Особенности художественной прозы Юрия Скворцова тема диссертации и автореферата по ВАК 10.01.02, кандидат филологических наук Никифорова, Вера Витальевна

Диссертация и автореферат на тему «Особенности художественной прозы Юрия Скворцова». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 124050
Год: 
2002
Автор научной работы: 
Никифорова, Вера Витальевна
Ученая cтепень: 
кандидат филологических наук
Место защиты диссертации: 
Чебоксары
Код cпециальности ВАК: 
10.01.02
Специальность: 
Литература народов Российской Федерации (с указанием конкретной литературы или группы литератур)
Количество cтраниц: 
191

Оглавление диссертации кандидат филологических наук Никифорова, Вера Витальевна

Введение.

Глава 1. «Философия жизни» в произведениях Ю.И. Скворцова и концепция творческой индивидуальности писателя.

1.1. Проблема творческой индивидуальности писателя.

1.2. Национальное в прозе Ю. Скворцова.

1.3. Основные составляющие «философии жизни».

Глава 2. Особенности поэтики и художественного стиля.

2.1. Особенности повествовательной структуры произведений.

2.2. Основные образы, мотивы, символические детали в структуре повествования.

2.3. Принципы пространственно-временной организации произведений.

2.4. Своеобразие пейзажной поэтики.

2.5. Характерные особенности стиля.

Глава 3. «Священный огонь»: опыт прочтения произведения (К проблеме реконструкции «чувашского мира»).

3.1. Исторические комментарии и пояснения к повести.

3.2. Ключ к пониманию произведения.

3.3. Образы в культурном контексте.

3.4. Пространственно-временная организация.

3.5. Народно-поэтический пласт.

3.6. Некоторые особенности языка и стиля.

3.7.0 художественном методе.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Особенности художественной прозы Юрия Скворцова"

Творчество Юрия Илларионовича Скворцова (1932 - 1977), одного из самых талантливых писателей в чувашской литературе, при жизни не получило должной оценки. Сегодня уже никто не сомневается в том, что оно принадлежит к самым значительным явлениям в истории национальной словесности. Осмысливая заново творения художника уже после его смерти, с точки зрения вечных ценностей, без идеологических линз, мы начинаем осознавать, насколько важное место они заняли в литературном развитии XX в. и какое огромное влияние оказали на последующую литературу. Можно с полным основанием утверждать, что творчество писателя в значительной степени определило направление и пути развития чувашской прозы второй половины XX в. Он создал качественно иную прозу, в которой очень ярко выразился весь "чувашский мир". Его "бесшумный, но идущий от души голос" (Хв. Агивер: "Шавсар та чунтан килекен сасй") способен проникнуть в сердце каждого читателя.

Талант Скворцова был разносторонним. Творческую деятельность он начал как поэт, первой его книгой была книга стихотворений "£урхи салам" ("Весенний привет", 1958). На его стихи написано немало песен известными чувашскими композиторами Г. Хирбю, А. Токаревым, Ф. Лукиным и др. Его перу принадлежат небольшие сказки в стихах ("Чапар кайакпа дён кайак", "Асатте юмахёсем", "Кёртпе сарт", "Хуплу".) и рассказы для детей. Скворцов известен как переводчик. Он перевел с русского произведения Я. Купалы, Я. Мустафина, Цв. Ангелова, В. Эвалда, книгу Дорохова «Карлики и великаны», сборник детских пьес русских писателей, повесть В. Чивилихина «Про Клаву Иванову»; «Красную Шапочку» Ш. Перро, некоторые произведения из литературы венгерского, индийского, сербского, арабского, марийского народов. Был литературным сотрудником газеты, редактором Чувашского книжного издательства. Писал очерки, статьи, рецензии. Внимательно относился к молодым авторам. В наибольшей степени талант мастера проявился в прозе, а именно в таких жанрах, как рассказ и повесть. Своеобразие художественной прозы и является объектом исследования в диссертации.

При жизни автора было издано девять сборников прозаических произведений. Вышел также отдельный сборник его произведений на русском языке ("Красный мак", 1976). Перевод осуществил Я. Мустафин. В сборник вошли повести "Пастушка" ("Девушка с Сормы"), "Красный мак" и шесть рассказов. Отдельные рассказы печатались в коллективном сборнике «Земля Улыпа» в Москве, в журналах «Волга», «Байкал».

Актуальность исследования обусловлена объективными обстоятельствами и факторами. Современное чувашское литературоведение ищет новые пути осмысления литературного наследия нации в целом (в том числе в научный обиход вводятся новые или незаслуженно забытые имена), новые методологические принципы понимания творчества того или иного художника, отдельного литературного произведения. С новых точек зрения осмысливается и творчество Юрия Скворцова. Есть очень интересные работы в этом направлении. Но они в основном касаются отдельных сторон творческого наследия писателя. В настоящее время нет монографических работ, которые бы целостно анализировали творчество художника, в данном случае, прозу, с точки зрения современных требований науки. Необходимость такого исследования творческого наследия писателя вне сомнения, как вне сомнения самобытность Скворцова, значимость его творчества в контексте чувашской литературы в целом. Оно также способствует созданию наиболее полной картины чувашской литературы 50-70-х г.г.

Обзор критической литературы. В научном архиве Чувашского государственного института гуманитарных наук (далее - НА ЧГИГН) хранится большой материал о писателе. В личном архиве Скворцова сохранились и протоколы собраний секции редакционного совета Чувашского книжного издательства, на которых обсуждались произведения писателя; рукописи отдельных отзывов и рецензий на его произведения [37]. Время, в котором жил писатель, часто заставляло его корректировать свои произведения, но он всегда оставался верен себе и своему таланту. Поэтому в его творениях практически нет тех идеологических штампов и наслоений, которые были характерны для большинства писателей - современников. Для Скворцова-художника определяющими творчество были вечные ценности.

Разумеется, особенности Времени оказали влияние и на оценку творчества прозаика в критике. Возможно, критики, умалявшие значимость произведений, не удовлетворявших запросам социалистического духа, выходящих за рамки соцреализма, искренне были убеждены в своей правоте. Мы не будем акцентировать внимание на идеологических моментах в этих работах, хотя их трудно избежать, нас интересует прежде всего литературоведческий, критический анализ. Нужно также отметить, что в те времена, когда творил Юрий Скворцов, была очень активной газетная критика. Много критических откликов и рецензий на произведения современных писателей, в том числе и на произведения Скворцова было опубликовано в газете "Коммунизм плаве" ("Знамя коммунизма"). Большое количество статей помещалось в журналах "Таван Атал" ("Родная Волга") и "Ялав" ("Знамя").

Одним из первых откликов в печати на первую книгу прозы писателя "Девушка с Сормы" была одноименная рецензия Ю. Петрова [56]. В книгу вошли рассказы "Если любишь", "Черноглазая Ина", повесть "Девушка с Сормы", очерк "У врача".

Петров отметил, что очерк удался. "Девушка с Сормы", по его мнению, отличается и богатством содержания, и красотой языка. Очевиден рост мастерства писателя, более глубокое изображение жизни. Разумно использован фольклорный материал, но есть и длинные предложения. Особенно интересен и многогранен образ Сухви. Чувствуется, что автор пытается раскрыть психологию героя. Во многих местах он пытается передать движения души через природу. В целом, делает вывод Петров, у Ю. Скворцова есть свой голос.

Другая рецензия этого же года, и на ту же тему, написанная Л.Терентьевым, представляет абсолютно противоположную точку зрения [57].

Он считает, что все произведения, вошедшие в сборник, неубедительны. В очерке, к тому же, не хватает фактов. А самое главное, в книге не чувствуется пульс «прекрасного времени», в котором они живут, веяния коммунизма, нет современных героев. А это означает, что автор свернул на узкую тропинку. Пока он не ушел слишком далеко по ней («Скворцов - талантливый писатель!», попутно замечает Л.Терентьев), ему надо постараться выйти на большую дорогу.

В журнале «Знамя» за 1962г. опубликована довольно обстоятельная статья Р.Чепунова [62]. Она анализирует повести «Береза Угах», «Девушка с Сормы» и «Красный мак». Автор статьи верно подметил, что через образ Угахви мы приближаемся к пониманию настроения всего народа в то нелегкое время. Чепунов называет язык Скворцова красивым. «Девушка с Сормы», с его точки зрения, менее удачное произведение. Саня, оторвавшись от своих корней, стал слишком гордым, а Сухви не смогла вырваться из-под власти «устаревших обычаев». Героям не хватает сил бороться за свое счастье. Анализируя повесть «Красный мак», Чепунов делает вывод, что вообще для Скворцова характерно стремление к обнажению жизненной правды. В повести, с точки зрения критика, преувеличена роль молодого учителя Геннадия Васильевича, язык хуже. Но в целом, подводит итоги Чепунов, Скворцов - подающий надежды молодой писатель.

В обзоре прозы 60-х г. А.Эсхель также отмечает рост мастерства Скворцова. В повести «Красный мак» он подмечает национальный колорит. К недостаткам он причисляет излишество темных красок, несоблюдение в некоторых случаях законов языка [63].

Следующий автор, М.Юрьев, анализируя повести «Береза Угахви», рассказы «Певец Вася», «Долг», «Волна жизни», «Тепло людское» дает уничтожающую оценку произведениям писателя [64;65]. Задачей их времени, по мнению М.Юрьева, должно было быть изображение зарождения коммунистических отношений между людьми, а Ю.Скворцов с ней не справился. Критик усмотрел немного положительного в творениях Скворцова

- хорошее знание деревни, любовь к природе. Самым сильным нападкам подверглись повести «Береза Угах» и «Тепло людское». Угахви пошла по неправильному пути, отдалилась от ровесников, которые бы ей обязательно помогли. Скворцов заставляет своих героев без причины «бежать в лес, будто умалишенные», у него не хватает мастерства убедительно связать нарисованные им пейзажи с жизнью и деятельностью персонажей. Композиция состоит из несвязанных друг с другом зарисовок. Много несвязанных между собой деталей. Образы эпизодические, также не взаимосвязанные. В целом, приходит к выводу М.Юрьев, повесть не удалась ни с точки зрения содержания, ни с точки зрения формы. А герои повести «Тепло людское» вообще «марают лицо» советских журналистов.

Книга «Навстречу солнцу» в оценке В. Удам а в целом не удовлетворяет читателя множеством сторон [58]. Положительную оценку получил только рассказ «Когда цветет вода». В. Удам писал, что в нем автор нашел «душу слова».

Анализируя повесть «Аделина» в обзоре прозы 1965г, В.Алентей видит большое число недостатков [50]. Скворцов, по его мнению, хорошо показал, как человек помогает другому, но все же образы его живут излишне обособленной жизнью, не чувствуют влияния общества. Этот же автор назвал рассказ «След башмака» «пустым колосом». Алентей решил, что сюжет произведения автор взял не из жизни, а из головы. Вообще, писал он, и некоторые другие герои Скворцова отличаются несмелостью, покорностью, забитостью, потому что автор старается «сделать» жизнь в своих произведениях пооригинальнее. Практически писатель-критик поворачивает с ног на голову все ценности [49].

И.Григорьев, интерпретируя рассказы «Славик», «След башмака» сделал вывод, что они «не рождают в сердце читателя никаких эстетических чувств» [52].

Пожалуй, наиболее глубокую оценку творчества прозаика впервые дал Г.Хлебников в своей книге «Современная чувашская литература» (1971) [173].

Он обстоятельно и объективно проанализировал произведения молодого писателя, выявил характерные черты его творчества. Пытаясь понять, в чем заключается своеобразие прозы Скворцова, Хлебников пришел к выводу, что писатель хорошо чувствует внутренний мир человека, у него свой подход к изображению человека, где-то, может быть, полемичный. Исследователь справедливо подметил, что в самых обычных людях Скворцов умеет находить внутреннюю красоту и черты самобытного характера. Критик дал характеристику психологического анализа в творчестве писателя. Его своеобразие Хлебников видит в том, что прозаик глубже, чем прежде, показывает психологический процесс и духовное развитие человека, усложнившиеся движения души современника, затаенные личные импульсы, расширяющуюся взаимосвязь героя с миром, противоречивость его изменения и «самодвижения». Как удачу расценил Хлебников умение Скворцова раскрывать душевное состояние тонких и глубоких натур, показать сложности их развития. Однако, по мнению литературоведа, героям Скворцова не хватает мужественности в преодолении жизненных препятствий - те же требования времени. Но, в отличие от других интерпретаторов творчества Ю.Скворцова, критика Г.Хлебникова не настолько идеологизирована. Если учитывать требования того времени, повторимся, это была объективная критика.

Следующий критик, В.Егоров, попытался отметить и положительные, и отрицательные стороны в творчестве Ю.Скворцова [53]. Егоров не сомневается в таланте Скворцова - чтобы показать внутреннее богатство ничем не примечательных людей, нужно большое мастерство. Но с точки зрения Егорова, Скворцов преувеличивает значение отдельного факта. В дальнейшем, предостерегает критик, это может привести к натурализму - неспособности подняться выше реальности отдельного факта.

Рецензируя книгу «Спутник», Л.Маяксем сделал вывод, что книга должна стать хорошим спутником для читателей. Отдельные недостатки выражаются в излишних деталях, длинных предложениях, особенно в рассказе «Славик» [55].

Как видим, современная писателю критика содержала подчас абсолютно противоположные точки зрения на те или иные аспекты его творчества. Дело, наверное, не только в особенностях того времени, или в субъективном отношении некоторых интерпретаторов к личности художника (хотя это тоже не исключается). Основная причина, на наш взгляд, в том, что творчество писателя было действительно новым явлением в чувашской литературе. То, что выходит за рамки стереотипа, всегда трудно оценивать. Иногда на это требуется длительное время.

После смерти писателя его творчество начали интерпретировать с новых точек зрения. Критики сравнили его произведения с картиной мастера, песней (Х.Агивер). Появляются статьи, представляющие собой литературоведческий анализ, анализ с точки зрения формы, жанра, тематики, проблематики и т.д. В настоящее время уже вне всякого сомнения находится следующее положение: Ю.Скворцов - один из самых больших художников в чувашской литературе.

Современные литературоведы, как уже было сказано, пытаются анализировать творчество писателя в контексте общественных ценностей. Интересен анализ рассказа «Славик» профессора Ю.Артемьева [51]. Артемьев отмечает, что рассказ занимает особое место не только в чувашской литературе, но и в творчестве самого автора. Все события в рассказе видятся с точки зрения Славика, талантливого юного музыканта. Автор смог раскрыть и донести до читателя очень богатый душевный мир мальчика. В процессе анализа критик подчеркивает большую роль деталей, что характерно вообще для всего творчества Скворцова. Они не загромождают сюжет, как считают некоторые вышеупомянутые критики, а органично вплетаются в повествование. По Артемьеву, рассказ хорошо использовать на уроках по теории литературы, особенно при изучении композиции произведения.

Большой вклад в исследование творчества Ю.Скворцова внесли Г.Федоров. Ю.Яковлев.

Исследования профессора Федорова [60;61;162;166] отличаются научной аргументированностью, анализом объекта или явления в широком культурном контексте. В своих статьях и монографиях [163;165] Федоров исследует мир чувашской прозы, в том числе и прозу Ю.Скворцова в контексте развития чувашской словесной культуры. Он анализирует философию творчества писателя, своеобразие поэтики. Прозу Скворцова исследователь называет философской, которая, по его мнению, питается народными традициями и верой, основывается на его мироощущении. (Нельзя не отметить эволюцию взглядов ученого: вначале он характеризовал прозу Скворцова больше как психологическую - см. «Психологизм в современной чувашской прозе»). Исследователь справедливо утверждает, что в творениях Скворцова вырисовывается образ истинного представителя чувашского народа, его чувства, образ мышления. Трагедия человеческого существования, отраженная в произведениях Скворцова, придает всему его творчеству глубокую философичность, романтическую жизненность, ощущение чистоты, душевных устремлений.

В его творчестве приобретает новый смысл философский символ, символические детали, аллегория, мифы-архетипы. В изображении «диалектики души» Федоров сравнивает Скворцова с Толстым (повесть «Красный мак»). Экзистенциальные мотивы напоминают, по мнению исследователя, Достоевского. Для творчества писателя, пишет Г.Федоров, характерна дискретность сюжета, особая структура повествования, которая может выражаться, например, в цепочке фрагментарных клочковатых эпизодов.

Как считает Г.Федоров, в произведениях Скворцова проявляется сложная ситуация, часто драматическая, что вообще можно отметить в 70-е годы. «Молчание», «бессловесность» героев Скворцова ученый объясняет тем, что в 70-х годах стало меньше тех, кто способен был слушать другого, и уважать слово, сказанное им. Публицистичность, нравоописательность, часто встречающиеся у Скворцова, необходимы для построения философских обобщений.

Как и у каждого талантливого художника, у Скворцова новая концепция героя. Его своеобразие Федоров видит в том, что герой Скворцова всегда находится в экстремальной ситуации. Ему трудно найти общий язык с окружающим миром. В основе произведения - развитие главного героя, другие герои - знаки сложной ситуации. Герои Скворцова - это люди драматические, трагические.

В произведениях Скворцова Федоров отмечает присутствие рассказчика в большинстве случаев, который тяготеет больше к описанию.

Неторопливое, спокойное повествование сближает Скворцова с Игн. Ивановым, И.Юркиным, М.Федоровым. Скворцов, по мысли Федорова, опирается на традиции, которые идут от Хведи, М.Федорова, К.Иванова, М.Сеспеля. В творчестве писателя, по Федорову, ощутимо и влияние П.Осипова, Ф.Павлова, М.Ильбека, писателей-просветителей, Ф.Уяра, -выраженное как одна из сторон интеллектуальной прозы. Сам же Скворцов повлиял на творчество таких прозаиков, как Х.Агивер, Н.Мартынов, Е.Лисина, Б.Чиндыков.

Отличаются оригинальностью, необычностью и глубиной анализа статьи и газетные публикации Ю.Яковлева [66-69;196]. Он считает, что такие художники, как Ю.Скворцов, открывают нам глаза, учат в обыденных явлениях угадывать божественный лик. Исследователь сближает художественный мир Скворцова с мироощущением В.Ван-Гога, А.Тарковского, Н.Дронникова, Э.Хемингуэя. Его произведения, в восприятии Яковлева, выражают боль не только этого мира, но и боль Вечности. По мнению Яковлева, мастерство писателя подпитывается древними суевериями, способностью чувствовать до глубины души сомнения, тревогу души народной. Интерес писателя к различным природным явлениям ( к примеру, возникновение шаровой молнии), объясняется тяготением его к мистицизму. Большую роль здесь играет подтекст.

Писателя интересует ТО, ЧТО НЕ ЗАВИСИТ ОТ ЧЕЛОВЕКА, то, что нельзя понять разумом - это магическая сила. В творчестве Скворцова исследователь отмечает большую значимость детских впечатлений («Красный мак», «Венир и Рена», неопубликованные рассказы «Детство», «Мачеха»).

Скворцов своим творчеством пытается напомнить всем, что нужно любить человека. Поэтому он, как Сеспель и Миттов, «какара Qypca.» («рвал, кромсал свое живое сердце»), страдал за душу человеческую.

Г.Федоров и Ю.Яковлев в своих выступлениях по радио, телепередачах часто так или иначе затрагивают творчество Ю.Скворцова. В 1999г. Г.Федоров в стенах ЧТУ организовал скворцовские чтения, на которых участвовали и профессора, и аспиранты, и студенты, где анализировались разные аспекты творчества писателя. Пока такие чтения еще не вошли в традицию, но в перспективе этот вопрос должен решиться. Все эти мероприятия помогают многим и многим слушателям, читателям, неравнодушным к Слову, приблизиться к пониманию творчества большого Мастера.

Автор данной диссертации ставит цель проанализировать основные особенности художественной прозы писателя, своеобразие которой определяет категория национального. В соответствии с данной целью ставятся следующие задачи:

1) изучить мировоззренческие и эстетические основы прозы Ю.Скворцова, особенности творческой индивидуальности с одной стороны, проявившиеся в произведениях, с другой - определившие особенности этих произведений;

2) выявить наиболее характерные особенности поэтики произведений художника. При анализе данных особенностей предполагается остановиться и на некоторых особенностях стиля, которые наиболее тесно связаны с особенностями поэтики писателя;

3) проанализировать одно из произведений Ю.Скворцова (повесть «Священный огонь»), в котором, по нашему мнению, в наибольшей степени сконцентрировалось своеобразие «чувашского мира».

Поставленные диссертантом цель и задачи определяют структуру работы. Первая глава посвящена анализу «философии жизни» Ю.Скворцова, выявлению основных особенностей творческой индивидуальности писателя. Особенности поэтики произведений и некоторые характерные моменты стиля рассматриваются во второй главе. Третья глава содержит анализ одного произведения писателя.

Объектом исследования, как уже было заявлено выше, является художественная проза Скворцова. Предметом исследования -мировоззренческие и эстетические основы прозы писателя, наиболее характерные особенности поэтики, стиля прозаических произведений, анализ конкретного произведения.

Научная новизна работы заключается в следующих моментах:

- Диссертация анализирует прозу Скворцова целостно, и с точки зрения содержания, и с точки зрения формы. Автор исследования пытается осмысливать прозу художника через призму национального мироощущения. В свою очередь, в исследуемом объекте диссертантом выявляются и анализируется те моменты, которые приближают нас к пониманию особенностей национального менталитета, национального характера;

- Работа выполнена с использованием опыта ряда других наук: философии, психологии, этнопсихологии, этнопедагогики, истории;

- Исследование впервые вводит в научный обиход большое количество архивных материалов, материалов из личного архива писателя. В построении концепции творческой индивидуальности писателя немаловажную роль сыграли воспоминания современников и близких людей.

- Впервые предлагается научный анализ одного из самых ярких произведений писателя - повести «Священный огонь».

Теоретико-методологическая база исследования создавалась с учетом научных концепций, отраженных в трудах В.В.Виноградова, М.М.Бахтина, Д.С.Лихачева, Ю.М.Лотмана, Ю.В.Манна, М.Б.Храпченко, А.Ф.Лосева, Л.Гинзбург; зарубежных ученых - К.Г.Юнга, Ж.П.Сартра, М.Хайдеггера, А.Камю, Г.Гадамера, К.Ясперса.

В своем исследовании мы также опирались на труды чувашских ученых, внесших значительный вклад в исследование национальной литературы. Это работы Ю.Артемьева, В.Родионова, Г.Федорова, Г. Хлебникова, А.Хузангая, Ю.Яковлева.

Основным методом исследования в диссертации выбрано системное осмысление, предполагающее изучение творчества писателя как целостной системы, в которой категории структуры и семантики тесно взаимосвязаны между собой. Этот метод позволяет выявить многообразие связей и отношений, имеющих место как внутри исследуемого объекта, так и в его взаимоотношениях с другими объектами; сочетать определение и рассматривание теоретических аспектов проблемы с конкретным анализом. При анализе творческой индивидуальности писателя были использованы основные идеи метода экзистенциального анализа особенностей творческой личности Ж.П. Сартра. В своей диссертации мы также считаем возможным использовать научные достижения тех областей знания, с которыми пересекается литературоведение: философии, психологии, истории.

Теоретическая и практическая значимость работы. Результаты данного исследования могут использоваться при создании теоретической основы для новых исследований. Материалы диссертации также могут быть использованы при изучении истории чувашской литературы, создании истории национальной словесности; при чтении лекций по творчеству Ю. Скворцова, спецкурсов, при разработке спецсеминаров для студентов; при написании учебников и методических рекомендаций по чувашской литературе для вузов и общеобразовательных школ; при написании студентами курсовых и дипломных работ.

Апробация диссертации. Результаты исследования отражены в 6 публикациях. Некоторые положения диссертации обсуждались на скворцовских чтениях в ЧГУ (1999), на научной конференции преподавателей и аспирантов кафедры чувашской литературы этого же вуза (2000), на расширенном заседании этой же кафедры (2001).

Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и библиографии.

Заключение диссертации по теме "Литература народов Российской Федерации (с указанием конкретной литературы или группы литератур)", Никифорова, Вера Витальевна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Большинство произведений Ю.И.Скворцова вошло в золотой фонд чувашской литературы. Вначале творческого пути, в период увлечения поэзией, Скворцов записал в своем дневнике (1954г.): « Я не стремлюсь быть поэтом. Я пишу потому, что не могу себя удержать, только потому, что не могу себя удержать не писать!. Моя цель, моя профессия - познать человеческое сердце, душу. Его волнения, муки перевести на слова»* [34, 163]. Цель, которую он поставил себе в молодые годы, стала основной для него в течении всей недолгой жизни. Свое творчество писатель в основном посвятил постижению жизни души отдельного человека.

Мировосприятие Скворцова как истинного Художника было интуитивным. Но наряду с этой мистической способностью знания, он равно ценил и интеллектуальную форму познания жизни. Писатель пытался рационально объяснить себе и другим то, что он почувствовал и постиг интуитивно.

В творчестве многих талантливых художников существует не одна, раз и навсегда установившаяся форма письма, а несколько. Прозу Ю. Скворцова тоже трудно отнести к какому-то одному типу, или сказать, что в ней преобладает какой-то тип.

Обратимся к существующим точкам зрения. Используя метод «доказательства от противного», определим, чем не является проза писателя.

Г.Я.Хлебников в книге «Современная чувашская литература» еще в 1971 г. оценил мастерство психологического анализа прозаика, не определяя его прозу как психологическую. Г.И.Федоров, который многогранно исследовал творчество писателя, в ранних статьях называет прозу писателя психологической, в более поздних работах он осмысливает ее как философскую. Подстрочный перевод наш - В.Н.

Действительно, в произведениях Скворцова зримо присутствует психологизм как одна из форм письма. Но он не является доминирующим признаком, чтобы назвать всю прозу писателя психологической. Точно также в его произведениях мы находим глубину философской мысли, но эти размышления для Скворцова не были самоцелью, они нужны были не ради абстрактной идеи, а для того, чтобы понять героя, прежде всего. Произведение можно определить как философское, когда в нем изначально задается идея ((или несколько идей), названием, совокупностью эпиграфов). Эта идея и становится объектом исследования. Классическое философское произведение -роман Вольтера «Кандид». Произведение, находящееся в рамках философской прозы, отличается несколькими основными признаками:

- в нем всегда господствует условность;

- оно рождает разнообразные ассоциации, рассчитанные на эрудицию читателя;

- использует миф (в широком смысле);

- использует гротеск.

Такими признаками обладает только одно произведение Скворцова - а именно, рассказ «Утка-шилохвостка». Его, действительно, можно определить, как философский. Что касается вообще творчества, тут сложнее.

Продолжим, философская проза содержит какую-либо программу, в большей степени рациональную, большую степень абстрагированное™ ( Ж.П.Сартр, А.Камю, Ф.Кафка, Г.Гессе, Т.Манн, В.Соловьев.). Она создает определенную жизненную теорию. Разумеется, Скворцов тоже размышляет об абстрактных понятиях (к примеру, о красоте, любви), анализирует объекты и явления действительности. Но все у него связано с практикой, со взаимоотношении в обществе, с переживаниями отдельного человека, а не возвышается до уровня идей и не реализуется как таковые.

Проза Скворцова наталкивает на читателя на размышления, на философское раздумье. Но философию сами герои Скворцова переживают, а не декларируют, философские размышления в художественной системе Ю.Скворцова, повторимся, это практическая философия, «философия жизни». В простом, на первый взгляд, сюжете, у Скворцова содержится глубокая мысль. Выражается она и средствами притч, аллегорий, картин сна, иносказания, символических деталей, архетипических образов. Но из творчества художника нельзя выстроить целостную философскую систему с определенным категориальным аппаратом. Разумеется, это никак не должно восприниматься как недостаток. Мы здесь попытались доказать, что определение прозы Ю.Скворцова как философской (в классическом ее понимании) было бы неточным, или даже, несколько натянутым. Такой вывод доказывается и типом героя, его своеобразием в скворцовском мире. Писатель исследует прежде всего внутренний мир человека, его чувства, переживания - жизнь души, и только потом - его интеллектуальную жизнь. Философская проза, как известно, связана в первую очередь с интеллектуальным в человеческой личности. Таким образом, анализ показывает, что нельзя определять прозу писателя только как психологическую, или только как философскую. Правильнее, видимо, говорить о некоей синтетической форме письма Скворцова - данная проблема требует провести отдельное исследование. Она не имеет аналогов в чувашской литературе. Эта форма объединяет в себе одновременно некоторые особенности и психологической, и философской прозы.

Прозаик, пожалуй, первым в чувашской литературе представил читателю обнаженную, беззащитную человеческую душу и убедил его, что к ней нужно относиться осторожно и бережно; также нужно относится и к тем, кто живет рядом. Скворцов провозглашает гуманизм не только по отношению к человеку, он призывает и доказывает, что также бережно нужно относиться ко всему живому, что нас окружает.

Художественный метод Скворцова многогранен. Основу его составляет объективное, реалистическое постижение закономерностей жизни, психологический и философский анализ явлений, сопереживание человеческой трагедии и эпичность в художественном освоении действительности. Вместе с тем, в некоторых произведениях важную роль играет романтическая типизация действительности, романтическое настроение, выдвигающие на первый план особого героя («Славик», «Священный огонь»). Здесь следует отметить, что некоторые его произведения в жанровом отношении определенные самим автором как рассказ, не вмещаются в границы данного жанра («Певец Вася», «Славик», «Черноглазая Ина», «Метри Курак», «Когда цветет вода»). Они занимают промежуточное положение между рассказом и повестью.

Ю.Скворцов вошел в литературу в середине 50-х-начале 60-х годов. 60-е годы - время, отмеченное глубинным процессом переосмысления представлений о человеческой индивидуальности, возрождения интереса к народу, его истории. Разоблачение культа личности, возвращение репрессированных, последствия «перегибов», чуть не погубивших крестьянство, - были сильнейшими потрясениями для честных людей и привели их к глубокому душевному кризису. Переоценке подвергались нравственные ценности, господствовавшие в годы сталинского правления. А после ХХ-го съезда стало ясно, что писать по старому нельзя, нужно искать новые пути, чтобы познать и художественно освоить душу отдельного человека. В 60-е же произошло большое художественное открытие: реальность, которая долгое время считалась однозначной, оказалась очень разнообразной. Обнаружилось, что литература, как и сама жизнь, полна противоречий. Появились новые темы. Писатели старались связать прошлую историю с настоящей. В русскую литературу в 60-е годы вступили В.Астафьев, В.Распутин, В.Шукшин, В.Белов, Ч.Айтматов, Ф.Абрамов, Гр. Матевосян, Р.Рождественский, А.Вознесенский, Б.Ахмадуллина, А.Вампилов.

Примерно такие же процессы происходили и в чувашской литературе. «Бесконфликтность», характерная для литературы до середины 50-х годов, начинает преодолеваться. Появляются новые эстетические потребности в обществе и условия для их реализации. Активизируется деятельность Союза писателей (председатель -А.Талвир). Принимаются меры к укреплению связей писателей с передним краем производства. Писатели едут на заводы, в командировки на целину, в Сибирь. Налаживаются контакты с литературами братских народов СССР и некоторых социалистических стран. Выходят сборники стихов молодых поэтов «Подснежники» (Там появляются и стихи Ю.Скворцова). Возникла библиотечка журнала «Ялав». Писатели начинают резче критиковать отрицательные явления, противоречия современной жизни. Нередко это выливалось в одностороннее увлечение «обличительством». Общественно-политическая ситуация времени отражалась в идеологических наслоениях в литературе.

Именно в 60-е годы ярко проявляется талант следующих молодых художников: Н.Терентьева - в драматургии, Г.Айги, А.Воробьева, А.Канаша -в поэзии, Ю.Скворцова, А.Емельянова - в прозе.

На 50-70-е годы приходится расцвет прозы в чувашской литературе. На первый план выдвигаются проблемы нравственности, морали. Существенный вклад в разработку проблем современности внесли повести «Саламби» А. Артемьева и «На перепутье» В.Алагера, повесть В.Алендея «Стрижи летают по-над полем», «Солнечный дождь» А.Эсхеля, роман «Разлив Цивиля» А.Емельянова, творчество Ф.Уяра, Н.Мартынова, В.Игнатьева, Ю.Скворцова, драмы Н.Терентьева «Что же такое счастье.», «Летать начинают с земли», «На восходе солнца».

Проза Скворцова по праву заняла одно из значительных мест в истории чувашской литературы. Уже в 60-е годы его причисляют к большим мастерам. Однако ему сильно доставалось от критики. Произведения писателя не соответствовали прежде всего идеологическим требованиям эпохи. Талант его был особого рода. Скворцов до конца оставался верен себе и правде жизни.

Писатель как большой мастер внес огромный вклад в развитие чувашской художественной словесности. В одном из интервью Е.Лисина высказала такую мысль, что если и нужно учиться писать у кого-то, то нужно учиться у Скворцова. Произведения прозаика помогают читателю стать чище и сильнее.

В творчестве художника выразился «чувашский мир». Его проза вбирает в себя опыт устного народного творчества. Он создал ряд ярких характеров, которые помогают нам приблизиться к пониманию чувашского национального характера, чувашской национальной идеи (Угахви, Сухви, Метри Курак, Аленцев, Гурий, Аделина.), исконных национально- культурных особенностей («Священный огонь»).

Писатель обогатил чувашскую литературу новыми формами художественного освоения действительности. Он сумел раскрыть внутренний мир своих героев с их точки зрения (с точки зрения ребенка, подростка, утки, немого юноши.). Особая форма повествования, организуемая чаще повествователем, также помогла ему полнее показать внутренний мир героев. В это повествование органично вплетены монолог, исповедь, сны, притчи, предания. В прозе Скворцова образы Женщины, Мужчины, Леса, Воды, Ветра осмысливаются на уровне архетипических. Пространственная организация произведений Скворцова включает в себя определенное количество объектов: ( деревня (село), поле, лес, луг, вода). У каждого героя есть свое место, пространство, куда его тянет душа. Важное сюжетообразующее значение имеют у Скворцова хронотопы (дороги, пути), природных объектов (леса, воды, луга). Пейзаж Скворцова неповторим и узнаваем. Пейзажные зарисовки художника в целом основываются на сравнениях. Для них характерно большое количество света, светлых тонов и красок. Первичная модель природ ы в структуре художественного стиля прозаика вырисовывается в простых, гармоничных, уравновешенных, спокойных, чаще - светлых и нейтральных тонах. Скворцов расширяет возможности художественной детали, которые очень часто у него имеют символическое значение. В стиле писателя увеличивается также роль таких микропоэтических элементов, как звукопись и одоризм, выполняющих различные функции.

170

Проведенное нами исследование, естественно, не претендует на окончательное решение всех вопросов. В своей диссертации, в соответствии с поставленной целью и задачами, мы попытались проанализировать только наиболее характерные особенности прозы большого Художника. Предполагается, что в дальнейшем исследования будут продолжены уже в более конкретных направлениях, в том числе и другими исследователями.

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Никифорова, Вера Витальевна, 2002 год

1. Береза Угахви. Перевод Б.Чиндыкова //Лик Чувашии. — 1994. — № 2. С.3-30.

2. Валтари рак (Рак на удочке). Шупашкар: Чав.кён изд-ви, 1977.- 29 с.

3. Гипотеза (Гипотеза). Шупашкар: 1962, «Ялав библиотеки». - 11 №. - 34 с.

4. Кёрхи кунсем (Осенние дни) // Коммунизм ялавё. — 1982. — Янв.12 мёшё.

5. Киле таврансан (Возвратившись домой) // Таван Атал. — 1984. 2 №. - 49-59 е.; 3 №. - 46-59 с.

6. Курак Мётри (Метри Курак) // Таван Атал. 1973. - 1 №. - 38-46 с.

7. Маюк (Майя) // Таван Атал. 1972. - 7 №. - 33-38 с.

8. Мишша пиччесем (Дядя Миша) // Ялав. — 1969. — 3 №. — 24-25 с.

9. Пахча (Огород) // Ялав. 1972. - 9 №. - 18-19 с.

10. Салтак килёнче (В доме солдата) //Ялав. 1966. - 9 №. — 18-21 с.

11. Сара кунсем (Яркие дни). — Шупашкар: Чав. кён. изд-ви, 1970.- 120 с.

12. Сурам хёрё (Девушка с Сормы). — Шупашкар: Чав. кён. изд-ви, 1959. 100 с.18. £ын ашши (Тепло людское). Шупашкар: Чав. кён. изд-ви, 1969. - 200 с.

13. Талпас Bagga (Бестолковый Вася) // Ялав. 1960. - 9 №. — 25-27 е.; - 10 №. - 24-25 е.; - 11 №. - 6-7 с.

14. Уках хуранё (Береза Агафии). — Шупашкар: Чав. кён. изд-ви,1963.- 144 с.

15. Уках хуранё (Береза Угаха). Шупашкар: Чав. кён. изд-ви, 1993. -511с.

16. Хёвеле хирёд (Навстречу солнцу). Шупашкар: Чав. кён. изд-ви,1964. 156 с.

17. Хёрлё макань (Красный мак). — Шупашкар: Чав. кён. изд-ви, 1962. 172 с.

18. Юратсан (Если любишь.) //Ялав. 1956. - 2 №. - 7-10 с.

19. Юрату хёлхемё (Искра любви) //Ялав. 1982. - 10 №. - 18-26 с.

20. Ятсар юрад (Безымянный певец) // £амрак коммунист. — 1957. -89 №.

21. Чаваш халйх самахлахё. Шупашкар: Чав. кён. изд-ви, 1978. - 3 т. Юрасем. - 508 с.

22. Чаваш халах самахлахё. Шупашкар: Чав. кён. изд-ви, 1984. - 5 т. Вак жанреем. - 352 с.

23. Чаваш халах самахлахё. Шупашкар: Чав. кён. изд-ви, 1987. - 6 т. (2 пайё). Мифсемпе халапсем. - 448 с.

24. Чаваш юмахёсем. Шупашкар: Чав. кён. изд-ви, 1982. - 144 с.

25. Фонд Юрия Скворцова в Научном архиве Чувашского государственного института гуманитарных наук, другие архивные материалы

26. Отд. V, ед.хр. 894, инв. № 5280. Рукописи, черновики, варианты стихотворений и поэм.

27. Отд.У, ед.хр.895, инв. №№ 5281-5284. Черновики рассказов, наброски повести, авторский перевод повести «Девушка с Сормы».

28. Отд.У, ед.хр. 896, инв. №№ 5285, 5286. Очерк о Разумове В.П. (участнике штурма Зимнего Дворца).

29. Отд.У, ед.хр. 897, инв. № 5284. Дневниковые записи Юрия Скворцова с 1952 по 1956 г.

30. Отд.У, ед.хр. 898, инв. № 5285. Рукопись, подготовленная по дневниковым записям, предназначенная для издания.

31. Отд.У, ед.хр. 899, инв. №№ 5286-5288. Черновые рукописи рассказов.

32. Отд.У, ед.хр. 900, инв. №№ 5289-5320. Рецензии на произведения Ю. Скворцова. Отзывы, рецензии, доклады самого Ю. Скворцова.

33. Отд.У, ед.хр. 901, инв. №№ 5321-5326. Материалы к биографии.

34. Отд.У, ед.хр. 902, инв. №№ 5327-5350. Письма Скворцову.

35. Отд.У, ед.хр. 903, инв. № 5351. Записные тетради, блокноты (1956-1976 г.г.).

36. Отд.У, ед.хр. 904, инв. № 5352. Тетради с записями слов, оборотов, выражений из разговорной речи.

37. Отд.У, ед.хр. 905, инв. № 5353. Записные книжки, блокноты (1956-1976 г.г.).

38. Отд.У, ед.хр. 906, инв. №№ 5354-5359. Стихи, переводы.

39. Отд.У, ед.хр. 1205, инв. № 7116. Стихи 50-х годов.

40. Отд.У, ед.хр. 2047, инв. № 10777. Рецензия на стихи Ю. Скворцова.

41. Отд.III, ед.хр. 504, инв. №№ 4652-4657. Фольклорные материалы, собранные Ю. Скворцовым.

42. Отд. II ед.хр. 191, инв. № 462. Исследования об инородцах Казанской губернии. Заметки о чувашах. Сочинение В.А. Сбоева. Казань:

43. Типография университета. Издание книгопродавца Дубровина, 1856 г. -223 с.

44. Статьи, рецензии, отзывы о прозе Ю. Скворцова

45. Агивер X. Чунпа, черепе (Ю.Скворцов дуралнаранпа 50 дул дитнё теле) // Илем тёкёрё: эссе, тёрленчёксем, радиотелехайлавсем, рецензисем, тёпчев. Шупашкар, 1991. — 33-35 с.

46. Алешей В. Проза дунатла пултар // Таван Атал. -1967. 3 №. - 78-84 с.

47. Алентей В. Пурнадпа, халахпа куллен кун дывахрах пулар // Ялав. -1966.-3 №.-29-31 с.

48. Артемьев Ю. Йыхарсан индете кёрен парас // Ытарайми пурнад тёсёсем: статьясемпе терленчёксем. Шупашкар, 1988. - 69-75 с.

49. Григорьев И. Пурнад чанлйхне пассан // Коммунизм ялавё. — 1967. Апрель 27-мёшё.

50. Егоров В. Анла дулпа ансар сукмаксем // Ялав. 1975. - 2№. - 28 с.

51. Иванов Ип. Хамар хушари дынсем // Коммунизм Ялавё. 1982. -Июль 4 - мёшё.

52. Маяксем JI. Лайах юлташ // Коммунизм ялавё. 1976. - Мартан 2-мёшё.

53. Петров Ю. Сурам хёрё // Таван Атал. 1959. - 3 №. - 98,99 с.

54. Терентьев Л. Ансар сукмакпа // Коммунизм ялавё. — 1959. — Июнь 13-мёшё.

55. Удам В. Чи кирли чанлах // Коммунизм Ялавё. — 1965. - Февраль мёшё.

56. Уяр X. Пёр анкета динчен самах хускатна май (Ю.Скворцов произведениёсем динчен) //Ялав. 1991. - 11 №. -28-29с.

57. Федоров Г.И. Разрешение парадокса, или Размышления по поводу: (о творчестве Ю.Скворцова) // Лик Чувашии. 1994. - № 2. - С. 150-154.

58. Федоров Г.И. Юрий Скворцовйн илемлё тёнчи (Хашпёр ыйтусем) //

59. Ю.Скворцов: Сборник статей. Чебоксары: НИИЯЛИЭ, 1992. - С. 3-29.

60. Чепунов Р. Ю. Скворцов поведении пурнад чанлахё // Ялав. 1962. -5 №. - 26-29 с.

61. Эсхель А. Проза усёмё // Ялав. 1962. - 7 №. - 28-31 с.

62. Юрьев М. Васкани чыс тумасть // Таван Атал. 1964. - 2 №. - 89-93 с.

63. Юрьев М. Хозиловсемсемпе аленецевсем чанах пур-ши? // Коммунизм ялавё. 1969. - Сент 13. - С.З.

64. Яковлев Ю. Варттанлах юради// Танташ. 1992. — Дек. 16- мёшё.

65. Яковлев Ю.В. Савапла пултару // Хыпар. — 1992. Карлач 11 — мёшё.

66. Яковлев Ю. Скворцов мистик // Ю.Скворцов. Сборник статей. Чебоксары: НИИЯЛИЭ, 1992. - С. 30-48.

67. Яковлев Ю.В. £аланад туте тесен // Хыпар. — 1997. Карлач 14-мёшё.

68. Теоретическая и методологическая литература

69. Артемьев Ю.М. Йыхарар пёр-пёрне нимене // Хыпар. 1997. - Ака уйахён 24-мёшё. - 7 с.

70. Артемьев Ю.М. Кашни чаваш хай патша // Хыпар. - 1992. - Карлач 6-мёшё, карлач 9-мёшё.

71. Артемьев Ю.М. Методологические маргиналии // Известия НАНИ ЧР. -1996.-№5.-11-24 с.

72. Ашмарин НА. Введение в курс чувашской народной словесности // Исследования по чувашскому фольклору. Сб.статей: Чебоксары: ЧНИИ, 1984. - С.3-49.

73. Ашмарин Н.И. Очерк народной поэзии у чуваш // Этнографическое обозрение. М., 1892. - № 2-3. - С. 42-65.

74. Бахтин М.М. К методологии литературоведения // Контекст 74. - М.: Наука, 1975.- 360 с.

75. Бахтин М.М. Проблема автора // Вопросы философии. 1977. - № 7. - С.148.161.

76. Бахтин М.М. Формы времени и хронотопа в романе // Вопросы литературы и эстетики. Исследования разных лет. М.: Худ. лит., 1975. - С. 234-408.

77. Белинский В.Г. Собрание сочинений в 9 томах. М., 1976.-Т.1.-736 с.

78. Бердяев Н. Судьба России. М.: Сов. пис. ,1990. - 346 с.

79. Большакова А.Ю. Теории автора в современном литературоведении // Известия РАН. 1998. - Том 57. - № 5. - С. 15 - 24.

80. Борев Ю. Эстетика. 4-е изд., доп. - М.: Политиздат, 1988. - 496 с.

81. Бражников И.Л. Мифопоэтический аспект литературного произведения. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. -М., 1997.- 186 с.

82. Виноградов В.В. Избранные труды. О языке художественной прозы. М.: Наука, 1980.-360 с.

83. Виноградов В.В. О теории художественной речи. М.: Высш.шк., 1971. -240 с.

84. Виноградов В.В. Проблемы русской стилистики. М.: Высш.шк., 1981. -320 с.

85. Виноградов В.В. Стилистика, теория поэтической речи, поэтика. М.: Изд-во Акад. Наук СССР, 1963. - 256 с.

86. Волков Г.Н. Этнопедагогика чувашей. М.: Пресс-сервис, 1997. - 441 с.

87. Гадамер Г. Г. Актуальность прекрасного / Пер. с нем. М.: Иск-во, 1991. -367 с.

88. Гадамер Г. Г. Истина и метод: Основы философской герменевтики: Пер. с нем. -М.: Прогресс, 1988. - 704 с.

89. Галанов Б.Е. Живопись словом. Портрет. Пейзаж. Вещь. М.: Сов. пис.,1974. -344 с.

90. Гачев Г.Д. Национальный космо-психо-логос // Вопросы философии. -1994. -№ 12.-С. 59-79.

91. Гачев Г.Д. Национальные образы мира: Общие вопросы. Русский. Болгарский. Грузинский. Армянский. М.: Сов. пис., 1988. - 445 с.

92. Гачев Г. Д. Образ в русской художественной культуре. М.: Искусство, 1981. -246 с.

93. Гей Н.К. Художественный образ как категория поэтики // Контекст 82. -М.: Наука, 1983. - С. 68-99.

94. Гинзбург Л.Я. О литературном герое. Л.: Сов. пис., 1979. - 224 с.

95. Гинзбург Л.Я. О психологической прозе. Л.: Худ. лит., 1976. 448 с.

96. Гинзбург Л.Я. О старом и новом. Л.: Сов. пис., 1982. - 424 с.

97. Гиршман М.М. Ритм художественной прозы. М.: Сов. пис., 1982. - 368с.

98. Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли/ Свод №3 Международный альманах/ Сост. Н.В.Гумилева, М.: Танаис ДИДИК, 1994. 544 с. с илл.

99. Гумилев Л.Н. Этносфера: История людей и история природы. М.: Экспрос, 1993. - 544 с.

100. Джеймс У. Многообразие религиозного опыта. Пер.с англ. М.: Наука, 1993.-432 с.

101. Димитриев В.Д. История Чувашии XVIII в. (до крестьянской войны 187375 г.г). Ч.: Чув.гос. кн. изд-во. - 1959. - 532 с.

102. Добин Е.С. Сюжеты и действительность. Искусство детали. Л.: Сов. пис., 1981. -432 с.

103. Долгов К.М. От Киркегора до Камю: Очерки европейской философско-эстетической мысли XX в. -М.: Искусство, 1990. 399 с.

104. Есин А.Б. Психологизм // Русская словесность,- 1996. №1. - С. 73-81.

105. Есин А.Б. Стиль литературного произведения // Русская словесность. -1997,-№4.-С. 86-93.

106. Заманская В.В. Русская литература 1-й трети ХХ-го века: проблема экзистенциального сознания. Магнитогорск, 1996. - 196 с.

107. Иванова А.А. Царь-Огонь // Русская словесность. 1997. - № 4. - С. 2-7.

108. Имя. Характер. Судьба. Сборник. М.: Яуза, Омега, 1995. - 384 с.

109. История национальных литератур. Перечитывая и переосмысливая. Выпуск II. М.: Наследие, 1996. - 288 с.

110. Камю А. Бунтующий человек. Пер.с фр,- М., 1990. 414 с.

111. Камю А. Творчество и свобода. Сборник. Пер. с франц./ Составление и предисловие К. Долгова. М.: Радуга, 1990. - 608 с.

112. Канюков В .Я., Одюков И.И. Классикалла чаваш литературинчи халахлахпа фольклор дыханавёсем. 1-мёш пайё. Фольклорта халахан санарла шухашлавё йеркеленни. Шупашкар: ЧПУ, 1973. -96 с.

113. Катаев В.Б. Литературные связи Чехова, М.: МГУ, 1989,- 261 с.

114. Константинова Е. Категория «автор» и проблемы целостного анализа в современном литературоведении. Методич. рекомендации. Куйбышев, 1983.-52 с.

115. Корман Б.О. Практикум по изучению художественного произведения. Учеб. пособие. Ижевск, 1977. - 72 с.

116. Культура Чувашского края. 4.1: Учеб.пособ. / Сост. М.И. Скворцов. -Чебоксары: Чув. кн. изд-во, 1994. 351 с.

117. Купреянова Е.Н. Эстетика Толстого. М.-Л.: Наука, 1966. - 324 с.

118. Курляндская Г.Б. Художественный метод Тургенева романиста,- Тула: Приокское кн. из-во, 1972. - 244 с.

119. Лихачев Д.С. Заметки о русском. М.: Сов. Россия, 1984. - 64 с.

120. Лихачев Д.С. Нельзя уйти от самих себя. Историческое самосознание и культура России // Новый мир. 1994. - № 6. - С. 113-121.

121. Лосев А.Ф. Проблема художественного стиля. Киев.: «Collegium», Киевская академия Евробизнеса, 1994. - 286 с.

122. Лосев А.Ф. Философия имени // Из ранних произведений. М.: Правда, 1990.-С. 11-187.

123. Лосский Н.О. Учение о перевоплощении; Интуитивизм. М.: Издат.группа «Прогресс», VIA. - 1992. -208 с.

124. Лотман Ю.М. Структура художественного текста. М.: Искусство, 1970. -384 с.

125. Магазаник Л.Э. Опыт анализа произведения в литературном и общекультурном контексте. «Приключения Гекльберри Финна» //

126. Методология анализа литературного произведения. М.: Наука, 1988. -С.133-159.

127. Магницкий В. К. Материалы к объяснению старой чувашской веры. Казань: Типография императорского Университета, 1881. -270.

128. Магницкий В.К. Очерк юридического быта чуваш Ядринского, Козмодемьянского и Чебоксарского уездов // Казанские губернские ведомости. 1868. -№87. -С.585.

129. Майкова А.Н. Архетипы и архетипические образы (на примере сказки о Царевне-лягушке и мифе о Гильгамаше) //Филологические науки. 1999. - № 4. - С.20-30.

130. Маймин Е.А. Опыты литературного анализа. М.: Просвещение, 1972. -207 с.

131. Малиновкий Б. Магия, наука и религия. Пер. с англ. М.: «Рефл-бук», 1998.-304 с.

132. Манн Ю.В. Автор и повествование // Известия АН СССР. Сер.лит-ры и яз. Том 50. - № 1. - 1991. - С. 3-20.

133. Манн Ю. Диалектика художественного образа. М.: Сов. пис., 1987. -320с.

134. Манн Ю.В. Поэтика Гоголя. 2-е изд., доп. - М.: Худ.лит., 1988. - 413 с.

135. Мелетинский Е. О литературных архетипах. М.: Рос.гос.гуманитарный университет, 1994. Вып.4. Чтения по истории и теории культуры. - 136 с.

136. Никольский Н.В. Краткий курс по этнографии чуваш. Вып.1. Чебоксары: Чув.гос. изд-во, 1929. -226 с.

137. Никольский Н.В. О пословицах чувашского народа. Чебоксары: НИИЯЛИЭ, 1958.-24 с.

138. Ницше Ф. Избранные произведения в 2-х томах. Итальян.-сов. изд-во «Сирин», 1991. -Т.1.-520 с.

139. Поспелов Г.Н. Вопросы методологии и поэтики. М.: МГУ, 1983. - 336 с.

140. Прокопьев К. Брак у чуваш. Казань. Типолитография императорского Университета, 1903. 64 с.

141. Реале Д., Антиеери Д. Западная философия от истоков до наших дней. Т.4. От романтизма до наших дней. СПб, 1997. - 880 с.

142. Родионов В.Г. К вопросу о национальном самосознании чувашей в конце XIX нач. XX в.в. // Вопросы традиционный духовной культуры чувашей: Сб.статей. - Чебоксары, 1989. - С.63-75.

143. Родионов В.Г. К проблеме исторического взаимодействия чувашского язычества и христианства // Проблемы письменности культуры: Сб. статей -Чебоксары, 1992. -С. 3-15.

144. Родионов В.Г. Чаваш интеллигенцийёпе философийё динчен // Аван-и. 1992.-23 №. - 1,2 с.

145. Сартр Ж.П. Что такое литература // Ситуации: Сборник /Антология литературно-эстетической мысли // Пер. с фр М.: Ладомир, 1998. - С. 15247.

146. Сартр Ж.П. Экзистенциализм это гуманизм // Сумерки богов. Сост. и общ. ред. А.А. Яковлева. Перевод. - М.: Политиздат, 1989. - С. 319-345.

147. Салмин А.К. Народная обрядность чувашей. Чебоксары: Чув.кн.изд-во, 1994.-339 с.

148. Салмин А.К. Семантика дома у чувашей. Чебоксары: ЧГИГН, 1998. - 64 с.

149. Сент-Бёв Ш.-О. Литературные портреты. Критические очерки. М.: Худ. лит., 1970. - 584 с.

150. Сикорский Б.Ф. Бердяев о роли национального характера в судьбах России // Социально-политический журнал, 1993. № 9-10. - С. 101-111.

151. Синенко B.C. Имя и судьба // Филологические науки. 1995. - № 3. - С. 14-23.

152. Соловьев С.М. Изобразительные средства в творчестве Достоевского. М.:

153. Советский писатель. 1975. - 352 с.

154. Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество. М: Политиздат, 1992. -543 с.

155. Страхов И.В. Психологический анализ в литературном творчестве. В 2 ч. -Саратов, 1973. 4.1.-96 с.

156. Султанов К.К. Лабиринт сцеплений: этническое национальное -художественное // История национальных литератур. Перечитывая и переосмысливая. Вып. II -М.: Наследие, 1996. - С. 150-162.

157. Султанов К.К. Национальная идея и национальная литература // Нация. Личность. Литература. Вып. I. М.: Наследие, 1996. - С. 24-33.

158. Теория метафоры: Сб-к: Пер. с анг.,фр.,нем., исп., польск. яз. М.: Прогресс, 1990.-512 с.

159. Творогов О.В. Об исследовании стиля литературного произведения // Анализ литературного произведения. Л.: Наука, 1976. - С. 67 - 89.

160. Уфимцева Н.В. Этнические и культурные стереотипы: кросс -культурное исследование // Известия Рос. Акад. Наук. Сер. лит. и яз. Т.54. - 1995. -№ 3. - С. 55 - 63.

161. Федоров Г.И. О национальном своеобразии чувашской литературы (Некоторые аспекты) // Проблемы национального в развитии чувашского народа. Сб. статей. - Чебоксары: ЧГИГН, 1999. - С. 173-189.

162. Федоров Г.И. Психологизм в современной чувашской прозе (Некоторые вопросы) // Чувашская литература: вопросы истории и теории. Сб. статей. Чебоксары: НИИЯЛИЭ, 1992. - С. 3-37.

163. Федоров Г.И. Санарла самах шыраве. Чебоксары, 1996. - 224 с.

164. Федоров Г.И. Теория чувашской художественной речи: Метод.указания. -Чебоксары: ЧГУ, 1994. 88 с.

165. Федоров Г.И. Художественный мир чувашской прозы 1950-х 1990-х г.г.: Монография,- Ч.: ЧГИГН, 1996. - 306с.

166. Федоров Г.И. Чаваш поведе 1967-1990 дулсснчс (историпе теори ыйтавесем) // Санар. Тёпчевсем. Чебоксары: ЧГИГН, 2000. -10-65 с.

167. Федоров Г.И. Чаваш поэтикин хашпёр уйрймлахёсем // Таван Атал. 1988. - № 1. - С. 57-62.

168. Франки В. Человек в поисках смысла: Сборник: Перевод с англ. и нем. -М.: Прогресс, 1990.-368 с.

169. Фукс А. Записки о чувашах и черемисах Казанской губернии. Казань. Типография ун-та. - 1840. - 330 с.

170. Хайдеггер М. Время и бытие: Ст. и выступления. Пер. с нем. М.: Республика, 1993. - 445 с.

171. Хайдеггер М. Разговор на проселочной дороге: Избр. ст. позд. периода творчества. Пер. с нем. -М.: Высш. шк., 1991. 190 с.

172. Хейзинга Й. Homo ludens. В тени завтрашнего дня: Перевод с нидерландского. М.: Изд-я гр-па «Прогресс»; «Прогресс-Академия», 1992. -464 с.

173. Хлебников Г.Я. Современная чувашская литература. Чебоксары: Чув. кн. изд-во, 1971.- 184 с.

174. Хлебников Г.Я. Художественное мастерство К.В. Иванова в поэме «Нарспи» // Классик чувашской поэзии. Чебоксары: Чув.кн.из-во, 1996. -С. 25-93.

175. Хмельницкая Т. Вглубь характера. О психологизме современной советской прозы. Л.: Советский писатель, 1988. - 256 с.

176. Храпченко М.Б. Собрание сочинений: в 4-х томах. Т.З. Творческая индивидуальность писателя и развития литературы. М.: Худ.лит., 1981. -431 с.

177. Храпченко М.Б. Художественное творчество, действительность, человек. Изд. 3-е. М.: Сов. пис., 1982. - 416 с.

178. Хузангай А. Горизонты постимперской чувашской культуры // Лик Чувашии,- 1994.-№ 1.-С.126-129.

179. Хузангай А. «Круглый стол: национальные культуры и межнациональные отношения // Вопросы литературы. 1989. - № 10. - С. 3-8.

180. Хузангай А. Национальная идея и культура в свете постсоветскогоразвития // Народная школа. 1997.-№1. - С. 5-11.

181. Хузангай А. Третье возрождение чувашского народа / Из доклада, прочитанного президентом ЧНК на V-ой международной конференции по Центральной Азии, университет Висконсин-Мэдисон, США, 15 апреля 1993 г. // Чаваш ен. № 19. - 8-15 мая. - С.4.

182. Хузангай А. Чаять воскресение Бога. Заметки о чувашском опыте духовного выживания // Лик Чувашии. 1994. - № 3. - С. 137-142.

183. Целостность литературного произведения и проблемы его анализа. Сб.статей /Отв.ред. М.М. Гиршман. Донецк: ДонГУ, 1991. - 168 с.

184. Чудаков А.П. Мир Чехова: Возникновение и утверждение. М.: Сов.писатель, 1980. - 379 с.

185. Швейцер А. Благоговение перед жизнью как основа этического миро- и жизнеутверждения // Глобальные проблемы и общечеловеческие ценности: Пер. с англ. и фр. / Сост. Л.И. Василенко и В.Е. Ермолаевой; М.: Прогресс, 1990. - С. 328-351.

186. Шкловский В.Б. О теории прозы. М.: Сов. пис., 1983. - 384 с.

187. Юмарт Г.Ф. Сбор и изучение чувашскогого фольклора // Слово. Исследования и тексты, 1993. Чебоксары: ЧГИГН, 1994. - С. 20 - 40.

188. Юнг К.Г. Аналитическая психология // История зарубежной психологии . 30-60-е г. М., 1986. - С.142-170.

189. Юнг К.Г. Душа и миф: шесть архетипов. Пер. с англ. Киев: Государственная библиотека Украины для юношества, 1996. - 384 с.

190. Юнг К.Г. Об отношении аналитической психологии к поэтико-художественному творчеству//Зарубежная эстетика и теория литературы 19-20 в.в. Трактаты, статьи, эссе. М.: МГУ. - 1987. - С. 214-232.

191. Юнг К.Г. Приближаясь к бессознательному // Глобальные проблемы и общечеловеческие ценности. М., 1990. - С. 351-437.

192. Юнг К.Г. Психология и поэтическое творчество // Судьба искусства и культуры в западноевропейской мысли XX в. М., 1979.

193. Яковлев Ю. К проблеме экзистенциального страха в чувашской литературе

194. Чувашская литература: вопросы истории и теории. Чебоксары, 1998. -С. 37 -52.

195. Яковлев Ю. Обособленный человек как тип личности, недостающий чувашской культуре // Проблемы национального в развитии чувашского народа. Сб.статей. Чебоксары: ЧГИГН, 1999. - С. 206-220.

196. Ю. Яковлев. Об оцепенении и истерии духа, или тоска по естеству чувашского // Лик Чувашии. 1994. -№5. - С. 141-146.

197. Яковлев Ю.В. О бунтующем человеке в Чувашии // Чаваш ен. 1997. -№1. - С.З.

198. Яковлев Ю.В. Прозари кёдён жанрсен философиллё суламё-сумё // Санар. Тёпчевсем. Чебоксары: ЧГИГН, 2000. - 65-116 с.

199. Ясперс К. Духовная ситуация времени // Философские науки. 1988. - № 11.-С. 84-94; № 12.-С. 102-112.1. Словари, энциклопедии

200. Ашмарин Н.И. Словарь чувашского языка. Чебоксары: «Руссика», 1994. - Т.З. Е, Ы, И, У(О).-366 с.

201. Ашмарин Н.И. Словарь чувашского языка. Чебоксары: «Руссика», 1994. -Т.5.Й-В,- С. 278-284.

202. Ашмарин Н.И. Словарь чувашского языка. Чебоксары, 2000. - Т. 11-12. С-£. - 672 с.

203. Бауэр В. Дюмотц И., Головин С. Энциклопедия символов: Пер. с нем. М.: КРОН-ПРЕСС, 1995. - 512 с.

204. Большая Советская Энциклопедия. В 30 т. М.: Сов.энциклопедия, 1977. -Т. 27. -624 с.

205. Литературный энциклопедический словарь. М.: Сов.энциклопедия, 1987. -752 с.

206. Мифы народов мира. Энциклопедия в 2-х т.т. М.: Сов. энциклопедия, 1997.-Т. 1,-А-К.-671 с.

207. Мифы народов мира. Энциклопедия в 2-х т.т. М.: Сов.энциклопедия,1911997. Т.2. - К-Я. - 719 с. с илл.

208. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80000 слов и фразеологических выражений / РАН; Рос. Фонд культуры; М.: АЗЪ, 1994.-928 с.

209. Философский словарь. Под ред. И.Т. Фролова,- М.: Политиздат, 1991. -560 с.

210. Философский энциклопедический словарь. Гл.редакция: Л.Ф. Ильичев и др. М.: Советская энциклопедия, 1983. - 840 с.

211. Философский энциклопедический словарь. 2-е изд. - М.: Советская энциклопедия, 1989. - 815 с.

212. Философский энциклопедический словарь. Редакторы-составители: Е.Ф. Губский, Г.В. Кораблева, В.А. Лутченко. М.: ИНФРА, 1997. - 567 с.

213. Фоли Д. Энциклопедия знаков и символов: Пер.с англ. М.: Вече, 1997. -512 с.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 124050