Общественная активность в СССР в начале 1960-х - второй половине 1970-х гг.: формирование и развитие добровольных народных дружин тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.02, кандидат исторических наук Рыбалка, Ольга Викторовна

Диссертация и автореферат на тему «Общественная активность в СССР в начале 1960-х - второй половине 1970-х гг.: формирование и развитие добровольных народных дружин». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 404726
Год: 
2010
Автор научной работы: 
Рыбалка, Ольга Викторовна
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Санкт-Петербург
Код cпециальности ВАК: 
07.00.02
Специальность: 
Отечественная история
Количество cтраниц: 
182

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Рыбалка, Ольга Викторовна

Введение

Глава I Добровольные народные дружины в структуре советской политической системы

1.1. Идеологические основы формирования ДНД

1.2. Нормативная база функционирования народных дружин

1.3. Партийный и государственный контроль над деятельностью ДНД Новгорода и Новгородской области

Глава П. Механизмы функционирования и специфические особенности новгородских ДНД

2.1. Народные дружины: социальный состав, критерии приема и формы комплектования

2.2. ДНД - воспитатель «нового советского человека»

2.3. Органы внутренних дел и ДНД: характеристика взаимоотношений 145 Заключение 166 Список источников и литературы

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Общественная активность в СССР в начале 1960-х - второй половине 1970-х гг.: формирование и развитие добровольных народных дружин"

Актуальность темы исследования обусловлена тем, что она затрагивает малоизученные вопросы, связанные с механизмами и приемами инициирования партийными и советскими органами общественной активности населения посредством деятельности добровольных народных дружин (ДНД) в начале 1960-х - второй половине 1970-х гг. Изучение данной проблематики поможет определить сущность взаимоотношений «верхов» и «низов» в рассматриваемый хронологический период, а также выявить степень причастности общественных институтов к формированию политики советского государства. Это позволит также дополнить наши представления о трансформации гражданских институтов в условиях советского режима.

Исследование вопросов функционирования ДНД на материалах Новгорода и Новгородской области актуально еще и тем, что в современной России происходит возрождение деятельности общественных организаций по охране общественного порядка — народных дружин. В связи с этим, исторический опыт, накопленный ДНД в начале 1960-х — второй половине 1970-х гг., представляет особый интерес.

Объектом исследования являются народные дружины Новгорода и Новгородской области, рассматриваемые в качестве специфической формы общественной активности населения, инициированной государственными и партийными структурами в начале 1960-х- второй половине 1970-х гг.

В качестве предмета исследования избрана деятельность добровольных народных дружин по охране общественного порядка, предупреждению правонарушений и воспитанию «нового советского человека».

Цель исследования заключается в изучении общественной активности в СССР на примере формирования и развития народных дружин Новгорода и Новгородской области в начале 1960-х — второй половине 1970-х гг.

В связи с этим поставлены следующие задачи: исследовать специфические особенности проводимого в СССР в начале 1960-х - второй половине 1970-х гг. государственного курса по созданию «общенародного государства» и передаче части управленческих функций общественности; определить специфику методов, посредством которых местными органами власти инициировалась общественная активность населения в сфере охраны общественного порядка и воспитания «нового советского человека»;

• изучить организационную структуру народных дружин по охране общественного порядка на материалах Новгорода и Новгородской области;

• выявить поведенческие стратегии членов народных дружин; охарактеризовать особенности функционирования ДНД в государственной системе охраны общественного порядка;

• рассмотреть специфику форм сотрудничества органов внутренних дел и народных дружин Новгорода и Новгородской области.

Хронологические рамки исследования охватывают начало 1960-х -вторую половину 1970-х гг. Выбор именно такого периода обусловлен тем, что 2 марта 1959 г. было издано Постановление Центрального Комитета КПСС (ЦК КПСС) и Совета Министров СССР (СМ СССР) «Об участии трудящихся в охране общественного порядка»1. Этот нормативный документ законодательно регламентировал деятельность народных дружин по охране общественного порядка и положил начало их созданию на территории всего СССР. Таким образом, ДНД стали массовой организацией, ориентированной на борьбу с правонарушениями и призванной воспитать так называемого «нового советского человека».

1 Собрание постановлений и распоряжений правительства СССР (СП СССР). 1959. № 4. С. 25.

Верхней границей исследования2 выбрана вторая половина 1970-х годов — период наибольшего развития деятельности народных дружин в сфере охраны общественного порядка, после которого обозначились стагнация в работе этой общественной организации, превращение ее в фиктивную структуру и, наконец, окончательный распад всей системы ДНД. Помимо этого, в исследовании используется региональный, локальный подход, который позволяет более подробно и детально рассмотреть особенности функционирования сложной и разветвленной системы деятельности народных дружин на территории Новгорода и Новгородской области.

Источниковая база исследования включает в себя ряд источников, опубликованных и архивных, которые можно разделить на группы.

Это, прежде всего, неопубликованные материалы, хранящиеся в фондах ряда новгородских архивов: Государственном архиве Новгородской области (ГАНО), Государственном архиве новейшей истории Новгородской области (ГАНИНО), архиве Управления внутренних дел по Новгородской области (АУВДНО). Из архивных материалов наиболее информативными являются документы, хранящиеся в фондах Новгородского городского исполнительного комитета (Ф.Р. - 248), Новгородского областного исполнительного комитета (Ф.Р. — 3686), Новгородского городского комитета партии (Ф. 22), Новгородского областного комитета партии (Ф. 260), Новгородского городского комитета ВЛКСМ (Ф. 139), Новгородского областного комитета

2 Следует отметить, что в представленных хронологических рамках необходимо также выделить два основных периода. Первый — начальное десятилетие деятельности ДНД, когда инициатива населения и желание граждан участвовать в ДНД по охране общественного порядка присутствовала в их работе. Это обстоятельство делало эту структуру на первых порах ее функционирования жизнеспособной, частично оправдывающей свое предназначение. С началом 1970-х гг. ситуация, однако, начала меняться, инициатива граждан и их активное участие в работе ДНД стали постепенно заменяться «принудиловкой», фиктивностью и формальностью. Альтруистический запал граждан почти полностью иссяк, исчезла надежда на народную дружину как на структуру, способную силами самого населения решать вопросы охраны общественного порядка.

3 В ходе исследования неизбежным оказался выход за пределы обозначенных хронологических рамок, прежде всего, при анализе законодательства о деятельности ДНД и их протоформ.

ВЛКСМ (Ф. 2224). Основной комплекс источников, содержащихся в них, можно разделить на несколько видов: отчеты постоянной комиссии по социалистической законности и укреплению общественного порядка при Новгородском Совете депутатов трудящихся, справки и отчеты о работе народных дружин предприятий, организаций и учреждений, отчеты о состоянии и мерах по укреплению общественного порядка в Новгороде и Новгородской области, а также протоколы оперативных совещаний. Данные архивные материалы позволяли судить об эффективности работы партийно-государственного аппарата по управлению ДНД, о взаимодействии дружин с органами милиции, а также проанализировать деятельность всей системы народных дружин, функционировавших в этом регионе.

Сложность работы с данным комплексом материалов заключается в том, что эти документы почти целиком состоят из идеологических и газетных клише, сформировавшихся в позднесоветском партийно-бюрократическом языке, для которого стало нормой употребление, например, таких лексических штампов, как «советский народ единодушно поддерживает решение партии», «необходимо широко привлекать массы трудящихся к охране правопорядка в государстве», «ДНД - это школа участия миллионов трудящихся в управлении государственными и общественными делами». Задача исследователя при работе с такого рода источниками, где употребляется выхолощенный, официозный язык4 состоит в выявлении противоречий и риторических наслоений в тексте.

Затрудненным представляется еще и поиск такого рода документов, поскольку часть из них, особенно те, которые хранятся в фондах ГАНИНО (бывшем партийном архиве), имеют гриф «секретно». Доступ к ним ограничен еще и по причине наличия в них сведений личного характера, затрагивающих персональные данные того или иного человека. Поскольку определенный законом5 75летний срок секретности этих документов еще не истек, то

4 Синявский А.Д. Основы советской цивилизации. М., 2001. С. 290.

5 Федеральный закон Российской Федерации от 22 октября 2004 г. «Об архивном деле в Российской Федерации» // Российская газета. 2004. 27 октября. исследователи лишь частично допускаются к работе с такими материалами. Этим объясняется наличие в данной диссертации лишь небольшого количества примеров, основанных на личных сведениях новгородцев.

Вторую группу источников составили материалы по политической истории СССР 1950-х - 1970-х гг., сборники нормативных документов, регламентирующих деятельность ДНД, а также материалы о деятельности правоохранительных органов Новгорода и Новгородской области.6

К третьей группе относится такой значимый для данного исследования источник, как пресса. Это издания высших партийных и государственных органов — газеты «Правда», «Известия», а также специализированные печатные материалы — журналы: «Социалистическая законность», «Советская милиция», «Советская юстиция», «Советское государство и право». Данный источник позволил изучить механизмы государственной политики, формы манипулирования общественным мнением.

Кроме того, к этой группе источников следует причислить издания местных партийных и государственных органов — газеты «Новгородский комсомолец», «Новгородская правда». Именно они были ведущими печатными изданиями Новгорода и претендовали на освещение всех сторон областной жизни. На страницах этих газет нередко печатались статьи о деятельности ДНД Новгорода и Новгородской области. В них имеется большое количество свидетельств о работе народных дружин.

Несмотря на то, что советская пресса - один из самых специфических, неоднозначных и противоречивых источников, без нее историк не способен в полной мере изучить метаморфозы политики властей и систему их

6 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Том 1. М., 1983; Президиум ЦК КПСС. 1954 - 1964. Том 1. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы. М., 2006; Идеологические комиссии ЦК КПСС. 1958 - 1964. М., 2000; Новгородские полиция, милиция и органы внутренних дел 1733 — 2000 годы: Сборник документов и материалов / Авторы — сост. А.К. Богданов, М.Н. Петров. Великий Новгород, 2001.

7 Терещенко Т. Наши добровольные помощники // Новгородская правда. 1962. 3 ноября; Кузьмин И. Дружинникам партийную заботу // Новгородская правда. 1974. 24 декабря. аргументации. В работе с газетными материалами, однако, следует учитывать, что в них может иметь место «стратегия полуправды», другими словами, t т присутствовать элементы тенденциозного отбора фактов, неполной информации, а также соответствующее расставление пропагандистских акцентов. Следует отметить, что язык советских газет был наиболее нормативен и особенно стандартен. Важно поэтому советскую прессу читать еще и «между строк», очищая информацию от идеолого-политических клише, задачей которых являлось не просто информировать читателя, но и непрестанно воздействовать на него в духе партийной политики и лозунгов.8

Вместе с тем, для газетного языка характерно употребление высокопарного официального лексикона, особенно когда отмечаются заслуги партии перед советским народом или достижения самих народных дружин. Показательно поэтому употребление диаметрально противоположных, ругательных выражений, которые использовались для характеристики деятельности «врага» — тунеядца или преступника. Таким образом, в газетной лексике с помощью языка происходило четкое разделение населения на «своих», законопослушных советских людей, активно участвующих в борьбе с нарушителями общественного порядка, и «чужих», к которым причислялись правонарушители. Можно говорить о том, что формировалась методика маркирования «словами-ярлыками» - тунеядец, алкоголик, преступник.

Четвертую группу образуют визуальные источники: плакаты, открытки, хранящиеся в фондах Российской национальной библиотеки (РНБ), фотографии из музея истории милиции Новгородской области и личного архива подполковника в отставке М.И. Тихомирова. Такие материалы, как плакаты и открытки,9 позволили изучить вопросы, связанные с процессом репрезентации

8 Синявский А.Д. Основы советской цивилизации. М., 2001. С. 293.

9 Подробнее о методике анализа визуальных источников см.: Дашкова Т. Идеология в лицах. Формирование визуального канона в советских журналах 1920 - 1930-х годов // Культура и власть в условиях коммуникативной революции XX века. Форум немецких и российских исследователей. М., 2002; Усманова А. «Визуальный поворот» и «гендерная история» // Гендерные истории Восточной Европы. Минск, 2002. народных дружин путем популяризации их образа, например, в плакатном творчестве.

Использование этого круга источников, кроме того, поможет рассмотреть образ ДНД так, как он представлялся, каким его хотели видеть власти, на исполнение каких функций он был запрограммирован, каким смысловым содержанием был наполнен и как репрезентировался советскому обществу. Визуальная составляющая часть идеологии, через которую она непосредственно проявляла и репрезентировала себя, сильнее воздействовала на массы, чем любые письменные материалы, а сопровождение иллюстративного ряда емкими фразами-лозунгами существенно повышала способность воздействия и транслирования этих идей на целевую аудиторию.

Пятую группу источников составляют интервью10 с лицами, участвовавшими в работе ДНД и в правоохранительных органах в это же время. Следует учитывать, что устные источники доносят до нас информацию не столько о самом интересуемом нас событии — деятельности ДНД, сколько дают ему оценку с позиции сегодняшнего дня. Это, однако, не решает проблемы надежности, субъективности и достоверности устных свидетельств, особенно, когда после изучаемого события прошло более 50 лет. Кроме того, интервьюированные опираются в своем повествовании не на источники, а на индивидуально-личностную оценку. Причем оценка ими событий зависит от того положения, которое занимал тот или иной опрашиваемый в исследуемый период, а таюке от его личных предпочтений. По этой причине в своей основе интервью риторичны, пафосны, что лишает их объективности, хотя зачастую именно они открывают неизвестные стороны, казалось бы, давно известного нам события.

Историография. Первые исследования, в которых поднимались вопросы возникновения и развития ДНД (работы В. Основина, С. Раджабова, В.А.

10 Все интервью имеются в личном архиве автора.

Пертцик) относятся к концу 1950-х - началу 1960-х гг.11 Это связано отчасти с тем, что после принятия в 1953 г. Указа Верховного Совета СССР «Об амнистии» тема соблюдения социалистической законности стала официально разрешенной и достаточно популярной. В частности, на страницах многих изданий печаталось огромное количество статей и заметок, посвященных этой проблематике. Особенно часто материалы по этой теме публиковались в специализированных журналах: «Социалистическая законность», «Советская милиция», «Советская юстиция», «Советское государство и право».

В этот период интерес исследователей, в большинстве своем юристов, к этой теме обуславливался еще несколькими причинами: стремлением познакомить читателей со спецификой ДНД, целями и задачами, которые стояли перед этой организацией, ее структурой и методами работы. Существенное внимание, поэтому, отводилось рассмотрению первых законодательных документов,12 определявших основные направления деятельности ДНД в сфере охраны общественного порядка. Это диктовалось необходимостью стимулировать вступление в ряды народных дружинников.

Литература, увидевшая свет в конце 1950-х — начале 1960-х гг., имела много общего с законодательными документами, регламентировавшими деятельность ДНД. Это явно проявлялось в заимствовании различных словесных оборотов и речевых приемов именно юридического языка: «народные дружины создаются на основе добровольного вступления в них лучших, пользующихся авторитетом в своих коллективах рабочих, служащих.».13 Это же относится и к стилю, в котором выдержаны данные

11 Советская общественность и укрепление правопорядка. Минск, 1961; Основин В., Поборчая Н., Труфанов В. На страже общественного порядка. М., 1961; Раджабов С., Манов Г. Роль трудящихся в укреплении и охране советского общественного порядка. Сгалинабад, 1960; Соколов Ю.А. Участие трудящихся в охране советского общественного порядка. М., 1962; Пертцик В.А. Народные дружины. Иркутск, 1960; Общественность в борьбе с правонарушениями. Иркутск, 1963; Общественность в борьбе с преступностью. М., 1959. Вып. 1-3.

12 Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 2 марта 1959 г. «Об участии трудящихся в охране общественного порядка» // СП СССР. 1959. № 4. С. 25.

1 Советская общественность и укрепление правопорядка. Минск, 1961. С. 54. работы. Для него характерны идеологизованность, официозность, стереотипность и догматичность. Любой тезис авторов подтверждался и доказывался обильным цитированием трудов классиков марксизма-ленинизма или выступлений советских руководителей (Н.С. Хрущева, Л.И. Брежнева).

Аналитические рассуждения, касающиеся деятельности ДНД, заменялись в этих книгах лишь перечислением нормативных инструкций, апологетикой, изредка обрамленной и дополненной практическими примерами, не сопровождавшимися какими-либо выводами авторов. Во всех работах отстаивалась необходимость ДНД как «средства обеспечения социалистического правопорядка».14 Именно этот тезис рассматривался авторами работ как окончательный и безусловный вывод: «общественное воздействие — огромная сила и надо всемерно использовать его.».15 Таким образом, само создание института народных дружин представлялось исследователям как исключительно правильное и необходимое начинание, при этом полностью игнорировались какие-либо негативные стороны функционирования народных дружин.

В исследованиях этого периода авторами обращалось особое внимание на вопросы совершенствования советской политической системы, «демократизации советского общества», развития общественных организаций. Акцент в таких работах делался на комментирование принятых властью решений, а не на их анализ. Основной функцией таких работ поэтому являлась пропагандистко-идеологическая, связанная с обоснованием принятого партией и государством курса на воплощение в жизнь «социалистических идеалов». Таким образом, можно говорить о том, что проблема взаимоотношения власти и общества в советской историографии этого периода ошибочно сводилась к тому, что существуют абсолютно гармоничные отношения между партией, советским государством и общественными организациями.

14 Раджабов С., Манов Г. Роль трудящихся в укреплении и охране советского общественного порядка. Сталинабад, 1960. С. 101.

15 Советская общественность и укрепление правопорядка. Минск, 1961. С. 64.

Отдельную группу представляют собой работы исследователей конца 1960-х — начала 1980-х гг. Их условно можно отнести ко второму историографическому периоду (работы А.А. Фрейдсона, В.Е. Тюрина, С.В. Бородина)16 в изучении этой темы. Для них характерно рассмотрение вопроса о деятельности ДНД в несколько ином ракурсе, чем это допускалось ранее. В частности, исследователи в своих работах не просто информировали читателя о деятельности народных дружин, но и пытались дать объяснение некоторым

17 негативным проявлениям в их работе».

Опираясь на опыт дружин в сфере охраны общественного порядка, выдвигались предложения о совершенствовании деятельности этих организаций. Так, в статье Р.Ф. Васильева «Вопросы правового регулирования организации и деятельности добровольных народных дружин» подчеркивалось, что «задача, очевидно, состоит в улучшении стиля работы, повышения уровня руководства организацией и деятельности добровольных народных дружин, усилении надзора за соблюдением принципов их формирования и работы, совершенствовании нормативно-правового регулирования соответствующих

1 о отношений». Вместе с тем многие авторы, рассматривая деятельность народных дружин и выделяя их неудовлетворительные результаты работы, отмечали условность таких показателей. Советскими исследователями определялась объективная, с их точки зрения, причина, затруднявшая процессы быстрого изменения ситуации в сфере охраны общественного порядка. Ею

16 Фрейдсон А.А. Пути совершенствования организации и деятельности добровольных народных дружин. Рига, 1975; Сущук-Слюсаренко З.И. Теоретические и методологические проблемы деятельности добровольных народных дружин и товарищеских судов по предупреждению преступлений // Автореф. дисс. на соиск. канд. юрид. наук. Харьков, 1975; Тюрин В.Е. Народные дружины на страже общественного порядка. Алма-Ата, 1981; Бородин С.В. Участие общественности в охране общественного порядка. М., 1980; Народные дружины на страже общественного порядка. JL, 1976.

1 Участие трудящихся в охране общественного порядка. М., 1986; Вопросы борьбы с преступлениями против личности и общественного порядка. М., 1981; Вопросы взаимодействия с общественностью. М., 1978.

18 Васильев Р.Ф. Вопросы правового регулирования организации и деятельности добровольных народных дружин // Участие трудящихся в охране общественного порядка. М., 1986. С. 10. являлось наличие «пережитков капитализма» в сознании некоторых слоев населения. Именно с этими проблемами народным дружинам, по мнению советских теоретиков, предстояло «бороться».

В этот период также происходит и некоторое смещение объекта изучения. Если ранее им являлись исключительно ДНД и их практическая работа, то теперь дружины начинают изучаться в контексте деятельности других общественных организаций. Например, Ц.А. Ямпольская в своих монографиях19 рассматривала проблему статуса такого рода структур среди иных общественных организаций. В результате исследования автор пришла к выводу о том, что народные дружины в политической системе общества по своей сути занимали место самодеятельных общественных организаций. Ц.А. Ямпольская определила основные критерии, по которым ДНД отличались от общественных организаций. По ее мнению, общественной организацией в СССР можно было считать только «добровольно закрепленное формальным членством объединение советских граждан, построенное на основе самоуправления и направленное на достижение целей коммунистического

90 строительства». Выводы Ц.А. Ямпольской в основном сводились к тому, что через участие в добровольных обществах граждане реализуют свои права, например, право на объединение. Спорным представляется мнение автора о том, что «повышение роли общественных организаций — одна из

91 закономерностей развития социалистического строя». Таким образом, в целом Ц.А. Ямпольская в освещении изучаемого вопроса не вышла за рамки сложившейся к тому времени в историографии парадигмы, однако, ею была сделана попытка скорректировать ее с учетом изменившейся политической конъюнктуры.

19 Ямпольская Ц.А. Общественные организации в политической системе. М., 1984; Она же. Общественные организации и развитие советской социалистической государственности. М., 1969; Она же. Общественные организации в СССР. М., 1972; Она же. Общественные организации, право и личность. М., 1981; Она же. Общественные организации при социализме. М., 1976.

20 Ямпольская Ц.А. Общественные организации в политической системе. М., 1984. С. 21.

21 Там же. С. 12.

После XXII съезда КПСС в научной литературе активно начали исследоваться вопросы, связанные с проблемой формирования в СССР «общенародного государства» и, в частности, с передачей части государственных функций органам общественности, в том числе и ДНД.22 Отстаивался тезис о стратегической важности привлечения «широких масс трудящихся к управлению государством» посредством различного рода общественных организаций. Например, М.И. Пискотин в своей статье «О развитии советского государства в период перехода от социализма к коммунизму» размышлял о том, что передача некоторых функций от государственных структур к общественным организациям не означало полного отстранения первых от исполнения своих определенных законодательством обязанностей. Автор отстаивал тезис о том, что советское общество в переходный период должно подготовить своих граждан к тому, что государство, когда оно достигнет стадии коммунизма, отомрет, и им будет дана возможность полного самоуправления.

Таким образом, на смену простому констатированию результатов работы ДНД, составлявших основу «исследований» раннего периода, пришло более осмысленное изучение этого вопроса. Это, однако, не изменило общих подходов к изучению данной проблематики. В трудах этого периода по-прежнему доминировали стереотипность и недостаточный подбор доказательств.

Особо следует отметить работы, в которых рассматривались конкретные сферы деятельности ДНД (исследования В.В. Труфанова, JI.JI. Попова, Ю.М.

23

Ткачевского). Основная часть этих исследований представляла собой

22 Бурлацкий Ф. Вопросы государства в проекте Программы КПСС // Коммунист. 1961. № 13; Ленешкин А. Вопросы теории социалистического государства в свете Программы КПСС // Советское государство и право. 1961. № 12; Денисов А.И. О состоянии государства и общества в переходный от капитализма к коммунизму период // Советское государство и право. 1960. № 4; Пискотин М.И. О развитии Советского государства в период перехода от социализма к коммунизму // Советское государство и право. 1961. № 9.

23 Красильников Ю.А., Труфанов В.В. Борьба с хулиганством. Воронеж, 1966; Ткачевский Ю.М. Народные дружины в борьбе с пьянством. М., 1977; Попов JI.JI. Роль общественности брошюры, выходившие в серии «Библиотечка народного дружинника»24 и «Библиотечка слушателя народного университета правовых знаний». Во многом они были близки по своему содержанию к методическим пособиям. Одна из задач этих публикаций было разъяснить слушателям университета правовых знаний или рядовым дружинникам методику и приемы работы в различных сферах охраны общественного порядка: борьбе с алкоголизмом, тунеядством или с преступлениями несовершеннолетних. Вместе с тем, эти брошюры имели и чисто идеологические задачи, их содержание было обильно обрамлено официозной риторикой и существенно политизировано. Эти исследования, поэтому, продолжали традицию рассмотрения деятельности ДНД и значимости общественной активности в вопросе охраны общественного порядка в традиционном для конца 1960-х - начала 1980-х гг. ключе, не предлагая историографических новаций.

В таком же плане рассматривались в отечественной историографии и вопросы, связанные с управлением ДНД (работы И.И. Ромашко, В.Г.

26

Борисенкова) и деятельностью местных Советов по руководству народными

27 дружинами (исследования B.C. Основина, А.К. Конева). Особое внимание авторы работ обращали на процесс взаимодействия ДНД и их штабов с в борьбе с пьянством. М., 1974; Общественный контроль на страже безопасности движения. Сальск, 1967; Народные дружины в борьбе с правонарушениями несовершеннолетних. М., 1976; Маслов В. Народные дружины против тунеядцев. М., 1961.

24 Блинов В.М. Законность и правопорядок в советском государстве. М., 1965; Бахрах Д.Н., Серегин А.В. Ответственность за нарушение общественного порядка. М., 1962; Борисенков В.Г., Кригер В.И. Руководство партийных и советских органов народными дружинами. М., 1961; Соколов И.В., Стрельников С.С. Добровольные народные дружины по охране общественного порядка. М., 1969; Волков Н.П., Гаврилина З.Т., Жулев В.И. Народные дружины в борьбе за безопасное движение автотранспорта. М., 1972; Яблоков Н.П. Взаимодействие народных дружин и милиции. М., 1977.

25 Викторов Б.А. Милиция и общественность в охране общественного порядка. М., 1975; Яблоков Н.П. Народные дружины на страже общественного порядка. М., 1963.

26 Ромашко И.И. Партийные организации и народные дружины. Минск, 1967; Борисенков В.Г. Руководство партийными советскими органами народными дружинами. М., 1977; Он же. Руководство народными дружинами. М., 1971.

27 Конев А.К. Местные Советы и общественные самодеятельные организации. М., 1968; Основин B.C., Шеремет К.Ф., Мартемьянов B.C., Конев А.К. Местные Советы и законность. М., 1970; Основин B.C. Постоянные комиссии социалистической законности местных Советов. М., 1960. постоянными комиссиями социалистической законности при местных Советах депутатов трудящихся. Исследователи в своих трудах, однако, продолжали придерживаться прежней исследовательской парадигмы, ограничиваясь лишь передачей дистиллированным, очищенным языком, идеологизированных штампов, не сопровождавшихся какими-либо выводами, сделанными на основе глубокого анализа рассматриваемой проблематики.

Не стали исключением и попытки исследовать вопрос о взаимодействии органов внутренних дел и ДНД (работы JI.M. Розина, А.В. Серегина, М.И. Еропкина). Как и другие аспекты деятельности народных дружин, этот вопрос изучался исследователями все с тех же идеологизированных, конъюнктурных позиций. Работы, выполненные в таком стиле, лишь условно можно назвать научными трудами, скорее они имели характер популярных брошюр. Основу их продолжали составлять достаточно примитивные объяснения советскими юристами норм, которые содержались в законодательных документах, регламентировавших деятельность народных дружин. Инициаторами такого рассмотрения вопросов, связанных с налаживанием взаимодействия между ДНД и государственными правоохранительными органами, выступали последние. В связи с этим, большинство трудов, в которых затрагивалась эта тематика выходило в серии ведомственных работ Министерства Внутренних дел СССР,29 Академии МВД СССР,30 в составе «Библиотечки слушателя 31 народного университета правовых знании».

Особую группу представляют собой материалы, касающиеся вопросов взаимодействия ДНД и милиции, имеющих гриф «для служебного

28 Околович Л.Я., Розин JI.M. Взаимодействие органов внутренних дел с добровольными народными дружинами в охране общественного порядка. М., 1985; Взаимодействие органов внутренних дел с общественностью по обеспечению охраны общественного порядка. Киев, 1982; Еропкин М.И. Административно-правовые аспекты управления взаимодействием милиции и ДНД. М., 1980; Серегин А.В. Советский общественный порядок и административно-правоохранительные средства его укрепления. М., 1975.

29 Взаимодействие органов внутренних дел с добровольными народными дружинами в охране общественного порядка. М., 1985.

30 Околович Л.Я., Розин JI.M. Взаимодействие органов внутренних дел с добровольными народными дружинами в охране общественного порядка. М., 1985.

31 Яблоков Н.П. Народные дружины на страже общественного порядка. М., 1963. пользования» (далее ДСП). Основу изданий такого типа представляли пособия, рассчитанные на учащихся учебных заведений системы МВД. Говорить поэтому о научном изучении авторами этого вопроса, как впрочем и большинства других, связанных с деятельностью народных дружин именно советскими исследователями, не приходится. Практически повсеместно их «научные» изыскания представляли собой брошюрную форму методического пособия на основе нескольких приводимых в текстах без должного комментирования сюжетов. Именно в них идеологизированным, псевдоюридическим языком делался вывод о важности участия общественности через свои органы в управлении государством.

Если в СССР на протяжении многих десятилетий в исторической науке главным инструментом проводимых исследований являлся марксистско-ленинский метод, то на Западе историки применяли к изучению советской истории целый спектр различных методов и подходов. Особую значимость для исследования, поэтому, представляют работы историков, специализирующихся

33 на изучении социальной истории советского периода. Несмотря на то, что объектом изучения этих трудов являлся СССР революционного и довоенного периодов, подходы к изучению социальной истории, предложенные этими авторами, могут успешно использоваться и в процессе изучения более позднего периода советской истории.

В связи с этим, стоит отметить работу JI. Холмса «Социальная история России: 1917-1941 гг.».34 В этом исследовании автор обращается к

32 Аксенов В.Г., Веремеенко И.И., Стрельников С.С. Взаимодействие органов внутренних дел с ДЫД. М., 1975; Васильева О.М., Веремеенко И.И., Денисов Р.И. Основы взаимодействия милиции и общественности. М., 1980; Полищук А.Д. Взаимодействие милиции с ДНД в сфере охраны общественного порядка. Киев, 1981.

33 Fitzpatrick Sh. Russian Revolution. New York, 1982; Она же. Повседневный сталинизм: Социальная история Советской России в 30-е годы. М., 2001; Холмс Л. Социальная история России: 1917 - 1941. Ростов-на-Дону, 1994; Levin М. The Making of the Soviet System: Essays in the Social History of Interwar Russia. New York, 1985.

JT. Холмс относится к школе социальной истории и в отличие от историков государственной школы (JI. Шапиро, М. Фэйнсода, Р. Конквеста), в своем исследовании отмечает, что «даже правительственная политика имеет социальное измерение, которое становится очевидным и находит подтверждение в архивных материалах. Именно поэтому рассмотрению специфики теоретических и методологических подходов в области социальной истории. Интерес представляют размышления историка, например, о взаимоотношениях «верхов» и «низов»: «признание важности государства и правительства не означает, что социальные историки полагают, будто власть течет только в одном направлении — сверху вниз».35

Именно идея Л. Холмса о возможности взаимодействия политических руководителей и ведомств, с одной стороны, и общества с другой - дает возможность иного восприятия механизмов инициирования общественной активности в СССР начала 1960-х — второй половины 1970-х гг. В связи с этим, весьма важен вопрос о ДНД, так как именно народные дружины привлекали внимание государства и общества, являлись пространством их потенциального противоборства и взаимодействия.36

Следует также назвать исследования ряда зарубежных историков, изучавших значение общественных организаций, в том числе и таких как ДНД,

37 в процессе установления контроля над обществом. Авторы их приходят к выводу о замене после хрущевской «оттепели» административных методов и политического контроля социальным, в который вовлекались все люди,

38 контролируя внутри этой системы друг друга.

Важные для данного исследования наблюдения по поводу участия населения в добровольных народных дружинах содержатся в работе Т.Н. государственные функции контроля были слабее, чем обычно думают, а общество не было таким уступчивым, как принято считать» // Холмс JI. Социальная история России: 1917 -1941. Ростов-на-Дону, 1994. С. 35.

35 Там же. С. 23.

36 Там же.

37 McCauley М. Khrushchev and Khrushchevism. Bloomington, 1987; Breslauer G. W. Khrushchev and Brezhnev as leaders: building authority in soviet politics. London, 1982; Conyngham W.J. The modernization of soviet industrial management. London, 1982; Friedgut Т.Н. Political participation in the USSR. Columbia, 1979; Frederick S. Starr. Red and Hot: The Fate of Jazz in the Soviet Union. Oxford University Press, 1983; Gorlizky Y. De-Stalinization and the Politics of Russian Criminal Justice. 1953 - 1964. Oxford, 1992; Knight A. The KGB: Police and Politics in the Soviet Union. London, 1988.

38 Breslauer G. W. Khrushchev and Brezhnev as leaders: building authority in soviet politics. London, 1982. P. 28; Friedgut Т.Н. Political participation in the USSR. Columbia, 1979. P. 262.

Friedgut «Political participation in the USSR».39 Он рассматривает институт ДНД как некий механизм, расширяющий власть режима над обществом, причем без прямого вмешательства в эту сферу государственных органов. Автор отмечает, что это, однако, не освобождало дружины от партийно-государственной опеки, а наоборот ставило их под прямой контроль со стороны этих органов. Т.Н. Friedgut рассматривает в своем исследовании и вопросы, связанные с материальным поощрением дружинников и выработкой ими поведенческих

- 40 стратегии.

Говоря о зарубежной историографии, следует также отметить исследования А.Г. Авторханова.41 Он разработал концепцию, согласно которой никаких серьезных перемен в политико-идеологической и экономической сфере в СССР после смерти И. В. Сталина не происходило. Доктрина марксизма-ленинизма при И.В. Сталине, Н.С. Хрущеве, Л.И. Брежневе не претерпела изменений. Так он доказал, что в политической сфере существовала «диктатура пролетариата» (сменяемая «общенародным государством»), осуществляемая через диктатуру одной партии, которой руководила номенклатура. Он полагал, что «происходившие изменения касались не содержания элементов системы, а их форм, не замещения элементов, а их перемещения, не изменения субстанции режима, а модернизации методов его правления».42

Что касается работ обобщающего характера по истории советского государства отмеченного периода, то к ним относятся исследования ряда российских43 и зарубежных историков.44 Так, монография Р.Г. Пихои

39 Friedgut Т.Н. Political participation in the USSR. Columbia, 1979.

40 Там же. P. 260.

41 Авторханов А.Г. Технология власти // Вопросы истории. 1992. № 2 - 3.; Он же. Империя Кремля. Минск, 1991.

42 Авторханов А.Г. Империя Кремля. Минск, 1991. С. 24.

43 Пихоя Р.Г. Советский союз: история власти. 1945 - 1991. Новосибирск, 2000; Аксютин Ю.В. Хрущевская «оттепель» и общественные настроения в СССР в 1953 - 1964 гг. М., 2004; Он же. Послесталинское общество: проблемы лидерства и трансформации власти. М., 2000; Пыжиков А.В. Хрущевская оттепель. М., 2002; Он же. Опыт модернизации советского общества 1953 - 1964 гг. М., 1998.

44 Медведев Р. А. Никита Хрущев. Отец или отчим советской «оттепели». М., 2006; Верт Н. История Советского государства. М., 1995; Таубман У. Хрущев. М., 2005. представляет собой фундаментальный труд, выполненный в рамках политической истории. Существенным достоинством данного исследования является то, что оно основано на привлечении обширного комплекса ранее неизвестного архивного материала.45 На его основе историк рассматривает ход политического процесса в послевоенный и последующий период советской истории, механизмы принятия важнейших политических решений в стране. Автором выдвигается тезис о подавляющей роли партии в решении любых государственных задач.

Особую важность представляет работа известного американского историка У. Таубмана «Хрущев».46 Характерной особенностью этой монографии является поиск автором ответов на ряд вопросов: в чем состояла сущность хрущевской «оттепели», как она понималась и трактовалась самим Н.С. Хрущевым, в чем загадка личности советского лидера. Используя ранее неизвестные, малодоступные материалы из Архива Президента Российской Федерации (далее АПРФ, бывший архив Политбюро) и ряда других архивохранилищ России и Украины, беседуя с родственниками и коллегами Н.С. Хрущева, этот историк пытался найти путь для понимания противоречивости хрущевского правления. Работая над своей монографией более десяти лет, подвергая тщательному анализу жизнь и деятельность советского лидера, У. Таубман пришел к выводу о том, что Н.С. Хрущев, несмотря на те новшества, которые были предложены им за время его пребывания на высшем государственном посту, все же оставался в тисках командно-административной системы партийно-советского строя. Этот тезис автора, подтвержденный в его работе различного рода источниками и материалами, во многом проливает свет на неоднозначность и многосложность так называемой хрущевской «оттепели» и проводимых в этот период

45 В своем исследовании Р.Г. Пихоя использует документы из бывшего архива Политбюро и Секретариата ЦК КПСС, а также фонды Архива внешней политики РФ.

46 Таубман У. Хрущев. М., 2005. преобразований, в том числе и в сфере привлечения общественности к выполнению функций государственных органов.

Проблемы общественно-политической жизни 1953 - 1964 гг. в СССР подробно изучены в исследовании Ю.В. Аксютина «Хрущевская «оттепель» и общественные настроения в СССР в 1953 — 1964 гг.».47 В нем автор пытается определить характер взаимоотношений между руководством государства и советским обществом в период «оттепели». Выводы, к которым приходит историк, свидетельствуют о том, что о равноправном контакте между властью и обществом в период хрущевского потепления говорить не приходится. Контролирующая функция государственного механизма все еще играла значительную роль среди приемов регулирования общественных отношений, но, как замечает Ю.В. Аксютин, разоблачение культа личности привнесло в общество совместно с десакрализацией вождя еще и десакрализацию коммунистических идей, ощущение утопичности их основополагающих

48 тезисов.

Генеалогии российской личности49 в послереволюционный период посвящена известная работа О.В. Хархордина. Ее цель - прояснить фоновые практики индивидуализации в России. В ней автор исследует процесс становления феномена советской личности, прибегая для этого к изучению понятия феномена коллектива и его генеалогии в разные периоды советской истории.50 Значительный интерес представляет проведенный автором анализ развития личности и общества в конце 1950-х - начале 1960-х гг. Рассматривая этот период через призму общественного и личностного развития, О.В. Хархордин приходит к выводу о становлении и укоренении в этот период «системы взаимного и коммунального контроля — системы более тщательной и надежной в своем функционировании, чем открыто репрессивная сталинская

47 Аксютин Ю.В. Хрущевская «оттепель» и общественные настроения в СССР в 1953 — 1964 гг. М., 2004.

48 Там же. С. 485.

49 Хархордин О.В. Обличать и лицемерить: генеалогия российской личности. СПб., 2002.

50 Там же. С. 12. система, которую она сменила».51 Как отмечает исследователь, эта система социального контроля поддерживалась не только работой правоохранительных органов (милиции, прокуратуры), но и бдительностью самих граждан и их общественных организаций, в том числе и народных дружинах. Вся эта система государственных и общественных органов превращала страну в мега коллектив с созданным в его недрах межколлективным надзором со стороны власти и самих граждан.

В своем исследовании О.В. Хархордин продолжает развивать идеи ряда

52 53 зарубежных исследователей — П. Кокса и X. Бермана. Эти историки отмечали, что в позднесоветский период истории государственный контроль над обществом со стороны власти заменялся или дополнялся социальным, с характерным для него общественным давлением коллектива на человека.54 Таким образом, формировалась армия народных контролеров,55 общество становилось не управляющим, а управляемым.

Вопросы административно-правоохранительной политики в условиях десталинизации советского общества исследует в своих монографиях А.В. Пыжиков.56Автор прослеживает эволюцию правоохранительной системы, выявляет содержание функций, методов работы и связи с общественностью. Особое место уделено в его работе роли добровольных народных дружин и товарищеских судов в реализации принципа «общенародного государства». Он приходит к выводу о том, что именно в этом «проявлялась идеализация курса на широкое вовлечение трудящихся к управлению государством, что отражало

51 Хархордин О.В. Обличать и лицемерить: генеалогия российской личности. СПб., 2002. С. 389.

52 Cocks P. The Rationalization of Party Control. Stanford, 1979. P. 188.

53 Berman H.J. Justice in the USSR. Harvard, 1966. P. 88.

54 Там же.

55 Cocks P. The Rationalization of Party Control. Stanford, 1979. P. 189.

56 Пыжиков A.B. Хрущевская «оттепель» 1953 - 1963. M., 2002; Он же. Опыт модернизации советского общества в 1953 - 1964 годах: общественно-политический аспект. М., 1998; Он же. Политические преобразования в СССР (1950-е - 1960-е годы). М., 1999; Он же. Государственное строительство и правоохранительная система СССР в 1953 - 1964 гг. М., 1999. общий отрыв господствующих тогда представлений от существующих реалий».57

Подытоживая вышеизложенное, следует признать, что и в отечественной, и в зарубежной историографии нет комплексного исследования вопросов, связанных с формированием и развитием ДНД как в целом по стране, так и в региональном аспекте. Данная работа представляет одну из первых попыток целостного и комплексного изучения этой темы. Совокупность источников и литературы позволяет подробно и детально рассмотреть различные аспекты инициирования общественной активности населения на примере ДНД Новгорода и Новгородской области.

Методологической основой диссертации являются принципы историзма, научной объективности, системности и целостности. Наряду с этим в работе использовался сравнительно-исторический метод, который способствовал выявлению и классификации форм и приемов работы народных дружин, а также методы локальной истории, предполагающие тщательное описание событий, связанных с функционированием ДНД Новгорода и Новгородской области.

Научная новизна исследования заключается в том, что деятельность ДНД Новгорода и Новгородской области по охране общественного порядка впервые стала предметом специального изучения. В научный оборот вводятся новые, ранее не публиковавшиеся источники, содержащие сведения о специфике форм и методов работы новгородских народных дружин. На защиту выносятся следующие положения:

1. целенаправленное создание структур ДНД в рамках идеи «общенародного государства» стало одним из способов усиления контроля над обществом;

2. нормативная база функционирования народных дружин по охране общественного порядка была не продумана и содержала в себе большое

57 Пыжиков А.В. Государственное строительство и правоохранительная система СССР в 1953 - 1964 гг. М., 1999. С. 63. количество юридических казусов, которые непосредственным образом негативно сказывались на результатах работы ДНД;

3. общественная активность в Новгороде и Новгородской области инициировалась преимущественно административно-командными методами, используемыми партийно-государственным аппаратом;

4. для работы народных дружин Новгорода и Новгородской области было характерно отсутствие организованности, не заинтересованность дружинников и руководителей предприятий в их работе;

5. в деятельности по охране общественного порядка и воспитанию «нового советского человека» народные дружины использовали, прежде всего, методы принуждения, а не убеждения граждан;

6. схожесть функций ДНД и милиции обуславливала то, что народные дружины занимали второстепенное положение по отношению к государственным правоохранительным органам, копировали практику их работы и дублировали значительную часть их обязанностей. Теоретическая значимость. Выводы данного диссертационного исследования призваны активизировать комплексное изучение проблем, связанных с различными аспектами инициирования партийно-государственным аппаратом общественной активности населения в СССР. Кроме того, теоретическая значимость работы состоит в возможности использовать ее результаты в осмыслении процесса взаимодействия между государством и обществом, властью и человеком. Результаты диссертации могут послужить основой для дальнейшего исследования вопроса участия населения в охране общественного порядка в современной России.

Практическая значимость. Материалы диссертации могут быть использованы при составлении программ курсов, посвященных истории советского общества, семинарских занятий в университетах, в научно-исследовательской работе студентов, в музейной и краеведческой практиках, а также при подготовке общих и специальных пособий по истории России XX века.

Апробация исследования. Отдельные главы и положения диссертации обсуждались в рамках заседаний диссертационных семинаров факультета истории Европейского университета в Санкт-Петербурге в 2007-2008 гг., научных конференций историков-архивистов «Документальное наследие Новгорода и Новгородской земли. Проблемы сохранения и научного использования», проходивших в Новгородском государственном университете им. Ярослава Мудрого в 2004 и 2007 гг.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, разделенных на параграфы, заключения и списка использованных источников и литературы.

Заключение диссертации по теме "Отечественная история", Рыбалка, Ольга Викторовна

Заключение.

В ходе исследования нами были изучены основные аспекты функционирования ДНД на материалах Новгорода и Новгородской области. В связи с этим можно сделать следующие выводы:

Во-первых, проводимый в СССР государственный курс на создание «общенародного государства» и передаче части управленческих функций по охране правопорядка народным дружинам, выявил стремление властей пересмотреть наследие сталинского периода и изменить основные методы, используемые для контроля над советским социумом. Конъюнктурные приоритеты диктовали новые условия налаживания диалога между официальной властью и обществом, основанного на отсутствии особо жестоких репрессивных регуляторов и открытого террора. Важным представлялось наличие расширенных, гибких каналов связи «верхов» и «низов», а также преобладание «добровольных», а не принудительных начал в управлении социумом. Вместе с тем институт народных дружин, создаваемый якобы в соответствии с этими государственными приоритетами, долгое время являлся достаточно удобной ширмой, прикрывающей реальные, далекие от растиражированных официальных догм цели правящей элиты по управлению обществом.

Во-вторых, в ходе исследования была выявлена хаотичность, нестабильность структуры ДНД Новгорода и их специализированных отрядов, несмотря на то, что участие общественности в охране правопорядка на государственном уровне имело достаточно длинную предысторию, связанную с функционированием в этой области различных прототипов народных дружин. Во многом деструктивные тенденции в деятельности ДНД были заложены в них партийно-государственными органами еще на этапе их юридического, правового оформления, а опыт прототипов народных дружин при этом полностью игнорировался. По сути дела, те юридические казусы, которые существовали в нормативной базе функционирования ДНД оставались неизменными и вносили дополнительную сумятицу в деятельность народных дружин.

В-третьих, изучение методов инициирования общественной активности в отмеченный период показало, что деятельность местных органов власти по управлению народными дружинами строилась в русле партийных предписаний и распоряжений, которые членами ДНД фактически зачастую игнорировались. Они, в большинстве своем, представляли стандартный набор официальных бюрократических штампов, в которых полностью отсутствовали реальные предложения и указания по активизации деятельности народных дружин в сфере охраны общественного порядка. Наличие серьезной идеологической опеки в этих вопросах делали, однако, провозглашенную в начале 1960-х гг. идею по созданию элементов «коммунистического самоуправления» в советском государстве, формальной, а закрепленный за ДНД статус «самодеятельной организации» - фиктивным.

В-четвертых, стремление власти воспитать «новых советских людей» и ликвидировать преступность как социальное явление при помощи таких псевдогражданских институтов, как ДНД, показало свою несостоятельность. Отсутствие четких представлений о содержании этих идеологических конструкций и способов их практической реализации позволяли дружинникам самим трактовать их, с учетом собственных интересов и потребностей. Такое «вольное право» членов ДНД давало им возможность осознавать свою приближенность к власти и требовать, с учетом этого обстоятельства, послушания по отношению к ним других категорий граждан, что стимулировало распространение противоправных действий уже со стороны самих общественных стражей правопорядка.

Таким образом, анализ поведенческих стратегий членов народных дружин позволил определить, что образ дружинника, сформированный под воздействием идеологических конструкций и штампов в официальных советских документах, существенно отличался от жизненных реалий. Члены

ДНД не стали лабораторией формирования «новых советских людей» и эталонами коммунистической морали, основной опорой правящего режима. «Новый советский человек» научился выживать в предоставленных ему властью условиях и приспосабливаться к тому, чтобы под маской «добровольного стража общественного порядка», используя предоставленную ему крупицу власти, реализовывать свои личные интересы, путем использования конформистских методов и практик.

В-пятых, формальное, псевдодобровольное участие населения в функционировании ДНД обуславливало преобладание количественных показателей в работе народных дружин над качественными, а также пассивность проводимой ими работы по охране общественного порядка, в которой преобладающим методом деятельности являлось принуждение. Применение же партийно-государственными органами бюрократических рычагов давления на население привело к ослаблению какой-либо полноценной общественной активности со стороны новгородцев.

И, наконец, в-шестых, рассмотрение специфики форм сотрудничества органов внутренних дел и дружинников в деятельности по охране общественного порядка выявило, что ДНД Новгорода рассматривались властями как вспомогательная организация при милиции, вследствие чего уровень ее самостоятельности был минимален, что способствовало процессу «огосударствления» этой самодеятельной организации. Участие населения в охране общественного порядка посредством создания ДНД не стало полноценной формой гражданской активности советского народа. Это было связано с тем, что в условиях однопартийной политической системы было невозможно наличие независимой и, следовательно, абстрагированной от идеологических постулатов, формы выражения гражданской позиции индивидов.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Рыбалка, Ольга Викторовна, 2010 год

1. Источники А) Неопубликованные.

2. Архив Управления Внутренних дел по Новгородской области (АУВДНО).

3. Ф.1. Документы по личному составу. On. 1. Д. 192, 204.

4. Ф.2. Материалы о деятельности УВД по Новгородской области. On. 1. Д. 8, 75.

5. Государственный архив Новгородской области (ГАНО).

6. Ф. Р. 248. Новгородский городской исполнительный комитет.

7. Оп. 9. Д.275, 466, 504, 574, 578, 601, 674, 771, 857, 946, 1080, 1081, 1238, 1239,1336, 1339, 1340, 1510, 1511.

8. Ф. Р. — 3686. Новгородский областной исполнительный комитет. Оп. 2. Д. 2144. Оп. 3. Д. 175, 1156. Оп. 8. Д. 183, 1104.

9. Оп. 10. Д. 577 а, 924, 1180, 1468, 1655. Оп. 11. Д. 24, 47. Оп. 36. Д. 85.

10. Ф. Р.- 3577. Новгородский государственный педагогический институт. Оп. 6. Д. 33. Оп. 7. Д. 35.

11. Ф. Р. 4495. Новгородский политехнический институт. Оп. 9. Д. 15.

12. Ф. Р. 4276. Завод «Волна». Оп. 21. Д. 13.

13. Государственный архив новейшей истории Новгородской области. (ГАНИНО)

14. Ф. 22. Городской комитет КПСС.

15. Оп. 7. Д. 30, 56, 57, 99, 153, 417.1. Оп. 17. Д. 97.1. Оп. 23. Д. 15.1. Оп. 24. Д. 6, 8.1. Оп. 26. Д. 39.1. Оп. 27. Д. 28.1. Оп. 29. Д. 42.1. Оп. 30. Д. 34.1. Оп. 31. Д. 24.1. Оп. 32. Д. 58.1. Оп. 33. Д. 32,41.

16. Оп.34. Д. 44, 74, 85,32, 117.

17. Оп. 36. Д. 11,27, 28, 54,55.

18. Оп. 38. Д. 10, 19, 22, 30, 41, 42, 54.1. Оп. 40. Д. 12,21,28, 44.1. Оп. 42. Д. 9, 23,31,35.1. Оп. 44. Д. 11,24,44, 45.

19. Оп. 46. Д. 9, 36, 37, 38, 39, 40, 41.1. Оп. 48. Д. 5, 7, 22, 34.1. Оп. 50. Д. 28, 35.1. Оп. 52. Д. 5, 17, 28.

20. Оп. 54. Д. 4, 12, 13, 14, 38, 42, 43.

21. Оп. 56. Д. 4, 66, 114, 120.1. Оп. 92. Д. 44, 74,117.1. Оп. 96. Д. 41,42.1. Оп. 98. Д. 44.

22. Ф. 260. Областной комитет КПСС. Оп. 16. Д. 34, 40,41, 120, 138.

23. On. 17. Д. 26, 28, 30, 87, 97, 127, 129.1. On. 18. Д. 197.1. On. 19. Д. 64.1. On. 20. Д. 21.1. On. 22. Д. 121.1. On. 24. Д. 32, 69,71.1. On. 25. Д. 94, 129, 207.1. On. 26. Д. 150.1. On. 27. 81, 158.1. On. 30. Д. 108, 160, 165.

24. On. 31. Д. 101, 103, 105, 107, 109.1. On. 32. Д. 27, 105, 117.1. On. 34. Д. 117.

25. On. 36. On. 69, 70,414, 634.1. On. 39. Д. 150.1. On. 42. 67, 87.1. On. 45. Д. 51, 194, 177.1. Оп.48. Д. 162, 240.1. On. 51. Д. 89, 98,126.1. On. 54. Д. 25, 82, 83.

26. On. 57. Д. 26, 75, 84, 209.1. On. 60. 83,95, 185.

27. On. 66. 61, 67, 80, 89, 177, 220, 312, 322, 542, 551, 637, 696, 722, 768, 785, 980.

28. Б) Опубликованные. Официальные документы

29. Бюллетень Верховного Суда СССР. 1963. № 4.

30. Ведомости Верховного Совета РСФСР (ВВС РСФСР). 1960. № 5, 40; 1961. № 8; 1966. № 30; 1968. № 22; 1972. № 25; 1974. № 10; 1985. № 40.

31. Ведомости Верховного Совета (ВВС СССР). 1962. № 2, 8, 14; 1971. № 12, 31; 1974. №22; 1978. №49.

32. Внеочередной XXI съезда КПСС. Стенографический отчет. Т. 1. М.: Госполитздат, 1959. 592 С.

33. Второй Всероссийский съезд административных работников. 23-30 апреля 1928. М., 1929.

34. Законодательство о правах женщин в СССР. М.: Юридическая литература, 1975. 222 С.

35. Законы о сельских и поселковых Советах депутатов трудящихся союзных республик. М.: Известия, 1969. 719 С.

36. Идеологические комиссии ЦК КПСС. 1958 1964. М.: РОССПЭН, 2000. 552 С.

37. Конституция СССР. М.: Юридическая литература, 1987. 173 С.

38. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Том 1. М.: Политическая литература, 1983. 680 С.

39. Материалы Внеочередного XXI съезда КПСС. М.: Госполитиздат, 1959. 259 С.

40. Материалы XXII съезда КПСС. М.: Госполитиздат, 1961. 464 С.

41. Материалы XXIV съезда КПСС. М.: Политиздат, 1971. 320 С.

42. Новгородские полиция, милиция и органы внутренних дел 1733 — 2000 годы: Сборник документов и материалов / Автор — сост. А.К. Богданов, М.Н. Петров. Великий Новгород: Виконт, 2001. 911 С.

43. Положение о добровольных народных дружинах по охране общественного порядка. Минск, 1974. 16 С.

44. Положение о постоянных комиссиях местных Советов народных депутатов РСФСР. М., 1983. 16 С.

45. Президиум ЦК КПСС. 1954 1964. Том 1. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы. М.: Российская политическая энциклопедия, 2006. 1360 С.

46. Программа Коммунистической партии Советского Союза. М.: Политиздат,1964. 144 С.

47. Программа Коммунистической партии Советского Союза. М.: Политиздат,1971. 144 С.

48. Программа Коммунистической партии Советского Союза. М.: Политиздат, 1974. 144 С.

49. Сборник нормативных актов по административной деятельности органов внутренних дел. М.: ГУВД Мосгорисполкома, 1985. 296 С.

50. Собрание узаконений и распоряжений РСФСР (СУ РСФСР). 1918. № 75; 1924. № 28. 1926. № 77, 88; 1930. № 25; 1932. № 38; 1960. № 14.

51. Собрание постановлений и распоряжений правительства СССР (СП СССР). 1959. № 4; 1972. № 11; 1974. № 12, 24.

52. Хрущев Н.С. Контрольные цифры развития народного хозяйства СССР на 1959-1965 годы. М.: Госполитиздат, 1958. 127 С.

53. Устав КПСС. М.: Политиздат, 1991. 28 С.

54. XIII съезд ВЛКСМ. 15-18 апреля 1958. Стенографический отчет М.: Молодая гвардия, 1958. 40 С.1. Справочники.

55. Справочник дружинника. М.: Госюриздат, 1961. 119 С.

56. Справочник партийного работника. М., 1959. Вып. 3. 496 С.

57. Периодическая печать. А) Газеты.

58. Новгородский комсомолец. Орган Новгородского обкома ВЛКСМ. 1958 -1985.

59. Новгородская правда. Орган Новгородского обкома и горкома КПСС. 1958 1985.

60. Правда. Орган ЦК КПСС. 1958 1985.

61. Российская газета. 2001 2008.1. Б) Журналы.36. Власть. 1995 1999.

62. Вопросы истории. 1992 2000.

63. Вопросы философии. 1992; 2002.39. Коммунист. 1961 1965.

64. Научный коммунизм. 1988 — 1989.

65. Общественность в борьбе с преступностью М., 1959. Вып. 1-3.42. Правоведение. 1961 1964.

66. Советское государство и право. 1960 — 1970.

67. Советская юстиция. 1959 — 1965.

68. Ученые записки Всесоюзный научно-исследовательский институтсоветского законодательства (ВНИИСЗ). Вып. 28. М., 1973.1. Литература.

69. Авторханов А.Г. Империя Кремль. Минск: Дика, 1991. 476 С.

70. Аксютин Ю.В. Постсталинское общество проблема лидерства и трансформации власти. М.: Научная книга, 2000. 412 С.

71. Аксютин Ю.В. Хрущевская «оттепель» и общественные настроения в СССР 1953-1964 гг. М.: РОССПЭН, 2004. 486 С.

72. Александров Н.Г. Государство и коммунизм. М.: Госюриздат, 1961. 48 С.

73. Антонян Ю.М., Голубев В.П., Кудряков Ю.Н. Психологические особенности личности расхитителя социалистического имущества и индивидуальная работа с ними. М.: ВНИИ МВД СССР, 1986. 78 С.

74. Бахрах Д.Н. Ответственность за нарушение общественного порядка. М.: Юридическая литература, 1962. 80 С.

75. Бердяев Н.А. Судьба России. М.: Советский писатель, 1990. 346 С.

76. Блинов В.М. Законность и правопорядок в советском государстве. М.: Юридическая литература, 1965. 88 С.

77. Борисенков В.Г. Руководство народными дружинами. М.: Правда, 1971. 79 С.

78. Борисенков В.Г. Руководство партийными советскими органами народных дружин. М.: Юридическая литература, 1977. 78 С.

79. Боровиков А.П. Советы как форма государственного правления. СПб.: СПбГВМ, 2000. 83 С.

80. Бородин С.В. Участие общественности в охране общественного порядка М.: Госюриздат, 1980. 26 С.

81. Веремеенко И.И. Оперативные отряды ДНД. М.: Юридическая литература, 1976. 64 С.

82. Верт Н. История Советского государства. М.: Весь мир, 1995. 543 С.

83. Взаимодействие органов внутренних дел с общественностью по обеспечению охраны общественного порядка. Киев: KBLL1 МВД СССР, 1982. 130 С.

84. Викторов Б.А. Милиция и общественность в охране общественного порядка. М.: Знание, 1975. 80 С.

85. Власов В.А. Советский государственный аппарат. М.: Госюриздат, 1951. 424 С.

86. Волков Н.П.; Гаврилина З.Т., Жулев В.И. Народные дружины в борьбе за безопасное движение автотранспорта. М.: Юридическая литература, 1972. 63 С.

87. Вопросы борьбы с преступностью против личности и общественного порядка. М.: Госюриздат, 1981. 62 С.

88. Вопросы взаимодействия с общественностью. М.: Госюриздат, 1978. 164 С.

89. Вопросы общественной активности масс и развитие политической организации советского общества. Харьков: Издательство Харьковского университета, 1968. 200 С.

90. Воробьев Ю.Л. Природа человеческой активности. Курск: Издательство курской сельскохозяйственной академии, 2000. 233 С.

91. Восленский М. Номенклатура. М.: Захаров, 2005. 640 С.

92. Геллер М. Машина и винтики. История формирования советского человека. М.: МИК, 1994. 335 С.

93. Геллер М., Некрич А. Утопия у власти. История Советского Союза с 1917 г. до наших дней. Т. 2. London: OPI, 1982. 553 С.

94. Тендерные истории Восточной Европы. Минск: ЕГУ, 2002. 415 С.

95. Горшенев В.М. Участие общественных организаций в правовом регулировании. М.: Госюриздат, 1963. 167 С.

96. Гражданское общество: теория, история, современность. М.: Издательство Института социологии, 1999. 165 С.

97. Згоржельская С.С. Концепция общенародного государства в проекте Конституции СССР 1964. // Автореф. дисс. на соиск. канд. юрид. наук. М., 2006. 18 С.

98. Зиновьев А.А. Коммунизм. М.: ИТРКА, 2003. 158 С.

99. Зубкова Е.Ю. Послевоенное советское общество: политика и повседневность. 1945-1953 гг. М.: РОСППЭН, 1999. 229 С.

100. Каратуев А.Г. Советская бюрократия: система политико-экономического господства и ее кризис. Белгород: Везелица, 1993. 371 С.

101. Козлов В.А. Массовые беспорядки в СССР. Новосибирск: Сибирский хронограф,1999. 413 С.

102. Конев А.К. Местные советы и общественные самодеятельные организации. М.: Юридическая литература, 1968. 95 С.

103. Коммунистическое воспитание. Словарь. М.: Политиздат, 1984. 301 С.

104. Королев Б.Н., Торубаров Т.В. В поисках смысла и правды. Гражданское общество и проблемы свободы. Т. 4. М.: Союз, 2004. 504 С.

105. Коротков А. Шинд В. Общественность в борьбе с нарушителями социалистической законности. М.: Госюриздат, 1962. 135 С.

106. Красильников Ю.А., Труфанов В.В. Борьба с хулиганством. Воронеж: Издательство Воронежского университета, 1966. 48 С.

107. Кригер Г.А. Условное осуждение и роль общественности в ее применении. М.: Издательство Московского университета, 1963. 101 С.

108. Культура и власть в условиях коммуникативной революции XX века. Форум немецких и российских исследователей. М., 2002. 145 С.

109. Медведев Р. А. Никита Хрущев. Отец или отчим советской «оттепели». М.: Яуза, 2006. 476 С.

110. Народные дружины. М.: Юридическая литература, 1974. 30 С.

111. Народные дружины. Киев: Вища школа, 1976. 319 С.

112. Народные дружины в борьбе с преступлениями несовершеннолетних. М.: Юридическая литература, 1976. 63 С.

113. Народные дружины на страже общественного порядка. Л.: Госюриздат, 1976. 22 С.

114. Общественность в борьбе с правонарушениями. Иркутск: Книжное издательство, 1963. 168 С.

115. Общественный контроль на страже безопасности движения. Сальск, 1967. 36 С.

116. Основин B.C. ДНД. Воронеж: Издательство Воронежского университета, 1960.35 С.

117. Основин B.C. Местные советы и законность. М.: Юридическая литература, 1970. 198 С.

118. Основин B.C. На страже общественного порядка. М.: Госюриздат, 1961. 58 С.

119. Основин B.C. Постоянные комиссии социалистической законности и охраны общественного порядка местных Советов. М.: Госюриздат, 1960. 56 С.

120. Пертцик В.А. Народные дружины. Иркутск: Книжное издательство, 1960. 82 С.

121. Пертцик В.А. Общественность в борьбе с правонарушителями. Иркутск: Книжное издательство, 1963. 168 С.

122. Перфильев A.M. Гражданское общество: исторический обзор теорий. М.: МНУЦ, 1999. 45 С.

123. Пихоя Р.Г. Советский союз: история власти 1945-1991. Новосибирск: Издательство РАГС, 2000. 735 С.

124. Ю1.Полищук А.Д. Взаимодействие милиции с ДНД в сфере охраны общественного порядка. Киев: Вища школа, 1981.

125. Поляков Н.П. Укрепление идейно-политического единства советских профсоюзов в борьбе з социализм. М.: Госюриздат, 1980. 68 С.

126. Попов JI.JI. Роль общественности в борьбе с пьянством. М.: Юридическая литература, 1974. 80 С.

127. Проблемы становления гражданского общества в России. Красноярск: Знание, 1996. 408 С.

128. Пыжиков А.В. Генезис официальной позиции КПСС по вопросу о культе личности. М.: Институт молодежи, 1998. 28 С.

129. Пыжиков А.В. Государственное строительство и правоохранительная система СССР. М.: Социум, 1999. 127 С.

130. Пыжиков А.В. О некоторых аспектах перестройки партийно-советских органов по производственному принципу 1962-1964 гг. М.: Институт молодежи, 1998. 26 С.

131. Пыжиков А.В. Опыт модернизации советского общества 1953-1964 гг. М.: Гамма, 1998.299 С.

132. Пыжиков А.В. Оттепель идеологические новации и проекты. М.: Социум, 1998. 195 С.

133. Пыжиков А.В. Политические преобразования в СССР 1950-1960 гг. М.: Квадрат С, 1999. 305 С.

134. Пыжиков А.В. Хрущевская «оттепель». М.: ОЛМА ПРЕСС, 2002. 509 С.

135. Раджабов С., Манов Г. Роль трудящихся в укреплении и охране советского общественного порядка. Сталинабад: Таджикгосиздат, 1960. 172 С.

136. ПЗ.Розин JI.M., Околович Л.Я. Взаимодействие органов внутренних дел с ДНД. М.: Академия МВД СССР, 1985. 60 С.

137. Розин Л.М. Правовые основы обеспечения общественного порядка. М.: Академия МВД СССР, 1987. 73 С.

138. Роль общественности в борьбе с преступностью. Воронеж: Издательство Воронежского университета, 1960. 349 С.

139. Роль общественности в выполнении государственных функций в условиях развернутого строительства коммунистического общества. М.: Издательство Московского университета, 1960. 93 С.

140. Ромашко И.И. Партийные организации и народные дружины. Минск: Издательство Академии наукБСССР, 1967. 36 С.

141. Серегин А.В. Советский общественный порядок и административно-правоохранительные средства по его укреплению. М.: Академия МВД СССР, 1975. 194 С.

142. Синявский А.Д. Основы советской цивилизации. М.: Аграф, 2001. 460 С.

143. Советская общественность и укрепление правопорядка. Минск: Издательство Академии наук БСССР, 1961. 234 С.

144. Соколов Ю.А. Участие трудящихся в охране общественного порядка. М.: Госюриздат, 1962. 170 С.

145. Соколов Ю.А. ДНД по охране общественного порядка. М.: Госюриздат, 1969. 30 С.

146. Спенсер Г. Личность и государство. СПб., 1908.

147. Стельмащук Г.В. Советский образ жизни и общественная активность трудящихся. Л.: Госюриздат, 1981. 25 С.

148. Сущук-Слюсаренко З.И. Теоретические и методологические проблемы деятельности добровольных народных дружин и товарищеских судов по предупреждению преступлений. // Автореф. дисс. на соиск. канд. юрид. наук. Харьков, 1975. 30 С.

149. Таубман У. Хрущев. М.: Молодая гвардия, 2005. 850 С.

150. Ткачевский Ю.М. Народные дружины в борьбе с пьянством. М.: Юридическая литература, 1977. 64 С.

151. Ткачевский Ю.М. Ответственность за хулиганство. М.: Знание, 1983. 64 С.

152. Тюрин В.Е. Народные дружины на страже общественного порядка. Алма-Ата, 1981. 39 С.

153. Фицпатрик Ш. Повседневный сталинизм: Социальная история Советской России в 30-е годы: город. М.: РОСППЭН, 2001. 332 С.

154. Фицпатрик Ш. Сталинские крестьяне: Социальная история Советской России в 30-е годы. М.: РОСППЭН, 2005. 321 С.

155. Фрейдсон А. Пути совершенствования организации и деятельности ДНД. Рига: Знание, 1975. 22 С.

156. Участие трудящихся в охране общественного порядка. М.: Юридическая литература, 1986. 351 С.

157. Хархордин О.В. Обличать и лицемерить: генеалогия российской личности. СПб.: Европейский дом, 2002. 575 С.

158. Холмс Л. Социальная история России: 1917 1941. Ростов-на-Дону: Издательство Ростовского университета, 1994. 140 С.

159. Шапошников В.Н. Хулиганы и хулиганство в России. Аспект истории и литературы XX века. М.: Московский лицей, 2000. 271 С.

160. Шедрик Н.П. Социалистическое общенародное государство. М.: Госюриздат, 1985. 45 С.

161. Яблоков Н.П. Взаимодействие ДНД и милиции. М.: Юридическая литература, 1977. 56 С.

162. Яблоков Н.П. Народные дружины на страже общественного порядка. М.: Госюриздат, 1963. 22 С.

163. Ямпольская Ц.А. Общественные организации в СССР. Некоторые политические и организационно — правовые аспекты. М.: Наука, 1972. 216 С.

164. Ямпольская Ц.А. Общественные организации и развитие советской социалистической государственности. М.: Юридическая литература, 1965. 197 С.

165. Ямпольская Ц.А. Общественные организации, право и личность. М.: Наука, 1981. 367 С.

166. Ямпольская Ц.А. Общественные организации в политической системе. М.: Наука,1984. 272 С.

167. Яров С. В. Конформизм в Советской России: Петроград 1917-1920-х годов. СПб.: Европейский дом, 2006. 569 С.

168. XXII съезд КПСС о строительстве коммунизма в СССР. Волгоград: Книжное издательство, 1962. 363 С.

169. Almond G., Verba S. The Civic Culture. Political attitudes and democracy in five nations. Princeton University Press, 1963. 498 P.

170. Berman H.J. Justice in the USSR. Harvard, 1966. 446 P.

171. Breslauer G. W. Khrushchev and Brezhnev as leaders: building authority in soviet politics. London, 1982. 280 P.

172. Cocks P. The Rationalization of Party Control. Stanford, 1979. 445 P.

173. Conyngham W.J. The modernization of soviet industrial management. London, 1982. 545 P.

174. Fitzpatrick Sh. Russian Revolution. New York, 1982. 208 P.

175. Frederick S. Starr. Red and Hot: The Fate of Jazz in the Soviet Union, Oxford University Press, 1983. 525 P.

176. Gorlizky Y. De-Stalinization and the Politics of Russian Criminal Justice. 1953 -1964. Oxford, 1992. 558 P.

177. Friedgut Т.Н. Political participation in the USSR. Columbia, 1979. 342 P.

178. Knight A. The KGB: Police and Politics in the Soviet Union. London, 1988. 348 P.

179. Levin M. The Making of the Soviet System: Essays in the Social History of Interwar Russia. New York, 1985. 678 P.

180. McCauley M. Khrushchev and Khrushchevism. Bloomington, 1987. 455 P.J

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 404726