Религиозная политика Золотой Орды на Руси в XVIII - XIV вв. тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.02, кандидат исторических наук Белозеров, Иван Валентинович

Диссертация и автореферат на тему «Религиозная политика Золотой Орды на Руси в XVIII - XIV вв.». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 133795
Год: 
2002
Автор научной работы: 
Белозеров, Иван Валентинович
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Москва
Код cпециальности ВАК: 
07.00.02
Специальность: 
Отечественная история
Количество cтраниц: 
215

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Белозеров, Иван Валентинович

Введение -.——:——-г-:—:—:-----:—:—:-г-——:——

Историография.:-:-:-:-:-:

Источники.-.

Глава I. Религиозная политика монгольских завоевателей.

Введение:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:

§ 1. Религиозные представления монголов и их отношение к другим конфессиям в XIII в.

§ 2. Религиозная политика в Монгольской империи и государствах-преемниках (XIII - пер. пол. XIV вв.)

Выводы.:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:

Глава II. Религиозная политика Золотой Орды на Руси (1237 г. - начало XV в.)

Введение

§ 1. Религиозная история Золотой Орды и политика ханов по отношению к конфессиям:-:-:-:

§ 2. Русская церковь при монгольском наш&твии 1237-1241 гг.

§ 3. Русская иерархия в религиозной политике Золотой Орды

§ 4. Права Русской церкви по ханским ярлыкам и летописным известиям

§ 5. Русская церковь при ордынских набегах-:-:-:-:-:-:-:-:

§ 6. Религиозные конфликты.-.

§ 7. Сарайская епархия

Выводы —.—-:-:-:-:-:-:-^-:-:-:-:-:-:-^-:-:-:-:-:-:-^-:

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Религиозная политика Золотой Орды на Руси в XVIII - XIV вв."

В диссертации исследуется религиозная политика Золотой Орды на Руси. Данная проблема имеет важное научное значение и является весьма актуальной в наши дни. История Золотой Орды - крупного евроазиатского государства ХШ-нач. XV вв. является предметом изучения в отечественной и зарубежной историографии с начала XIX века. Ряд работ был посвящен вопросам внешней политики, общественного строя Золотой Орды, анализу разных сторон русско-ордынских отношений, событиям распада Орды и образованию на ее территории новых государств. Однако, несмотря на значительные достижения ордынской историографии, ряд важнейших вопросов ее истории остался пока недостаточно исследованным. История Золотой Орды тесно связана, с одной стороны, с историей Монгольской империи XIII века и государств, образовавшихся после ее распада (государств-преемников), с другой - с историей средневековой Руси.

Монгольская империя, огромное полиэтническое и многоконфессиональное государство, занимавшее территорию от Дальнего Востока до Балкан, образовалась в 2030-е годы XIII в. в результате завоеваний Чингис-хана и его наследников. После распада империи в 60-90-е годы XIII в. бывшие ее части (улусы) стали самостоятельными государствами, во главе которых находились представители рода Чингисидов. Одним из таких государств был улус, выделенный Чингис-ханом его старшему сыну Джучи, за которым в литературе закрепилось название Золотой Орды. 1

В истории Монгольской империи и государств-преемников существует целый ряд спорных и вызывающих постоянный интерес проблем. Так, дискуссионным является вопрос о роли монгольского завоевания и владычества, в частности, в истории Русского государства: речь идет о позитивной или негативной оценке ордынского ига и определении характера влияния, которое оказали завоеватели на дальнейшее развитие Руси. Сторонники позитивной оценки опираются на работы ученых "евразийского" направления (Н.С.Трубецкой, Э.Хара-Даван, Г.В.Вернадский и Л.Н.Гумилев), причем в их трудах важным доводом в пользу позитивной оценки ига служит редкая в средние века религиозная терпимость монголов. Данное обстоятельство подчеркивает значимость изучения религиозной политики монгольских завоевателей как специальной научной темы.

В наши дни споры о роли ордынского ига приобрели большое общественное значение. Во многом это связано с оживлением интереса к культурной и религиозной истории Золотой Орды, которое наблюдается, в частности, в последние полтора десятилетия в Татарстане, где в силу далеких от науки причин часто высказывается и пропагандируется мнение о необходимости позитивной оценки последствий монгольских завоеваний. Поэтому сейчас особое значение имеет строго научный подход к изучению данных проблем и, насколько возможно, объективное исследование источников.

Важной научной проблемой является религиозная политика Золотой Орды на Руси. Данная тема имеет большое значение для характеристики роли монголо-татарского ига в русской истории, а также и всего комплекса русско-ордынских отношений. Следует констатировать недостаточную разработанность данной тематики. На наш взгляд, это связано, прежде всего, с ее междисциплинарным характером, где необходима совместная работа историков "ориенталистов" и "русистов". Второй причиной невысокой степени изученности темы является ее новизна: значительный интерес, а также и большие возможности разработки религиозной истории Монгольской империи и Золотой Орды возникли не столь давно, после известных изменений в российской общественно-политической жизни.

Целью диссертации является анализ религиозной политики Золотой Орды на Руси, что обусловило постановку в работе ряда исследовательских задач. Понять корни и суть религиозной политики монгольских завоевателей в целом, и на Руси в частности, можно только на основании изучения их собственных религиозных воззрений. Отсюда вытекает первая задача нашей работы - выяснение основных черт языческих верований монголов, определение того, как ими воспринимались религии и служители культов других народов. Вторая задача - определение основных черт конфессиональной политики монгольских завоевателей в эпоху существования единой Монгольской империи (XIII в.) и затем в рамках истории ее государств-преемников (конец Х111-Х1У вв.). Лишь после этого можно перейти к третьей, главной задаче - анализу проявления этой политики по отношению к завоеванной монголами Руси.

При разработке этой ласти исследования следует изучить религиозную историю Золотой Орды, выделить ее основные этапы. Необходимо также определить общие черты религиозной политики ордынских правителей и попытаться ответить на вопрос, изменилась ли она после принятия в Орде ислама в 1312/13 г.

При изучении религиозной политики ордынских правителей на Руси необходимо учитывать отрывочность имеющихся источниковых данных по этой теме, что обусловило некоторую мозаичность нашего исследования. Тем не менее можно попытаться осветить ряд важных аспектов данной проблемы. Во-первых, представляется важным изучение последствий монгольского нашествия на Русь 1237-1241 гг. для Русской церкви. Во-вторых, необходимо постараться с возможной полнотой восстановить систему взаимоотношений Русской церкви с ханской властью Золотой Орды, выяснить роль личных контактов в определении ордынской политики по отношению к Русской церкви. Важной стороной этой проблемы является определение прав, предоставленных русскому духовенству монгольскими завоевателями. Необходимо выяснить, каков был объем и характер этих прав, соблюдались ли они самими монголо-татарами во времена ига. С этим связана и проблема использования ордынской властью Русской церкви как обш,ественного института в своих политических целях.

В-третьих, для характеристики религиозной политики Золотой Орды на Руси важно проанализировать известия о тех конфликтах между русским населением и завоевателями, которые могли быть вызваны причинами религиозного плана: следует выяснить действительные причины и суть столкновения в каждом конкретном случае. В-четвертых, отдельной стороной нашего исследования является история Сарайской епархии Русской церкви и отношение к ней ордынской власти.

Итоги исследования должны дать возможность сделать ряд общих выводов о главных чертах религиозной политики Золотой Орды на Руси, более обоснованно определить место данной проблемы в истории народов Восточной Европы Х111-Х1У вв.

В первой главе диссертационного исследования изучаются языческие верования монгольских завоевателей и их религиозная политика в начале XIII - первой половине XIV вв. Это время образования Монгольской империи и первых десятилетий существования государств, образовавшихся в результате ее распада. Для данного периода в целом было характерно сходство исторических процессов в разных улусах Монгольской империи (позднее - самостоятельных государствах) и наличие единой линии проведения политики Чингисидов по отношению к конфессиям. В первой половине XIV в. на передний план выходит специфика исторического развития государств-преемников, в которых религиозная политика приобретает свои заметные особенности, что было обусловлено во многом местными причинами.

Вторая глава посвящена анализу религиозной политики Золотой Орды на Руси. Данная часть исследования ограничивается с одной стороны 1237-1241 годами и с другой - концом XIV-началом XV в. Нижняя хронологическая граница (1237-1241 гг.) -это время монгольского нашествия на Русь и начала установления ордынского ига.

Выбор верхней хронологической границы обусловлен тем, что к концу XIV - началу XV вв. влияние золотоордынской власти на положение Русской церкви становится минимальным. На наш взгляд, это было связано в основном с активной борьбой за независимость русских земель от Орды, которую возглавило Московское княжество.

При анализе религиозной политики Золотой Орды на Руси целесообразно использовать комплекс различных методологических приемов, которые позволят изучить эту проблему по возможности объективно и полно. Специфика исследования данной темы заключается в том, что сведения источников собственно о религиозной политике Золотой Орды на Руси довольно отрывочны. По этой причине комплексное исследование представляется возможным только при расширении круга источников и максимально внимательном анализе каждого имеющегося известия. В этой связи предлагается использовать следующие методы.

Во-первых, в диссертации предлагается применить сравнительно-исторический метод. Следует сопоставить религиозную политику Чингисидских ханов Золотой Орды с действиями правителей других улусов Монгольской империи (позднее самостоятельных государств).

Во-вторых, структура работы построена таким образом, чтобы в результате изучения общих проблем истории Монгольской империи и государств-преемников появилась возможность максимально полного изучения более частной проблемы -религиозной политики Золотой Орды на Руси; то есть был применен метод дедукции.

В-третьих, информация по теме исследования довольно отрывочна и широко разбросана по самым разным видам источникам. В этой ситуации необходим внимательный источниковедческий анализ каждого сообщения, сопоставление с другими имеющимися данными (научно-герменевтический метод). Первостепенное значение имеют для данного исследования русские летописи. Длительная история возникновения различных летописных сводов, сложная система взаимоотношений содержащихся в них известий требует подробного источниковедческого анализа каждого используемого сообщения. Чтобы выявить факты, содержащиеся в том или ином известии, нужно сначала выявить историю его сложения и развития в разных летописных сводах.

В-четвертых, для понимания причин и сути политики монгольских завоевателей в отношении конфессий покоренных стран представляется необходимым специально изучить религиозные воззрения монголов, которые обусловили специфику восприятия ими чужих вер и служителей культов. Таким образом, речь идет о привлечении этнографических данных.

В-пятых, тема исследования является дискуссионной, возможен подход к ее освещению с тех или иных позиций: политических, религиозных, национальных. Но задача научного исследования требует строгой объективности и беспристрастности при изучении темы и выработке оценочных характеристик. Это достигается путем построения исследования строго на данных источников, которые исследуются историко-логическим методом.

Наконец, при определении структуры диссертации была применена методика, сочетающая проблемный подход с хронологическим: исторические явления исследовались в их хронологическом развитии.

Научная новизна задачи анализа религиозной политики Золотой Орды на Руси определяется тем, что ранее ей не посвящалось специального исследования, недостаточно изучены и такие проблемы, как конфессиональная политика Монгольской империи и языческие воззрения монголов XIII века. Нами делается попытка связать причины и содержание религиозной политики монголов (в том числе на Руси) с особенностями их собственных верований. Определение основных черт конфессиональной политики Монгольской империи и государств-преемников позволило по-новому, более полно и глубоко изучить проблему религиозной политики Золотой Орды на Руси.

В диссертации рассмотрены важные, пока недостаточно изученные стороны истории русско-ордынских отношений. Во-первых, это конфессиональная ситуация и религиозная политика Золотой Орды. Во-вторых, система взаимоотношений ордынской власти и Русской церкви. В-третьих, вопрос об объеме прав и льгот Русской церкви, предоставленных золотоордынской державой, и о том, как и в какой степени эти права соблюдались в действительности. В-четвертых, проблема религиозных конфликтов между монгольскими завоевателями и русским населением.

Данные проблемы пока недостаточно подробно исследованы. Их рассмотрение в целом создает более репрезентативную картину истории религиозной жизни Восточной Европы Х111-Х1У вв.

Практическая значимость диссертации обусловлена актуальностью проблематики исследования. Материалы и выводы работы могут быть использованы для преподавания 8 истории в высших и средних учебных заведениях, при создании учебных материалов по истории России и республик Российской Федерации, по истории стран Азии, при разработке научных вопросов религиоведения, истории религий и культуры.

Отдельные части и положения диссертации излагались на VII Рериховских чтениях в Институте востоковедения РАН (Москва, 2000), III Международной научной конференции во Владимире (2000), были опубликованы в сборнике материалов Международной научной конференции "Проблемы истории и культуры кочевых цивилизаций Центральной Азии" (Улан-Удэ, 2000). В составе научного сборника "Русское средневековье" (Москва, 2001 г.) была опубликована статья "Убийство князя Михаила Черниговского монголами в 1246 г. и монгольский языческий обряд при дворе хана Бату".

Некоторые положения диссертации были использованы при написании рецензий для обзоров новой исторической литературы в "Независимой газете - Ех Libris" (№ 32 за 1999 г., №21 и 40 за 2000 г.).

Автор считает своим долгом вспомнить ушедшего из жизни выдаюш;егося историка и археолога, профессора МГУ Г.А.Федорова-Давыдова, который поддержал постановку проблемы данного исследования и дал ценные советы и консультации по истории Золотой Орды. Автор сердечно благодарит руководителя Поволжской археологической экспедиции, кандидата исторических наук Э.Д.Зиливинскую за помощь, оказанную в подготовке данной работы.

Историография

Проблема религиозной политики Золотой Орды на Руси является недостаточно изученной в историографии. И даже такая крупная тема, как религиозная политика Монгольской империи, не удостоилась до сих пор специального исследования. Более или менее исследованы отдельные сюжеты, связанные с данной темой: язычество монголов, история конфессий в Монгольской империи, русско-ордынские отнопаения.

Начало научного исследования монгольской проблематики относится к рубежу XVIII-XIX вв., времени становления русской исторической науки. Уже тогда отечественные историки особо отмечали заметную веротерпимость монгольских завоевателей и их покровительственную политику по отношению к Русской церкви. Первый российский историограф Н.М.Карамзин, рассказывая о переписи СевероВосточной Руси в 1257 г., во время которой монголы освободили русское духовенство от уплаты налогов, назвал действия завоевателей "хитростью, достойной замечания" и дал им следующее объяснение: "узнав же власть духовенства над совестию людей, вообще усердных к вере, моголы старались задобрить его, чтобы оно не возбуждало россиян противоборствовать игу татарскому и чтобы хан тем спокойнее мог повелевать нами".'

Другой классик русской исторической науки, С.М.Соловьев привел свидетельства католических монахов Плано Карпини и Вильгельма Рубрука (Рубруквиса) о "необыкновенной терпимости" монгольского великого хана относительно чужих религий.А "Терпимость эта, - подчеркнул историк, - была предписана законом".'А Таким образом, С.М.Соловьев выделил законодательное основание религиозной толерантности завоевателей - "устав" Чингис-хана, то есть "Ясу". "По уставу Чингисхана и Октая (великого хана Угедея, наследника Чингиса - И.Б.), подтвержденному впоследствии, -писал далее С.М.Соловьев, - служители всех религий были освобождены от платежа дани"А

Первые специальные работы по истории Монгольской империи были созданы зарубежными исследователями. Наиболее известный труд принадлежит перу

Карамзин Н.М. История государства Российского. - Т. ПМУ - М., 1993 - с. 198. Научные взгляды Карамзина на значение ордынского ига над Русью разобраны в статье: Борисов Н.С. Отечественная историография о влиянии татаро-монгольского нашествия на русскую культуру // Проблемы истории СССР. - Вып. 5 - М., 1976. а Соловьев СМ. История России с древнейших времен. - Т. 111-1У - М., 1988 - с. 145. а Там же. а Там же. французского историка К. Д'Оссона.А В разделе о законах, установленных Чингисханом, автор писал: "Чингисхан усиленно рекомендует своим преемникам не показывать предпочтения никакой религии. Он был убежден, что для божества имело мало значения, каким способом его чтили."а Ученый отметил, что основатель империи освободил от каких-либо податей и повинностей священнослужителей разных культов.'' Задачу написания истории Золотой Орды перед научным обществом поставила о

Российская Академия наук в 1826 г. Конкурс на исследование истории этого кочевого государства, с которым был связан важнейщий период русской истории, был возобновлен в 1832 г. Основанием конкурса послужила записка академика Х.М.Френа с изложением основных задач предлагаемого исследования. Представленный на конкурс труд известного немецкого арабиста И.Хаммера-Пургшталля не удовлетворил требованиям Академии наук и вызвал ряд серьезных замечаний.А В отечественной науке история Золотой Орды до революции так и не была написана.

Серьезной сложностью, препятствующей выполнению данной научной задачи в XIX веке, была слабая разработанность источниковой базы истории Золотой Орды. Если русские летописи были уже довольно широко известны, то источники восточные необходимо было изыскивать и вводить в научный оборот. Выдающийся российский археолог и нумизмат В.Г.Тизенгаузен в 1884 г. подготовил сборник сведений средневековых арабских авторов о Золотой Орде, предоставив научному обществу прекрасную базу для изучения ее истории.В планах Тизенгаузена не было ограничиться одними арабскими авторами, он подготовил также и подборку извлечений из средневековых персидских авторов, которая в незаконченном виде пролежала более полувека в архивах и была издана в 1941 г. советскими учеными С.Л.Волиным и А.А.Ромаскевичем, в дополненном и переработанном виде.'' Труд В.Г.Тизенгаузена был уникален уже тем, что в тот период в российской ориенталистике появлялись только а D'Osson С. Histoire des mongoles depuis Tchinguiz Khan jusqu'a Timour Bey ou Tamerlan. - La Haye-Amsterdan, 1834-1835. а OccoH K. От Чингисхана до Тамерлана. - 2-е изд. - Алма-Ата, 1996. - с. 195. ' Там же. а Об истории этого конкзфса см.: Арапов Д.Ю. Русское востоковедение и изучение истории Золотой Орды // Куликовская битва в истории и культуре нашей Родины. - М., 1983. а Hammer-Purgstall J. Die Geschichte der Goldenen Horde in Kiptschak, das ist: der Mongolen in Russland. - Pesth, 1840. Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. - Т. I -Извлечения из сочинений арабских. - Спб., 1884. первые переводы отдельных восточных авторов, публикации же целых сводов (комплексов источников) были крайне редки. Двухтомник В.Г.Тизенгаузена и в наши дни остается фундаментом, на котором строится любое исследование золотоордьшской истории, как в нашей стране, так и за рубежом.

На рубеже XIX и XX вв. в России стали появляться фундаментальные труды, посвященные эпохе монгольского завоевания. Среди работ известнейшего востоковеда, академика В.В.Бартольда, период деятельности которого приходится на до- и послереволюционную эпоху, есть много важных для нашей темы исследований. Ряд статей В.В.Бартольда посвящен истории Золотой Орды и ее правителей: Бату, Берке и Сартака, причем особое внимание ученый уделил вопросу о конфессиональной принадлежности этих ханов.Кроме того, В.В.Бартольду принадлежат объемные труды "История турецко-монгольских народов", "12 лекций по истории турецких народов Средней Азии" и "История культурной жизни Туркестана".'А Изучая в этих работах историю Монгольской империи, автор неоднократно затрагивал вопросы конфессиональной жизни Золотой Орды и других монгольских улусов. Оригинальной была точка зрения ученого о постоянной борьбе двух тенденций среди монголо-тюркской знати в Средней Азии: 1. за кочевой образ жизни, сохранение старинных обычаев и языческой веры, 2. за переход к оседлому образу жизни и принятие высокой культуры ислама.''' Это же явление, имеющие известный религиозный аспект, находили позже И.П.Петрушевский в Иране и Г.А.Федоров-Давыдов в Золотой Орде.

Выдающийся востоковед, профессор Петербургского университета Н.И.Веселовский, создал курс лекций о монгольских завоеваниях.'а Он выпустил также две работы, посвященные нашей теме: о религии татар по материалам русских летописей и рецензию на исследование М.Д.Приселкова о ярлыках русским митрополитам.'а В Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. - Т. II -Извлечения из персидских сочинений. - М.-Л., 1941. а Бартольд В.В. Батый. В кн.: Сочинения. - Т. V - М., 1968; Он же. Беркай. В кн.: Соч. -Т. V; 3) Мусульманские известия о Чингизидах-христианах. В кн.: Соч. - Т. II - Ч. 2 - М., 1964.

•а Бартольд В.В. 1) История турецко-монгольских народов. В кн.: Соч. - Т. V; 2) 12 лекций по истории турецких народов Средней Азии. В кн.: Соч. - Т. V; 3) История культурной жизни Туркестана. В кн.: Соч. - Т. II, Ч. 1 - М., 1963. "* Бартольд В.В. История культурной жизни Туркестана. - С. 119. 'а Веселовский Н.И. Лекции по истории монголов. - Спб., 1909. а Веселовский Н.И. О религии татар по русским летописям // Журнал Министерства народного просвещения. - Ч. ЬХ1У - июль 1916 г. - Спб.,1916; Он же.

Рецензия на книгу М.Д.Приселкова "Ханские ярлыки русским митрополитам" // Журнал Министерства народного просвещения. - 1917 - № 3-4 - Петроград, 1917. первой из них ученый дал трактовку известиям летописей о монгольском язычестве, сравнив их со сведениями восточных источников, объяснил религиозно-мировоззренческие причины убийства монголами князя Михаила Черниговского. Религиозную политику монгольских ханов Н.И.Веселовский объяснял следующим образом: "освобождение русского духовенства, как и всякого другого, от податей и повинностей, исходило у монгольских ханов из страха перед колдовством, которым обладали, по мнению монголов, все церковнослужители".^

Эпоха монгольского владычества на Руси была важной темой, разработанной в дореволюционной историографии Русской церкви. Живший в второй половине прошлого века митрополит Макарий (Булгаков) в IV и V томах фундаментальной "Истории русской церкви" исследовал положение Русской церкви в период ордынского ига и систему льгот, предоставляемых церкви ханами.'А Освобождение от всех податей и уважительное отношение со стороны Чингисидов к русскому духовенству Макарий объяснял законами "Ясы" Чингис-хана. Говоря о значении этих льгот в истории Русской церкви, Макарий отметил: "И если монгольские ханы в своих ярлыках русскому духовенству предоставляли льготы и нашим монастырям, то отнюдь не новые, которыми бы прежде они не пользовались".^

Более узкой теме была посвящена работа священника Н.А.Соловьева, который написал исследование истории Сарайской и Крутицкой епархии, разобрал данные русских источников о сарайских епископах и выяснил хронологию их правлений. 'а°

Выдающийся историк церкви, академик Е.Е.Голубинский во втором томе "Истории русской церкви" подробно остановился на истории отношений ханов Золотой

О 1

Орды и русского духовенства. Е.Е.Голубинский всесторонне изучил вопрос и выделил три причины благожелательной церковной политики ордынских ханов: 1) монголы-язычники признавали все веры за истинные от единого Бога, 2) нежелание возбуждать религиозную вражду у покорённых народов, 3) признание особых мистических сил и возможностей (в том числе способности излечивать больных) за духовенством других

Веселовский Н.И. О религии татар по русским летописям. - С. 82-83 Макарий (Булгаков). История русской церкви. - кн. 3 - тт. IV и V - М., 1995. ("История" митр. Макария, включая "Историю христианства в России до равноапостольного князя Владимира", издана в книгах 1-7 вышедшей к 850-летию Москвы "Истории русской церкви" с новыми справочным аппаратом и примечаниями). 'а Там же-С. 101.

Соловьев H.A. Сарайская и Крутицкая епархии // Чтения в Имп. Обществе истории и древностей российских. - 1894 - Кн. 3 - М., 1894. а' Голубинский Е.Е. История русской церкви: В 2 т. - Т. II - Ч. 1 - Спб., 1900. народов. Это было своего рода итогом изучения религиозной политики Золотой Орды за XIX век. Кроме этого, весьма ценны анализ Е.Е.Голубинского ярлыков ордынских ханов русскому духовенству и изучение случаев убийств православных в Орде по религиозным мотивам.

Среди дореволюционных работ отечественных историков необходимо выделить фундаментальное исследование М.Д.Приселкова, посвященное важному аспекту русско-ордынских отношений - ярлыкам ханов Золотой Орды русским митрополитам.'А'' Ученый произвел критический источниковедческий и текстовой анализ ханских ярлыков, ввел в широкий научный оборот этот весьма специфический и крайне сложный источник. 'а'*

Больших успехов в области изучения древней монгольской религии достигла дореволюционная этнография. Талантливый бурятский этнограф и историк Д.Банзаров в середине XIX века создал довольно крупный труд о монгольской языческой религии (шаманизме).АА Исследование Д.Банзарова не было привязано к определенному хронологическому периоду, но выводы его работы во многом можно использовать при изучении язычества монголов Х111-Х1У вв. Источники труда Д.Банзарова были разнообразны. Это и устная традиция, и письменные источники, и этнографические наблюдения. Удивительно, что до нашего времени никто из отечественных ученых не повторил труда Д.Банзарова (подобную работу написал только немецкий монголовед В. Хайсиг). Таким образом, изучение монгольской религии Х111-Х1У вв. в России, при всем изобилии опубликованных за последние полтора века исторических источников, в целом не слишком далеко продвинулось вперед по сравнению с серединой XIX века. Современник Д.Банзарова, бурятский лама и этнограф Галсан Гомбоев, прокомментировал сообщения европейского путешественника XIII века Плано Карпини о некоторых монгольских обычаях и верованиях, провел параллели с обычаями современных бурятов и монголов.аа

После революции в 1920-е годы главенствующее положение в советской исторической науке заняла так называемая "школа Покровского". М.Н.Покровский полагал необходимым пересмотреть существовавшие взгляды на историю Древней Руси, положив в ее основу изучение "торгового капитала". Основные научные идеи

Л2 Там же.-С. 17-20, 22.

Приселков М.Д. Ханские ярлыки русским митрополитам. - Пг., 1916.

См. раздел "Источники".

Банзаров Д. Черная вера или шаманство у монголов. В кн.: Банзаров Д. Собрание сочинений. - М.,1955.

М.Н.Покровского были отвергнуты наукой, но некоторые его наблюдения, касающиеся русско-ордынских отношений, были в определенной степени востребованы последующими историками. Так, во многом сохраняет значение мнение о том, что при Батыевом нашествии завоеватели стремились уничтожить высшие слои населения, включая духовенство, чтобы отнять у населения возможность вести освободительную борьбу.А'' Влияние монгольского завоевания на Русскую церковь М.Н.Покровский видел прежде всего в том, что оно принесло церкви политическую независимость от князей, чье место светских правителей заняли ханы Золотой Орды.АА Широкое распространение в советской науке получило мнение ученого о политических причинах поддержки ордынскими правителями Русской церкви: иммунитетные права предоставлялись ей за публичную молитву о ханах Орды, которая способствовала укреплению их власти над Русью.

Интерес непосредственно к проблемам истории монгольских завоеваний возобновился в послереволюционной отечественной науке в середине 30-х годов. В 1934 г. вышло исследование академика Б.Я.Владимирцева об общественном строе монголов во времена Чингис-хана и его преемников.'" Религиозную политику Монголии автор исследовал начиная только с XVI в. В том же году крупный исследователь русского летописания и русской истории А.Н.Насонов завершил фундаментальный труд об организации ордынской власти на Руси (книга вышла в 1940 г.).А' Помимо глубокого анализа данных русских источников (в основном летописей), историк привлек широкий круг источников восточных и западных, показал место Золотой Орды и Руси в общей государственной системе Монгольской империи. Автор специально не изучал религиозную политику Орды, но многие его выводы и наблюдения очень важны для понимания конфессиональной стороны ордынского ига.

Слабая исследованность истории Золотой Орды побудила известных ученых, Б.Д.Грекова и А.Ю.Якубовского, написать историю этого государства.'а "Русская" часть книги была написана Б.Д.Грековым, причем проблема религиозной политики

Гомбоев Г. О древних монгольских обычаях и суевериях, описанных у Плано-Карпини // Труды Восточного отделения Ими. Археологического общества. - Ч. 4 - Спб., 1859.

Покровский М.Н. Русская история с древнейших времен. В кн.: Избранные произведения. - Кн. I - М., 1966 - С. 176-177.

Там же. - С. 217.

Там же .-С. 219.

Владимирцов Б.Я. Общественный строй монголов. - Л., 1934. " Насонов А.Н. Монголы и Русь (история татарской политики на Руси). - М.-Л., 1940. монгольских ханов остались за рамками данного раздела исследования. А.Ю.Якубовский написал "восточную" часть книги, исследовав улус Джучи в общем контексте истории Азии, В плане изучения религиозной истории Орды важным было его наблюдение о слабом распространении ислама среди простых золотоордынских кочевников, в отличие от населения городов и кочевой верхушки.''

Для изучения нашей темы крайне важным было использование работ отечественных ученых-эмигрантов. Среди них наибольший интерес представляет исследование Э.Хара-Давана, относящееся к направлению "евразийства". Этот автор, калмыцкий общественный деятель, издал в Белграде достаточно обширное исследование "Чингис-хан как полководец и его наследие: Культурно-исторический очерк Монгольской империи".''' В центре книги - жизнь Чингис-хана, завоевательные походы монгольских войск, государственное управление Монгольской империи. Э.Хара-Даван писал о государственной религиозной политике Монгольской империи:

Государственно важно было для Чингис-хана, чтобы его верноподданные так или иначе живо ощущали бы свою подчинённость Высшему существу, т.е. чтобы они были религиозны, независимо от исповедуемой ими религии. "'а Автор имел в виду следующее: коль скоро Чингис-хан считал себя царем над народами по повелению верховного Бога ("Всевышнее Небо" или "Вечно Синие Небо") то верующие в то или иное высшее существо подданные (христиане, мусульмане) должны были наилучшим образом соответствовать подобной идеологии. В целом для работы Э.Хара-Давана характерно некритическое отношение к личности Чингис-хана и монгольским завоеваниям, стремление возвеличивать заслуги и таланты основателя Монгольской империи и идеализировать ее историю.

Большую известность за рубежом (а в последние годы и в России) приобрели работы Г.В.Вернадского. Его сочинение "Монголы и Русь" представляет собой компиляцию общих сведений по истории Монгольской империи и Золотой Орды, особое внимание уделено русско-ордынским отношениям.'а Принципиально новых выводов по нашей теме эта работа не содержит. а Греков Б.Я., Якубовский А.Ю. 1) Золотая Орда - М., 1937; 2) Золотая Орда и ее падение. - 2-е изд., перераб и доп. - М., 1950. Греков Б.Я., Якубовский А.Ю. Золотая Орда и ее падение. - С. 125-127. а Хара-Даван Э. Чингис-хан как полководец и его наследие: Культурно-исторический очерк Монголской империи. - 2-е изд. - Элиста, 1991. а Там же. - С. 59. а Вернадский Г.В. Монголы и Русь. - Тверь-Москва, 1997. (автор жил в основном в Америке и книга вышла в 1953 г. на английском языке).

Выдающийся церковный историк А.В.Карташев, живший в Париже, в I томе "Очерков по истории русской церкви" посвятил отдельную главу религиозной политике ханов Монгольской империи и отношениям Русской церкви с золотоордынскими ханами. "Веротерпимость монголов, - писал он, - обуславливалась прежде всего тем принципиальным обстоятельством, что они были язычники и как таковые, следовательно, должны были считать все религии одинаково истинными.Кроме того, автором была кратко охарактеризована политика освобождения Русской церкви от податей и повинностей со стороны ханов Золотой Орды.

В послевоенное время советская историография сделала важные шаги вперед в изучении различных сторон истории Золотой Орды. Во многом это бьшо связано с работой, ведущейся Поволжской археологической экспедицией (ПЛЭ) с 1959 года, которая открыла богатый фактический материал. Это раскопки золотоордынских городов (в основном Поволжья) и, в меньшей степени, полевые экспедиции в степи. Руководивший в течении многих лет раскопками Г.А.Федоров-Давыдов в книге "Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов" исследовал т о историю кочевых племен южнорусских степей (Х-Х1У вв.). Помимо изучения разных аспектов жизни половецких племен (в том числе и религии), автор пришел к выводу о незначительном влиянии монгольской кочевой культуры в Дешт-и-Кьшчак (Кипчацкой степи). В другом фундаментальном труде, исследовании общественного строя Золотой Орды, Г.А.Федоров-Давыдов сформулировал принципиальное положение о борьбе двух группировок монгольской аристократии после смерти хана Тохты:: одна группировка поддерживала исламизацию и развитие городской торговли, другая выступала против сближения с оседлым населением, против централизации власти и введения новой религии; победа первой группировки принесла трон Узбеку. 'а

Одна из последних работ ученого была посвящена религиозной жизни в ордынских городах.''" Автор обобщил результаты археологических изысканий, собрал сведения письменных источников и сделал ряд новых выводов о религиозной истории Золотой Орды. На основе археологического материала Г.А.Федоров-Давыдов пришел к

А.В.Карташев. Очерки по истории русской церкви: В 2 т. - Репр. изд. - Т. I - М., 1991 -С. 279.

Федоров-Давыдов Г.А. Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов. - М., 1966.

Федоров-Давыдов Г.А. Общественный строй Золотой Орды. - М., 1973 - С. 103-104. ''а Федоров-Давыдов Г.А. Религия и верования в городах Золотой Орды // Историческая археология: Традиции и перспективы. К 80-летию со дня рождения Д.А.Авдусина. - М., 1998. заключению, что в городах, в отличие от степей, исламизация происходила довольно активно. Но и в городах, как показало изучение многочисленных погребений, существенны были сохранявшиеся в XIV в. доисламские пережитки.

В известном труде В.Л.Егорова, который в течении многих лет руководил работой ПАЭ, был разрешен ряд вопросов расположения золотоордынских городов и их идентификации с археологическими памятниками - городищами Поволжья.'*' Положение разных социальных групп русского населения в Золотой Орде исследовала археолог М.Д. Полубояринова.''А Отношения Русской церкви с ханской властью, по ее мнению, играли важную роль в жизни русских в Орде. Отдельную главу автор посвятила русскому духовенству, которое посещало ордынских ханов или постоянно находилась при их дворах. Нынешний руководитель ПАЭ, Э.Д.Зиливинская в обзорной статье обобщила результаты археологических исследований золотоордынских культовых строений, выявила их общие черты, сделала вывод о заимствовании ордынским зодчеством сельджукидского типа мечети.'"

Фундаментальное исследование истории Золотой Орды и государств, образовавшихся после ее распада, принадлежит перу историка М.Г.Сафаргалиева.'*'' Автор отметил усиление ислама в Орде при хане-мусульманине Берке.''А Вслед за Г.А.Федоровым-Давыдовым ученый писал о борьбе между двумя группировками монгольской аристократии после смерти хана Тохты: степной, исповедующей шаманизм, и городской, придерживающейся ислама.''а М.Г.Сафаргалиев изучил в основном историю восточных областей Орды, монгольская политика по отношению к Руси исследовалась им в меньшей степени.

В советской историографии феодальной Руси достаточно подробно были изучены все три века истории Руси под ордынским владычеством, особенно XIV и XV столетия, исследовалась борьба с игом и постепенное освобождение русских княжеств во главе с Москвой. История Орды и ее религиозная политика в этих работах специально не изучались. Говоря о ярлыках или об ордынской политике на Руси, авторы, как правило. Егоров В.Л. Историческая география Золотой Орды в Х111-Х1У вв. - М., 1985. ''а Полубояринова М.Д. Русские люди в Золотой Орде. - М.,1978.

Зиливинская Э.Д. Мечети Золотой Орды (общие принципы планировки) // Материалы и исследования по археологии Поволжья. - Вып. 1 - Йошкар-Ола, 1998. '''' Сафаргалиев М.Д. Распад Золотой Орды. - Саранск, 1960.

Сафаргалиев М.Д. Указ. соч. В кн.: На стыке континентов и цивилизаций. - М., 1996 -С. 317.

Там же. - С. 331-332. (Правда, первую группировку автор связывал с сыном Тохты Ильбассаром, который, судя по арабским источникам, был мусульманином). придерживались мнения о предоставлении ханами льгот церкви с целью опереться на эту важную социально-политическую силу.

История Руси периода монголо-татарского ига исследовалась в работах Н.С.Борисова. Его кандидатская диссертация была посвящена анализу влияния ига на развитие русской культуры.'*а В результате изучения истории церковного зодчества, иконописи и общественной мысли на Руси в ХШ-ХУ вв. автор прищел к выводу о том, что последствием монгольского завоевания и владычества был глубокий упадок русской культуры. В другом исследовании ученый сделал важные наблюдения о характере ордынского ига и его значении для Русской церкви.'*А "Предоставляя русской церкви значительные привилегии, - писал он, - правители Золотой Орды, несомненно, преследовали определенные политические цели. Русское духовенство должно было при всем народе молиться "за здравие" ордынских ханов, освящая своим авторитетом иноземное иго."''А В то же время Н.С.Борисов подчеркнул, что в ходе завоевания и во время частых ордынских набегов на Русь духовенство так же страдало от действий захватчиков, как и остальное население.а" Следует упомянуть также фундаментальные исследования Н.С.Борисова по истории Руси Х111-Х1У вв., которые крайне важны для понимания сути русско-ордынских отношений.а'

Ряд важных работ о Монгольской империи и Золотой Орде создали в послевоенный период советские востоковеды. Это, прежде всего, известный ученый-иранист И.П.Петрушевский, который написал фундаментальный труд о сельском хозяйстве и социально-экономических отнощениях в Иране Х111-Х1У вв.аа Ученый изучил налогообложение при монгольских ханах и впервые, пусть и кратко, конкретизировал налоговые привилегии, предоставленные ими религиозным институтам. Развивая наблюдения В.В.Бартольда, он пришел к выводу, что в улусе Хулагу, как и в Средней Азии, среди военно-кочевой знати соперничали два направления: 1. за неограниченную эксплуатацию городов, феодальную раздробленность и сохранение кочевого образа жизни, 2. за централизацию государства (к этому лагерю

Борисов Н.С. Русская культура и монголо-татарское иго. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. - М., 1976. аа Борисов Н.С. Церковные деятели средневековой Руси. - М., 1988. '''Тамже.-С.21.

Там же. - С. 23. а' Борисов Н.С. 1. Иван Калита. - М., 1995; Он же. Политика московских князей (конец ХШ - первая половина XIV в.) - М., 1999.

Петрушевский И.П. Земледелие и аграрные отношения в Иране XIII-XIV веков. - М.-Л., 1960. примыкало большинство купечества и часть мусульманского духовенства)." Значительный интерес представляет также работа И.П.Петрушевского об исламе в Иране в средние века, которая важна для понимания политики монгольских правителей, которые стали мусульманами с конца XIII в., по отношению к другим конфессиям.А'*

Культурные и религиозные связи Золотой Орды с мамлюкским Египтом были изучены С. Закировым, который также осветил также вопросы проникновения ислама в Золотую Орду. а а Известный исследователь золотоордынской дипломатики М.А.Усманов в небольшой статье поставил проблему периодизации религиозной истории Джучиева улуса.АА Несмотря на заглавие статьи, этапы исламизации автор, к сожалению, все же четко не выделил. Важную роль в изучении ярлыков ордынских ханов русским митрополитам сыграли статьи современного востоковеда А.П.Григорьева.аа Ученый впервые прояснил ряд важных вопросов, связанных с формуляром источника и датировками, а также некоторые филологические вопросы.

Один из наиболее популярных в наше время историков, Л.Н.Гумилев писал о союзе золотоордынской государственной власти (ханов Узбека, Джанибека и Бердибека) с русскими митрополитами. Этот союз, по его мнению, установили ханы ради с о политических выгод и поддержания прочной связи с Русью. Он исследовал также языческую религию монгольских завоевателей. "Мы, монголы, веруем в Единого Бога, который на небе, волю его мы узнаем через прорицателей," - данную цитату из "Путешествия" Рубрука, в которой приводятся слова монгольского великого хана Мунке, Л.Н.Гумилев назвал сокращенным исповеданием монгольской веры.АА Этим "двуединым божеством" монголов ученый полагал Небо ("Тенгри") и Землю ("Этуген")А". Эти выводы, ввиду их слабой аргументированности, представляются довольно гипотетическими и спорными. Надо заметить, что многие идеи Л.Н.Гумилева были восприняты историками достаточно критически, но приобрели большую популярность в Там же. - С. 50. аа Петрушевский И.П. Ислам в Иране в УП-ХУ вв. (Курс лекций). - Л., 1996.

Закиров С. Дипломатические отношения Золотой Орды с Египтом (XIII-XIV вв.) - М., 1966.

Усманов М.А. Этапы исламизации Джучиева улуса и мусульманское духовенство в татарских ханствах 13-16 вв. // Духовенство и политическая жизнь на Ближнем и Среднем Востоке в период феодализма. - М., 1985. " Список работ см. в разделе "Источники".

Гумилев Л.Н. Древняя Русь и Великая Степь. - М., 1992 - С.363-364, 386-387. Гумилев Л.Н. В поисках вымышленного царства. - М., 1992 - С. 213 (Заметим, что эти слова являются не точной цитатой из Рубрука, но ее кратким пересказом Л.Н. Гумилевым). обществе и вызвали повыщение интереса к истории Монгольской империи и Золотой Орды.

Известный исследователь, востоковед В.В.Трепавлов в монографии "Государственный строй Монгольской империи ХШ в." исследовал традиционные элементы государственности монголов времен империи, которые присутствовали уже у их предшественников (тюрков, уйгуров и др.) в раннем средневековье.а' Изучая вопрос об идеологическом обосновании ханской власти, которое было по существу религиозном, автор прояснил ряд важных вопросов государственной идеологии и мировоззрения монгольских завоевателей. Отметим также статьи В.В.Трепавлова о ханах Золотой Орды Бату, Берке и Менгу-Тимуре в новой исторической энциклопедии.АА Второе, переработанное издание монографии современного ориенталиста Е.И.Кычанова является, пожалуй, наиболее полным исследованием жизни и деятельности основателя Монгольской империи. а' В книге специально не рассматривались вопросы, относящиеся к интересующей нас теме, но в одной из заключительных глав автор дал характеристику религиозности Чингие-хана: "Чингисхан был шаманист, он верил в колдовство, гадания, приметы. Он соприкасался с мировыми религиями но судя по всему, никакого особого интереса ни к одной из этих религий не проявил. Его вера, комплекс тех верований, который бьш присущ монголам его эпохи, можно условно назвать тэнгризмом, в широком смысле -поклонением Небу как Верховному божеству и творцу всего сущего."а'' И далее: "Наличие "своей веры" делало Чингис-хана и его подданных - монголов достаточно безразличными к другим религиям. Отсюда веротерпимость монголов, в чем-то способствовавшая их воинским успехам".аа

Шаманизм у народов Средней Азии бьш изучен этнографом В.Н.Басиловым.АА Основными источниками его исследования послужили материалы XX века, но чрезвычайно важны и его выводы о многовековой истории этого явления. Так, ученый писал о существовании у древних тюрков и монголов шаманства как государственного а° Там же. -С. 227. а' Трепавлов В.В. Государственный строй Монгольской империи XIII века: Проблема исторической преемственности. - М., 1993.

Отечественная история: С древнейших времен до 1917 года: Энциклопедия. - Т. 1,111 -М., 1994-2001.

Кычанов Е.И. Жизнь Темучжина, думавшего покорить мир: Чингис-хан. Личность и эпоха. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.,1995.

Там же.-С. 223.

Там же. - С. 224. культа и об участии шаманов в управлении государством.АА Среди важнейших функций средневековых шаманов В.Н.Басилов указал знахарство и прорицания.

В статье известного монголоведа С.Ю.Неклюдова о монгольской мифологии дана картина мифологического мировоззрения этого народа, речь идет в том числе и о буддийских представлениях.аа Широта охвата темы наряду с глубоким знанием автора монгольской мифологии делают данную работу необходимой при исследовании древнемонгольских верований. Форма работы (статья) обусловила ее справочный характер: автор кратко описал основные элементы монгольской мифологии, не конкретизируя проблематичность ряда принципиальных вопросов данной темы.

Из последних монголоведных работ отметим исследование Т.Д.Скрынниковой, которая проанализировала важные черты религиозного мировоззрения средневековых монголов, в том числе вопросы о религиозной картине мира и о сакральном характере власти верховного правителя (хагана), о его харизме.''"

Значительное оживление интереса к религиозному аспекту русско-ордынских отношений наблюдается с начала 90-х годов в историографии средневековой Руси. В работе Н.А.Охотиной были освещены отношения Русской церкви и монголов во время завоевания и в первые десятилетия после него.А' Автор сделала важный вывод о переходе завоевателей от политики разграбления церквей и убийств духовенства в 12371241 гг. к политике покровительства и экономических льгот с установлением зависимости Руси от Золотой Орды. Помимо политических причин этой политики, Н.А.Охотина назвала благожелательное отношение монголов-язычников к духовенству, закрепленное в "Ясе". Историки-медиевисты А.И.Плигузов и А.Л.Хорошкевич подробно исследовали ярлыки ордынских ханов русским митрополитам и создали очерк истории политики Орды по отношению к Русской церкви. По мнению ученых, правители Джучиева улуса предоставляли Русской церкви различный объем льгот на протяжении XIII-XIV вв., причем ухудшение произошло после принятия ими ислама.

Басилов В.Н. Шаманство у народов Средней Азии и Казахстана. - М., 1992.

Там же. - С. 14,24.

Там же. -С. 13, 17-18.

Неклюдов СЮ. Монгольских народов мифология. В кн.: Мифы народов мира. - 2-е изд.-Т. II-М., 1992. а Скрынникова Т.Д. Харизма и власть в эпоху Чингис-хана. - М., 1997 - С. 4. а' Охотина H.A. Русская церковь и монгольское завоевание (XIII в.) // Церковь, общество и государство в феодальной России: Сб. ст. - М., 1990.

Плигузов А.И., Хорошкевич А.Л. Русская церковь и антиордынская борьба в XIII-XV вв. (по материалам краткого собрания ханских ярлыков русским митрополитам) // Церковь, общество и государство в феодальной России: Сб. ст. - М., 1990.

Особый интерес для нашей работы представляет кандидатская диссертация Ю.В.Сочнева "Русская церковь и Золотая Орда" (1992 г.), которая может рассматриваться как единственное специальное исследование по данной теме. Автором были обозначены следующие задачи исследования: "осветить эволюцию монгольской политики в отношении русской церкви, проследить становление и развитие церковно-ордынских связей с учетом изменений в государственном управлении и идеологической жизни Золотой Орды, экономических и политико-административных процессов в русских княжествах, реформ в самой церкви ".В диссертации подробно исследована история связей Русской церкви с Золотой Ордой в хронологической последовательности на протяжении 1240-х - 1360-х годов, предложена ее периодизация. Автором был привлечен широкий круг не только русских, но и западных, а также восточных источников. Как и А.И.Плигузов и А.Л.Хорошкевич, Ю.В.Сочнев полагал, что после принятия в Орде ислама, при Узбеке и в начале правления Джанибека, Русская церковь была временно урезана во льготах (причины этого он видел, прежде всего, в усилении центральной ханской власти).

В русле традиции советской историографии Ю.В.Сочнев объяснил религиозную политику монгольских ханов в основном причинами политическими.а'* Однако кроме этого он указал на важность религиозных воззрений монголов, которые обусловили их терпимое отношение к другим религиям.аа При этом Ю.В.Сочнев особо отметил два момента. Первый, что "для шаманистов совершенно не характерно проявление религиозной нетерпимости, в силу политеизма и основных религиозно-мировоззренческих представлений".''а И второй, что представление о Тенгри (Боге) с чертами "стихийного монотеизма" могло способствовать усвоению монголами идеи монотеизма и мировых религий.А'' Эти две идеи, которые встречались в отечественной дореволюционной и эмигрантской историографии, важны для понимания корней религиозной политики монголов. К сожалению, в целом анализ автором монгольской религии не может быть признан достаточно точным: были смешаны религиозные представления тюркских народов Х1Х-ХХ вв. с монгольской религией Х111-Х1У вв. Впрочем, в число задач работы не входило изучение монгольского язычества и его

Сочнев Ю.В. Русская церковь и Золотая Орда. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. - М.,1992 - С. 5.

Там же. - С.46.

Там же. - С.45-46.

Там же. - С.45.

Там же. - С.45-46. влияния на государственную религиозную политику. Таким образом, означенные вопросы диссертация Ю.В.Сочнева оставила открытыми.

Свидетельством возросшего научного интереса к религиозной истории Монгольской империи и Золотой Орды служит диссертация А.Б. Малышева (2000 г.), в которой была изучена история разных течений христианства (несторианства, православия, католицизма и григорианства) в Золотой Орде.''А Автор дал широкую картину истории христианства не только в Орде, но и во всей Монгольской империи, собрал наиболее полный свод сведений по этой теме. А.Б.Малышев уделил значительное внимание религиозной политике монгольских ханов, выставил на первый план ее политический аспект. По его мнению, в Х111-Х1У вв. имел место военный союз Золотой Орды с мусульманским Египтом против Хулагуидского Ирана и католической Европы.аа Вслед за Л.Н.Гумилевым автор объяснил поддержку ханами Русской церкви в русле противостояния Золотой Орды католическому Западу, который посягал на русские княжества - ханских вассалов.

За последние два года вышли две крупные работы по истории отношений Золотой Орды и Руси. Современный историк А.А.Горский создал краткий очерк политических о 1 связей Московского княжества и Орды в ХШ-начале XVI вв. Религиозный аспект этих отношений исследован не был. Петербургский историк Ю.В.Кривошеев опубликовал докторскую диссертацию, в которой предложил свой взгляд на русско-ордынские отношения, их структуру и развитие. Автор не изучал отношение монгольских завоевателей к разным конфессиям, но на примере его работы заметно повышение интереса к вопросам религиозной истории. Ю.В.Кривошеев высказал мнение о религиозном характере процедуры убийства тверских князей в Орде и предложил весьма смелое объяснение летописного известия о посылке монголами посольства с "женой-чародеицей" в Рязанское княжество (по его мнению, задачей этой шаманки была от расколдовать" "неведомую страну" Русь перед тем, как ее завоевывать).

Малышев А.Б. Христианство в истории Золотой Орды. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. - Саратов, 2000. аа Там же.-С. 51. Там же. - С. 181.

Горский A.A. Москва и Орда. - М., 2000.

Кривошеев Ю.В. Русь и монголы: Исследование по истории Северо-Восточной Руси XII-XIV вв. - СПб., 2000. Там же. - С. 283-293, 148.

Иностранных ученых в XX в. привлекала прежде всего фигура великого завоевателя Чингис-хана или связи монголов с папством и европейскими правителями.А'* История Золотой Орды на Западе исследовалась довольно мало, и труд немецкого ученого Б.Шпулера, посвященный этой крупной и важной теме, был редким явлением. Это большая компиляция, основанная главным образом на российских изданиях; в ос целом она не принесла значительных новых идей. История Орды не отвечала профилю ученого. Но его следующая книга о государстве Хулагуидов (Ильханов) в Иране была блестящим исследованием и продолжает оставаться одним из лучших трудов на эту тему.АА В ней ученый посвятил большую главу анализу отношений ильханов к различным религиям и к служителям культов (в основном христианским и мусульманским). Причины толерантного отношения монголов к мировым религиям специально не занимали Б.Шпулера, им были проанализированы, прежде всего, политические основания поддержки ильханами христиан в противовес главному врагу Чингисидов Ирана - мусульманскому Египту. Б.Шпулер обратил внимание на переход от политики терпимости к политике уничижения прав христиан в Иране с принятием монгольскими ханами ислама, подчеркнул большую длительность этого процесса.

Английский востоковед X. Шурманн исследовал организацию налогообложения в разных улусах Монгольской империи (позднее - независимых государствах). Он показал общий процесс развития налогообложения с учетом местных особенностей улусов и сделал ряд важных выводов о налоговых льготах духовенству. Х.Шурманн подчеркнул, что общим правилом было освобождение от податей духовенства всех до религий и во всех улусах Монгольской империи. "Даже когда правители Золотой Орды были обращены в ислам, - отметил ученый, - они продолжали издавать документы об

Наиболее известные исторические биографии Чингис-хана: Lamb H. Genghis Khan, Emperor of all Men. - London, 1928; Hambis L. Genghis-Khan. - Paris, 1973; Ratschnevsky P. Cinggis-Khan. Sein Leben und Wirken. - Wiesbaden, 1983. Обзорная работа о путешествиях западноевропейских миссионеров к монголам в XIII-XIV вв.: Rachewiltz J. Papal envoys to the Great Khans. - Stanford, 1971. 0 связях монгольских ханов с римскими папами: Pelliot Р. Mongols et la papaute. - Paris., 1923; Soranzo G. Il papato, TEuropa cristiana e i tartari. -Milano, 1930.

Spuler B. Die Goldene Horde. Die Mongolen in Russland, 1223-1502. - Leipzig, 1943.

Г.А.Федоров -Давыдов так оценил эту работу: "Книга насыщена фактическим материалом, но все же остается компиляцией" (Федоров-Давьщов Г.А. Общественный строй Золотой Орды. - С. 22). " Spuler В. Die Mongolen in Iran. - Berlin, 1953.

Schurmann H.F. Mongolian tributary practices of the thirteenth century // Harvard journal of asiatic studies. - 1956 - Vol. 19 - No. 3-4.

Ibid.-P. 323. освобождении от налогов духовенства Русской православной церкви" Автором был лишь кратко затронут вопрос о причинах и сущности политики предоставления налоговых льгот монголами: "Мы не можем входить в причины этой политики. По отношению к духовенству это имело скорее религиозную, нежели политическую мотивацию. За освобождения от налогов у духовенства просили призывать Божье благословение, или благословение других божеств, на удачу и долгую жизнь монгольских правителей". а'

Особое значение для нашей темы имеет труд выдающегося немецкого монголоведа В.Хайсига. В работе о языческой монгольской религии он суммировал богатейшие данные многолетних этнографических и источниковедческих исследований этого вопроса.аа Необходимо отметить также статью венгерского ученого Л.Лёринца "Монгольская мифология", в которой он кратко описал систему мифологических представлений древних монгольских народов. а' Автор опирался в основном на этнографические материалы по язычеству бурятов, поэтому его работа может быть использована при изучении язычества монголов ХП1 в. только с большой осторожностью.

Нами было использовано также исследование английского историка Д.Феннела, которое посвящено истории Руси в XIII веке. Среди прочего, этот автор поставил проблему точного определения границ той группы населения Руси, которая была освобождена от уплаты ордынской дани.А''

Американский историк Ч.Гальперин исследовал отношения Руси с Золотой Ордой и влияние последней на русскую историю.Он обратил особое внимание на то, что ордынская власть сохранила уважительное отношение к чужим религиям (в том числе и к Русской церкви) даже после принятия ислама ханом Узбеком.аа При этом, как отметил Ч.Гальперин, монгольские ханы Золотой Орды требовали от русского духовенства только чтобы те молились за их здоровье.аа Это мнение разделил и другой современный исследователь русско-ордынских отношений, американский ученый Л.

Ibid. а' Ibid. - P. 323-324. аа Tucci G., Heissig W. Die Religion Tibets und der Mongolei. - Stuttgard, 1970. a' Lorincz L. Die mongolische Mythologie // Acta orientalia. - T. XXVII - Fasel

Budapest, 1973. а'' Феннел Д. Кризис средневековой Руси. - М., 1999 - С. 154.

С. Halperin. Russia and the Golden Horde: The Mongol Impact on Medieval Russian History. - Bloomington, 1987; Idem. The Tatar Yoke. - Columbus, 1985.

C. Halperin. Russia and the Golden Horde. - P. 113.

Хартог.АА Очень интересна гипотеза Ч.Гальперина, которая объясняет относительную скудость известий русских летописей о монголо-татарском владычестве на Руси: по его мнению, причиной была "идеология умолчания" летописцев, старающихся затушевать факт покорения русских земель Ордой. аа

В целом религиозная история Монгольской империи и Золотой Орды остается во многом недостаточно изученной темой. Политика монгольских завоевателей по отношению к религиям и служителям культов покоренных народов до настоящего времени не удостоилась специального исследования. Несколько лучше изучена религия средневековых монголов, но проблема ее влияния на государственную политику Монгольской империи в отношении к различным конфессиям все еще является неразработанной. В XX в. были созданы значительные работы по истории Золотой Орды, однако религиозная история этого огромного государства остается малоисследованной и дискуссионной темой. Открытыми остаются такие вопросы, как истоки и причины отношения монгольских завоевателей к конфессиям покоренных народов, государственная религиозная политика в Монгольской империи, конфессиональная история Золотой Орды и, главное, религиозная политика ордынских правителей на Руси.

Ibid.

Hartog L. Russia and the Mongol Yoke: The History of the Russian Principalities and the Golden Horde, 1221-1502. - London-New York, 1996 - P. 51. аа Подробнее об этом см. в разделе "Источники".

Источники

Использованные в диссертации источники достаточно разнообразны. Наиболее важны и информативны исторические сочинения и хроники: русские, монгольские, китайские, арабские и персидские, армянские, сирийские и западноевропейские. Ценная информация "из первых рук" содержится в записках путешественников к монголам XIII-XIV вв. (европейцев, арабов и китайцев). Подробности политики монголов по отношению к русскому духовенству мы узнаем из ярлыков (иммунитетных грамот) ханов Золотой Орды. Для характеристики религиозного аспекта русско-ордынских отношений большое значение имеют древнерусские агиографические сочинения (сказания и жития), а также акты Православной церкви. Помимо письменных источников, в диссертации использовались данные археологии и нумизматики: исследования золотоордынских культовых зданий, погребений и монет.

Выбор довольно широкого круга источников обусловлен спецификой темы исследования, которая подразумевает изучение не только русско-ордынских отношений ХШ-начала XV вв., но и всей истории Монгольской империи и ее преемников.

Указанные источники неравноценны по степени информативности и, как правило, по отдельности освещают не всю тему целиком, а определенные ее стороны. Проблема полноты и репрезентативности источников является одной из важнейших для нашего исследования, так как только комплексное использование данных различных источников позволяет во многом реконструировать цельную картину религиозной политики Золотой Орды на Руси. Данные нарративных источников следует особенно осторожно изучать с точки зрения определения степени их достоверности, что связано с различными взглядами авторов и проблемой их объективности в освещении описываемых событий. Кроме этого, необходимо особо учесть сложн)Щ) историю создания такого первостепенного для нас источника, как русские летописи: их невозможно использовать без предварительного рассмотрения всей системы взаимосвязей летописных сводов.

1. Хроники и исторические сочинения. а) Русские летописи.

Для изучения нашей темы необходимо привлечь летописи, содержащие оригинальные сообщения, прежде всего, о русско-ордынских отношениях за период с 1237 г. до начала XV в. Интересующие нас сведения достаточно широко разбросаны в летописях и представляют собой, как правило, отрывочные данные, на основе которых предстоит создать по возможности цельную картину религиозной политики Золотой Орды на Руси. Русские летописи - главный источник при исследовании данной темы.

В летописании некоторые статьи в практически неизменном виде переносились из одного свода в другой, бывали и случаи, когда рука позднего составителя перерабатывала известие, опираясь на свои представления о прошлом и политические предпочтения. Поэтому тем более необходимы подробный источниковедческий разбор каждого летописного сообщения, выяснение времени и обстоятельств его происхождения.

Представляется целесообразным предложить следующий прием анализа летописных данных о религиозной политике монголов на Руси. На основании сравнения сведений различных летописей об одном определенном событии делается попытка выявить древнейший вариант интересующего нас известия, при этом определяются позднейшие дополнения к древнейшему варианту, оценивается степень их достоверности. В ряде случаев более поздний вариант содержит оригинальную информацию, которую с достаточным основанием можно полагать достоверной; тогда он используется наряду с древнейшим. При переводе летописных дат на современное летоисчисление за основу был взят труд Н.Г.Бережкова о хронологии русского летописания.'

При анализе русских летописей следует учитывать то, что отношение к монгольским завоевателям у летописцев основывалось на их религиозном мировоззрении. "Известно, - пишет современный исследователь Н.С.Борисов, - что теоретическим фундаментом исторических концепций средневековья был провиденциализм - уверенность в том, что все в мире происходит по воле Божией".А Батыево нашествие и ордынское иго русские летописцы воспринимали как Божью кару за грехи русских людей. С этим связана идея покорности завоевателям, которая, как показал Н.С.Борисов, основывалась на библейских сюжетах.' Эта идея гармонично уживалась на страницах летописей с идеей стойкого христианского принятия Господней

Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. - М., А Борисов Н.С. Политика московских князей (конец XIII -' Там же. - С. 35.

1963. пер. пол. XIV в.) - С. 30. кары - смерти или лишений от монголов. Князьям, которые пали от рук кочевых завоевателей, летописцы придавали черты мучеников за веру, представляя их как идеал христианина, покорного Божьей воле. В этой покорности заключался своеобразный героизм персонажей летописных рассказов, которые стойко сносили все мучения от рук "безбожных татар", обращаясь с молитвой к Господу и Богородице.

Характерной особенностью русских летописей является небольшое количество известий об отношениях ордынских властей с Русской церковью и о религиозной политике Золотой Орды. Если принять точку зрения Ч.Гаяьперина, то это можно объяснить "идеологией умолчания" ("the ideology of silence") летописцев. Согласно этой теории, русские книжники не могли признать факта совершенного завоевания Руси монголами и старались затушевать его, опираясь в своих трудах на опыт летописания Киевского периода, когда в погодных записях пропускали указания на сотрудничество с кочевниками, оставляя лишь известия о военных столкновениях с ними и представляя их скорее как врагов религиозных, нежели политических.'' "Вместо того, чтобы взглянуть в лицо идеологически неудобному факту полного поражения, - пишет исследователь, -книжники обходились с фактом монгольского завоевания весьма тонко, представляя русско-татарские отношения только как продолжение связей Киевской Руси со степью, не подразумевая изменений в сюзеренитете." а Использование традиционной христианской риторики (идея о гневе Божьем и др.), по мнению Ч.Гальперина, служило тому же затушеванию монголо-татарского владычества.а Русские авторы, как полагает Ч.Гальперин, не могли не осознавать факта завоевания, но на страницах летописей они оставляли его проявления в "логическом вакууме", не связывая логически, например, Батыево нашествие и последующие страдания русских от татар (в том числе поездки русских князей в Орду "про свою отчину").'' Гипотеза Ч.Гальперина, несомненно, заслуживает внимания; более того, можно попытаться развить ее в том смысле, что связи Русской церкви с Ордой летописцы (сами служители церкви) тем более старались затушевать. На деле, однако, объяснений сдержанности летописцев при описании церковно-ордынских отношений может быть предложено довольно много. Прежде всего, это могло быть вызвано особенностями складывания дошедших до нас летописных сводов. Кроме того, следует заметить, что летописцы, хотя и были, видимо,

С. Halperin. 1. Russia and the Golden Horde: The Mongol Impact on Medieval Russian History.-P. 61-62. а Ibid. - P. 8. а Ibid. - P. 64. а Ibid. - P. 68; C. Halperin. The Tatar Yoke. - P. 93. лицами духовного звания, все же писали общую, а не церковную историю Руси; поэтому те события церковной жизни, которые они не относили к первостепенным, могли быть пропущены.

Ипатьевская летопись.

Этот древнейший сохранившийся летописный свод Юго-Западной Руси дошел до нас в нескольких списках, из которых старейшими являются Ипатьевский и Хлебниковский.А В части после 1200 г. Ипатьевская летопись представляет собой Галицко-Вольшскую летопись конца XIII в. или начала XIV в. с вкраплением рассказа о Батыевом нашествии 1237-1238 гг. из владимиро-суздальского источника.

A. А.Шахматов считал этот источник Владимирским Полихроном начала XIV в.а М.Д.Приселков же полагал, что это был Владимирский свод первой половины XIII в.'"Изложение событий Ипатьевской летописи заканчивается на 1292 г. Галицко-Вольшская летопись не имела хронологической сетки. В Хлебниковском списке хронологическая сетка отсутствует, в Ипатьевский список сетка была вставлена позднее, с ошибками.

В составе Галицко-Волынской летописи исследователи выделяли несколько частей, созданных в разное время разными авторами. В ее основе, по мнению

B. Т.Пашзпго, лежала "Киевская летопись 1238 г.", к которой относятся, в частности, известия о битве на Калке в 1223 г. и о монгольском нашествии на Северо-Восточную Русь в 1237-38 гг." Киевская летопись 1238 г., как полагал В.Т.Пашуто, была переработана и дополнена в 1246 г. автором Холмского свода ("Летописца Даниила Галицкого"), перу которого принадлежат рассказы об убийстве в Орде князя Михаила Всеволодовича Черниговского и о поездке в Орду князя Даниила Романовича Галицкого'А. В.Т.Пашуто выделил и последующие этапы создания Галицко-Волынской летописи: Холмская летопись начала 60-х гг. ХШ в., Летописец Василько Романовича Волынского (около 1269 г.), летописный свод Владимира Васильковича Вольшского (около 1290 г.), летопись Мстислава Даниловича Вольшского (оборванная на 1292 г.)."

Исследовавший "Летописец Даниила Галицкого" в составе Ипатьевской летописи А.Н.Ужанков подверг серьезной критике труды своих предшественников, в том числе и а Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). - Т. II - М., 1998. а Шахматов A.A. Обозрение русских летописных сводов XIV-XVI вв. - М.-Л., 1938. - С. 79. Приселков М.Д. История русского летописания XI-XV вв. - Спб., 1996 - С. 145-146. " Пашуто В.Т. Очерки по историии Галицко-Волынской Руси. - М., 1950. - С. 33, 43-44. 'а Тамже.-С. 91-92, 84, 86.

В.П.Пашуто.''' По его мнению, "Летописец Даниила Галицкого" охватывал события с 1201 г. по 1260 г. и был составлен в два приема.'А Первая часть "Летописца" (с 1201 г. по начало 1247 г.) была составлена в начале 1247 г. ( к ней А.Н.Ужанков отнес рассказы об убийстве в Орде Михаила Черниговского и о поездке в Орду Даниила Галицкого), вторая часть (со второй половины 1247 г. по 1260 г.) - вскоре после 1264 г., причем ее составитель иногда редактировал первую часть.' а

Оригинальные известия об убийстве в Орде Михаила Черниговского и о поездке в Орду Даниила Галицкого имеют большое значение для нашей темы. Как показали исследования В.Т.Пашуто и А.Н.Ужанкова, они были написаны сразу после этих событий, "по горячим следам". Ипатьевская летопись сохранила и другие уникальные известия об истории Южной и Юго-Восточной Руси XIII в., записанные галицко-волынскими летописцами, современниками описываемых событий.

Лаврентьевская летопись.

Эта древнейшая сохранившаяся летопись Северо-Восточной Руси была написана в 1377 г. монахом Лаврентием в Нижнем Новгороде.'а Она заканчивается на 1305 г. В летописи есть лакуны: отсутствуют записи за 1263-1283 гг. и за 1287-1294 гг.

В части после 1206 г. Лаврентьевская летопись, как полагал А.А.Шахматов, соединила "Владимирский Полихрон начала XIV в." и Ростовскую летопись, доведенную до 60-х гг. XIII в. Владимирский Полихрон ученый определил как митрополичий свод, вобравший местные летописания русских княжеств.'А

По мнению М.Д.Приселкова, которое поддержали последующие исследователи, Лаврентьевская летопись в части с 1206 г. до 1305 г. представляет собой список с Тверского свода 1305 г. Это был великокняжеский общерусский свод, составленный в Твери по указанию великого князя Михаила Ярославича.А' М.Д.Приселков выделил несколько этапов создания Тверского свода 1305 г:'аа

Тамже. - С. 97-130. а Ужанков А.Н. "Летописец Даниила Галицкого": редакции, время создания.// Герменевтика древнерусской литературы. - Сб. 1 - М., 1989

Там же. -С. 273-274.

Там же.

ПСРЛ. - Т. I - М., 1997.

Шахматов A.A. Указ. соч. - С. 19-22.

Там же.-С. 19-20.

Приселков М.Д. Указ. соч. - С. 160. а' Там же.-С. 163.

Там же. - С. 147-164.

1. Свод 1239 г., составленный в Ростове по приказу великого князя Ярослава Всеволодовича, заканчивавшийся некрологом великому князю Юрию Всеволодовичу и перечнем русских князей, уцелевших после монгольского нашествия. К этому своду относится Повесть о Батыевом нашествии Лаврентьевской летописи.

2. Великокняжеский ростовский свод 1263 г., который в части с 1239 г. по 1263 г. основывался по большей части на местном ростовском летописании.

3. Великокняжеский свод 1281 г., составленный в Переяславле-Залесском. Свод соединил ростовское летописание и новгородский летописец, который, помимо местных, описывал и общерусские события. Погодное изложение завершалось в своде рассказом о ссоре и примирении ростовских князей в 1281 г.

4. Великокняжеский тверской свод 1305 г., который продолжил предшествующее летописание до 1305 г., присоединив, в частности, известия о тверских событиях с 1280-X гг.

Д.С.Лихачев высказал мнение о существовании Свода княгини Марьи (1271 г.), дочери Михаила Черниговского и вдовы Василька Ростовского.'а' Существование сводов 1239 г., 1263 г. и 1281 г. он поставил под сомнение.а'* По мнению А.Н.Насонова, известия Лаврентьевской летописи с начала XIII в. и до 1281 г. относятся к Владимирскому великокняжескому своду 1281 г.'аа Таким образом, А.Н. Насонов исключал существование промежуточных сводов 1239 г. и 1263 г., о которых писал М.Д.Приселков. Ю.А.Лимонов писал о ростовском своде 1278-1279 гг., который соединил ростовскую летопись (велась с 1206 г.) и владимирскую летопись 1276 т?л Последняя, по его мнению, включала своды 1239 г. (великого князя Ярослава), 12471249 гг. и 1252 г.аа Таким образом, история сложения Свода 1305 г. представляется достаточно дискуссионной.

По мнению большинства исследователей, Лаврентьевская летопись была копией с "ветхого" (дефектного) экземпляра Тверского свода 1305 г. Но В.Л.Комарович, которого позднее поддержал Г.М.Прохоров, выдвинул версию о творческой работе составителя

Лихачев Д.С. Русские летописи и их культурно-историческое значение. - М.-Л., 1947 -С.283. Там же. - С. 282, 287.

Насонов А.Н. История русского летописания XI - начала XVIII в.: Очерки и исследования. - М., 1969 - С. 193-197.

Лимонов Ю.А. Летописание Владимиро-Суздальской Руси. - Л., 1967 - С. 147. Там же.-С. 178, 179, 182.

Лаврентьевской летописи в 1377 г.аа Согласно этой версии. Повесть о Батыевом нашествии в Лаврентьевской летописи была плодом работы редактора 1377 г. и почти не содержит оригинальных фактических сведений, поскольку является компиляцией из отрывков ранних (до 1237 г.) статей этой летописи.аа Оригинальные сведения о Батыевом нашествии, по мнению Г.М.Прохорова, сохранились не в Лаврентьевской, а в Ипатьевской и Новгородской I летописях.'" Статьи Лаврентьевской летописи о битве на Калке 1223 г. и о восстании против мусульман-откупщиков в 1262 г. Г.М.Прохоров тоже отнес к работе редактора 1377 г." Мнение о создании Повести о Батыевом нашествии редактором в 1377 г. опровергли А.Н.Насонов и Я.С.Лурье, показав совпадение Повести в Лаврентьевской летописи с соответствующими записями Троицкой, автор которой пользовался тем же источником, что создатель Лаврентьевской летописи.АА

Новгородская I летопись.

Новгородская I летопись старшего и младшего изводов, одна из наиболее древних, сохранила известия новгородского летописания, которые относятся в основном к событиям истории Новгородско-Псковской землиУА Летопись старшего извода доведена до 1333 г., младшего - до середины XV в. В интересующей нас части (с ХШ в.) оба извода содержат новгородское владычное летописание, но в летопись старшего извода, как полагает современный исследователь А.А.Гиппиус, были добавлены еще известия из владимирской летописи и записей Юрьева монастыря.А'*

Новгород редко - по сравнению с "Низовской землей" (Владимиро-Суздальской Русью), входил в контакт с Золотой Ордой, поэтому летопись предоставляет относительно немного сведений о русско-ордынских отношениях, зато они носят поистине уникальный характер.

Комарович В.Л. Из наблюдений над Лаврентьевской летописью // Труды Отдела древнерусской литературы Ин-та русской литературы. - Т. XXX. - Л., 1976 - С. 44-46.

Там же; Прохоров Г.М. Повесть о Батыевом нашествии в Лаврентьевской летописи // Труды Отдела древнерусской литературы Ин-та русской литературы. - Т. XXVIII. - Л., 1974-С. 84-85. Прохоров Г.М. Указ. соч. - С. 88-89. Там же. - С. 90-91. а Насонов А.Н. Указ. соч. - С. 181-184; Лурье Я.С. Общерусские летописи XIV-XV вв. -Л., 1976-С. 28-29. Новгородская I летопись старшего и младшего изводов / Под ред. и с предисл. А.Н.Насонова. - М.-Л., 1950.

При изучении Тверского восстания 1327 г. и событий 1329 г. в работе использовалась Псковская Iлетопись конца XV в., сохранившая псковское летописание XIV века.'А

Троицкая летопись.

Огромный массив информации о событиях XIV века содержал общерусский свод 1408 г. митрополита Киприана, списком с которого была Троицкая летопись. События в летописи доходили до 1408 г. включительно, заканчиваясь на нашествии Едигея.

Сгоревшая в 1812 г. Троицкая летопись доступна сегодня в реконструкции

М.Д.Приселкова.'А В части с 1177 до 1390 г. за основу реконструкции им бьши взяты выписки из Троицкой летописи Н.М.Карамзина, а также близкие ей тексты

Лаврентьевской летописи, Симеоновской летописи и Рогожского летописца, в части с

1391 г. по 1408 г. - Воскресенская и Симеоновская летописи.'а Имея реконструкцию

Троицкой летописи М.Д.Приселкова, мы использовали в основном те ее известия, которые он восстановил по выпискам Н.М.Карамзина, то есть максимально близкие

38 сгоревшему оригиналу.

Основным источником Свода 1408 г. был, по мнению М.Д.Приселкова, "Летописец великий русский", составленный в Москве в 1389 г.''А Я.С.Лурье высказал определенные сомнения о существовании московского свода конца XIV в. (то есть Летописца великого русского - ЛВР), полагая московское летописание XIV в. не доросшим до общерусского масштаба.'*" Но исследовавшая московское летописание второй половины XIV-начала XV в. Л.Л.Муравьева присоединилась к мнению о существовании ЛВР как основного источника Свода 1408 г."*'

Гиппиус A.A. К истории сложения текста Новгородской первой летописи // Новгородский исторический сборник. - 6 (16) - Спб., 1997 - С. 69-70.

ПСРЛ.-Т. IV-Спб., 1848.

Приселков М.Д. Троицкая летопись: Реконструкция текста. - М.-Л., 1950.

Приселков М.Д. Троицкая летопись. - С. 42-45.

В реконструированном тексте Троицкой летописи М.Д.Приселков указал на источник каждой части текста. Многие выписки Н.М.Карамзина не содержали сноску на летопись, из которой они были взяты. Некоторые из таких выписок М.Д.Приселков отнес к Троицкой летописи на основании сравнения с другими сводами. В диссертации, используя реконструкцию М.Д.Приселкова, мы каждый раз точно указываем источник его реконструкции той или иной летописной статьи. 'а Приселков М.Д. История русского летописания XI-XV вв. - С. 195 ''а Лурье Я.С. Общерусские летописи XIV-XV вв. - С. 66. а Муравьева Л.Л. Московское летописание второй половины XIV-начала XV в. - М., 1991 - С. 177-178.

М.Д.Приселков выделил следующие этапы создания Свода 1408 г. (Троицкой летописи):''А

1. Тверское летописание за 1306-1327 гг., которое продолжило Тверской свод 1305 г., было в 1327 г. взято в Москву и там подверглось обработке в промосковском духе.

3. Московский свод 1340 г.

4. "Летописец великий русский" 1389 г.

5. Свод 1408 г. митрополита Киприана, который, кроме ЛВР, использовал многочисленные местные летописные источники Северо-Восточной Руси.

Значение Троицкой летописи как источника по истории Руси XIV в. очень высоко оценил М.Д.Приселков: "Троицкая летопись передавала события 1305-1408 гг. в записях почти современных на всем протяжении этого века и в безусловно современных для конца XIV и начала XV вв."'*' Действительно, в летописи нам интересны главным образом известия с 1306 по 1408 гг., так как до 1305 г. она почти тождественна Лаврентьевской.

Владимирский летописец первой половины XVI века был введен в научный оборот М.Н.Тихомировым уже после публикации Троицкой летописи в реконструкции М.Д.Приселкова.'*'* Летописец в части за Х111-Х1У вв. (до 1379 г. согласно Я.С.Лурье'*А) схож с Симеоновской летописью и содержит некоторые утраченные известия Троицкой летописи.

Московско-Академическая летопись датируется концом XV в.'*а Она в части с 1238 г. по 1419 г. представляет собой сокращенный ростовский свод.'*' В этой части летописи содержатся некоторые уникальные ростовские сведения о русско-ордынских отношениях, в частности, о поездках ростовских епископов в Орду.

Рогожский летописец и Симеоновская летопись. а Приселков М.Д. История русского летописания Х1-ХУ вв. - С. 179-195. '*' Приселков М.Д. Троицкая летопись. - С. 7. а[ ПСРЛ.-Т. XXX-М., 1965. а Лурье Я.С. Летопись Владимирская. В кн.: Словарь книжников и книжности Древней Руси.-Вып. 1 1-Ч.2-С. 17. '*А ПСРЛ. - Т. I - М., 1997. Лурье Я.С. Летопись Московско-Академическая. В кн.: Словарь книжников и книжности Древней Руси. - Вып. II - Ч. 2 - С. 46.

Рогожский летописец был составлен в 1440-х гг. в Твери, доводит изложение событий до 1412 г."*а Он имел общий с Симеоновской летописью протограф - обработку Свода 1408 г., произведенную в Твери в 1412 или 1413 г.''А

Сложную историю создания Рогожского летописца исследователи видели по-разному, однако они все выделяли в его тексте 4 части: 1) до 1288 г., 2) 1288-1327 гг., 3) 1328-1374 гг., 4) 1375-1412 гг.А"

1-я часть представляет собой соединение летописи, близкой Новгородской IV летописи, и Суздальского летописания, 2-я - Тверское летописание, 3-я - соединение Свода 1408 г. (в Тверской обработке 1412/13 г.) с Тверским летописанием.а' 4-я часть Рогожского летописца, в статьях за 1375-1390 гг. представляет собой Свод 1408 г. в тверской обработке 1412/13 г., статьи за 1391-1412 гг. принадлежат перу тверского сводчика-редактора 1412/13 г., причем годы 1401-1409 отсутствуют.АА

Рогожский летописец содержит многие несохранивгаиеся статьи Свода 1408 г. и, кроме того, тверское летописание XIV-начала XV в.

Симеоновская летопись была создана в конце XV в. и доводит изложение событий до 1493 г.а' В части до 1412 г. она является московской переработкой общего с Рогожским летописцем протографа - Тверской обработки Свода 1408 г. По мнению Я.С.Лурье, Тверская обработка (1412 г.) содержится в Симеоновской летописи только до 1391 г.А'' В Симеоновской летописи есть также несколько вставок из Московского свода 1479 г. (статьи 1235-1237, 1239-1249, 1361-1364,1401-1409 гг.).

ПСРЛ. - Т. XV - М., 2000. ''а По мнению Г.М.Прохорова и Я.С.Лурье, этим протографом была обработка свода-предшественника Свода 1408 г. (Прохоров Г.М. Центральнорусское летописание второй половины XIV в. (Анализ Рогожского летописца и общие соображения) // Вспомогательные исторические дисциплины. - Т. X - Л., 1978 - С. 161, 166; Лурье Я.С. Две истории Руси XV века: Ранние и поздние, независимые и официальные летописи об образовании Московского государства. - Спб., 1994 - С. 47). Это мнение основано на наблюдении, что Рогожский летописец и Симеоновская летопись сходны с Троицкой летописью не до 1408 г., а только до 1390 г.

Это деление текста летописи первым предложил А.А.Шахматов (Шахматов A.A. Обозрение русских летописных сводов XIV-XVI вв. - С. 312). Г.М. Прохоров вместо 1288 г. указывал 1285 г. (Прохоров Г.М. Центральнорусское летописание второй половины XIV в. - С. 170). а' Лурье Я.С. Общерусские летописи XIV-XV вв. - С. 37. "Лурье Я.С. Две истории Руси XV века. - С. 62-63. -'а ПСРЛ. - Т. XVIII - Спб., 1913.

Лурье Я.С. Летопись Симеоновская. В кн.: Словарь книжников и книжности Древней Руси. - Вып. II - Ч. 2 - Л., 1989 - С. 56.

Многие данные Свода 1408 г., отсутствующие в выписках Н.М.Карамзина, в Рогожском и Владимирском летописцах, восстанавливаются по Симеоновской летописи.

Тверской сборник, Музейный фрагмент.

Тверская летопись, которая частично дощла в составе Рогожского летописца, сохранилась также в "Тверском сборнике" в части за XIV-первую четверть XV в.аа А.Н.Насонов определил ее как Тверской великокняжеский свод 1455 г., который основывался на тверском летописании XIII-XIV вв.аа в Рогожский летописец и в Тверской сборник, по его мнению, Тверской свод 1455 г. попал в московской редакции конца XV-начала XVI в.А'

Некоторые уникальные данные об отношениях Твери, Москвы и Золотой Орды в первой половине XIV в. содержатся в Музейном фрагменте Тверского свода, опубликованном А.Н.Насоновым.

Софийская 1и Новгородская 1¥летописи.А'А

В основе Софийской I старшего извода (CI) и Новгородской IV (HIV) летописей лежал свод, составленный в Новгороде, A.A. Шахматов определил его как общерусский свод 1448 г., составленный в Новгороде и доводивший повествование до 1422 г.А" Ученый выделил следующие источники свода 1448 г.:А'

1) основной источник - Владимирский Полихрон 1423 г., общерусский митрополичий свод митрополита Фотия;

2) древняя новгородская летопись "Софийский временник", вошедшая во Владимирский Полихрон через новгородский свод 1421 г.;

3) Ростовский владычный свод 1418 г.;

4) повести и сказания. ПСРЛ. - Т. XV - М., 2000.

Насонов А.Н. Летописные памятники Тверского княжества: Опыт реконструкции тверского летописания с ХШ до конца XV в. // Известия АН СССР. - VII серия -Отделение гуманитарных наук - Л., 1930 - № 10 - С. 771. " Там же. - С. 772.

Насонов А.Н. О тверском летописном материале в рукописях XVII века // Археографический ежегодник за 1957 г. - М., 1958.

ПСРЛ. - Т. VI - Вып. 1 - М., 2000; Т. IV - Спб., 1848. а° Шахматов A.A. Обозрение русских летописных сводов XIV-XVI вв. - С. 153 (Впоследствии он уточнил свою датировку создания свода). а' Там же.-С. 156-160.

Мнение о своде 1448 г. и его основном источнике - Полихроне Фотия в целом поддержал М.Д.Приселков, однако он датировал Полихрон 1418 годом и уточнил, что сводчик 1448 г. пользовался также продолжением митрополичьего летописания до 1446 г.аа По мнению М.Д.Приселкова, составитель Полихрона переработал Свод 1408 г. в более нейтральном духе, убрав излишнюю пристрастность к Московскому княжеству, более полно использовал источники Свода 1408 г. и вдобавок привлек некоторые дополнительные источники. а'

Однако последующие исследователи поставили под сомнение само существование Владимирского Полихрона как основы протографа CI и HIV. Вызвала сомнение и датировка протографа 1448 годом. Я.С.Лурье полагал, что между протографом CI-HIV и Сводом 1408 г. не стояло промежуточных сводов.а'' Кроме новгородского, московского и ростовского источников протографа CI-HIV он вьщелил южный или юго-западный источник, а также псковское и тверское летописания, причем CI, по его мнению, новгородским источником не пользовалась.аа Я.С.Лурье и Л.Л.Муравьева датировали протограф CI-HIV, "общерусский Новгородско-Софийский свод", 30-ми годами XVB.aa

В новом исследовании новгородского летописания А.Г.Бобровым был предложен иной взгляд на историю составления CI-HIV. По мнению автора, HIV была создана на основе следующих летописей: Новгородской Карамзинской, Новгородской I младшего извода. Софийской I и местной новгородской "Летописи Матфея Кусова".А' Таким образом, автор выступил против мнения об общем протографе CI-HIV, Новгородско-Софийском своде. Центральнорусским источником, который отразился в HIV, автор считает Свод Фотия 1418 г., который перешел в H I V через Софийскую I летопись и через вторую часть Новгородской Карамзинской летописи.аа

Для нашего исследования важно то обстоятельство, что CI и HIV содержат отдельные уникальные известия о русско-ордынских отношениях XIV века.

Приселков М.Д. История русского летописания XI-XV вв. - С. 213, 224-225. " Там же. - С. 207-209. аа Лурье Я.С. Общерусские летописи XIV-XV вв. - С. 107. " Там же. - С. 95-101.

Там же. - С. 120; Лурье Я.С. Две истории Руси XV века . - С. 108; Муравьева Л.Л. Московское летописание второй половины XIV - начала XV в. - С. 8.

Бобров А.Г. Новгородские летописи XV в. - Спб., 2000 - С. 181. лЧамже.-С. 215.

Там же .-С. 148.

Московский свод конца XV в. " и Воскресенская летопись.

Общерусский московский свод 1479 г. является крупнейшим памятником русского летописания конца XV в. Часть Свода 1479 г. за ХШ-начало XV в. лзд1ше всего сохранилась (из опубликованных изданий) в составе "Московского свода конца XV в." (Уваровского списка) и, в несколько переработанном виде, в Воскресенской летописи XVI в 7°.

Основным источником Свода 1479 г. А.А.Шахматов считал Свод 1448 г., сокращенный и переработанный в промосковеком духе''. Среди других источников за XIII- начало XV в. он называл: а) летопись, близкую к Троицкой, б) Ростовский свод архиепископа Ефрема, в) Полихрон 1423 г., который содержал общие данные с Ипатьевской летописью.

М.Д.Приселков развил и существенно уточнил версию А.А.Шахматова. В основе "Первого московского великокняжеского свода 1479 г." он видел московский свод 1472 г., который в части до начала XV в. опирался на Софийскую I летопись и на московский свод, близкий "Летописцу великому русскому".''' Последующие исследователи (А.Н.Насонов, Я.С.Лурье) поддержали мнение о новгородском общерусском своде, соединившем московское и новгородское летописание, и ставшим основой Свода 1479

По теме нашего исследования обе летописи практически не содержат дополнительной информации по сравнению с более ранними сводами и используются в основном для создания общей картины взаимосвязей летописных известий.

Никоновская летопись

Никоновская летопись XVI в. является богатым и ярким источником по истории Руси и русско-ордынских отношений ХШ-начала XV вв.'А Как выяснил Б.М.Клосс, древнейшая редакция Никоновской летописи (список Оболенского в части до 1520 г.) ПСРЛ. - Т. XXV - М.-Л., 1949; Т. VII, VIII - Спб., 1856-1859. К этим двум летописям следует прибавить Ермолинскую летопись. Однако она в части до начала XV в. практически не содержит новых известий по сравнению с этими двумя летописями и поэтому в диссертации не использована. Шахматов A.A. Обозрение русских летописных сводов XIV-XVI вв. - С. 263 (Позднее А.А.Шахматов, видимо, пересмотрел эту точку зрения).

Там же.-С. 268-283. " Приселков М.Д. История русского летописания XI-XV вв. - С. 233-234, 247.

Насонов А.Н. История русского летописания XI - начала ХУШ в. - С. 250, 272-273; Лурье Я.С. Общерусские летописи XIV-XV вв. - С. 147.

ПСРЛ. - Т. X - Спб., 1885; Т. XI - Спб., 1897. была создана между 1526 и 1530 гг.'А Ученый убедительно показал, что работа по составлению свода велась большим коллективом писцов митрополичьего скриптория.'' Свод объединил многочисленные ранние русские летописи, некоторые из которых не сохранились. Основным источником свода за ХШ-начало XV в. была Симеоновская

78 летопись.

Наличие уникальных сведений определяет значение Никоновской летописи как одного из важнейших источников нашего исследования. Однако с этим связана и сложность использования летописи: во-первых, многие известия дошли до ее составителей уже в измененном виде, во-вторых, составители нередко перерабатывали и даже домысливали летописные известия. По этой причине оценивать степень достоверности информации, содержащейся в Никоновской летописи, весьма затруднительно.

Летопись содержит множество известий о русско-ордынских отношениях: это одна из главных тем свода. Б.М.Клосс полагал, что сводчики пользовались архивом Саранской епархии, откуда в летопись попали уникальные сведения об ордынских делах-'А Из перечисленных Б.М.Клоссом статей Сарайского происхождения уникальные сведения о Сарайской епархии есть только в статье под 6838 г. К ней следует прибавить статью под 6787 г., не указанную Б.М.Клоссом, которая сообщает дополнительную, в сравнении с ранними летописями, информацию о поездках епископа о 1

Феогноста Сарайского в Константинополь . Среди прочих приведенных Б.М.Клоссом статей Сарайского происхождения далеко не все содержат уникальные сведения об ордынских делах. б) Монгольские исторические сочинения.

Древнейшее дошедшее до нас монгольское историческое сочинение "Сокровенное сказание" написано очевидцем (или очевидцами) жизни Чингис-хана и его сына и преемника Угедея. Принятая дата написания - 1240 год. Сочинение

Клосс Б.М. Никоновский свод и русские летописи ХУ1-ХУ11 вв. - М., 1980 - С. 51. ''Там же.-С. 81,89-95. 'Чамже. - 134. 'АТамже. - 184. а° ПСРЛ. - Т. X - С. 203. А'Там же.-С. 157.

Мы пользовались классическим переводом С.А.Козина: Сокровенное сказание / Пер. С.А.Козина. - Т. I - М.-Л., 1941.

ГОСУДАРСТВЕЙНАЛ сохранилось в Китае, записанное китайскими буквами, но на монгольском языке. Честь открытия этого памятника принадлежит главе русской духовной миссии в Пекине архимандриту Палладию (Кафарову).А'* В "Сокровенном сказании" можно вьщелить три части: 1. повествование о предках Чингис-хана, 2. его биография и 3. царствование Угедея. Вторая часть превосходит две другие в несколько раз по объему. События царствования Чингис-хана и Угедея изложены по годам. о с

Автор "Сокровенного сказания" (или ряд авторов ), видимо, был современником описываемых событий. Таким образом, он являлся свидетелем сюжетов, описанных во второй и третьей частях или получал информацию от их непосредственных очевидцев. Тесное знакомство автора с историей рода Чингис-хана и некоторые иные указания, которые мы встречаем в тексте, позволяют предположить, что автор входил в ближний

О/' круг соратников Чингис-хана. Вполне правдоподобной выглядит гипотеза о принадлежности автора к окружению Хасара, родного брата Чингис-хана. Не являясь соперником брату-великому хану, богатырь Хасар представлял собой значимую и очень заметную фигуру среди монголов. Отношения между братьями складывались в основном довольно хорошо, но некоторая доля критики по отношению к великому хану все же могла иметь место среди приближенных Хасара. Тогда становится понятной, с одной стороны, панегирическая окраска жизнеописания Чингис-хана и, с другой стороны, встречающийся в нем иногда критический настрой.

Автор "Сокровенного сказания" пишет историю политическую, но неотъемлемой частью жизни древних монголов были обычаи, верования, мифические предания о предках - и это находит здесь свое отражение.

Монгольская история "Шара Туджи" ("Желтое сказание") была создана в середине или во второй половине XVII века. Она основана на письменных источниках, частью не дошедших до нас, устном предании и сведениях автора о современных ему

Об этом сообщается в колофоне "Сокровенного сказания" в § 282.

В сносках для большей точности мы будем указывать номера параграфов "Сокровенного сказания" по С.А.Козину, поскольку текст разделён на 282 §§ и занимает только 120 страниц. а"а Старинное монгольское сказание о Чингис-хане / Пер. с кит. с примеч. архимандрита Палладия. В кн.: Труды членов Российской духовной миссии в Пекине. - Т. IV -СПб., 1866.

Отнюдь не исключая возможность коллективного авторства "Сокровенного сказания", мы для удобства будем далее писать "автор".

Сокровенное сказание. - §§ 131-132. событиях. Имя ее сочинителя пока остается неизвестным. Основное содержание этого труда составляет повествование об истории предков, жизни Чингис-хана, истории монгольской династии Юань в Китае.

Крупное историческое сочинение "Алтан тобчи" (данное название переводится многими исследователями как "Золотой свод") было написано во второй половине 50-х гг. XVII в., по всей видимости буддийским ламой Лубсаном Данзаном. В "Алтан тобчи" с небольшими отличиями пересказана большая часть "Сокровенного сказания" (параграфы 1-176 и 208-265). Кроме того, здесь представлены рассказы, восходяш;ие, как полагал Ц.Жамцарано, к ХП-первой половине XIII вв.*А и история монголов Х1У-ХУ11 вв. При написании "Алтан тобчи" автор обращался к старинным преданиям, письменным источникам, некоторые из которых не сохранились, и к своим поистине обширным знаниям.

Третье использованное нами монгольское историческое сочинение XVII века -это "Эрдэни-йин тобчи" ("Драгоценный свод" в переводе В.ХайсигаА"), написанное князем Санан Сэцэном из области Opдoc.А' Оно датируется обычно 1662 г.аа Большая часть этого труда посвящена жизни Чингис-хана, здесь содержатся весьма ценные сведения о монгольских добуддийских религиозных воззрениях. Как и другие истории XVII века, "Эрдэни-йин тобчи" включает в себя традиционную серию рассказов о Чингис-хане. Санан Сэцэн пользовался письменными источниками (тибетскими и монгольскими), хорошо знал устное предание (тем более что сам принадлежал к роду Чингис-хана). в) Китайские хроники.

Шара Туджи. Монгольская летопись XVII века/ Сводный текст, пер., введ. и прим. Н.П.Шастиной. - М.-Л., 1957. - С.4. (В этом издании приведён сводный текст, составленный из трёх списков "Шара Туджи").

Лубсан Данзан. Алтан тобчи / Пер., предисл. и прим. Н.П.Шастиной. - М., 1973. аа Жамцарано Ц.Ж. Монгольские летописи XVII века. - С.78. а" Полное название "Драгоценный свод о происхождении властителей" ("Die kostbare Zusammenfassung ueber den Ursprung der Herrscher"), см.: Heissig W. Die Familien- und Kirchengeschichtsschreibung der Mongolen. - S. 97.

Schmidt I.J. Geschichte der Ost-Mongolen und ihres Fuerstenhauses, verfasst von Ssanang Ssetsen Chungtaidschi der Ordus. - St.Petersburg,1829. Этот единственный перевод "Эрдэни-йин тобчи", как отмечали многие учёные, устарел (например Н.П.Шастина в кн. Шара Туджи. Монгольская летопись XVII века. - С.5). Однако, учитывая важность данного текста для нашей темы, мы были вынуждены использовать перевод И.Шмидта. Heissig W. Die Familien- und Kirchengeschichtsschreibung der Mongolen. - S. 97.

В 1368 году после изгнания монголов из Китая по традиции была начата и за 100 дней написана официальная история монгольской династии Юань - "Юань-пти". По мнению монгольского ученого Ш.Бира, некоторые части "Юань-Ши" создавались уже начиная со времени правления монгольского великого хана Хубилая (1260-1294 гг.)А' Блестящий китаевед первой половины прошлого века о.Иакинф (Бичурин) составил на русском языке "Историю первых четырех ханов из дома Чингисова", которая бьша извлечением из "Юань-Ши" и, в меньшей мере, из китайской истории "Tam-My"^'* Произведение Бичурина охватывает период времени с рождения Чингис-хана до смерти великого хана Менгу (то есть с 1255 или 1267 года по 1359 год).

Ш.Бира полагал, что по своим источникам "Юань-Ши" является историческим сочинением не столько Минской, сколько Юаньской династии, то есть основана на источниках преимущественно монгольского, нежели китайского происхождения.На наш взгляд, ученый все же преувеличил роль монгольского компонента в Юань-Ши, которая существенно отличается по содержанию и стилю от дошедших до нас монгольских хроник. В "Юань-Ши" встречаются ценные сведения о религиозных представлениях монголов, обрядах при дворе великих ханов и об их конфессиональной политике. г) Арабские и персидские исторические сочинения.

Сведения о монгольском нашествии на Среднюю Азию в 1219-1221 гг. и о походе монгольских военачальников Джебе и Субедея на Закавказье и Дешт-и-Кипчак в 12211223 гг. содержатся в труде современника этих событий, арабского историка Ибн ал-Ac^a.AA По нашей теме его сочинению малоинформативно.

Высокопоставленный чиновник и выдающийся персидский историк ан-Насави составил "Жизнеописание" султана Джалал-ад-Дина, сына хорезмшаха Мухаммеда и смертельного врага монголов.'' "Жизнеописание" содержит богатый материал о завоевании монголами Средней Азии, Ирана, Ирака и Закавказья. Автор - современник

Вира Ш. Монгольская историография (XII1-XVII вв.) - М., 1978 - С. 107-108.

Иакинф (Бичурин). История первых четырёх ханов из дома Чингисова. - Спб., 1829.

БираШ. Указ.соч.-С. 108.

Материалы по истории Азербайджана из Тарих-ал-Камиль (полного свода истории) Ибн-ал-Асира / Пер. и комм. П.К.Жузе. - Баку, 1940. Ан-Насави. Сират ас-султан Джалал ад-Дин Манкбурны (Жизнеописание султана Джалал ад-Дина Манкбурны)/ Критич. текст, перевод, пред., комм., прим. и указатели З.М.Буниятова. - М., 1996. описываемых событий, его труд носит мемуарный характер. "Жизнеописание" было написано в 40-е гг. ХШ в.А' О религиозной политике завоевателей и об их верованиях ан-Насави сообщает, к сожалению, весьма мало сведений.

Другой важный источник о монголах - "История завоевателя мира" (то есть Чингис-хана) Ата-Малика Джувейни, написанная в 1252/1253-1260 гг.'"° "История" охватывает события со времени жизни Чингис-хана до 1256 г. Джувейни занимал одну из крупнейщих должностей при монгольских ханах Хулагуидах в Иране и происходил из местной семьи высших сановников. Дж.А.Бойл полагал, что большую часть информации о монголах автор приобрел в поездках ко двору великих ханов и во время пребывания при дворах ханов в Иране.'"' Кроме того, Джувейни слышал рассказы очевидцев - его дед служил еще Хорезмшаху Мухаммеду и его сыну Джелал-ад-Дину. Личное отношение этого автора к завоевателям-монголам было заметно противоречиво. Дж.А.Бойл так охарактеризовал позицию Джувейни: "Он, будучи на службе у монголов, не мог оценивать вторжение как величайшее зло, а на деле пытается оправдать его как выполнение божественной воли".'"А И еще: Джувейни "не пытается особо скрыть свое предпочтение мусульманского прошлого монгольскому настоящему".'"А По нашему мнению, при характеристике религиозных воззрений монголов Джувейни рассматривает их как будущих мусульман, что оправдало бы служение семьи автора новым хозяевам (впрочем, во времена жизни автора многие монголы державы Хулагуидов действительно обратились в ислам). Не допуская откровенных нападок на монгольскую языческую религию, Джувейни рассматривает ее как некоторое неопределенное состояние, предшествующее принятию потомками Чингис-хана "истинной веры" - ислама.

Наиболее объемный исторический труд о Монгольской империи представляет собой "Сборник летописей" великого историка Рашид-ад-Дина.* Придворный врач, а позднее великий визирь хана Газана, правителя государства Хулагуидов, Рашид-ад-Дин поставил цель создать полную историю предков Газана, с древности до своего времени (то есть до рубежа XIII-XIV вв.). К написанию своего труда Рашид-ад-дин приступил в 1300/01 г., в 1307 г. он преподнес его хану Улджейту, сыну Газана, но еще до 1310/11 г.

Там же. - С. 29.

Там же. - С. 28-29.

Juvaini. The history ofthe world-conquerer / Trans, by J.A.Boyle. - Manchester, 1958. Ibid. - P. XXVIl. '"a Ibid. - P. XXIX. '"' Ibid. - P. XXXI. он дописывал некоторые части.'"а Являясь одним из образованнейших людей своего времени, Рашид-ад-Дин использовал при написании этого труда многочисленные письменные источники и сведения специалистов. Среди источников своего труда он упоминал летописи в ханской сокровищнице монгольских правителей Ирана и в хранилищях эмиров.'"а Среди других письменных источников Рашид-ад-Дина исследователи называли несохранившуюся до наших дней официальную монгольскую историю "Алтай дептэр" ("Золотая тетрадь") и "Историю" Джувейни.'"' Необходимо упомянуть и ученых из разных стран, которые жили при дворе Газана и, видимо, предоставляли важную информацию. Из знатоков истории, к чьим знаниям обращался Рашид-ад-Дин при создании своего труда, следует назвать монгольского сановника Пулада, самого хана Газана и двух китайских ученых (последние писали разделы по китайской истории).'"' Таким образом, автор располагал очень широкой источниковой базой для написания истории монголов.

И.П.Петрушевский писал в предисловии к "Сборнику летописей": "Этнические связи, социальная жизнь, быт, обычное право и предания кочевников изложены Рашид-ад-дином с такой полнотой и точностью, которой мы не найдем ни в каком другом из источников по данной проблеме"."" С этой оценкой следует согласиться, с тем одним примечанием, что не менее богатый материал о жизни монголов ХП-ХШ вв. содержит рассмотренное выше "Сокровенное сказание". По мнению И.П.Петрушевского, Рашид-ад-Дин в описании других религий был объективен и чужд религиозного фанатизма.'" Недоброжелательность была для него характерна лишь по отношению к "неверным" при описании конфликтов мусульман с буддистами. Рашид-ад-Дин писал о монгольских верованиях там, где это было необходимо по ходу повествования, и в основном достаточно доброжелательно."а Терпимое отношение автора к язычеству монголов делает "Сборник летописей" особо ценным источником. "Сборник летописей" содержит Рашид-ад-дин. Сборник летописей. В 4 т. - М.-Л., 1946-1960. а Ромаскевич A. A. Персидские источники по истории туркмен и Туркмении X - X V вв. // Материалы по истории туркмен и Туркмении: в 2 т. - Т. I - Арабские и персидские источники. - М.-Л., 1939 - С. 53. а Рашид-ад-дин. Сборник летописей. - Т. I - Кн. 1 - С. 41. '"' Там же. - С.25-26; Ромаскевич A.A. Указ. соч. - С. 53. '"А Ромаскевич A.A. Указ. соч. - С. 53. Рашид-ад-дин. Сборник летописей. - Т. 1 - Кн.1 - С. 25-28. "Тамже.-С.27.

Тамже.-С.36. ценнейшие сведения о государственной религиозной политике в Монгольской империи, об указах великих ханов, устанавливавших привилегии священнослужителей разных конфессий.

Основной комплекс данных об истории Золотой Орды содержится в сочинениях арабских и персидских авторов, изданных В.Г.Тизенгаузеном в "Сборнике материалов, относящихся к истории Золотой Орды". В 1884 г. вышел первый том - извлечения из 26 арабских сочинений. "а Это преимущественно труды энциклопедического характера, в которых отдельные разделы были посвящены истории и правилам дипломатической переписки с золотоордынскими правителями. Авторы - большей частью писатели мамлюкского Египта 1258-1516 гг.: Золотая Орда поддерживала дружественные отношения с Мамлюками, происходил обмен послами и заключались договоры. Союз Золотой Орды и Египта был направлен против государства Хулагуидов в Иране. Исследовавшая этот комплекс источников И.Г.Коновалова отметила его главные особенности: "Авторами энциклопедий были высокопоставленные чиновники, создававшие свои произведения как пособия по всем отраслям знания, призванные обеспечить успешное выполнение административных обязанностей. Хорошо осведомленные по роду службы в делах султанской администрации, авторы энциклопедий широко использовали архивные материалы."."'' Ими приводятся сведения о важных событиях политической жизни Золотой Орды, особое внимание при этом обращалось на процесс ее исламизации.

Среди авторов надо назвать крупных египетских чиновников и зАеных XIII - нач. XV в. Рукнеддина (Рукн-ад-Дина) Бейбарса, Эннувейри (ан-Нувайри), Эльбирзали, Эломари (ал-Омари), Ибндукмака, Ибнельфората, Ибнхальдуна. Они, находясь на государственной службе, черпали сведения о Золотой Орде из устных и письменных источников: от членов посольств и из государственных архивов. К этой же плеяде относились анонимные авторы биографий египетских султанов Эльмелик-Эльмансура Калавуна и Эльмелик-Эннасыра. Сведения египетских авторов во многом пересекаются, нередко встречаются идентичные куски текста: авторы пользовались одними и теми же источниками или трудами своих предшественников. При изучении этих сочинений

Исключение составляет случай с монгольским шаманом Кокочу Тоб-Тенгри, который был убит по приказу Чингис-хана, - Рашид-ад-Дин называет шамана обманщиком (Там же.-С.167-168).

•а В.Г.Тизенгаузен. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. - Т. 1 -Извлечения из сочинений арабских. - СПб., 1884. следует иметь в виду их склонность к преувеличению масштабов исламизации Золотой Орды. Это было вызвано стремлением представить улус Джучи союзным Египту исламским государством - в противовес улусу Хулагу, где правили ханы-язычники (впрочем, потом и Хулагуиды приняли ислам), а также письмами ордынских ханов-мусульман к мамлюкским султанам, в которых успехи ислама в Орде преувеличивались.

Второй том - извлечения из персидских сочинений - был издан в 1941 г. С.Л.Волиным и А.А.Ромаскевичем на основе переводов В.Г.Тизенгаузена."А Здесь приведены относящиеся к истории Золотой Орды отрывки из трудов известных историков Джузджани, Джувейни, Рашид-ад-Дина, Хамдаллаха Казвини и его продолжателей, из "Истории Вассафа", "Анонима Искандера", "Продолжения сборника летописей" и других. Среди них особо следует отметить труд персидского историка Джузджани "Насировы разряды", написанный в 1259/60 году. Автор, бежавший из страха перед монголами в Индию и получивший должность при дворе Делийского султана, сообщает уникальные сведения о принятии ислама ханом Золотой Орды Берке. Он их почерпнул от послов Берке, приехавших в Делийский султанат в 1233/34 г. Эти данные об успехах ислама при Берке, очевидно, преувеличены, к ним необходимо относится с осторожностью.

Двухтомник В.Г.Тизенгаузена содержит основную информацию об истории Золотой Орды, в частности, об истории религиозной. Русско-ордынские отношения не интересовали арабских и персидских авторов, поэтому по этой теме издание сведений практически не содержит. д) Армянские и сирийские исторические сочинения.

В случаях, когда авторами письменных источников по истории монголов XIII-начала XIV вв. были представители христианского духовенства, данные сочинения содержали крупные массивы информации по нашей теме. К таким источникам относятся переведенные во второй половине прошлого века К.П.Паткановым и в наше время А.Г.Галстяном и Л.Х.Тер-Мкртичян части "Историй" армянских авторов: Магакии, Вардана Вардапета, Киракоса Гандзакеци, Стефана Орбелиана, Себастаци, Гетума

Коновалова И.Г. Арабские источники Х11-Х1У вв. по истории Карпато-Днестровских земель // Древнейшие государства на территории СССР. 1990 год. - М., 1991 - С. 72-73.

В.Г.Тизенгаузен. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. - Т.П -Извлечения из персидских сочинений. - М.-Л.,1941.

Патмича и других." а Эти авторы описывали события XIII века - времена монгольского нашествия и царствования Хулагуидов в Иране и Закавказье Ильханов. Первое вторжение монголов в Армению произошло в 1220 г.,"' само покорение Армении - в 1236 г."А О религиозной политике монгольских великих ханов известно, в частности, по рассказам о поездках армянского царя Гетума I и его брата Смбата в Каракорум.'" Авторы писали преимугцественно историю церковную, поэтому вопрос монгольских верований и политики ханов по отношению к христианской церкви освещается ими весьма подробно.

История монголов" Магакии написана современником и очевидцем монгольского нашествия, монахом армянской церкви. Автор повествует о событиях времени первого появления монголов (1220 г.) и завоевания Армении (1236 г.) и до середины XIII века.

Монах Киракос, происходивший из Гянджа, имел хорошую возможность отразить в своей "Истории" некоторые обычаи и верования завоевателей, поскольку привлекался в качестве переводчика и писца при монгольском войске. Он описал события 1220-х - 1265 гг.

Богатую информацию предоставляет "Всеобщая история" Вардана Великого. Ученый монах, имевший звание "вардапета" (примерно равноценно доктору богословия), он, хотя и не был епископом, пользовался большим влиянием по причине своей образованности и активной деятельности. Опубликованная К.П.Паткановым часть "Истории" Вардана охватывает период с 1219 по 1266 гг. Отметим, что автор был участником многих описываемых им событий (например, визиты к хану Хулагу и беседы с ним) и, как видный церковный деятель, был очень хорошо информирован.

Стефан, митрополит Сюнийский, происходил из княжеского рода Орбелиан. Имея в виду написать прежде всего историю рода Орбелиан, автор повествует о событиях времени монгольского завоевания Армении и до правления Газан-хана (1295

История монголов инока Магакии, XIII века/Пер. и объяснения К.П.Патканова. -Спб.,1871; История монголов по армянским источникам/ Пер. К.П.Патканова. - Вьш.1 -Извлечения из трудов Вардана, Стефана Орбелиана и Конетабля Сембата. - Спб.,1873; Вьш.2 - Извлечения из истории Киракоса Гандзакеци. - Спб.,1874; Армянские источники о монголах. Извлечение из рукописей XIII-XIV вв./ Пер., предисл. и прим. А.Г.Галстяна. - М., 1962; Тер-Мкртичан Л.Х. Армянские источники о Средней Азии VIII-XVIII вв. - М., 1985. Эту дату указал К.П.Патканов и с ним согласился А.Г.Галстян (История монголов по армянским источникам. - Вып.1 - С. V.; Армянские источники о монголах. - С.12).

Армянские источники о монголах. . - С. 14-15. '" Армянские источники о монголах. .

1304). Как и "История" Вар дана, сочинение Стефана содержит массу сведений о монгольской вере и церковной политике ханов.

В сочинениях указанных авторов, христианских монахов разного звания, существуют схожие тенденции при освещении событий, имеющих отношение к жизни Армянской церкви. Они склонны преувеличивать благожелательное отношение отдельных ханов к христианам, подробно описывают их действия, направленные на благо церкви, старательно приводят слова ханов, в которых проявляется уважение к христианскому духовенству. Иные веры (язычество, буддизм, ислам) описываются в основном с позиции отрицания (исключение составляет Стефан, когда он уважительно называет врага христиан мусульманина Науруза "хитрым и непобедимым"'А").

Помимо армян, под властью монгольских ханов-Хулагуидов оказались несториане Передней и Средней Азии. Сирийская "История мар Ябалахи Ш и раббан Саумы" повествует о жизни и деятельности несторианского католикоса (патриарха) Ябалахи III и его сподвижника Саумы. Написание этого сочинения относится ко времени непосредственно после смерти католикоса (1317 г.). "История" была написана на сирийском языке клириком из окружения Ябалахи III, но само имя автора остается неизвестным.'АА В этом труде находит отражение история Несторианской церкви в Иране, Ираке, Закавказье в 1245-1317 гг. (время монгольского владычества). В центре повествования - два прибывших из Китая несторианских монаха, один из которых был избран католикосом несториан (его резиденция традиционно находилась в Багдаде), а другой стал известным церковным деятелем и путешествовал на Запад с дипломатической миссией от монгольского хана.

Н.В.Пигулевская определила жанр данной "Истории" следующим образом: "Это биография, имевшая целью прославить то или другое лицо, но здесь же находили отражение и различные события и факты".'А' Автор "Истории" описывал исторические события со слов очевидцев и современников, мог участвовать в некоторых из них сам; кроме того, им были использованы путевые записи Саумы - для части, где речь идет о путешествии последнего на Запад.'а'' "Достоверность сообщений "Истории" не вызывает

История монголов по армянским источникам. - Вьш.1 - С. 57. 'А' История мар Ябалахи III и раббан Саумы. Исследование, пер. и прим. Н.В.Пигулевской. - М.,1958. - С. 19. аа Там же. 'ААТамже.-С. 16. 'ААТамже.-С.20-21. сомнений," - столь высокую оценку дала этому источнику Н.В.Пигулевская.'АА С этим мнением можно в целом согласится, но с определенными оговорками. Во-первых, автор оценивал события с позиций христианского духовенства и давал соответствующие моральные и эмоциональные оценки происходящим событиям; во-вторых, следует иметь в виду и одну из главных целей "Истории" - прославление католикоса Map Ябалахи, что обусловило ее апологетический характер; в-третьих, как и армянские монахи, сирийский автор данного сочинения был склонен несколько преувеличивать расположение монгольских ханов к христианам. Однако в целом материал по истории отношений ханов-Хулагуидов с Несторианской церковью представляется в основном достоверным. е) Западноевропейские хроники.

В "Великой хронике" английского хрониста Матфея Парижского (около 12001259) содержатся сведения, известные европейцам XIII века о монголах. 'аа Монах бенедиктинского монастыря в Сент-Облане, автор собрал многочисленные документы и известия о кочевых завоевателях, которые в 1241 г. вторглись на территорию Венгрии и Польши, вызвав настоящую панику среди европейских правителей. Собственно Матфею целиком принадлежит часть "Хроники" с 1235 до 1259 г. В "Хронике" приведены письма европейских правителей и церковных деятелей, которые призывали к объединению сил христианской Европы для сопротивления монголам и сообщали важную информацию о грозном противнике.

Из "Хроники" мы узнаем о некоем Петре, архиепископе русском, который прибыл на Лионский собор 1245 г., предлагал западным правителям выступить против завоевателей, рассказывал о хитростях и обычаях монголов. О Петре повествует также другой английский источник - Анналы Бертонского монастыря (кон. XIII в.). По мнению В.Т.Пашуто, Петр - это игумен киевского Спасского монастыря на Берестовом Петр Акерович, которого князь Михаил Черниговский назначил митрополитом и отправил к Папе Римскому с предложением о союзе против монголов. Версия В.Т.Пашуто может быть принята как одно из возможных решений проблемы личности Петра.

Тамже.-С.23. аа Матузова В.И. Английские средневековые источники 1Х-Х111 вв. Тексты, перевод, комментарий. -М., 1979.

Там же. аа Пашуто В.Т. Очерки по истории Галицко-Волынской Руси. - М., 1950 - С. 62.

2. Записки путешественников, а)Западноевропейские.

После монголо-татарского нашествия 1240-1242 гг. на Восточную Европу и продвижения монголов на Ближний Восток западные государства стали проявлять огромный интерес к новой империи на Востоке. Близость монголов к государствам крестоносцев в Сирии и Палестине и возможность военного союза против египетского султана, христианская проповедь среди монголов были важнейшими вопросами, вставшими перед правителями Европы.

Сохранились путевые записки различных западных миссий к монголам.'а' Для нашей темы наиболее важны "История монголов" Плано Карпини, "Путешествие в восточные страны" Вильгельма (Гийома) де Рубрука и "Книга Марко Поло".''"

Монах-францисканец Плано Карпини с миссией от Папы Римского совершил путешествие в ставку великого хана Гуюка в 1245-1247 гг. Другой монах того же ордена, Вильгельм (Гийом) де Рубрук по поручению французского короля-крестоносца Людовика IX Святого добрался до ставки следуюш;его великого хана Менгу уже в 12531255 гг. Обоих путешественников отличает большая точность записей, высокая степень добросовестности работы - ведь монахи выполняли важное задание короля и Папы: привезти точную информацию о неизвестном народе монголов. Выяснение возможности союза с монголами и их христианизации было первейшей задачей этих путешественников. Во многом поэтому в данных источниках мы находим важные сведения по вере монголов, характеристику отношения ханов к разным конфессиям.

Говоря о добросовестности Рубрука, необходимо отметить один важный момент: в его описании несторианские священники при дворе великого хана предстают темными в вопросах веры людьми, фактически не заслуживающими того, чтобы читатель назвал их христианами. Несториане имели большой вес в Монгольской империи, многие ханши и сановники исповедовали христианство несторианского толка. При настороженном отношении католиков к несторианам (равно как и последних к католикам) их негативная

•А' Список западных миссий к монголам см. в: Rachewiltz J. Papal envoys to the Great Khans. - Stanford, 1971 - P. 16. Плано Карпини. История монгалов. Г. де Рубрук. Путешествие в Восточные страны. Книга Марко Поло / Пер. А.И.Малеина и И.П.Минаева; вступ. ст., комм. М.Б.Горнунга. -М.,1997. оценка Рубруком не должна нас удивлять; монгольские же языческие верования путешественник описал достаточно беспристрастно.

Марко Поло, происходивший из венецианской купеческой семьи, продиктовал свои воспоминания в 1298 г. Путешествия на Восток семьи Поло (его самого, а также отца и брата) относятся ко второй половине ХШ в. Марко Поло прожил много лет в Монгольской империи при великом хане Хубилае и был неплохо осведомлен о жизни монголов. Правда, воспоминания автора носят порой бессистемный характер и представляют собой большей частью известия о "диковинках" Востока. Научная дискуссия о достоверности сообш:ений "Книги Марко Поло" закончилась признанием подавляющим большинством историков правдивости автора и самого факта путешествия Марко Поло на Восток.

Некоторые сведения о религиозной ситуации в Поволжье содержат известия венгерских католических миссионеров ХШ и XIV вв. Доминиканец Юлиан два раза ездил в Поволжье и Волжскую Булгарию в 1235-1238 гг."' Сохранилась запись его рассказа о первом путешествии и его письмо епископу Перуджи о второй поездке. Францисканец Иоганка несколько лет проповедовал среди народов Поволжья, в основном среди башкир (в "стране баскардов") в 1310-х годах. Его письмо генералу ордена с рассказом об успехах христианизации и призывом расширить проповедь среди монголов и местного населения датируется 1320 г.'''А Успехи католической миссии Иоганка, видимо, сильно преувеличил.

Интересные сведения об истории францисканской христианской миссии в г. Алмалыке (Джагатайский улус) в 1330-х годах содержатся в сочинениях современников, монахов-францисканцев. Это письма миссионеров Пасхалия и Джованни Мариньоли, которые проповедовали среди монголов, а также сочинение "О подобии жизни блж. Франциска жизни Господа Христа" Варфоломея Пизанского.'АА б) Арабские.

Аннинский C A . Известия венгерских миссионеров XIII-XIV вв. о татарах и Восточной Европе // Исторический архив. - III - М.-Л., 1940. Там же.

•'а Купцы и миссионеры Западной Европы в Кульдже// Каспийский транзит. - Т. I (Альманах "Арабески истории". - вып. V-VI).

Важнейший источник об истории Золотой Орды времени хана Узбека - это воспоминания великого арабского путешественника Ибн Баттуты (1304-1377)/а'* Они были записаны и художественно обработаны Ибн Джузаем в 1355-1356 г. и получили название "Подарок созерцающим о диковинках городов и чудесах странствий" (в литературе обычно назьшается просто "Путешествие" Ибн Батутты).*'А В 1334 г. путешественник был в Золотой Орде при хане Узбеке, который ввел ислам в качестве государственной религии.''а Впоследствии Ибн Батутта продиктовал свои воспоминания об этом посещении. Это наиболее богатый источник об исламизации Орды при Узбеке: Ибн Батутта, сам мусульманский ученый-законовед, всегда обращал внимание на культурные и религиозные достопримечательности разных городов и местностей, как то мечети, медресе, известные исламские ученые-законоведы и др. Хронология воспоминаний Ибн Батутты нарушена, но его сведения в целом отличаются правдивостью и отсутствием преувеличений.*'' в) Китайские.

Важную роль в изучении монгольского государства XIII века играют записки китайских путешественников. Авторы описывают в основном те обычаи и порядки, которые видели сами. Нами были использованы три китайских источника. Авторы "Полного описания монголо-татар" и "Кратких сведений о черных монголах" имели целью описать жизнь монголов, поэтому данные сочинения содержат ценную информацию о монгольских верованиях. Автор "Описания путешествия на Запад" Чан-Чуна записал путевые впечатления, своего рода журнал путешествия, не интересуясь порядками и обычаями других народов, в том числе и монголов.

Полное описание монголо-татар" ("Мэн-да бэй-лу") было создано, видимо, сунским чиновником Чжао Хуном, который в 1221 г. побывал в г.Яньцзинь в Северном

Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. - Т. I -Спб., 1884.

Крачковский И.Ю. Арабская географическая литература. В кн.: Избр. соч. - Т. IV - М.-Л., 1957. - С. 422.

Тимофеев И.В. Ибн Батутта. - М., 1983. - (Жизнь замечательных людей. Сер. бйогр.) -С. 165, 189.

Существенная хронологическая неувязка в 10 лет касется одной из жен хана Узбека, незаконнорожденной византийской принцессы Баялуни. Согласно воспоминаниям Ибн Батутты, он в 1334 г. сопровождал ее из Орды в Константинополь. Но если верить сообщению Симеоновской летописи, "Озбякова царица Боялынь" умерла в 1323/1324 году (6831 г. по мартовскому стилю): ПСРЛ. - Т. XVIII - с. 89.

1 т о

Китае с миссией к монголам от сунского императора. Автор пишет о монгольском обществе, многое сообщает о верованиях (в основном в главе "Жертвоприношения").

Краткие сведения о черных татарах" ("Хэй да ши люе") - путевые записки посетивших Монголию сунских дипломатов Пэн Да-я (в 1233 г.) и Сюй Тина (в 12351236 гг.)."' Работа над "Краткими сведениями" была закончена в 1237 г. Помимо прочего, авторы описали многие встретившиеся им монгольские обычаи.

Описание путешествия на Запад" ("Си ю цзы") рассказывает о поездке, которую совершил даосский монах Чан Чун к Чингис-хану по приказу последнего: великий хан хотел узнать у даоса секрет бессмертия.''*" Путешествие длилось в течении 1220-1224 гг.''" Путевые записки вел ученик Чан Чуна, перемежая повествование религиозными стихами. Путешествие Чан Чуна - это один из ярчайших примеров отношения монгольских ханов к иным конфессиям.

3. Ярлыки ханов Золотой Орды Русской церкви.

Важнейшее значение для исследования религиозной политики Золотой Орды на Руси имеют ярлыки ханов русским митрополитам. Это архисложный и все еще не в полной мере использованный комплекс источников. Ярлыки сохранились в поздних списках, которые содержат искаженный текст первоначальных ярлыков; кроме того, под вопрос ставится достоверность многих из них. Ярлыки были написаны на уйгурском или тюркском языке во второй половине Х111-Х1У вв., затем переведены на русский язык, долгое время хранились в митрополичьей канцелярии, после чего были переписаны и отредактированы в первой половине XV века. По мнению современного исследователя А.И.Плигузова - видимо в 10-х годах XV века.''*А

Мэн-да бэй-лу. Полное описание монголо-татар/Пер., введ., комм, и прим. Н.Ц.Мункуева. - М.,1975.

•'' Пэн Да-я, Сюй Тин. Краткие сведения о чёрных татарах /Публикация Линь Кюн-и и Н.Ц.Мункуева // Проблемы востоковедения. - 1960 - №5. Си ю цзы или описание путешествия на Запад/ Пер., прим. Палладия (Кафарова). В кн.: Труды членов Российской духовной миссии с Пекине. - T.IV - Спб.,1866. ''" Кычанов Е.И. Жизнь Темучжина, думавшего покорить мир. - С.ЗЗ. а Плигузов А. И. Древнейший список краткого собрания ярлыков, данных ордынскими ханами русским митрополитам // Русский феодальный архив XlV-nep. трети XVI в. -вып. III - С. 583. Плигузов А.И. Хорошкевич А.Л. Русская церковь и антиордынская борьба в XIII-XV вв. (по материалам краткого собрания ханских ярлыков русским митрополитам) //Церковь, общество и государство в феодальной России: Сб. ст. - М., 1990.-С. 88.

В то же время это уникальный источник о религиозной политике монголов: иных текстов ярлыков монгольских ханов служителям культов почти не сохранилось, есть только отдельные краткие описания таких документов или прав, предоставляемых монголами священнослужителям.

Крупными вехами в изучении ярлыков были работа М.Д.Приселкова (1916 г.), публикация ярлыков в "Памятниках русского права" А.А.Зиминым (1955 г.) и серия работ современного исследователя А.П.Григорьева в 80-х-90-х годах.

М.Д.Приселков произвел исследование существующих списков ярлыков в древнерусских рукописях, вьщелил краткую и полнуто коллекции ярлыков.''*а Ученый убедительно показал, что полная коллекция была составлена на основе краткой коллекции: ее составитель расширил текст ярлыков краткой коллекции, добавил ярлык хана Узбека митрополиту Петру, списав его с ярлыка Менгу-Тимура, добавил известие о поездке Петра к Узбеку из Никоновской летописи.''*'' Эти выводы ученого были приняты последующими исследователями. Краткую коллекцию М.Д.Приселков считал верным переводом оригинала; она состоит из заглавия, послесловия и шести ярлыков: 1. Тюляка Михаилу, 2. Тайдулы Иоану, 3. Менгу-Тимура, 4. Тайдулы Феогносту, 5. Бердибека Алексею, 6. Тайдулы Алексею.

М.Д.Приселков высказал также мнение о существовании ярлыка хана Тохты митрополиту Петру от 1308 г, следы которого он обнаружил в тексте ярлыков Тюляка и Бердибека.'''А Авторитет ученого, знатока русских источников, побудил последующих исследователей принять эту гипотезу или, как минимум, не оспаривать ее. Между тем, она основана лишь на прочтении М.Д.Приселковым в ярлыках Тюляка и Бердибека даты 12 апреля 1308 г. по мусульманскому летоисчислению, из чего он сделал вывод о составлении ярлыка для митрополита Петра после его поставления в 1308 г., когда ханом был Тохта. Это мнение М.Д.Приселкова представляется нам недостаточно обоснованным.

Научная публикация краткой коллекции ярлыков А.А.Зиминым в "Памятниках русского права" сделало эту группу источников доступной для широкого научного изучения (данное издание были использовано в диссертации).'''А В основу публикации был положен список ГБЛ Троицкий 765 с разночтениями по другим спискам. В 1987 г.

Приселков М.Д. Ханские ярлыки русским митрополитам. - Пг., 1916. 'аа Там же.-С. 42-43. '''а Там же. - С. 46-47. а Памятники русского права. - Вьш.З. - Памятники права периода образования русского централизованного государства Х1У-ХУ вв./ Под.ред. Л.В.Черепнина. - М.,1955.

А.И.Плигузов подготовил новое научное издание краткой коллекции с соблюдением особенностей орфографии оригинала на основе списка Троицкий 177, который ученый

147 считает древнейшим.

Современный ученый А.П.Григорьев сравнил ярлыки с многочисленными памятниками дипломатики монгольских ханов и разрешил ряд важных проблем данного источника.''*А Его работы прояснили датировки ярлыков, определили их общий формуляр, разъяснили значение делопроизводственных оборотов, употреблявшихся в ярлыках, как и в других монгольских актах. В диссертации была использована датировка ярлыков, предложенная А.П.Григорьевым.

Исследованию ярлыков препятствовал междисциплинарный характер проблемы, которая лежит на стыке двух отраслей исторической науки: востоковедения и русской истории. Так, исследование знатока русского летописания М.Д.Приселкова было скептически встречено рецензией известного востоковеда Н.И.Веселовского.*'*' Согласно мнению рецензента, сохранившиеся ярлыки - это сомнительный перевод в поздних списках, на основании которого нельзя делать столь далеко идущие выводы, как в исследовании М.Д.Приселкова. Впрочем, на наш взгляд, Н.И.Веселовский не оценил огромные преимущества метода сравнительного исследования древнерусских нарративных источников, блестяще примененного А.А.Шахматовым и М.Д.Приселковым при изучении летописей.

В работах специалиста в области дипломатики Монгольской империи А.П.Григорьева был произведен сравнительный анализ ярлыков и других актов монгольских правителей ХШ-ХА вв., удалены многие "белые пятна" этого источника. Однако недостаточно глубокое знакомство автора с русскими источниками препятствовало дальнейшему изучению ярлыков. 'а". Многие выводы автора, не

Плигузов А.И. Древнейший список краткого собрания ярлыков, данных ордынскими ханами русским митрополитам // Русский феодальный архив XIV-первой трети XVI в. -Вып. 3 -М., 1987. ааа Григорьев A.n. 1) Обращение в золотоордынских ярлыках XIII-XIV вв. // Востоковедение. - Вып. 7 - Л., 1980; 2) К реконструкции текстов золотоордынских ярлыков XIII-XIV вв. // Историография и источниковедение истории стран Азии и Африки, (далее ИИИСАА) - Вып. 5 - Л., 1980; 3) Дополнение к "Монгольской дипломатике XIII-XV вв." // ИИИСАА, - Вып. 6 - Л., 1982; 4) Время составления краткой коллекции ханских ярлыков русским митрополитам. // ИИИСАА. - Вып. 9 - Л., 1985.

Веселовский Н.И. Рецензия на книгу М.Д.Приселкова "Ханские ярлыки русским митрополитам" // Журнал Министерства народного просвещения. - 1917 - № 3-4 - Пг., 1917.

Это отметили А.И.Плигузов и А.Л.Хорошкевич. (Плигузов А.И., Хорошкевич А.Л. Русская церковь и антиордынская борьба в XIII-XV вв. - С. 86-87). относящиеся к сфере востоковедения, слабо аргументированы. Например, бездоказательна версия сложения краткой коллекции ярлыков при Митяе и, в конечном виде, при Ионе в 50-х гг. XVI в.;'А' интересна, но также бездоказательна версия о выдаче Тайдулы проезжей грамоты епископу Сарайскому Ивану в 1347 г. для поездки в Галицию в связи с ликвидацией Галицкой митрополии.

Междисциплинарный характер проблемы и плохая сохранность первоначального текста ярлыков требуют осторожного, взвешенного подхода к их использованию. Приведем следующий, весьма важный пример. В ярлыках ханы обращаются к различным должностным лицам, которые обязаны были соблюдать определенные права Русской церкви. В перечне должностных лиц в ярлыках встречаются "соколники" и "пардусники". Исследователи средневековой Руси пытались объяснить значение этих должностей, исходя из данных древнерусских источников. "Сокольники" и "пардусники", по их мнению, ведали выведением охотничьих соколов и даже леопардов. Но тогда совсем неясно, какое отношение они имели к правам митрополита и церкви. Н.И.Веселовский отнес эти слова к неудовлетворительному качеству перевода и решил, что на его основании едва ли можно делать четкие выводы.'А'

По нашему предположению, "соколники" и "пардусники" - чины монгольской администрации, обладающие пайцзами с изображением сокола и тигра соответственно. Марко Поло сообщает о дщицах с изображением льва или кречета, о том, что срочному гонцу давалась дщица с кречетом.'а'* Не случайно эти должности стоят в тексте ярлыков следом за "мимохожими послами", которые, очевидно, и могли иметь такие пайцзы. Заметим, что в ярлыке Менгу-Темура "соколники и пардусники" упоминаются два раза: сначала в перечне чинов монгольской администрации, затем в не совсем ясном разделе о неприкосновенности церковных мастеров, который А.П.Григорьев считает поздней интерполяцией.'АА Однако это только одно из возможных объяснений двух упомянутых терминов, которое еще раз показывает необходимость дальнейшего источниковедческого изучения ярлыков.

Григорьев A.n. Время составления краткой коллекции ханских ярлыков русским митрополитам. - С. 101-112. ' АЧамже. -С. 124-125. 'а-а Веселовский Н.И. Указ. соч. - С. 120. а'а Плано Карпини. История монгалов. Г. де Рубрук.Путешествие в Восточные страны. Книга Марко Поло. - С. 248-249, 267. аа Памятники русского права. - Вып.З. - С. 467; Григорьев А.П. Время составления краткой коллекции ханских ярлыков русским митрополитам. - С. 131.

Тексты ярлыков пестрят малопонятными местами, которые пока удавалось трактовать лишь с большей, а чаще с меньшей степенью уверенности. В большинстве непонятных мест мы имеем дело, очевидно, с плохим переводом.

Как отмечалось выше, проблема перевода - не единственная сложность при исследовании ярлыков. Некоторые из них носят следы переработки. Первоначально каждый ярлык составлялся в соответствии с определенным формуляром, но в дошедшем до нас ярлыке Менгу-Тимура формуляр нарушен. Во многих ярлыках встречаются повторения и куски текста, которые выглядят как поздние интерполяции. А ярлыки хана Тюляка митрополиту Михаилу и хана Бердибека митрополиту Алексею содержат один и тот же текст: трудно уверенно сказать, какой из них первичный и послужил протографом для другого. По мнению М.Д.Приселкова, в основе этих двух документов лежал несохранившийся ярлык хана Тохты митрополиту Петру.

Ярлык ханши Тайдулы от 1347 г. адресован некоему "митрополиту Иоану", хотя в XIV в. митрополитов с таким именем не было, а русскую церковь в этом году возглавлял Феогност. По предположению А.П.Григорьева, речь идет о епископе Сарая Иоане, который занимал кафедру примерно в это время.'" Гипотеза интересная, но проверить ее истинность нельзя. Этот ярлык значительно отличается от других, возможно, он касался только взаимоотношений митрополичьей и княжеской властей. 'аа

Ярлыки носят указания на существование других, более ранних ярлыков русским митрополитам, однако что это были за ярлыки, когда и кем и кому вьщаны - неизвестно. Вероятно, существовал ярлык хана Джанибека митрополиту Феогносту - на него есть ссылка в ярлыке Тайдулы.'

Ярлыки золотоордынских ханов Русской церкви - уникальный источник, почти не имеющий аналогов. Но их данные могут быть дополнены двумя другими подобными документами. Первый - это сокращенный пересказ ярлыка Чингис-хана даосскому монаху Чан-Чуну, приведенный в конце "Описания путешествия на Запад".'а" Второй

156 Приселков М.Д. Ханские ярлыки ярлыки русским митрополитам. - С. 46-47. '" Григорьев A.n. Время составления краткой коллекции ханских ярлыков русским митрополитам. - С. 121-122. аа Так полагают А.И.Плигузов и А.Л.Хорошкевич. (Плигузов A.M. Хорошкевич А.Л. Русская церковь и антиордынская борьба в XIII-XV вв. - С. 91). 'А' Памятники русского права. - Вьш.З. - С. 468. Си ю цзы или описание путешествия на Запад.

Жемчужный указ" монгольского великого хана Хубилая от 1264 г., в котором, в частности, перечисляются налоговые привилегии буддийского духовенства.'А'

4. Древнерусские агиографические сочинения.

Ценные сведения о религиозной политике монгольских завоевателей на Руси содержат древнерусские сказания о "царевиче ордынском" Петре и о князе Михаиле Черниговском.

Сказание о блаженном Петре, царевиче ордынском" было опубликовано в прошлом веке на основе двух списков, один из которых составлен не позднее ХУГ в. и второй - в XVII в.'аа Оно повествует о жизни племянника хана Золотой Орды Берке, Петре (умер в 1288 г.),'А' который принял христианство от епископа Кирилла Ростовского и переехал жить в Ростов, став здесь основателем монастыря во имя апостолов Петра и Павла. Кроме того, здесь же рассказывается история взаимоотношений ближайших потомков Петра с ростовскими князьями (до 20-х гг. XIV

Сказание" было написано, возможно, при архиепископе Ростовском Трифоне (1462-1467).'аа Другой вариант его датировки - это середина Х1У-конец XV вв.'аа Знакомство автора с современным ему положением монастыря апостолов Петра и Павла под Ростовом и историей жизни первых потомков царевича Петра позволяет предполагать, что автор жил в самом монастыре, вполне вероятно В1ХУ в.'А' В работе над "Сказанием" могли быть использованы исторические записи, которые велись в монастыре.'АА "Сказание" содержит ценную информацию о контактах ростовских епископов с ханами Золотой Орды. Несмотря на некоторые хронологические несоответствия, степень достоверности данного источника оценивается исследователями

А' Отрывок из него, касаюш;ийся прав буддийского духовенства, опубликован в примечаниях книги монгольского историка Д. Чулууны (Далай Чулууны. Монголия в 1314 вв. - М.,1983 - С. 163). аа Сказание о блаженном Петре, царевиче ордынском// Православный собеседник. -1859 г. - Ч. 1 - март - Казань, 1859 - С.356-376. аа Макарий (Булгаков). История русской церкви. - Кн. 3 - Т. IV и V. - С.80. 'А'* Памятники русской литературы кон.ХУ-нач.ХУ1 вв. - М.,1984. - С. 667. 'аа Сказание о блаженном Петре. - С.359. аа Памятники русской литературы кон.ХУ-нач.ХУ1 вв. - С.667.

А' Сказание о блаженном Петре. - С.368,370. аа Памятники русской литературы кон.ХУ-нач.ХУ1 вв. - С.667. достаточно высоко. Так, его известия о поездках в Орду епископа Игнатия подтверждаются летописными данными.

Уникальные сведения об убийстве в Золотой Орде князя Михаила Всеволодовича Черниговского содержатся в проложных сказаниях о князе Михаиле и в его житиях. При использовании этих источников встает вопрос об определении наиболее древнего варианта (или вариантов) повествования. Исследователь древнерусской агиографии Н.И.Серебрянский назвал древнейшей Ростовскую редакцию краткого жития Михаила и отнес ее создание ко времени ранее 70-х гг. XIII в.'А' Ее автор, по мнению Н.И.Серебрянского, мог слышать свидетельства очевидцев смерти Михаила - князя Бориса Васильковича Ростовского и его бояр."" Общерусскую редакцию краткого жития исследователь полагал обработкой Ростовской редакции и датировал ХУ-ХУ1 веками. Особая редакция краткого жития была создана, по его мнению, на основе Пахомиева жития (житие, написанное Пахомием Логофотом (Сербом) в XV в., не содержит новых исторических фактов и поэтому нами не используется).''а Н.И.Серебрянский выделил также четыре редакции Распространенного проложного сказания о Михаиле Черниговском: Андрея и Иоанна, две производные от них.'" Редакцию Андрея он относил ко ВТ. пол.Х111-нач.Х1У вв., полагая, что она зависит от Ростовской редакции и, видимо, дополнена устной традицией, а редакцию Иоанна он считал обработкой редакции Андрея.''"'

Филолог Н.И.Пак датировала Ростовскую редакцию, как первую по времени, периодом между 1271 и 1277 гг."а Вторая, Пространная редакция* (Распространенное сказание у Н.И.Серебрянского), была создана, по ее мнению, на основе Ростовской редакции в конце XIII в., и в нее для придания повествованию стройности были добавлены факты из летописей."А

Исследователь древнерусской литературы Л.А.Дмитриев выдвинул предположение, что Распространенное сказание (Пространная редакция) было написано

А' Серебрянский Н.И. Древне-русския княжеские жития. (Обзор редакций и тексты).

М., 1915-С.ИО. Тамже.-С. 111. Тамже. - С. 112.

АТамже.-С. 113.

Тамже.-С. 115.

Тамже. -С.115-117.

Пак Н.И. Краткая характеристика редакций повести о Михаиле Черниговском//Литература Древней Руси: Межвузовский сб. научных трудов. - М., 1988. -С.23.

Пак Н.И. Повесть о Михаиле Черниговском . - С.3-4. около ВТ. пол. XIII в. и легло в основу Ростовской редакции."' Обгцерусская и Особая редакции краткого жития, по его мнению, возникли независимо друг от друга и тоже происходили от Распространенного сказания. "а

Одно из последних исследований сказания о Михаиле Черниговском принадлежит А.ВЛаушкину, который отнес создание Ростовской редакции ко времени с конца 50-х гг. и до нач. 70-х гг. XIII в."' А.В.Лаушкин предложил два варианта понимания взаимосвязи ранних редакций сказания о Михаиле Черниговском: "Либо Ростовская редакция восходит к архетипу пространного Сказания (Распространенного сказания - И.Б.) или экстракту из него, либо (что гораздо более реально) памятники друг от друга независимы и имеют общий протограф".'а" Архетип Пространного сказания автор датировал временем с сер. ХШ в. до 1313 г.'А' Он дал свою интерпретацию происхождению известных четырех редакций Пространного сказания: "редакция Андрея" и "редакция Иоанна" - это варианты одной редакции, две другие редакции - это распространение "редакции Андрея" и сокращение "редакции Иоанна"'АА. Редакции: Андрея и Иоанна, распространение Андрея, по его мнению, восходят к одному протографу'

Таким образом, история сложений сказаний об убийстве Михаила Черниговского и его житий во многом остается темой дискуссионной. При использовании этих источников в исследовании необходим тщательный анализ содержащегося в них фактического материала с учетом разных мнений для выявления оригинальных сведений о событиях XIII в.

5. Церковные акты.

Одним из главных источников по истории русской Сарайской епархии являются церковные акты Х111-Х1У вв. Константинопольской Патриархии и Русской церкви.

Дмитриев Л.А. Сказание об убиении в Орде князя Михаила Черниговского и его боярина Феодора // Словарь книжников и книжности Древней Руси. - Вып. II - Ч. 2 - Л., 1989-С.414.

Там же.-С.413-414. Лауп1кин A.B. К истории возникновения ранних проложных сказаний о Михаиле

Черниговском // Вестник МГУ. - Серия 8. История. - 1999 - №6 - М., 1999 - С.24

А"Тамже.-С. 18

А' Тамже.-С. 18 аа Тамже.-С. 14

А' Тамже.-С. 15

О повседневных заботах епархии сообщают "Ответы константинопольского патриаршего собора на вопросы сарайского епископа Феогноста" от 12 августа 1276 г.'А'* Вопросы касаются организации богослужения в специфических условиях жизни в Золотой Орде. Епископ Феогност три раза посещал Константинополь с дипломатическими миссиями от ордынского хана Менгу-Тимура, третья поездка произошла в 1279 г. Пребывание епископа в столице Византии в 1276 г. и его участие в соборе относится к первой или второй поездке. "Ответы" сохранились в греческом варианте и в переводе на русский язык. Русский перевод имеет вдвое большее количество статей (вопросов), чем греческий, и вопрос его происхождения нуждается в исследовании. Он был опубликован по списку Кормчей XVI в.

Грамоты русских митрополитов Феогноста и Алексея на Червленый Яр содержит данные о распространении власти сарайских владык на северо-запад, в междуречье 1

Хопра, Цны и Дона. Датировка грамот неизвестна, уверенно можно ограничиться только годами пребывания на митрополии Феогноста и Алексея - 1328-1353 гг. и 13541378 гг. соответственно.

6. Археологические источники.

Результаты раскопок, производившихся на территории Золотой Орды (главным образом Поволжской археологической экспедицией), дали богатый материал о религиозной истории этого государства. Обнаруженные мечети свидетельствуют о распространении ислама при ханах Узбеке и Джанибеке. Погребения, в основном мусульманские и языческие, также дают представление о глубине и масштабе исламизации в Золотой Орде. Однако раскопки велись в основном в городах Золотой Орды, поэтому о жизни кочевого населения они могут сказать меньше.

Монеты Золотой Орды могут служить важным источником по религиозной истории государства. Легенды (надписи) на монетах часто носили религиозный характер и в определенной мере отражали государственную религию Орды. Однако при использовании ордынских монет как источника по конфессиональной истории необходима крайняя осторожность. При монгольских ханах надписи на монетах не всегда соответствовали положению дел с официальной религией. Так, в государстве

Русская историческая библиотека, издаваемая Археографическою Комиссиею. - Т.УГ - Памятники древне-русскаго канонического права. (Ч. I, памятники Х1-ХУ вв.). - Спб., 1880 -С. 129-140.

Хулагуидов в Иране при ханах-язычниках чеканились монеты с исламскими легендами, встречалась и чеканка с христианскими религиозными надписями/Большинство дирхемов, которые чеканились в Золотой Орде в 60-90-е годы XIII в., имели мусульманские легенды.'А' Однако эти годы приходятся на правление ханов, которые придерживались разных вероисповеданий: язычества, ислама, буддизма. А в XIV в., после хана Узбека, который ввел ислам, мусульманские легенды на золотоордынских 1 оо монетах встречаются, напротив, довольно редко.

Подводя итог обзору источников, можно сделать следуюш;ие выводы. Каждый источник требует индивидуального подхода при его использовании, учета особенностей его возникновения и взглядов автора. Различные привлекаемые нами источники освеш;ают ту или иную область темы исследования, и для создания обш;ей картины необходимо их критическое сопоставление.

Основной материал содержат хроники и исторические сочинения. Русские летописи являются главным источником непосредственно по религиозной политике Золотой Орды на Руси. С ними по значению сопоставимы ярлыки золотоордынских ханов Русской церкви. Для научного использования данных русских летописей необходимо выявить оригинальные известия, что возможно только в контексте исследования обгцей системы взаимосвязей летописных сводов. Монгольские исторические сочинения можно использовать в основном как источник по язычеству монголов, дающий представление о корнях религиозной политики кочевых завоевателей. Некоторые сведения о религии монголов содержат также китайские хроники.

Труды арабских и персидских историков - основной источник по истории Монгольской империи и ее улусов. Для изучения истории Золотой Орды наибольшую ценность имеет двухтомник, подготовленный В.Г.Тизенгаузеном. Арабские и персидские авторы сообщают важные сведения о конфессиональной политике монгольских правителей и об исламизации, в частности, Золотой Орды. Авторы -мусульмане, поэтому к их сообщениям об успехах ислама среди кочевников следует

Там же.-С. 163-172. 'аа Spuler В. Die Mongolen in Iran. - S. 214-215.

Гончаров Е.Ю. Джучидские монеты в контексте тюркской и мусульманской культур, (опубл. в Интернете под www.chat.ru/Towvolga). од

Гончаров Е.Ю. Указ. соч.

64 относиться с осторожностью. Значительно менее богатый материал о монгольской религиозной политике содержат западноевропейские хроники.

Армянские и сирийские истории - важнейший источник по религиозной политике в государстве Хулагуидов, в котором правили монгольские ханы - язычники, затем мусульмане. Кроме того, в этих сочинениях можно найти ценную информацию о языческих верованиях монголов, об их восприятии религий других народов.

Записки путешественников Х1П-Х1У вв. к монголам - источник сведений об обычаях и повседневной жизни кочевых завоевателей, записанный со слов очевидцев -европейцев, арабов и китайцев. Особо важны для понимания монгольского язычества и их отношения к другим конфессиям материалы путешествий монахов Плано Карпини и Вильгельма Рубрука.

Памятники древнерусской агиографии, сказания и жития, сообщают важную информацию о религиозном аспекте русско-ордынских отношений. Церковные акты (Константинопольского Патриархата и Русской церкви) представляют собой важный источник по истории Сарайской епархии.

Уникальными источниками по религиозной истории Золотой Орды являются археологические источники и примыкающие к ним данные нумизматики.

Заключение диссертации по теме "Отечественная история", Белозеров, Иван Валентинович

194 Выводы

Исследование известий источников о разных аспектах религиозной политики Золотой Орды на Руси в ХШ-конце XIV вв. позволяет сделать ряд выводов.

Монгольское нашествие на Русь в 1237-1241 г. было для Русской церкви страшным бедствием, когда все население Руси без каких-либо исключений истреблялось или уводилось в рабство, были разграблены многие церкви и монастыри. После установления зависимости Руси от Золотой Орды "время войны" закончилось, и Русская церковь получила от завоевателей особые права и льготы. Изучение отношений Руси и Орды в период ига показывает, что эти права действовали в мирное время, до возобновления "времени войны": до карательных экспедиций и до начала военного противоборства Московской Руси с Ордой. При карательных походах ордынцев на Русь ("ратях") , по всей видимости, вступали в силу законы "времени войны" и Русская церковь несла огромные потери наравне со всем обществом. Ко "времени войны" Руси с Золотой Ордой относились также нашествия Тохтамыша в 1382 г. и Едигея в 1409 г., набег на Владимир в 1410 г. Сочетание хронологических отрезков "времени войны" (борьбы против власти завоевателей) и "времени мира" (покорности им) в течение XIII-XIV вв. выглядит следующим образом: завоевание 1237-1241 гг. ("время войны") -далее период покорности Руси ("время мира"), прерываемый карательными "ратями" -затем борьба Московской Руси за независимость с конца 1370-х годов ("время войны").

Религиозная история Золотой Орды, как и многих государств-преемников Монгольской империи, распадается на два этапа: 1. "Языческий", 2. "Мусульманский". Для первого этапа были характерны колебания маятника религиозной политики ханской власти от одной религии к другой. Особенно ярко это было заметно в правление мусульманина хана Берке, Его расположение к мусульманам, которым он передал право откупа дани с Руси, привело к восстанию в 1262 г. против этих откупщиков, которое имело, однако, не религиозные, а социально-экономические причины. Среди ордынских ханов на первом этапе преобладали язычники, были также представители ислама, христианства и буддизма. С 1280-х гг. в Орде стала преобладать тенденция к принятию ислама, чему способствовали ее постоянные контакты с исламскими народами Египта, Средней Азии и Волжской Булгарии. На первом этапе установилась религиозная политика Золотой Орды на Руси, в соответствии с монгольскими законами Русской церкви были предоставлены налоговые льготы и иные важные права.

Второй этап религиозной истории Орды начался после принятия ислама ханом Узбеком в 1312/1313 г. Можно условно назвать этот период "мусульманским", так как принятие ислама самими ханами и их окружением носило, видимо, довольно поверхностный характер, а в широких массах кочевого населения успехи ислама были менее значительными.

С принятием ислама в Орде нормы шариата о налогообложении немусульман не заменили норм Лсы, во всяком случае, по отношению к русским священнослужителям. Но в контактах с Русской церковью произошел инцидент, который на первый взгляд говорит об ухудшении положения церкви при ханах-мусульманах. Речь идет о событиях 1342/43 года, когда хан Джанибек сделал попытку обложить Русскую церковь ежегодным налогом и только с помощью огромных взяток митрополит Феогност сумел отстоять особые права церкви. Изучение летописных сообщений об этом событии не выявило религиозных причин действий Джанибека, скорее всего, причиной было обычное стремление к обогащению хана и его окружения. Однако не исключено, что сам факт такой попытки являлся свидетельством изменения менталитета монгольских ханов Орды, которым ранее, в языческие времена, не могло прийти в голову возложить уплату дани на священнослужителей.

Со смертью Бердибека в 1359 г. в Золотой Орде начался длительный период "замятии" (междоусобицы), который прервался на время правления хана Тохтамыша (1382-1395 гг.). О религиозной ситуации в Орде в этот период мы знаем крайне мало. Для этого времени характерно уменьшение влияния Золотой Орды на положение Русской церкви. Последний известный нам ханский ярлык русскому митрополиту датируется 1379 г. и имел, на наш взгляд, формальное значение: московский великий князь не признавал ордынской власти, выдавшей ярлык.

Одним из основных вопросов при изучении религиозной политики монголов на Руси является проблема объема прав, предоставляемых ими Русской церкви. Духовенство и причт были освобождены от всех податей и повинностей. Ордынская власть гарантировала неприкосновенность движимого и недвижимого имущества церкви. Но есть сведения о нарушении неприкосновенности Русской церкви ордынскими "послами" (чрезвычайными уполномоченными по сбору дани). В ярлыках мы встречаем также указание на право судебного иммунитета митрополита в церковных владениях, впрочем, точно определить его границы не представляется возможным. Мнение о существовании ранних, несохранившихся ярлыков ордынских властей Русской церкви на основании известных нам источников не может быть доказано. Но уже с 1257 г. при переписи населения служители церкви на Руси были освобождены монголами от уплаты податей и повинностей.

В ХШ-начале XIV в. контакты главы Русской церкви с золотоордынскими правителями были крайне редки. Со вступления на престол хана Узбека в 1312/13 г., при митрополите Петре, устанавливается порядок посещения главой Русской церкви каждого нового хана. Этот порядок просуществовал до времени "замятии" (междоусобицы) в Золотой Орде (с 1359 г.). Поездки митрополитов к потомкам Джучи были, очевидно, действием вынужденным. Видимо, глава Русской церкви должен был получать от нового хана подтверждение обычных прав церкви. Однако заметим, что известные нам ханские ярлыки хронологически не привязываются к визитам русских митрополитов в Орду, поэтому нет оснований говорить об определенном порядке их выдачи.

Большое значение имели личные контакты глав конфессий, в частности, митрополитов, с монгольскими ханами и их окружением. Покровительство влиятельной ханши Тайдулы в 1350-х (наверное, и в 1340-х) годах положительно повлияло на политику ханской власти по отношению к Русской церкви. Митрополиты Феогност и Алексей пользовались расположением Тайдулы и получали при ее посредстве ярлыки. В 1357 г. Тайдула, которая была, по-видимому, больна, позвала к себе Алексея, надеясь, что главный русский священник сможет вылечить ее. Приехав в Орду, Алексей, видимо, произвел над ханшей какие-то священнодействия, возможно, даже крестил ее. Улучшило ли это состояние ее здоровья - неизвестно. В это время на ордынском престоле утвердился Бердибек и Алексей получил от нового хана ярлык с подтверждением обычных прав Русской церкви. Скорее всего, за митрополита перед Бердибеком ходатайствовала Тайдула. Впоследствии эта история породила легенду о чудесном исцелении ханши Алексеем.

О контактах русских епископов с ханской властью достаточно достоверных сведений нет, за исключением владык ростовских и, конечно же, сарайских. В особо близких отношениях с ханской семьей в XIII в. состояли ростовские епископы, после того, как епископ Кирилл вылечил ханского сына от болезни. Преемники Кирилла вслед за своим предшественником посещали Золотую Орду при вступлении на трон новых ханов и получали от них какие-то определенные выплаты.

Особой жизнью жила русская Сарайская епархия. Она управлялась митрополитом издалека, из Руси - он заочно и ставил новых. Основной ее паствой были, очевидно, русские. Видимо, епископ часто кочевал вместе с ханской ставкой. добивался у чингисидских правителей защиты прав священнослужителей и верующих. Об изменении положения Сарайской епархии после принятия в Орде ислама данных нет. Некоторые епископы (Феогност и Варсонофий) пользовались расположением и доверием золотоордынских ханов. С 1382 г. сарайские епископы жили в Москве. После разгрома Тимуром золотоордынских городов в 1395 г. епархия, очевидно, прекратила свое существование.

Принципиальное значение имеет вопрос использования Золотой Ордой Русской церкви как организации в своих интересах.'" В 1329 г. митрополит Феогност отлучил князя Александра Тверского и Псков с целью выполнения приказа хана Узбека о поимке князя. Этот случай показывает, что ханская власть обладала большим влиянием на Русскую церковь и имела возможность ее использовать в своих целях.

Внимательное изучение известий об убийствах монголами русских князей позволяет уточнить представление о гибели отдельных князей из-за столкновения религиозных убеждений завоевателей и побежденных (впоследствии эти князья были канонизированы Русской православной церковью). Убийство Василька Константиновича Ростовского в 1238 г. не имело религиозных причин. Казнь Михаила Всеволодовича Черниговского в 1246 г. в Золотой Орде, напротив, имела характер религиозного конфликта. При дворе хана Бату существовал языческий обряд-церемониал, обязательный для всех посетителей. Все приезжающие к Бату правители покоренных стран были вынуждены совершать этот монгольский языческий обряд. Князь Михаил решительно отказался поклониться языческим божествам и подверг критике монгольский культ, за что был жестоко убит. Причиной убийства монголами в 1270 г. Романа Ольговича Рязанского, если доверять сообщению Никоновской летописи, было обвинение в оскорблении хана Золотой Орды Менгу-Тимура и его веры - монгольского язычества.

Восстание 1262 г. в Северо-Восточной Руси было направлено против мусульманских откупщиков монгольской дани. Передача права откупа русской дани мусульманским купцам была, на наш взгляд, связана с расположением мусульманина хана Берке к своим единоверцам. Но причина восстания была социально-экономического, а не религиозного плана. В Ярославле восставшими был убит бывший монах Зосима, который перешел в ислам и, пользуясь поддержкой крупного монгольского чиновника-мусульманина, оскорблял религиозные чувства своих

Мы не затрагиваем также вопрос об упоминании ханов в молитвах в русских церквях, ввиду недостаточности источниковой базы.

198 сограждан. Поддержка монгольским чиновником оскорбительных выходок Зосимы является редким отрицательным образцом религиозной политики монголов на Руси. В целом на основании сведений источников можно сделать вывод об отсутствии у монголов нетерпимости по отношению к православному русскому населению, что обусловило относительную редкость религиозных конфликтов между завоевателями и побежденными.

Заключение

В диссертации была исследована религиозная политика Золотой Орды на Руси XIII-XIV вв. в контексте религиозных воззрений монгольских завоевателей и присущего им отношения к верам других народов. Были определены многие основные черты ордынской религиозной политики и выявлены ее корни. Отрывочность сведений источников обусловила мозаичность картины религиозной политики Орды на Руси. Для восстановления этой картины с максимально возможной полнотой в диссертации было произведено исследование языческих воззрений монголов и религиозной политики в Монгольской империи и государствах-преемниках. Это позволило решить принципиальную задачу: объяснить известные нам проявления ордынской религиозной политики на Руси на основе общих правил и черт политики монгольских завоевателей в отношении конфессий.

Для монгольского языческого менталитета была характерно терпимое отношение к верам и служителям культов других народов. Эта религиозная терпимость была обусловлена основными чертами их собственной веры. Верховным богом монголов был Тенгри (Небо), по чьей воле проистекали важнейшие события в жизни людей. Основополагающим камнем идеологии монгольских завоевателей было утверждение о том, что по воле Тенгри (Неба) монголы покорили другие народы, волей этого бога обосновывалась и сакральность власти великих ханов. По всей видимости, монголы верили в одного общего для всех народов бога (Тенгри), которого по-своему почитал каждый народ. Вера в общего бога (возможна также вера монголов в разных богов разных народов) была основной причиной их толерантного отношения к другим конфессиям: в понимании монголов завоеванные ими народы почитали того же верховного бога, но иными способами. Наряду с верховным богом-Тенгри, монголы верили в ряд других богов, среди которых следует отметить Этуген (Землю), Солнце и Луну.

С признанием всех религий как одинаково истинных было связано восприятие монголами священнослужителей других народов как шаманов, обладающих особыми возможностями. Важные шаманские функции (исцеление больных, контакт с миром духов и богов) были перенесены завоевателями на буддийских лам, христианских монахов и священников, мусульманских имамов и ученых. Предполагаемая способность служителей культов других народов (в частности, христианского духовенства) к лечению больных имела большое значение: от успеха лечения члена ханской семьи зависило отношение хана к врачу лично и даже ко всей конфессии в целом.

Отношение монгольских ханов, как язычников, так и неофитов мировых религий, к служителям культов и богам чужих народов было наивно-потребительским: не вдаваясь в суть того или иного учения, они хотели использовать предполагаемые возможности служителей культа для решения своих жизненных проблем. Молитвы и другие свяш;еннодействия монголы считали сильными магическими ритуалами, которые должны были влиять на жизнь. Главной государственной обязанностью священнослужителей покоренных стран по отношению к монгольской власти были молитвы за правящего хана и весь род Чингисидов, за что духовные лица освобождались от выполнения других государственных дел: уплаты податей и исполнения повинностей.

В отдельных пунктах монгольские языческие представления пересекались с христианским учением. Вера монголов в целительские способности духовенства соответствовала вере христиан в возможность исцелять больных именем Бога, к чему нередко прибегали миссионеры. Убежденность завоевателей в том, что Тенгри избрал их великого хана и дал им власть над другими народами, находила соответствие в христианском учении о признании гражданской (светской) власти как Богоданной. С этим была связана и обязанность христианского духовенства молиться за ханов и их семью.

Изучение характерных черт язычества монголов позволяет понять и в значительной степени реконструировать религиозную политику завоевателей на покоренных ими территориях. Речь идет о политике, которая была единой во всех улусах Монгольской империи и претерпела определенные изменения с принятием завоевателями мировых религий. На территории империи, а затем государств-преемников действовал монгольский свод законов Яса. Этот свод отражал особенности восприятия монголами-язычниками других религий и определял главные правила политики государственной власти по отношению к священнослужителям разных конфессий. На практике эти правила начинали действовать после установления монгольской власти. Во время же завоевания действовали "законы военного времени", когда служители культов истреблялись наравне со всем населением. После установления своей власти чингисидские ханы в соответствии с Ясой освобождали священнослужителей от всех податей и повинностей, в то время как остальное население завоеванных стран несло тяжелое налоговое бремя.

Важен вопрос, существовал ли определенный порядок взаимоотношений представителей конфессий с монгольскими ханами. С этим общим вопросом связаны более частные: каков был порядок выдачи ярлыков главам конфессий, должны ли были они получать от каждого нового хана подтверждение привилегий служителей культа и своего статуса как главы религиозной общины? По всей видимости, строгого общего порядка взаимоотношений представителей конфессий и монгольской власти не существовало. Но в улусе Хулагу в Иране была практика посещения главами конфессий каждого нового хана, который подтверждал их иммунитетные права. Однако у нас нет оснований связывать эти визиты с выдачей ярлыков, ввиду недостаточных источниковых данных.

Рассмотрение вопроса о межконфессиональных конфликтах между монголами и подвластными народами позволяет сделать вывод об отсутствии у Чингисидов религиозной нетерпимости, однако имели место также и отдельные случаи столкновения на религиозной почве.

Религиозная политика монголов стала изменяться не с распадом Монгольской империи и приобретением ее улусами независимости от великого хана, но позже, с принятием монгольскими правителями мировых религий. Выделяются два этапа в религиозной истории монгольских государств: 1) языческий и 2) после принятия той или иной мировой религии. В государстве Хулагуидов в самом конце ХШ в. с введением ислама начались гонения на священнослужителей других религий, в частности, начались преследования христиан; стали постепенно отменяться налоговые привилегии христианскому духовенств.

В Золотой Орде, как и в других государствах-преемниках Монгольской империи, религиозная политика основывалась на своде законов Яса. Конфессиональная палитра Золотой Орды была крайне разнообразной. В сравнении с улусом Хулагу, где завоеватели оказались в мусульманской стране с древней высокой культурой, в Золотой Орде монголы были окружены в основном язычниками-кипчаками, таким образом контакты с исламом были менее тесными и принятие этой религии заняло больший период времени. В религиозной истории ордынской державы Х1П-Х1У вв. выделяются два этапа: 1) "языческий", 2) "мусульманский".

Для первого этапа были характерны колебания маятника религиозной политики от одной религии к другой. Особенно ярко это было заметно в правление хана Берке, мусульманина. С 80-х гг. XIII в. среди монгольской аристократии Орды стала преобладать тенденция к принятию ислама, чему способствовали постоянные контакты с Египтом, Хорезмом и Волжской Булгарией. На первом этапе установилась ордынская религиозная политика на Руси как отдельное проявление общей политики монгольских завоевателей. Она включала в себя систему передачи Русской церкви налоговых льгот и иных прав. Точное время установления этой системы неизвестно, но уже в результате налоговой переписи Северо-Восточной Руси в 1257 г. русское дзосовенство и причт были освобождены от налогов и повинностей.

Второй этап религиозной истории Орды начался после принятия ислама ханом Узбеком в 1312/13 г. Этот период условно можно назвать "мусульманским", так как принятие ислама ханами и монгольской аристократией было, видимо, довольно поверхностным, а в широких массах кочевого населения успехи ислама были еще менее значительными. Принятие ислама и начало распространения мусульманского права в Золотой Орде не вызвали, по всей видимости, заметных изменений в политике по отношению к русскому духовенству: все права Русской церкви, пожалованные ей ханами-язычниками в соответствии с Лсой, остались в силе. Однако не исключено, что попытка хана Джанибека в 1342/43 г. обложить Русскую церковь ежегодным налогом могла быть вызвана изменениями менталитета ханов Орды после принятия ислама. С 1359 г. в Золотой Орде начинается длительный период "замятии" (междоусобицы), который прерывается во время правления Тохтамыша в 1382-1395 гг. В этот период произошла минимизация влияния Золотой Орды на положение Русской церкви.

Для Русской церкви монгольское нашествие 1237-1241 г. стало страшным бедствием, когда вместе с остальным населением Руси была истреблена значительная часть духовенства, разграблены многие церкви и монастыри. Но после установления зависимости Руси от Золотой Орды Русская церковь получила от завоевателей особые права и льготы. Изучение отношений Руси и Орды в период ига показало, что эти права действовали в мирное время, до возобновления "времени войны". Сочетание хронологических отрезков "времени войны" и "времени мира" в течение ХП1-начала XV вв. выглядит следующим образом: завоевание 1237-1241 гг. ("время войны") - период покорности Руси ("время мира"), прерываемый карательными "ратями" - борьба Московской Руси против Золотой Ордой за независимость с конца 1370-х годов (снова "время войны").

В мирное время по отношению к Русской церкви действовала политика предоставления огромного объема прав, который был, видимо, неизменен. На наш взгляд, вернее было бы говорить об ордынской политике по отношению к русским священнослужителям, а не к церкви: церковь интересовала ордынских ханов не как общественный институт, а как община священнослужителей. Хотя отлучение митрополитом Феогностом князя Александра Тверского и города Пскова в 1329 г. показывает, что ханская власть имела возможность использовать Русскую церковь как организацию для своих политических целей. Но этой возможностью ханы, по-видимому, в основном не пользовалась.

В соответствии с Ясой русское духовенство и причт были освобождены от всех налогов и повинностей. Спорным остается вопрос, освобождались ли от налогов и повинностей жители церковных сел и прочие церковные работники. Судя по летописным сведениям, налоговыми льготами они все же не пользовались. Кроме этого, русский митрополит обладал правом судебного иммунитета в церковных владениях, но проблема определения границ этого иммунитета пока остается во многом дискуссионной. Ордынские ханы гарантировали также неприкосновенность имущества Русской церкви, однако есть сведения о нарушении этого правила ордынскими "послами" (чрезвычайными уполномоченными по сбору дани), которые выбивали дань с городов-должников, захватывая в том числе и церковное имущество.

Обязанности русского дзАовенства по отношению к ордынской власти были такие же, как и всех священнослужителей в улусах Монгольской империи по отношению к монгольской власти; молиться за правящего хана и его семью. Помимо этого, золотоордынские ханы прибегали к предполагаемой способности русского духовенства излечивать больных.

В ХШ-начале XIV в. контакты главы Русской церкви с ханами Орды были крайне редки. Но со вступлением на престол хана Узбека в 1312/13 г., при митрополите Петре, установился порядок посещения русскими первосвященниками каждого нового хана. Этот порядок просуществовал до времени "замятии" (междоусобицы) в Золотой Орде (1359 г.). Поездки митрополитов к ханам были, видимо, действием вынужденным: духовный глава Руси должен был получать от нового хана подтверждение обычных прав священнослужителей. Остается неизвестным, получали ли митрополиты при этом ханские ярлыки. Большую роль в определении религиозной политики ордынской власти играли личные контакты представителей Русской церкви, в частности, митрополитов, с ханами и ханским окружением. Так, покровительство влиятельной ханши Тайдулы в 1350-х (наверное, и в 1340-х) годах положительно повлияло на политику Орды по отношению к Русской церкви.

Таким образом, контакты между Золотой Ордой и Русской церковью осуществлялись в основном на уровне хана (и ханского окружения) и митрополита. Но были исключения: связи Ростовской и, конечно же Сарайской епархий с ханской ставкой. Ростовские епископы стояли в довольно близких отношениях с ханской семьей в XIII в., посещали Золотую Орду при вступлении на трон новых ханов и получали от них определенные выплаты. Особой жизнью жила русская Сарайская епархия. Основной паствой епархии были, очевидно, русские, но в нее вливались кочевники-язычники, христиане несторианского и яковитского направлений. Сарайский епископ часто кочевал вместе с ханской ставкой, добивался у ордынских правителей защиты прав священнослужителей и верующих; об изменении положения Сарайской епархии после принятия в Орде ислама сведений нет. Некоторые сарайские епископы пользовались доверием золотоордынских ханов и выполняли их дипломатические поручения.

Религиозную политику Золотой Орды на Руси характеризуют известные прецеденты конфликтов между ордынцами и русскими. Убийство Василька Константиновича Ростовского в 1238 г., не имело религиозных причин. Напротив, казнь Михаила Всеволодовича Черниговского в 1246 г. в Золотой Орде имела характер религиозного конфликта: князь отказался выполнить языческий обряд-церемониал, обязательный для всех посетителей ставки хана Бату, и подверг критике монгольский культ. Другой известный конфликт - это восстание в Северо-Восточной Руси в 1262 г. против откупщиков монгольской дани, которые были мусульманами. Оно было вызвано социально-экономическими, а не религиозными причинами. Восставшими был убит бывший монах Зосима, который перешел в ислам й, пользуясь поддержкой крупного монгольского чиновника-мусульманина, оскорблял религиозные чувства своих сограждан. Это является редким отрицательным образцом религиозной политики монголов на Руси. В целом изучение сообщений о конфликтах русских и ордынцев подтверждает общее правило: религиозные конфликты между ними были очень редки и не могут свидетельствовать о нетерпимости завоевателей.

Важнейшим вопросом, который встает при изучении религиозной политики Золотой Орды на Руси, является проблема ее общей оценки. На наш взгляд, оценка этого исторического явления не может носить однозначного характера.

Мы не обнаружили у золотоордьшских правителей Руси (язычников, затем мусульман) следов религиозной нетерпимости по отношению к русскому православному населению. Это важный фактор, который обусловил если не отсутствие религиозных конфликтов, то, во всяком случае, их спорадический характер.

205

Политика ордынской власти по отношению к русскому духовенству носила в обш;ем покровительственный характер, что имело скорее религиозно-мировоззренческие, чем политические причины. Освобождение русских священнослужителей от всех податей и повинностей в Золотой Орде означало их привилегированное положение по сравнению с другими категориями населения.

В то же время здесь уместно вспомнить замечание митрополита Макария о том, что монгольские завоеватели не предоставили Русской церкви тех льгот, которыми бы она не пользовалась в эпоху независимости Русской земли. Как и все слои русского народа, православное духовенство понесло огромные потери во время монгольского завоевания. Последующие десятилетия ордынского владычества стали временем непристанной и тяжелой борьбы Православной церкви вместе со всем русским обществом за выживание и сохранение основ исторического существования.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Белозеров, Иван Валентинович, 2002 год

1. Аннинский CA. Известия венгерских миссионеров XIII-XIV вв. о татарах и Восточной Европе // Исторический архив. III - М.-Л,, 1940.

2. Армянские источники о монголах. Извлечения из рукописей XIII-XIV вв. / Пер., предисл и прим. А.Г.Галстяна. М.,1962.

3. Иакинф (Бичурин). История первых четырех ханов из дома Чингисова. СПб., 1829.

4. История мар Ябалахи III и раббан Саумы / Исследование, пер. и прим. Н.В.Пигулевской. М.,1958.

5. История монголов инока Магакии, XIII века / Пер. и объяснения К.П.Патканова. -Спб.,1871.

6. История монголов по армянским источникам / Пер. К.П.Патканова. Вып.1 -Извлечения из трудов Вар дана, Стефана Орбелиана и Конетабля Сембата. - Спб.,1873. - Вып.2 - Извлечения из истории Киракоса Гандзакеци. - Спб.,1874.

7. Купцы и миссионеры Западной Европы в Кульдже // Каспийский транзит. Т. I (Альманах "Арабески истории". - Вып. V-VI).

8. Лубсан Данзан. Алтай тобчи / Пер., предисл. и прим. Н.П.Шастиной. М.,1973.

9. Материалы по истории Азербайджана из Тарих-ал-Камиль (полного свода истории) Ибн-ал-Асира / Пер. и комм. П.К.Жузе. Баку, 1940.

10. Ю.Матузова В.И. Английские средневековые источники IX-XIII вв. Тексты, перевод,комментарий. -М., 1979. П.Мэн-да бэй-лу. Полное описание монголо-татар/Пер., введ., комм, и прим. Н.Ц.Мункуева. -М.,1975.

11. Ан-Насави. Сират ас-султан Джалал ад-Дин Манкбурны (Жизнеописание султана Джалал ад-Дина Манкбурны)/ Критич. текст, перевод, предисл., комм., прим. и указатели З.М.Буниятова. -М., 1996.

12. Насонов А.Н. О тверском летописном материале в рукописях XVII века // Археографический ежегодник за 1957 г. М., 1958.

13. Новгородская I летопись старшего и младшего изводов / Под ред. и с предисл. А.Н,Насонова. М.-Л., 1950.

14. Палладий (Кафаров). Путевые записки китайца Чжан-дэ-хоя во время путешествия его в Монголию в пер.пол.ХП! столетия // Записки Сибирского отдела Ими. Русского Географического Общества. Кн. 9-10. - Иркутск, 1867.

15. Памятники русского права. Вып.З. - Памятники права периода образования русского централизованного государства XIV-XV вв./ Под.ред. Л.В.Черепнина. -М.,1955.

16. Памятники русской литературы кон.ХУ-нач.ХУ! вв. М.,1984.

17. Плигузов А.И. Древнейший список краткого собрания ярлыков, данных ордынскими ханами русским митрополитам // Русский феодальный архив XlV-nep. трети XVI в. -Вьш. III-М., 1987.

18. Плано Карпини. История монгалов. Г. де Рубрук.Путешествие в Восточные страны. Книга Марко Поло / Пер. А.И.Малеина и И.П.Минаева; вступ.ст., комм. М.Б.Горнунга. М.,1997.

19. Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. I - Лаврентьевская летопись, Московско-Академическая летопись. -М., 1997.

20. ПСРЛ. Ипатьевсая летопись. - Т. П - М., 1998.

21. ПСРЛ. Т. IV - Новгородская IV летопись. Псковская I летопись. - Спб., 1848.

22. ПСРЛ. Т. VI - Вьш. 1 - Софийская I летопись. - М., 2000,

23. ПСРЛ. Т. VII, Vin - Воскресенская летопись. - Спб., 1856-1859.

24. ПСРЛ. Т. X, XI - Никоновская летопись. - Спб., 1885-1897.

25. ПСРЛ. Т. XV - Рогожский летописец. Тверской сборник. - М., 2000.

26. ПСРЛ. Т. XVIII - Симеоновская летопись. - Спб., 1913.

27. ПСРЛ. Т. XXV - Московский свод конца XV в. - М.-Л., 1949.

28. ПСРЛ. Т. XXX - Владимирский летописец. - М,, 1965.

29. Приселков М.Д. Троицкая летопись: Реконструкция текста. М.-Л., 1950.31 .Пэн Да-я, Сюй Тин. Краткие сведения о чёрных татарах /Публикация Линь Кюн-и и Н.Ц.Мункуева// Проблемы востоковедения. 1960 г. - №5.

30. Рашид-ад-дин. Сборник летописей. В 4 Т. М.-Л., 1946-1960.

31. Плигузов А.И. Древнейший список краткого собрания ярлыков, данных ордынскими ханами русским митрополитам // Русский феодальный архив XIV-первой трети XVI в. Вьш. 3 -М., 1987.

32. Русская историческая библиотека, издаваемая Археографическою Комиссиею. Т.VI. - Памятники древне-русскаго канонического права, (ч. I, памятники XI-XV вв.). -Спб., 1880,

33. Серебрянский Н.И. Древне-русския княжеские жития. (Обзор редакций и тексты). -М., 1915.

34. Си ю цзы или описание путешествия на Запад/ Пер., прим, Палладия (Кафаррва). В Кн.: Труды членов Российской духовной миссии с Пекине. T.IV - Спб., 1866.

35. ЗТ.Сказание о блаженном Петре, царевиче ордынском // Православный собеседник. -1859 г. Часть 1 - март - Казань, 1859 - С.З56-376.

36. Сокровенное сказание / Пер. С.А.Козина. T.I - М.-Л., 1941.

37. Старинное монгольское сказание о Чингис-хане / Пер. с кит. с примеч. Архимандрита Палладия. В Кн.: Труды членов Российской духовной миссии в Пекине. Т.IV -СПб., 1866.

38. Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относяшихся к истории Золотой Орды. T.I -Извлечения из сочинений арабских. - СПб., 1884.

39. Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относяш;ихся к истории Золотой Орды. Т.II -Извлечения их персидских сочинений // Под. ред. С.Л.Волина и А.А.Ромаскевича. -М.-Л.,1941.

40. Шара Туджи. Монгольская летопись XVII века/ Сводный текст, пер., введ. и прим. Н.П.Шастиной.-М.-Л.,1957.

41. Cleaves F.W,, Mostaert А. Trois documents mongols des archives secretes Vaticanes.// Harvard journal ofasiatic studies. Vol.15. - №3-4. - Cambridge, Mass.,1952.

42. Juvaini. The history of the world-conquerer./ Trans, by J.A.Boyle. Manchester, 1958

43. Schmidt I.J. Geschichte der Ost-Mongolen und ihres Fuerstenhauses, verfasst von Ssanang Ssetsen Chungtaidschi der Ordus. St.Petersburg,1829.1. Иссяедования

44. Абашин CH. Исламский фундаментализм в Центральной Азии // Независимая газета. 2001 - № 227 - 5 декабря.

45. Арапов Д.Ю. В.В.Бартольд о ханах улуса Джучиева // Русское средневековье: Международные отношения. 1998 г. Вьш. 2 - М., 1999.

46. Арапов Д.Ю. Русское востоковедение и изучение истории Золотой Орды // Куликовская битва в истории и культуре нашей Родины. М., 1983.

47. Банзаров Д. 1) Черная вера или шаманство у монголов. В Кн.: Банзаров Д. Собрание сочинений. М.,1955.

48. Бартольд В.В. Батый. В Кн.: Сочинения. Т. V - М.,1968.

49. Он же. Беркай. В Кн.: Сочинения. Т. V - М.,1968.

50. Он же. История турецко-монгольских народов. В Кн.: Сочинения. Т. V - М.,1968.

51. Он же. К вопросу о Чингизидах-христианах. В Кн.: Сочинения. Т. II - Ч.2 - М.,1964.

52. Он же. 12 лекций по истории турецких народов Средней Азии. В Кн.: Сочинения. Т. V-М., 1968.

53. Ю.Он же. Мусульманские известия о Чингизидах-христианах. В Кн.: Сочинения. Т.II -Ч.2-М., 1964

54. П.Белозёров И.В. К вопросу о восприятии чужих религий монголами времен империи (XIII ъ) II Проблемы истории и культуры кочевых цивилизаций Центральной Азии. -Улан-Уде, 2000.

55. Он же. Положение религий в Монгольской империи // Ислам минбаре. 1999 - № 3.

56. Бережков Н,Г, Хронология русского летописания, М,, 1963,16,Вира Ш, Монгольская историография (ХШ-ХУП вв.), М,,1978.

57. Босворт К,Э, Мусульманские династии: Справочник по хронологии и генеалогии, -М,,1971,

58. Вернадский Г,В, Монголы и Русь, Тверь-М,, 1997,

59. Веселовский Н,И, Лекции по истории монголов, Спб,, 1909,

60. Веселовский Н.И. О религии татар по русским летописям // Журнал Министерства Народного Просвещения. Ч. LXIV - июль 1916 г. - Спб., 1916.

61. Веселовский Н.И. Рецензия на книгу М.Д.Приселкова "Ханские ярлыки русским митрополитам" // Журнал Министерства народного просвещения. 1917 - № 3-4 -Пг., 1917.

62. Владимирцов Б.Л. Общественный строй монголов. Л., 1934

63. Гиппиус A.A. К истории сложения текста Новгородской первой летописи // Новгородский исторический сборник. 6 (16) - Спб., 1997.

64. Голубинский Е.Е. История русской церкви. В 2 Т. Т. II - Ч.1 - СПб., 1900. ЗЕГомбоев Г. О древних монгольских обычаях и суевериях, описанных у Плано

65. Карпини. В Кн.: Труды Восточного отделения Ими. Археологического общества. -4.^-Спб., 1859.

66. Гончаров Е.Ю. Джучидские монеты в контексте тюркской и мусульманской культур, (опубл. в Интернете под www.chat.ru/Towvolga).

67. Горский A.A. Москва и Орда. М., 2000.

68. Греков Б.Д., Якубовский А.Ю. Золотая Орда М., 1937.

69. Греков Б.Д., Якубовский А.Ю. Золотая Орда и ее падение. М., 1950,

70. Греков И.Б. Восточная Европа и упадок Золотой Орды. М., 1975.

71. Григорьев А.Н. Время составления краткой коллекции ханских ярлыков русским митрополитам // Историография и источниковедение истории стран Азии и Африки (ИИИСАА). Вып. IX - Л., 1985.

72. Он же. Дополнение к "Монгольской дипломатике XIII-XV вв." // ИИИСАА. Вып. VI-Л., 1982.

73. Он же. Золотоордынские ханы 60-70-х годов XIV в.: Хронология правления //

74. Дмитриев Л.А. Сказание об убиении в Орде князя Михаила Черниговского и его боярина Феодора // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. II - Ч. 2 -Л., 1989.

75. Егоров В.Л, Историческая география Золотой Орды в XIII-XIV вв, М., 1985.

76. Он же. Летопись Владимирская. В Кн.: Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. П-Ч. 2-Л., 1989,

77. Ромаскевич А.А, Персидские источники по истории туркмен и Теркмении X XV вв, // Материалы по истории туркмен и Туркмении: в 2 Т, - Т, I - Арабские и персидские источники, -М.-Л., 1939.

78. Свод этнографических понятий и терминов. Вып. 5 - Религиозные верования. - М., 1993.

79. Смоляк A.B. Шаман: личность, функции, мировоззрение: (народы Нижнего Амура). -М.,1991.

80. Соловьев Н,А, Сарайская и Крутицкая епархии // Чтения в Ими, Обществе истории и древностей российских, 1894 - Кн, 3 - М,, 1894,

81. Соловьев СМ, История России с древнейших времен, Т, III-IV - М,, 1988,

82. Сочнев Ю,В, Русская церковь и Золотая Орда, Диссертация на соискание учёной степени кандидата исторических наук, М,,1992,

83. ЮТСкрынникова Т,Д, Харизма и власть в эпоху Чингис-хана, М,,1997,102,Срезневский И,И, Материалы для словаря древнерусского языка: в 3 Т, М,, 198789,

84. ЮЗ.Ставиский В.И. "История монгалов" Плано Карпини и русские летописи // Древнейшие государства на территории СССР. 1990 год. М., 1991.

85. Тимофеев И.В. Ибн Батутта. М., 1983. - (Жизнь замечательных людей. Сер. биогр.).

86. ЮЗ.Трепавлов В.В. Батый. В Кн.: Отечественная история: С древнейших времен до 1917 года: Энциклопедия. Т. I. - М., 1994

87. Юб.Трепавлов В.В. Берке. В Кн.: Отечественная история: С древнейших времен до 1917 года: Энциклопедия. Т. I. - М., 1994.

88. Трепавлов В.В. Государственный строй Монгольской империи XIII века: Проблема исторической преемственности. -М., 1993.

89. Трепавлов В.В. Менгу-Тимур. В Кн.: Отечественная история: С древнейших времен до 1917 года: Энциклопедия. Т. III. - М., 2001.

90. Ужанков А.Н. "Летописец Даниила Галицкого": редакции, время создания// Герменевтика древнерусской литературы. сб.1 - М., 1989.

91. Феннел Д. Кризис средневековой Руси. М., 1999.

92. З.Федоров-Давыдов Г. А. Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов. -М., 1966.114.0н же. Общественный строй Золотой Орды. М.,1973.

93. Он же. Раскопки Поволжской Археологической экспедицией золотоордынских городов на Нижней Волге // Материалы и исследования по археологии Поволжья. -Вып. 1 Йошкар-Ола, 1998.

94. Он же. Религия и верования в городах Золотой Орды. // Историческая археология: Традиции и перспективы. К 80-летию со дня рождения Д.А.Авдусина. М., 1998.

95. Хара-Давай Э. Чингис-хан как полководец и его наследие: Культурно-исторический очерк Монгольской империи. 2-е изд. - Элиста, 1991.

96. Амин Аль-Холи. Связи между Нилом и Волгой в XIII-XIV вв.

97. Чеченов И.М. Зиливинская Э.Д. Мечеть городища Нижний Джулат// Древности Северного Кавказа. -М., 1999.

98. ДалайЧулууны. Монголия в XIII-XIV вв. М. 1983.

99. Dimnik, Martin. Mikhail, Prince of Chernigov and Grand Prince of Kiev (1224-1246). -Toronto, 1981.

100. Halperin C. Russia and the Golden Horde: The Mongol Impact on Medieval Russian History. Bloomington, 1987.

101. Halperin C. The Tatar Yoke. Columbus, 1985.

102. Hammer-Purgstall J. Die Geschichte der Goldenen Horde in Kiptschak, das ist: der Mongolen in Russland. -Pesth, 1840.

103. Hambis L. Genghis-Khan. Paris, 1973.

104. Hartog L. Russia and the Mongol Yoke: The History of the Russian Principalities and the Golden Horde, 1221-1502. London-New York, 1996.

105. Heissig W. Die Familien- und Kirchengeschichtsschreibung der Mongolen. Asiatische Forschungen. -Bd.5. - Wiesbaden, 1959.

106. Lamb H. Genghis Khan, Emperor of all Men. London, 1928.

107. Lorincz L. Die mongolische Mythoogie // Acta orientalia. T.27 - Fasc. 1 - Budaest, 1973.

108. Pelliot P. Mongols et la papaute. P., 1923.11 .Rachewiltz J. Papal envoys to the Great Khans. Stanford, 1971. ч

109. Ratschnevsky P. Cinggis-Khan. Sein Leben und Wirken. Wiesbaden, 1983.

110. Schurmann H.F. Mongolian tributary practices of the thirteenth century // Harvard journal of asiatic studies. 1956 - Vol. 19 - No. 3-4.14,Soranzo G. II papato, TEuropa cristiana e i tartari. Milano, 1930.

111. Spuler В. Die Goldene Horde. Die Mongolen in Russland, 1223-1502. Leipzig, 1943.

112. Spuler В. Die Mongolen in Iran. Berlin, 1953.

113. Tucci G., Heissig W. Die Religion Tibets und der Mongolei. Stuttgard,1970.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 133795