Реконструкция эпистологических оснований европейской космологии тема диссертации и автореферата по ВАК 09.00.08, доктор философских наук Павленко, Андрей Николаевич

Диссертация и автореферат на тему «Реконструкция эпистологических оснований европейской космологии». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 80150
Год: 
1999
Автор научной работы: 
Павленко, Андрей Николаевич
Ученая cтепень: 
доктор философских наук
Место защиты диссертации: 
Москва
Код cпециальности ВАК: 
09.00.08
Специальность: 
Философия науки и техники
Количество cтраниц: 
281

Оглавление диссертации доктор философских наук Павленко, Андрей Николаевич

Введение

Гл. 1. Современная космологическая парадигма: между Вселенной и Космосом.

1. К постановке проблемы о предмете современной космологии.

2. Проблема обоснования современной космологии.

Гл. 2. Античные истоки новоевропейской космологии

1. Космос как "красота" и "гармония".

2. Космология Платона.

3. Космический принцип Платона.

4. Анализ эпистемологических особенностей платоновской и аристотелевской эпистемологии.

Гл. 3. Нововременная парадигма Космоса - Вселенной.

1. Принцип Коперника и его истоки.

2. Критика аргумента «от очевидности».

3. Коперникаский поворот.

4. Новое понимание природы.

5. Концепция Пико делла Мирандола.

Гл. 4. Современная космология между нововременной и

Античной рациональностью.

1. Идеалы и нормы космологического познания.

2. Эпистемологический поворот.

3. Антропный исторический принцип.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Реконструкция эпистологических оснований европейской космологии"

Актуальность темы исследования. История эволюционой космологии скоро переступит столетний рубеж. Много это или мало? По крупным историческим меркам - срок достаточно небольшой. Но если эту почти вековую историю использовать как призму, через которую преломляется теоретико-концептуальный багаж последних как минимум пяти-шести веков, то весомость этого отрезка значительно возрастает.

Тот факт, что Вселенная в целом является динамической системой, эволюционирующей от планковских размеров до масштабов 1028 см, а с учетом новейших данных и до гораздо больших размеров, наводит на мысль, что Вселенная, понимаемая как Универсум, перестает быть той буквальной "бесконечной Вселенной", которой она была еще со времен Николая Кузанского. В описании Вселенной появляется определенность, которая только и позволила говорить о "Вселенной как целом". Космология в двадцатом веке прочно встала на ноги, получив собственную теоретическую базу и собственные предсказания. Она стала самостоятельной наукой, в значительной мере независимой в своих собственных результатах и в постановке собственных проблем от других дисциплин: астрономии, астрофизики и т.д. Вместе с тем, космология оказалась на перекрестке эволюции европейской науки в XX столетии. «Унификационные» теории физики - начиная с ОТО и кончая новейшими теориями элементарных частиц - последовательно возникавшие на всем его протяжении, обязательно должны были содержать космологические разделы, призванные проэкстраполировапь значения характеристик современного мира в прошлое и будущее, придать им космологический масштаб. Поэтому анализ динамики космологического знания в нынешнем столетии приобретает особое значение. Единственным ускорителем, на котором можно проверять предсказания современной физики элементарных частиц могла быть только Вселенная на очень ранних стадиях своей эволюции. В этих условиях значительно возрастает роль эпистемологической и методологической рефлексии по поводу точек роста космологического знания. Каковы основные черты того типа знания, которое описывает и объясняет принципиально ненаблюдаемые состояния ранней Вселенной? Какой ценой, с точки зрения идеалов и норм новоевропейской науки, решено большинство проблем объяснения физико-космологического мира, осознанных в начале столетия? Является ли вообще научным то знание, которое все увереннее о себе заявляет сегодня? Существуют ли границы научного познания? Это далеко не полный перечень вопросов, на которые необходимо дать ответы уже сегодня. Причем космология оказывается одним из главных ответчиков.

Степень разработанности проблемы. В западной методологии еще в 50-70-е годы сложилось устойчивое убеждение - достаточно сослаться на мнение Ст.Тулмина и М.Бунге - согласно которому, космология в силу своей "общей" и "универсальной" специфики балансирует где-то на грани науки, естественной религии и научной фантазии. Достаточно жесткая ориентация методологов и философов науки на эпистемологическую стратегию К.Поппера - наука должна отвечать на вопрос "как", а не на вопрос "почему" - продолжает господствовать и поныне, подкрепляемая естественной реакцией экспериментаторов в физике, предпочитающих иметь дело с "твердо установленными фактами". Анализу этой ситуации с космологией еще в 60-70 -е годы были посвящены исследования Э.М.Чудинова, В.В.Казютинского, А.Л.Зельманова, Г.И.Наана и некоторых других авторов в работах «Бесконечность и Вселенная».М. 1969г., и «Философские проблемы астрономии XX в.» М.1975. Более обстоятельно комплекс методологических и гносеологических оснований космологии был рассмотрен А.Турсуновым в отдельной монографии «Философия и современная космология» М.1977 г. Однако в указанный период интересующая нас проблема ставилась и обсуждалась преимущественно в «онтологическом разрезе» - обсуждению подлежали конкретные характеристики физико-геометрической структуры Вселенной. Аналогичные исследования проводились и в западной методологии науки. Среди наиболее значительных работ на эту тему можно назвать монографии М.К.Мюница «Пространство, время, творение: философские аспекты научной космологии», 1957 и Дж.Д.Норта «Исследование Вселенной : история современной космологии» , 1966. Позднее, в 80-е годы центр интереса в методологическом анализе космологии смещается в эпистиемологическую плоскость. Это видно по работам как отечественных, так и зарубежных авторов. Достаточно сослаться на монографию А.Турсунова «Основания космологии» , а также на работы зарубежных авторов Ст.Тулмина «Возвращение к космологии: постсовременная наука и теология природы» ,1982, М.К.Мюница «Космическое мировоззрение: философия и наука о Вселенной» ,1986, Е.Типлера и Дж.Барроу «Антропный космологический принцип» 1986 и некоторых других авторов.

С другой стороны, возрос интерес к попыткам очертить контуры новых форм нарождающегося знания. Более того, предпринимаются попытки ревизии стандартов новоевропейской науки. Согласно исследованиям А.Койре оказалось, что космологическая парадигма Н.Коперника, И.Кеплера, Г. Галилея и др. зарождалась на пифагорейско-платоновской почве, весьма и весьма далекой от духа той эмпирической науки, которая возобладала к 18-19 в.в. Следуя чуть ли не анаксагоровским представлениям о бесконечно-малых "семенах" вещей, основателям эмпирического естествознания, в лице его бесспорных лидеров от Ф.Бэкона до создателей первых теорий элементарных частиц, казалось, что именно опыт с реальностью будет открывать человеку все новые и новые семена" строения материи. Была глубокая вера в то, что этому не будет конца. И когда в 20-е годы нынешнего столетия речь зашла о конечном "радиусе" всей Вселенной и нижних планковских пределах, то это не могло не вызвать своеобразный шок, отголосок которого был слышен в 30-е годы у X. Дингла, а в 70-е у Ст.Тулмина.

Завершение нововременной эпохи представлений о природе научного знания спровоцировало "сдвиг" и в самой методологии, которая тут же отрефлексировала ее окончание. Появились "парадигмы" Т.Куна, "исследовательские программы" И.Лакатоса и множество других разработок на тему динамики научного знания. Надо сказать, что и в отечественной философии «поворот» интереса к историцизму был весьма существенным, будучи в своих концептуальных основаниях, порой, совершенно независимым от развития западной мысли. Наиболее интересной, в этой связи, можно считать концепцию «научной картины мира», разрабатывавшуюся В.С.Степиным и его школой. В методологии космологии этот подход наиболее активно развивается В.В.Казютинским. Согласно этому подходу, «научная картина мира» также несет на себя' отпечаток «историчности» и «следов эволюции», а, следовательно, и ограниченности принимаемых «огрублений» действительности. «Научная картина мира,- говорит Степин B.C.,- может быть рассмотрена как форма теоретического знания, репрезентирующая предмет исследования соответственно определенному историческому этапу развития науки (курсив мой - А.П.), форма, посредством которой интегрируются и систематизируются конкретные знания, полученные в различных областях научного поиска.»1. Соглашаясь с правомерностью такого подхода, мы лишь хотим обратить внимание, что в нем фиксируются, прежде всего, неустойчивые моменты нашего знания, преходящие и подверженные

1 Степин В.С.,Кузнецова Л.Ф., Научная картина мира в культуре техногенной цивилизации,-М.ИФРАН,-1994, С.25 изменениям. Но ведь даже сам разговор об «историчности» знания только потому и становится возможен, что существует (или должна существовать) «внеисторическая линейка», относительно которой сами эти изменения только и могут, во-первых, иметь место, а во-вторых, быть засвидетельствованы. Другими словами, даже «научная картина мира» фиксирует, прежде всего, изменчивую сторону знания, значительно меньше внимания уделяя ее неизменной составляющей.

Складывающееся впечатление о "монадичности" культурных и научных эпох, в конце концов, привело даже к "эпистемологическому анархизму" П.Фейерабенда и перепроверке аутентичности экспериментальных исследований самого Г.Галилея, Х.Гюйгенса и других основателей нововременной физики.

При всем этом осталось без должного внимания, пожалуй, только одно обстоятельство: почему зарождение новых взглядов на устройство Вселенной у Н.Коперника, Г.Галилея, И.Кеплера и др. происходило на основе именно пифагорейской и платоновской (неоплатонической) традиции? Можно ли их приверженность указанным течениям античной мысли объяснить одним только желанием противопоставить себя средневековому христианизированному аристотелизму или же необходимо признать очевидный факт: возникновение нововременной науки в значительной степени было обусловлено возрождением «познавательных инвариантов» науки античной, безусловно, со всеми оговорками о новом уровне и новом материале. Если это предположение верно, то тогда правомерно было бы говорить о появлении в античности не просто "античной науки", но о рождении специфического отношения к реальности, появлении неких инвариантов познания, которые, будучи воспроизведенными любой другой эпохой - совсем не обязательно той же поздней античностью - дают на - гора тот самый всплеск научных достижений, какой мы наблюдаем в самой Древней Греции У1-1У в.в. до н.э., в эпоху позднего Ренессанса, и, наконец, во второй половине и особенно последней четверти 20-го века. Но что это за инвариант вообще? Приблизиться к его пониманию можно, вспомнив, о том, что не только вся современная космология, но и физика моделирует, т.е. строит модели, так или иначе отражающие реальные физико-химические процессы. Но не будем забывать, что "современное представление о модели, - говорит Шадевальдт В., - очевидным образом есть старое представление греков, имевшее в греческом языке весьма простое выражение. То, что мы называем "моделью" . греки обозначали словом Paradeigma".1 Поэтому, например, пытаясь сопоставить эпистемологические нормы в аргументации современного космологического моделирования и эпистемологические нормы, присутствовавшие в космологическом учении пифагорейцев и Платона, мы не вступаем в противоречие. И здесь и там мы имеем дело с космологическими моделями-парадигмами. И поэтому А.Д.Линде, говорящий сегодня об "инфляционной парадигме", возможно, оказывается ближе других к истине. Этими инвариантами, в первом приближении, можно считать специфически античное понимание природы "теории" (теоретического знания вообще) и "опыта", включающих в себя весь комплекс "социальных реакций" человека во взаимодействии с окружающим миром . "Теория" как именно только "рассмотрение" исследуемого предмета, а не "оперирование с ним", в наше время опять требует к себе пристального внимания. И был ли прав И.Кант, когда требовал от теоретического разума невозможного: "Разум должен подходить к природе, с одной стороны, со своими принципами, лишь сообразно с которыми согласующиеся между собой явления и могут иметь силу законов, и, с другой стороны, с экспериментами, придуманными сообразно этим принципам для того, чтобы черпать из природы знания, но

1 Schadewaldt W. Das Welt-Modell der Griechen // Die neue Rundschau. - Fr. a. M., 1957. Bd. 68, II Heft, S. 17. не как школьник, которому учитель подсказывает все, что он хочет, а как судья, заставляющий свидетеля отвечать на предлагаемые им вопросы"1. Эта кантовская установка в понимании судейских задач теоретического разума является весьма распространенной и в наше время.

Поэтому, для данного исследования представляет интерес вопросительное суждение: "Почему объяснение природы Космоса у пифагорейцев, Платона, Коперника-Кеплера и в современной космологии существенно совпадают именно в своей теоретичности? ". Так появление новой науки Нового времени началось именно с "наведения порядка" в "этом мире", ведь первые работы так и назывались: "О вращениях небесных сфер" Коперника и "Диалог о двух главнейших системах мира" Галилея. Можно предположить, что возрождение новейшей науки начнется именно с современной космологии, которая буквально "наведет порядок" в том, что осталось в наследство от Нового Времени, и все расставит по своим местам, тем самым, лишив анархию, в том числе и эпистемологическую, права на существование. И начнется это, если уже не началось, опять же с возрождения пифагорейско-платоновского понимания "природы теоретического знания" и платоно-пифагорейского - шире, античного (в его, органической традиции) - понимания структуры и качеств Космоса.

В настоящем исследовании мы ставим перед собой задачу реконструкции эпистемологических оснований античной, нововременной и современной космологических теорий. Однако ее осуществление возможно только при одном весьма жестком для нас условии: максимальном сужении рамок исследуемого предмета: выявить и проанализировать такие особенности каждой теории, которые бы

1 Кант И. Критика чистого разума, -М. 1994, С. 17 позволили говорить об известной преемственности между взглядами на Космос в античности и в современную эпоху.

Само упоминание об особенностях, т.е. специфических чертах, нас сразу избавит от необходимости подробно описывать всю историю "античной, нововременной и современной космологий", что уже было блестяще сделано в работах Дж.Барнета, Х.Дюгема, А.Ф.Лосева, Э.Кассирера, Ст.Яки, Ф.Типлера и многих других ученых , философов науки и историков философии.

Теоретико-методологическую основу исследования составляют принципиальные идеи, положения и выводы, изложенные в трудах, прежде всего отечественных исследователей: как философов, так и физиков-космологов. В работе над диссертацией автор использовал исследования И. А.Акчурина,В.И.Аршинова,Л.Б.Баженова,Ю.В.Балашова, В.П.

Бранского, Вик.П.Визгина, П.П.Гайденко, А.С.Гончарова, А.А.Гриба П.С.Дышлевого, Г.Б. Жданова, Я.Б. Зельдовича, Г.М.Идлиса, В.П.Казарян, В.В.Казютинского, Д.А.Киржница, С.Б.Крымского, В.И.Кузнецова, И.В.Кузнецова, Н.И.Кузнецовой, В.И.Купцова, В. А. Лекторского, А.Д.Линде, В.Н.Лукаша, А.Ф.Лосева, Е.А.Мамачур, С.Т. Мелюхина, И.П.Меркулова, Ю.Б.Молчанова, А.М.Мостепаненко, М.В.Мостепаненко, Г.И.Наана, В.М.Найдыша, И.Д.Невважая, А.Л.Никифорова, И.Д.Новикова, Р.М.Нугаева, М.Э.Омельяновского, А.А.Печенкина, В.Н.Поруса, И.Д.Рожанского, М.А. Розова, Г.И.Рузавина, Ю.В.Сачкова,

А.А.Старобинского, В.С.Степина, С.Трубецкого, А.Турсунова, П.А.Флоренского, A.A. Фридмана, В.С.Швырева, Э.М.Чудинова, Юдина Б.Г. и ряда других авторов.

При подготовке диссертации существенное влияние на выработку полученных результатов оказали также исследования и выводы зарубежных историков космологии, философов науки и ученых X. Альвена , Дж. Барнета, Дж. Барроу, Г.Бонди, Дж.Бруно, С.Вайнберга,

В.Гатри, В.Гейзенберга, К.Гемпеля, Галилео Галилея, А.Гуса, Б.С.Девитта, Г.Дингла, И.Канта, , А.Койре, Николая Коперника, В.Кранца, В.Крейга, П.О.Кристеллера, И.Лакатоса, Дж.Леплина,Ч.Мизнера, Е.А.Милна, М.Мюница, Х.Патнема, К.Поппера, Б.Райтсмена, Г.А.Таммана, Ф.Типлера, К.Торна, С.Тулмина, С.Хокинга, Дж. Уилера, А.Фантоли, Т.Фейерабенда, М.Хайдеггера, Э.Целлера, В.Шадевальдта, А.Эйнштейна.

Научная новизна результатов исследования состоит в том, что выявленные основания космологического познания в двадцатом столетии позволяют построить эпистемологическую модель эволюции космологического знания в европейской науке в целом. Осуществлена попытка сравнения характерных закономерностей космологического познания в современной космологии (инфляционная теория и др.) античной космологии (пифагорейско-платоновская модель космоса) и космологии эпохи Возрождения и начала Нового Времени.

Диссертация является первым специальным исследованием, в котором : - вводится в методологический оборот понятие " стадия эмпирической невесомости теории" и понятие "эпистемологический поворот" в физико-космологическом знании. Первое понятие характеризует состояние любой научной теории получившей признание и отвечающей внутритеоретическим критериям обоснованности, но не имеющей еще эмпирического обоснования. Второе понятие характеризует состояние физико-космологического знания, которое воспроизводит в себе инварианты объяснения свойств и закономерностей космологического мира, сформировавшиеся в пифагорейско-платоновской школе.

На защиту выносятся следующие положения :

1) Установлено, что в процессе формирования любой научной теории, имеющей предсказания новых фактов, можно выделить две характерные стадии - " стадию эмпирической невесомости теории" и " стадию эмпирической устойчивости теории". "Стадия эмпирической невесомости теории" характеризуется тем, что формируемая теория отвечает подавляющему большинству методологических критериев, предъявляемых к такого рода знанию - отвечает принципу соответствия, предсказывает новые факты, решает проблемы предшествующей теории, соответствует внутритеоретическим критериям (полнота, непротиворечивость, простота и др.), принята в качестве господствующей теории подавляющим большинством научного сообщества ,однако не имеет эмпирического подтверждения. "Стадия эмпирической устойчивости теории" наступает после получения эмпирического подтверждения.

2) Выявлено, что современная господствующая космологическая теория - инфляционная теория Вселенной (А.Гус, А.Д.Линде, П.Стейнхард, П.Альбрехт и др.) - находится на "стадии эмпирической невесомости". Основную роль в обосновании инфляционной теории на этой стадии сыграли внутритеоретические критерии обоснования.

3) Показано на конкретном анализе космологических теорий 20-го столетия, что современное состояние физико-космологического знания -позволяет говорить о существовании эпистемологического поворота от господства идеалов и норм новоевропейсого эмпирического естествознания, к идеалам и нормам, получившим первоначальное выражение в пифагорейском и платоновском понимании природы физического знания.

4) Показано, что общепринятая оценка факта выдвижения Николаем Коперником альтернативной - птолемеевской - системы мира, как именно совершенной им "революции", иногда называемой "коперниканским переворотом" не является единственно возможной и допускает иные интерпретации. Показано, что переход Коперника к гелиоцентрической системе был обусловлен сугубо эпистемологической мотивацией. Коперник совершает «эпистемологический поворот» от аристотелизма к пифагореизму и платонизму.

5) Выявлено семантическое подобие Гестии пифагорейцев и космической Души Платона. Подобие обнаруживается в следующих характеристиках : а) занимают центральное местоположение в Космосе; б) являются истоком всего содержимого в Космосе ; в) образовались и возникли раньше тела Космоса ; г) объемлют тело Космоса извне; д) управляют космосом. Этот результат позволяет заключить о «двойственной природе» платоновского геоцентризма.

6) Установлено, что в основании антропного космологического принципа лежат не только совпадения Больших Чисел, но и строго определенная эволюция европейской рациональности, другими словами -«антропный исторический принцип». Показано, что АКП ограничивает не только физику определенного типа, но накладывает ограничения на определенный тип рациональности. Это означает, что не только физическая Вселенная должна быть Вселенной определенного типа, т.е. должна быть совместима с «существованием физиков» (Дикке), но и эволюция европейской рациональности должна быть рациональностью определенного типа, т.е. должна быть совместима с «существованием антропной аргументации».

Показано, что современная европейская научная рациональность эволюционирует в том направлении, в котором. Антропный космологический принцип является осмысленным принципом.

Теоретическая и практическая значимость работы. Результаты диссертационной работы могут оказаться полезными в теоретико-методологическом отношении как при реконструкции оснований физических и космологических теорий двадцатого столетия, так и при анализе роста научного знания в целом.

Результаты диссертационной работы могут быть использованы при составлении учебных программ и методических пособий для ВУЗов. Кроме того, содержание работы может быть использовано при подготовки курсов по "эпистемологии, методологии и философии науки".

Апробация работы. Диссертация обсуждена на заседании сектора "Философские вопросы истории науки» Института философии РАН.

Автор выступал с научными докладами и сообщениями, а также принимал участие на: Международных философских, онтологических и др.Конгрессах (Москва (Россия) 1993, Бостон (США) 1998,Сан-Себастьян (Испания) 1998), Гент (Бельгия) 1998, Краков (Польша) 1999, Международных конференциях (С.-Петербург 1989,1991,1992 , Обнинск 1996 , Дубровник 1997, Фессалоники 1997) Международном летнем Университете ( Будапешт 1997) и Международном Попперовском семинаре ( Будапешт 1997), , Международных 1-х Смирновских Чтениях (Москва 1997), различных конференциях российского и регионального масштаба.

По теме диссертации прочитаны циклы лекций в ВУЗах Москвы, Казани, Ульяновска, Саратова и Курска.

Основные положения диссертации нашли отражение в публикациях, включая монографии, сборники, статьи, тезисы, справочно-информационные материалы.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения и списка использованной литературы.

Заключение диссертации по теме "Философия науки и техники", Павленко, Андрей Николаевич

Основные выводы диссертационного исследования могут быть сформулированы в настоящем заключении как последовательность ответов полученных на поставленные в начале каждого раздела вопросы.

Во «Введении» была сформулирована основная проблема, на решение которой напраавлено все диссертационное исследование : почему объяснение природы Космоса у пифагорейцев, Платона, Коперника-Кеплера и в современной космологии существенно совпадают именно в своей теоретичности ? Поэтому главная задача диссертации состояла в том, чтобы реконструировать эпистемологические основания теорий античной, нововременной и современной космологии.

Решение указанной задачи начинается в первой главе «Современная космологическая парадигма: между Вселенной и космосом». Основная проблема, на решение которой направлено усилие в этой главе -выделение предмета и статуса современного космологического познания.

Решению проблемы предмета современной космологии посвящен первый параграф «К постановке проблемы о предмете современной космологии». При анализе конкретных космологических теорий установлено, что : 1. За последние тридцать - сорок лет в космологии произошло смещение акцента в предмете исследования. Его смысл заключается в переходе от построения модели, описывающей современное состояние Вселенной (модель Фридмана), к построению моделей описывающих начальное состояние Вселенной

2. Построение космологических моделей имеет внутреннюю "логику" развития. Основной чертой этого развития является преемственность старой "господствующей" модели (модель Фридмана) и инфляционной модели, претендующей на этот статус (модели Линде, Гуса, Стейнхарда).

3. Смещение акцента в предмете космологиеского исследования привело к предсказанию в рамках построенных моделей таких явлений (отрицательное давление, ложный вакуум, квантовое рождение Вселенной и др.), которые существенно меняют нововременные представления о строении Вселенной.

Проблеме статуса современного космологического знания посвящен второй параграф первой главы «Проблема обоснования современной космологии». Основная задача настоящего параграфа заключается в том, чтобы: 1) проанализировать возможные подходы в понимании природы "истинности" и "правдоподобности" современного космологического знания ; 2) проследить на конкретном анализе истории космологических теорий и сценариев, сформулированных и выдвинутых за последние 80-90 лет, взаимоотношение "эмпирического" и "внутритеоретического" факторов в обосновании космологического знания; 3) сделать допустимые обобщения выявленных тенденций.

Решение указанных задач способствовало получению следующих выводов : 1)Поскольку космологическая модель всегда гносеологически однозначно задана, т.е. вводит более сильные, чем теория,требования идеализации космологической реальности, то возможность ее эмпирического подтверждения или опровержения намного легче, чем соответствующие процедуры производимые со всей теорий в целом, в рамках которой может существовать множество моделей ( сценариев). 2) С опровержением реалистически конкретной космологической модели не наступает опровержение всей космологической теории, в рамках которой она построена. Могут оказаться более реалистическими другие модели (сценарии). 3) Космологическая теория создает общетеоретическую картину мира. Поэтому смена господствующих теорий есть всегда и смена общетеоретических картин мира, что в случае с моделью совершенно неприемлемо.

Показано также, 1) что на этапе становления релятивистской космологии наблюдательная основа космологии продолжала оставаться преимущественным фактором в выборе космологических теорий. 2) Несмотря на это, роль внутритеоретических критериев совершенства космологических теорий постоянно стимулировала возникновение новых концепций Вселенной. Весь период эволюционной космологии, начиная с 1928 г., наполнен не столько попытками подтвердить теорию Фридмана-Леметра, сколько попытками избавиться от внутритеоретических проблем содержательного характера (проблема сингулярности, плоскостности, горизонта и др.). 3) В новейшей инфляционной космологии резко возрастает роль внутритеоретических критериев обоснования. Все это позволило нам заключить, что современная ситуация в космологии, характеризуемая нами как "стадия эмпирической невесомости теории", есть не случайное событие и не субъективная ее интерпретация, а фундаментальная характеристика той формы и того типа знания человека о Вселенной, который только и может иметь "умозрительный" характер, относясь к внешнему инструментальному опыту как к явлению подчиненному. При этом увеличивается роль опыта теоретического, внутреннего, осуществляемого через внутритеоретическое обоснование. Кроме того,нами выделены физические основания инфляционной теории: а). Скорость увеличения г>аол/гАг>г>тэ тягт&ъяхл íua гтаттитл пят m/uawMtA на д^илт тгг>г\атгтгг\та ттг\р>тгигттт!др»т

Ч 1 V, I VIT11/1 1.1 V.I 1 lili .У Ч.^ Т IIV4 11 1/1 I 1 1 VV -I 1 1 VI Í. 1. 11 11г VV1 11 1 1 . J 1 11 ЧЧ 1 скорость света в вакууме., б) Фундаментальность вакуума по отношению ко всем другим физическим формам существования материи. Инфляционная теория предполагает рождение (возникновение) Метагалактики (мини-Вселенной) в результате вакуумной флуктуации, в) Независимость пространства и времени от вещества и излучения на ранних стадиях эволюции Вселенной.

Изменение физических оснований требует изменения и эпистемологических оснований.В качестве таковых можно указать: 1) инфляционная теория находится на стадии "эмпирической невесомости", а, следовательно, за отсутствием наблюдательных (экспериментальных) данных о предсказанных ею явлениях, первостепенное значение приобретают внутритеоретические критерии обоснованности. Более того, осознана необходиомость включать инфляционную стадию не только в выдвигаемые космологические сценарии, но и в фундаментальные физические теории. 2) Уникальность исследуемого объекта - Вселенная на самых ранних стадиях ее эволюции и в "момент" рождения - позволяет предположить, что стадия "эмпирической невесомости" может иметь тенденцию к увеличению своей протяженности во времени. Тем самым еще более значимыми становятся внутритеоретические критерии обоснования космологического знания, а помня о малопродуктивности для оценки научной теории косвенной эмпирической верификации, - они становятся, по существу, единственными критериями обоснованности, что неявно признается самими исследователями в космологии, уже сейчас, до всякого подтверждения, считающими и признающими совокупность инфляционных сценариев состоявшейся космологической теорией и даже новой парадигмой . Возникшее положение, с нашей точки зрения, побуждают по-иному, а, осмыслить само понятие "научное знание" и "научный опыт". Уже античность знала опыт теоретический: проверку свойств национально заданного предмета - национальными же средствами,. Обоснованию наличия в античности именно такого подхода в объяснении фундаментальных характеристик Космоса и выявлению эпистемологических оснований античной космологии посвящена следующая глава «Античные истоки новоевропейской космологии». В предыдущей главе было установлено, что тот тип научного знания, который формируется и проявляется в настоящее время оказывается отличным от типа научного знания сформировавшегося в 18-19 столетиях в эмпирическом естествознании. По существу возникает проблема идентификации современного типа науки в шкале европейской научной рациональности. В этой связи особый интерес представляет обращение к пифагорейско-платоновской традиции античности. Именно античная наука отличалась своим «созерцательным» характером и неэкспериментальным» отношением к реальности. Основной задачей настоящей главы является анализ эпистемологических оснований космологических учений пифагорейцев, Платона , Аристотеля и школ с ними связанных.

В первом параграфе «Космос как красота и гармония» ставится проблема выявления фундаментальной роли числа в построении гармоничного космоса пифагорейцами (Филолай и др.). Показана его онтологическая и метафизическая природа, не сводимая к простым количественным отношениям: пифагорейцы понимали под числом «формообразующую субстанцию» мира, а не «механический агрегат условных единиц». Отсюда следует исключительная роль математики. Число - организм, находящийся в основании мира, который открывает возможность к познанию сущности мира без непосредственного обращения к чувственному опыту. Показано, что фундаментальную роль в пифагорейской космологии играло представление о Гестии - центральном огне и , одновременно, онтологическом центре космоса. Во втором параг^а^е «Космология Платона» ставится задача выявления эпистемологических оснований платоновской космологии. Платон был первым, кто обратил внимание на «правдоподобную» природу космологических выводов, опирающихся на опытные данные. Платон впервые в европейской истории науки создает своеобразную «математическую физику», в которой «превращения» физических элементов космоса представлены как специфические комбинации элементов пространства - треугольников. Нами показано также, что пифагорейская. Гестия семантически трансформируется в космическую Душу Платона. Последняя выполняет организующую и управляющую функции. Поэтому гармонически устроенное тело космоса оказывается живым телом - организмом. Это основной вывод данного параграфа. В третьем параграфе «Космический принцип Платона» анализируется проблема происхождения космоса. Показано, что платоновский демиург не просто творит мир, но именно порождает его. Основной вывод данного параграфа заключается в том, что Платон мы обнаруживаем не конструирование Космоса, а его организацию-порождение. Гармоничность и органическая соразмерность во всем космоса и человека, уподобление второго первому и есть космический принцип Платона. Космос есть живой, одухотворенный и соразмерный организм, и человек является родственной частью этого организма. Четвертый параграф «Анализ эпистемологических особенностей платоновской и аристотелевской космологий» обсуждается проблема аристотелевского аргумента «от очевидности». Показано, что основными пунктами расхождения Аристотеля с пифагорейцами и Платоном были : 1. Возникновение Космоса - вечность Космоса; 2. Подвижность Земли неподвижность Земли; 3. Гестио-гелиоцентризм - геоцентризм ; 4. Геометрическая структура вещества - физическая структура вещества. Математика, с точки зрения Аристотеля, не может быть положена в основание (Ьизики. ибо ттель Физической науки то. что в " кяжлпм

1. * 1 I. -./.-у ~ * — конкретном случае непреложно является через ощущение" (О небе, 306 а 15-17). Эти слова Аристотеля являются девизом всей его эпистемологии, а равно физики и космологии. Поэтому основной вывод таков: опора на чувственный (преимущественно обыденный) опыт подтверждающий реальность одних только единичных тел , объективно способствовала утверждению господства геоцентрической системы в античной астрономии и космологии, тем самым закрыв даже путь к распространению альтернативных подходов. В конце главы даются основные ее выводы. Именно с этой эристемологической установкой аристотелизма пришлось вести борьбу основателям новоевропейской науки в 16-17 столетиях.

Третья глава "Нововременная парадигма Космоса - Вселенной» посвящена проблеме появления космологических теорий 16-17 вв. и анализу лежавших в их основании эпистемологических принципов. Основное внимание сосредоточено на «революции Коперника» как знаковом событии не только эпохи Возрождения античности, но и всей новоевропейской науки в целом. Основная задача настоящей главы -выявить те эпистемологические основания, которые позволили Николаю Копернику, Галилео Галилею и др. совершить поворот от аристотелизма к платонизму и пифагореизму, тем самым значительно расширив наши представления о строении мира.

В первом параграфе «Принцип Коперника и его истоки» обсуждается проблема причин появления «принципа Коперника - Бруно». Абсолютное положение земного наблюдателя в геоцентрической системе мира преимущественно в античности и средневековье, в эпоху Возрождения оказывается поколеблено. Показано, что существенную роль в низвержении аристотелевсой эпистемологии в физике и космологии Николай Кузанский с его идеей отсутствия в мире абсолютного центра. По существу Кузанец проводит "ревизию" сущности наблюдателя именно как свидетельствующего о наблюдаемом мире. А когда он устанавливает , что наблюдатель не имеет оснований свидетельствовать, то и сами " наблюдаения" (наблюдаемые факты) - утрачивают силу. Главный вывод Кузанца таков: не наблюдатель своими наблюдениями приносит знание о том, что Земля не есть центр мира, но доказательства, полученные с помощью "умудренного незнания", то есть полученные умозрением. Показано, что столетие спустя, в работах Коперника предпринята попытка, во-первых, подвергнуть сомнению "наблюдаемый очевидный мир", во-вторых, применить принцип относительности движения в объяснении положения Земли во Вселенной и, в-третьих, нащупать пути для привнесения бесконечности, то в форме неисчислимости расстояний, то -беспредельности, в наличный тварный мир. Во втором параграфе «Критика аргумента "от очевидности" анализируются собственно космологические взгляды Николая Коперника. Коперник ищет такую основу для реформирования современной ему системы мира, которая бы опиралась на показания разума, а не вытекала из обыденных наблюдений. Коперник ищет более рациональное сочетание кругов, которым можно было бы объяснить все видимые неравномерности движения небесных тел. В основании такого рационального решения лежала эпистемологическая установка Коперника не только на примат неочевидного мира над очевидным, но и главные космологические принципы , сформулированные Платоном в "Тимее» :1. Мир сферичен, а сфера - " совершеннейшая из всех форм" ; 2. Движение небесных тел - вечное, равномерное и круговое или составлено из круговых движений. Однако для Коперника космос уже не является конечным «местом», ибо он «неизмерим и подобен бесконечности".Телесная цельность античного Космоса у Коперника отсутствует; а Вселенная воспринимается как огромный, необъятный шар-вместилище: "так как именно небо все со^е^жит и л,кг*ашает и является обтттим вместнлитттем".В связи с этим возникает вопрос: была ли система Коперника (принцип Коперника) революцией в европейской космологии и науке вообще или имел место другой процесс , менее радикальный, но исторически более адекватный ? Третий параграф «Коперниканский поворот» посвящен анализу методолгических оснований открытия Коперника. Нами ставится под сомнение та общепринятая оценка факта выдвижения Николаем Коперником альтернативной - птолемеевской - системы мира , как совершенной им "революции". Мы продемонстрировали , что в условиях иного эпистемологического масштаба "переворот" совершенный Коперником предстает как "поворот". Показано, что Коперник решает две фундаментальные проблемы (попятное движение некоторых светил и отсутствие видимого смещения звезд в случае подвижности Земли), поставленные античной астрономией точно также , как их решали Аристрх Самосский и др.1) Коперник указывает, что равномерные движения светил только «представляются нам неравномерными»вследствие того, что Земля не находится в центре кругов, по которым они вращаются. 2) Аргумент Аристотеля о том , что должны происходить изменения конфигураций звезд, объясняется Коперником - как и Гераклидом в античности -"неизмеримостью неба по сравнению с величиной Земли " .Коперник вынужден допустить, что небо - бесконечно. Коперник сознательно не изобретает методом проб и ошибок новой парадигмы, но возвращается к истокам европейской науки - к пифагореизму и платонизму. Поэтому суммарный вывод таков : наличие многих аномалий (трудностей в объяснении) движений планет, звездной сферы и Земли в евдоксовой и птолемеевой системе ни логически , ни исторически не требовали перехода к гелиоцентрической системе. Этот переход был обусловлен сугубо эпистемологической мотивацией Коперника. Коперник совершает «эпистемологический поворот» от аристотелизма к пифагореизму и плaтoнизмv. В четвертом папагиасЬе «Новое понимание природы» показано, что Джордано Бруно совершил экстраполяцию математической модели Коперника на бесконечную Вселенную. Но если Коперник создавал свою систему, все-таки опираясь на наблюдения видимого неба, то Бруно с его учением о невидимых мирах , вынужден отказаться и от этой опоры. Главный критерий их существования - не противоречить разуму. В соответствии с таким подходом Бруно допускает обитаемость других миров. Этим Бруно нанес удар по библейскому догмату о сотворении мира ради человека. Если Коперник пошатнул доктрину гео-топоцентризма, то Бруно - антропоцентризм. Следующий шаг в разрушении аристотелизированного мира совершает Глалилей. Он представляет "мудрость природы" и "разум, пронизывающий Вселенную", в устойчивом, повторяющемся и необходимом виде — в форме законов природы или принципов, в соответствии с которыми она устроена. Выводы: а) Закон инерции, как и любые законы, которым подчиняются "естественные вещи" в природе, независимы от наблюдателя, как во времени, так и в пространстве: б) Наблюдатель (в данном случае -человек)и место наблюдения (Земля) более не занимают центрального, т.е. исключительного места во Вселенной ; в) Наблюдателей, а равно и "центральных мест" во Вселенной может быть бесчисленное множество. Эти три положения, которые, если оставить за скобками их формальную точность, передают содержательно смысл "принципа Коперника». Пятый параграф: «Концепция Пико делла Мирандола» посвящен анализу мировоззрения радикально отличавшегося от господствующих умонастроений в естествознании. Согласно Пико делла Мирандола человек есть только творец, чья жизнь определяется его свободным выбором. Он существует вне иерархии природного мира. Человек, в концепции Пико, становится само-созидательным и самозаконодательным через утверждение собственной свободы, а поэтому получает исключительное положение. Этот же па^ос твопческой человеческой свободы мы обнаруживаем и у Бруно. Такая двойственность результатов Возрождения позволяет сформулировать содержательный парадокс в понимании места и значимости наблюдателя-человека в 15-17 в.в. Суть парадокса в следующем: Утверждение первое: наблюдатель (человек) не занимает исключительного места во Вселенной (Кузанец, Коперник, Бруно, Галилей). Утверждение второе: наблюдатель (человек) занимает исключительное место во Вселенной (Пико, отчасти Бруно). Почему один и тот же человек лишается исключительного положения в первом случае и наделяется им во втором? Объяснение возникшей ситуации в том, что космос и человек перестают быть единым и цельным образованием, став отдельно "царством природы" и отдельно "царством человеческой свободы". Решение парадокса становится возможным при раскрытии существа взаимозависимостей "обоих исключительностей". Оно заключается в том, что раз законы природы независимы от наблюдателя (человека), то справедливо и обратное: человек независим в области своей свободы от природы. Нарождающаяся наука освобождается "для истинного постижения книги природы" от всего человеческого, антропоморфизма, а саму природу - от антропоцентризма. Достигается идеал "чистой природы". Цельный мир платоновского, вообще античного, космоса буквально разрывается на наблюдателя-человека и наблюдаемую природу. С другой стороны, нарождающийся гуманизм освобождается для "истинного постижения сущности человека" от всего природного, от натуро- или точнее - космоцентризма вообще. Достигается идеал "чистой человеческой свободы". Опять же цельный мир космоса разрывается на свободного человека и "утопающую в необходимости природу». Главным и основным результатом Возрождения было достижение разорванности цельного мира на отдельно человека (наблюдателя) и природу (Вселенную).Глава четвертая : «Современная космология : между нововпеменной и античной рациональностью» посвятттена ттемонст|латтии существенных черт «эпистемологического поворота» совершаемого в современной физико-космологической науке к тем идеалам и нормам научного познания, которые впервые были сформулированы и развиты в античной науке пифагорейцами и Платоном.Л первом параграфе «Идеалы и нормы космологического познания» ставится задача проанализировать основные контуры того нового типа рациональности, который приходит на смену старому. Показано, что к концу и даже к середине 19 века приходит осознание невозможности мыслить Вселенную одноременно неподвижной, целой и бесконечной. "Вселенная-вместилище" Бруно и отчасти всего Ренессанса, начинает вытесняться, пока еще только в форме предъявляемых парадоксов, новым, приходящим ей на смену убеждением -что Вселенная не может быть бесконечна, если она есть целое. Показано, что Шарлье и другим сторонникам «ньютоновской космологии» не удается спасти ее зашатавшуюся конструкцию. От иерархической гипотезы Шарлье до опубликования работы Фридмана A.A. "О кривизне пространства" прошло чуть более 15 лет. Но здесь мы уже видим качественное изменение картины мира, причем не только физической, но и эпистемологической, которое можно свести к следующим положениям : 1) В уравнении поля Эйнштейна включено все вещество и излучение, "наполняющее" Вселенную, т.е. впервые была создана собственно-космологическая теория, описывающая и объясняющая Вселенную в целом.2) Вселенная в целом стала рассматриваться как безграничная, но не бесконечная, ибо вопрос о том, что за пределами Вселенной, в релятивистской космологии вообще лишен смысла .3) Фридмановская парадигма ввела понятие эволюции Вселенной в целом, т.е. качественное изменение характеристик Вселенной со временем.4) Эволюция Вселенной в целом естественным образом привела к постановке проблемы начала эволюции (рождения) Вселенной и ее конца (смерти), обозначенной физически как проблема сингулярности = особой точки. 5) Проблема сингулярности впервые поставила в чисто космологическом разрезе проблему принципиально ненаблюдаемого факта. Выявлены существенные черты современного состояния космологии. 1) Математизация физико-геометрической теории Вселенной зашла столь далеко, что теоретические предсказания стали опережать не только опытное подтверждение, но вообще весь опытный край и предел науки, 2) Граница между физикой и космологией становится настолько прозрачной, что к 70-м годам теория элементарных частиц и теория Вселенной начинают рассматриваться как две сопряженные области, каждая из которых не может существовать без другой. 3) В 30-40-е годы появляются первые космологические модели (Эддингтон, Милн, Уокер и др.), авторы которых пытаются построить схематику мира вообще без обращения к опыту. 4) Фридмановская космология, впервые со времен греческой философии и протонауки поставила вопрос о том, "почему Вселенная устроена так, а не иначе ?", тем самым выйдя за рамки традиционного вопроса предшествующих столетий "как устроена Вселенная?" Показано также, что инфляционная теория ,пришедшая на смену фридмановской теории , существенно изменила господствующую картину мира.1) Принципиально расширился класс объектов, охватываемых понятием Вселенная как целое: наблюдаемая область (1028 см) становится локальной областью. Это означает, что: а) если раньше возникала проблема правомерности экстраполяции макрофизических (земных) свойств пространства и времени на крупномасштабную структуру Вселенной, то теперь возникает проблема правомочности экстраполяции свойств наблюдаемой области на принципиально ненаблюдаемые, б) Инфляционная космология решает подавляющее большинство проблем фридмановской космологии (плоскостности, горизонта, трехмерности и т.д.) платя за это очень высокую цену - описание таких физических объектов и свойств пространства-времени котопые в поттавляютттем большинстве "запредельны земному миру" и не могут быть обнаружены наблюдательно в обозримом будущем, либо обнаружены вообще, в) Если фридмановская космология поставила вопрос о правомочности опосредованных опытных наблюдений, то инфляционная космология уже поставила вопрос о бессмысленности любых наблюдений, либо экспериментальных подтверждений многих предсказываемых ею фактах (стенки домена (пузыря) - неоднородности имеют в инфляционной теории размер порядка (ЮЮ )7 см - (ЮЮ )14 см и др.) г) Прозрачность границы между физикой (теориями элементарных частиц) и космологией, которая еще только наметилась во фридмановской парадигме, стала практически полной. Современные теории элементарных частиц, по словам А.Д.Линде, проходят прежде всего тест на "космологическую полноценность". Указанные черты эпистемологической ситуации в космологии позволяют сделать следующий принципиальный вывод: в космологии, а равно и в физике наступил период, точнее, эпоха, когда теоретические разработки не только сильно опережают опытные исследования, но по некоторым направлениям опередили их навсегда.

Параграф второй «Эпистемологический поворот» посвящен обнаружению и фиксации принципиального подобия идеалов и норм современного физико-космологического познания - идеалам и нормам космологического познания в пифагорейско-платоновской традиции. Показано, что признание статуса инфляционной теории (парадигмы) как теории, господствующей в современной космологии, а также выявление ее "места" в шкале внутреннего развития, характеризующееся "эмпирической невесомостью", позволяет обнаружить на ее примере (как образце) тот эпистемологический сдвиг,, который может быть распространен не только на космологию в целом, но и на фундаментальные физические теории, которые с ней сопряжены. Изменения в познавательных ориентациях, которые мы наблюдаем в космологии и физике элементарных частиц, свидетельствуют о том, что современная естественная наука встала перед необходимостью менять идеалы и нормы научного познания -формировать иной нововременному тип рациональности. Так, подавляющее большинство собственно космологических фактов, предсказанных инфляционной парадигмой, проверить нельзя в принципе или, если несколько смягчить это утверждение - в наше время и в обозримом будущем (!). Из этого можно сделать следующие выводы:: а) стадия эмпирической невесомости теории из стадии предварительной и преходящей имеет тенденцию превращения в основное состояние. Это, в свою очередь, приводит к необходимости переинтерпретации понятия "теории" и понятия "опыта". То есть : 1) "опыт" эмпирический получает подчиненное значение как опыт исключительно локальный, т.е. то, что отображается понятием "опыт", "работает" только в очень, по современным масштабам, узком диапазоне: от послепланковских размеров до масштабов, не превышающих наблюдаемую область Вселенной ; 2) Опыт начинает пониматься как опыт преимущественно теоретический, т.е. не выходящий за сферу собственно разумного рассмотрения .

Такое понимание "умного опыта" характерно и для современной физической науки и для науки в платоновской и пифагорейской школах. Платоновская душа тоже наблюдает вещи (Теэтет 185 е). Но сущностная структура опыта - правильно поставленный вопрос испытуемой вещи (моделируемому процессу, состоянию и т.д.) и получаемый однозначный ответ - Платону известна была. Она, во-первых, сама по себе занимается рассмотрением, то есть в собственном смысле этого слова теоретизирует, а, во-вторых, поскольку ощущения не дают истинного знания, она сама себя спрашивает и сама себе отвечает. Платоновский гносеолог тоже задает вопросы вещам и получает на них ответы, но совершает это в умственном рассмотрении, то есть в теоретической деятельности, а не в ттат/апгипм ппчто Патла^г^/пс/гг1 ттАигт*А ттгтстттлга /лгттлтя тз ттг»от,гау I V Д 1 1Л1 IV ' . . к V I 11Л 1 I 1 1 V.! 1 I л 1 11(1 V' 1 1 и 1 . .V 11V шл; . ■ №. 1V иши. становления науки не может не вызвать сдвига и в понимании самой теоретической детельности. В самом деле, когда обнаруживаются (объективные) границы познания (энергии порядка 1019 ГэВ), выявляются запрещающие эффекты, факторы, принципы (антропный принцип), накладывающие ограничения на существование физических процессов определенного типа, утверждаются положения, теории, имеющие только внутритеоретическую обоснованность, тогда возникает возможность переинтерпретации новоевропейской парадигмы знания вообще. Теоретическая деятельность - рассмотрение разумом своих объектов внутри себя, возвращается к самой себе в том смысле, что деятельность ума отныне не будет покидать пределов самого ума. Итак, мы можем говорить о том, что новые идеалы рациональности суть лишь, в своих существенных чертах, возрождение старых - давно существовавших в античности.

Третий параграф «Антропный исторический принцип» посвящен анализу антропного космологического принципа. Рассмотрение четырех основных формулировок антропного космологического принципа (АКП) -Слабого АКП, Сильного АКП, Принципа Участия, Финалистского (АКП) -позволяет говорить, что в основании антропной аргументации лежат не только совпадения Больших Чисел, но и строго определенная эволюция европейской рациональности, другими словами - «антропный исторический принцип». Показано, что АКП ограничивает не только физику определенного типа, но накладывает ограничения на определенный тип рациональности.Это означает, что не только физическая Вселенная должна быть Вселенной определенного типа, т.е. должна быть совместима с «существованием физиков» (Дикке), но и эволюция европейской рациональности должна быть рациональностью определенного типа, т.е. должна быть совместима с «существованием антропной аргументации». Современная европейская научная

264 рациональность эволюционирует в том направлении, в рамках которого АКП только и может быть осмысленным принципом.

Отвечая на поставленный во «Введении» вопрос - почему объяснение природы Космоса у пифагорейцев, Платона, Коперника-Кеплера и в современной космологии существенно совпадают именно в своей теоретичности - мы можем , завершая диссертацию, ответить : потому, что и в первом, и во втором, и в третьем случае мы имеем дело с одним и тем же типом отношения человека к миру , при котором чувственный опыт имеет подчиненное значение по отношению к опыту теоретическому. Фактически, мы имеем дело с «эпистемологическим инвариантом», который предполагает периодическое возвращение к нему как к истоку европейской науки. К пифагореизму и платонизму возвращаются не ради них самих, но ради обретения того «инварианта» -созерцание мира, а не его покорение - который был ими открыт и сформулирован впервые.

Заключение

Список литературы диссертационного исследования доктор философских наук Павленко, Андрей Николаевич, 1999 год

1. Аристотель. Сочинения в 4-х томах. М., 1976. Архимед. Сочинения. М.1962. С. 358-359.

2. Аскин Я.Ф. Бесконечность Вселенной во времени // Бесконечность и Вселенная. М., 1969. С. 158-167.

3. Ахутин A.B. Новация Коперника и коперниканская революция // История науки в контексте культуры. М., ИФРАН. 1990.

4. Ахутин A.B. Понятие "природы" в античности и в Новое время, ("фюсис" и "натура"). М.Наука.1988.

5. Балашов Ю.В. Принцип единства Вселенной и развитие современной космологии.Автореферат кандидатской диссертации. М. 1986. Балашов Ю.В. "Антропные аргументы" в современной космологии // Вопросы философии. 1988. № 7.

6. Бирюков Б.В. Кибернетика и методология науки,- М. 1974,

7. Бруно Дж. О бесконечности, Вселенной и мирах. Соцэкгиз. 1936.

8. Бруно Дж. О причине, начале и едином. М. 1934.

9. Бунге М. Причинность.Место принципа причинности в современнойнауке.М.1960.

10. Ван-дер-Варден Б. Пробуждающаяся наука II Рождение астрономии.- М.1991.

11. Веселовский И.Н., Белый Ю.А. Николай Коперник. М. Наука. 1974.

12. Вигнер Е.Этюды о симметрии. М., 1971.

13. Визгин В.П. Идея множественности миров. М.: Наука, 1988.

14. Визгин В.П. Генезис и структура квалитативизма Аристотеля, М. 1982.

15. Васильева Т.В. Афинская школа философии. М.: Наука, 1985.

16. Воробьев П.В. Индуцированный светом распад псевдоголдстоуновскихбозонов и поиск аксионного излучения Солнца // Письма в ЖЭТФ. М., 1993. Т.57, в. 12. С. 737-740.

17. Гайденко П.П. Проблема рациональности на исходе XX века // Вопр. философии. М., 1991. № 6. С. 3-14.

18. Гайденко П.П. Эволюция понятия науки. Становление и развитие первых научных программ. М.Наука. 1980.

19. Гуревич В.Ц., Старобинский A.A. Квантовые эффекты и регулярные космологические модели // Журнал экспериментальной и теоретической физики. 1979. Т. 77. Вып. 5(11). С. 1683-1700.

20. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. М.1955. Т. II,1. И-О.

21. Девис П. Пространство и время в современной картине Вселенной. М., 1979.

22. Диалектика и современное естествознание. М., 1970.

23. Дикке Р. Гравитация и Вселенная. М., 1972.

24. Дирак М. Методы теоретической физики // УФН,М.1970,Т.102.

25. Доброхотов А.Л. Категория бытия в классической западноевропейскойфилософии. М.: МГУ, 1986.

26. Жданов Г.Б. О физической реальности и экспериментальной «невесомости»// Вопросы философии, М.1998, № 2.

27. Жданов Г.Б. Частицы, поля и Вселенные // Философия физики элементарных частиц,- М. ИФРАН, 1995.

28. Жмудь Л.Я. Наука, философия и религия в раннем пифагореизме. Санкт-Петербург, 1994.

29. Зельдович Я.Б. Современная космология. М., 1983. Препринт 767, ИКИ.

30. Зельдович Я.Б.,Новиков И.Д., Строение и эволюция Вселенной.М.1975.

31. Зельмаиов А.Л. Многообразие материального мира и проблема бесконечности

32. Вселенной // Бесконечность и Вселенная.М.1969.

33. Идеалы и нормы научного исследования. Минск, БГУ. 1981.

34. Идлис Г.М. Теория относительности и структурная бесконечность Вселенной //

35. Астрономический журнал, 1956. Т. ХХХШ.Вып.4, С. 622-626.

36. Идлис Г.М. Революция в астрономии, физике и космологии. М., Наука, 1985;

37. Казютинский В.В. Вселенная в научной картине мира и социально-практической деятельности человечества // Философия, естествознание, социальное развитие. М. 1989. С. 199-213.

38. Казютинский В.В. Антропный принцип и мир постнеклассической науки //

39. Астрономия и современная картина мира, М.ИФРАН, - 1996.

40. Казютинский В.В. Коперниканская революция на перекресткемировоззренческих традиций // Древняя астрономия : небо и человек, Трудыконференции,- М. 1998.

41. Кант И. Собр. соч. В 6-ти тт. T.l. М., 1963.

42. Кант И. Критика чистого разума. М.1994.

43. Каплан И.Г.,Смутный В.Н. В.Н.,Смелов Г.В. Влияние молекулярной структуры на (3 спектр и проблема определения массы покоя нейтрино. М.ЖЭТФ.,1983,Т.84,Вып. 3.

44. Картер Б. Совпадение больших чисел и антропологический принцип в космологии // Космология, теория, наблюдения. М., 1978. Катасонов В.Н. Метафизическая математика ХУ11 в., М. Наука.1993. Квантовая теория и гравитация. Т. 197. М. 1989.

45. Линде А.Д. Физика элементарных частиц и инфляционная космология. М., 1990.

46. Линде А.Д. Распад ложного вакуума при конечной температуре. М. 1981. ФИАН им. Лебедева, Пр.265.

47. Лосев А.Ф. Античный космос и современная наука. М., 1928.

48. Лосев А.Ф. История античной эстетики. М.: Высшая школа, 1963.

49. Лосев А.Ф. История античной эстетики . Софисты,Сократ, Платон. М.1969.

50. Лосев А.Ф. История античной эстетики. М., 1980. Т. 6.

51. Лукаш В.Н., Старобинский A.A. Изотропизация космологическогорасширения за счет эффекта рождения частиц //ЖЭТФ, 1974, Т.66, Вып. 5.

52. Лукаш В.Н., Новиков И.Д., Старобинский A.A. Рождение частиц в вихревойкосмологической модели // ЖЭТФ, 1975, Т.69, Вып.5 (11).

53. Любимов В.А.,Новиков Е.Г. и др., Оценка массы покоя нейтрино изизмерений ß спектра трития. М.ЖЭТФ.1981/Г.81, Вып. 4(10);

54. Маковельский А.Л. Древнегреческие атомисты. Баку, 1946.

55. Мамаев С.Т., Мостепаненко В.М., Старобинский A.A. Рождение частиц извакуума вблизи однородной изотронной сингулярности. М. ЖЭТФ. 1976. Т. 70,в. 5.,с. 1577-1591.

56. Мамаев С.Г., Мостепаненко В.М. Изотропные космологические модели, определяемые вакуумными квантовыми эффектами // Там же. 1980. Т. 78. Вып. 1.С. 20-27.

57. Мамчур Е.А. Проблема выбора теории,- М.1975.

58. Мамчур Е.А. Проблемы социо-культурной детерминации научного знания. М.1987.

59. Найдыш В.М. Научная революция и биологическое познание: философско-методологический анализ, М. 1987.

60. Несмелое В. Догматическая система св.Гр. Нисского. Казань. 1887. Николай Кузанский. Сочинения в двух томах. М. Мысль. 1979. Т. 1. Никитин Е.П. Природа обоснования. М., 1981.

61. Никифоров А.Л. От формальной логики к истории науки: критический анализ буржуазной методологии науки,- М. 1983.

62. Никифоров A.JI. Научная рациональность и цель науки //Логика научного познания: актуальные проблемы. М.1987.

63. Ньютон И. Математические начала натуральной философии. М.-Л., 1936. Ориген. О началах // Творения Оригена учителя Александрийского. Казань, 1899.

64. Павленко А.Н. К.Э.Циолковский о "Причине космоса" и современная космология // Труды XXIV Чтений, посвященных научной разработке наследия К.Э.Циолковского. М., 1991.

65. Павленко А.Н. Идеалы рациональности в современной науке // Вестник Российской Академии наук. М., 1994. № 5. С. 409-415.

66. Павленко А.Н. Аргумент от "очевидности" и статус космологического знания // Первый Российский философский Конгресс, Труды, -С.-Петербург, 1997, Том III.

67. Павленко А.Н. Антропный принцип: истоки и следствия в европейской научной рациональности // Филососфско-религиозные истоки науки ,-М.Мартис,1997, с. 178-218.

68. Павленко А.Н. Бытие у своего порога. М. ИФРАН, 1997. Павленко А.Н. Эпистемологический поворот // Вестник РАН,- М. 1997, № 4. Павленко А.Н. Европейская космология : основания эпистемологического поворота,- М.-ИФРАН,Интрада,1997,- 256 с.

69. Проблемы методологии постнеклассической науки. РАН. (Рот. ИФРАН). 1992.

70. Птолемей Клавдий , Альмагест, М. 1998.

71. Райтсмен Б. Проблема коперниканской революции и распространения коперниканских идей.// Историко-астрономические исследования. М.Наука.1987.

72. Рожанский И.Д. Античная наука. М.: Наука, 1980. Рожанский И.Д. Анаксагор.У истоков античной науки. - М.: Наука, 1972 Рожанский И.Д. История естествознания в эпоху эллинизма и Римской империи. М. Наука. 1988.

73. Ромпе Р., Тредер Г.Ю. Мыслимые, виртуальные и действительные миры и представления о вакууме //, Методологический анализ физического познания Киев. 1985. С. 191-210.

74. Рыбка Е., Рыбка П. Коперник: человек и мысль. М.Мир. 1973.

75. Сачков Ю.В. Случайность в научной картине вселенной // Астрономия и современная картина мира, М.ИФРАН, -1996.

76. Сачков Ю.В., Вероятность , случайность,независимость // Философские проблемы классической и неклассической физики: современная интерпретация,- М.ИФРАН,- 1998.

77. Соколов Н.Ю. Топологическая нетривиальность Вселенной и анизотропияреликтового излучения // Письма в ЖЭТФ. 1993. Т. 57, в. 10. С. 601-605.

78. Соколов Д.Д., Швацман В.Ф. Оценка размеров Вселенной с топологическойточки зрения// ЖЭТФ, 1974 , Т. 66, Вып. 2.

79. Соловьев B.C. Собр. соч. Т. 1. С.п.Б. 1901.

80. Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка.Репринтноеиздание.М.Книга. 1989.Т.2,ч.1, Л-О.

81. Степин B.C. Становление научной теории , Минск 1976.

82. Степин B.C. Идеалы и нормы в динамике научного поиска // Идеалы и нормынаучного исследования, Минск, 1981.

83. Степин B.C. Научные революции как точки бифуркации в развитии знания //

84. Научные революции в динамике культуры, Минск. 1985.

85. Степин B.C., Горохов В.Г. Розов М.А. Философия науки и техники, М 1995.

86. Степин B.C. Методология построения теории в неклассической физике//

87. Философские проблемы классической и неклассической физики,- М.ИФРАН,1998.

88. Физический энциклопедический словарь. М. 1984. Философские проблемы астрономии XX века. М., 1976; Философские проблемы естествознания,- М.1985.

89. Философские проблеамы классической и неклассической физики,- М.1. ИФРАНД998.

90. Флавий Иосиф . О древности иудейского народа. Протип Апиана. Спб., 1895.

91. Флоренский П.,Столп и утверждение истины. М., 1990. Т.1. 4.1. С. 109-142;

92. Флоренский П.А. У водоразделов мысли. М., 1990. - Т 2.

93. Фок В.А. Работы Фридмана A.A. по теории тяготения Эйнштейна // Фридман

94. A.A. Избранные труды. М.1966

95. Фридман A.A. Избранные труды. М., 1966.

96. Хайдеггер М. О существе и понятии cpuaiq . Аристотель. Физика. В 1. М., 1995. Халфин JI.H. Об ограничениях на инфляционные модели Вселенной // Журнал экспериментальной и теоретической физики. 1986. Т.91. Вып. 4(10). С. 11371144.

97. Хлопов М.Ю. Вселенная гигантский ускоритель. М., Знание. 1987. № 1.

98. Хойл Ф. Галактики, ядра и квазары. М., 1968.

99. Цехмистро И.З. К квантовому рождению Вселенной «из ничего»//

100. Философские науки,- М.1988, № 11.

101. Чудинов Э.М. Природа научной истины,- М.1977.

102. Шичалин Ю.А. Етсштросрг) или феномен " возвращения" в первойевропейской культуре М. 1994.

103. Шарлье К. Как может быть построена бесконечная Вселенная. Симбирск. 1914.

104. Эйнштейн А. Собрание научных трудов. М., 1967. Т. 4.

105. Эйнштейн А. К работе А.Фридмана «О кривизне пространства».// Успехифизических наук. 1963 .Т.80, Вып.З.

106. Юдин Б.Г. Методологический анализ как направление изучения науки,-М.1986.

107. Agassi Joseph Science in Flux : Footnotes to Popper // Boston Studies in the

108. Philosophy of Science ,- Dordrecht Holland, 1968, Vol.III.

109. Aristoteles. Graece. Opera Omnia. Berolini, 1831. V. 2.

110. Arnim H.von. Die Entstehung der Gotteslehre des Aristoteles. Wien. 1931.

111. Arrhenius S. Das Werden der Welten. Leipzig, 1908.

112. Apel K.O. Das Verstehen (eine Problemgeschichte als Begriffsgeschichte) // Archiv fur Begriffsgeschichte. Bonn. 1955. Bd. 1. S. 142-199.

113. Barrow D.J., Tipler F.J. The Anthropic cosmological Principle. Oxford, 1986. Bondi H. Cosmology. Cambridge, 1960.

114. Brans С., Dicke R.H. Mach's Principle and a Relativistic Theory of Gravitation //

115. The Physical Review. USA, 1961, vol. 124, n 3.

116. Burnet J. Greek Philosophy: Part I, Thaies to Plato. London, 1924.

117. Burnet J. Die Anfange der Griechischen Philosophie. Leipzig, Berlin, 1913.

118. Chalcid. In Timaeum comm. C-l 10. Leipzig. 1976.P.176 -177.

119. Carr B. The anthropic principle and the structure of the physical world // Naturre.278 (12 April). 1979. P. 605-612.

120. Cassirer E. The Individual and the Cosmos in Renessance Philosophy. N.Y. 1963. Cosmology : Historical, Literary,Philosophical,Religious and Scientific Perspectives , New York, 1993. Cron Ch. Heraclitus //"Philologus", 1899, N 47;

121. Cornford F.M. Mysticism and Science in the Phythagorean Tradition. С Q. Crowe M.J. Theories of the World from antiquity to the Copernican Revolution , New York: Dover Publications, 1990.

122. Crowe M.J. Modern Theories of the Universe : from Hershel to Hubble , New York : Dover Publications, 1994.

123. Dicke R.H. Dirac's Cosmology and Mach's Principle //Nature. 192.

124. Dicke R.H. Scalar-tensor gravitation and the cosmic firebal // The Astrophhysical

125. Journal. 1968. Vol. 152. N 1. Pat. 1.

126. Die Fragmente der Vorsocratiker . Von H.Diels. Berlin. 1903.

127. Dirac P.A.M. Reply to Dicke //Nature. 192. (November 4). 1961. P. 441.

128. Dingle H. Modern Aristotelianism //Nature. 1937. V. 139. N 3523.

129. Drees W.B. Beyond the Big Bang. Quantum cosmologies and God. L. 1990.

130. Dine M., Fischler N. The-So-Harmless Axion // Physicx Letters. 1983, vol. 120 B, N1.3. P. 137-141.

131. Eddington A.S. The Philosophy of Physical Science. Cambridge, 1939. Eddington A.S. Physical Science and Philosophy //Nature, 1937. V. 139. N 3528. P. 1000.

132. Feyerabend P.K. On the Improvement of the Sciences and Arts, and the possible Identity of the Two // Boston Studies in the Philosophy of Science ,- Dordrecht-Holland, 1968, Vol. Ill.

133. Gardner M. WAP, SAP & FAP // The New York Review of Books. 1986 (8 May), V. 33, P. 22-25.

134. Giovanii Picco della Mirandola. Oration on the Dignity of Man // The Renaissance Philosophy of Man. Chicago. 1948.

135. Greene P.B., Kofman L.A., Linde A.D., A.A. Starobinsky, Structure of resonance in preheating after inflation // Phys.Rew. D56, 6175, (1997). Gribbin J., Rees V. Cosmic coincidences. N.Y. 1989.

136. Grossman H. Die gesellschaftlichen Grundlagen der mechanistischen Philosophie und die Manufaktur// Zeitschrift fur Sozialforschung. 1935.N 4,S. 161-231. Guth A., Steinhard P. Inflationary Universe // Scientific American. 1984, Vol.250, # 5.

137. Guthrie W.K. A History of Greek Philosophy. Camdridge, 1962. V. 1.

138. Hall A.R. The Scientific Revolution. 1500 1800. London.1962.

139. Hanson N.Russell. Constellations and Conjectures. Dordrecht. Boston. 1973.

140. Hawking S.W. Eine kurze Geschichte der Zeit: Die Suche nach der Urkraft des

141. Universums. Hamburg. 1988.

142. Hawking S.W. Phys.Lett. 1985. 150B. P. 339-341.

143. Hawking S.W., Penrose R. The singularities of gravitational collaps andcosmology.// Proceedings of the Royal Soc. Of London. 1969. Vol. A 314.# 1519/

144. Heidegger M., Prolegomena zur Geschicte des Zeitbegriffs. Fr.f.M., 1988, Bd. 20.1. S. 3-5.

145. Heath Th. Aristarchus of Samos. Oxford. 1913.P. 352-411.

146. Hessen B. The Social and Economic Roots of Newton's "Principia" // Science at the Crossroads .London. 1931. p.p. 147-212.

147. Hempel C.G. Aspects of Scientific Explanation and other Essays in the Philosophy of Science,- New York,The Free Press, 1965.

148. Honigswald R. Denker der italienischen Renaissance: Gestalten und Probleme. Basel. 1938.

149. Jammer M. Concepts of space. The History of Space in Physics. Harvard, Cambridge. 1954.

150. Kerschensteiner J. Kosmos. München, 1962.

151. Klibansky R. The continuity of the Platonic Tradition During the Middle Ages. L., 1939.

152. Koyre A. Galileo and Plato // Metaphysics and Measurement: essays in tht scientific Revolution. Cambridge, Massachusets, 1968.

153. Kofman L.A., Linde A.D., A.A. Starobinsky, Phys. Rew., Lett. 73, 3195, (1994).

154. Kofman L.A., Linde A.D., A.A. Starobinsky, Phys. Rew., D56, 3258, (1997) Kukla A. Scientific Realism,Scientific Practice and Natural Attitude// Brit Jour.for Philos.Sci. 1994,Vol.45,N 4.

155. Kuhn T.S. The Copernican Revolution.Cambridge Mass. 1957.

156. Kragh H., Cosmology and Controversy : The Historical Development of Two

157. Theories of the Universe . Princeton University Press, 1996.

158. Kranz W. Kosmos // Archiv fur Begriffsgeschichte. Bonn, 1955, Bd. 2, T. 1.

159. Kristeller P.O. Introduction // The Renaissance Philosophy of Man. Chicago. 1948.1.ix Andrew A. De, Observing Long cosmic strings through gravitational lensing //

160. Cosmologists. Cavbridge, Mass.: Harward University Press, 1990.

161. McMullin Ernan Capacities and Natures: An Exercise in Ontology //Boston Studiesin the Philosophy of Science ,- Dordrecht-Holland, 1970, Vol.YIII.

162. Masterman M. The Nature of Paradigm // Criticism and Growth of Knowledge ,

163. Cambridge,University Press , 1970.

164. Milne E.A. On the Origin of Laws of Nature // Nature. 1937. Vol. 139. N 3528. P. 999.

165. Miln E.A.Proceedings of the Royal Society, London. 1937. A 158. P. 329.

166. Moore Asher The Center of the World 11 Boston Studies in the Philosophy of Science , Dordrecht - Holland ,1968, Vol. III.

167. Mugler Ch. Kosmologische Formeln // Hermes. Zeitschrift fur klassische Philologie. Gmbh. Wiesbaden, 1968. Band 96, Heft 5.

168. Munitz M.K. Cosmic understanding: Philosophy and science of the Universe. N.Y. 1986.

169. Munitz M.K. Space, Time and Creation: philosophical aspects of scientific cosmology. USA, 1957.

170. Nelson B. The Early Modern Revolution in Science and Philosophy// Boston Studies in the Philosophy of Science.N.Y.1968. Vol.III.

171. North J.D. The Measure of the Universe ; a History of Modern Cosmology, Oxford, 1965.

172. Osten-Sacken P. Von der. Schopfimg aus demNichts.- Dusseldorf,Wien. 1981. Pagels H.R. A cozy Cosmology. The anthropic principle is convenient, but it is not science // The Sciences. N.Y. 1985. V. 256. N 2. P. 34-38.

173. Pavlenko A.N. The Ideals of Rationality in Contemporary Science // Herald of the Russian Academy of Sciences. M. 1994. Vol. 64, N. 3.

174. Pavlenko A.N. The problem of "Ecologically Pure" Theory (A Possible Version of Postmodern Science Development) //XIX World Congress of Philosophy. M., 1993. V. 1.

175. Pavlenko A.N. An Epistemological Turnabout // Herald of the Russian Academy of Science, M. 1997, Vol. 67, N 3, pp.202-209.

176. Pavlenko A.N. Aristotle's Physics (B-l) and Human's Ecological Status // Aristotle and Contemporary Science. International Conference. September, 1997, Aristotle University of Thessaloniki, Greece.

177. Pavlenko A.N. Discovery of evolution and inflation in modern cosmology :boundaries of empiricism // Abstracts of International Congress on Discvovery and Creativity.- Gent,Belgium, 1998.(0,2 n.ji.)

178. Platonis opera. Ree. loan. Burnet. Oxonii. 1905-1913. T. IV.

179. Popper Karl R. Conjectures and Refutations.The Growth of Scientific Knowledge ,1.ndon, 1996.

180. Popper Karl R. The Myth of the Framework,- London,New York, 1996. Ptolem.Synt.III,l.(Ptolemaios Handbuch der Astronomie). Leipzig. 1963. B.l. Ptolem.Synt. B.2.

181. Paulys Real Encyclopadie der Classischen Altertumswissenschaft. Stuttgart. 1922. Halbband 22.

182. Santinello G. Mittelalterliche Quellen der ästhetischen Weltanschaung des Nikolaus von Kues // Miscellania Mediaevallia. Berlin. 1963. Bd. 2. Simpl. In de caelo, 444.31 445.5 .

183. Schiaparelli G. Le sfere omocentriche de Endosso,di Calippo e di Aristotele// Memorie del R.Instituto di Scienze e Lettere; classe di Scienze matematiche e naturali.1877. Vol. III,P. 117-179.

184. Schmitt Ch.B. Philosophy and science in sixteentheentury universities: some preliminary comments // Studies in Renessance Philosophy and Science. Variorum Reprints. London> 1981. P. 487-530.

185. Schadewaldt W. Das Welt-Modell der Griechen // Die neue Rundschau. Fr. a. M., 1957. Bd. 68, II Heft.

186. Standenbaur C.A. Galileo, Ficino and Henry More's Psychathanasia //Journal of the History of Ideas. N.Y. 1968. V. 29. P. 565-578. Tamman G.A. Europhysicx News. 1992. V. 23. N 97;

187. Toulmin S.E., Conceptual Revolutions in Science // Boston Studies in the

188. Philosophy of Science,- Dordrecht-Holland, 1968, Vol.Ill.

189. Toulmin S.E., Does the Distinction between Normal and Revolutionary Science

190. Hold Water ? // Criticism and Growth of Knowledge,- Cambridge, University Press,1970.

191. Toulmin S.E. From Logical Systems to Conceptual Populations // Boston Studies inthe Philosophy of Science ,- Dordrecht Holland, 1970 ,Vol.YIII

192. Taylor A.E. A Commentary on Plato?s Timaeus. Oxford, 1928.

193. Vilenkin A. Quantum cosmology // The Early Universe. Reprints. USA. 1988.

194. Wartofsky Marx Metaphysics as Heuristic for Science // Boston Studies in the

195. Philosophy of Science , Dordrecht-Holland, 1968, Vol.III.

196. Weinberg J.R. A Short History of Medieval Philosophy. Princeton. 1964.

197. Weizsäcker C.F. von. The World- View of Physics. 1952.

198. Wisdom J.O. Observations as the Building Blocks of Science in the 20th-century

199. Scientific Thought // Boston Studies in the Philosophy of Science ,-Dordrecht1. Holland, 1970 , Vol.YIII

200. Watkins J.W.N. Against "Normal Science"// Criticism and the Growth of

201. Knowledge ,- Cambridge,University Press, 1970,

202. Yates F.A. Giordano Bruno and the Hermetic Tradition. L.1964.

203. Zeller E. Philosophie der Griechen. Leipzig. 1892.Theil 1,Halite 2.

204. Zeller E. Philosophie der Griechen. Vierte Auflage. Leipzig. 1889. Zweiter Theil.1. Erste Abtheilung.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 80150