-2.

56. Савинков Б.В. Воспоминания террориста. М. Мысль, (репринт) 1991.

57. Сводный каталог русской нелегальной и запрещенной печати XIX века. Листовки. 4.I-III. М. 1973. - Книги и периодические издания. 4.1-III. М. 1981.

58. Чернов В.М. Записки революционера. Изд. З.И. Гржебина, Берлин, 1922.

59. Чернов В.М. Перед бурей. М. (Межд. отнош.), 1993.

60. Эйдельман Б.Л. Именины Российской Коммунистической партии // К двадцати пятилетию первого съезда партии (1898-1923). М-Пг. Гос. Издат, 1923.

61. Он же. по поводу статьи С. Гельмана Первая подпольная типография группы «Рабочее знамя» //Каторга и Ссылка, 1927, № 5.

62. Он же. К истории возникновения Российской с-д. р. партии //

63. Пролетарская Революция, 1921, № 1.1.. Научная литература.

64. Алексеева Г.Д. Народничество в России в XX веке. (Идейная эволюция). М. Наука, 1990.

65. Альтман И.А. Советская историография революционного народничества 80-х начала 90-х гг. XIX века. Л. 1985.

66. Балуев Б.П. Либеральное народничество на рубеже Х1Х-ХХ вв. М. Наука, 1995.

67. Бич М.О. Развитие социал-демократического движения в Белоруссии. Минск, 1973.

68. Большая Советская Энциклопедия. М. «Советская энциклопедия», 3-е издание, 1975-1978, т. №21, т.№30.

69. Бухбиндер H.A. Группа «Социал-демократическая рабочая библиоте-ка»//Каторга и Ссылка, 1927, № 2.

70. Он же. Еврейское рабочее движение в Гомеле // Красная летопись. 1922. № 2-3.

71. Он же. Разгром еврейского рабочего движения в 1898 г. // Красная летопись. 1922. № 4.

72. Он же. Еврейское рабочее движение в Минске // Красная летопись. 1922. № 5.

73. Валк С.Н. К документальной истории «Рабочего знамени» //Красная Летопись, 1922, №2-3.

74. Валк С.Н. Петербургская группа «Рабочего знамени»//Историко-революционный сборник (под редакцией В.И. Невского), М-П, 1924, т. 1.

75. Вандалковская М.Г. История изучения русского революционного движения с XIX века. М. Наука, 1988.

76. Волк С.С. Народная воля (1879-1882) М-Л, 1966.

77. Волков A.A. Петроградское охранное отделение. Изд. «Знание-Сила», Пг. 1917.

78. Гейфман А. Убий: революционный террор в России 1894 - 1917. М, Крон-пресс, 1997.

79. Георгиева Н.Г. Революционное движение в Росси в конце XIX-го века, В. Школа, 1986.

80. Гинев В.Н. Борьба за крестьянство и кризис русского неонародничества. Ленинград, Наука, 1983.

81. Городницкий P.A. Боевая организация партии социалистов-революционеров в 1901 1911 гг. М, РОССПЭН, 1998.

82. Григорьева Е.А. Революционно-народническая эмиграция конца XIX века. Дисс. к.и.н. М. 1970.

83. Гросул В.Я. Истоки трех русских революций. // Отечественная история, № б, 1997.

84. Гусев К.В. Партия эсеров: от мелкобуржуазного революционализма к контрреволюции. М, Мысль, 1975.

85. Гусев К.В. Рыцари террора. М. Мысль, 1992.

86. Гусятников П.С. Революционное студенческое движение в России. М. Мысль, 1971.

87. Деятели революционного движения в России. Биобиблиографический словарь. Т.1-4. М,Общество политкаторжан, 1930-1935.

88. Ерофеев Н.Д. К вопросу о численности и составе партии эсеров накануне первой русской революции. // Непролетарские партии в России в трех русских революциях. Сборник статей. М. Наука, 1989.

89. Ерофеев Н.Д. Примечания к сборнику Партия Социалистов-Революционеров. Документы и материалы. Том 1, М. РОССПЭН, 1996.

90. Жаворонкова A.A. Неонародническая интеллигенция 90-х годов XIX века. (К истории идейного становления). Дисс. к.и.н. М.1997.

91. Зайончковский П.А. Российское самодержавие в конце XIX века. М. Мысль, 1975.

92. Иванов-Разумник Р.В. История русской общественной мысли. Изд. 5-е, в 8-и частях. Пг. Революционная мысль, 1918.

93. Историко-революционный сборник (под редакцией В.И. Невского) т. 1-3, М-Пг, 1924 1926.

94. История Белорусской ССР, Минск, Наука и Техника, 1977, глава 3. Революционное движение в Белоруссии XIX век.

95. История политических партий России: Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «История». М. 1994.

96. История СССР в 12-ти томах, М. Наука, 1968, т. 5.

97. Kapp Э. История Советской России. М, Прогресс, 1990.

98. К истории партии С-Р. Изд. Т-ва СР. Киев. 1917.

99. Корнилов A.A. Курс истории России XIX века. М. Высшая школа, 1993.

100. Куделли П.Ф. Народовольцы на перепутье. JI. 1925.

101. Левитас И.Г. Революционные подпольные типографии в России. М.1. Госполитиздат, 1962.

102. Ленин В.И. Что такое «Друзья народа» и как они воюют против социал-демократов (ответ на статьи «Русского богатства» против марксистов). // Полн. Собр. Соч. т.1, сс. 125-346.

103. Он же. Задачи русских социал-демократов. // Полн. Собр. Соч. т.1, сс.347-534.

104. Леонов М.И. Левое народничество в начале пролетарского этапа освободительного движения в России. Куйбышев, 1987.

105. Леонов М.И. Партия эсеров в 1905-1907 годах: Организационная структура, состав, численность. // Непролетарские партии России в трех русских революциях. Сборник статей. М. 1989.

106. Махновец В.П. Очерк развития социал-демократии в России. СП б,1. Изд. Попова, 1906.

107. Меньщиков Л.П. Охрана и революция. 4.I-III, Москва, Общество политкаторжан, 1925 1932.

108. Мещеряков В.Н. Партия с-р. 4.1, Пг. М, 1922, 4.II, М, 1922.

109. Москвин В.В. Московская организация большевиков во второй период революции 1905-1907 годов. Дисс. к.и.н. М. 1970.

110. Моськина Н.В. Народовольцы 90-х годов XIX века. Дисс. к.и.н. М. 1988.

111. Мощинский И.Н. (Юзеф Канарский) На пути к первому съезду РСДРП, М. 1928.

112. Непролетарские партии России в трех русских революциях. Сборник статей. М. Наука, 1989.

113. Никитин Т.Н. Российская политическая эмиграция конца XIX века: Идейная борьба между марксистами и народниками. Дисс. к.и.н. М. 1991.

114. Николаевский Б.И. История одного предателя. Изд. З.И. Гржебина, Берлин,1932.

115. Общественное движение в России в начале XX века. т. 1-5. СП б, Общая польза, 1909-1911.

116. Осоргин М.А. Охранное отделение и его секреты. Изд. «Грядущее», М. 1917.

117. Пайпс Р. Русская революция. Ч.1-П. М, РОССПЭН, 1994.

118. Пирумова Н.М. Земская интеллигенция и ее роль в общественной борьбе до начала XX века. М. Наука, 1986.

119. Полевой Ю.З. Зарождение марксизма в России (1883-1895). М, 1959.

120. Полевой Ю.З. Из истории рабочей печати. М. Политиздат, 1962.

121. Политическая история России в партиях и лицах. М. 1993.

122. Политические деятели 1917. Биографический словарь. М, Большая российская энциклопедия, 1993.

123. Политические партии России в зеркале энциклопедии: проблемы и решения. Круглый стол // Отечественная история, 1997, № 3.

124. Политические партии России конца XIX первая треть XX века. Энциклопедия. М, РОССПЭН, 1996.

125. Рабочее движение в России 1895 февраль 1917 г. Хроника. Москва -С. Петербург, Блиц, 1992 - 1999.

126. Рабочее движение в России в XIX веке. М. СОЦЭГИЗ, 1963, том 4, часть 1,2.

127. Рабочее движение в Сибири. Томск, 1988, том 1.

128. Самбук С.М. Революционные народники Белоруссии. Минск, 1972.

129. Секиринский С.С., Шелохаев В.В. Либерализм в России. М, 1995.

130. Сенчакова Л.Т. Подпольные социал-демократические типографии (1901-1904). // История СССР, 1971, №5.

131. Слетов С.Н. К истории возникновения партии с-р. Пг. 1917.

132. Советская историография классовой борьбы и революционного движения в России. Л. 1967.

133. Советская Историческая Энциклопедия. М, «Советская энциклопедия», 1976, т. №16.

134. Спиридович А. И. Революционное движение в России. Выпуск 1 и Выпуск 2. СП б, 1914-1918.

135. Спиридович А.И. Записки жандарма. Харьков, 1928.

136. Спиридович А.И. История большевизма в России от возникновения до захвата власти. Франко-русская печать, Париж, 1922.

137. Ст. Нечетный (псевдоним Слетова С.Н.) Очерки по истории ПСР // Социалист-революционер №4, Париж, 1912.

138. Тахтарев K.M. Очерк петербургского рабочего движения 90-х годов. Лондон, 1902.

139. Твардовская В.А. Социалистическая мысль России на рубеже 1870-1880 годов. М. Наука, 1969.

140. Тютюнник Л.И. Департамент полиции в борьбе с революционным движением в России на рубеже XIX-XX веков. Дисс. к.и.н. М.1986.221

141. Ушаков А.В. Революционное движение демократической интеллиген ции в России 1895-1904. Мысль, 1976.

142. X. Хайретдинова Первая отсидка // Родина № 12, 1994.

143. Хепфнер К. Шуберт И. Ленин в Германии. М. Политиздат, 1984.

144. Хорос В.Г. Народническая идеология и марксизм. М, Наука, 1972.

145. Черномордик С.И. Эсеры. Харьков, (Пролетарий), 1929.

146. Широкова В.В. Партия Народного права. Саратов, 1972.

147. Щетинина Г.И. Студенчество и революционное движение в России последней четверти XIX века. М. 1987.

148. Jonathan W. Autocracy under Siege. Security Police and Opposition in Russia, 1866-1905. Northen Illinois University Press, 1998.

149. Keep L. The Rise of Social Democracy in Russia. Oxford, 1963.

150. Manning R. The Crisis of the Old Order in Russia: Gentry and Goverment Princeton, N.J., 1982.

151. Ronald S. The Russian terrorists. London, 1966.

152. Varmolinsky A. Road to Revolution. A century of Russian radicalism. London, 1956.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 92575