Русско-Джунгарские дипломатические отношения :Начало XVII-50-е гг.-XVIII вв. тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.02, кандидат исторических наук Кушнерик, Римма Арнольдовна

Диссертация и автореферат на тему «Русско-Джунгарские дипломатические отношения :Начало XVII-50-е гг.-XVIII вв.». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 226835
Год: 
2006
Автор научной работы: 
Кушнерик, Римма Арнольдовна
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Барнаул
Код cпециальности ВАК: 
07.00.02
Специальность: 
Отечественная история
Количество cтраниц: 
267

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Кушнерик, Римма Арнольдовна

Введение.

Глава 1. Посольские связи ойратов с Русским государством в период ф возникновения и укрепления Джунгарского ханства (XVII в.).

1.1. Первые русско-ойратские официальные контакты и их особенности.

1.2. Дипломатические отношения Русского государства с Джунгарским ханством в 30-е - 60-е гг. XVII в.

1.3. Взаимоотношения Русского государства и Джунгарского ханства в период правления Галдана Бошокту-хана (1671-1697 гг.).

Глава 2. Противоборство русской и джунгарской дипломатий в период возвышения и гибели ойратской державы (1697-1758 гг.).

А 2.1. Обострение русско-джунгарских отношений и попытки их урегулирования дипломатическими средствами (первая четверть XVIII в.).

2.2. Русско-джунгарский переговорный процесс в конце

20-х - 30-е гг. XVIII в. и его результаты.

2.3. Борьба русской и джунгарской дипломатий в Казахстане в первой половине 40-х гг. XVIII в.

2.4. Русско-джунгарские дипломатические отношения в годы усобиц и завоевания Джунгарии Китаем (1745-1758 гг.).

Глава 3. Дипломатия России и Джунгарского ханства: сравнительный анализ.

3.1. Дипломатическое искусство России и Джунгарского ханства.

3.2. Прием и «отпуск» джунгарских послов в России.

3.3. Церемониал приема русских послов в Джунгарском ханстве.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Русско-Джунгарские дипломатические отношения :Начало XVII-50-е гг.-XVIII вв."

Актуальность темы исследования. Истоки дипломатии уходят своими корнями в глубокую древность. Из исторической литературы известно, что первый международный договор был подписан еще в 1296 г. до н.э. между древним Египтом и государством хеттов. Термин дипломатия появился в древней Греции — так называлась инструкция послам, представлявшая собой грамоту, состоявшую из двух сложенных вместе навощенных дощечек - «дипломата». Дипломатическое искусство развивалось и совершенствовалось на протяжении тысячелетий и как страны Европы, так и Азии внесли свой вклад в его развитие.

Русское государство и Джунгарские ханство поддерживали дипломатические отношения на протяжении более 100 лет. Однако история русско-джунгарских дипломатических и их составной части - посольских связей, равно как и дипломатическое искусство обеих сторон в сношениях друг с другом не являлись предметом специального исследования ни в отечественной, ни, насколько нам известно, в зарубежной историографии1. Между тем, изучение русско-джунгарских дипломатических и посольских отношений представляет собой одну из важных задач, стоящих перед исследователями международных отношений в Центральной Азии. Известный отечественный монголовед Ш.Б. Чимитдоржиев в связи с этим отмечал, что дипломатии в русско-ойратских отношениях отводилась ведущая роль: «Восточная политика Русского государства (и по отношению к ойратам) осуществлялась не только силой оружия, но и дипломатическим путем. Мирным, дипломатическим путем русским властям удавалось достичь гораздо большего в освоении новых земель и переходе местных народов в российское подданство. В истории рус-ско-ойратских отношений в XVII в. основным средством разрешения спорных проблем в большинстве случаев являлись переговоры, посольские и торговые связи»2.

1 См.: Гольман М.И. Русские переводы и списки монголо-ойратских законов 1640 г. // Монгольский сборник. Экономика, история, археология. М., 1959. С. 139-162.

2 Чимитдоржиев Ш.Б. Взаимоотношения Монголии и России. XVII-XVIII вв. М., 1978. С. 25.

Обращение к этой теме продиктовано и сохраняющимся в китайской историографии подходом отказывать ойратам Джунгарии в самостоятельном историческом существовании. В КНР по-прежнему, как в годы «Культурной революции», принято считать Джунгарское ханство зависимым от Цинского Китая вассальным владением1. Так, китайский историк Цин Сы, в одной из своих статей пишет:

Джунгария никогда не была в прошлом независимым государством, она была нел отъемлемой частью Китая .

В связи с чем русско-джунгарские посольские связи и вообще дипломатия России в Центральной Азии на страницах работ современных китайских исследователей освещаются крайне негативно. В одной из популярных работ - «Исторические деятели Синьцзяна», говоря об основателе Джунгарского ханства Батуре-хунтайджи, ее авторы подчеркивают: «Живя на западной границе Китая, вэйлат-ские монголы являлись одной из ветвей китайских монголов». «Когда хищническое лицо русских агрессоров стало видно окончательно, - заключают историки КНР, - джунгары начали борьбу против русской экспансии. Батур-хунтайцзи не позволил русским занять ни клочка джунгарской земли, не позволил русским обижать и угнетать джунгар, боролся с алчными притязаниями царской России». Его сын Сенге продолжал политику отца. Русские власти, по мнению авторов, полагали, что после смерти Батура-хунтайджи Джунгария ослабла и «усилили агрессию на землях джунгар». В Ургу был направлен посол Кульвинский (кит. Куэр-вэньсыцзи), «который с богатыми подарками и заверительными письмами приехал к Сэнгэ, пытаясь лестью и обманом заставить джунгар войти в состав России. Сэнгэ с гневом отверг это предложение, отказался принять подарки и письма. Позже Сэнгэ неоднократно заявлял протест против попыток русского правительства захватить джунгарские земли, сам возглавлял джунгар в борьбе с русскими

1 Хуанъянь гайбяиь буляо лиши — босусю цзуань гай во го чжуньгээр бу лиши ды учи лаиьяиь (Ложью историю не извратить - отповедь бесстыдной клевете советских ревизионистов разнузданно перекраивающих историю китайской Джунгарии // Лиши япьцзю. 1976. № 2; Чжуньгээр шилюе («Краткий исторический очерк джунгар»). Пекин, 1985; Ша Э ципьшое Чжунго сибэй бяпьцзяп ши («История агрессии царской России на северо-западе Китая»). Пекин, 1979.

2 Ложью историю не извратить. // Лиши япьцзю. 1976. № 2. С. 102. агрессорами. За время шестилетнего правления Сэнгэ джунгары вели постоянную борьбу с русскими». «Своей героической борьбой с агрессором — царской Россией они (Батур-хунтайджи и Сенге - Р.К.) вписали славную страницу в историю китайского народа»1.

Современная китайская историография, вопреки не только русским архивным и опубликованным документам, но и достаточно известным китайским источникам, утверждает, что сменивший на джунгарском троне своего единоутробного брата Сенге «предатель родины и честолюбец Галдан» пользовался «поддержкой агрессивных сил царской России, и, развязав раскольнический мятеж., дошел до того, что был усмирен цинским правительством. Царская Россия вступила в сговор с Цэван-Рабданом, что являлось агрессией и открытым вмешательством во внутренние дела Китая. Мятеж Галдан-Церена также был порождением тактики агрессоров царской России.» . Отечественные исследователи подверши критике многие

•7 положения китайской историографии Джунгарии . Идеи китаецентризма по отношению к соседним народам, прежде всего к монголам и джунгарам, в завуалированной, наукообразной форме сохраняются в китайской историографии и сегодня4.

В последние годы историю Джунгарии и русско-джунгарских отношений активно переписывают историки Казахстана. Джунгария на страницах казахских исследователей предстает государством «хищником», захвативших якобы казахские земли на Алтае и в Семиречье5. Таким образом, актуальность исследования по

1 Сииьцзян лиши жэньу (Исторические деятели Синьцзяпа). Урумчи, 1984. С. 13-17.

2 Цин Сы. Цин чао чжэифу пиндин чжуньгээр бу паилуапь юй диюй ша Э циныпоэ ды фэидоу (Усмирение цинским правительством мятежа джунгарских племен и борьба по отпору агрессии царской России) // Лиши яньцзю («Изучение истории»). 1976. № 2. С. 116-118.

3 См.: Гуревич Б.П. Великоханьский шовинизм и некоторые вопросы истории народов Центральной Азии в XVIII-XIX веках // Вопросы истории. 1974. № 9. С. 45-63; Гуревич Б.П., Моисеев В.А. Взаимоотношения цинского Китая и России с Джунгарским ханством в XVII-XVIII вв. и китайская историография // Вопросы истории. 1979. № 3. С. 43-55.

4 Краткая история Синьцзяна. В трех томах. Т. 1. Урумчи, 1979.

5 История Казахстана с древнейших времен до наших дней. В пяти томах. Т. 3. Алматы, 2000. С. 104-178. См. также: Абылхожин Ж.Б. и др. Страна в сердце Евразии. Алматы, 1998. С. 130-140; Едилханова С.А. Казахско-джунгарские взаимоотношения в XVII-XVIII веках. Алматы, 2005. Критику казахской историографии истории Джунгарии см. статьи из сборника: Моисеев В.А. Россия и Казахстан: современные мифы и историческая реальность. Барнаул, 2001. ставленной проблемы определяется также необходимостью критики подобных оценок и подходов.

Историография исследования. История ойратов Джунгарии до XVII столетия все еще недостаточно изучена в отечественной литературе. Это не в последнюю очередь связано с тем, что русские архивные материалы не содержат сведений об этом периоде истории ойратов. К началу XVII в. Западная Монголия (в основном это территория лежащая к западу от Монгольского Алтая) была населена монголами, именовавшими себя «дурбэн ойрат», т.е. «четырьмя ойратами» - союзом четырех ойратских племен, включавшим в себя четыре главные ойратские этнические группы - торгоутов, дербетов, хошоутов и чоросов. Хотя союза как такового к этому времени уже не существовало. В силу ряда обстоятельств, в том числе под ударами государства Алтын-ханов1, ойраты продвигаются на запад и занимают территорию, ставшую впоследствии известной под названием Джунгария.

Как известно, монголоведение, в том числе и джунгароведение, как науку заложили труды историков Сибири - Г.Ф. Миллера, Е. Фишера, П.С. Палласа, а также известного знатока истории калмыцких народов В.М. Бакунина2. Пионером в изучении русско-ойратских связей является Г.Ф. Миллер, который во время пребывания в Сибири в годы Первой Академической экспедиции (1733-1743 гг.) скопировал или описал архивные фонды в 40 сибирских городах и частично опубликовал их в своем труде «История Сибири» . В своем труде он довел обзор сношений с ойратами до 1660 г. Ныне материалы, собранные Г.Ф. Миллером и оставшиеся неопубликованными его рукописи, хранятся в РГАДА в фонде Г.Ф. Миллера и в Санкт-Петербурге в Архиве РАН в фонде № 21 (фонд Г.Ф. Миллера). Из ра

1 Об этом государстве см.: Шастина Н.П. Алтын-ханы Западной Монголии в XVII в. // Советское востоковедение. 1949. № 6. С. 383-395.

См.: Бакунин В.М. Описание истории калмыцкого народа // Красный архив.1939. № 3. С. 189— 254; № 5. С. 196-220; Миллер Г.Ф. История Сибири. Т. 1-2. М.-Л., 1937-1941; Паллас П.С. Путешествие по разным провинциям Российской империи. СП.,1773; Фишер И. Е. Сибирская история с самого открытия Сибири до завоевания сей земли российским оружием. СПб., 1774.

О значении исследований и трудов Г.Ф. Миллера см.: Элерт А.Х. Сибирь в экспедиционных материалах Г.Ф. Миллера // Новосибирский архивный вестник. №17. Новосибирск, 2005. С. 204-208; Он же. Народы Сибири в трудах Г.Ф. Миллера. Новосибирск, 1999. бот Г.Ф. Миллера наибольший интерес для нашей темы представляет его труд «Известие о песошном золоте в Бухарин и о чиненных для онаго отправлениях. \ Труд этот содержит сведения о походе отряда И.Д. Бухгольца к Яркенду, о сражениях с джунгарами под Ямышевской крепостью и урегулировании русско-джунгарских отношений.

Ведущим специалистом по калмыкам и ойратам во второй четверти XVIII в. был переводчик Коллегии иностранных дел Василий Бакунин . Блестящий знаток калмыцкого языка и монгольских обычаев он оставил ряд ценных наблюдений по истории ойратов и калмыков, в том числе записок по церемониальным вопросам, а именно приема джунгарских послов при русском дворе, к сожалению, многие его работы до настоящего времени остаются неопубликованными. Важный вклад в изучение истории джунгар и их взаимоотношений с соседними народами и государствами, в том числе с Россией, внес основоположник отечественного китаеведения Н.Я. Бичурин (О. Иакинф). Однако находясь под сильным воздействием китайских источников, он крайне негативно характеризовал нравственные качества этого народа в их взаимоотношениях с соседями. «История ойратства, - писал Н.Я. Бичурин, - представляет их склонными к хищничеству, падкими на корысть, легкомысленными, лукавыми, вероломными» . Приведенные нами факты опровергают эти утверждения. Нельзя также согласиться с мнением Н.Я. Бичурина о том, что посольства джунгарских правителей и отдельных князей в Москву, а затем и Петербург преследовали прежде всего цель получения богатых подарков. При этом Н.Я. Бичурин употребляет такие выражения, как «наглое попрошайство» и пр.4 Традиционный в дипломатических отношениях обмен дарами не играл ведущей роли в отправлении посольств. Все, что им требовалось, джунгарские ханы

1 Миллер Г.Ф. Известие о песошном золоте в Бухарин, о чиненных для оного отправлениях и о строении крепостей при реке Иртыше, которым имена: Омская, Железная, Ямышевская, Семипалатная и Усть-Каменогорская. История Сибири. Т. III. М., 2005. С. 472-507.

2 Бакунин В.М. Описание калмыцких народов, а особливо из них торгоутского, и поступков их ханов и владельцев. Сочинеиие 1761 года. Элиста, 1995.

-5

Бичурин Н.Я. (Иакипф). Историческое обозрение ойратов или калмыков с XV столетия до настоящего времени. Элиста, 1991. С. 70.

4 Бичурин Н.Я. Указ. соч. С. 38-41. приобретали с помощью торговли, в том числе, как будет показано, тех же посольств. В то же время несомненной заслугой Н.Я. Бичурина является введение в оборот по истории ойратов китайских источников, интересных и новых для того времени сведений об этническом составе ойратов, их расселении, политической истории и т.п. Важнейшие события русско-джунгарских дипломатических отношений и их влияния на политику России в Казахстане нашли отражение в исследованиях А.И. Левшина1.

История русско-ойратских посольских связей и, что для нас особенно интересно, их дипломатический аспект, представлена в трудах архивистов Н. Оглобли-на и Н.Н. Бантыш-Каменского . Н. Оглоблин впервые в отечественной историографии обратил внимание на подбор и характеристику кадров, выполнявших дипломатические поручения в соседних восточных государствах. Н.Н. Бантыш-Каменский сделал подборку документов по истории русско-китайских отношений, в которых значительная часть материалов относится к Монголии, в том числе и Джунгарии. На рубеже XIX-XX вв. к изучаемым нами сюжетам обращались такие крупнейшие ученые как монголоведы A.M. Позднеев4 и B.JT. Котвич5, тюрколог

6 7 академик В.В. Бартольд , путешественник и географ Г.Е. Грумм-Гржимайло .

Впервые, пусть неполное, но уже системное освещение история русско-монгольских посольских отношений в XVII веке получила в книге известного монголоведа Н.П. Шастиной8, опубликовавшей в приложении к работе оригиналы писем Галдана-Бошокту-хана к русским царям на ойратском языке. Однако рус-ско-джунгарские дипломатические отношения не были выделены ею в отдельный самостоятельный раздел и не получили сколько-нибудь полного освещения.

1 Левшин А.И. Описание киргиз-казачьих, или киргиз-кайсацких орд и степей. Алматы, 1996.

2 Оглоблин Н. Сибирские дипломаты XVII в. // Исторический вестник. Т. 46. СПб., 1891.

3 Бантыш-Каменский Н.Н. Дипломатическое собрание дел между Российским и Китайским государствами с 1619 по 1792 год. Казань, 1882

4 Позднеев A.M. К истории зюнгарских калмыков. Письмо к Н.И. Веселовскому A.M. Позд-неева. СПб., 1887.

5 Котвич B.J1. Русские архивные документы по сношеииям с ойратами в XVII-XVIII вв. // Известия РАН. Пг., 1919. Т. XIII. Ч. 2. № 12-18.

6 См.: Бартольд В.В. Калмыки // Собр. соч. в 9 т. М., 1968. Т. 5; Он же. Очерк истории Семиречья // Собр. соч. в 9 т. М., 1963. Т. 2. Ч. 1.

7 Грумм-Гржимайло Западная Монголия и Урянхайский край. Т. 1-3. M.-JL, 1926-1930.

8 Шастина Н.П. Русско-монгольские посольские отношения XVII века. М., 1958.

Как уже отмечалось «Геродотом» Джунгарии является замечательный советский монголовед И.Я. Златкин. В своей фундаментальной монографии «История Джунгарского ханства» (М., 1964)1 и в других работах он, на большом фактическом материале реконструировал основные этапы истории ойратов Джунгарии, в том числе их взаимоотношения с соседними народами и государствами. И хотя изучение дипломатии джунгар не являлось предметом его исследования, он касался и этого аспекта проблемы.

Значительное место русско-джунгарским отношениям в своих исследованиях уделили известные советские китаеведы Б.П. Гуревич, B.C. Кузнецов, Е.И. Кы-чанов, В.А. Александров2. Затрагивая отдельные эпизоды посольских отношений России и Джунгарии, они совершенно не касались дипломатических аспеетов проблемы. В этом плане заслуживают отдельного разговора труды синолога, академика B.C. Мясникова3 и казахстанской исследовательницы К.Ш. Хафизовой4. B.C. Мясников показал концептуальные основы, на которых базировалась внешняя политика и дипломатия цинского Китая, раскрыл ее стратагемный характер5, коснулся роли джунгарского фактора в событиях 80-х гг. XVII в. на Амуре. К.Ш. Хафизова, рассмотрела на материалах китайских источников теорию и практику китайской дипломатии по отношению к народам и государствам Центральной Азии, в том числе по отношению к Джунгарии. К.Ш. Хафизова касается и отдельных эпизодов из истории русско-джунгарских дипломатических отношений, сравнивая методы и приемы китайской и русской дипломатической школы. Для разработки нашей темы наиболее существенный интерес представляет исследование К.Ш. Хафизовой дипломатических институтов - дани, заложничества, титулова

1 Второе издание работы вышло в 1983 г.

2 Гуревич Б.П. Международные отношения в Центральной Азии в XVII - первой половине XIX в. М., 1983; Кузнецов B.C. Амурсана. Новосибирск, 1980; КычановЕ.И. Галдан Бошок-ту-хан. Новосибирск, 1980; Александров В.А. Россия на Дальневосточных рубежах (вторая половина XVII в.). Хабаровск, 1984.

3 Мясников B.C. Империя Цип и Русское государство в XVII веке. М., 1980.

4 Хафизова К.Ш. Китайская дипломатия в Центральной Азии (XIV-XIX вв.). Алматы, 1995.

5 О китайских стратагемах см.: Харро Фон Зепгер. Стратагемы. О китайском искусстве жить и выживать. М., 1995. ния, церемониальной стороны китайской дипломатии, в определенной степени используемых и русской стороной.

При исследовании церемониала русско-джунгарских посольских отношений, кроме архивного материала, нами были использованы работы исследователей Б.В. Базарова, Н.И. Веселовского, В.О. Ключевского, JT.A. Юзефовича, H.JT. Жуковской1 и др. Работы освещают культурные и духовные ценности народов Центральной Азии, что позволило реконструировать церемониальную сторону русско-джунгарских дипломатических отношений.

Наиболее полно история русско-джунгарских отношений была освещена в монографиях и статьях известного бурятского ученого Ш. Б. Чимитдоржиева2, который ввел в оборот широкий пласт монгольских источников и существенно углубил, расширил и систематизировал картину русско-монгольских, в том числе и русско-ойратских дипломатических отношений. Из трудов других отечественных монголистов, имеющих отношение к нашей теме, необходимо отметить исследования М.И. Гольмана , посвященные западной историографии Монголии, известного издателя архивных документов по истории русско-монгольских отношений Г.И. Слесарчук4 и автора монографии по истории общественных отношений у ой-ратов в XVIII в. А.И. Чернышева5. Из историков Калмыкии к русско-ойратским отношениям обращались такие исследователи как С.В. Богоявленский, Н.Н. Паль

1 См.: Базаров Б.В. К истории государственной символики и церемониала монголов. М., Восток. № 1, 2004; Веселовский Н.И. Татарское влияние па русских посольский церемониал в московский период русской истории. СПб., 1991; Он же. Прием в России и отпуск среднеазиатских послов в XVII-XVIII столетиях. СПб., 1884; Ключевский В.О. Сказания иностранцев о Московском государстве. Пг., 1918; Жуковская Н.Л. Пространство и время в мировоззрении монголов. М., 1986; Она же. Категории и символика традиционной культуры монголов. Новосибирск, 1968; Юзефович J1.A. «Как в посольских обычаях ведется.». М., 1988.

2 См.: Чимитдоржиев Ш.Б. Взаимоотношения Монголии и Средней Азии в XVII-XVIII вв. М., 1979; Он же. Национально-освободительное движение монгольского парода в XVII-XVIII вв. Улан-Удэ. 2002; Он же. Подчинение Восточного Туркестана Джунгарии // Исследования по истории и филологии Монголии. Улан-Удэ, 1977. С. 11-25.

3 См.: Гольман М.И. Изучение истории Монголии на Западе. XIII - середина XX в. М., 1988; Он же. Русские архивные документы по истории Монголии в середине 50-х - 80-е годы XVII века // Mongolica. Памяти академика Бориса Яковлевича Владимирцова. 1884—1931. М., 1986. С. 137-149.

4 См.: Слесарчук Г.И. Русские архивные материалы о хошоутских тайджи Аблае и Очирту Цсцеп-хане // V международный конгресс монголоведов. Доклады советской делегации. Т. 1. М., 1987; Он же. Архивные материалы по истории сношений с Джунгарией в середине XVII в. // Вопросы социально-экономической истории и источниковедения периода феодализма в России. М., 1961.

5 Чернышов А.И. Общественное и государственное развитие ойратов в XVIII в. М., 1990. мов, У.Э. Эрдниев, М.М. Батмаев, В.П. Санчиров, Г.О. Авляев, А.Г. Митиров, А.И. Басхаев, В.И. Колесник, Б.У. Китинов1 и др. На собранный ими фактический материал, выводы и оценки по истории ранних русско-калмыцких отношений мы также опирались в своем исследовании. Следует отметить, что не так давно анализу достижений отечественного монголоведения и калмыковедения, в определенной степени подведению итогов, была посвящена монография бурятского ученого В.Д. Дугарова .

Обращались к изучаемым нами сюжетам и казахстанские историки - В.Я. Васин, Ж.К. Касымбаев, И.В. Ерофеева, С.А. Едилханова3 и др., рассматривая их через призму казахско-джунгарских отношений, анализируя их влияние на вхождение Казахстана в состав России. Казахстанские исследователи, на наш взгляд, преувеличивали степень влияния джунгарского фактора на признание казахской знатью российского протектората. Казахские исследователи утверждают, что Россия не только не защищала своих новых подданных от джунгарской угрозы, но и натравливала ойратов на казахов. «Накапливая силы на северных и западных границах Казахстана для продвижения вглубь территории по Уралу, Есилю (Ишиму) и

1 См.: Богоявленский С.К. Материалы по истории калмыков в первой половине XVII в. 1959. № 5; ПальмовН.Н. Очерк истории калмыцкого народа за время его прибывания в пределах России. Элиста, 1992; Эрдниев У.Э. Калмыки. Историко-этиографические очерки. Элиста, 1985; Он же. Историческая судьба ойратов. Элиста, 1993; Батмаев М.М. Социально-политический строй и хозяйство калмыков в XVII—XVIII вв. Элиста, 2002; Санчиров В.П. «Илэтхэл шастир» как источник по истории ойратов. М., 1990; Он же. Ойратское общество в XVII в. по данным «Биографии Зая-Пандиты» // Международный симпозиум. Ч. 2. Элиста, 1999; Он же. Об одной ошибке в истории ойратов XVII в. М., 2000; Авляев Г.О. Происхождение калмыцкого народа. М., 1994; Митиров А.Г. Ойраты-калмыки: века и поколения. Элиста, 1998; Колесник В.И. Последнее великое кочевье: переход калмыков из Центральной Азии в Восточную Европу и обратно в XVII-XVIII веках. М., 2003; Китинов Б.У. Светская и духовная власть у ойратов и калмыков в XVII - середине XVIII вв. // Вестник Московского университета. Серия 13. Востоковедение. 2000. № 4. М., 2000; Он же. Священный Тибет и воинственная степь: Буддизм у ойратов (XIII—XVIII вв.). М., 2004; Басхаев А.И. Монголы, ойрагы, калмыки: очерки истории военного дела XIII—XVIII. Элиста, 2000.

2 Дугаров В.Д. Взаимоотношения России и Монголии в XVII-XIX веках. Вопросы историографии. Улан-Удэ, 2004.

3 См.: Басин В.Я. Россия и казахские ханства в XVI-XVIII вв. Алма-Ата, 1971; Касымбаев Ж.К. Под надежную защиту России. Алма-Ата, 1986; Он же. Экспедиция Бухгольца и создание Прииртышских крепостей в начале XVIII века // Исторические науки. Алма-Ата, 1974. Вып. 1. С. 33-39; Ерофеева И.В. Русско-джуигарские отношения в 40-х гг. XVIII в. и Казахстан (посольство К. Миллера) // Из истории международных отношений в Центральной Азии (средние века и новое время). Алма-Ата, 1990. С. 43-67; Она же. Хан Абулхаир: полководец, правитель и

Иртышу Российская империя, наряду с этим организовывала вторжение джунгар на территорию Казахского ханства с юга. В свою очередь она (Российская империя - Р.К.) приступила к вооружению и укреплению армии джунгар, для чего через Кузнецк (Кемеровская область) постоянно передавала им огнестрельное оружие и посылала к ним военных специалистов»1. Подобный подход сегодня не исключение, он пронизывает не только публицистические и научные издания, но и учебные пособия. Примером откровенной фальсификации русско-казахских и рус-ско-джунгарских отношений является учебник А.К. Абилева2 «История дореволюционного Казахстана», рекомендованный Министерством образования РК в качестве обязательного в средних и высших учебных заведениях республики и выдержавшего несколько изданий3.

Практически не разработанным в отечественной историографии является вопрос о казахском двоеподцанстве - России и Джунгарии. Даже у таких серьезных исследователей истории Казахстана, как С.Г. Кляшторный встречаются утверждения, что казахи приняли двойное подданство только после разгрома Джунгарского ханства Цинской империей. «Прямой нажим Пекина на Аблая, - указывает С.Г. Кляшторный, - и охлаждение отношений с сибирской администрацией впервые создали систему двойного подданства Среднего жуза»1. Мы попытались показать, что это утверждение не соответствует историческим фактам. С.Г. Кляшторный характеризует джунгар как «последних носителей» центральноазиатской имперской кочевнической традиции, не скупясь на нелестные эпитеты для них, таких, например, как «хищники» и т.п.

Существенный вклад в изучение истории русско-джунгарских дипломатических отношений внесли сибирские, в том числе алтайские, исследователи. Истополитик. Алматы, 1999; Едилханова Е.А. Казахско-джунгарские взаимоотношения в XVII

XVIII веках. Алматы, 2005.

1 7 Данияров К. Альтернативная история Казахстана. Алматы, 1998.

2 Абилев А.К. История дореволюционного Казахстана. Алма-Ата, 1992.

3 См.: Моисеев В.А. Русско-казахские и казахско-джунгарские отношения в XVII-XVIII вв. в освещении. С. 158-168; ЕрофееваИ.В. Роль новых учебников и современной системы образования в формировании миграционной ситуации в Казахстане // Современные этнополитические процессы и миграционная ситуация в Центральной Азии М., 1998. С. 124-134. рии русско-алтайских посольских связей в XVII-XVIII вв. и присоединению Горного Алтая к России посвящены исследования Н.С. Модорова. Тематически к его исследованиям примыкают работы Г.П. Самаева . К региональному аспекту русскоЛ джунгарских посольских отношений неоднократно обращался А.П. Уманский . Его перу принадлежит ряд статей о поездках в Джунгарию представителей местных сибирских властей (Тобольска, Томска, Кузнецка) В. Литасова, В. Бубенного, П. Куль-винского и др., а также капитальные монографии о русско-телеутских отношениях, в которых джунгарский фактор играл порой ведущую роль. Внешняя политика Джунгарского ханства - объект исследования В.А. Моисеева4. В своих исследованиях он преимущественно рассматривает политический аспект русско-джунгарских и казахско-джунгарских отношений, что существенно облегчает нашу задачу, позволяя опираться на выявленные им факты и сделанные выводы. Этнополитическая история Южной Сибири, в том числе взаимоотношения русских с тюркским миром в XVII-XVIII в., с наибольшей полнотой разработана в трудах и исследованиях Л.И. Шерстовой5. Однако присутствие Джунгарии в этнополитической жизни коренных народов Южной Сибири в ее исследованиях ощущается слабо. Борьбе

1 Кляшторный С.Г. Россия и тюркские народы: евразийский аспект // Тюркологический сборник. М., 2003. С. 20-21.

2 См.: Модоров Н.С. Из истории русско-алтайских посольских связей в 40-90-х годах XVII века // Ученые записки Горно-Алтайского НИИ истории, языка и литературы. Вып. 8. Барнаул, 1996; Он же. Из истории официальных отношений сибирских воевод в XVII веке с алтайскими князцами // Ученые записки Алтайского НИИ языка, литературы и истории. Горно-Алтайск, 1970; Он же. Россия и Горный Алтай: политические, социально-экономические и культурные отношения (XVII-XIX вв.). Горно-Алтайск, 1996. Подробно о жизни и научной деятельности Н.С. Модорова см.: Этапы большого пути. Сборник материалов к 65-летию со дня рождения Модорова Николая Семеновича. Горно-Алтайск, 2004; Самаев Г.П. Горный Алтай в XVII — ссрсдиие XIX в.: Проблемы политической истории и присоединения к России. Горно-Алтайск, 1991.

3 См.: Уманский А.П. Телсуты и русские в XVII-XVIII веках. Новосибирск, 1980; Он же. Те-леуты и их соседи в XVII - первой четверти XVIII века. Ч. 1-2. Барнаул, 1995; Он же. О посольстве Кульвинского в Джунгарию в 1667 году // Первые востоковедческие чтения, посвященные памяти С.Г. Лившица. Барнаул, 1996; Он же. Посольство Василия Литасова в Джунгарию в 1664-1665 годах // Россия, Сибирь и государства Центральной Азии: взаимодействие пародов и культур. Барнаул, 1997; Он же. Миссия В. Бубенного в Джунгарию в 1665— 1666 гг. // Вторые востоковедческие чтения памяти С.Г. Лившица. Барнаул, 1998; Он же. Сибирские воеводы о событиях в Центральной Азии в конце XVII столетия // Востоковедные исследования на Алтае. Вып.З. Барнаул, 2002 и др.

4 Моисеев В.А. Джупгарское ханство и казахи. XVII-XVIII вв. Алма-Ата, 1991; Он же. Россия и Джупгарское ханство в XVIII веке. Барнаул, 1998.

5 Из последних работ см.: Шерстова Л.И. Тюрки и русские в Южной Сибири: этнополитиче-ские процессы и этнокультурная динамика XVII - начало XX в. Новосибирск, 2005. русской и джунгарской дипломатий в погранично-территориальном вопросе, енисейских киргизах и двоеданцах касается О.В. Воронин1. Полемизируя по ряду сюжетов этнополитической истории Южной Сибири с Л.И. Шерстовой, О.В. Воронин, как нам представляется, не совсем прав, утверждая, что двоеданничество в Сибири - результат «односторонней доброй воли России» . Нам подобный вывод кажется далеко не бесспорным.

Китайская историография Джунгарии весьма обширна, но имеет односторонний характер. Советские историки неоднократно отмечали, что «Повышенный интерес к судьбам Джунгарского ханства объясняется попытками. руководства КНР. представить сферу военно-политического влияния Цинской империи максимально широкой, простирающейся якобы за пределы Джунгарии, Восточного Туркестана и Монголии, которые в свое время были силою оружия захвачены маньчжуро-китайскими завоевателями». Описывая историю ойратского государства, его политический статус и взаимоотношения с цинским Китаем и Россией, китайские историки вступают зачастую в противоречия со своими прежними оценками, а главное - с фактами, содержащимися как в русских, так и в китайских источниках, а также в литературе . Пример тому - оценка китайской историографией деятельности хунтайджи Цэван-Рабдана и его взаимоотношений с Цинской империей и Россией. Китайские историки Ча Цзяи и Фань Юймэй в статье «Об ошибках и промахах Цэван-Рабдана», подчеркивали, что этот хан «многократно давал отпор вооруженной интервенции царской России, содействовал социально-экономическому развитию Джунгарии. Однако из-за того, что во время его правления Джунгария посылала войска для агрессии в Хами и Тибет, из-за того, что возникали войны с царским правительством, исторические круги в прошлом в статьях и трудах о Джунгарии единогласно считали его представителем

См.: Бороним О.В. Двоеданничество в Сибири XVII — 60-е гг. XIX вв. Барнаул, 2004; Он же. Вопрос о двоеданцах на русско-джупгарских переговорах (второе десятилетие XVII века) // Россия, Сибирь и Центральная Азия (взаимодействие народов и культур). Барнаул, 1999; Он же. Вопрос о двоеданцах па русско-джупгарских переговорах 1731-1733 гг. (Посольство Уг-римова) // Актуальные вопросы истории Сибири. Барнаул, 2000.

Воронин О.В. Двоеданничество в Сибири. С. 13. 3 Гуревич Б.П., Моисеев В.А. Взаимоотношения цинского Китая и России. С. 43—44. реакционной знати», давали ему полностью отрицательную оценку Мы считаем это неуместным. Не только нельзя полностью считать отрицательным Цэван-Рабдана, но и надо дать ему положительную оценку»1. Современная китайская историография по-прежнему отрицает исторический суверенитет джунгарских ханов, а политику России по отношению к Джунгарии квалифицирует как «агрессивную», направленную якобы на «подрыв единства Китая»2

Из трудов западно-европейских ученых наше внимание привлекло исследование английского востоковеда Джона Бэддли . Он собрал и перевел на английский язык опубликованные и архивные документы по истории взаимоотношений Русского государства не только с Китаем, но и с ойратами, в том числе 16 статейных списков русских послов в Китай и к Алтын-ханам. Однако сегодня его труд имеет уже больше историографическое значение. Определенный интерес для нашей темы представляет исследование французского синолога XIX - начала XX вв. М. Курана о борьбе Цинской империи с Джунгарских ханством, построенной на китайских источниках4. Для уточнения отдельных биографических данных джунгарских ханов и тибетских ламаистских иерархов мы обращались к своеобразному энциклопедическому справочнику «Знаменитости Цинской эпохи» изданной в США под редакцией В. Хаммеля5.

Обстоятельный очерк, посвященный западно-европейскому монголоведению, как уже было сказано выше, принадлежит перу крупного отечественного монголоведа М.И. Гольмана6. При изучении институтов и дипломатических учреждений большое значение представляли работы С.А. Белокурова, В.И. Саввы, Н. Кочкина, B.JI. Котвича, О.П. Селянинова, Н.Н. Молчанова, А.В. Лаврентьева, А. Кузнецова

1 Ча Цзяи, Фань Юймэй. Цэваналабудань гунго пипыиу // Миньцзу япьцзю. Пекин, 1980. № 2. С. 23.

2 Краткая история Сииьцзяна. Т. 1. Урумчи, 1979.

3 Baddeley J. Russia, Mongolia and China. Vol. I—II. L., 1919.

4 Courant M. L Asie Centrale aux XVII-e - XVIII-e siecles. Empire Kalmouk ou Empire Mantchou ? - Lyon-Paris, 1912.

5 Hummel W. Eminent of Ching Period (1644-1912). Ed. by W. Hummel. Vol. 1-2.Wash., 1943-1944.

6 Гольман М.И. Изучение истории Монголии на Западе. XIII - середина XX вв. М., 1988.

7 См.: Белокуров С.А. О Посольском приказе. М., 1906; Савва В.И. Дьяки и подьячие Посольского приказа в XVI в. М., 1983; Кочкип Н.В. К делам иностранным служителей. иметь верных и добрых // Международная жизнь. № 12. М., 1999. С. 63—68; Селяпинов О.П. Тетраи др., посвященные исследованию деятельности центральных государственных учреждений России в области внешней политики (Приказ Казанского дворца, Сибирского приказа, Посольского приказа, Коллегии иностранных дел).

Анализ вышеперечисленных трудов и исследований свидетельствует о том, что дипломатическая история русско-джунгарских отношений хотя и затрагивалась в отдельных работах, никогда не являлась предметом специального исследования и не получила полного и систематического освещения.

Цель и задачи исследования. Цель исследования заключается в реконструкции полной картины дипломатических отношений Русского государства и Джун-гарского ханства. Эта цель реализуется путем решения следующих задач:

1) Проследить историю возникновения и развития дипломатических отношений между Русским государством и Джунгарским ханством;

2) Раскрыть характер и особенности русско-ойратских дипломатических отношений, выявить и охарактеризовать их основные этапы;

3) Показать цели, задачи и тактику русской и джунгарской дипломатий в борьбе за сферы влияния в Юго-Западной Сибири;

4) Осветить противоборство русской и джунгарской дипломатий в Казахстане в 30-е-40-е гг. XVIII в. и ее результаты;

5) Проанализировать и сравнить дипломатическое искусство Русского государства и Джунгарского ханства;

6) Раскрыть церемониальную сторону русско-джунгарских дипломатических отношений.

Объектом диссертационного исследования являются дипломатические отношения между Россией и Джунгарским ханством в XVII-XVIII вв.

Предметом исследования является формы, методы, тактика, используемые сторонами, т.е. дипломатическое искусство России и Джунгарского ханства. ди по дипломатической службе государств (История и современность). М., 1998; Молчанов Н.Н. Дипломатия Петра Великого. М., 1990; Котвич B.JI. Русские архивные. Пг., 1919; Лаврентьев А.В. «Посольский наряд» русского дипломата XVI-XVII вв.: изобразительные и письменные источники // Российское самодержавие и бюрократия. М.,-Новосибирск, 2000; Кузнецов А. Как готовили дипломатов в старой России // Международная жизнь. № 1. 2005 и др.

Территориальные границы. Территориальные рамки исследования четко очертить сложно. Исследуемые исторические события разворачивались на обширных пространствах Джунгарии, Казахстана и России.

Хронологические рамки исследования охватывают период существования Джунгарского ханства с начала XVII столетия по 1757 г., т.е. от первых контактов Русского государства с ойратами до гибели Джунгарского ханства.

Методы и методологическая база исследования. В процессе исследования мы опирались на принцип историзма, заключающийся в исследовании проблемы в ее развитии и во взаимосвязи исторических событий и явлений, с позиции максимально возможной объективности. При анализе проблем, связанных с изучением русско-джунгарских дипломатических отношений, использованы как общенаучные (анализ, синтез, сравнение), так и собственно исторические методы познания:

- историко-генетический, выявляющий специфику зарождения дипломатического диалога и противостояния между Россией и Джунгарией;

- историко-сравнительный, который дает возможность сравнить методы и средства, используемые дипломатами этих государств;

- проблемно-хронологический, позволяющий описать развития событий дипломатических отношений в хронологической последовательности;

- историко-типологический, необходимый для характеристики посольских связей между двумя государствами.

Применение этих методов позволило воссоздать историческую обстановку в исследуемый период, реконструировать узловые фрагменты посольских отношений, сравнить и охарактеризовать уровень дипломатического искусства обеих сторон.

Методологической основой исследования являлась концепция многофакторного равновесия и баланса сил, разработанная в трудах А.Д. Воскресенского, А.Д. Богатурова и других ученых, и позволяющая рассматривать взаимоотношения Русского государства и Джунгарского ханства в их взаимосвязи и с учетом их исторических особенностей, фактора культуры, психологии и пр.1 Русско-джунгарские дипломатические отношения рассматривались нами с позиций системного анализа, хотя мы отдавали себе отчет в том, что не все элементы этих отношений созрели, приобрели устойчивость и повторяемость2.

Источниковая база исследования. Основу источниковой базы исследования составили письменные исторические источники на русском языке. К сожалению, собственно ойратские источники немногочисленны и «за исключением генеалогических перечней и текста законов, - отмечал B.JI. Котвич, - отличаются большой скудостью, и для освещения рассматриваемого периода истории ойратов приходится обращаться главным образом к тем источникам, которые хранятся у народов, приходивших с ними в соприкосновение, а именно у русских, китайцев, манджур, монголов и мусульман» . К тому же большая часть писем ойратских тайш и ханов к сибирским воеводам и русским царям не сохранилась. Основными для нашей темы явились русские архивные документы и материалы, хранящиеся в фондах Архива внешней политики Российской империи (Коллегия иностранных дел) и документы Российского государственного архива древних актов (Посольский приказ), а также опубликованные в различных документальных сборниках. По информативности и достоверности использованные источники разделены на несколько видов:

1. Указы и грамоты русских царей и Сената джунгарским тайшам и ханам, в которых раскрывается общее направление русской политики в Джунгарии. Листы ойратских правителей Батура-хунтайджи, Галдана-Бошокту-хана, Цэван-Рабдана, Галдан-Цэрена в Москву и Петербург, содержащие ценную информацию о позиции джунгарских ханов по наиболее важным вопросам двусторонних дипломатических отношений.

2. Материалы переписки внешнеполитических ведомств Русского государства (Приказа Казанского дворца, Посольского приказа, Коллегии иностранных дел), с

1 Воскресенский А.Д. Многофакторное равновесие в международных отношениях // Политическая наука в России: интеллектуальный поиск и реальность. М., 2000. С. 413-440.

Системная история международных отношений в четырех томах. События и документы. 19182000. Т. 1. События.1918-1945. Ответ, ред. А.Д. Богатуров. М., 2000.

3 Котвич B.J1. Русские архивные документы. С. 799. одной стороны, и правительства Джунгарии (Зарш), с другой. В делопроизводственных документах правительства и переписке наиболее полно отражается официальный курс России по отношению к Джунгарии, а также текущее состояние дипломатических отношений между государствами.

3. Донесения правительству от Сибирской и Оренбургской канцелярий, командующих войсками на Сибирских линиях, воевод и комендантов сибирских городов по джунгарским делам, содержащие обширные сведения о состоянии и характере русско-ойратских отношений на местах. К этой же группе источников можно добавить и переписку сибирского и Оренбургского губернаторов с джун-гарскими ханами и наместниками, а также казахскими владельцами по конкретным вопросам взаимоотношений.

4. Важное место по информативности имеют записи (протоколы) приемов джунгарских послов правительством России и переговоры с ними, а также инструкции (наказы), отчеты и журналы (дневники, статейные списки) русских послов в Джунгарии. В этих материалах и документах наиболее полно отражена картина противоборства русской и джунгарской дипломатий, раскрывается тактика сторон, методы и приемы достижения целей, роль и значение церемониала в дипломатических отношениях Русского государства и Джунгарскош ханства и другие аспекты изучаемой проблемы.

5. К массовому виду источников относятся показания лиц (купцов, разведчиков, беженцев и др.), хорошо знающих внутреннее положение Джунгарии и способствующих корректировке политического курса сибирских властей и правительства по отношению к происходящим там событиям.

Все эти документы и материалы отложились в различных центральных и местных архивах, нашли отражение в многочисленных документальных публикациях и летописях1.

1 Самое раннее упоминание ойратов в Сибирских летописях датируется 1574 г., а первое упоминание в архивных документах датируется 1597 годом. Документ представляет собой указную грамоту царя Михаила Федоровича тарскому воеводе 1 января 1597 г. по поводу разногласий между кучумовичами и ойратами. См.: Котвич B.J1. Русские архивные документы. С.1082.

В АВПРИ нами были изучены фонды: Калмыцкие дела, Зюнгорские дела, Киргис-кайсацкие дела, Сношения России с Китаем, Библиотека Азиатского департамента; в РГАДА исследованы те же коллекции, но относящиеся уже к XVII столетию. Это фонды: Зюнгорские дела, Сношения России с Китаем, Правительствующий Сенат, Летопись Черепанова, Киргис-кайсацкие дела, Сибирский приказ, Портфели Г.Ф. Миллера. Наибольший интерес для нас представляли официальные документы - «указные грамоты» царей сибирским воеводам по ойратским делам, «грамоты» царей на имя ойратских ханов, оригиналы и переводы посланий правителей Джунгарского ханства русским царям и воеводам и губернаторам Сибири и Оренбургского края, протоколы встреч и переговоров русского правительства с посланцами из Джунгарии; инструкции русским посланникам, отправляющимся в Джунгарию, донесения, отчеты и журнальные записи, статейные списки русских послов И. Чередова, И. Унковского, Л. Угримова, К. Миллера и многих других, «памяти» - бумаги, которыми сносились между собой приказы и ведомства, различного рода «выписки» (справки) по разным обстоятельствам, расспрос-ные речи и т.д. Кроме того, в работе были использованы множество различных рапортов, «сказок», промеморий чиновников, военных, показаний купцов и других лиц, каким-либо образом связанных с Джунгарией, выявленных нами в архивах или заимствованных из опубликованных сборников документов. Квалифицированный анализ русских архивных документов по истории русско-джунгарских отношений выполнил в свое время В.Л. Котвич. «Русские источники, - пришел он к выводу, - дают богатейший материал, позволяющий восстановить картину русско-ойратских отношений большей частью до мельчайших подробностей». Русские архивные документы, заключал он, «это подлинное делопроизводство по ойратским делам разных государственных учреждений»1.

Ценные документы по изучаемой нами проблеме отложились в Санкт-Петербургском филиале Архива РАН, прежде всего в фонде Г.Ф. Миллера, выявившего их в канцеляриях сибирских городов; по большей части там не сохра

1 Котвич B.JI. Русские архивные документы. С. 814-815. нившихся. В Архиве востоковедов Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН, хранятся черновики и неопубликованные рукописи по истории Джунгарии и русско-монгольских отношений. Речь идет, прежде всего, о фонде известных русских монголоведов A.M. Позднеева, К.Ф. Голстунекого и др., позволивших более углубленно исследовать некоторые аспекты внешней политики джунгарских ханов, в том числе и по отношению к России.

Из региональных архивов нами были привлечены документы Государственного архива Оренбургской области. Были изучены и использованы при написании работы фонды Оренбургской экспедиции, Оренбургской комиссии и Оренбургской губернской канцелярии. Вышеназванные фонды содержат материалы, связанные с политикой ойратов в Казахстане и противодействии этой политике местных оренбургских властей. Документы о политике сибирских властей содержатся в Государственном архиве Омской области. Прежде всего, это фонды Военно-походной канцелярии главного командира Сибирского корпуса, фонд известного исследователя Сибири и Центральной Азии Г.Е. Катанаева. Подробную характеристику этих фондов можно найти в работе П.П. Вибе, А.П. Михеева, Н.М. Пугачевой1. Значительный круг документов по истории русско-джунгарских дипломатических отношений выявлен нами в Центре хранения архивного фонда Алтайского края (Фонд Р1788 - В.А. Моисеева).

Кроме архивов нами были исследованы и частично использованы материалы двух рукописных фондов. Так, в Рукописном отделе Российской государственной библиотеки был изучен фонд Оренбургского генерал-губернатора И.И. Неплюева, в котором сохранились копии различных документов, относящихся к истории политики джунгар в Казахстане, дневники и записки И.И. Неплюева и П.И. Рычкова.

Существенным подспорьем при написании работы явились тематические сборники документов, опубликованные в дореволюционной2 и советской печа

1 Омский историко-краеведческий словарь. М., 1994. С. 18-19.

2 Посольство из Тобольска к Бушухту-хану зюнгарскому в 1691 году // Сибирский вест-ник.1821 г. Кн. 9. Ч. XV; кн. X. Ч. XVI; кн. XI. Ч. XVII; Памятники Сибирской истории XVIII века. Кн. 1. 1700-1713 гг. СПб., 1832.; кн. 2. 1713-1724 гг. СПб., 1885; [Абрамов Н.А.] Перети1, а также некоторые монгольские и уйгурские нарративные источники, переведенные на русский язык2. Собственно ойратские источники крайне бедны. Характеризуя их B.J1. Котвич, указывал, что «в отношении положительных исторических данных они, за исключением генеалогических перечней и текста законов, отличаются большою скудностью . Богатая ойратская литература практически была вся уничтожена в годы разгрома Джунгарии цинским Китаем и казахами. Этот ис-точниковый пробел восполняют русские документы и материалы.

Изучению роли джунгарского фактора в русско-китайских отношениях по архивным документам посвящен капитальный труд известного отечественного архивиста конца XVIII - начала XIX вв. Н.Н. Бантыш-Каменского4. Примерно тогда же Археографическая комиссия издала часть документов из портфелей Миллера, охватывающих период с 1700 по 1724 гг., под названием «Памятники Сибирской истории XVIII века»5 содержащие сведения по русско-ойратским отношениям. Для реконструкции посольских связей между Русским государством и Джунгаривод с двух китайских листов, писанных . И Чтения в Обществе истории и древностей российских при Московском университете. 1868. Кн. 4; Потанин Г.Н. О караванной торговле с Джунгарской Бухарией в XVIII столетии // ЧОИДР. М., 1868. Кн. 2; Он же. Наши сношения с джунгарскими владельцами // Сборник историко-статистических сведений о Сибири и сопредельных ей странах. Т. 2. Вып. 1. СПб., 1873; Бантыш-Каменский Н.Н. Дипломатическое собрание дел. Казань, 1882; Посольство к зюнгарскому хун-тайчжи цэвап-Рабтапу капитана от артиллерии Ивана Упковского и путевой журнал его за 1722-1724 гг. СПб., 1887; Крафт И.И. Сборник узаконений о киргизах степных областей. Оренбург, 1898; Добросмы-слов А.И. Материалы по истории России. Оренбург, 1900. Т. 1.

1 Архивные материалы на русском языке из бывшего Пекинского дворца. Письма, полученные из России в годы царствования Кан-си и Цяпь-лун. Бэйпин, 1936; Миллер Г.Ф. История Сибири. Т. 1-2. M.-JL, 1937-1941; Русско-монгольские отношения. 1607-1691. М., 1959— 2000; Казахско-русские отношения в XVI-XVIII веках. Алма-Ата, 1961; Русско-китайские отношения в XVII веке. Т. 1-2. 1608-1691. М., 1969-1972; Русско-китайские отношения в XVIII веке. Т. 1-2. 1700-1727. М., 1978-1990; Архивные материалы о русско-джунгарских и китайских отношениях. Собр. соч. в пяти томах. Т. IV. Алма-Ата, 1985; Международные отношения в Центральной Азии в XVII-XVIII в. Книга 1-2. М., 1989; Цинская империя и казахские ханства. Вторая половина XVIII первая треть XIX вв. Ч. 1-2. Алма-Ата, 1989.

2 Материалы по истории казахских хаиств XV-XVIII в. (извлечения из персидских и тюркских сочинений). Алма-Ата, 1969; Шах Махмуд Чурас. Хроника. М., 1976; Ахмедов Б.А. Ис-торико-географическая литература Средней Азии XVI-XVIII. Ташкент, 1982; Позднеев A.M. Монгольская летопись «Эрдэпийн эрихэ» с пояснениями, заключающими в себе материалы по истории Халхи с 1636 по 1736 г. СПб., 1883; Калмыцкие историко-литературные памятники в русском 'переводе. Элиста, 1969; Бадмаев А. Калмыцкая дореволюционная литература. Элиста, 1984.

Котвич В Л. Русские архивные документы.С. 799.

4 Баитыш-Каменский Н.Н. Дипломатическое собрание дел. Казань, 1882.

5 Памятники Сибирской истории XVIII века. Ки. 1. СПб., 1882. Кн. 2. 1885. ей были использованы Сибирские летописи, прежде всего Черепановская1, а также «Чертежная книга Сибири», составленная тобольским сыном боярским Семеном Ремезовым в 1701 г.2. Отдельные материалы по ойратам опубликовал известный о российский этнограф Г.Н. Потанин . Наиболее интересной была публикация востоковедом Н.И. Веселовским журнала посольства капитана И. Унковского в Джунгарию в 1722-1724 гг.

В 1913 г. Ф.И. Покровский опубликовал «Путешествие в Монголию и Китай сибирского казака Ивана Петлина в 1618 г.», содержащее сведения о первых контактах ойратских князей с русскими властями Сибири. Как отмечал B.JI. Котвич все эти и другие публикации по истории русско-ойратских отношений носили случайный характер, относились к разным историческим периодам и не могли дать исследователям сколько-нибудь цельного представления о проблеме4.

Для справок использовались труды американских исследователей Фу Лошу и А. Хаммеля5.

Взятые в совокупности и критически проанализированные при помощи современных методов исторического исследования привлеченные нами источники, достаточно репрезентативны и достоверны, и составили, как нам представляется, надежную основу для решения поставленных в диссертации задач.

Научная новизна диссертации состоит в том, что впервые в историографии на основе широкого круга архивных документов, солидная часть которых впервые вводится в научный оборот, исследована дипломатическая история русско-джунгарских отношений, проделан анализ дипломатического противоборства этих государств в Центральной Азии, в целом реконструирована картина русско

1 Андреев А.И. О Черепановекой летописи // Исторические записки. 1942. Т. 13. С. 308-323.

2 Ремезов С. Чертежная книга Сибири. СПб., 1882.

3 Потанин Г.Н. О караванной торговле с Джунгарской. ЧОИДР. Кн. 2. 1868.

4 Покровский Ф.И. Путешествие в Монголию и Китай сибирского казака Ивана Петлина в 1618 г. // Известия Отделения русского языка и словесности императорской Академии наук. Пг., 1913. Вып. 4. Т. XVIII. С. 257-304.

5 Fu Loshu. A Documentary Chronicle of Sino-Western relation. 1644-1820. Vol 1-2. Tucson, 1966; Eminent Chinese of the Ching Period (1644-1912) / Ed. By W. Hummel. Vol 1-2. Wash. 1943-1944 джунгарских посольских связей, раскрыты характер и специфика дипломатии Русского государства в отношениях с кочевниками и дипломатическое искусство ойратов Джунгарии.

Практическая значимость работы состоит в том, что собранный документальный материал, основополагающие выводы могут быть использованы при чтении лекционных курсов по истории международных отношений на Востоке в новое время, написании обобщающих работ по истории внешней политики России в Центральной Азии и международных отношений в этом регионе в XVII-XVIII вв.

Апробация работы. Основные положения и выводы диссертационного исследования отражены в 13 публикациях и докладывались на конференциях различных уровней: на двух международных, четырех всероссийских и четырех региональных. Диссертация обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры востоковедения Алтайского государственного университета.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, разделенных на параграфы, заключения, списка источников и литературы, списка сокращений.

Заключение диссертации по теме "Отечественная история", Кушнерик, Римма Арнольдовна

232 Заключение

Русско-джунгарскне дипломатические отношения являлись частью системы международных отношений в Центральной Азии. Эпизодические контакты начала XVII в. со временем становятся все более регулярными. Начиная с периода образования Джунгарского ханства, обмен посольств осуществляется практически непрерывно, что свидетельствует о высокой динамике русско-джунгарских дипломатических отношений, значительной степени зависимости этих государств друг от друга. Россия во главу угла своих отношений с Джунгарским ханством ставила экономические интересы и стратегические соображения. С одной стороны, расширить свои владения в Юго-Западной Сибири за счет присоединения новых территорий и новых данников, с другой стороны, обеспечить их безопасность, пытаясь использовать Джунгарское ханство как противовес наступающей на Центральную Азию Цинской империи, но в то же время не дать чрезмерно усилиться государству ойратов за счет захвата казахских жузов. В идеале - побудить правителей Джунгарии признать российское под данство

Внешнеполитические задачи ойратов по отношению к России сводились к следующему:

1) Избегать войны на два фронта - против России и цинского Китая;

2) Иметь на границе с Россией обширное буферное пространство с аборигенным населением, контролируемым джунгарами;

3) Не допустить реального подчинения казахских жузов России, чередуя тактику набегов и грабежей с политикой «умиротворения» казахских кочевников;

4) Найти в лице России военного союзника в борьбе с Цинской империей;

5) Поддерживать с Россией активные торгово-экономические связи.

Каков был исход дипломатического противостояния Русского государства с Джунгарским ханством? Дипломатия России без крупных военных конфликтов смогла удержать присоединяемые в Юго-Западной Сибири территории, ранее контролируемые джунгарами. Однако в вопросе о подданстве проживавшего на этих территориях коренного населения и праве сбора ясака с него вынуждена была пойти на компромисс - признать его двоепод данство и двоеданничество.

До начала 50-х гг. XVIII в. русская дипломатия использовала Джунгарское ханство как противовес империи Цин в Центральной Азии, успешно поддерживая выгодный России баланс сил в этом регионе, не вступая в военный союз ни с Джунгарией, ни с Китаем, тем самым не связывая себя никакими обязательствами и в то же время имея с обоими государствами дружественные отношения и торгово-экономические связи. Российская дипломатия уступила джунгарам в Казахстане, в результате чего в начале 40-х гг. XVIII в. владетели Среднего и Младшего жуза признали над собой власть Джунгарского хана Галдан-Цэрена. Неудача постигла Петербург и в вопросе выдачи ойратами казны, захваченной под Ямышевом в 1716 г., а также в возмещении ущерба за нападения и разорения русского и аборигенного населения Сибири. В свою очередь джунгарская дипломатия в тяжелейшей борьбе с Китаем сумела обеспечить себе безопасный тыл со стороны России. Война с империей Цин заставляла джунгарских ханов и их дипломатов в отношении России действовать с оглядкой, по возможности избегать крупных конфликтов. Особенностью дипломатических отношений между Россией и Джунгарией был ее челночный характер, отсутствие постоянных представительств, но для этого не было условий и необходимости, между сторонами не заключались письменные договоры. Все вопросы решались в ходе устных переговоров или в процессе переписки между главами двух государств.

В русско-джунгарских дипломатических отношениях, можно выделить несколько этапов с присущими им особенностями. На первом этапе (начало XVII в. - 1635 г.) - это были отношения сибирских воевод и московского правительства с отдельными ойратскими князьями. Главной задачей русского правительства и местных сибирских властей на этом этапе было не допустить захвата русских городов и ясачных волостей огромными, в сравнении с русским населением Сибири, массами кочевников-ойратов, добиться приведения ойратских тайш «под высокую государеву руку», т.е. в подданство.

Отсюда беспрецедентные уступки в области торговли, непрерывная отправка посольств с «жалованьем» ойратским князьям и т.д. Наряду с военными акциями, русская дипломатия сыграла важную роль в том, что русско-ойратские отношения на этом этапе, несмотря на отдельные военные столкновения, не вылились в войну. Дипломатия ойратов в это время не представляла собой что-то цельное. Ойратские князья в сношениях с русскими властями, как правило, преследовали личные или групповые цели.

Второй этап в русско-джунгарских дипломатических отношениях начался после образования Джунгарского ханства и продолжался до конца 70-х гг. XVII в. Эти отношения принимают все более упорядоченный характер и осуществляются уже между государствами, а не только с отдельными тайшами. На первый план во взаимоотношениях выдвигается вопрос о сферах влияния в Сибири и складывается система русско-джунгарского кондоминиума, инициатором которой был Батур-хунтайджи. Самыми сложными и неровными русско-джунгарские отношения вообще и дипломатические, в частности, были в период правления хана Сенге. Галдан попытался продолжить его политику, но война с Халхой, а затем с Китаем заставила его изменить политику и искать союза с Русским государством.

Третий этап в русско-джунгарских дипломатических отношениях приходится на период превращения Джунгарии в могущественную кочевую империю Центральной Азии. Этот период можно датировать концом 90-х гг. XVII-1745 гг. XVIII вв. Несмотря на разгром цинским Китаем армии Галдана, основы Джунгарской империи были заложены этим ханом, завоевавшим Восточный Туркестан, Семиречье, Северную Киргизию, подчинивших своей власти ряд городов Средней Азии. Цэван-Рабдан, проявив политическую гибкость и энергию, сумел восстановить власть Джунгарии над этими землями и народами и приумножить могущество империи. Галдан-Цэрен поднял могущество ханства на небывалую высоту. Не случайно Джунгарское ханство в эти десятилетия не только успешно отбивало натиск могущественной Цинской империи, но и наносило ей тяжелые поражения.

Дипломатические отношения с Россией в этот исторический период носили регулярный характер, но осложнялись постоянным продвижением России вглубь так называемых буферных территорий Юго-Западной Сибири, поглощением контактной зоны, населенной коренными народами, а также нападениями кыштымов Джунгарии - телеутов и киргизов - на русские крепости и ясачные волости. Походы И.Д. Бухгольца и И.М. Лихарева в 1715-1720 гг. и создание Верхъиртышской линии крепостей, основание на Алтае Колывано-Воскресенских рудников и заводов резко обострили ситуацию. Не случайно главной темой в русско-джунгарских переговорах станет проблема сноса этих крепостей и заводов, а также выдачи беженцев, урегулирования торговли, проблема права сбора ясака.

Русские власти, несмотря на яростное сопротивление джунгар и их киргизских и телеутских кыштымов, постепенно выдавливали последних из Южной Сибири, данническая база ойратов постоянно сужалась. Все усилия джунгарской дипломатии остановить наступление Российской империи оставались безрезультатными. Временно реванш джунгарам удалось взять в Казахстане, заставив казахскую знать признать джунгарское подданство и по существу превратить казахских правителей Среднего и Младшего жузов в двоеподданцев. Дипломатия ойратов в Казахстане в первой половине 40-х гг. XVIII в. полной мере проявила свои сильные качества: наступательность, энергию и в то же время гибкость, сочетание самых различных методов воздействия на правящую в Среднем и Младшем жузах верхушку.

Последний четвертый период в дипломатических взаимоотношениях приходится на 1745-1758 гг., т.е. на период усобиц и гибели Джунгарии. Слабость Джунгарии соседи, в том числе русские власти, почувствовали уже к концу 40-х гг. Резко активизировалась разведывательная деятельность русских в Джунгарии, меняется характер посланий русских губернаторов к правителям Джунгарии, он приобретает черты ультиматумов. Русское правительство попыталось вести дипломатическую игру на борьбе ойратских князей между собой, побудить потерпевших поражение князей признать подданство России, но безуспешно.

Оценивая русско-джунгарские дипломатические отношения за весь период их существования необходимо отметить, что в целом это были мирные отношения, лишь изредка нарушавшиеся пограничными локальными конфликтами. Основными причинами, которых было стремление ойратов воспрепятствовать политике ограничения Россией их сферы и степени влияния в Сибири и Казахстане, оттеснить ойратские кочевья все дальше на юг. В дипломатических взаимоотношениях с Россией джунгары стремились использовать стратегию эксплуатации. Все посольские миссии ойратов в сибирских городах, Москве и Петербурге вели большую торговлю, закупая, в том числе запретные товары -оружие и порох, свинец и пр. Привезенные же ими товары, как будто бы принадлежащие ханам, как правило, не объявлялись и пошлины с них не взимались. Не будет преувеличением сказать, что торговля с Россией, сбор дани с двоеданцев и даже с русских ясачных волостей составляли важнейшую статью доходов Джунгарского ханства. Это был, как отмечал О.В. Воронин вынужденный со стороны России компромисс, и добавим мы, плата России ойратам за весьма условный и хрупкий мир на границе.

Джунгарские ханы, прежде всего Хара-Хула, Батур-хунтайджи, Галдан-Бошокту-хан, Цэван-Рабдан, Галдан-Цэрен были опытными и весьма искушенными в политике и в международных отношениях правителями. Они четко представляли себе свои задачи, объективно оценивали реальную обстановку и соотношение сил своих противников и союзников, умели идти к реализации своих целей последовательно и неуклонно, не отказываясь при этом от компромиссов, умелой дипломатической игры. Посольские миссии в Российское государство были подчинены главной цели джунгарских ханов - использование могущества и влияния России как в укреплении власти внутри Джунгарии, так и усиления позиции ханства на международной арене.

Дипломатическое искусство являясь составной частью политической культуры России и Джунгарии, основывалось на различных ценностях. Российская - на нормах христианской морали и европейских традициях, в то же время, вобрав в себя огромный опыт общения с народами и государствами Востока. Отсюда в отношениях с Джунгарией явственно проступает ее «азиатскость», т.е. стремление во что бы то ни стало подчинить ойратов своей власти, пытаться использовать в своих целях претендентов на ханский трон Даваци и Амурсану. Политическая традиция джунгар и их внешнеполитические подходы и дипломатия несли на себе мощный отпечаток многовекового опыта монгольского народа, его духовно-нравственные и религиозные, прежде всего буддийские начала. Ойратские дипломаты брали не ораторским искусством, а своей неуступчивостью, постоянной нацеленностью на решение важнейших для их государства вопросов, использовали для достижения своих целей разнообразные методы и средства: от исторического права до династий-ных браков. Хотя обе стороны не имели постоянных представительств, однако длительное нахождение посольств (порой до двух-трех лет) компенсировало их (представительств) отсутствие.

Дипломатические взаимоотношения Русского государства, а затем Российской империи с Джунгарским ханством были отношениями равноправных, хотя и неодинаковых по силе и могуществу. Эти отношения возникли на основе экономической и политической заинтересованности обеих государств в поддержании дружественных отношений друг с другом. Хотя ни Россия во внешнеполитических приоритетах Джунгарии, ни Ойратское государство в иерархии таковых на Востоке не были ведущими, их взаимоотношения в значительной степени определяли политический климат в Центральной Азии. На обширных пространствах Сибири и Центральной Азии столкнулись две различных цивилизации, находящиеся к тому же на разных ступенях развития, и, тем не менее, с помощью дипломатии избежавших длительных конфликтов и конфронтации.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Кушнерик, Римма Арнольдовна, 2006 год

1. Опубликованные источники1. Летописи

2. Алтан-Тобчи. Монгольская летопись в подлинном тексте и переводе. Перевод ламы Галсана Гомюбоева // Труды Восточного отделения Русского Археологического общества. СПб., 1858. Т. 6. - 234 с.

3. Позднеев A.M. Монгольская летопись «Эрдэнийн эрихэ». Подлинный текст с переводом и пояснениями, заключающими в себе материалы для истории Халхи с 1636 по 1736 г. СПб., 1883. XVIII + 421 с.

4. Шах-Махмуд ибн Мирза Фазил Чурас. Хроника. Крит, текст, перев. комментар., исслед. и указ. О.Ф. Акимушкин. М., 1976. - 405 с.1. Законодательные акты

5. Восемнадцать степных законов. Памятник монгольского права XVI-XVII вв. Перевод с монг. и комм. А.Д. Насилова. СПб., 2002. - 159 с.

6. Дополнения к Актам историческим. Т. 4. СПб.: Археог. комис., 1851.

7. Добросмыслов А.И. Материалы по истории России. Сборник указов и других документов, касающихся управления и устройства Оренбургского края. Оренбург, 1900. Т. 1. - 303 с.

8. Крафт И.И. Сборник узаконений о киргизах степных областей. Оренбург, 1898.-884 с.

9. Полное собрание законов Российской империи 1649 г. Собр. 1. Т. 6. СПб.: Гос. изд., 1830. 1009 с.

10. Указы Сибирской канцелярии // Валиханов Ч.Ч. Собр. соч. в пяти томах. Т. IV. Алма-Ата, 1985. - С. 235-239.1. Документальные материалы

11. Адрианов А.А. Материалы по археологии Усть-Каменогорского района// Труды Семипалатинского окружного музея. Семипалатинск, 1929. Вып. 2-й.-С. 43-56.

12. Акимушкин О.Ф. Сведения об ойратах в хронике Шах-Махмуда б. Мирзы Фазила Чураса // Вестник Калмыцкого НИИ языка, литературы и истории. Элиста, 1974. № 9. - С. 106-138.

13. Акты, касательно китайского посольства в Россию в 1731 году // Русский вестник. 1841. № 11-12.-С. 102-110.

14. Архивные материалы на русском языке из бывшего Пекинского дворца. Письма, полученные из России в годы царствований Канси и Цянь-лун. Кит. перев. Ван-Чжисяна. Бэйпин, 1936. - 312 с.

15. Архивные материалы о русско-джунгарских и китайских отношениях. (Рукописные документы) // Валиханов Ч.Ч. Собр. соч. в пяти томах. Алма-Ата, изд-во Казахской советской энциклопедии, 1985. Т. IV. С. 210-239.

16. Ахмедов З.А. Историко-географическая литература Средней Азии XVII-XVIII вв. (Письменные памятники). Ташкент, «Фан», 1985. - 263 с.

17. Бакунин В.М. Описание истории калмыцкого народа // Красный архив. 1939. № 3. -С. 189-254; №5.-С. 196-220.

18. Бакунин В. М. Описание калмыцких народов, а особливо из них тор-гоутского, и поступков их ханов и владельцев. Сочинение 1761 года. Элиста, 1995. - 153 с.

19. Балданжапов П.Б. Монгольская летопись «Эрдэнийн эрихэ» и ее значение в монгольской историографии // Монгольский сборник. М.: «Наука», 1959.-С. 163-170.

20. Бантыш-Каменский Н.Н. Дипломатическое собрание дел между Российским и Китайским государствами с 1619 по 1792 год. Изд. В. Флоринским. -Казань, 1882, XII + 565 с.

21. Бутанаев В.Я., Абдыкалыков А. Материалы по истории Хакасии XVII начала XVIII вв. - Абакан, 1995. - 250 с.

22. Владимирцов Б.Я. Монгольские сказания об Амурсане // Восточные записки. Л., 1927. Т. 1. - С. 271-276.

23. Воробьева-Десятовская М.И. Лист тибетской рукописи из Аблай-кита // Страны и народы Востока. Кн. №. 3. М.: ГРВЛ, 1989. Вып. XXVI. - С. 36-42.

24. Гнучева В.Ф. Материалы для истории экспедиций Академии наук в XVIII-XIX веках // Труды Архива АН СССР. М.-Л, 1940. Вып. 4. - 312 с.

25. Жамцарано С. Монгольские летописи XVII века // Труды Института востоковедения АН СССР. М.-Л., 1936. Т. XVI. - С. 1-121.

26. Из истории земли Томской. 1604— 1917 (Сборник документов и материалов). Томск, 1978. Вып. 1. - 224 с.

27. Иориш И.И. Материалы о монголах, калмыках и бурятах в архивах Ленинграда. М.: «Наука», 1966. - 207 с.

28. Историческая записка о китайской границе, составленная советником Тро-ицко-савского пограничного правления Сычевским в 1846 году. М., 1875. - 292 с.

29. История калмыцкой литературы. В двух томах. Под ред. Г.И. Михайлова и Р.А. Джамбинова. Дооктябрьский период. Элиста: Калмыцкое книжное изд-во, 1981. Т. 1.-335 с.

30. Казахско-русские отношения в XVI-XVIII веках. (Сборник документов и материалов). Под ред. В.Ф. Шахматова, Ф.И. Киреева и Т.Ж. Шоинбаева. -Алма-Ата: «Наука», 1961. 740 с.

31. Калмыцкие историко-литературные памятники в русском переводе. -Элиста, 1969.-203 с.

32. Котвич B.J1. Русские архивные документы по сношениям с ойратами в XVII-XVIII вв. // Известия Российской Академии наук. Пг., 1919 Т. XIII. Ч. 2. № 12-18.

33. Любопытное вооружение города Тобольска против нашествия калмыков в 1646 году (Выписана из Летописи сибирской, сочиненной Ильею Черепановым) // Сибирский вестник. 1821. Ч. 14. - С. 289-294.

34. Материалы по истории казахских ханств XV-XVIII веков. (Извлечения из персидских и тюркских сочинений). Ответ. Ред. Б. Сулейменов. Алма-Ата: «Наука», 1969. 651 с.

35. Материалы по истории Средней и Центральной Азии. X-XIX вв. Под ред. Б.А. Ахмедова. Ташкент: «Фан», 1988. - 414 с.

36. Международные отношения в Центральной Азии. XVII-XVIII вв. Документы и материалы. Составители Б.П. Гуревич, В.А. Моисеев. Книга 1. М.: «Наука», 1989. - 375 с.

37. Международные отношения в Центральной Азии. XVII-XVIII вв. Документы и материалы. Составители Б.П. Гуревич, В.А. Моисеев. Книга 2. М.: «Наука», 1989. - 340 с.

38. Миллер Г.Ф. История Сибири. М.-Л., 1937-1941. Т. I. 607 е.; Т. II. - 593 с.

39. Мэн-гу-ю-му-цзи (Записки о монгольских кочевьях). Перев. с кит. П.С. Попова. СПб., 1895. - 478 с.

40. Паллас П.С. Собрание исторических известий о монгольских народах, сочиненное господином П.С. Палласом // Санкт-Петербургский вестник. 1778. № 1. - С. 65-74; № 2. - С. 148-157; № 3. - С. 27-230; № 4. - С. 298-308; № 5. -С.387-393.

41. Паллас П.С. Путешествие по разным провинциям Российской империи. Ч. I. СПб., 1809. - 657 с.

42. Памятники сибирской истории XVIII века. Кн. 1. 1700-1713 гг. 1551 е.; Кн. 2. 1713-1724 гг. - 551 с. - СПб., 1882-1885.

43. Покровский Ф.И. Путешествие в Монголию и Китай сибирского казака Ивана Петлина в 1618 г. // Известия Отделения русского языка и словесности императорской Академии наук. Пг., 1913. Вып. 4. Т. XVIII. - С. 257-304.

44. Посольство из Тобольска к Бушухту-хану зюнгарскому в 1691 году // Сибирский вестник. 1821. Кн. 9. Ч. XV. - С. 1-13; Кн. 10. Ч. XVI. - С. 15-22; Кн. 11.4. XVI.-С. 23-32.

45. Посольские книги по связям России с калмыцким ханством // Сост. Н. Рогожин, М. Батмаев. Элиста: АПП «Джангар», 2003. - 316 с.

46. Потанин Т.Н. Наши сношения с джунгарскими владельцами // Сборник историко-статистических сведений о Сибири и сопредельных ей странах. -СПб., 1873. Вып. 1. Т. 2. С. 1-64.

47. Потанин Т.Н. О караванной торговле с Джунгарской Бухарией в XVIII столетии. М., 1868. - 93 с.

48. Пучковский JI.C. Монгольские, бурят-монгольские и ойратские рукописи и ксилографы Института востоковедения. Ч. 1. История, право. M.-J1., Изд. АН СССР, 1957. - 145 с.

49. Рассохин И. Описание путешествия, коим ездили китайские посланники в Россию, бывшие в 1714 г. у калмыцкого хана Аюки на Волге // Ежемесячные сочинения. 1764. Июль-ноябрь.

50. Ремезов С. Чертежная книга Сибири. СПб., 1882.

51. Русско-китайские отношения в XVII веке. Материалы и документы. Под ред. СЛ. Тихвинского. Т. 1. 1608-1683. М.: «Наука» 1969. - 614 с.

52. Русско-китайские отношения в XVII веке. Материалы и документы. Под. Ред. С.Л. Тихвинского Т. 2. 1686-1691. М.: «Наука», 1972. - 835 с.

53. Русско-китайские отношения в XVIII веке. Материалы и документы. Под ред. С.Л. Тихвинского. Т. 1.1700-1725.-М.: «Наука». 1972.-703 с.

54. Русско-китайские отношения в XVIII веке. Материалы и документы. Под ред. С.Л. Тихвинского. Т. 2. 1725-1727. М.: «Наука», 1990. - 670 с.

55. Русско-монгольские отношения. 1607-1636. Сборник документов. (Материалы по истории русско-монгольских отношений). Под ред. И.Я. Златки-на, Н.В. Устюгова. М.: «Восточная литература», 1959. - 551 с.

56. Русско-монгольские отношения. 1636-1654. Сборник документов. (Материалы по истории русско-монгольских отношений). Под ред. И.Я. Златки-на, Н.В. Устюгова. М.: «Восточная литература», 1974. - 468 с.

57. Русско-монгольские отношения. 1654—1685. Сборник документов. (Материалы по истории русско-монгольских отношений). Составитель Г.И. Слесарчук. Ответ. Ред. Н.Ф. Демидова. М.: «Восточная литература» РАН, 1996.-560 с.

58. Русско-монгольские отношения. 1685-1691. Сборник документов (Материалы по истории русско-монгольских отношений). Составитель Г.И. Слесарчук, ответ. Ред. Н.Ф. Демидова. М.: «Восточная литература» РАН, 2000. - 488 с.

59. Санчиров В.П. «Калмаки» в «Истории» турецкого автора XVI в. Сейфи Челеби // Малоисследованные источники по истории дореволюционной Калмыкии и задачи их изучения на современном этапе. Элиста, 1987. - С. 3-27.

60. Селезнев М.С. Документы на русском языке в Пекинском архиве древних актов // Исторический архив. 1959. № 2. - С. 206-207.

61. Спафарий Н.М. Сибирь и Китай. Кишинев, 1960. - 515 с.

62. Список дипломатических лиц русских за границей и иностранных при русском дворе (С начало сношений по 1800 г.). Вып. 1. Сер. Ал. Белокуров. -М., 1892.-80 с.

63. Титов А. Сибирь в XVII в. Сборник старинных русских статей о Сибири и прилежащих к ней землях. М., 1890. - 216 с. + XXII

64. Харро Фон Зенгер. Стратагемы. О китайском искусстве жить и выживать. Пер. с немец. А.В. Дыбо. Общая ред., вступит. Статья и коммент. B.C. Мясникова. М.: «Прогресс», 1995. - 380 с.

65. Цинская империя и казахские ханства. Вторая половина XVIII первая треть XIX в. Сборник документов и материалов. Составители К.Ш. Хафизо-ва, В.А. Моисеев. Ч. 1. - 215 е.; Ч. 2. - 226 с. - Алма-Ата: «Наука», 1989.2. Архивные материалы

66. Архив Академии наук РФ (Санкт-Петербургский филиал)

67. Фонд № 21. Портфели Г.Ф. Миллера

68. Архив внешней политики Российской империи

69. Фонд № 62. Сношения России с Китаем

70. Фонд № 113. Зюнгорские дела

71. Фонд № 119. Калмыцкие дела

72. Фонд № 122. Киргиз-кайсацкие дела

73. Фонд № 130. Сибирские дела

74. Архив востоковедов Санкт-Петербургского отделения Института востоковедения РАН28 Ф. № 44. A.M. Позднеева

75. Государственный архив Омской области

76. Фонд № 1. Военно-походная канцелярия Главного командира Сибирского корпуса Фонд № 366. Г.Е. Катанаев

77. Государственный архив Оренбургской области 2.10 Фонд № 1. Оренбургская экспедиция

78. Фонд № 3. Оренбургская губернская канцелярия

79. Российский государственный архив древних актов

80. Фонд № 62. Сношения России с Китаем

81. Фонд № 113. Зюнгорские дела

82. Фонд № 119. Калмыцкие дела

83. Фонд № 122. Киргиз-кайсацкие дела

84. Фонд № 196. Летопись Черепанова

85. Фонд № 199. Портфели Г.Ф. Миллера

86. Фонд № 214. Сибирский приказ

87. Фонд № 248. Правительствующий Сенат

88. Центр хранения архивного фонда Алтайского края220. Фонд Р1788. В.А. Моисеева

89. Отдел рукописей Российской государственной библиотеки221.Фонд № 222. И.И. Неплюева3. Исследования

90. ЗЛ.Абилев А.К. История дореволюционного Казахстана. Алма-Ата, 1992. 3.2. Абусеитова М.Х. Казахстан и Центральная Азия в XV-XVII вв.: история, политика, дипломатия. - Алматы: «Дайк-Пресс», 1998. - 264 с.

91. Абылхожин Ж.Б., Бурханов К.Н., Кадырбаев А.Ш., Султанов Т.И. Страна в сердце Евразии (Сюжеты по истории Казахстана). Алматы, 1998. - 279 с.

92. Авляев Г.О. Происхождение калмыцкого народа (Середина IX первая четверть XVIII вв.). - М.: «Элиста», 1994. - 251 с.

93. Азаренко Ю.А. Русско-ойратская торговля XVII половины XVIII вв. (как пример евразийских связей) // Евразия: культурное наследие древних цивилизаций. Вып. 1. Культурный космос Евразии. - Новосибирск, 1999. - С. 98-101.

94. Акишин М.О. Российский абсолютизм и управление Сибири XVIII века. Структура и состав государственного аппарата. М.,-Новосибирск: «Древлехранилище», 2003. - 408 с.

95. Алдабекова Н.А., Моисеев В.А. Джунгарское ханство в период правления Ламы-Доржи (1750-1752 гг.) // XVII научная конференция «Общество и государство в Китае». Ч. 2. М., 1986.

96. Александров В.А. Россия на дальневосточных рубежах (вторая половина XVII в.) Хабаровск: Хабаровское книжное издательство, 1984. - 271 с.

97. Андреев А.И. О Черепановской летописи // Исторические записки. -1942. Т. 13.-С. 308-323.

98. ЗЛО. Аполлова Н.Г. Историческое значение торговых связей России со Средней Азией (конец XVI-XVII в.) // Феодальная Россия во всемирно-историческом процессе. М.: «Наука», 1972. - С. 332-338.

99. Аполлова Н.Г. Присоединение Казахстана к России в 30-х годах XVIII века. Алма-Ата, Изд. АН КазССР, 1948. - 254 с.

100. Бадмаев А. Калмыцкая дореволюционная литература. Элиста: Калмыцкое кн. изд-во, 1984. - 168 с.

101. Бадмаев А.В. Зая-Пандита. Элиста: Калмыцкое кн. изд-во, 1968. - 76 с.

102. Базаров Б.В. Ням-Осор Н. К истории государственной символики и церемониала монголов // Восток. № 1, 2004. - С. 28-36.

103. Бартольд В.В. Калмыки // Собр. соч. в 9 т. М.: «Наука», 1968. Т. 5. -С.538-540.

104. Бартольд В.В. Очерк истории Семиречья // Собр. соч. в 9 т. М.: «Наука», 1963. Т. 2. Ч. 1. - С. 23-106.

105. Басин В.Я. Россия и казахские ханства в XVI-XVII вв. Алма-Ата: «Наука», 1971.- 275 с.

106. Басхаев А.И. Монголы, ойраты, калмыки: очерки истории военного дела XIII—XVIII вв. Элиста: АПП «Джангор», 2000. - 90 с.

107. Батмаев М.М. Социально-политический строй и хозяйство калмыков XVII-XVIII вв. Элиста, 2002. - 391 с.

108. Бахрушин С.В. Ясак в Сибири в XVII в. // С.В. Бахрушин. Научные труды. Т. III. Ч. Вторая. История народов Сибири в XVI-XVII вв. М.: АН СССР, 1955.-С. 49-85.

109. Бахрушин С.В. Сибирские служилые татары в XVII в. // С.В. Бахрушин. Научные труды. Т. III. Ч. Вторая. История народов Сибири в XVI-XVII вв. М.: АН СССР, 1955. - С. 153-175.

110. Бахрушин С.В. Енисейские киргизы в XVII в. // С.В. Бахрушин. Научные труды. Т. III. Ч. Вторая. История народов Сибири в XVI-XVII вв. М.: АН СССР, 1955.-С. 176-224.

111. Безертинов Р.Н. Татары, тюрки потрясатели Вселенной: история великих империй. 2-е изд. - Новосибирск: ЦЭРИС, 2001. - 732 с.

112. Белокуров С. А. О посольском приказе. М., 1906. - 170 с.

113. Бембеев Ш. Ойраты. Ойрат-Калмыки. Калмыки. (История культура, расселение, общественный строй до образования Калмыцкого ханства в Поволжье и Предкавказье): В 2-х книгах. Элиста: «Джунгар», 2004. - 496 с.

114. Беспрозванных E.JI. Галдан-Бошокту-хан и его роль в политической жизни Центральной Азии (2-я половина XVII века) // Политический лидер, партия и общество. Саратов, 1992. - С. 30-50.

115. Бира Ш. Монгольская историография. (XIII—XVII вв.). М.: «Наука», 1978. - 320 с.

116. Бичурин Н.Я. (Иакинф). Историческое обозрение ойратов или калмыков с XV столетия до настоящего времени. Элиста: Калмыцкое книжное изд-во, 1991.- 127 с.

117. Бичурин Н.Я. (Иакинф). Описание Чжуньгарии и Восточного Туркестана в древнем и нынешнем состоянии. Пер. с китайского монахом Иакинфом. СПб., 1829. Ч. 1. - XLVI+90 е.; Ч. 2. - 90 с.

118. Богоявленский С.К. Материалы по истории калмыков в первой половине XVII в. // Исторические записки. 1959. № 5. - С. 48-101.

119. Воронин О.В. Вопрос о двоеданцах на русско-джунгарских переговорах (второе десятилетие XVII века) // Россия, Сибирь и Центральная Азия (взаимодействие народов и культур). Барнаул: Изд-во «Азбука», 1999. - С. 27-31.

120. Воронин О.В. Вопрос о двоеданцах на русско-джунгарских переговорах 1731-1733 гг. (Посольство Угримова) // Актуальные вопросы истории Сибири. Барнаул: Изд-во Алтайского ун-та, 2000. - С. 355-362.

121. Воронин О.В. Двоеданничество в Сибири XVII 60-е гг. XIX вв. Издание второе, исправленное и дополненное. - Барнаул: Изд-во «Азбука», 2004. - 216 с.

122. Воронин О.В. Кумандинцы между Россией и Джунгарией в XVIII первой половине 50-х гг. XVIII вв. // История и культура коренных народов Южной Сибири с древнейших времен до 1917 г. - Горно-Алтайск, 2002. - С. 61-66.

123. Воронин О.В. Погранично-территориальный вопрос в российско-джунгарских отношениях первой половины XVIII в.: Теоретический аспект // Востоковедные исследования на Алтае. Вып. IV. Барнаул, 2004. - С. 25-33.

124. Воронин О.В. Русско-джунгарские посольские связи и возникновение двоеданничества в Южной Сибири // Актуальные вопросы российско-китайских отношений: история и современность. Барнаул: Изд-во «Азбука», 2000. - С. 64-67.

125. Воронин О.В. «Решение» проблемы енисейских кыргызов в русско-ойратских отношениях // Сибирь в системе международных связей. Сборник статей. Томск: Изд-во Томского ун-та, 2001. -С. 13-23.

126. Быков А.Ю. Россия и Казахстан (XVII-XIX вв.) // Тюркологический сборник. 2002. М.: «Восточная литература», 2003. - С. 51-117.

127. Валиханов Ч.Ч. Аблай // Валиханов Ч.Ч. Собр. соч. в пяти томах. Т. IV. Алма-Ата, 1985.-С. 111-116.

128. Валиханов Ч.Ч. Шуна-батыр (Авантюрист XVIII ст.) // Валиханов Ч.Ч. Собр. соч. в пяти томах. Т. IV. Алма-Ата, 1985. - С. 8-13.

129. Веселовский С.Б. Дьяки и подьячие XV-XV1I вв. М., 1975. 98 с.

130. Веселовский Н.И. Передовые калмыки на пути к Волге // ЗВОРАО. Т. 3. Вып. 4. СПб., 1889. С. 363-370.

131. Веселовский Н.И. Прием в России и отпуск среднеазиатских послов в XVII-XVIII столетиях. СПб., 1884. - 101 с.

132. Веселовский Н.И. Татарское влияние на русский посольский церемониал в Московский период русской истории. СПб., 1911. - 19 с.

133. Вишнякова И.В. Причины миграции ойратов из Джунгарии в Поволжье в начале XVII в. в освещении отечественной историографии // Гуманитарные исследования на пороге нового тысячелетия. Барнаул, 2001. - С. 121-124.

134. Власть в Сибири XVI начало XX века. Межархивный справочник. Под ред. В.В. Моисеева. - Новосибирск: «Масс-Медиа-Центр», 2002. - 295 с.

135. Воскресенский А.Д. Многофакторное равновесие в международных отношениях // Интеллектуальный поиск и реальность. Хрестоматия. Ответ. Ред. А.Д. Воскресенский. М., 2000. - С. 413-440.

136. Воскресенский А.Д. Россия и Китай: теория и история межгосударственных отношений. М., 1999. - 405 с.

137. Глушкова О.А. Посольство цинского Китая в Россию в 1730-1731 гг. //

138. XIX научная конференция «Общество и государство в Китае». Ч. 2. М., 1988. -С. 183-191.

139. Гольман М.И. Изучение истории Монголии на Западе. XIII — середина

140. XX в. М.: «Наука», 1988. - 221 с.

141. Гольман М.И. Русские архивные документы по истории Монголии в середине 50-х 80-е годы XVII века // Mongolica. Памяти академика Бориса Яковлевича Владимирцова. 1884-1931.-М.: «Наука», 1986.-С. 137-149.

142. Гольман М.И. Русские переводы и списки монголо-ойратских законов 1640 г. //Монгольский сборник. Экономика, история, археология. М., 1959. - С. 139-162.

143. Горохова Г.С. Очерки по истории Монголии в эпоху маньчжурского господства (конец XVII начало XX в.). - М., 1980. - 132 с.

144. Грумм-Гржимайло Г.Е. Западная Монголия и Урянхайский край. Т. 1-3. М.-Л., 1926-1930. Ч. 2. - С. 93-270.

145. Гуревич Б.П. Великоханьский шовинизм и некоторые вопросы истории народов Центральной Азии в XVIII-XIX веках // Вопросы истории. 1974. №9.-С. 45-63.

146. Гуревич Б.П., Моисеев В.А. Взаимоотношения цинского Китая и России с Джунгарским ханством в XVII-XVIII вв. и китайская историография // Вопросы истории. 1979. №3. - С. 43-55.

147. Гуревич Б.П. Вторжение Цинской империи в Центральную Азию во второй половине XVIII века и политика России // История СССР. 1973. № 2. -С. 98-114.

148. Гуревич Б.П. Международные отношения в Центральной Азии в XVII первой половине XIX в. - М.: «Наука», 1983. - 309 с.

149. Данияров К. Альтернативная история Казахстана. Алматы, 1998.

150. Демидова Н.Ф., Мясников B.C. Первые русские дипломаты в Китае. -М., 1966.-157 с.

151. Джунгароведение в Кыргызстане. Бишкек, Илим, 2000. - 116 с.

152. Дипломатический словарь. Т. 1. М., 1971. - 611 е.; Т. 2. - М., 1971. -591 е.; Т. 3. - М., 1973.-719 с.

153. Дугаров В.Д. Взаимоотношения России и Монголии в XVII-XIX веках. -Улан-Удэ: Изд-во Бурятского государственного университета, 2004. 260 с.

154. Думан Л.И. Завоевание Цинской империей Джунгарии и Восточного Туркестана // Маньчжурское владычество в Китае. М.: «Наука», 1966. С. 264-274.

155. Евсеев Н.А. Экспедиция И.Д. Бухгольца и основание Омской крепости // Города Сибири. Наука. 1974. - С. 47-59.

156. Едилханова С.А. Казахско-джунгарские отношения в XVII-XVIII веках (некоторые исторические аспекты проблемы). Алматы: «Дайк-Пресс», 2005.- 161 с.

157. Ермаченко И.С. Политика маньчжурской династии Цин в Южной и Северной Монголии в XVII в. М.: «Наука». 1974. - 195 с.

158. Ерофеева И.В. Русско-джунгарские отношения в 40-х гг. XVIII в. и Казахстан (посольство К. Миллера) // Из истории международных отношений в Центральной Азии (средние века и новое время). Ответ. Ред. Г.М. Исхаков. — Алма-Ата, «Гылым», 1990. С. 43-67.

159. Ерофеева И.В. Символы казахской государственности. Позднее средневековье и новое время. Алматы: «Аркаим», 2001. - 151 с.

160. Ерофеева И.В. Хан Абулхаир: полководец, правитель, политик. Алматы, «Санат», 1999. - 336 с.

161. Жуковская Н.Л. Категории и символика традиционной культуры монголов. АН. СССР, Ин-т этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая. М.: «Наука», 1968.- 194 с.

162. Жуковская Н.Л. Пространство и время в мировоззрении монголов // Мифы. Культы. Обряды народов зарубежной Азии. М.: «Наука», 1986. - С. 119-134.

163. Жуковская H.JI. Судьба кочевой культуры. М.: «Наука», 1990. - 112 с.

164. Златкин И.Я. История Джунгарского ханства. 1635-1758 гг. М.: «Наука». 1983.-331 с.

165. Индова Е.И. Русская посольская служба в конце XV первой половине XVI в. // Феодальная Россия во всемирно-историческом процессе. - М.: «Наука», 1972. - С. 294-312.

166. История Республики Алтай. Т.1. Древность и средневековье. Горно-Алтайск, 2002.-359 с.

167. История дипломатии Т. 1. М.: «Политическая литература», 1959 г. - 896 с.

168. История Казахстана с древнейших времен до наших дней. В пяти томах. Т. 3. Алматы, 2000. - 768 с.

169. Итоги и задачи изучения внешней политики России. Советская историография. М.: Изд-во «Наука». 1981. - 387 с.

170. Калмыковедение: вопросы историографии и библиографии. Элиста, 1988.- 188 с.

171. Каппелер А. Формирование Российской империи в XV начале XVIII века: наследство Руси, Византии и Орды // Российская империя в сравнительной перспективе. - М.: Новое издательство, 2004. - С. 94-112.

172. Касымбаев Ж.К. Под надежную защиту России. Алма-Ата, 1986. - 135 с.

173. Касымбаев Ж.К. Экспедиция Бухгольца и создание Прииртышских крепостей в начале XVIII века // Исторические науки. Алма-Ата, 1974. Вып. 1.- С. 33-39.

174. Китай и соседи в новое и новейшее время. Под ред. C.JI. Тихвинского.- М.: «Наука», 1982. 454 с.

175. Китинов Б.У. Светская и духовная власть у ойратов и калмыков в XVII -середине XVIII вв. // Вестник Московского университета. Серия 13. Востоковедение. 2000. № 4. М.: Изд-во Московского университета, 2000. - С. 87-97.

176. Китинов Б.У. Священный Тибет и воинственная степь: Буддизм у ойратов. (XIII—XVIII вв.) / Под ред. Г.М. Бонгард-Левина. М.: Т-во научных изданий КМК, 2004.- 190 с.

177. Ключевский В.О. Сказания иностранцев о Московском государстве. -Петроград, 1918.-333 с.

178. Кляшторный С.Г., Султанов Т.И. Государства и народы Евразийских степей. Древность и средневековье. СПб., 2000. - 307 с.

179. Кляшторный С.Г., Султанов Т.И. Казахстан. Летопись трех тысячелетий. Алма-Ата: «Наука». 1992. - 376 с.

180. Кляшторный С.Г. Россия и тюркские народы: евразийский аспект // Тюркологический сборник. 2002. М.: «Восточная литература», 2003. - С. 5-26.

181. Кляшторный С.Г. Степные империи Евразии / С.Г. Кляшторный, Д.Г. Савинов. СПб., 1994. - 165 с.

182. Княжецкая Е.А. Новые сведения об экспедиции И.М. Лихарева (17191720) // Страны и народы Востока. Вып. XXVI. Кн. 3. М.: ГРВЛ, 1989. - С. 10-35.

183. Колесник В.И. Последнее великое кочевье: переход калмыков из Центральной Азии в Восточную Европу и обратно в XVII-XVIII веках. М.: «Восточная литература» РАН, 2003. - 286 с.

184. Крадин Н.Н. Империя хунну. 2-е изд. М.: «Логос». 2002. - 311 с.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 226835