Поэтическая интонация в лирике И. А. Бродского тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 10.01.01, кандидат филологических наук Калашников, Сергей Борисович

  • Калашников, Сергей Борисович
  • кандидат филологических науккандидат филологических наук
  • 2001, Волгоград
  • Специальность ВАК РФ10.01.01
  • Количество страниц 235
Калашников, Сергей Борисович. Поэтическая интонация в лирике И. А. Бродского: дис. кандидат филологических наук: 10.01.01 - Русская литература. Волгоград. 2001. 235 с.

Оглавление диссертации кандидат филологических наук Калашников, Сергей Борисович

Введение

Глава I. Инвариант поэтического текста Бродского

§ 1. Категория Пространства

§2. Модель Времени

§ 3. Метафизика Языка

Глава II. Трансформация элегической интонации в лирике Бродского

§ 1. Проблема элегической интонации

§2. Изменения традиционной элегической модели

§3. Орфический комплекс и функция поэтической монотонии в элегиях «На смерть.»

Глава III. Одический субстрат в лирике Бродского

§ 1. Интонационные новации в буколических жанрах

§2. Функция риторической систематизации

§3. Лирика Бродского и одическая традиция XVIII в.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Русская литература», 10.01.01 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Поэтическая интонация в лирике И. А. Бродского»

Творчество И. А. Бродского (1940 - 1996), одного из крупнейших поэтов XX века, не было обделено вниманием ни при жизни поэта, ни тем более после его смерти. Внезапная кончина Бродского в январе 1996 года повлекла за собой целую волну публикаций самого широкого диапазона: от сугубо мемуарных и биографических до собственно научных. Не ослабевает она и по сию пору.

Первую серьезную попытку собрать все написанное Бродским предпринял в начале 70-х годов В. Марамзин. Исключительно неблагоприятные обстоятельства не помешали ему с академической тщательностью проделать огромную работу по разысканию, датировке и комментированию текстов и вариантов. Все найденное предъявлялось автору и проходило через существенную правку и отбор. Однако вследствие эмиграции - сначала Бродского, а затем и Марамзина - работа эта завершена не была.

Первая в России книга избранных стихотворений поэта (Осенний крик ястреба. - Л.: 1990) была приурочена к его пятидесятилетию, как и сборник «Иосиф Бродский размером подлинника» (Таллинн, 1990). Помимо поэтических текстов, а также впервые опубликованных прозаических произведений и интервью, они включали в себя ряд статей, интервью и стихотворений, написанных известными писателями, поэтами и критиками (В. Уфляндом, А. Най-маном, Я. Гординым, А. Кушнером, С. Лурье и др.), где не только исследуется литературное творчество И. Бродского, но и рассматривается личность выдающегося поэта. Еще при жизни Бродского были осуществлены, правда, без личного участия автора, публикации книги избранных стихотворений (Бродский И. Стихотворения. - Таллинн, 1991) и двухтомного собрания стихотворений, эссе и пьес «Форма времени» (Минск, 1992). В том же 1992 году культурно-просветительское общество «Пушкинский фонд» начало публикацию собрания сочинений И. Бродского в четырех томах, которое являлось наиболее полным в тот момент сводом сочинений автора. Оно включало не только произведения, публиковавшиеся в нашей стране и на Западе, но и существовавшие ранее только в рукописях. Причем поэт передал «Пушкинскому фонду» исключительное право на публикацию своих произведений в пределах бывшего СССР.

После смерти поэта количество публикаций как его оригинальных текстов, так и литературно-критических материалов о его личности, творчестве и судьбе значительно возросло. Следует отметить выход в свет второго издания «Сочинений Иосифа Бродского», в которое вошли практически все известные произведения поэта, в том числе написанные в последние три года жизни. Кроме того, в 2000 г. издательством «Пушкинский фонд» были впервые выпущены в России 6 поэтических книг Бродского («Остановка в пустыне», «Конец прекрасной эпохи», «Часть речи», «Новые стансы к Августе», «Урания» и «Пейзаж с наводнением»), составленные им при жизни и выпущенные впервые за рубежом. Наконец, в том же 2000 г. вышли в свет «Большая книга интервью» И. Бродского (составитель В. Полухина) и «Диалоги с Иосифом Бродским» С. Волкова, в которых поэт предстает не только как блестящий стихотворец и оригинальный мыслитель, но и как незаурядный собеседник. Поэтому на сегодняшний день можно говорить о том, что творчество поэта представлено на родине с наибольшей полнотой, что, собственно, и означает завершение начального этапа осмысления феномена Бродского.

Однако ошибочно полагать, что интерес к творчеству поэта несправедливо запоздал. При всей сложности отношений Бродского с советской властью, всех трудностях, связанных с публикацией собственных произведений в «возлюбленном Отечестве», наконец, эмиграции, недостатка внимания со стороны критиков и исследователей он не испытывал. Разумеется, большинство отзывов, рецензий и статей, посвященных поэзии Бродского, публиковалось в сам-издатовских и зарубежных журналах, сборниках и альманахах. С тех пор общий список работ по Бродскому превысил тысячу наименований. Поэтому, как считает один из первых серьезных отечественных исследователей и библиографов творчества поэта В. Куллэ, «полная библиография текстов Бродского, как и работ, ему посвященных, представляется делом заведомо безнадежным, едва ли не титаническим» (1).

Все эти работы могут быть разделены на несколько групп.

Первую составляют статьи биографического и мемуарного характера, куда входят как материалы знаменитого «процесса», так и многочисленные вариации на тему поэта^изгнанника, оказавшегося лауреатом Нобелевской премии. Среди них как наиболее значительные могут быть отмечены работы Я. Гордина, А. Гениса, Л. Лосева, В. Полухиной, Л. Штерн и др.

Вторую группу составляют статьи, авторы которых стремятся дать «итоговую» оценку творчества Бродского либо определить его место в литературной «табели о рангах». Сюда можно отнести и некоторые работы, в которых содержится ряд ценных наблюдений о соотнесенности поэзии Бродского с определенной традицией (Л. Баткина, С. Гандлевского, И. Ефимова, Вяч. Вс. Иванова, А. Кушнера, Дм. Радышевского, А. Ранчина, А. Расторгуева и др.), а также ряд опубликованных интервью с известными современными поэтами, в которых «феномен Бродского» рассматривается в целом (2).

Третью группу составляют работы, посвященные разным аспектам поэтики Бродского (Д. Бетеа, В. Полухиной, А. Жолковского, Л. Лосева, И. Шай-танова, С. Кузнецова, Ю. М. Лотмана, Е. Курганова, В. Куллэ и др.), в частности проблеме лирического «я» (Полухина, Куллэ), метафорического строя стихотворений поэта (Полухина, Лосев), метафизического стиля (Шайтанов), пародии и интертекстуальных заимствований (Жолковский), элегической модели (Курганов), основополагающих принципов поэтики (Лотман, Кузнецов).

Объектом нашего изучения является поэтическая интонация как ведущий фактор изменения традиционных и оригинальных жанровых форм в творчестве Бродского.

Предмет исследования - художественные особенности поэтической интонации писателя.

Материалом данного исследования служат наиболее показательные для творческой эволюции поэта так называемые «большие стихотворения», а также произведения, соотнесенные автором с элегической и одической традициями, его эссеистика, драматургия и интервью, в той или иной мере проясняющие поэтическую практику исследуемого автора.

Актуальность диссертации определяется тем, что в последнее время перед исследователями творчества Бродского встала проблема специфики и генезиса жанра так называемых «больших стихотворений». Многие из них являются синкретическими образованиями, объединяя в себе разноприродные, а порою даже взаимоисключающие художественные принципы и тенденции. Попытки выявления генезиса «больших стихотворений» осуществлены только в работе Д. Ахапкина (3), а многочисленные краткие замечания и наблюдения «рассеяны» в мемуарной и исследовательской литературе и носят при этом отнюдь не систематический характер. Между тем проблема «больших стихотворений» - одна из центральных в изучении творчества поэта. При всей разнородности и сложности произведений этой уникальной жанровой формы у Бродского, синтезирующей и преобразующей основой «негомогенного» лирического материала становится специфическая интонация поэта, которая, за исключением отдельных исследований (в частности Е. Невзглядовой), так и не стала предметом научного изучения. Между тем, поэтическая интонация занимает в эстетике Бродского одно из ведущих положений, определяя не только характер образно-тематических решений поэта, но и особенности его вне(над)жанрового мышления.

Поэтическая интонация, как и всякая стиховедческая проблема, по существу, — это проблема отношения стиха и прозы, отличия стихотворной речи от прозаической. И хотя изучение интонации, в том числе и стиховой, — задача все же лингвистическая, тем не менее стиховедение по преимуществу и подготовило пути для ее решения.

В отечественном литературоведении существуют чрезвычайно разные, а порой даже противоположные точки зрения на разграничение прозаической и стихотворной речи. Одним из первых на эту проблему обратил внимание еще А. А. Потебня (4), однако проводимое им разграничение поэзии и прозы основывается не столько на стиховедческих критериях, сколько на мировоззренческих. Рассмотрение специфики поэтического слова как определенного образа мира чрезвычайно важно, но в ином — не стиховедческом — аспекте. Для определения поэзии А. А. Потебня предлагает обратиться к ее простейшей форме, т.е. к слову с «живым представлением». Жизнь слова, показанная с внутренней стороны, все-таки не снимает проблемы разграничения стиха и прозы, а переадресует ее решение в философский план.

Несмотря на то, что в отечественной науке о стихе до работ А. А. Потеб-ни теоретическое обсуждение специфики стихотворной речи, и в частности вопроса о ритме и метре, появилось еще в трудах Тредиаковского, Ломоносова, Востокова и др., подлинный расцвет стиховедческой науки все же приходится на начало XX столетия. И связан он, бесспорно, с метрическими идеями А. Белого, В. Брюсова, а также ученых-стиховедов Б. В. Томашевского, Ю. Н. Тынянова, В. М. Жирмунского, Б. М. Эйхенбаума и др.

Большинство исследователей главное отличие стиха и прозы видит в том, что стихотворная речь — речь метризованная, отличающаяся от прозаической закономерной упорядоченностью звуковой формы (5). При таком подходе к проблеме стиха и прозы естественно возникает вопрос о верлибре, поскольку он не подчиняется метрической регламентации (6), а также вопрос о разграничении собственно стиховой речи и ритмизованной прозы (7). Некоторые из исследователей в качестве главного отличия стиха от прозы предлагают «соотно-симость» и «соизмеримость» отрезков речи (8). В отдельных работах предлагается проводить разграничение по принципу повторяемости различных элементов стиха и отсутствию законченной системы повторов в прозе (9). Наконец, существуют исследования, в которых специфика стихотворной речи определяется одновременно и через ритмико-метрические вариации, и через рифму, и через сегментацию речевого потока в стихах на соизмеримые отрезки (10). Несмотря на то, что стиховедение по праву считается одной из самых разработанных дисциплин современной филологической науки, возможно, стоит признать, вслед за Л. И. Тимофеевым, что «вряд ли можно выделить какой-нибудь один решающий языковой признак, наличие которого заставляет нас ощутить ту или иную речь как стихотворную» (11).

И тем не менее, невозможность теоретически обосновать сущность стихотворной речи не отменяет нашей устойчивой уверенности в «непохожести» стиха и прозы: поэтическую речь от прозаической мы отличаем всегда безошибочно (12). Возможно, потому, что стихотворная речь — это хотя и «странная», ни на что не похожая, но все-таки речь, точнее — особый тип речи, обладающий своими специфическими признаками, обусловленными особой коммуникативной ситуацией, в которой он только и существует. В связи с этим одним из ведущих принципов организации стихотворной речи — именно как речевой структуры — мы предлагаем считать поэтическую интонацию. Хотя поэтическая интонация рассматривается нами как явление речевое, мы обращаем на нее внимание прежде всего не как на лингвистический феномен, а как на принцип стихообразования. И поэтому нас интересует не фонетическая ее природа, а функция в поэтическом произведении. Главное отличие поэтической интонации от интонации в лингвистическом ее понимании состоит в том, что задается она не только и даже не столько языковыми средствами и логико-грамматическим членением, сколько средствами сугубо поэтическими: ритмикой, рифмой, строфической организацией и др. Любое стихотворное произведение, включая верлибр, - сложная структура, построенная на диалектическом соотношении, с одной стороны, смысла того, о чем говорится, и смысла того, как говорится, с другой. Причем смысл звучания порой приобретает важное значение, придавая стихотворению дополнительное семантическое измерение.

Читая стихи, — отмечает М. Л. Гаспаров, — мы никогда не воспринимаем только то, что сказано смыслом их слов (.) Стих — это текст, ощущаемый как речь повышенной важности (курсив наш — С. К.), рассчитанная на запоминание и повторение» (13). Эту же особенность поэтической речи отмечает Ю. И. Левин (14).

В стихотворении изначально заложена установка на его произнесение. Читая поэтическое произведение вслух или про себя, приходится учитывать элемент звучания стихотворной речи, поскольку, по мысли Б. В. Томашевского, стиховая речь является частным случаем рецитационной формы, т.е. такой формы, само звучание которой входит в художественный замысел и создает учитываемый эффект (15). Причем рецитационная форма не требует обязательного воспроизведения ее полным голосом; она именно мыслится как произносимая. Произносить стихи можно по-разному (бесспорно, индивидуальная манера у каждого своя), но это не отменяет самой заданности произношения, работы — буквально — с голоса.

В. Е. Холшевников, например, считает, что применительно к стиховой речи следует говорить о типе интонации, объективно обусловленной характером текста, а не субъективной манерой актерского или авторского исполнения или читательского восприятия: «При правильном восприятии и воспроизведении авторского замысла индивидуальные различия будут лишь вариантами некоего единого типа. Всякий читает стихи по-своему, но каждый прочтет «Пророка» Пушкина иначе, чем «Муху-Цокотуху» Чуковского» (16).

Изучением стиха как интонационно-ритмической единицы занимается также Е. В. Невзглядова, в работах которой дана не только подробная история вопроса, но и выявлена сущность поэтической монотонии, ее стихообразующая функция (17). «.Именно интонация превращает языковые знаки в речь, актуализирует их; вне интонирования нет речи» (18). Стихотворная речь, будучи тоже речью, но только специфически, в отличие от прозаической, организованной, имеет свою особую интонацию, свой внутренний мелодический строй. «Наличие особых, присущих лишь стиху, интонационных систем позволяет говорить о мелодике поэтической речи, — считает Ю. М. Лотман. — В искусстве, использующем в качестве материала язык — словесном искусстве, — отделение звука и смысла невозможно» (19).

Установка на стихотворную речь, по мнению Е. Невзглядовой, выражается голосом, и делается это при помощи особой характерной интонации, которая в регулярных размерах получила название метрической монотонии. Интонация любого стихотворения, как считает исследовательница русской поэтической речи, несет в себе момент автокоммуникации, т.е. специально никому не адресована, звучит как бы в забвении окружающей обстановки и собеседника, лишена практической коммуникативной цели. Сходным образом определяет коммуникативный статус лирического стихотворения и Ю. И. Левин: «Стихотворение, будучи сообщением (текстом), тем самым является элементом некоторого (потенциального) коммуникативного акта (оно кем-то создано и для кого-то предназначено). Поэтому оно обязательно предполагает наличие двух персонажей: имплицитного автора и имплицитного адресата. Стихотворение, далее, обычно построено как монолог, и потому — во всяком случае, при отсутствии эксплицитного адресата (ты) — его можно рассматривать и как обращенное к самому себе (т.е. имеет место автокоммуникация)» (20).

Еще в начале века в статье «О собеседнике» (1913) О. Мандельштам настаивает именно на этом качестве поэзии: «.Обращение к конкретному собеседнику обескрыливает стих, лишает его воздуха, полета (т.е. интонации неад-ресованности — С. К.). Воздух стиха есть неожиданное. Обращаясь к известному, мы можем сказать только известное. Это — властный, неколебимый психологический закон». И далее: «Поэт связан только с провиденциальным собеседником» (21).

Метрическая монотония стиха нивелирует лексико-грамматические связи и походит на музыкальную мелодию, благодаря чему создается особый, добавочный смысл речи, еще одно семантическое измерение стиха. И эта перечислительная монотония является не аккомпанементом лексико-грамматического наполнения фразы, а важнейшим структурообразующим элементом стихотворной речи. Асемантическая пауза, возникающая в конце каждой строки, и вызывает необходимость интонации неадресованности. Интонационным приемом, обозначающим асемантическую паузу, становится анжамбеман. Е. Невзглядова отмечает устный характер стиховой монотонии, обусловленный тем, что поэт работает «с голоса», что стихотворная речь, чтобы стать «живой», стремится уподобиться естественной спонтанной разговорной речи. Потому что за каждым мелодическим ходом, за каждым интонационным изгибом стоит определенное душевное состояние говорящего, его мировоззрение. Это означает, что от избранной автором интонации зависит не только набор формальных, или, как мы их предлагаем называть вслед за Ю. М. Лотманом, «вторичных» стиховых признаков, но и в целом тональность и смысловая направленность стихотворения.

При общем единодушии в том, что стиху как специфическому типу речи присуща особая интонация, разноречивые мнения существуют относительно ее функции — ведущей или второстепенной — в поэтическом произведении и связи с другими формально-содержательными элементами стиха. Разноголосица в определении и понимании поэтической интонации связана с ее подчиненным положением относительно других аспектов стихотворной речи. В зависимости от этой служебной функции интонация получала в большинстве специальных работ соответствующее терминологическое обозначение: интонационная мелодия, эмоциональный тон, мелодика, декламация и др.

Так, в работах по теории стиха Б. В. Томашевский вводит понятие единой интонационной мелодии стихотворения. В основу этого термина положено понимание стиха как ритмической единицы, речевого периода, равноценного с прозаическим колоном (22). Но в отличие от прозаической речи, развивающейся свободно, ведущим признаком стиховой речи является ее графическая форма, разбивающая поэтическое произведение на изолированные строки. То есть разграничение стиха и прозы происходит по формальному признаку, актуализируемому самим автором стихотворения. Наконец, говоря о единой интонационной мелодии, присущей стиху, Б. В.Томашевский, во-первых, не определяет ее сущность в связи с ритмической организацией поэтического текста и, во-вторых, связывает ее с речевым периодом, распространяющимся только на ряд слов, а не на строфу или, к примеру, стихотворение в целом. В. М. Жирмунский, вводя термин «стихотворный ритм», также объясняет специфику стихотворной речи через ритмику, но не связывает ее с музыкальным началом (23).

Таким образом, поэтическую интонацию нельзя объяснить, оставаясь в пределах чистой ритмики. Это становится особенно ясно также при рассмотрении универсального в русской поэзии четырехстопного ямба, дающего множество ритмико-интонационных вариаций (а не только верлибра как специфического по своей формально-смысловой организации стиха). Иначе говоря, только взаимодействием с поэтическим размером интонация не исчерпывается. Более того, есть все основания утверждать, что не ритм влияет на интонацию, но ровно наоборот — интонация определяет ритм.

Б. О. Корман предлагает при анализе лирического стихотворения использовать термин «эмоциональный тон», под которым понимаются «определяемые мировоззрением эмоциональные реакции, лирическое самосознание различных людей» (24). Вводимое ученым понятие тождественно понятию «характер», т.е. внимание обращается на «то специфическое содержание жизни личности, с которым имеет дело эпический или лирический способ изображения человека» (25). В работе Б. О. Кормана, следовательно, эмоциональный тон становится средством изображения основного субъекта речи: автора или лирического героя. За эмоциональным тоном, по мысли исследователя, всегда стоит определенной отношение к действительности, которое, однако, не связано жестко с формальной структурой стихотворения, не находит воплощения на уровне ритмической модели. В основе целостного мироотношения автора лежит самое общее лирическое чувство, которым пронизано стихотворение в частности и вся лирика в целом и которое отождествляется Б. О. Корманом с поэтической интонацией. Однако интонация, будучи средством передачи эмоционального тона, не является, по нашему мнению, самой эмоцией.

А. Квятковский определяет интонацию как смысловую мелодию, заключенную в самом строе речи. Интонация выражается определенным тембром, высотой и силой голоса. Особую роль играет интонация в стихе, благодаря чему раскрывается фонетико-мелодическое и смысловое богатство поэтического текста (26). «Интонация стиха резко отличается от интонации прозы вследствие ритмической структуры метрического стиха (.) Помимо объективной интонации стиха, обусловленной содержанием и формой поэтического текста, литературные школы и отдельные поэты вырабатывают свою интонацию» (27) — произносительную манеру. Достоинство определения А. Квятковского в том, что он, во-первых, определяет интонацию как смыслосодержащий элемент стихотворного текста, а во-вторых, разделяет субъективную произносительную манеру и объективную интонацию стиха, заложенную в форме и содержании текста.

Но еще в начале 20-х годов XX века такое понимание поэтической интонации сложилось в работе Б. М. Эйхенбаума «Мелодика русского лирического стиха». Развивая методологические вопросы, связанные с выделением мелодики стиха, исследователь идет по пути разграничения ритма и стихотворной интонации. Интонация мыслится Б. Эйхенбаумом как а) семантически значимый, а не второстепенный элемент стихотворения и б) элемент индивидуального стиля поэта. Ученый считает, что лирическое стихотворение может быть и описательным, и повествовательным, и диалогическим, но и от эпоса, и от драмы оно отличается наличием специальной «лирической» интонации. И эта лирическая интонация есть нечто «совершенно определенное и чрезвычайно важное в семантическом отношении» (28).

В связи с этим стиховед выделяет в лирике три ведущих интонационных типа: декламативный (риторический), напевный и говорной. В каждом из указанных типов построение лирической интонации имеет существенное значение, но степень этого значения различна. Декламативная интонация характерна для оды ломоносовского типа; интонация говорная развивается на фоне падающей песенной лирики и противопоставляет себя ей (поэзия Ахматовой); наконец, напевная интонация понимается как наиболее естественный, фоновый, для русской лирики тип.

Понятие поэтической интонации коррелирует в системе Б. Эйхенбаума с понятием мелодики стиха: «Под мелодикой я разумею не звучность вообще и не всякую интонацию стиха (который всегда звучит «мелодичнее» разговорной речи, потому что развивается в плане эмоциональной интонации), а лишь развернутую систему интонирования (курсив — Б. Э.), с характерными явлениями интонационной симметрии, повторности, нарастания, кадансирования и т.д.» (29). Таким образом, мелодизация стихотворной речи расценивается ученым-стиховедом как принцип лирической композиции.

Некоторые соображения Б. Эйхенбаума о роли интонации в стихотворении нашли развитие в статье 1923 г. «О камерной декламации». Здесь ученый размышляет об особой произносительной манере, возникающей при чтении стихов у самих поэтов, -— о монотонии, и приходит к двум чрезвычайно продуктивным выводам: 1) что правильный способ чтения точно указан самим стихотворением (т.е. интонация существует объективно); 2) что монотонное чтение стихов поэтами указывает на принципиальное их отношение к интонации, придающей стихотворению целостность. Эстетическое восприятие поэзии, по мысли стиховеда, связано именно с нейтрализацией при помощи монотонии душевных и интеллектуальных эмоций, обнажением самой стиховой фактуры. И фразировка стихотворения, следовательно, должна быть «в полном соответствии с его ритмико-мелодической основой» (30).

В работах Б. Эйхенбаума, как и в работах Б. В. Томашевского и В. Жирмунского, в основу интонационного движения кладется ритм, возникающий, по теории А. Белого, как одна из вариаций (разумеется, в каждом конкретном случае) той или иной метрической схемы. Неточность такого допущения состоит в том, что ритм задается чередованием ударных и безударных слогов, их соотношением в пределах каждого стиха, а интонация же определяется не только пропусками метрических ударений, но и асемантическими паузами, возникающими в стихе после каждого фонетического слова. Причем Б. Эйхенбаум отмечает особенности чтения стихов самими поэтами, связывая их именно с «голосовыми интервалами» (31), но это ценнейшее наблюдение остается в ритмико-мелодической теории ученого без внимания.

Большой вклад в изучение типов интонации русского классического стиха внес В. Е. Холшевников, который считает интонацию существенным смысловым элементом звучащей (курсив наш — С. К.) речи, в том числе и стиховой (32). Причем стиховая речь рассматривается исследователем как разновидность именно звучащей речи, т.е. им актуализируется установка стиха на говорение. Он признает за стихотворной речью большую степень интонационной организованности, структурности, а поэтому и эстетической значимости интонации в стихах, чем в прозаической речи (33).

Опираясь на работы Б. Эйхенбаума, критически переосмысливая его концепцию ритмико-мелодической основы стиха, В. Е. Холшевников предлагает следующую классификацию основных интонационных поэтических типов: напевный (в нем две основные полярные формы: песенный и романсный, между которыми — промежуточные формы) и говорной (в нем двумя полярными формами будут ораторский и разговорный, между которыми также помещается много промежуточных, переходных форм) (34).

Работа В. Е. Холшевникова обладает целым рядом продуктивных наблюдений и выводов:

- вслед за Б. В. Томашевским, определен ряд признаков произносимой речи, включенных в понятие интонации: повышение и понижение голоса (мелодия), более или менее сильные перерывы в речи (паузы), расстановка более или менее сильных фразовых ударений (динамика речи), относительное ускорение или замедление отдельных групп слов (темп);

- исследователь говорит о влиянии интонации на ритм, а не наоборот, т.е. интонация является ритмически организующим началом стихотворения;

- подробно рассмотрены типы говорной интонации — ораторский и разговорный, мотивируется на уровне приема их связь соответственно с риторикой и живой речью;

- особое внимание уделено внутристиховым паузам и переносам как средствам создания специфической интонации;

- четко обозначена взаимосвязь интонации со всеми уровнями организации поэтического произведения: ритмом, рифмой, строфикой, темой, содержанием, идейным замыслом.

Значительный вклад в изучение интонационного строя стиха внес Ю. М. Лотман. «Стих, — считает исследователь, — это единица ритмико-синтаксического и интонационного членения поэтического текста. Это казалось бы весьма тривиальное и не содержащее ничего нового определение подразумевает, что восприятие отдельного отрезка текста как стиха априорно, оно должно предшествовать выделению конкретных «признаков» стиха (.) Осознание единицы текста как стиха первично, а конкретные признаки, характеризующие стих в данной системе, — вторичны» (35). И такое первичное осознание текста как поэтического задается именно интонацией, возникающей буквально с первой строки стихотворения, когда «вторичные» признаки еще практически не реализованы, и «сопровождающей» его вплоть до последнего стиха.

Интонация, таким образом, выполняет функцию «минус-приема» (термин Ю. М. Лотмана) в поэтическом тексте, поскольку только на ее фоне остальные признаки стихотворной речи воспринимаются так явственно. Нивелируя лекси-ко-грамматическое содержание поэтического текста, она позволяет сосредоточиться на том специфическом строе речи, который задается ритмом, рифмой, строфическими периодами, позволяет поэтическому тексту достичь полной «автономии от семантики стиха» (36), т.е. ощутить стихотворную речь как особый речевой и лирический поток. Следовательно, монотонное чтение поэзии организует и подчеркивает семантику стихотворения.

Наконец, в истории изучении поэтической интонации можно отметить работы Е. В. Невзглядовой, в которых подведен своеобразный итог размышлений о сущности этого элемента стихотворной речи. Е. В. Невзглядова приходит к выводу о том, что, не завися от лексико-грамматического содержания речи, актуализируя ее принципиальную неадресованность, поэтическая интонация является не просто главным компонентом стихотворной речи, но главным конструктивным фактором, образующим стих (37).

Поэтическую интонацию, таким образом, следует понимать как один из ведущих принципов стихообразования, включающий в себя совокупность просодических средств (мелодии, паузы, динамики речи, темпа), ритма, рифмы, строфической организации, образующий дополнительное семантическое измерения стиха, в котором приобретает относительно самостоятельную значимость сама звуковая мелодия стиха. Такое понимание поэтической интонации не только существенно корректирует наше представление о стихе как объекте исследования, но и поощряет к разработке новых методик анализа поэтического текста в рамках целостного подхода. Вопрос об интонации замыкает на себе практически весь круг стиховедческих проблем, начиная от ритмической вариативности и заканчивая эволюцией жанровых форм и индивидуального стиля автора.

Основная цель диссертации обусловлена стремлением определить своеобразие поэтической интонации Бродского и - шире - характера его поэтического мышления в целом. Для достижения указанной цели решаются следующие задачи-.

- реконструировать на основе всего корпуса текстов Бродского инвариантную модель его поэтического мира «Пространство - Время - Язык»;

- определить факторы литературного генезиса жанра «большого стихотворения» в лирике поэта;

- выявить динамику элегической интонации стихотворца и функцию поэтической монотонии как ведущего фактора ее трансформации;

- сформулировать понятие интонационной модели и определить ее специфику в творчестве Бродского;

- рассмотреть зависимость поэтической интонации автора от реализации орфического комплекса на уровне существования языка как онтологического абсолюта;

- выявить характер ритмико-интонационной подосновы лирических произведений Бродского.

Методология исследования опирается на системный подход к изучению теста художественного произведения, и в частности стиха, сформулированный в трудах Ю. М. Лотмана: «Изучение стиха как структуры подразумевает создание единой методологии для рассмотрения всех сторон поэтического произведения в их единстве. На смену искусственно противопоставляемым (или разделяемым) «идейному анализу» и «анализу формы» должно прийти исследование художественной природы литературного творчества, исходящее из органической связи всех сторон изучаемого явления» (38).

Методы исследования определяются конкретными задачами, решаемыми на разных этапах анализа художественного текста. Его основу составляет структурный подход (Ю. М. Лотман), предполагающий рассмотрение произведения на всех уровнях его организации. В работе также использованы элементы герменевтического толкования текстов и принципы историко-функционального изучения литературы (С. С. Аверинцев), приемы стиховедческого (М. Л. Гаспа-ров) и семиотического (Ю. И. Левин, Б. А. Успенский) анализа, а также элементы интертекстуального подхода (А. Жолковский).

Научная новизна диссертации связана с обращением, с одной стороны, к все еще недостаточно изученному творчеству И. Бродского, а с другой - с подходом к поэтической интонации как важнейшему структурообразующему принципу стихотворного произведения. Очевидно, что изучение отдельных элементов организации поэтического текста (метра, ритма, рифмы, строфы) не позволяет оценить всей степени его эстетического воздействия, которое осуществляется на уровне интонации, т.е. всего комплекса средств, обеспечивающего глубинную зависимость между содержанием поэтической речи и смыслом ее звучания.

Теоретическая значимость работы состоит в определении интонации как одного из ведущих принципов организации поэтического текста; в выявлении факторов изменения лирических жанров в поэзии Бродского; в определении понятия «интонационная модель»; в выявлении генезиса жанра «больших стихотворений» в творчестве Бродского.

На защиту выносятся следующие положения:

- Бродский - автор, обладающий системой интонационного (а не жанрового) мышления;

- поэтическая интонация Бродского является одним из ведущих структурообразующих принципов организации его текстов;

- Бродский - поэт преимущественно одический, существенно трансформировавший традиционную для русской поэзии элегическую модель, вплоть до ее полного расподобления;

- «большое стихотворение» - уникальное для русской поэтической традиции жанровое образование, характеризующееся разноприродностью и синкретизмом составляющих его элементов;

- орфический принцип аутентичности речи и пространства находит воплощение и на уровне образной системы стихотворений, и на уровне интонационной модели;

- интонационная модель Бродского характеризуется благодаря интенсивному использованию анжамбемана уникальными параметрами: смещением каденции в глубину стиха, а антикаденции - к его исходу.

Объем и структура диссертации. Общий объем диссертации 235 страниц. Она состоит из введения, трех глав, заключения, примечаний и списка использованной литературы, включающего 279 наименований.

Похожие диссертационные работы по специальности «Русская литература», 10.01.01 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Русская литература», Калашников, Сергей Борисович

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Для выявления зависимости отдельных элементов поэтической структуры, в частности интонации, от общих мировоззренческих позиций автора нами на основании всего корпуса текстов Бродского была реконструирована инвариантная схема «Пространство - Время - Язык», выражающая иерархическую зависимость этих трансцендентных категорий на уровне смысловой организации текста. Обладая в философии Бродского привилегированным статусом, они определяют также основные свойства поэтического мышления стихотворца. Так, Пространство у Бродского, занимая подчиненное по отношению ко Времени положение, обладает конечностью, немотой и неподвижностью. Оно неравномерно и сходит на конус в месте пребывания человека, придавая его существованию особый экзистенциальный смысл: человек вытесняется пространством в сторону смерти (Абсолютного Времени). Из этой же точки настоящего человек оказывается обращен ко Времени, расходящемуся в сторону будущего из места пребывания человека. По своим свойствам Язык метонимически уподобляется Пространству и Времени, поэтому стихотворение понимается поэтом в метафизическом смысле как преодоление пространства и реорганизация времени средствами просодии. Природа этого уподобления основана на нейтральности, бесстрастности, серости Времени, что, собственно, и определяет в поэтическом мире Бродского качество интонации. Глубинная связь между этими компонентами эстетики Бродского позволяет понять ведущую роль интонации в структуре стихотворных произведений поэта.

Именно с нейтральностью и бесстрастностью интонации Бродского связана трансформация традиционной для русской поэзии элегичности. Причем изменение это осуществляется не за счет использования особых тематических решений, но за счет сужения диапазона тональности рецитационной формы элегии, вплоть до ее полной нейтрализации в последние годы творчества.

Свойства поэтической интонации Бродского в не меньшей степени, чем признаками пространства и времени, определяются отношением к Языку как онтологическому абсолюту, способному воплотить в себе всю целостность бытия, жизнь и смерть в их единстве. На уровне организации стихотворного текста это приводит к трансформации субъектно-объектных отношений и созданию некоей метаописательной структуры, обусловливающей установку стихотворной речи на автокоммуникативность, итоговую замкнутость на самой себе. Поэтическая монотония при этом реализует еще один из принципов орфизма: эквивалентность речи и пространства, их постоянное взаимопревращение друг в друга, чем, думается, и обусловлено появление в творчестве Бродского феномена «больших стихотворений».

Литературный генезис жанра «большого стихотворения» в лирике Бродского есть результат унификации, или приведения к интонационному единообразию, жанровых разновидностей элегии (особенно - «На смерть.»), эклоги и оды. Интонационное единообразие достигается за счет регулярного использования в структуре стихотворения особого типа интонационной модели. Интонационная модель Бродского - это тип функционирования поэтической речи, основанный на использовании в качестве ведущего интонационного приема анжамбемана. При этом она характеризуется смещением «интонационных переломов» (каденций) с исхода стиха к его середине, что приводит к значительному перераспределению функций вторичных стихообразующих элементов -метра, ритма, рифмы, строфы. Преобразование это связано с глубоким у Бродского метафизическим обоснованием переноса как средства преодоления дискретности мироздания, его синтезирующего, объединяющего в поэтической системе автора разнородные явления действительности свойства.

Интенсивное использование риторической систематизации, создание логизирующей поэтики стиха, думается, обусловлены отчетливо выраженной одической подосновой (субстратом) стихотворений Бродского. Поэтому на уровне создания образа отчетливо прослеживается зависимость автора от традиций английских поэтов-метафизиков XVII в., в частности это проявляется в

175 использовании техники кончетти, т.е. сополагания «далековатых» идей и образов. Этот прием, как и все приемы создания стихотворения, тоже получают у Бродского свое метафизическое обоснование: он служит подкреплением и обновлением аналогии между миром внутри и миром вовне.

Такая риторическая структура располагает к построению интонационной модели, основанной на непрерывном высокоинтеллектуальном говорении, связующем разноприродный поэтический материал вообще и «больших стихотворений» в частности. Поэтому на уровне просодии Бродский обращается к традициям русских одописцев XVIII в. и польской силлабики, «реанимируя» лирическую торжественность стиха, гиперстрофику с усложненной структурой внутри отдельной строфы, и усиливая тем самым интонационную напряженность стиха, осложненную, ко всему прочему, принципом отстраняющей дистанции.

Таким образом, характеризуя в целом особенности поэтического мышления Бродского, стоит, на наш взгляд, говорить о нем как создателе уникального метафизического эпоса о пространстве, времени и языке и обладателе не столько жанровой, сколько интонационной системы мышления. Бродский - стихотворец, думающий голосом и на него уповающий.

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Калашников, Сергей Борисович, 2001 год

1. Бродский И. Большая книга интервью. М.: Захаров, 2000.

2. Бродский И. Из заметок о поэтах XIX века // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 36 - 39.

3. Бродский И. Коллекционный экземпляр // Звезда. 1995. - № 4. - С. 3 - 23.

4. Бродский И. Конец прекрасной эпохи. СПб. : Пушкинский фонд, 2000.

5. Бродский И. Кошачье «Мяу» // Иностранная литература. 1997. -№ 10. -С. 197-202.

6. Бродский И. Место не хуже любого // Звезда. 1997. - № 1. - С. 57 - 61.

7. Бродский И. Новые стансы к Августе. СПб.: Пушкинский фонд, 2000.

8. Бродский И. Осенний крик ястреба: стихотворения 1962 1989 годов. -Л.: ИМА-пресс, 1990.

9. Бродский И. Остановка в пустыне. СПб.: Пушкинский фонд, 2000.

10. Бродский И. Памяти Марка Аврелия // Иностранная литература. 1995. -№7.-С. 254-267.

11. Бродский И. Пейзаж с наводнением. СПб.: Пушкинский фонд, 2000.

12. Бродский И. «Писатель одинокий путешественник.» (Письмо в «Нью-Йорк Тайме») // Звезда. - 2000. - № 5. - С. 3 - 9.

13. Бродский И. Письмо Горацию / Пер. с англ. М.: Наш дом - L'Age d'Homme, 1998.

14. Бродский И. Предисловие к антологии русской поэзии XIX века // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 29-35.

15. Бродский И. Профиль Клио // Звезда. 2000. - № 5. - С. 10 - 21.

16. Бродский И. Речь в шведской королевской академии при получении Нобелевской премии // Звезда. 1997. - № 1. - С. 3 - 4.

17. Бродский И. Речь на стадионе // Звезда. 1997. - № 1. - С. 62 - 67.

18. Бродский И. С любовью к неодушевленному // Звезда. 1997. - № 1. -С. 22 - 59.

19. Бродский И. Состояние, которое мы называем изгнанием, или Попутного ретро // Иностранная литература. 1997. - № 10. - С. 169- 174.

20. Бродский И. Сочинения в четырех томах. Том 1. СПб.: Пушкинский фонд, 1992.

21. Бродский И. Сочинения в четырех томах. Том 2. СПб.: Пушкинский фонд, 1994.

22. Бродский И. Сочинения в четырех томах. Том 3. СПб.: Пушкинский фонд, 1994.

23. Бродский И. Сочинения в четырех томах. Том 4. СПб.: Пушкинский фонд, 1994.

24. Бродский И. Сочинения. Том I. Издание 2-е. СПб.: Пушкинский фонд, 1998.

25. Бродский И. Сочинения. Том II. Издание 2-е. СПб.: Пушкинский фонд, 1998.

26. Бродский И. Сочинения. Том III. Издание 2-е. СПб.: Пушкинский фонд, 1998.

27. Бродский И. Сочинения. Том IV. СПб.: Пушкинский фонд, 1998.

28. Бродский И. Сочинения. Том V. СПб.: Пушкинский фонд, 1999.

29. Бродский И. Стихотворения. Таллинн: Александра, 1991; Ээсти раамат, 1991.

30. Бродский И. Трагический элегик // Звезда. 1991. - № 7. - С. 180 - 184.

31. Бродский И. Трофейное // Иностранная литература 1996. - № 1. -С. 237-244.

32. Бродский И. Урания. СПб.: Пушкинский фонд, 2000.

33. Бродский И. Форма времени. Стихотворения, эссе, пьесы. В 2-х т.т. Т. 1. Стихотворения. - Минск: Эридан, 1992.

34. Бродский И. Форма времени. Стихотворения, эссе, пьесы. В 2-х т.т. Т. 2. Стихотворения. Эссе. Пьесы. - Минск: Эридан, 1992.

35. Бродский И. Часть речи. СПб.: Пушкинский фонд, 2000.

36. Бродский И. Altra Ego // Иностранная литература. 1997. - № 10. -С. 174-180.1.

37. Абаева-Майерс Д. «Мы гуляли с ним по небесам.» (Беседа с Исайей Берлином) // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. -С. 91-110.

38. Аверинцев С. С. Две тысячи лет с Вергилием // Аверинцев С. С. Поэты. -М.: Языки русской культуры, 1996. С. 19-42.

39. Аверинцев С. С. Поэзия Державина // Аверинцев С. С. Поэты. М.: Языки русской культуры, 1996. - С. 121 — 135.

40. Аверинцев С. С. Риторика как подход к обобщению действительности // Аверинцев С. С. Риторика и истоки европейской литературной традиции. -М.: Языки русской культуры, 1996. С. 158-190.

41. Амурский В. «Никакой мелодрамы.» Беседа с Иосифом Бродским // Иосиф Бродский размером подлинника. Таллинн, 1990. - С. 113 - 126.

42. Античная литература /А. Ф. Лосев, Г. А. Сонкина, А. А. Тахо-Годи и др.; Под ред. А. А. Тахо-Годи. М.: ЧеРо, 1997.

43. Арьев А. Из Рима в Рим (Стихотворение Иосифа Бродского «Пьяцца Мат-теи») // Иосиф Бродский размером подлинника. Таллинн, 1990. -С. 222-233.

44. Ахапкин Д. «Прощальная ода»: у истоков жанра «больших стихотворений» // Звезда. 2000. - № 5. - С. 104 - 110.

45. Ахмадулина Б. Гармонию уничтожить невозможно // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 76-85.

46. Ахматова А. Собр. соч. в 2-х т. М.: Правда, 1990.

47. Баткин Л. Вещь и пустота // Октябрь. 1996. - № 1. - С. 161 - 182.

48. Батчан А. Колумбийский университет, Нью-Йорк: 1982 // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 61 - 66.

49. Безносов Э. О смысле некоторых реминисценций в стихотворениях Иосифа Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 186 - 189.

50. Биркертс С. Интервью с Иосифом Бродским // Звезда. 1997. - № 1. -С. 80-98.

51. Болотова Л., Шимак-Рейфер Я. Интервью с И. Бродским для еженедельника «Пшекруй» // Звезда. 1997. - № 1. - С. 99 - 101.

52. Бруднэ-Уигли Е. Древняя стихия песни. Мужество певца и пророка в пафосе И. А. Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998.-С. 88-92.

53. Вайль П. Последнее стихотворение Иосифа Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998.-С. 5-7.

54. Вайль П. Поэты с имперских окраин (Беседа с И. Бродским о Дереке Уолко-те) // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. -С. 248-255.

55. Вайль П. Стихи рядом с молоком и аспирином // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 67 - 79.

56. Вайль П. Вслед за Пушкиным // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 24 - 28.

57. Вайль П. Рифма Бродского // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 5 - 9.

58. Ваншенкина Е. Острие: Пространство и время в лирике Иосифа Бродского // Литературное обозрение. 1996. - № 3. - С. 35-41.

59. Везерова М. Н., Лисовицкая Л. Е. О характере семантических корреляций в поэзии Иосифа Бродского // Литература «третьей волны». Самара: Самарский университет, 1997. - С. 147 - 159.

60. Венцлова Т. О стихотворении Иосифа Бродского «Литовский ноктюрн: Томасу Венцлова» // Новое литературное обозрение. 1998. - № 5 (33). -С. 205 - 222.

61. Венцлова Т. Развитие семантической поэтики // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 266-277.

62. Вергилий. Собрание сочинений. СПб.: Биографический институт «Студиа Биографика», 1994.

63. Верхейл К. Спуститься ниже мира живых // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 30-35.

64. Верхейл К. Кальвинизм, поэзия и живопись // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 36-41.

65. Верхейл К. Пляска вокруг вселенной // Звезда. 2000. - № 5. - С. 84 - 92.

66. Верхейл К. Иосиф Бродский и Мартинус Нейхоф // Звезда. 1997. - № 1. -С. 184- 192.

67. Винокурова И. Иосиф Бродский и русская поэтическая традиция // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 124 - 128.

68. Виньковецкая Д. Об одной беспредметной выставке // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 256 - 273.

69. Вишневский К. Д. Введение в строфику // Проблемы теории стиха. -Л.: Наука, 1984. С. 37 - 57.

70. Волков С. Диалоги с Иосифом Бродским. М.: Независимая Газета, 2000.

71. Гандлевский С. Олимпийская игра // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 116-118.

72. Гаспаров М. Л. Вергилий, или поэт будущего // Гаспаров М. Л. Избранные труды, том I. О поэтах. М.: Языки русской культуры, 1997. - С. 111-135.

73. Гаспаров М. Л. Очерк истории европейского стиха. М.: Наука, 1989.

74. Гаспаров М. Л. Очерк истории русского стиха. М.: Наука, 1984.

75. Гаспаров М. Л. Поэзия и проза поэтика и риторика // Гаспаров М. Л. Избранные труды, том I. О поэтах. - М.: Языки русской культуры, 1997. -С. 524-555.

76. Гаспаров М. Л. Рифма Бродского // Гаспаров М. Л. Избранные статьи. М.: Новое литературное обозрение, 1995. - С. 83 - 92.

77. Гаспаров М. Л. Слово между мелодией и ритмом // Гаспаров М. Л. Избранные труды, том II. О стихах. М.: Языки русской культуры, 1997. -С. 148-161.

78. Гаспаров М. Л. Три типа русской романтической элегии // Гаспаров М. Л. Избранные труды, том II. О стихах. М.: Языки русской культуры, 1997. -С. 362-382.

79. Генис А. Бродский в Америке // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 8 - 15.

80. Гете И. В. Собрание сочинений. В 10-ти т. М.: Художественная литература, 1975. - Т. 1.

81. Глушко А. Лингводицея Иосифа Бродского. Тезисы // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 143 - 144.

82. Гораций. Собрание сочинений. СПб.: Биографический институт «Студия Биографика», 1993.

83. Горбаневская Н. Фигуры высшего пилотажа // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 88 - 99.

84. Гордин Я. Дело Бродского // Нева. 1989. - № 2. - С. 134 - 166.

85. Гордин Я. Другой Бродский И Иосиф Бродский размером подлинника. -Таллинн, 1990. С. 215 - 221.

86. Гордин Я. Трагедийность мировосприятия // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. - С. 56 - 73.

87. Державин Г. Р. Анакреонтические песни. -М.: Наука, 1987.

88. Державин Г. Р. Стихотворения. Л.: Советский писатель, 1957.

89. Донн Дж. Песни и песенки. Элегии. Сатиры. СПб.: Simposium, 2000.

90. Дуров В. С. Поэзия Вергилия // Вергилий. Собрание сочинений. СПб.: Биографический институт «Студия Биографика», 1994. - С. 5 - 22.

91. Дымшиц В. Джон Донн // Донн Дж. Песни и песенки. Элегии. Сатиры. -СПб.: Simposium, 2000. С. 5 - 18.

92. Ефимов И. Крысолов из Петербурга (Христианская культура в поэзии Бродского) // Иосиф Бродский размером подлинника. Таллинн, 1990. -С. 176-192.

93. Ефимов И. «Хоть пылью коснусь дорогого пера». Предисловия Бродского к поэтическим сборникам современников // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 16-21.

94. Живов В. М. Язык и культура в России XVIII века. М.: Языки русской культуры, 1996.

95. Жирмунский В. М. Теория стиха. JL: Советский писатель, 1975.

96. Жолковский А. К. Бродский и инфинитивное письмо // Новое литературное обозрение. 2000. - № 5 (45). - С. 187 - 198.

97. Жолковский А. К. «Я вас любил.» Бродского // Жолковский А. К. Блуждающие сны и другие работы. М.: Наука, 1994. - С. 205 - 224.

98. Забалуев А. Коношский период поэта // Иосиф Бродский размером подлинника. Таллинн, 1990.-С. 154-161.

99. Иванов Вяч. Вс. Бродский и метафизическая поэзия // Звезда. 1997. - № 1.-С. 194- 199.

100. Игнатьев М. Интервью с Октавио Пасом // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 256 - 258.

101. Ичин К. Бродский и Овидий // Литература «третьей волны». Самара: Изд-во «Самарский университет», 1997. - С. 176 - 188.

102. Казак В. Лексикон русской культуры XX века. М.: Культура, 1996.

103. Калачева С. В. Эволюция русского стиха. М.: Изд-во Московского унта, 1986.

104. Кастелано Ш. Бабочки у Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. — СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 80-87.

105. Катилос Р. Иосиф Бродский и Литва // Звезда. 1997. - № 1. -С. 151-154.

106. Кац Б. К генезису поэтического образа рояля у Иосифа Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. -СПб.: Журнал «Звезда», 1998. С. 66 - 72.

107. Квятковский А. Поэтический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1966.

108. Клайн Дж. JL История двух книг // Иосиф Бродский: труды и дни. -M.: Независимая Газета, 1998. С. 215 - 228.

109. Кобрин К. Последний римлянин // Urbi: Литературный альманах. Выпуск восьмой: Новый Сизиф. СПб.: ЗАО «Атос», 1996. - С. 62 - 63.

110. Кондрашов С. Н. Одическая лирика Г. Р. Державина 1779 1794 годов (концепция личности, жанр, ритмическая организация). Автореферат дис. . канд. филолог, наук. -М., 1989.

111. Коппер Дж. Амхерст колледж: 1974 1975 // Иосиф Бродский: труды и дни. - М.: Независимая Газета, 1998. - С. 51 - 54.

112. Коробова Э. Тождество двух вариантов. Заметки по поводу графики Иосифа Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 60 - 65.

113. Корман Б. О. Изучение текста художественного произведения. -М.: Просвещение, 1972.

114. Кравченко О. Слово и мир (Над строками «Двадцати сонетов к Марии Стюарт» Бродского) // Вопросы литературы. 1999. - № 4. - С. 3 — 16.

115. Крепе М. О поэзии Иосифа Бродского // www.lib.ru / Brodskij / Kreps.txt.

116. Кривулин В. Маска, которая срослась с лицом // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 170- 185.

117. Кублановский Ю. Америкашка в русской поэзии // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997.-С. 188- 197.

118. Кудрова И. «Это ошеломляет.». Иосиф Бродский о Марине Цветаевой // Звезда. 1997. - № 1. - С. 210 - 216.

119. Кузнецов В. А. В. К. Тредиаковский и русская поэзия XX века: Вяч. Иванов, В. Хлебников, И. Бродский. Автореферат дис. . канд. филолог. наук.-СПб., 1998.

120. Кузнецов С. Распадающаяся амальгама (О поэтике Бродского) // Вопросы литературы. 1997. - № 3. - С. 24 - 49.

121. Кукулин И. Образно-смысловая традиция русского пятистопного анапеста в раннем творчестве И. А. Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 129- 135.

122. Куллэ В. Иосиф Бродский. Библиографический обзор // Литературное обозрение. 1996.-№ 3. - С. 53 - 56.

123. Куллэ В. Лингвистическая реальность, в которой все мы существуем // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. - С. 246 - 263.

124. Куллэ В. Поэтическая эволюция Иосифа Бродского в России, 1957 -1972. Автореферат дис. . канд. филолог, наук. -М., 1996.

125. Куллэ В. «Поэтический дневник» И. Бродского 1961 года (Формирование линейной концепции времени) // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 97-107.

126. Куллэ В. Структура авторского «я» в стихотворении Иосифа Бродского «Ниоткуда с любовью» // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 136 - 142.

127. Курганов Е. Бродский и Боратынский // Звезда. 1997. - № 1. -С. 200-209.

128. Курганов Е. Бродский и искусство элегии // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 166- 185.

129. Кушнер А. Аполлон в снегу: Заметки на полях. Л.: Сов. писатель, 1991.

130. Кушнер А. Здесь, на земле. // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998.-С. 154-206.

131. Кушнер А. Несколько слов // Иосиф Бродский размером подлинника. -Таллинн, 1990. С. 239 - 241.

132. Кушнер А. Последний романтический поэт // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. - С. 108-117.

133. Кюст И. Плохой поэт Иосиф Бродский: к истории вопроса // Новое литературное обозрение. 2000. - № 5 (45). - С. 248 - 255.

134. Лазарчук Р. М. «На смерть Жукова» И. Бродского и «Снигирь» Г. Державина (проблема традиции) // Русская литература. 1995. - № 2. -С. 241 -247.

135. Левин Ю. И. Биспациальность как инвариант поэтического мира В. Набокова // Левин Ю. И. Избранные труды. Поэтика. Семиотика. М.: Языки русской культуры, 1998. - С. 323 - 391.

136. Левин Ю. И. Инварианты философского текста: Вл. Соловьев // Левин Ю. И. Избранные труды. Поэтика. Семиотика. М.: Языки русской культуры, 1998. - С. 676 - 742.

137. Левин Ю. И. Инварианты философского текста: Лев Шестов // Левин Ю. И. Избранные труды. Поэтика. Семиотика. М.: Языки русской культуры, 1998. - С. 743 - 786.

138. Левин Ю. И. Лирика с коммуникативной точки зрения // Левин Ю. И. Избранные труды. Поэтика. Семиотика. М.: Языки русской культуры, 1998.-С. 464-480.

139. Левин Ю. И. Семантический ореол метра с семиотической точки зрения // Левин Ю. И. Избранные труды. Поэтика. Семиотика. М.: Языки русской культуры, 1998. - С. 578 - 580.

140. Левинтон Г. Смерть поэта: Иосиф Бродский // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998.-С. 190-215.

141. Лекманов О. «Рождественская звезда»: текст и подтекст // Новое литературное обозрение. 2000. -№ 5 (45). - С. 161 - 165.

142. Леонг А. Литературная критика Иосифа Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 237 - 238.

143. Литературный энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1987.

144. Лосев Л. Новое представление о поэзии // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 120-137.

145. Лосев Л. Примечания с примечаниями // Новое литературное обозрение. 2000. - № 5 (45). - С. 153 - 159.

146. Лосев Л. Реальность зазеркалья: Венеция Иосифа Бродского // Иностранная литература. 1996. - № 5. - С. 224 - 237.

147. Лосев Л. Солженицын и Бродский как соседи // Звезда, 2000. № 5. -С. 93 - 98.

148. Лотман Ю. М. Анализ поэтического текста. Структура стиха // Лотман Ю. М. О поэтах и поэзии. СПб.: Искусство-СПБ, 1996. -С. 17-252.

149. Лотман Ю. М. Внутри мыслящих миров. Человек текст - семиосфера -история. - М.: Языки русской культуры, 1996.

150. Лотман Ю. М. Две «Осени» // Лотман Ю. М. О поэтах и поэзии. СПб.: Искусство-СПб, 1996. - С. 511 - 520.

151. Лотман Ю. М. Лекции по структуральной поэтике // Ю. М. Лотман и тар-туско-московская семиотическая школа. -М.: Гнозис, 1994.

152. Лотман Ю. М. Между вещью и пустотой (Из наблюдений над поэтикой сборника Иосифа Бродского «Урания») (совместно с М. Ю. Лотманом) // Лотман Ю. М. О поэтах и поэзии. СПб.: Искусство-СПБ, 1996. -С. 731 -746.

153. Лотман Ю. М. Об «Оде, выбранной из Иова» Ломоносова // Лотман Ю. М. О поэтах и поэзии. СПб.: Искусство-СПБ, 1996. -С. 266 - 278.

154. Лурье С. Свобода последнего слова // Иосиф Бродский размером подлинника. Таллинн, 1990. - С. 165 - 175.

155. Максудов С. Командировка в Норинскую // Новое литературное обозрение. 2000. - № 5 (45). - С. 199 - 207.

156. Макфадьен Д. Бродский и «Стансы к Августе» Байрона // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 161 - 165.

157. Мальчукова Т. Г. О жанровых традициях в элегии А. С. Пушкина «Воспоминание» // Жанр и композиция литературного произведения. Петрозаводск, 1984.-С. 20-43.

158. Мандельштам О. Э. Сочинения. В 2-х т. М.: Художественная литература, 1990.

159. Маркиш Ш. «Иудей и Еллин»? «Ни Иудей, ни Еллин»? // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 207 - 214.

160. Мейлах М. Об одном топографическом стихотворении Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. -СПб.: Журнал «Звезда», 1998. С. 249 - 251.

161. Мейлах М. Освобождение от эмоциональности // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 156- 167.

162. Милош Ч. Борьба с удушьем // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 237-247.

163. Милош Ч. Гигантское здание странной архитектуры // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997.-С. 314-325.

164. Мифы народов мира. Энциклопедия: В 2 т. М.: Советская энциклопедия, 1991.

165. Муравьева И. Автографы и библиотека Иосифа Бродского в собрании музея Анны Ахматовой (Фонтанный Дом) // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 252-256.

166. Муравьева И. «Мрамор» ироническая модель рая? // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. - СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 228 - 231.

167. Найман А. Интервью (В. Полухиной) // Иосиф Бродский размером подлинника. Таллинн, 1990. - С. 127 - 153.

168. Найман А. Сгусток языковой энергии // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. - С. 32 - 53.

169. Невзглядова Е. Метр и смысл // Новое литературное обозрение. 2000. -№4 (44).-С. 359-365.

170. Невзглядова Е. Петербургско-ленинградская и московская поэтические школы в русской поэзии 60-х 70-х годов // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. - СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 119-123.

171. Невзглядова Е. В. Проблема стиха (на материале русской лирической поэзии) // Русская литература. 1994. - № 4. - С. 67 - 91.

172. Никольская Т. «Демократия!» и «Народ» // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 224-227.

173. Нокс Дж. Поэзия Иосифа Бродского: альтернативная форма существования, или новое звено эволюции в русской культуре // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. — СПб.: Журнал «Звезда», 1998.-С. 216-223.

174. Норвид Ц. Стихотворения. М.: Художественная литература, 1972.

175. Оден У. X. Собрание стихотворений. Составление, перевод, предисловие и комментарии Виктора Топорова. СПб.: Евразия, (Ultima Thüle). - 1997.

176. Оден У. X. Чтение. Письмо. Эссе о литературе. М.: Независимая Газета, 1998.

177. Орлицкий Ю. Б. Стих и проза в русской литературе: Очерки истории и теории. Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1991.

178. Павлов М. Поэтика потерь и исчезновений. Заметки о поздних стихах Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 22 - 29.

179. Панн JI. Альтранативная реальность // Октябрь. 1997. - № 1. -С. 169-175.

180. Панн JI. Горячее зеркало // Панн JI. Нескучный сад: заметки о русской литературе конца XX века. Hermitage Publishers, 1998. - С. 193 - 211.

181. Парамонов Б. Певец Империи в стране зубных врачей // Звезда. 1995. -№5.-С. 135- 140.

182. Парамонов Б. Флотоводец Бродский // Звезда. 1995. - № 5. -С. 133 - 135.

183. Парщиков А. Абсолютное спокойствие при абсолютном трагизме // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. - С. 234 - 243.

184. Петрушанская Е. «Remember her». «Дидона и Эней» Перселла в памяти и творчестве поэта // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 73 - 79.

185. Петрушанская Е. «Слово из звука и слово из духа». Приближение к музыкальному словарю Иосифа Бродского // Звезда. 1997. - № 1. -С. 217-229.

186. Пикач А. Читая Бродского // Иосиф Бродский размером подлинника. -Таллинн, 1990. С. 242 - 249.

187. Поливанов К. «.Негатив Вифлиемской звезды.» //Новое литературное обозрение. 2000. -№ 5 (45). - С. 160 - 161.

188. Полухина В. Английский Бродский // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. -С. 49-59.

189. Полухина В. Интервью с Джеральдом Смитом // Иосиф Бродский: труды и дни. M.: Независимая Газета, 1998. - С. 121 - 124.

190. Полухина В. Интервью с Джоном Jle Kappe // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 111 - 120.

191. Полухина В. Интервью с Дэниэлом Уэйсбортом // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 125 - 133.

192. Полухина В. Мичиганский университет: 1980 // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 55 - 60.

193. Полухина В. Поэтический автопортрет Бродского // Звезда. 1992. -№5-6.-С. 186 - 192.

194. Полухина В. Русские поэты о Бродском. Библиография // Литературное обозрение. 1996. - № 3. - С. 48 - 52.

195. Полухина В. Спасительное присутствие (Интервью с Шеймусом Хини) // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. -С. 264-269.

196. Потебня А. А. Поэзия и проза. Их дифференцирование // Потебня А. А. Теоретическая поэтика. -М.: Высшая школа, 1990. С. 149 - 157.

197. Пропп В. Я. Исторические корни волшебной сказки. СПб.: Изд-во С.-Петербургского университета, 1996.

198. Пурин А. Краткий курс лирической энтомологии // Пурин А. Воспоминания о Евтерпе. Urbi: Литературный альманах. Выпуск девятый. - СПб.: Журнал «Звезда», 1996. - С. 88 - 92.

199. Радциг С. И. История древнегреческой литературы. М.: Высшая школа, 1977.

200. Радышевский Дм. Дзэн поэзии Бродского // Новое литературное обозрение. 1997. - № (3) 27. - С. 287 - 326.

201. Ранчин А. «Человек есть испытатель боли.» (религиозно-философские мотивы поэзии Бродского и экзистенциализм) // Октябрь. 1997. - № 1. -С. 154- 168.

202. Ранчин А. «Я родился и вырос в балтийских болотах, подле.»: поэзия Иосифа Бродского и «Медный всадник» Пушкина // Новое литературное обозрение. 2000. - № 5 (45). - С. 166 - 180.

203. Расторгуев А. Интуиция абсолюта в поэзии Иосифа Бродского // Звезда. 1993. -№ 1.-С. 173- 183.

204. Рейн Е. Мой экземпляр «Урании» // Иосиф Бродский: труды и дни. -М.: Независимая Газета, 1998. С. 139 - 153.

205. Рейн Е. Прозаизированный тип дарования // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 14-29.

206. Рогинский Б. «Это такая моя сверхидея.» (о ранних стихах Бродского) // Звезда. 2000. - № 5. - С. 99 - 103.

207. Рождественский Ю. В. Теория риторики. -М.: Добросвет, 1997.

208. Русская поэзия XVIII века. — М.: Художественная литература, 1972.

209. Русская элегия XVIII начала XX века. - JL: Советский писатель, 1991.

210. Саркисян Е. В. Русская литературная песня второй половины XVIII века в контексте жанров лирической поэзии (идиллия, элегия, романс, ода). Автореферат дис. . канд. филолог, наук. Нижний Новгород, 1995.

211. Седакова О. Воля к форме // Новое литературное обозрение. 2000. -№5 (45).-С. 232-236.

212. Седакова О. Редкая независимость // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. - С. 218 — 231.

213. Селиванов Ф. Народная лирическая поэзия последнего столетия // Частушки. М.: Советская Россия, 1990. - С. 5 - 28.

214. Скобелев В. П. «Чужое слово» в лирике И. Бродского // Литература «третьей волны». Самара: Изд-во «Самарский университет», 1997. -С. 159-176.

215. Смирнов А. А. Литературная теория русского классицизма. -М.: Высшая школа, 1981.

216. Смирнов И. П. Урна для табачного пепла // Звезда. 1997. - № 1. -С. 145 - 147.

217. Степанов Ю. С. Константы. Словарь русской культуры. Опыт исследования. М.: Языки русской культуры, 1997.

218. Степанова Л. Г. Неудавшаяся комиссия, или история одного автографа // Звезда.- 1997.-№ 1. С. 148 - 150.

219. Сумеркин А. «Пейзаж с наводнением» краткая история // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. - СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 42 - 48.

220. Сухих И. Путешествие в Стамбул (О поэтике прозы И. Бродского) // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. -СПб.: Журнал «Звезда», 1998. С. 232 - 236.

221. Тарановский К. Из истории русского стиха XVIII в. Одическая строфа в поэзии Ломоносова // Тарановский К. О поэзии и поэтике. М.: Языки русской культуры, 2000. - С. 291 - 299.

222. Тарановский К. Некоторые проблемы анжамбмана в славянском и западноевропейском стихе // Тарановский К. О поэзии и поэтике. М.: Языки русской культуры, 2000. - С. 364 - 371.

223. Тарановский К. Очерки о поэзии О. Мандельштама // Тарановский К. О поэзии и поэтике. М.: Языки русской культуры, 2000. - С. 13 - 208.

224. Тарановский К. О взаимоотношении стихотворного ритма и тематики // Тарановский К. О поэзии и поэтике. М.: Языки русской культуры, 2000. -С. 372-403.

225. Тележинский В. (Расторгуев А.) Новая жизнь, или возвращение к колыбельной // Иосиф Бродский размером подлинника. Таллинн, 1990. -С. 193-214.

226. Тименчик Р. Приглашение на танго: поцелуй огня // Новое литературное обозрение. 2000. -№ 5 (45). - С. 181 - 186.

227. Тимофеев Л. И. Основы теории литературы. М.: Просвещение, 1976.

228. Тимофеев Л.И. Слово в стихе. М.: Советский писатель, 1987.

229. Того В. «Человек есть конец самого себя и вдается во время.» // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 257 - 259.

230. Томашевский Б. В. Стилистика и стихосложение. Л.: Учпедгиз, 1959.

231. Томашевский Б. В. Теория литературы. Поэтика. М.: Аспект Пресс, 1996.

232. Тудоровская Е. А. Поэтика лирических стихотворений А. С. Пушкина. -СПб.: СПбГУП, 1996.

233. Тынянов Ю. Н. О композиции «Евгения Онегина» // Тынянов Ю. Н. Поэтика. История литературы. Кино. М.: Наука, 1977. - С. 52 - 77.

234. Тынянов Ю. Н. Ода как ораторский жанр // Тынянов Ю. Н. Поэтика. История литературы. Кино. М.: Наука, 1977. - С. 227 - 252.

235. Тынянов Ю. Проблема стихотворного языка. Статьи. М.: Советский писатель, 1965.

236. Уланов А. М. Опыт одиночества: Иосиф Бродский // Литература «третьей волны». Самара: Изд-во «Самарский университет», 1997. - С. 139 - 147.

237. Уланов А. Параллельные миры Иосифа Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998. - С. 113 - 115.

238. Уолкотт Д. Беспощадный судья // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. - С. 298 -311.

239. Успенский Б. А. Анатомия метафоры у Мандельштама II Успенский Б. А. Избранные труды, том II. М.: Языки русской культуры, 1996. -С. 306 - 340.

240. Успенский Б. А. К поэтике Хлебникова: проблемы композиции // Успенский Б. А. Избранные труды, том II. М.: Языки русской культура, 1996. -С. 299-305.

241. Уфлянд В. Один из самых свободных людей // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 140- 153.

242. Уфлянд В. От поэта к мифу // Иосиф Бродский размером подлинника. -Таллинн, 1990. С. 163 - 164.

243. Уфлянд В. Традиция и новаторство в поэзии Иосифа Бродского // Звезда. 1997. — № 1.-С. 155 - 158.

244. Уфлянд В. Чертоза // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998.-С. 137- 138.

245. Уфлянд В. Ястреб русской словесности // Литературное обозрение. -1996.-№3.-С. 34.

246. Ушакова Е. Поэт напряженной мысли // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 102- 105.

247. Федотов О. И. Основы русского стихосложения. Метрика и ритмика. -М.: Флинта, 1997.

248. Фишер Р. Благородный труд Дон-Кихота // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 280-295.

249. Флоренский П. А. Несколько замечаний к собранию частушек Костромской губернии Нерехтского уезда // Флоренский П. А. Сочинения в 4 т. Т. 1. М.: Мысль, 1994. - С. 663 - 681.

250. Фокин А. А. Рефлексия традиции в творчестве Иосифа Бродского. Авто-реф. дис. . канд. филолог, наук. Ставрополь, 2000.

251. Фризман Л. Два века русской элегии // Русская элегия XVIII начала XX века. - Л.: Советский писатель, 1991. - С. 5 - 48.

252. Фризман Л. Г. Жизнь лирического жанра. Русская элегия от Сумарокова до Некрасова. М.: Наука, 1973.

253. Хини Ш. Песнеслагатель (об Иосифе Бродском) // Иосиф Бродский: труды и дни. М.: Независимая Газета, 1998. - С. 259 - 263.

254. Ходасевич В. Ф. Собрание сочинений: В 4 т. Т. 1: Стихотворения. Литературная критика 1906 1922. - М.: Согласие, 1996.

255. Холшевников В. Е. Стиховедение и поэзия. Л.: Изд-во Ленинградского университета, 1991.

256. Хотимский Б. «Я не сборщик реликвий!.» // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998.-С. 260-263.

257. Чистякова Н. А. Древнегреческая элегия // Древнегреческая элегия. -СПб.: Алетейя, 1996. С. 5 - 54.

258. Шайтанов И. Уравнение с двумя неизвестными: Поэты-метафизики Джон Донн и Иосиф Бродский // Вопросы литературы. 1998. - № 6. -С. 3-39.

259. Шварц Е. Холодность и рациональность // Полухина В. Бродский глазами современников. Сб-к интервью. СПб.: Журнал «Звезда», 1997. -С. 200-215.

260. Штерн Л. Бродский: Ося, Иосиф, Joseph. М.: Независимая Газета, 2001.

261. Шульц С. С. Иосиф Бродский в 1961 1964 годах // Звезда. - 2000. -№ 5. - С. 75-83.

262. Щербаков В. Некоторые вопросы науки в произведениях Бродского // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. -СПб.: Журнал «Звезда», 1998. С. 239 - 248.

263. Эйхенбаум Б. М. Мелодика русского лирического стиха // Эйхенбаум Б. М. О поэзии. Л.: Советский писатель, 1969. - С. 327 -511.

264. Эйхенбаум Б. М. О камерной декламации // Эйхенбаум Б. М. О поэзии. -Л.: Советский писатель, 1969. С. 512-541.

265. Эпштейн М. Н. «Природа, мир, тайник вселенной.»: Система пейзажных образов в русской поэзии. М.: Высшая школа, 1990.

266. Янгфельд Б. Свободный человек не винит никого // Иосиф Бродский: творчество, личность, судьба. Итоги трех конференций. СПб.: Журнал «Звезда», 1998.-С. 93-96.

267. Янгфельд Б. Шведские комнаты // Иосиф Бродский: труды и дни. -М.: Независимая Газета, 1998. С. 229 - 233.

268. Яржембовский Ст. О «язычестве» Бродского // Звезда. 1998. -№11.-С. 182- 187.

269. Bethea D. Joseph Brodsky and the Creation of Exile. New Jersey, 1994.

270. Brodsky's Poetics and Aesthetics. Eds. By L. Loseff and V. Polukhina. London: Macmillan Press, 1990.

271. Coote St. The Penguin short history of English literature. London: Penguin Books, 1993.

272. Cuddon J. A. The Penguin Dictionary of Literary Terms and Literary Theory. 3-d ed. - England: Penguin Books, 1992.235

273. Edvard J. B. Russian Literature since the Revolution. Harvard University Press, 1982. - 2-nd. ed.

274. Knox J. E. Josif Brodskij's Affinity with Osip Mandel'stam: Cultural Links with the Past. Dissertation .of Doctor of Philosophy. The University of Texas at Austin. August 1978.

275. Leisi E. Die Sonette an Orpheus // Rilke heute. Beziehungen und Wirkungen. Suhrkamp, F. a. M., 1975. - S. 23 - 42.

276. Polukhina V. Joseph Brodsky: A Poet for Our Time. Cambridge. - N.Y. -Post-Chester - Melbourne - Sydney, 1989.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.