Проблема культурно-исторической самобытности России как предмет философского исследования тема диссертации и автореферата по ВАК 09.00.13, доктор философских наук Булычев, Юрий Юрьевич

Диссертация и автореферат на тему «Проблема культурно-исторической самобытности России как предмет философского исследования». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 247620
Год: 
2005
Автор научной работы: 
Булычев, Юрий Юрьевич
Ученая cтепень: 
доктор философских наук
Место защиты диссертации: 
Санкт-Петербург
Код cпециальности ВАК: 
09.00.13
Специальность: 
Религиоведение, философская антропология, и философия культуры
Количество cтраниц: 
446

Оглавление диссертации доктор философских наук Булычев, Юрий Юрьевич

Введение.

Часть первая

Философско-методологические принципы и ключевые аспекты исследования культурно-исторической самобытности России

Глава первая

Мировоззренческий статус проблемы самобытности национальной культуры как предмета гуманитарного знания.

Глава вторая

Христианско-антропологическая основа и содержание понятия национально-культурной самобытности.

Глава третья

Архитектоника культурного сознания и типология цивилизаций.

Глава четвертая

Основные линии исследования культурноисторической специфики России в отечественной философии и общественной мысли.

Глава пятая

Ключевые аспекты культурно-цивилизационной идентификации России.

Часть вторая

Объективные предпосылки и основополагающие признаки российской культурно-цивилизационной специфики

Глава первая

Духовно-типологические истоки социокультурных особенностей обществ нехристианского Востока и христианского Запада.

Глава вторая

Восточно-христианский тип культурной организации социума, его особенности в Византии и России.

Глава третья

Религиозно-мифологические и религиозно-философские аспекты русского православного мировоззрения.

Глава четвертая

Географические и природные условия России в качестве факторов русской ментальности и общественно-культурной специфики.

Глава пятая

Своеобразие исторического становления и развития русской цивилизации.

Глава шестая

Архетипические начала и типичные разновидности русского культурного самосознания.

Глава седьмая

Периодизация и общая характеристика российского культурно-исторического процесса.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Проблема культурно-исторической самобытности России как предмет философского исследования"

Актуальность темы исследования. Переживаемая мировым сообществом глобализация процессов социально-экономической и культурной жизни беспримерно обостряет проблему сохранения и развития идентичности национальных культур за счет повышения уровня осознанности их ценностно-мировоззренческой специфики. Международная ситуация, складывающаяся после крушения коммунистической системы, прекращения прежней политико-идеологической борьбы двух противостоящих блоков и нарастания тенденций к цивилизационно многополюсному миру, характеризуется тем, что новые границы между человеческими личностями и сообществами прочерчиваются теперь не только ф идеологическими, политическими или экономическими, но во все большей мере культурными, ментальными факторами. Как выявляют известные исследования С. Хантингтона, в новом мире региональная политика осуществляется на уровне этнических отношений, а глобальная - на уровне отношений между цивилизациями. Данное обстоятельство способствует усилению социально-политических и социально-экономических функций культуры \ Соответствие культурным традициям во многом определяет жизнеспособность политических систем, успех разного рода реформ и модернизаций. Развитость же культурного самосознания личности и общества, а также гуманитарные технологии актуализации ф культурно-исторической специфики социума в сферах производства, потребления, внутриполитического развития, геополитической стратегии становятся решающими факторами самосохранения наций и государств. Поэтому углубление культурно-исторической рефлексии, философско-теоретическое освоение национального духовного опыта, выработка соответствующих форм его социальной актуализации в динамично •

1 См.: Huntington S.P. The Clash of Civilizations and the Remaking of the World Order

N.Y.: Simon & Schuster, 1996. P. 21. изменяющейся исторической среде - исключительно актуальные и ответственные задачи гуманитариев в рамках своих отечеств.

Особенно большое значение сказанное имеет по отношению к России и российскому гуманитарному знанию, поскольку наша страна (как «хартленд») расположена в центре напряженных межцивилизационных связей. Сегодня она стоит перед необходимостью осознать себя и свое место в рамках нового миропорядка, не порывая духовной связи с традиционными ценностными основами своей многовековой культурно-исторической жизни. Формирование обновленного национального самосознания предполагает исследование целого круга тем, составляющих проблематику специфического бытия России в истории. Среди них первоочередное значение имеют вопросы о духовных основаниях отечественной цивилизации, об источниках и важнейших факторах формирования ее традиционных устоев, о культурно-типологической специфике российских общественно-государственных институтов и российского социума в целом, о типологии его исторического бытия, о характерных особенностях русского культурного самосознания. Анализ названных аспектов проблемы культурно-исторической самобытности России на уровне философско-теоретическом, в контексте опыта русской мысли и социально-исторического развития страны является первостепенной задачей российского гуманитарного знания. От ее квалифицированного решения во многом зависит качество политического руководства Россией и благоприятное будущее всей Евразии.

Степень разработанности проблемы. Исследование самобытности России как культурно-исторического феномена имеет свою историю, теснейшим образом связанную с действительными обстоятельствами российской социальной жизни. В этой истории естественно вырисовываются четыре периода, давших четыре пласта интересующей нас философской и культурологической литературы: 1) дореволюционный период развития отечественного гуманитарного знания, охватывающий XIX

- начало XX века; 2) период деятельности отечественных мыслителей и ученых в Русском Зарубежье; 3) период развития советского обществоведения; 4) постсоветский период.

Несмотря на то, что проблема своеобычности русской культуры и специфичности исторического пути России изначально явилась одной из основополагающих тем русской философской мысли, философско-методологическая основательность исследования этой темы в дореволюционный период была недостаточной. При всей стихийной самобытности культурно-исторического развития России мы наблюдаем традиционную неясность, идеологическую предвзятость и односторонность философских и культурологических суждений, получивших распространение в литературе периода XIX - начала XX в., относительно российского типа миросозерцания и общественного существования. Вполне очевидный уклон в сторону публицистичности и вероисповедно-идеологического пристрастия наблюдается не только в сочинениях вольных мыслителей (П.Я.Чаадаева, ранних славянофилов, А.И.Герцена, В.С.Соловьева, К.Н.Леонтьева), но и в трудах научно более строгих авторов - Н.Я.Данилевского, К.Д.Кавелина, Б.Н.Чичерина. Конечно, в работах названных и других представителей русской мысли XIX в. были заложены многие ключевые принципы исследования проблематики культурно-исторической самобытности вообще и России в частности. Однако философско-методологические аспекты такого рода исследования не получали должной проработки, что привело даже новатора-культуролога Н.Я. Данилевского к концептуальным неясностям и противоречиям (о чем идет речь в соответствующей главе). В силу указанного обстоятельства ряд важных проблем познания традиционной специфики России как культурно-исторического явления не был ни четко сформулирован, ни основательно исследован в дореволюционный период, так что явственный дефицит русского культурного самосознания явился, вероятно, одним из важных моментов российского системного кризиса, разрешившегося революцией 1917 г.

Революционное ниспровержение Петербургской России вызвало прилив исследовательского интереса к проблеме российской культурно-исторической самобытности, которая стала более основательно исследоваться представителями русской мысли в Зарубежной России. В работах Г.П.Федотова, Н.С.Арсеньева, Г.В.Флоровского, И.А.Ильина, участников сменовеховского движения, особенно его лидера Н.В.Устрялова, в исканиях национал-максималистов и, наконец, в русле евразийства - самой оригинальной культурфилософской концепции, рожденной русской мыслью за пределами России - специфика нашей страны как особого социокультурного организма привлекла сосредоточенное исследовательское внимание. Работы Н.С.Трубецкого, П.Н.Савицкого, П.П.Сув-чинского, В.Н.Ильина, Л.П.Карсавина, Н.Н.Алексеева являются необходимыми источниками исследования как методологических исканий отечественных мыслителей, озабоченных познанием культурно-цивилиза-ционного своеобразия своей страны, так и того специфического качества российского бытия, которое было впервые отчетливо выявлено евразийцами за счет их новаторских методологических инициатив.

К сожалению, опыт Русского Зарубежья еще недостаточно осмыслен в контексте традиции отечественного россиеведения и его современных задач, ибо в советский период проблема культурно-исторической самобытности России была, как таковая, под запретом, присутствуя в общественной и научной мысли в спорадических и зачастую в идеологически искаженных формах. Однако и в это время значительный вклад в изучение различных аспектов российского культурно-исторического своеобразия внесли исследования С.С.Аверинцева, В.В.Кожинова, Д.С.Лихачева, Ю.М.Лотмана, В.Н.Топорова, Б.А.Успенского, а также публицистическая деятельность таких известных представителей неофициальной культуры и эмиграции, как В.Н.Осипов, А.И.Солженицын, В.Е.Максимов, В.М.Борисов, И.Р.Шафаревич.

Коллапс советской системы вызвал новую волну интереса к самобытному российскому типу пребывания нации в истории. Неожиданно быстрое крушение советского режима и распад СССР заставили обратить внимание отечественной, а отчасти и мировой гуманитарной науки на необходимость исследования культурной специфики России, как фактора, определяющего духовные, политические, социально-экономические формы исторического развития страны. Под влиянием этой объективной потребности российские историческая наука, философия и культурология постсоветского периода поднимают комплекс ранее не исследовавшихся тем, связанных со спецификой отечественной цивилизации, ее геокультурными и геополитическими функциями, ее православно-христианским началом, внутренней многоукладностью, характером русского менталитета и стиля мышления.

Целый ряд проблем социокультурной специфики нашей страны рассматривается в трехтомном труде А.С.Ахиезера «Россия: критика исторического опыта» (М., 1991), в его работе «Социально-культурные проблемы развития России. Философский аспект» (М., 1992), в книгах И.В.Кондакова «Культура России» (М.,1999), В.В.Ильина и А.С.Ахиезера «Российская цивилизация: содержание, границы, возможности» (М., 2000), В.А.Тонких и Ю.Л.Ярецкого «Россия: цивилизация и культура» (М., 1998), в известных трудах А.С.Панарина, О.А.Платонова, Е.С.Троицкого, А.Г.Дугина. Значительный вклад в изучение системы древнерусского мировоззрения вносят работы М.Б.Плюхановой, а в уяснение связи византийской традиции и русского сознания - работы Г.В.Скотниковой. Особенности русского менталитета и национального характера исследованы Г.Д. Гачевым, К.П.Касьяновой. Специфика русского стиля философствования осмыслена в сочинениях Ф.И.Гиренка, А.В.Гулыги, А.А.Ермичева, И.И.Евлампиева, А.П.Козырева, А.Ф.Замалеева, Н.П.Ильина, А.И.Маилова, П.А.Сапронова, С.С.Хоружего. Особенности отечественной правовой культуры исследуются И.Д.Осипо-вым, а проблемы русского миросозерцания, его патриотические и религиозно-нравственные аспекты находят многогранное отражение в работах Т.М.Горичевой, Б.Г.Дверницкого, Г.П.Выжлецова, П.Б.Клевцова, А.И.Кугая, Ю.В.Манько, А.В.Посадского, В.Н.Сагатовского, А.Н.ИГве-чикова. Важным направлением изучения роли традиционных ценностей в духовной жизни современного российского общества является социально-психологическое исследование состояния православного менталитета, осуществляемое под руководством директора НИИ Комплексных социальных исследований СПбГУ В.Е.Семенова. С точки зрения развития философско-методологической рефлексии на поприще изучения культурно-исторической самобытности России особый интерес представляют сборники исследовательских материалов по проблемам философии русской культуры, ценностной специфики отечественного культурного самосознания и перспективам российского культурного синтеза, выпускаемые факультетом Истории русской культуры Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств под редакцией В.А.Щученко \ Системное изучение этнокультурных и духовных аспектов отечественной цивилизации предпринимается под руководством М.П.Мчедлова исследовательским центром «Религия в современном обществе» Российского независимого института социальных и национальных проблем. В рамках специального проекта изданы тематические сборники статей, энциклопедический словарь «Российская цивилизация: Этнокультурные и духовные аспекты» (М., 2001), а также учебное пособие для вузов «Российская цивилизация» (М.,2003), осве

1 См.: Духовность России: традиции и современное состояние. - СПб., 1994; Ценностный мир русской культуры. - СПб., 1995; Русская культура как живой организм. — СПб., 1997; Культурный синтез России. - СПб., 1998; Русская культура и культура России. - СПб., 2001; Культура России: единство и полицентризм типологического развития. - СПб., 2001; Русская культура: прерывность и непрерывность исторического развития. - СПб., 2003; Русская культура: теоретические проблемы исторического генезиса. - СПб., 2004. щающее различные планы культурно-исторической жизни нашей страны. Весьма любопытный опыт синтеза научного и мистического воззрений на российскую культурно-историческую проблематику предложила И.В. Можайскова в труде «Духовный образ русской цивилизации и судьба России» (Ч. 1- 4, М., 2001 - 2002). Комплекс проблем духовной, этнокультурной, социально-исторической идентичности России исследован в работе Г.Г.Сильницкого «Россия в поисках смысла» (Ч. 1, 2, Смоленск, 2004).

Актуальные темы, касающиеся специфики отечественной культуры, были подняты в последние годы в публикациях журналов «Вопросы философии», «Новый мир», «Москва», «Полис», «Безопасность Евразии». Интенсивно и зачастую на высоком теоретическом уровне проблематика культурно-исторической самобытности России обсуждается в российской сети Интернет, в частности, на сайтах «Русский архипелаг» (http://www.archipelag.ru) и «Русский университет» (http:// www.russ.ru/ univer/chairs/index.html). Публикации и выступления П.Г. Щедровицко-го, С.Б. Чернышева. B.JI. Цымбурского, B.J1. Махнача, помещаемые на этих сайтах, поднимают проблемы осмысления культурно-исторического пути России, выработки обновленного российского мировоззрения, способного адаптировать страну к новым обстоятельствам ее бытия

Методологически существенную для данного исследования роль сыграли сочинения Л.М.Баткина, Ю.В.Бромлея, Д.К.Бурлаки,

A.А.Грякалова, Б.С.Ерасова, К.Г.Исупова, С.В.Лурье, И.А.Сафронова,

B.И.Стрельченко, М.С.Уварова, посвященные осмыслению философско-антропологических, культурологических, мифопоэтических, этнопсихологических оснований социальной жизни. В диссертации использовались работы классиков философской мысли, зарубежных специалистов по философии культуры, русской истории, проблемам взаимодействия цивилизаций Запада и Востока (Дж. Вайланта, Дж. Кипа, С. Радхакриш-нана, А. Тойнби, А.Уотса, Дж. Хоскинга, К.Юнга и др.). На выбор диссертантом ряда базовых установок анализа российского культурно-исторического своеобразия особое влияние имели книги А.Л.Казина «Философия искусства в русской и европейской духовной традиции» (СПб., 2000), «Россия и мировая культура» (СПб., 2004), монографии

A.А.Королькова «Русская духовная философия» (СПб., 1998) и

B.А.Щученко «Вечное настоящее культуры» (СПб., 2001).

Самое общее знакомство с историей исследования проблемы культурно-исторической самобытности России свидетельствует как о первостепенном значении этой проблемы для отечественного гуманитарного знания, так и о недостаточности ее философского осмысления. До настоящего времени отсутствуют систематические труды, посвященные философскому анализу основополагающих аспектов российской культурно-исторической специфики, действительных проявлений последней в основных планах социальной жизни. При росте общественного интереса к своеобразию российского исторического развития, при разноречивой идеологизации его опыта и многообразии подходов возникает настоятельная необходимость повысить уровень философского отношения к теме российской самобытности, не порывая с ее жизненной значимостью, и через методологически осмысленную связь различных исследовательских позиций увидеть объективные возможности взаимодополняющего сосуществования различных образов России в рамках ее некоего сверхобраза.

Методологические основы исследования. Общие концептуальные рамки осмысления ключевой проблематики диссертации определяются философско-антропологической парадигмой, предполагающей, что подход к любой проблеме гуманитарного знания принципиально зависит от того образа человека, которым с той или иной степенью осознанности руководствуется исследователь. Образ же человеческий всегда имеет определенные религиозно-духовные основания. Он оформляется и развивается в рамках каждой цивилизации под решающим влиянием конкретной религиозной традиции и присущей ей теологии, а также вследствие критической полемики с ними. Принимая к сведению это обстоятельство, автор, оставаясь в области философского умозрения, одной из своих задач видит экспликацию христианско-персоналистических предпосылок понимания самобытности национальной культуры. Руководствуясь такого рода установкой, мы уподобляем процесс исследования национально-культурной проблематики процессу постижения типа сознания и творческой жизнедеятельности человеческой личности. Понятия «человеческая личность», «сознание», «самобытность», «нация», «культура» для нас представляют тесно взаимосвязанный ряд терминов, ключевой категорией в котором является категория личности, выражающая антропологическую основу связи всех названных понятий.

Здесь уместно сказать, что метафизическая интенция личностного бытия, возникая в лоне религии Боговоплощения, развиваясь, главным образом, в рамках христианской духовной традиции и отнюдь не характерная для ряда иных традиций, предопределяет саму способность воспринимать и осмысливать персоналистическую проблематику, даже если философ не сознает своей мировоззренческой связи с христианством. Названная интенция принципиальным образом первична над формами мыслимости, обусловливая «персоналистический коэффициент» во всем, воспринимаемом и логически осваиваемом человеком.

В философско-антропологическом смысле интенция личностного существования человека предполагает, что ему присуще некое сверхприродное, трансцендентное всем его данным качествам начало, которое позволяет индивидууму специфическим, неповторимым образом преодолевать устоявшиеся формы мысли и жизни, предлагая их новые варианты \ Понятие личности, рождающееся в свете этой установки сознания, равнозначно понятию творческой самобытности индивидуума,

1 О различении в восточно-христианской традиции понятий «личность» и «природа» см.: Лосский В.Н. Богословское понятие человеческой личности // Богословские труды. Сб. 14. -М., 1975. С. 119. способного возвышаться над всеми свойствами своей природы, овладевать их возможностями, свободно определять смысл своей деятельности и цели ее осуществления.

В силу столь тонкого духовного характера личностные свойства (как отдельного человека, так и культурного сообщества) чрезвычайно трудно поддаются уяснению средствами теоретической мысли. Ведь личностность есть не обособленное качество, не потусторонний «пассажир» нашего тела, не какое-либо сущностно определенное, индивидуально ограниченное свойство культуры, которое может быть вполне успешно схвачено и формообразовано дискурсивным мышлением, но индивидуально выражаемая способность к универсализации индивидуального бытия, к специфическому прехождепию всякой ограниченности, данности и заданности. Личное начало формально неопределимо в силу непосредственного единства в нем индивидуального и универсального. Как и все в реальности, как всякая элементарная частица, представляющаяся нам единством корпускулярных и волновых свойств, личность образуется уникальной связью частности и всеобщности, единством прерывности (дискретности) и непрерывности (континуальности). Личность, справедливо указывает И.А.Сафронов, - это континуум «Я» индивида, т.е. множественность, объединенная в целостность, сохраняющуюся во всех своих превращениях \

В свете персоналистического подхода национальная культура рассматривается нами как системно организованный комплекс мифов, символов, образов, идеологем, императивов социальной жизнедеятельности, аналогичный системности человеческого сознания. С учетом опыта моделирования психической «протяженности», содержащегося в философии сознания С.А. Алексеева (Аскольдова), и моделей психической динамики, разработанных в аналитической психологии К. Юнга, вводятся понятия духовно-архетипического основания культуры и вторичных ти

1 См.: СафроновИЛ. Человек. Вселенная. Время. - СПб.: СПбГУЭФ, 1977. С. 103. пологических форм, а соответственно осуществляется различение центральных и периферийных областей культурного бытия. Духовно-архетипическое основание национальной культуры выражается интегральной мифологемой данного народа, укорененной в его религиозном сознании, зафиксированной в сакральных текстах его культурной традиции, воплощенной в многообразных произведениях литературы, философской мысли, искусства, и таким образом пронизавшей все поле национального бытия и сознания \ Духовное ядро культуры, действуя в контексте исторически конкретной социальной среды, политических и экономических форм жизни народа, обусловливает характерные черты национально-культурного ментального поля. Последнее же определяет единство многих личных самосознаний и, создавая внутренне устойчивую основу жизнедеятельности общества, способствует его в онтологическом смысле самобытному (то есть спонтанному, органичному, самостоятельному, преемственному, самосохраняющемуся, саморазвивающемуся) историческому существованию . Свои культурные функции вышеназванное ядро выполняет не только в силу «нуминозного», мифологического качества, но и ввиду соответствия этнопсихологическим особенностям, характеру объективного бытия данной социальной общности в своеобразных условиях ее «месторазвития».

1 Понятия мифа и архетипа принимаются нами как обозначения первоначальных, до-рациональных оснований социально-культурной жизни, дающих материал, психическую энергию и смысловые направления дифференцирующей творческой деятельности личности.

2 Это понимание культурной самобытности оказывается принципиально близким к общепринятому. Судя по материалам всемирной конференции ЮНЕСКО, посвященной культурной политике (Мехико, 1983), самобытность рассматривается в современной культурфилософии как «жизненное ядро культуры, тот динамический принцип, через который общество, опираясь на свое проитое, черпая силы в своих внутренних возможностях и осваивая внешние достижения, отвечающие его потребностям, осуществляет постоянный процесс самостоятельного развития» (цит. по: Ерасов Б. С. Проблемы самобытности незападных цивилизаций. Развитие теоретической мысли в странах «Третьего мира» // Вопросы философии. 1987. № 6. С. 111).

Естественное происхождение и внутренняя органика национального общества, его самобытная культура являются организующими факторами более широких и искусственных общественных систем, объединяющих многие народы в рамках империй или несколько государств в цивилизационных комплексах. Этим объясняется то, что в центре нашего исследования находится проблематика именно русской культуры и русского национально-общественного развития, сыгравших решающую роль в духовной и социальной организации жизненного пространства России-Евразии, объединении различных народов и традиций в рамках Российского государства.

Стремясь осмыслить тему национально-культурной самобытности в персоналистическом ракурсе, автор ориентируется не столько на методы формального описания (соотнесенного с чисто теоретическими критериями) российского культурно-исторического процесса, сколько на разрешение задач его ценностно-смыслового анализа. Эта установка отнюдь не противоречит научным целям, но является одним из условий содержательного гуманитарного познания проблем культурной жизни. Ибо всякая конкретная культура, как и отдельная человеческая личность, есть и сравнительно завершенный организм, самоорганизующаяся, стремящаяся к равновесию система, и духовно-динамическое целое, устремленное к высшему, идеальному, абсолютному. В качестве целостного комплекса аксиологических императивов, идеологем и норм общественной жизнедеятельности культура требует рационально строгих методов познания ее самобытного функционирования. Но, взятая с точки зрения духовных принципов собственного существования, не может служить только объектом внешней формальной интерпретации.

Несводимость личности к сущности (природе) предполагает невозможность исчерпывающей концептуализации духовных оснований общественной жизни. В этой связи методологически ценным оказывается мысль известного исследователя эпохи Возрождения JT.M. Баткина, сказавшего, что для познания существа культурного типа, как и для проникновения в «потемки» человеческой души, требуется не одна логика, но и способности воображения, сопереживания, ибо цель здесь состоит не столько в правильности, сколько в убедительности культурно-исторической реконструкции. «Можно воссоздать известные сочетания звуков, - пишет ученый, - но их выразительность нельзя доказать тому, кто воспринимает звуки лишь с акустической стороны. Истолкование целостно-духовной сущности культуры также не поддается элементарной (фактической или дедуктивной) проверке» \

Руководствуясь этим указанием, мы стремимся к дополнению методов отвлеченной концептуализации, без которых немыслимо философское исследование, ценностно-смысловым анализом российского культурно-исторического развития, принимая в расчет опыт русского культурного самосознания, нашедшего отражение в сфере традиционного православного мировоззрения и в истории отечественной философии. Осмысление многообразных данных этого опыта во всех основных аспектах работы имеет целью, во-первых, выявить объективные основания российской культурно-исторической самобытности, а во-вторых, — комплекс адекватных ей методов мышления. Ибо, как указывает современное гуманитарное знание, всякому типу культурного бытия соответствует свой тип сознания (в научном плане - методологической рефлексии), способный «ухватить» глубинные архетипы конкретной культуры.

Объективно сложные проблемы такого рода возможно разрешить на должном уровне научной основательности посредством погружения исходных методологических установок в достаточно представительный фактический материал российской культурно-исторической жизни. Интуитивно «ухватываемые» духовные определения культуры, аналитиче

1 Боткин JI. М. Тип культуры как историческая целостность // Вопросы философии. 1969. №9. С. 100. ски выявляемые проблемы и принципы ее исторического развития должны быть апробированы в этом материале, подкреплены результатами самопознания России в основных течениях русской философской, культурологической, общественной мысли.

Так определяется комплексная исследовательская стратегия, воплощенная в данной работе. Эта стратегия призвана достичь взаимодополняющего сочетания в рамках единого научно-философского исследования трех планов изучения проблемы: в свете персоналистической философии культуры, религиоведения и системного анализа конкретного историко-культурного материала.

Важная методологическая особенность диссертации обусловлена установкой на интеграцию историзма (предполагающего рассмотрение культурных принципов, организующих социальную жизнь, в постоянном развитии, изменении) с метаисторическим анализом оснований культуры (ориентированным на выявление их духовно устойчивых, ар-хетипических, традиционных начал, отвечающих за многовековую идентичность национально конкретного общества в истории).

Объект исследования: российский культурно-исторический процесс в контексте мирового культурно-исторического развития.

Предмет исследования: самобытность духовных оснований и принципов исторического существования России как специфического типа социальной жизни и цивилизации.

Цель и основные задачи диссертационной работы. Цель диссертации - философско-методологическая и содержательная проработка основного круга вопросов, предполагаемых проблемой культурно-исторической самобытности России, и за счет этого повышение уровня концептуальной отчетливости представлений о характере культурного и цивилизационного развития нашей страны.

Поставленная цель достигается посредством решения трех взаимосвязанных задач: а) анализа онтологических оснований понятия культурной самобытности, а также опыта исследования культурно-исторической специфики России и ее идентификации, которым располагают отечественная философия и культурология XIX - XX вв.; б) рассмотрения объективных геокультурных и природно-географических «рамок» формирования российской духовной и цивили-зационной идентичности; в) осмысления базовых аспектов отечественной религиозно-духовной традиции, исследования типологии русского культурного сознания и описания характерных особенностей российского культурно-исторического процесса в рамках целостной периодизации.

На первом этапе естественным образом доминирует методологическая установка, на втором и третьем этапах основное значение приобретает содержательный аспект исследования проблемы. Погружая философские средства ее освоения в конкретный историко-культурный материал, автор стремится апробировать эти средства и с достаточной степенью фактологической обоснованности выйти на новый уровень понимания основополагающей проблематики российской культурно-исторической самобытности, как в ее философских смыслах, так и в конкретной «плоти» исторического опыта.

Научная новизна исследования. Научная новизна диссертации определяется комплексной разработкой исследуемой проблемы. Причем впервые весь круг связанных с нею тем рассматривается как внутренне органичный комплекс представлений, понятий, учений, исторически выросший из российского социально-культурного бытия и потому имеющий свою логику развития в сфере русской мысли. Более того, данный комплекс, транслируясь в истории русского самосознания, по-разному интерпретируясь в различные исторические периоды, дает отечественной мысли жизнь, стимулирует ее развитие, структурирует ее направления, выявляет (как некий онтологически содержательный тест) ее предельные творческие возможности и глубинные идейные устремления. Само традиционное наличие проблемы самобытности России в сфере русской мысли различных периодов времени является фактом ее своеобразия, а степень выраженности этой проблемы в определенном интеллектуальном течении может служить формальным критерием его национально-исторической значительности.

Конкретные аспекты научной новизны, содержащиеся в работе, могут быть представлены в следующих тезисах:

Исследованы ценностно-мировоззренческие предпосылки особой значимости проблемы культурно-исторической самобытности в рамках христианской традиции и рассмотрены онтологические основания понятия «культурная самобытность».

Раскрыто специфическое значение вышеназванной проблемы на российской почве, обусловленное своеобразным положением нашей страны в системе мировых геокультурных связей и ее динамичной модернизацией в Новое время, породившей острую потребность обновленной идентификации России в русском культурном самосознании.

Обоснована необходимость методологической, а также жизненно-практической связи таких принципов мышления и социально-культурного бытия, как историцизм и органицизм. В целях преодоления весьма условной и в методологическом плане неплодотворной альтернативы культурного консерватизма и творческого динамизма, выявляются объективно реальные аспекты культурного самосознания и существования, в рамках которых становятся необходимыми стабилизирующие социальную жизнь «творчески консервативные», «динамически традиционалистские» стратегии мышления и деятельности. Для осмысления феноменов такого рода синтеза, обнаруживаемых в российском историко-культурном материале, вводится понятие динамического традиционного единства культурной жизни, противопоставляемое понятию ее органического традиционного единства.

Выявлены энергетические источники культурно-исторической самобытности общества, в качестве которых рассматриваются этнопсихологическая специфика народа, духовные ресурсы религиозной традиции, особенности развития сознания личности и типология сочетания названных начал в рамках национальной духовности, актуализирующейся посредством творчества культурных деятелей народа.

Осмыслено понятие культурного самосознания. Последнее интерпретировано как способ личностной реализации ментальных энергий и ценностно-мировоззренческих императивов общества в русле его традиционной специфики.

Раскрыта взаимосвязь религиозно-духовных и цивилизационных аспектов исследования проблемы культурно-исторической самобытности России в контексте взаимодействия народов нехристианского Востока, христианского Запада и христианского Востока. В связи с данной духовно-типологической проблематикой подвергнуты анализу характерные черты восточно-христианского общественно-культурного типа, рассмотрены специфические особенности и проблемы цивилизации, развивающейся в русле восточно-христианской традиции.

В сравнении с опытом государственно-церковной системы Византии и цивилизации христианского Запада очерчена культурно-историческая специфика интеграции восточно-христианского мировоззренческого опыта в отечественный этнокультурный тип. Исследованы религиозно-мифологические и религиозно-философские аспекты русского православного мировоззрения, типологически различные формы его актуализации, метаморфозы русской культурной идентичности за пределами традиционной ценностной системы.

Впервые системно проанализированы религиозно-мифологическая подоплека, идеологическое содержание, историческая типология отече ственного культурного самосознания. Выявлены три основные, тесно взаимосвязанные разновидности последнего: русско-православное, византинистское, европейско-российское. Раскрыты компенсаторная логика связи названных мировоззренческих форм и основополагающая проблематика русской культурной идентификации в Новое время.

В контексте системного анализа типологической специфики российского исторического процесса описаны ключевые критерии культур-но-цивилизационной идентичности России, картина взаимодействия религиозно-духовных, национально-психологических, природно-географи-ческих, пространственных и временных определений социально-культурного развития нашей страны. Выявлена ценностно-мировоззренческая логика становления, трансформации, разрыва и преемственности основных культурных и общественно-государственных форм российского исторического бытия.

Построена авторская периодизация культурно-исторического развития России с точки зрения единства духовно-архетипического ядра русской культурной традиции и многообразия форм его проявления в различные эпохи отечественной истории. В рамках данной периодизации моделируются и анализируются пять периодов: стадия предтради-ционпого развития Руси; эпоха формирования русской православной традиции; период органической традиционной целостности культурной э/сизни; стадия динамического традиционного единства; фаза посттрадиционного развития России.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Важный мировоззренческий статус идеи национально-культурной самобытности в рамках христианского миросозерцания объясняется из свойственных ему персоналистической антропологии и историзма. Открыв персоналистическую перспективу постижения человека, мира, истории, христианство поставило перед философской мыслью проблему поиска духовно-личностного смысла исторического бытия народов, выявления оснований их творческого пребывания в истории.

2. Смысл национально-духовной и цивилизационной самобытности народа может быть раскрыт в своем действительном существе и практической важности только в рамках философско-методологической теории, руководствующейся духовно-энергетическим пониманием природы социальной жизни. То есть теории, придающей центральное значение не самим по себе эмпирическим потребностям, интересам и отвлеченным знаниям, а тем традиционно сложившимся мировоззреческим установкам, определяемым ими процессам выбора, оценки, консолидации сознаний и социальной воли, которые обусловливают собственно человеческий, духовно-смысловой, творчески-исторический характер общественного бытия.

3. Сама возможность мыслимости исторического процесса обусловливается реальностью метаисторических начал конкретной культуры, сущих в сознании народа, общества и определяющих восприятие ими социального времени как процесса исторического воплощения определенного идеального, ценностного содержании. Разрыв общественного сознания с традиционным духовно-смысловым комплексом своей культуры разрушает целостность национальной истории, преемственность развития общественных форм.

4. Рассмотрение понятия культурной самобытности в сопоставлении с понятиями «культурно-историческое своеобразие» и «культурная традиция» приводит к выводу, что в этих отношениях «самобытность» выступает как категория, относящаяся к духовной индивидуальности данного сообщества, а потому онтологически более существенная, чем понятие «своеобразие», и значительно более широкая, чем понятие «традиция». Ибо, наряду с позитивно-традиционным моментом, категория самобытности предполагает целый ряд исторически сопутствующих данной национальной культуре недостатков, которые выражают несовершенство воплощения традиционных ценностей в социально-истори ческой жизни народа, типичное именно для него и зачастую диалектически связанное с особенностями его позитивного духовного своеобразия.

5. Проблема культурно-исторической самобытности России имеет основополагающее значение в истории русской мысли и русского самосознания Нового времени, поскольку Россия, технически модернизированная реформами Петра Великого, встретилась с трудностями в деле уяснения своего мирового места, своих собственных интересов и задач. Недостаточная развитость научного просвещения в допетровский период поставила страну перед необходимостью восполнить дефицит интеллектуальной культуры (путем заимствований из арсенала научного опыта Европы) и в то же время не подпасть под влияние западной цивилизации, с ее инородными России принципами существования и секулярной рациональностью, все более отчуждающейся от общего христианского наследия. Русской мысли следовало сопоставить в целостных образах исторические пути Европы и России, выработать проект культурной миссии последней, дабы легитимировать самобытное присутствие России в Новой истории.

6. Сложность каждой из этих проблем и их совокупности, трудности осмысления объективной, многоплановой специфики России, шедшей путем уникального сочетания типологически различных начал социального бытия, в рамках мировоззренчески и концептуально единого культурного самосознания обусловили раскол русской философии, обф щественной мысли и самой социальной жизни на разнотипные направления. Причем этот раскол осуществился не столько на уровне концептов, сколько в плане вероисповеданий и мировоззренческих интенций, проведя демаркационные линии между западниками, славянофилами, народниками, евразийцами и т.д., что обращает нас к драме интенцио-нального и ценностного распада русской души. То есть, говоря о проти

•ф воположных способах усмотрения специфики России и различных обц разах восприятия ее самобытности, возникших с самого начала нашего философского пробуждения, следует видеть не просто расслоение веры и разума, чувства и ума, а возникновение разных типов веры, разных стилей рациональности внутри русского сознания и, соответственно, внутри русской культуры, русской общественности и государственности.

7. Анализ опыта отечественной мысли и социальной жизни позволяет вести речь о хронической слабости в России русского культурного самосознания, начал цивилизационной идентичности и способности исторического самоопределения общества. Эта размытость собственной национально-культурной рефлексии, избыточный универсализм мировоззрения и повышенный интерес к инобытным культурам позволяли русским изрядное время служить имперским этносом, с изящной пластичностью осуществлять культурные заимствования и своеобразно актуализировать свои творческие способности в заимствованном материале. Однако «традиция» ухода русской точки зрения с собственной культурной почвы в сторону культурного инобытия и «иносознания» порождает ложные парадигмы индентификации, наполняет ими общественную память, а сегодня ставит под вопрос саму жизнеспособность нашей страны как единого государства и типа цивилизации.

8. Основательная идентификация России в качествё феномена культурно-исторической жизни предполагает многоуровневый характер. Она призвана отразить как своеобразие русской культурной основы жизни российского сообщества (связанное со специфическим воплощением ценностно-мировоззренческих начал греко-православной традиции, сложившейся в русле общеевропейского, но не западного, культурного типа), так и евразийскую специфику цивилизации, выполняющей интегрирующие функции в поликонфессиональном и полинациональном социуме, на стыке европейского и азиатского цивилизационных комплексов. Границы культурно-исторического самоопределения России объективно приобретают трихотомический смысл, отделяя ее не только от христианского Запада и нехристианского Востока, но и византийского культурного типа.

9. Будучи глубоко причастна наследию византийского культурного синтеза, соединившего религиозно-мистический опыт Азии с греческой философской формой, Россия, в отличие от Византии, не знавшей нации и базировавшейся на связи двух универсализмов: универсализма православия и универсализма империи, изначально строилась на психологически своеобразном и достаточно однородном восточнославянском этническом фундаменте. Это обусловило весьма раннее становление русского национального самосознания и идеи народности, что пронизало великокняжескую и монархическую власть, земское общество и крестьянскую общину, а отчасти даже европеизированный гражданско-общест-венный уклад специфическим православно-национальным духом.

10. Для фиксации образовавшегося в итоге становления русской культурной традиции сплава религиозной и национальной идентично-стей вводится понятие православно-национального архетипа отечественной культуры. Традиционное выражение его связывается с символом Святой Руси и идеей Москвы - третьего Рима, в которых проявились два контекстуально близких, но существенно различных по смыслу уровней русской идентичности: цившизациоппой, мессианско-исторической (Третий Рим) и духовно-национальной, метаисторической (Русь Святая).

11. Как следствие синтеза универсально-православной и восточнославянской этнокультурной составляющих выделяются четыре основополагающих элемента ценностного ядра отечественного культурного типа: православная вера; почитание Русской земли как безусловной ценности и святыни; великодержавная (в смысле мощи и масштабности) государственность; национально-духовная, национально-культурная самобытность. Именно совокупным влиянием этих ценностей объясняется функциональная специфика русского культурного самосознания, а смыеловыми и структурными изменениями в ценностном ядре - российская социально-историческая динамика.

12. В отличие от типичных стран Востока и Запада, Россия не проявляет свойств ни долговременной традиционной стабильности, ни устойчивого развития на базе динамических и релятивистских принципов, демонстрируя картину разного рода идеологических переворотов, расколов, смут, распадов и собираний, разложений и возрождений. Общие особенности российского культурно-исторического процесса ближайшим образом выражает слово «порывность», в смысле различных миросозерцательных увлечений нации, а также в смысле разрывов культурной традиции.

13. Внутренняя неустойчивость в характере исторического развития страны объясняется глубоким религиозно-мифологическим характером русской культуры, избежавшей долговременного опыта секуляризации и демифологизации. Чисто секулярные ценности рациональности, практической пользы, технической эффективности остаются сами по себе недостаточно легитимными в отечественном культурном сознании, что обусловливает как известное отчуждение народного менталитета от исторического мира, от современности, так и попытки периодического «вбрасывания» России в историю, осуществляемые государственной властью, принудительно переключающей внимание народа с метаисто-рических, метаполитических ценностей на временные (современные) цели бытия страны. Однако порыв вхождения в историю без должной мировоззренческой опоры на ценностно-смысловые начала собственной культуры (дающие ментальные ресурсы овладения социальным временем, разумного руководства динамикой изменений) приводит к неизбежному социальному срыву.

14. Органическое сопряжение религиозно-мистического и национально-культурного начал в русском самосознании, при слабом развитии интеллектуальных форм освоения данных религиозного и социального опыта, является источником основных противоречий, характерных для исторического развития отечественного социально-культурного типа. Крайне актуальная для последнего проблема осмысленного сочетания разноуровневых императивов социальной жизни, повышения гибкости и многоплановости общественного сознания на основе преемственности традиционных ценностей объясняется еще и сложностью «место-развития» России в порубежном мире между Европой и Азией, необходимостью обеспечивать цивилизационную стабильность страны в условиях повышенной свободы выбора исторических ориентиров. Отмеченными обстоятельствами в их совокупности обусловлено постоянное присутствие компенсаторных факторов в сфере отечественного культурного самосознания (византинизм, европеизм) и в практике российского государства (административная европеизация, тоталитарный социализм). Последние объясняются как порожденные поисками идеологических «точек опоры» или институциональных «костылей» во внешнем мире, необходимых для укрепления самостоятельности страны в истории при недостаточной четкости русской культурно-исторической идентификации.

15. Фундаментальная задача культурного самосознания для современной и будущей России определяется объективной необходимостью точного философско-мировоззренческого соотнесения ценностей православно-национального ядра русской культурной традиции, наследия греко-православной мысли, а также опыта интеллектуально развитого, индивидуализированного творчества во всех сферах цивилизации, который мы получаем как лучшую часть наследия Западной Европы.

Теоретическое значение работы. Осмысление философско-антропологических, культурфилософских, религиоведческих, историко-культурных аспектов исследуемой проблемы; выявление принципов, обусловливающих как специфичность отечественной культурной традиции, так и возможность ее адекватного познания; раскрытие диалектики консервативных и творчески-динамических начал общественного бытия России; опыт экспликации и артикуляции духовно-архетипических оснований российской культурной жизни способны стимулировать дальнейшую системную разработку проблем своеобразия исторического развития нашей страны, необходимую российскому социуму для обретения идентичности, а также определенного «лица» в международном плане. Содержащийся в диссертации анализ опыта русской мысли и культурно-исторического развития России способствует преодолению многих трудностей, связанных с кажущейся несовместимостью различных философских и жизнестроительных ориентаций, сложившихся на российской почве, поскольку обнаруживает равную необходимость их происхождения и взаимную компенсаторную связь в рамках отечественного культурно-исторического процесса. Философское прояснение всякого рода мифологических импульсов и идеологических увлечений в интерпретации проблем самобытности России дает возможность осознать границы правды каждой исторически устоявшейся точки зрения и подняться к новым, более широким идеям, как в научно-теоретическом, так и в общественно-мировоззренческом смысле.

Практическое значение работы. Материалы диссертации могут найти применение в преподавательской деятельности, прежде всего, в рамках курсов истории русской культуры, истории русской философии и общественной мысли, культурологии, истории православной культуры, при разработке спецкурсов по проблемам культурно-исторической самобытности России, учебно-методических материалов и учебных пособий по названной проблематике. Данные диссертационного исследования могут быть использованы в целях воспитания культурного и патриотического самосознания молодежи через образовательный процесс.

Апробация работы. Основные идеи диссертации получили апробацию на ежегодных чтениях факультета Истории русской культуры Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств, с 1992 по 2002 г., а также на научных конференциях: «Наука и культура Русского Зарубежья» (СПбГАК, 28 ноября 1996); «Академик

A.И. Солженицын. К 80-летию со дня рождения» (Международная научная конференция, Пушкинский Дом, 16 декабря 1998); «Православие и творчество» (Научно-практическая конференция, СПб., 11-12 мая

2000); «Духовные и социальные проблемы современной России в свете Православия» (Научно-практическая конференция, СПб., 17-18 декабря

2001); «Наука, культура и политика русской эмиграции» (Всероссийская научная конференция, СПбГУКИ, 24-26 июня 2002); «Православие: ответ на вызовы XXI века» (Научно-практическая конференция, СПб., 1213 февраля 2003); «Минувшее и непреходящее в жизни и творчестве

B.С.Соловьева» (Международная научная конференция, СПбГУ, 14-15 февраля 2003); «Православие и патриотизм» (Научно-практическая конференция, СПб., 26-27 марта 2004); «Российская цивилизация в XXI веке» (Научно-практическая конференция в Законодательном собрании Санкт-Петербурга, 3 июня, 2004); «Православие, молодежь и будущее России» (Международная конференция, СПб., 3-5 марта 2005); «Ребенок в современном мире. Культура и детство» (VIII,X,XI,XII международные конференции в Санкт-Петербурге в апреле 2001, 2003, 2004, 2005 гг.); «Славянские культуры: духовные традиции и вызовы современности» (Международная конференция, СПб., 24-25 мая 2005).

Все положения диссертации использовались в преподавательской работе. Учебная программа по теме «Социально-культурное своеобразие исторической жизни России», предложенная диссертантом на открытый конкурс «Гуманитарное образование в высшей школе», была поощрена грантом III степени (протокол заседания конкурсной комиссии № 9 от 24 декабря 1992 г.). На основании материалов диссертационного исследования разработаны и читаются следующие курсы на факультете Истории русской культуры СПбГУКИ: «История духовного становления России»; «История русской философской мысли XI - XVIII веков»; «История русской философии в XIX веке»; «История русской философии в XX веке»; «История русской культуры в XVIII веке»; «История русской культуры в XIX веке»; «История русской культуры в XX веке»; «Историография истории русской культуры».

Диссертантом создана программа курса «Общественно-психологическая и духовная история России» для средней школы, утвержденная в качестве авторской программы экспертным советом при Комитете по образованию мэрии Санкт-Петербурга (протокол № 6 от 21 марта 1995 г.), а с 1999 г. читаются регулярные циклы лекций для учителей в Санкт-Петербургской государственной академии постдипломного педагогического образования по проблемам приложения цивилизационного подхода к преподаванию отечественной истории.

Результаты исследования отражены в 63 публикациях автора (общим объемом 107 п.л.), в том числе в монографиях «Христианская философия нации и проблемы русского культурного самосознания» и «Россия как предмет культурно-исторического познания. Введение в проблему российской культурно-исторической самобытности».

Диссертация обсуждалась на заседании кафедры Истории русской культуры Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств и была рекомендована к защите.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух частей (в первой части пять глав, во второй - семь), заключения и списка литературы. Объем работы с библиографией 446 с.

Заключение диссертации по теме "Религиоведение, философская антропология, и философия культуры", Булычев, Юрий Юрьевич

Заключение

Завершая свою работу, автор не тешит себя иллюзией, что до конца и всесторонне осмыслил проблему культурно-исторической самобытности России. Эта тема неисчерпаема, а каждый новый период отечественной истории прибавляет вопросов историку и философу.

И все же мы полагаем, что содержащегося в нашем исследовании материала вполне достаточно, чтобы более глубоко, точно и конкретно понять многогранную специфику отечественной культуры в ее традиционных духовных основаниях и своеобразной логике исторического развития.

Так как данное сочинение содержит ясные выводы относительно основополагающих аспектов изучения проблемы российской культурно-исторической самобытности в качестве предмета философского познания, нам незачем повторять все результаты проделанной работы. Однако, чтобы сохранить верность избранной методологии и проблематике, мы обязаны в конце своего труда сказать, насколько самобытным в методологическом плане, обновляющим в предметном отношении и мировоззренчески обогащающим в гуманитарном смысле представляется автору его исследование.

Оставляя слово последнего суда за внешней критикой и стремясь только облегчить ее задачу, мы можем предложить следующие ответы на поставленные выше вопросы.

Анализ опыта исследования проблемы культурно-исторической специфики России в отечественной философии и культурологии XIX-XX вв. заставил нас усилить внимание к духовным основаниям самобытности национальной культуры. Культурно-типологический органи-цизм, при всей его относительно конструктивной оппозиции линейному историзму и европоцентризму, был понят нами не просто как методологическая односторонность, но как учение, существенно противоречащее христианскому (персоналистическому и спиритуалистическому) пониманию национальной культуры, в лоне которого зародилась сама проблематика культурно-исторической самобытности народа.

Этим мотивируется выведение всех природно-органических начал национальной культуры (прежде всего этнологических и географических) в периферийную область исследования и перенос основного внимания на проблематику религиозной и национальной духовности, а также культурного самосознания. Объясняя саму возможность пребывания народа в истории сохранением и развитием связей человеческих сознаний с духовно-архетипическими началами национально принятой традиции, автор стремился сочетать анализ проблемы самобытности национальной культуры в функциональном плане с анализом в плане историческом. При этом понятие «самобытность» раскрывается как категория, отражающая субстанциальное свойство бытия вообще, поскольку к самому его существу относится спонтанное самодвижение, саморазвитие, самоосуществление. В культурно-историческом же аспекте это понятие приобретает конкретный смысл лишь в отношении к двум фундаментальным основаниям, с древнейших времен и до наших дней определяющих развитие всякого общества: религиозной традиции и духовному своеобразию народа. Именно названные основания в тесной взаимосвязи образуют фундамент национально-культурной индивидуальности, предопределяют духовное ядро ее ценностного мира, самосознания и самодеятельности в истории.

Сочетание исследования как внешних обстоятельств культурно-цивилизационного развития России, так и основополагающих для ее самобытности православно-русских духовно-архетипических принципов позволяет, на наш взгляд, впервые комплексно осмыслить основные аспекты исследуемой проблемы в системе многоуровневых координат и различных контекстов. Посредством «привязывания» России и русской культуры к географическим и геокультурным обстоятельствам «место-развития», к духовно-типологическим особенностям восточно-христианской традиции, выявляя объективные связи внешних условий со спецификой русского национального характера, православного мировоззрения, традиционного общественно-государственного строя, культурного самосознания, мы получили возможность, так сказать, перекрестного анализа основных проявлений российской самобытности в духовно-органическом и духовно-динамическом планах. В наиболее достоверных и значимых моментах этого анализа культурно-историческая самобытность России открывает свою глубокую природу, связанную с религиозно-метафизической парадигмой русского народного самоопределения через соотношение земной Руси и мира небесной жизни, с формированием православно-национального мировосприятия, с распространением его на область общественно-государственного бытия, с введением религиозно-мифологической установки во все формы культурной самоидентификации и даже теоретико-философской мысли. Высокая религиозно-метафизическая целеустремленность, внутренняя напряженность и универсальность в отечественном социально-культурном типе представляются нам обусловленными не только восточно-христианской традицией и русским национальным менталитетом, но также географическими и историческими обстоятельствами становления России. Постоянная необходимость освоения огромных евразийских пространств, потребность духовной организации социальной жизни в условиях малой плотности населения, сплочения различных социокультурных укладов самого русского общества и имперского организма России - все это как бы навязывало максимально высокие и универсальные религиозно-ценностные ориентиры русскому народу, позволявшие примирять жизненные конфликты и достигать государственного единства различных культурных и цивилизационных элементов.

Мы акцентировали внимание на том, что сама православно-национальная природа русского самосознания и социально-культурного типа порождала сложные проблемы развития отечественной цивилизации, которые определялись трудностью согласования требований христианского идеала и задач земного бытия народа, вселенско-универсаль-ного существа православия и национально-своеобразных задач практической жизни России. Это вносило в наше историческое развитие глубокие духовные побуждения, высокий идеализм, что обусловливало огромную роль религиозно-мистических и нравственных факторов российского социально-культурного существования, предполагало напряженный драматизм борьбы различных мотивов, трагичность социальных срывов и неудач в деле воплощения слишком высоких идеалов.

Несмотря на такого рода потрясения, приведшие страну в XX веке к глубокому разрыву культурной преемственности, русский культурный тип продолжает сохранять максималистскую ориентацию на некие предельные ценности, будь то спасение души, достижение социальной правды, нравственное обновление жизни России и человечества, требуя от отдельного человека жертвенного служения религиозному, моральному, социальному идеалу. Как справедливо заключает К. Касьянова, в образе русской культуры перед нами предстает древняя культурная система, «требующая от человека очень сильного самоограничения, репрессии своих непосредственных внутренних импульсов, репрессии своих личных, индивидуальных целей в пользу глобальных культурных ценностей. Все культуры в какой-то степени построены на таком самоограничении и на такой репрессии, без них нет культуры вообще. Но здесь важна также и сама степень. В нашей культуре эта требуемая от человека степень необычайно высока» \

1 Касьянова К. О русском национальном характере. - М.: Институт национальной модели экономики, 1994. С. 337.

Из традиционного сопряжения религиозно-мистического и национально-культурного начал в русском самосознании, при слабом развитии интеллектуальных форм освоения данных религиозного и социально-культурного опыта, нами выводятся основные противоречия, характерные для исторического развития отечественного социально-культурного типа. Крайне актуальная для последнего альтернатива: культурный синтез или же политическое подавления внутренних конфликтов, во многом объясняется еще и сложностью «месторазвития» России в порубежном мире между Европой и Азией с необходимостью обеспечивать цивилизационную стабильность страны в условиях повышенной свободы выбора исторических ориентиров. Отмеченными обстоятельствами в их совокупности мы объясняем постоянное присутствие компенсаторных факторов в сфере отечественного культурного самосознания (византинизм, европеизм) и в практике российского государства (административная европеизация, тоталитарный социализм). Последние объясняются как порожденные поисками во внешнем России мире идеологических «точек опоры» или институциональных «костылей», необходимых для укрепления самостоятельности страны в истории при недостаточной четкости русской культурно-исторической идентификаций.

Несмотря на сложность, противоречивость, неорганичность развития отечественной цивилизации, есть основания признать целый ряд признаков российской общественной жизни характерными особенностями именно русского цивилизационного типа. В социальной сфере такого рода признаками служат: 1) общинная и артельная организация жизнедеятельности населения, тесно связанная с ценностями взаимопомощи и нестяжательства; 2) традиция территориально-бытового сплочения людей в экономически самостоятельные самоуправляемые земские единицы, ведающие всем кругом местных дел; 3) приоритет общего блага, равенства, справедливости и согласия над частными интересами и мнениями; 4) долгосрочное, противоречивое соединение в рамках одной социальной системы гражданско-общественного и патриархально-общинного укладов, при сравнительной неразвитости первого и решающей государственной значимости второго.

К типологически своеобразным чертам русской политической традиции относятся: 1) самодержавная монархия (как институт юридически неограниченной верховной власти, подчиненной религиозно-нравственным императивам и находящейся в «симфонии» с Церковью и нацией), вырождающаяся при разложении своих культурных оснований в абсолютистскую автократию, бюрократически отчужденную от общества; 2) высокая независимость отправления верховной власти от прямого влияния и контроля со стороны любых классов, социальных слоев и политических групп; 3) преимущество императива общей правды над правом вообще и правами отдельных лиц; 4) понимание всякой власти над людьми в смысле ответственного христианского или, по крайней мере, некоего нравственно обоснованного служения, а не привилегии и эгоистического господства; 5) институт Земского собора в качестве выразителя интересов и чаяний всей земли, всей нации, представленной в конкретном сословном многообразии.

Организационными признаками отечественной цивилизации являются: 1) сочетание политического централизма с земско-бытовой и национально-культурной автономией населения; 2) универсальная, «идео-кратически» возвышенная государствешюсть как важнейший фактор интеграции огромных пространств, социального, экономического, культурного строительства и равновесия между различными общественными укладами; 3) многообразные хозяйственные и социально-экономические функции российского государства, которое в сложных природно-географических и геополитических условиях развития России вынуждено заниматься созданием промышленности, путей сообщения, стимулировать общественное разделение труда, активно регулировать социальные отношения; 4) гибкое и мирное согласование в пределах единой евроазиатской геополитической системы разнотипных религиозных, культурных, национальных традиций; 5) нераздельная связь государства, нации и территории, определяющая органичное расселение народа на огромном пространстве без разрывов геополитической целостности России; 6) периодическое перемещение столицы страны как руководящего центра цивилизации, в зависимости от нового идеологического порыва и характера задач, встающих перед нею; 7) сравнительная слабость формализующих и рационализирующих средств общественной организации при огромной роли религиозно-нравственных, эмоциональных, идеологических сил.

Заключая обзор основных признаков русской цивилизации, разумеется, далеко не исчерпывающих наше социально-историческое своеобразие, но весьма показательных для него, необходимо специально остановиться на особенностях последнего (организационного) ряда признаков, ибо организационные начала цивилизации ближайшим образом выражают ее специфическую сущность.

Делая обобщение в этом плане, следует подчеркнуть, что Россия отличается явственной аморфностью собственно цивилизационных, формализующих и кодифицирующих механизмов при исключительной роли духовной культуры и идеологии в обеспечении жизнедеятельности общества. Исторически русский народ создал цивилизацию не рассудочно-рационального, а духовно-регулятивного характера, в которой основные, подчас сугубо практические стороны бытия (хозяйственная активность, колонизация новых земель, законопослушание народа, военная мощь государства) прямо определяются психологическими, моральными, идейными принципами.

Высокая цивилизационная, то есть социально-регулятивная, роль вероисповедного, идеологического начала в нашем социально-культурном типе достаточно понятна в свете всего, ранее сказанного нами о восточно-христианском мировоззрении как основе культурной жизни. Задачи общественной организации масштабного «месторазви-тия» России-Евразии еще более усиливали цивилизационное значение идеократического момента. История нашей страны содержит многие примеры того, как в зависимости от изменения верообусловленных установок русского общественного сознания непосредственно изменяются состояния политической и общественно-экономической систем на всем евразийском пространстве.

Трагедия традиционной российской государственности в XX веке, а затем целый ряд неудач в создании правового строя на русской почве, указывают как на существенную специфичность принципов отечественного политического строительства, так и на слабость их осознания руководящим слоем российского общества. Личностно-харизматические, религиозно-нравственные, автократические черты в понимании носителя верховной власти, которые при активном участии Церкви утвердились в русской государственной традиции, явно препятствуют ее адаптации к политической современности. Развивающаяся же вне традиции политика превращается в вечный эксперимент, угрожающий самому существованию русского народа и России.

Подводя в лаконичной форме итог видению российской самобытности, можно сказать, что культурно-историческая специфика нашей страны выражается постоянными поисками сочетания, причем не всегда удачными, высших духовно-мистических и нравственных устремлений русского народа с задачами строительства общественно-государственной жизни в условиях огромных пространств, суровой природы и географической беззащитности, а также с процессом освоения цивили-зационного опыта прагматичного, рационалистического Запада.

Касаясь теперь вопроса о мировоззренческом смысле данного исследования, мы считаем самым важным результатом нашей работы то, что она предлагает приблизиться к пониманию своеобразного мира русской культурно-исторической жизни главным образом через вживание в его же собственные традиционные ценности и представления. Данную установку русского духа, пронизанного своего рода религиозным восприятием отечества, ярко выразил Ф.И.Тютчев в известных строках о России, как о предмете веры, не подлежащем постижению ходульным «общечеловеческим» разумом. Знаменитое четверостишие поэта с достаточной очевидностью подразумевает три следующих утверждения:

1) Россия в подлинности своей не познается чисто рациональным методом, с позиций каких-либо обобщенных, отвлеченных представлений;

2) Россия обладает сокровенной самобытностью и самодостаточностью, делающей ее уникальным, самоценным явлением мира; 3) Россия есть не столько факт эмпирической действительности, сколько духовная реальность, а потому раскрывается через верующее сознание.

Все эти утверждения обладают, как мы постарались показать, не иррациональным, а достаточно логичным содержанием. Они вполне соответствуют общепризнанной гуманитарно-научной методологии познания самобытности национальных культур и цивилизаций посредством интуитивного приобщения свойственному им религиозно-духовному ядру, без редукции его к ценностям и архетипическим началам иных культурных организмов.

Подобная исследовательская позиция имеет особую актуальность в эпоху цивилизационной глобализации мировой жизни. Ибо, осуществляемый на основе западной социальной модели, глобализм несет не только новые возможности развития, но и новые опасности человечеству, угрожая разрушением исключительно тонких традиционных оснований национальной культуры, ценностной варваризацией и потребительской вульгаризацией общественного бытия.

Отсюда вытекает задача дальнейшего развития русского самосознания в глобализирующемся мире, где органические начала национального «Мы» (его этническая основа, его территориальная «привязка», его экономическое основание и даже государственная определенность) уходят на второй план, а на первый выдвигаются личностно-динамические (религиозно-духовная, национально-ментальная, национально-культурная) доминанты. Культурная самобытность отныне во многом начинает определяться внутренней потребностью личности в упрочении своего социального бытия и в своей национальной идентификации, а понятия «нация» и «культура» по сути дела совпадают с понятием «самосознание».

Под конец Заключения автору хочется высказать мысль, прямо относящуюся к задачам развития русской православно-национальной традиции в перспективе нового столетия. А именно - мысль о том, что уровень духовного развития народа определяется не только высотой религиозного и культурного наследия, не только опытом яркой творческой самобытности в давнем или недавнем прошлом, но и способностью сохранять творческое отношение к жизни и к самой традиции, дарованной Богом и предками. И если нынешние представители нации чрезмерно похваляются делами минувших поколений, следовательно, они на них перекладывают свою ответственность за будущее. Ни православие само по себе, ни опыт русской святости и былых культурных подвигов не создают ещё действительно творческого «самобытия» народа, если личность в нации и поколение в истории не продолжают упорного культурного труда по развитию своего самосознания и жизненного мира.

Список литературы диссертационного исследования доктор философских наук Булычев, Юрий Юрьевич, 2005 год

1. Аверипцев С.С. Крещение Руси и путь русской культуры // Контекст. - М.: Наука. 1990. - С. 64-72.

2. Аверипцев С.С. Византия и Русь: два типа духовности // Новый мир. 1988. №7.- С.210-220.

3. Аверинцев С. С. Византия и Русь: два типа духовности // Новый мир. 1988. № 9.- С.227-234.

4. Агурский М. Идеология национал-большевизма. Париж: Ymca-Press, б/г. - 321 с.

5. Аксаков КС. Записка о внутреннем состоянии России, представленная Императору Александру II // Теория государства у славянофилов. Сборник статей. СПб.: Тип. А. Пороховщикова, 1898,-С. 22-24.

6. Аксаков КС. Краткий исторический очерк земских соборов. Поли, собр. соч. Т. 1. -М.: Тип. П.Бахметьева, 1861- С. 291-306.

7. Аксаков КС. Несколько слов о русской истории, возбужденных историей г. Соловьева. Полн. собр. соч. Т. 1.- С. 39-58.

8. Алексеев Ю.Г. Государь всея Руси- Новосибирск: Наука, 1991240 с.

9. Андреев В.В. Раскол и его значение в народной русской истории — СПб.: Тип. М. Хана, 1870.-412 с.

10. Антоний (Храповицкий), еп. Новый опыт учения о богопознании. Полн собр. соч. Т. 3. Казань: Типо-лит. Императорского ун-та, 1900.-С. 417-430.

11. Антоний (Храповицкий), архиеп. Чей должен быть Константинополь? Таганрог: Типо-лит. А.Б. Тараховского, 1916 - 12 с.

12. Арсенъев Н.С. О жизни преизбыточествующей. Брюссель: Жизнь с Богом, 1966.-285 с.

13. Арсеньев Н.С. Из русской культурной и творческой традиции. -London: Overseas Publications Interchange Ltd, 1992- 302 с.

14. Асколъдов С. Сознание как целое. Психологическое понятие личности. -М.: Тов. тип. А.И. Мамонтова, 1918 54 с.

15. Астафьев 11.Е. Объяснение с г-ном Леонтьевым // Астафьев П.Е. Философия нации и единство мировоззрения. М.: Москва, 2000-С. 58-64.

16. Ахиезер А.С. Россия: критика исторического опыта. Т. 1. М.: ФОСССР, 1991.-320 с.

17. Ахиезер А.С. Россия: критика исторического опыта. Т. 2. М.: ФОСССР, 1991.-378 с.

18. Ахиезер А.С. Россия: критика исторического опыта. Т. 3. М.: ФОСССР, 1991.-470 с.

19. Ахиезер А.С. Социально-культурные проблемы развития России. Философский аспект. М.: Российская Академия наук, Институт научной информации по общественным наукам, 1992. - 82 с.

20. Барсенков А.С. Русский вопрос в зеркале истории // Русская нация: историческое прошлое и проблемы возрождения. Сборник статей. -М.: Тип. Мосметростроя, 1995. С. 52-60.

21. Барсов Е. Исторические основы царской власти на Руси (в народных песнях и преданиях) // Летописный и лицевой изборник дома Романовых. Вып. А. С. 30-107.

22. Баткин JI.M. Тип культуры как историческая целостность. Методологические заметки в связи с Итальянским Возрождением // Вопросы философии. 1969. № 9 С.99-108.

23. Бахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса.-М.: Худ. литература, 1990.- 527 с.

24. Берберова Н. Люди и ложи. (Русские масоны XX столетия) // Вопросы литературы. 1990. № 1.-С. 140-197.

25. Бердяев Н.А. Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX и начала XX века // О России и русской философской культуре.

26. Философия русского послеоктябрьского зарубежья. М.: Наука, 1990.-С. 43-271.

27. Бердяев Н.А. О святости и честности // Судьба России. Опыты по психологии войны и национальности. М.: Г.А. Леман и С.И. Сахаров, 1918.-С. 65-84.

28. Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. Репринтное воспроизведение издания Ymca-Press, 1955 г. М.: Наука, 1990. -224 с.

29. Бердяев Н. А. Философская истина и интеллигентская правда // Вехи. 2-е изд. М.: Тип. В.М. Саблина, 1909.- С. 1-22.

30. Бердяев Н.А. Опыт философского оправдания христианства // Русская мысль. 1909. № 9. С. 54-72.

31. Болдырев Н.В., Болдырев Д.В. Смысл истории и революция. М.: Изд-во журнала «Москва», 2001.-400 с.

32. Болтин И.Н. Примечания на историю древния и нынешния России г. Леклерка, сочиненные генерал-майором Иваном Болтиным. Т. 1. Печатано в типографии горного училища СПб., 1788 617 с.

33. Борисов В.М. Национальное возрождение и нация-личность // Из-под глыб. Сборник статей. Paris: Ymca-Press, б/г. - С. 199-216.

34. Бриллиантов А. Влияние восточного богословия на западное в произведениях Иоанна Скота Эригены. СПб.: Печатня С.ПЛков-лева, 1898.-514 с.

35. Бромлей Ю.В. Очерки теории этноса. М.: Наука, 1983- 413 с.

36. Будилович А.С. Культурная отдельность народов греко-славянского мира М.: Университетская тип., 1896 - 22 с.

37. Булгаков С.Н. Софийность твари (космодицея) // Вопросы философии и психологии. 1916. Кн. 132-133. С. 79-194.

38. Булгаков С.Н. Об Откровении // Вестник РХД. 1984. № 141. С. 6171.

39. Булгаков С.Н. Православие. Очерки учения православной Церкви. -Париж: Ymca-Press, б/г 404 с.

40. Булгаков С.Н. Благодатные заветы преп. Сергия // Путь. 1926. № 5,- С.3-14.

41. Булгаков С.Н. Героизм и подвижничество // Вехи. 2-е изд. М.: Тип. В.М.Саблина, 1909.- С.23-69.

42. Бунаков И. О ближайших путях развития России. (По поводу статей кн. Евг. Трубецкого) // Заветы. 1914. № 6 С. 1-28.

43. Бунаков И. О ближайших путях развития России // Заветы. 1914. № 7.- С. 1-26.

44. Быокенен П. Дж. Смерть Запада. М.: Аст, 2003- 444 с.

45. Вальденберг В.Е. Древнерусские учения о пределах царской власти. Очерки русской политической литературы от Владимира Святого до конца XVII в.- Петроград: Тип. А. Бенке, 1916 463 с.

46. Вальденберг В.Е. Понятие о тиране в древнерусской литературе в сравнении с западной // Известия по русскому языку и словесности. Т. 2. Кн. 1 Л.: Изд-во Акад. наук СССР, 1929. - 214-326 с.

47. Вдовин A.M. Русская нация и российская наднациональная общность // Русская нация: историческое прошлое и проблемы возрождения. Сборник статей. М.: Тип. Мосметростроя, 1995. -С.44-52.

48. Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права. 2-е изд. СПб., Киев: Н.Я. Оглоблин, 1888.- 542 с.

49. Вниманию правых // Вестник Союза Русского Народа. 1911. № 81. С.11.

50. Волоцкий Иосиф. Просветитель. М.: Издание Спасо-Преобра-женского Валаамского монастыря, 1993. - 382 с.

51. Гаврилина JI.M. Русская культура: Проблемы, феномены, историческая типология. Калининград: Калининградский ун-т, 1999. -108 с.

52. Гачев Г.Д. Наука и национальные культуры (гуманитарный комментарий к познанию) Ростов-на-Дону: Изд-во Рост, ун-та, 1992.-318 с.

53. Гачев Г.Д. Национальные образы мира. Космо-Психо-Логос. М.: Прогресс-Культура, 1995.-480 с.

54. Где причина столкновений в русском народном стане? // Вестник Союза Русского Народа. 1911. № 81.- С. 3.

55. Генисаретский О.И. Упражнение в сути дела. М.: Русский мир, 1993.-280 с.

56. Гепоп Р. Кризис современного мира. -М.: Арктогея, 1991.- 160 с.

57. Георгиева Т.С. Русская культура: история и современность: Учебное пособие. М.: Юрайт, 1999 - 576 с.

58. Гердер И.Г. Идеи к истории человечества М.: Наука, 1977.-703 с.

59. Герье В., Чичерин Б. Русский дилетантизм и общинное землевладение. М.: Тип. А.И.Мамонтова, 1878 - 250 с.

60. Гиляров-Платонов Н.П. Еврейский вопрос в России. СПб.: Тип. А.С.Суворина, 1906.-63 с.

61. Гиренок Ф. Пато-логия русского ума. Картография дословности. -М.: Аграф, 1998.-416 с.

62. Горичева Т. Об истощании в русской культуре // Горичева Т., Мамлеев Ю. Новый град Китеж. Философский анализ русского бытия-Париж: Беседа, 1984гС. 5-64.

63. Государев А.А. Человекобожие в русской культуре XX века // Духовность России: традиции и современное состояние. СПб.: СПбГАК, 1994. - С. 44-54.

64. Государев А.А. «Воинствующее безбожие» в СССР: «левые и правые» // Культура России: единство и полицентризм типологического развития. СПб.: СПбГУКИ, 2001. - С.178-186.

65. Григорий Богослов. Собрание творений в 2-х томах. Т. 1. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994. - 680 с.

66. Григорий Палама. Триады в защиту священно-безмолвствующих. -М.: Канон, 1995.-384 с.

67. Грякалов А.А. Творчество и природа человека // Проблема человека в истории науки и философии. Межвузовский сборник научных трудов. Л.: ЛГПИ, 1990. - С. 108-117.

68. Гумилев. Л.Н. Этносфера: История людей и история природы. М.: Экопрос, 1993.-544 с.

69. Гумилев Л.Н. Заметки последнего евразийца // Наше наследие. 1991. № 3. С. 19-25.

70. Данилевский Н.Я. Россия и Европа. М.: Книга, 1991 -574 с.

71. Дебольский Н.Г. О высшем благе или о верховной цели нравственной деятельности. — СПб.: Тип. Тов-ва обществ, польза, 1886.-369 с.

72. Дебольский Н.Г. Философские основы нравственного воспитания. -СПб.: Тип. B.C. Балашева, 1880. 115 с.

73. Дебольский Н.Г. Начало национальностей в русском и немецком освещении // Журнал министерства народного просвещения. 1916. Февраль.-С. 183-207.

74. Добин А.В. Проблема человека в философии В.И.Несмелова. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук. СПб., 1996.

75. Достоевский Ф.М. Дневник писателя за 1877 год. Сентябрь -декабрь. Полн. собр. соч. в30томах. Т. 26-Л.: Наука, 1984 -520 с.

76. Евразийский сборник. Кн. VI.- Прага, 1929. 80 с.

77. Евразийство. Опыт систематического изложения. Евразийское книгоиздательство, 1926 - 78 с.

78. Егоров Ю. Чупров против Столыпина // Былое. Ежемесячное приложение к журналу «Родина», 1996. № 5гС. 3-10.

79. Ермичев А.А. В.С.Соловьев и русская философия // Минувшее и непреходящее в жизни и творчестве В.С.Соловьева: Материалы международной конференции. Серия «Symposium»! Выпуск 32. -СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2003.-С. 269278.

80. Ерасов Б.С. Проблемы самобытности незападных цивилизаций. Развитие теоретической мысли в странах «третьего мира» // Вопросы философии. 1987. №6.-С. 111-112.

81. Ерасов Б.С. Цивилизационный плюрализм против миросистемного монизма // Осмысливая мировой капитализм (И.Валлерстайн и миросистемный подход в современной западной литературе). Сборник статей. М.: РАН ИМЭМО, 1997 - С. 147-162.

82. Забелин И.Е. Домашний быт русских цариц в XVI и XVII столетиях. Новосибирск: Наука, 1992 - 243 с.

83. Зеньковский С.А. Русское старообрядчество: духовные движения XVII века. Репринтное воспроизведение. М.: Церковь, 1995. -528 с.

84. Зеньковский В.В. История русской философии. Т. 1. Часть 1- JL: Эго, 1991.-221 с.

85. Изгоев А. П. А. Столыпин. Очерк жизни и деятельности М.: К.Ф. Некрасов, 1912 - 133 с.

86. Иларион, митр. Слово о законе и благодати // Альманах библиофила. Вып. 26. Тысячелетие русской письменности и культуры (9881988). М.: Книга, 1989.- С. 153-226.

87. Ильин В.Н. Иночество и подвиг // Путь. 1926. № 4. С.54-65.

88. Ильин В.В., Ахиезер А.С. Российская цивилизация: содержание, границы, возможности. М.: Изд-во МГУ, 2000. - 304 с.

89. Ильин Н.П. Трагедия русской философии. Часть 1. От личины к лику. Введение в принципы историко-философского понимания. -СПб.: Первая линия, 2003. 216 с.

90. Иоанн (Снычев), митр. Самодержавие духа. Очерки русского самосознания. СПб.: Издательство Л.С.Яковлевой, 1994- 352 с.

91. История XIX века в 8 томах / Под ред. Лависа и Рамбо. Т. 3. М.: ОГИЗ, 1938.-631 с.

92. История и социология (Материалы обсуждения метидолигических проблем исторической науки на расширенном заседании секции общественных наук Президиума АН СССР). М.: Наука, 1964. -337 с.

93. Исупов К.Г. Русская эстетика истории. СПб.: Изд-во ВГК, 1992. -156 с.

94. Исупов К.Г. Историческая мистика Петербурга // Метафизика Петербурга. Петербургские чтения по теории, истории и философии культуры. Вып. 1. СПб., 1993.- С. 63-73.

95. Каблиц И. (И. Юзов). Основы народничества. Часть 1. 2-е изд., дополненное. СПб.: Тип. Н.А.Лебедева, 1888 - 446 с.

96. Каблиц И. (И. Юзов). Основы народничества. Часть 2. 2-е изд., дополненное. СПб.: Тип. Н.А.Лебедева, 1893- 502 с.

97. Каблиц И. (И. Юзов). Интеллигенция и народ в общественной жизни России. СПб.: Тип. Н.А.Лебедева, 1886 - 305 с.

98. Кавелин КД. Взгляд на русскую сельскую общину // Кавелин К.Д. Наш умственный строй. Статьи по философии русской истории и культуры. -М.: Правда, 1989. С. 95-123.

99. КазинА.Л. Последнее царство. Введение в историософию России. -СПб.: Тип. АОЗТ, 1996.- 144 с.1UU. КазинА.Л. Философия искусства в русской и европейской духовной традиции. СПб.: Апетейя, 2000. - 432 с.

100. Казин A.JI. Россия и мировая культура. СПб.: Санкт-Петербургский университет кино и телевидения, 2004. - 271 с.

101. Каптерев Н.Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович. Т. 1— Сергиев Посад: Тип. Свято-Троицкой Сергиевой лавры, 1909. -525 с.

102. Каптерев Н.Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович. Т. 2-Сергиев Посад: Тип. Свято-Троицкой Сергиевой лавры, 1909. -547 с.

103. Каптерев Н.Ф. Характер отношений России к православному Востоку в XVI и XVII столетиях. 2-е изд. Сергиев Посад: М.С. Елов, 1914. - 567 с.

104. Карамзин Н.М. Записка о древней и новой России в ее политическом и гражданском отношениях. М.: Наука, 1991. - 127 с.10в. Карпов В.Н. Введение в философию. СПб.: Тип. И. Глазунова и К°, 1840.-110 с.

105. Карсавин Л.П. Восток, Запад и русская идея Петербург: Академия, 1922.-80 с.

106. Касьянова К. О русском национальном характере. М.: Институт национальной модели экономики, 1994. - 368 с.

107. Киприан (Керн), архим. Антропология св. Григория Паламы. М.: Паломник, 1996.-450 с.

108. Клаус Г. Кибернетика и общество. М.: Прогресс, 1967. - 432 с.

109. Ключевский В.О. Курс русской истории. Сочинения в 8 томах. Т. 2. М.: Госполитиздат, 1958 - 468 с.

110. Ключевский В.О. Курс русской истории. Сочинения в 8 томах. Т. 3-М.: Госполитиздат, 1957.-426 с.

111. Ключевский В.О. Курс русской истории. Сочинения в 8 томах. Т.5.-М.: Изд-во соц.-экономич. лит-ры, 1958. 503 с.

112. Ключевский В.О. Письма. Дневники. Афоризмы и мысли об истории. М.: Наука, 1968 - 525 с.1П.Ключевский В.О. Неопубликованные произведения. М.: Наука, 1983.-416 с.

113. Колейное В.В. Размышления о русской литературе. М.: Современ• ник, 1991.-526 с.

114. Кожинов В.В. История Руси и русского слова. (Опыт беспристрастного исследования.) М.: Алгоритм, 1999 - 480 с.

115. Кожинов В.В. Россия. Век ХХ-й (1901-1939). (Опыт беспристрастного исследования.) М.: Алгоритм, 1999 - 560 с.

116. Коэктнов В.В. Россия. Век ХХ-й (1939-1964). (Опыт беспристрастного исследования.) М.: Алгоритм, 1999. - 400 с.

117. Кондаков И.В. Культура России: Учебное пособие. 2-е изд. М.: Книжный дом «Университет», 2000.- 360 с.• 123. Константин (Горянов), еп. Жизнь и творчество Виктора Несмелова• // Человек. 1992. № 2,- С. 90-105.

118. Корольков А.А. Русская духовная философия. СПб.: Изд-во РХГИ, 1998.-578 с.

119. Корольков А.А. Противоречия культуры в зеркале детства // Философия детства и социокультурное творчество. Материалы X международной конференции «Ребенок в современном мире. Культура и детство», 16-18 апреля 2003 г. СПб.: Изд-во СПбГПУ, 2003.-С. 19-23.

120. Кочаровский КР. Крестьянство на «нелегальном» положении // Заветы. 1914. № 2.- С. 22-24.ф 127. Кочаровский К. Р. Русская община. Т. 1. СПб.: Тип. т-ва Народная польза, 1900.-431 с.

121. Крижанич Ю. Политика. -М.: Новый Свет, 1997. 527с.

122. Крушина Ю.С. «Свое» и «иное» как проблема национального синтеза русской культуры // Культурный синтез России: Сборник статей. СПб.: СПбГАК, 1998. - С. 122-130.

123. Кугай А.И. Православие и самоидентификация России в XXI веке //

124. Православие: ответ на вызовы XXI века. СПб.: 2003. - С.44-46.

125. Ламанский В.И. Три мира Азийско-Европейского материка. 2-е изд.-Петроград: Тип. т-ва А.С. Суворина, 1916 152 с.

126. Лаппо-Дапилевскгш А.С. История русской общественной мысли и• культуры. XVII-XVIH вв.- М.: Наука, 1990. 293 с.

127. Лебон Густав. Психология народов и масс. СПб.: Изд-во Ф. Павленкова, 1906. - 329 с.

128. Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада. М.: Прогресс1. Академия, 1992-376 с.

129. Леонтович В.В. История либерализма в России. М.: Русский путь, 1995,- 549 с.

130. Леонтьев К.Н. О национализме политическом и культурном (письма к Вл. С. Соловьеву) // К.Леонтьев, наш современник-СПб.: Изд-во Чернышева, 1993. С. 40-119.

131. Лшкип A.M. «Духовное ядро» как системообразующий фактор цивилизации: Европа и Россия // Общественные науки и современность. 1995. № 2. С.57-67.

132. Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. М.: Ф Мысль, 1993.-959 с.

133. Лосев А.Ф. Философия имени. -М.: Изд-во МГУ, 1990 269 с.

134. Лосев А.Ф. Эстетика Возрождения-М.: Мысль, 1978 623 с.

135. Лосский В.Н. Очерк мистического богословия Восточной Церкви. Догматическое богословие М.: Центр «СЭИ», 1991. - 288 с.

136. Лосский В.Н. Богословское понятие человеческой личности // > Богословские труды. Сб. 14. -М., 1975. С. 113-120.

137. Лукин В.П. Современный Китай: как его видят в США // Вопросы философии. 1973. № 2. С. 127-141.

138. Лурье С.В. Метаморфозы традиционного сознания. (Опыт разработки теоретических основ этнопсихологии и их применения к анализу исторического и этнографического материала.) СПб.: Тип. им. Котлякова, 1994.-288 с.

139. Маилов А.И. Русская религиозная философия в «Пути». Выпуск 2. Сергий Булгаков. СПб.: Высшие гуманитарные курсы. Философская школа, 1993- 114 с.

140. Майков А.А. Почему союзники «ссорятся» // Вестник Союза Русского Народа. 1910. № 2. С. 3-5.

141. Мамлеев Ю. Философия русской патриотической лирики // Горичева Т., Мамлеев Ю. Новый град Китеж. Философский анализ русского бытия. Париж: Беседа, 1984-С. 9Ы13.

142. Манько Ю.В. Патриотизм как результат социальной, религиозной и этнической самоидентификации личности // Православие и патриотизм. СПб.: Алетейя, 2005. - С. 68-74.

143. Маркс К. Наброски ответа на письмо В.Н. Засулич. Первый набросок. К.Маркс, Ф. Энгельс. Соч. Т.19. С. 416-421.

144. Маркузе Г. Одномерный человек М.: REFL-book, 1994.- 368 с.

145. МБоу Амаду-Махтар. У истоков будущего // Курьер ЮНЕСКО. 1983. Февраль.-С. 5-9.

146. Мейендорф И.Ф. Византия и Московская Русь. Очерк по истории церковных и культурных связей в XIV веке. Париж: Ymca-Press, 1990.-226 с.

147. Мейендорф И.Ф. О византийском исихазме и его роли в культурном и историческом развитии Восточной Европы в XIV в. // Вопросы истории русской средневековой литературы. Труды отдела древнерусской литературы. Т. XXIX-Д.: Наука, 1974. С. 153-301.

148. Менделеев Д.И. Учение о промышленности. Собр. соч. Т. XX. Д., М.: Изд-во Акад. наук СССР, 1950. - С. 217-588.

149. Мережковский Д.С. Грядущий хам. СПб.: М.В.Пирожков, 1906. -185 с.

150. Мережковский Д.С. Было и будет. Дневник. 1910- 1914,- Петроград: Т-во И.Д.Сытина, 1915 360 с.

151. Милое Л.В. Великорусский пахарь и особенности российского исторического процесса. -М.: РОССПЭН, 1998 573 с.

152. Милюков П.Н. Интеллигенция и историческая традиция // Вехи. Интеллигенция в России. Сборники статей. 1909-1910. М.: Мол. гвардия, 1991. - С.294-381.

153. Милюков П.Н. Очерки по истории русской культуры. Ч. 1. 3-е изд. -СПб.: Ред. журнала «Мир Божий», 1898- 228 с.161 .Милюков П.Н. Очерки. Ч. 2. 3-е изд. СПб.: Ред. журнала «Мир Божий», 1902.-402 с.

154. Милюков П.Н. Очерки. Ч. 3. 3-е изд. СПб.: Ред. журнала «Мир Божий», 1909.-186 с.

155. Милюков П.Н. Воспоминания. М.: Политиздат, 1991. - 528 с.

156. Модернизация в России и конфликт ценностей / Отв. ред. С.Я. Матвеева. -М.: ИФРАН, 1994,- 248 с.

157. Можайскова И.В. Духовный образ русской цивилизации и судьба России. Часть 1. Религиозные начала цивилизационной структуры и духовные истоки русской цивилизации. М.: Вече, 2001. - 560 с.

158. Можайскова И.В. Духовный образ русской цивилизации и судьба России. Часть 2. Русский космизм в контексте противоречий мирового развития, обусловленных господством западной цивилизации. М.: Вече, 2001.- 480 с.

159. Можайскова И.В. Духовный образ русской цивилизации и судьба России. Часть 3. Метаистория в тысячелетиях жизни русской цивилизации М.: Вече, 2001. - 580 с.

160. Можайскова И.В. Духовный образ русской цивилизации и судьба России. Часть 4. «Русская идея» как метафизическая цель русскойцивилизации и национальная идея России в современный период. -М.: Вече, 2002.-624 с.

161. Мюллер Людольф. К вопросу о догматическом содержании «Троицы» святого Андрея Рублева // Мюллер Людольф. Понять Россию: историко-культурные исследования. М.: Прогресс-Традиция, 2000. - С. 231-258.

162. Несмелов В.И. Наука о человеке. Т.2. Казань: Типо-лит. Императорского университета, 1903 - 440 с.

163. Никитина С.Е. «Стихи духовные» Г. Федотова и русские духовные стихи // Федотов Г.П. Стихи духовные. Русская народная вера по духовным стихам,-М.: Прогресс, Гнозис, 1991- С. 137-153.

164. Николин Н. Философия христианства// Богословский вестник. 1903. № 7-8. С. 656-665.

165. Никольский Б.В. Речь к царю при приеме депутации «Русского Собрания» 31 декабря 1905 г. // Вестник Русского собрания. 1906. №25(3 ноября).-С. 5-6.

166. Овчинников С. Нормативный подход в национальной нравственной философии Н.Г. Дебольского // Русское самосознание. 2001. № 8. -С.112-141.

167. Ортега-и-Гассет X. Эстетика. Философия культуры. М.: Искусство, 1991.-588 с.

168. Панарин А.С. «Вторая Европа» или «Третий Рим»? Избранная социально-философская публицистика. М.: РАН, Институт философии, 1996.-154 с.

169. Панарин А.С. Православная цивилизация в глобальном мире // Москва. 2001. № 3-6, 8,10,11.

170. Панарин А.С. Реванш истории: российская стратегическая инициатива в XX веке. М.: Логос, 1998. - 329 с.

171. Пеев Г.И. Два пути христианской цивилизации // Мост. 2003. № 56. -С. 22-24.

172. Пересветов И. Сочинения. М., JI.: Изд-во Акад. наук СССР, 1959. -388 с.

173. Платонов О. А. Русский труд М.: Современник, 1991335 с.

174. Платонов О. А. Русская цивилизация. М.: Рада, 1992.- 182 с.

175. Плюхаиова М.Б. О некоторых чертах личностного сознания в России XVII в. // Художественный язык средневековья. М.: Наука, 1982,-С. 184-200.

176. Плюхаиова М.Б. Сюжеты и символы Московского царства. СПб.: Акрополь, 1995. - 336 с.

177. Покровский М.Н. Русская история с древнейших времен. Избр. произв. в 4-х книгах. Кн. 2 М.: Мысль, 1965- 664 с.

178. Покровский Н. Мирская и монархическая традиция в истории российского крестьянства// Новый мир. 1989. № 9 С. 225-231.

179. Поршнев Б.Ф. Контрсуггестия и история (Элементарное социально-психологическое явление и его трансформация в развитии человечества) // История и психология М.: Наука, 1971- С. 7-35.

180. Посадский А.В., Посадский С.В. Историко-культурный путь России в контексте философии Г.В.Флоровского. СПб.: Издательство РХГИ, 2004,-380 с.

181. Прохоров Г.М. Культурное своеобразие эпохи Куликовской битвы // Куликовская битва и подъем национального самосознания. JL: Наука, 1979,-С 4-16.

182. Радхакришнан С. Индийская философия. В двух томах. Т. 1.- М.: Ин. лит., 1956 540 с.

183. Розанов В.В. Европейская культура и наше к ней отношение. Сочинения. -М.: Советская Россия, 1990. С. 146-158.

184. Романов И.Ф. Червоточина истории. Сборник статей. СПб.: Тип. М. Меркурьева, 1906- 136 с.

185. Российская цивилизация. Учебное пособие для вузов / Под общ. ред. М.П. Мчедлова. М.: Академический Проект, 2003. - 656 с.

186. Савва В.И. Московские цари и византийские василевсы. К вопросу о влиянии Византии на образование идеи царской власти московских государей. Харьков: Тип. и лит. М. Зильберберга, 1901.-246 с.

187. Савва М.В. Русская нация и проблема этнического статуса // Русская нация: историческое прошлое и проблемы возрождения. Сборник статей. -М.: Тип. Мосметростроя, 1995 С. 36-43.

188. Савицкий П.Н. «Подъем» и «депрессия» в древнерусской истории // Евразийская хроника. XI Берлин, 1935. - С. 65-96.

189. Савицкий П.Н. За творческое понимание природы русского мира. (Отдельный оттиск из XI тома записок русского научно-исследовательского объединения при Русском университете в Праге). 30 с.

190. Савицкий П.Н. Россия особый географический мир. Евразийское книгоиздательство, 1927 - 125 с.

191. Сагатовский В.Н. Духовные основы патриотизма // Православие и патриотизм. СПб.: Алетейя, 2002 - С. 86-88.

192. Самарин Ф. Указ 9-го ноября 1906 г. и Положение 19-го февраля 1861 г. -М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1908 16 с.

193. Самарин Ф. К чему приведет Указ 9-го ноября 1906 года? М.: Печатня А.И. Снегиревой, 1909 - 20 с.

194. Самуэлс Эндрю. Юнг и постьюнгианцы. Курс юнгианского психоанализа-М.:ЧеРо, 1997.-416 с.

195. Сапронов 77. А. Русская философия. Опыт типологической характеристики,- СПб.: Церковь и культура, 2000 396 с.

196. Сафронов НА. Человек. Вселенная. Время. СПб.: СПбГУЭФ, 1977.-124 с.

197. Сборник программ политических партий в России. Вып. I / Под ред. В.В. Водовозова. СПб.: Кн. маг. «Нашей жизни», 1905 - 21 с.

198. Сборник программ политических партий в России. Вып. IV / Под ред. В.В. Водовозова. СПб.: Кн. маг. «Нашей жизни», 1906. -84 с.

199. Семенов В.Е. Православная ментальность и борьба менталитетов в современной России // Духовные и социальные проблемы современной России в свете православия. СПб., 2002. - С. 34-40.

200. Серафим (Соболев), архиеп. Русская идеология. СПб.: Изд-во им. А.С.Суворина, 1992.- 194 с.

201. Скотникова Г.В. Византийская культурная традиция в русском самосознании. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора культурологии. СПб., 2003.

202. Скотникова Г.В. Византийская традиция в русском самосознании. Опыт историко-культурологического исследования. СПб.: СПбГУКИ, 2002. - 284 с.

203. Сокольский В.Д. Участие русского духовенства и монашества в развитии единодержавия и самодержавия в Московском государстве в конце XV и первой половине XVI вв.- Киев: Тип. С.В. Кульженко, 1902.-226 с.

204. Соловьев B.C. О действительности внешнего мира и основании метафизического познания. Собр. соч. 2-е изд. Т. I. СПб.: Просвещение, б/г. - С. 220-226.

205. Степанянц М.Т. Человек в традиционном обществе Востока // Вопросы философии. 1991. № 3. С. 139-148.

206. Стрельченко В.И. Диалектика как методология социогуманитар-ного познания // Проблема человека в истории науки и философии. Межвузовский сборник научных трудов. JL: ЛГПИ, 1990. - С. 313.

207. Стрельченко В.И. Образование и рациональность // Диалектик. 2001. № 1.-С. 26-28.

208. Стрельченко В.И. Трансцендентализм и образовательная метафизика XX века // Философия детства и социокультурное творчество.

209. Материалы X международной конференции «Ребенок в современном мире. Культура и детство», 16-18 апреля 2003 г. СПб.: Изд-во СПбГПУ, 2003.-С. 31-39.

210. Струве П. Скорее за дело // Patriotica. Политика, культура, религия. Сборник статей за пять лет (1905-1910 гг.) СПб.: Изд-во Д.Е. Жуковского, 1911-С. 1-4.

211. Струве П. Великая Россия // Patriotica. С. 71-96.

212. Струве П. Черносотенный социализм //Patriotica. С. 15-17.

213. Струве П. На разные темы // Patriotica. С. 384-525.

214. Сувчинский П. К познанию современности // Евразийский временник. Кн. 5-Париж: Евразийское книгоиздательство, 1927 С. 7-27.

215. Сувчинский П. Страсти и опасности // Россия и латинство. Статьи-Берлин, 1923-С. 19-30.

216. Тихомиров JI.A. Монархическая государственность. СПб.: А/О Комплект, 1992- 672 с.

217. Тихомиров JI.A. Вопросы экономической политики. М.: Унив. тип., 1900. - 83 с.

218. Тихомиров Л.А. К реформе обновленной России. М.: Тип. В.М.Саблина, 1912.-22 с.

219. Тихомиров Л.А. Русские идеалы и К.Н.Леонтьев // К.Леонтьев, наш современник. СПб.: Изд-во Чернышева, 1993. - С. 377-391.

220. Тойнби А. До/с. Постижение истории. Сборник. М.: Прогресс, 1991.-736 с.

221. Тонких В.А., Ярецкий Ю.Л. Россия: цивилизация и культура.- М.: Изд-во МГСУ «Союз», 1998. 220 с.

222. ТримингэмДж. С. Суфийские ордены в исламе-М.: Наука, 1989326 с.

223. Троицкий Е.С. Теоретические и политические аспекты изучения соборной роли русского народа в многонациональной России // Русская нация: историческое прошлое и проблемы возрождения. Сборник статей. М.: Тип. Мосметростроя, 1995. - С. 3-28.

224. Трубачев О.Н. Русский российский. История, динамика, идеология двух атрибутов нации // Русская нация: историческое прошлое и проблемы возрождения. - С. 28-36.

225. Трубецкой Е. Новая земская Россия. Из наблюдений земского деятеля // Русская мысль. 1913. Декабрь С.1-12.

226. Трубецкой Е.Н. Иное царство и его искатели в русской народной сказке. М.: Изд-во Г. А. Лемана. б/г. - 49 с.

227. Трубецкой Н.С. Верхи и низы русской культуры. (Этническая база русской культуры) // Исход к Востоку София, 1921.- С. 94-103.

228. Трубецкой Н.С. О туранском элементе в русской культуре // К проблеме русского самосознания. Париж, Берлин: Евразийское книгоиздательство, 1927- С.34-53.

229. Трубецкой Н.С. Общеславянский элемент в русской культуре // К проблеме русского самосознания С. 54-94.

230. Трубецкой. Н.С. Европа и человечество. София: Росс.-болг. книгоиздательство, 1920 - 82 с.

231. Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана. Взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока. Берлин: Евразийское книгоиздательство, 1925,- 60 с.

232. Трубецкой Н.С. Общеевразийский национализм // Россия между Европой и Азией: Евразийский соблазн. Антология. М.: Наука, 1993.-С. 90-99.

233. Труды Всероссийского монархического совещания в г. Нижнем Новгороде полномочных представителей правых организаций с 26 по 29 ноября 1915 г. Петроград: Отечественная типография, 1916. - 67 с.

234. Уваров М.С. Архитектоника исповедального слова. СПб.: Алетейя, 1998.-245 с.

235. Уваров М.С. Метафизика смерти в образах Петербурга // Метафизика Петербурга. Петербургские чтения по теории, истории и философии культуры. Вып. 1.-СП6., 1993.-С. 113-129.

236. Украинцев Б.С. Самоуправляемые системы и причинность. М.: Мысль, 1972.- 257 с.

237. Урханова Р.А. К критике западной культуры в творчестве евразийцев // Философия в России XIX начала XX вв.; преемственность идей и поиски самобытности. - М.: Институт философии АН СССР, 1991. - С.120-135.

238. Успенский Б.А. Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен // Художественный язык средневековья. М.: Наука, 1982. - С.201-235.

239. Успенский Г.И. Власть земли. Не случись. Старый бурмистр JL: Худ. литература, 1967- 196 с.

240. Федотов Г.П. Революция идет // Федотов Г.П. Судьба и грехи России. Избр. статьи по философии русской истории и культуры. Т. 1.-СПб.: София, 1991.-С. 127-172.

241. Федотов Г.П. Защита России // Федотов Г.П. Судьба и грехи России. Избр. статьи по философии русской истории и культуры. Т. 2. СПб.: София, 1992.- С.122-125.

242. Федотов Г.П. Россия и свобода // Федотов Г.П. Судьба и грехи России. Т. 2- С. 276-303.

243. Федотов Г.П. Святые Древней Руси. М.: Московский рабочий, 1990.-269 с.

244. Федотов Г.П. Национальное и вселенское // О России и русской философской культуре. Философия русского послеоктябрьского зарубежья. М.: Наука, 1990 - С. 444-449.

245. Федотов Г.П. Стихи духовные. Русская народная вера по духовным стихам М.: Прогресс, Гнозис, 1991. - 192 с.

246. Фелыш К.Х. Введение в современное православное богословие. -М.: Отдел катехизации Московского Патриархата, 1999. 303 с.

247. Флоренский П.А. Столп и утверждение истины М.: Путь, 1914. -813 с.

248. Флоровааш Г.В. Пути русского богословия. Вильнюс, 1991. (Репринтное воспроизведение парижского издания 1937 г.). - 561 с.

249. Флоровский Г.В. Евразийский соблазн // Россия между Европой и Азией: Евразийский соблазн. Антология. -М.: Наука, 1993 С.237-265.

250. Франк С. Л. Реальность и человек- Париж: Ymca-Press, 1956. -415 с.

251. Франк С.Л. Духовные основы общества: Введение в социальную философию // Русское зарубежье: Из истории социальной и правовой мысли- JI.: Лениздат, 1991. С. 243-433.

252. Хантингтон С. Грядущее столкновение цивилизаций или Запад против остального мира // Русская цивилизация и соборность. Сборник статей.-М., 1994. С. 231-235.

253. Хёйзинга Й. Homo ludens. В тени завтрашнего дня. М.: Прогресс-Академия, 1992.-464 с.

254. Хлеборад Ф.С. О значении русской революции // Мирный труд. 1908. № 7 С.52-72.

255. Хлеборад Ф.С. О значении русской революции // Мирный труд. 1908. №8.- С.53-73.

256. Хомяков А. С. О возможности русской художественной школы // Русская эстетика и критика 40-50-х годов XIX в.- М.: Искусство, 1982.-С. 126-150.

257. Хомяков А.С. Несколько слов православного христианина о западных вероисповеданиях. По поводу брошюры г. Лорана. Сочинения в 2-х томах. Т. 2 М.: Медиум, 1994. - С. 25-71.

258. Хомяков Д. Самодержавие. (Опыт схематического построения этого понятия.) М.: Типо-лит. т-ва И.Н.Кушнерев и К°, 1903- 58 с.

259. Хорос В.Г. В поисках ключа к прошлому и будущему. (Размышления в связи с книгой А.С.Ахиезера) // Вопросы философии. 1993. №5.-С. 99-110.

260. Хоскинг Дж. Россия: народ и империя (1552-1917). Смоленск: Русич, 2000.-512 с.

261. Хюбнер К. Истина мифа М.: Республика, 1996. - 448 с.

262. Чаадаев П.Я. Философические письма. Письмо седьмое. Поли, собр. соч. и шбр. ииеьма. T.l. -М. Наука, 1991- С. 415-433.

263. Чаадаев П.Я. Отрывки и разные мысли. Поли. собр. соч. и избр. письма. Т. 1.-С. 441-511.

264. Чичерин Б.Н. Мистицизм в науке. М.: Тип. Мартынова и К°, 1880.- 191 с.

265. Шарапов С.Ф. Обуздать золотого тельца // Опыт русской политической программы. М.: Т-во типо-лит. И.М.Машистова, 1905.-С. 79-83.

266. Шарапов С.Ф. Социализм как религия ненависти М.: Т-во типо-лит. И.М.Машистова, 1907. - 16 с.

267. А. Шарапов С.Ф. Письмо великой княгине, королеве Греции Ольге Константиновне от 15 августа 1906. -РГИА. Ф.1617. On. 1. Д. 74.

268. Шарапов С.Ф. О польской автономии // Свидетель. Личный орган Сергея Шарапова. 1907. № 1. С. 5-42.

269. Шарапов С.Ф. Православные теории и правые партии // Свидетель. 1910. №37-38.-С. 5-6.

270. Шарапов С.Ф. Мой дневник // Свидетель. 1907. № 6. С. 61-96.

271. Шатилова А. Письмо в «Русский Вестник» от 30 ноября /13 декабря 1995 г. // Русский Вестник. 1996. № 2-4. С. 5.

272. Шеллинг Ф.В. Введение в философию мифологии. Сочинения в двух томах. Т. 2.- М.: Мысль, 1989. С. 159-374.

273. Шечков Г.А. Речь в Государственной Думе // Мирный труд. Харьков, 1908. № 12.-С. 133-140.

274. Шечков Г.А. Как само население России понимает свое участие в государственных делах- Харьков: Тип. журнала «Мирный труд», 1908.-23 с.

275. Шечков Г.А. О русской России. Харьков: Т-во типо-лит. И.М.Машистова, 1908. - 16 с.

276. Шпенглер О. Закат Европы.- Новосибирск: Наука, 1993. 592 с.

277. Шубарт В. Европа и душа Востока. М.: Русская идея, 2000448 с.

278. Шубарт В. Европа и душа Востока // АУМ. Синтез мистических учений Запада и Востока. № 4. Эзотерическое общество Нью-Йорка, 1990.-С. 11-161.

279. Щученко В.А. Вечное настоящее культуры. СПб.: Издательство СПбГТУ, 2001- 232 с.

280. Щученко В.А. Русская культура и культура России: неслиянность и нераздельность их исторического бытия // Русская культура и культура России. Сборник статей. СПб.: СПбГУКИ, 2001. - С. 1028.

281. Щученко В.А. Культурный синтез как проблема современной России // Культурный синтез России: Сборник статей. СПб.: СПбГАК, 1998,- С.4-16.

282. Эволюция восточных обществ: синтез традиционного и современного.- М.: Наука, 1984,- 581 с.

283. Эшби У. Росс. Введение в кибернетику. М.: Ин., лит., 1959432 с.

284. Юнг К.Г. Душа и миф Киев, Москва: Порт-Рояль-Совершенство, 1997.-384 с.

285. Юнг К.Г. Психология бессознательного-М.: Канон, 1994 320 с.

286. Яковлева Е.С. Фрагменты русской языковой картины мира (модели пространства, времени и восприятия). М.: Гнозис, 1994. - 344 с.

287. Янпарас Христос. Вера Церкви. Введение в православное богословие- М.: Центр по изучению религий, 1992 230 с.

288. Hagel Т. The possibility of Altruism. Princeton: Princeton university press, 1978. - 157 p.

289. Huntington S.P. The Clash of Civilizations and the Remaking of the World Order. -N.Y.: Simon & Schuster, 1996. 545 p.

290. Jung C. G. Psychology and Religion: West and East. The collected works of C. G. Jung. Vol. 11. N. Y.: Panteon books, 1963.- 698 p.

291. Jung C.G. Memories, Dreams, Reflections. London and Glasgow: Collins Clear-Type Press, 1974. - 448 p.

292. Keep J. 1917: The Tyranny of Paris over Petrograd // Soviet Studies. University of Glasgow. Volume XX, July, 1968. P. 22-35.

293. Momigliano A. Historicism revisited. Amsterdam, London: North-Holland Publishing Company. - 1974 - 10 p.

294. Toynbee A. A Study of History. London, New York, Toronto: Oxford University Press, 1961. V. 12. - 416 p.

295. Vaillant Janet G. Dilemmas for Anti-Western Patriotism. Slavophiliam and Negritude // The Journal of Modern African Studies. Volume 12, September 1974. Number 3. P. 377-397.

296. Watts A. The Way of Zen. N.Y.: Panteon books, 1957. - 236 p.

297. Watts A. Psychotherapy East and West. Pengvin books, 1973. - 173 p.

298. Winch P. The Idea of Social Science and its Relation to Philosophy. -London: Routledge & Kegan Paul, 1958. 143 p.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 247620