Счастье как социокультурный феномен тема диссертации и автореферата по ВАК 22.00.06, кандидат социологических наук Королева, Мария Николаевна

Диссертация и автореферат на тему «Счастье как социокультурный феномен». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 472719
Год: 
2013
Автор научной работы: 
Королева, Мария Николаевна
Ученая cтепень: 
кандидат социологических наук
Место защиты диссертации: 
Москва
Код cпециальности ВАК: 
22.00.06
Специальность: 
Социология культуры
Количество cтраниц: 
164

Оглавление диссертации кандидат социологических наук Королева, Мария Николаевна

Введение

Раздел I

Социально-философские предпосылки социологического понимания счастья.

Раздел II

Социокультурное содержание концепта счастья в языках разных народов.

Раздел Ш

Счастье как предмет исследования социологии личности.

Раздел IV

Особенности концептуальной интерпретации феномена счастья в современных эмпирических исследованиях.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Счастье как социокультурный феномен"

Актуальность темы исследования

Любое общество в конкретный исторический период характеризуется определенным набором и иерархией ценностей, которые выступают в качестве наиболее высокого уровня социальной регуляции. В них отражены те социально признанные данным обществом и/или социальной группой критерии поведения и морали, на основе которых развертываются более конкретные и специализированные требования нормативного контроля, соответствующие общественные институты и сами целенаправленные действия людей — как индивидуальные, так и коллективные. Усвоение этих критериев отдельным человеком (интернализация ценностей) составляет необходимую основу формирования личности и поддержания нормативного порядка в обществе. Ценности, характерные для конкретного периода времени той или иной культуры, лежат в основе представления людей о счастье. Соответственно своему пониманию счастья люди выстраивают всю свою жизненную стратегию.

Изучение представлений людей о счастье как о терминальной ценности позволяет выявить трансформирующиеся нравственные императивы, актуальные для нашего общества. Одной из перспективных парадигм в современной социологии является социальный конструктивизм, согласно которому люди существуют в мире, порожденном их типическими действиями, в которые они вкладывают единый смысл и сами конструируют социальную реальность. Применение теории социальных представлений позволяет раскрыть, каким образом индивидуальное понимание счастья каждым человеком детерминирует существующую социальную действительность.

Счастье, в его идеальном понимании, является главной целью человека, что способствует активизации всех его жизненных сил, заставляет раскрывать физический и духовный потенциал личности.

С одной стороны, в обществе существуют имплицитные представления о счастье, - это понятие широко используется в повседневных коммуникациях, художественной и научно-популярной литературе. С другой стороны, это понятие не отражено в социологических словарях, а содержание социальных феноменов, которые оно объединяет, недостаточно раскрыто в исследованиях данной науки.

Счастье является социокультурным феноменом, объединяющим множество аспектов социальной реальности, каждый из которых важен как для отдельного человека так и для общества в целом. В данный момент в мире формируется мощное интеллектуальное движение, связанное с попытками исследования счастья научными методами. Актуальность проблемы определяется особой значимостью исследуемого понятия, а также запросом со стороны общества, обусловленным как естественным желанием каждого человека быть счастливым, так и необходимостью улучшения социального здоровья и качества жизни населения.

В отечественной социологии счастье практически не исследовалось, отсутствует единое мнение относительно содержания этого феномена и механизмов формирования представлений индивидов о счастье. Так сложилось в связи с распространенностью мнения, что операционализация этого понятия через конкретные индикаторы и показатели невозможна. Позже это суждение стало подвергаться сомнению, результатом чего стали первые попытки социологической интерпретации данного феномена.

Цель диссертационного исследования: раскрыть социокультурное содержание феномена счастья, условия его реализации и значимость его изучения как фактора повышения социальных ресурсов личности и общества.

Объект исследования: социокультурный феномен счастья.

Предмет исследования: социокультурные предпосылки и факторы реализации феномена счастья в обществе.

Задачи исследования:

1. Раскрыть социально-философские предпосылки социологического понимания счастья.

2. Определить социокультурное содержание концепта счастья в языков разных народов и его значимость для социологии.

3. Выделить факторы счастья как социального ресурса личности.

4. Сравнить особенности концептуализации счастья в различных направлениях эмпирических исследований.

При разработке теоретико-методологических оснований диссертационного исследования учитывались концепции качества жизни Дж. Гэлбрейта, Д. Бэлла, И.В. Бестужева-Лады, теория социальных представлений С. Московичи, теория социальной реальности П. Бергера и Т. Лукмана, интракционизм Г. Мида и Г. Блумера, идея дихотомии «помнящего Я» и «испытывающего Я», а так же измерение удовлетворенности жизнью Д. Канемана, концепции социального интеллекта Э. Торндайка, Дж. Гилфорда, Д. Големана и Д.В. Ушакова, позитивная психология А.Маслоу, М. Селигмана, Э. Динера, М.Чиксентмихайи.

Эмпирическая база исследования:

1. «Что такое счастье - и где живут счастливые люди?», Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ), опрошено 1600 человек в 138 населенных пунктах в 46 областях, краях и республиках России, 2009 г.

2. «От чего зависит счастье?», Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ), опрошено 1600 человек в 138 населенных пунктах в 46 областях, краях и республиках России, 2012 г.

3. «Gallup World Poll» («Всемирное исследование Gallup»), Gallup Media, исследование показателей уровня жизни в разных странах. В исследовании прияли участие от 1000 до 2000 (в самых крупных странах) человек в каждой из 146 стран, метод: анкетирование, телефонный опрос, интервью (в развивающихся странах), 2011 г.

4. «Legatum prosperity index» («Индекс процветания»), Legatum Institute, в исследовании прияли участие по 1000 человек в каждой из 110 стран, метод: анкетирование, 2011 г.

5. «OECD Better Live Index» («Индекс лучшей жизни ОЭСР»), Organisation for Economic Cooperation and Development (Организация экономического сотрудничества и развития), в исследовании прияли участие по 1000 человек в каждой из 34 стран, метод: анкетирование, 2011г.

6. «The Happy Planet Index» («Индекс счастья на планете»), New Economics Foundation; индекс рассчитывался на основании данных «Всемирного опроса Gallup», «UNDP Human Development Report» и Edition of the Global Footprint Networks National Footprint accounts (178 стран в 2006 г., 143 страны в 2009 г., 149 стран в 2011 г. и 151 страна в 2012 г.)

7. «World Happiness Report» («Доклад о мировом счастье»), The Earth institute Columbia Univercity, 2012 г. Сравнительный анализ данных

The Happy Planet Index», «Gallup World Poll», «Livequality index» и «World Values Research».

8. Результаты авторского исследования «Счастье и мечта в представлениях студенческой молодежи мегаполиса», проведенного в 2011 г. 32 московских студента гуманитарных факультетов в возрасте от 19 до 21 года (16 юношей и 16 девушек); метод: глубинное интервью.

9. Результаты авторского исследования «Механизмы реализации феномена счастья среди представителей московской «творческой индустрии», проведенного в 2012 г. Опрошено 30 респондентов методом глубинного интервью (возраст 25-28 лет).

Основные выносимые на защиту результаты исследования, содержащие элементы новизны:

1. Анализ научных работ, в которых фигурирует социокультурный феномен счастья, позволил объединить их в две группы: а) научные дисциплины, в рамках которых счастье является самостоятельным предметом анализа (философия, социолингвистика); б) исследовательские подходы, где счастье рассматривается в контексте смежных понятий, таких как потребность, благосостояние, качество жизни, удовольствие, удовлетворенность, субъективное благополучие (преимущественно экономические и социально-психологические научные работы). Такое разделение достаточно условно, но необходимо для структурирования социологических представлений о предмете исследования.

2. Осуществлена попытка социологического определения «счастья». Автор диссертации полагает, что «смысловое ядро» этого понятия включает в себя состояние внутренней гармонии личности, детерминируемое объективными и субъективными факторами благополучия, что позволяет личности развиваться, участвовать в полноценном общении и совершая социально полезные поступки, консолидироваться с другими членами общества.

Социальная ценность счастья заключается в том, что переживание этого состояния способствует накоплению человеком разного рода социальных ресурсов и вовлекает его в систему общественных взаимодействий. Счастье в данном случае предлагается рассматривать как социальный ресурс личности и общества в целом.

3. На основании социологической интерпретации данных различных гуманитарных исследований в диссертации выделены основные факторы, обуславливающие состояние счастья как социального ресурса личности. Эти факторы можно разделить на две группы. Первая включает индивидуальные «навыки» человека, благодаря успешному применению которых, он может чувствовать себя счастливым, вторая — особенности социальных коммуникаций и инфраструктуры, в которой задействован индивид (более подробно в разделе 3).

Выявление данных факторов открывает возможности для повышения уровня счастья в обществе. Необходимо развивать перечисленные в первой группе личностные «навыки» и создавать институциональные условия и инфраструктуру социальных коммуникаций, благоприятные для реализации факторов второй группы.

4. В современных социологических и экономических исследованиях представлено более восьмидесяти показателей измерения феномена счастья. Как правило, большинство из них сводится к изучению «благополучия» путем измерения экономических показателей. Но ни один из существующих индексов (например, («OECD Better life index» («Индекс лучшей жизни»), «Legatum prosperity index» («Индекс процветания»), «Gallup World Poll» («Всемирное исследование Гэллап») и «The Happy Planet Index» («Индекс счастья на планете»), официально признанный ООН в качестве альтернативы измерения уровня развития стран путем вычисления ВВП) не учитывает этнокультурные особенности ценностей стран, включенных в рейтинг. Между тем, именно этот аспект является крайне значимым, так как представления народов о счастье не могут формироваться вне культурного контекста, а значит ранжирование стран по показателям, предлагаемым при подсчете индексов, нельзя в полной мере считать соответствующим реальным представлениям о собственном счастье жителей обследуемых стран.

5. На основании осмысления современных подходов в области изучения счастья можно говорить о том, что в перспективе с учетом выделенных показателей и факторов счастья, возможен полный пересмотр основ сферы управления. Качество управления может быть улучшено с учетом ориентированности на приоритет стремления каждого члена общества быть счастливым. Результаты исследований «индексов счастья» могут использоваться в прогностических целях для определения проблем в работе социальных институтов и их своевременного решения.

6. Несмотря на использование разных показателей, в каждом из «рейтингов счастья» Россия занимает средние позиции, за ней в списке чаще всего следуют развивающиеся южноамериканские страны .

В диссертации обосновано мнение, что в современном российском обществе среди молодежи основным фактором, препятствующим ощущению себя счастливым человеком, является отсутствие уверенности в собственном будущем, стабильном доходе, возможности обеспечить семью и социальных гарантий, недоверие к власти и правоохранительным органам, а также отсутствие любовных отношений.

Для молодого поколения людей с высшим образованием в настоящее время актуальной является необходимость принятия решения о реализации жизненных стратегий в России и возможностях эмиграции. В отличии от студенческой молодежи, для представителей «творческой индустрии» характерно укрепление веры в собственную способность улучшения политической, социальной и городской среды (изменение городского ландшафта, сохранение памятников исторического наследия др.), посредством проявления различных форм творческой и социальной активности.

Раздел І

Социально-философские предпосылки социологического понимания счастья

В данном разделе раскрывается актуальность осмысления феномена счастья в разные эпохи существования европейской культуры. Анализируется и систематизируются основные тенденции развития западных и отечественных представлений о счастье, раскрывается взаимосвязь этих представлений с характеристиками культуры каждой эпохи.

Начиная со времени формирования философии как науки, мыслителей интересовал вопрос понимания счастья, хотя каждый из великих философов понимал его по-своему.

Специалист в области социологии морали К. Нешев, устанавливает, что идеи счастья, как древнейшего и центрального феномена мировоззрения, повлияли на развитие всей философии и дали начало этике как науке1. Далее в хронологическом порядке рассматриваются основные тенденции западного и отечественного развития философских представлений о счастье, характеризующих культуру каждой эпохи.

В античном обществе, когда философия только зарождалась, категория «счастья» ассоциировалась с такими понятиями как «благоприятная судьба», «наслаждение», «длительное состояние удовольствия», «веселое настроение безмятежности», «ощущение полноты бытия и радости», «блаженство».

Демокрит понимал счастье как состояние эвтюмии, характеризуемое благодушием, хорошим настроением,

1 Нешев К. Этика счастья. М.: - Наука, 1982. - С. 17. уравновешенностью, всем, достигнутым в результате правильно организованной жизни в противопоставлении богатству и социальному статусу. Благодушный человек, согласно учению об эвтюмии, не завидует чужому богатству и славе, но стремится к совершению честных добрых поступков, от чего он счастлив и здоров.

Кроме того, Демокрит ввел понятие атараксии - бесстрашия, невозмутимости. Он первым провел грань между человеческим земным счастьем и судьбой, находящейся во власти богов, что во многом умаляло степень социальной ответсвенности за совершаемые человеком поступки.

Гедонизм как учение стали проповедовать киренаики, последователи Аристиппа. Именно они заложили в основу гедонизма понимание счастья как удовольствия. Счастье, согласно киренаикам, зависит не от обстоятельств, а от правильного отношения к ним (богатство воспринимается не как благо, но как средство к достижению благ), душевные состояния плавного или резкого движения ведут либо к наслаждению, что и есть цель жизни, либо к боли2.

Историк философии В. Татаркевич считает, что классическая мысль древних греков породила гедонистическую теорию, в то время как ее жизненная основа в целом гедонистической не была. Это подтверждает философия киников, ярким представителем которой был Диоген. Будучи отверженными обществом киники основой подлинного счастья полагали наличие духовной опоры в борьбе с порабощающими страстями.

Сократ впервые поставил вопрос: «Что есть благо?». Философ размышляет об идее внутренней свободы, достигаемой благодаря самосознанию личности ее независимости от внешнего мира.

Ученик Сократа Платон говорил о счастье как о «прекрасной жизни», подчеркивая, что истинно добродетельный человек доволен

2 Гусейнов А. А. Этика Аристотеля. - М.: Мысль, 1984.-С. 51. своим положением, вне зависимости от социального статуса, при этом подчеркивая возможность быть счастливыми исключительно для представителей высших слоев общества. Так переживание счастья становится привелегией.

Аристотель является основоположником этики как науки, в рамках которой он создал учение эвдемонизм3. Данное учение интегрирует различные виды счастья и иерархизирует их по отношению к высшим благам. Согласно эвдемонизму, счастье как высшая цель человеческой жизни, «цель всех целей», не зависит от судьбы и внешнего мира, но связано с идеей внутренней свободы.

В начале развития своей философской мысли Аристотель видит счастье только в самосовершенствовании, позднее указывает, что оно - в смыслообразующей деятельности. Аретологический (от греческого арето - «добродетель») эвдемонизм осуществляется в разумной деятельности, которая подразделяется на

•этическую, стремящуюся к искусству хороших поступков • дианоэтическую (интеллектуальную, созерцательную), цель которой может быть либо практической, то есть установлением нормы поведения, либо теоретической - отысканием истины ради неё самой, то есть философией.

Аристотель раскрывает содержание философского созерцания как высшей формы эвдемонии: «Насколько распространяется созерцание, настолько и счастье»4.

Аристотель не связывает добродетель напрямую с получением благ, но находит разрешение противоречий между наслаждением и нравственностью. Высшее благо он видит во благе государства, а высшую деятельность высоконравственной личности - в деятельности

3 Аристотель. Никомахова этика / Соч.: В 4-х т. - Т.4. - М.: Мысль, 1984.

4ВейсманА. Д. Греческо-русский словарь. - Репринт 5-го изд. 1899.-М., 1991.-С. 193. государственной и философской. В качестве силы, обеспечивающей постоянство совершенствования называется мужество, побеждающее даже страх перед смертью. В рамках эвдемонического представления о счастье само собой разумеется, что внешними благами «высоконравственная личность» уже обеспечена. Аристотель полагает, что истинно счастливыми могут быть только государственные мужи, чья цель в служении государству.

Распад империи Александра Македонского вызвал, согласно исследованиям философа А. Ф. Лосева, новые условия свободы, под влиянием которых возникает изысканная культура субъективных чувств, настроений и размышлений человека, стремящегося к самоанализу и склонному к самолюбованию5.

Гедонистические концепции Аристиппа продолжает и видоизменяет Эпикур, создавший афинскую школу «Сад». В учении этой школы счастье трактовалось как приятные ощущения и отстраненность от государственных дел и даже от богов. Мир не управляется богами, так как это нарушило бы их безмятежность. Отсутствие бессмертия ориентирует человека на земную жизнь с ее духовными и телесными радостями и благами6.

В основе эпикуреизма лежит стремление не навредить себе и окружающим при получении тех или удовольствий, то есть сохраняется целостность нравственности, что объединяет данное направление с эвдемонизмом и стоицизмом. Именно Эпикур отмечал, что люди несчастливы оттого, что не могут представить себя счастливыми.

Стоическое понимание счастья основано на обладании добродетелями, в отличие от гедонизма, проповедовавшего счастье в получении удовольствий. Раскол внутри стоицизма произошел между

5 Лосев А. Ф. История античной эстетики: В 3-х т. - 'Г. 2. Софисты. Сократ. Платон. - М. : Искусство. -С. 9.

6 Сабиров В. Ш. Социологические исследования смерти. - М.: Ин-т социологии PAH, 1987. - С. 6. ранними стоиками, которые утверждением, что только полностью добродетельный человек может быть счастливым отказывали большинству людей в этой способности, и новыми стоиками, выступившими с тезисом «жить согласно природе», что означало в том числе праздность.

Стоики практиковали аскезу и своим идеалом считали состояние апатии, понимаемой как бесстрастие, а позже атараксии - невозмутимости и спокойствия.

Сенека, исходя из пантеизма натурфилософии, находил, что человек для душевного равновесия должен жить согласно природе, то есть разумно подчиняться необходимости, идти туда, куда повелевает долг. Свобода выбора состоит в устремлении к добродетели, в которой заключается высшее счастье. Причем от природы человек не добродетелен, но разумен. Сенека не следует эпикурейской диаде разумного и приятного, так как удовольствие вредит «чистоте добродетели», но не приемлет и аскетизм. Мудрец различает богатство, нажитое неправедно, от богатства, являющегося даром судьбы и плодом добродетели .

Развивая идеи стоицизма, Марк Аврелий устремлял свои размышления к нравственному усовершенствованию, единственно подвластному человеку, советуя мужественно переносить невзгоды, так как именно в этой способности и заключается умение быть счастливым .

В христианской идее, в отличие от идей античности, по словам историка философии В. Татаркевича, в приобщении к высшему счастью, кроме внутренней духовной работы, большую важность приобретает

7 Сенека Л. А. О блаженной жизни//Антологпя мировой философии: В 4-х т. - Т. 1.-4. 1. - М.: 1969. -С. 509-519.

8 Аврелий М. Размышления. -Л.: Наука, 1985. конкретный нравственный поступок, что делает людей причастными к Господу9.

Философ и теолог Августин Аврелий считал, что время представляет собой проявление помнящей, созерцающей и ожидающей души, которая при обращении к самой себе обнаруживает источник истинных знаний, принципиально отличающихся от эмпирического и рационального опыта. Философ утверждал, что обладание истиной и есть условие достижения блаженства10.

В христианском представлении о счастье, согласно Фоме Аквипскому, помимо естественных эвдемонических интенций личности особую роль обретает «божественный закон» в виде христианских догматов и доктрин, в верховном авторитете Папы Римского. И вместе с тем христианство отвергло эгоистическую и гедонистическую мораль, так как нравственные нормы заданы велением Бога и должны поэтому иметь абсолютное значение, исключать противоречивые принципы. Фома Аквинский поднимает счастье как ценность на недосягаемую высоту. Счастье доступно лишь человеку, поскольку только он обладает разумом и волей, имеет способность к совершенному добру. Фома Аквинский пишет об объективном, всестороннем, совместном счастье людей, когда один человек не может быть более счастлив, чем другой, и нет несчастных людей".

Окончание эпидемии чумы в Европе, зарождение капитализма и завершение войн между католиками и протестантами способствовали в эпоху Возрождения расцвету представлений о человеке как о деятеле и творце, непокорном судьбе и року. «Человек Ренессанса испытывает безграничную жизненность, чувство почти сверхчеловеческой силы,

9 Татаркевич В. О счастье и совершенстве человека. -М.: Прогресс, 1981.-С. 211-217

10 Аврелий А. Исповеда//Библиотека Ин-та философии РАН. - 1шр:/Д\г\та'.р1и1о5ор11у.ш/НЬгагу/са1а1ой. "Аквинский «I». О правлении государей//Политические структуры эпохи феодализма в Западной

Европе (VI-XVII вв.) [Сб. ст.] АН СССР, Ин-т истории СССР, Ленннгр. отд-ние/Под ред. В. И. Рутенбурга, И. П. Медведева-Л.: Наука: Ленннгр. отд-нпе, 1990. ощущает себя частью и средоточием восхитительного просторного мира, в

1 ^ котором нет разрушения, а только трансформация» «Новый человек» Ренессанса чувствовал себя победителем, - утверждает Ю. М. Лотман. -Лозунгом его было «не пропустить случай»13.

В своей версии эпикуреизма М. Монтень сочетает со стремлением к сохранению порядка и душевного спокойствия каждой личности. Признавая эгоизм главной причиной человеческих действий, он считает необходимым для счастья довольствоваться самим собой. Нравственный долг и добродетель, по М. Монтень, ценны настолько, насколько они не противоречат удовольствиям, иначе насилие над своей природой грозит безумием, поэтому человек должен воспитывать себя для счастья, и первый его долг по отношению к государству - это уважение к существующему порядку, так как никто не может гарантировать, что новое общественное устройство даст людям больше счастья. М. Монтень исходит из евангельских принципов: «можно ли возлюбить ближнего как самого себя, если не любишь себя?»14. Однако его выводы не совпадали со взглядами Ватикана - труд М. Монтеня «Опыты» был включен Ватиканом в список запрещенных книг.

В догматах теологии янсенистов XVII в. содержится психологический гедонизм, предполагавший в в качестве основной цели удовлетворение страсти любыми средствами. Масонские организации, резвившиеся в более поздние времена, также учреждались иногда под гедонистическими лозунгами. Например, в Ордене Розы, основанном в 1780 г., присяга звучала так: «Присягаю и клянусь именем Бога, сила которого постоянно обновляется через наслаждение, наиболее приятное его творение, что никогда не предам тайны Ордена Розы. Если я нарушу

12 Братина Л. М. Итальянский гуманизм. Этические учения Х1У-ХУ веков. - М.: МГУ, 1977. - С. 186.

13 Лотман 10. М. Семиосфера. - СПб.: Искусство-СПБ, 2001. - С. 628.

14 Монтень М. Опыты: в 2-х т. Т.1. - М.: Наука, 1979. - С. 220. присягу, то пусть тайная сила не даст мне больше наслаждения, пусть вместо роз счастья я найду только тернии зла»15.

Философ и математик Г. В. Лейбниц основывал систему оптимизма на разуме, который иногда противопоставляется опыту, и декларирует, что мы живем в «наилучшем из возможных миров». Исследователь истории философии П.П. Гайденко сравнивает понимание эвдемонизма Лейбницем и Аристотелем: античный философ утверждает, что «знающие ведут жизнь более приятную, чем ищущие знания, - ибо покой выше движения, бытие выше становления». Г. В. Лейбниц возражает: «беспокойство лежит в сущности счастья сотворенных существ, заключающегося не в полном обладании, от которого они стали бы бесчувственными, но в постоянном, непрерывном продвижении к большим благам, которое сопровождается желанием или, по крайней мере, постоянным беспокойством»16. Понимая счастье как состояние устойчивой радости, Лейбниц также как Б. Спиноза и Р. Декарт, соотносит его с высшим благом и совершенством.

Гедонисты XVIII в., в отличие от киренаиков, удовольствия понимают не только как физические и принимают утилитаризм, в рамках которого цель жизни понималась как счастье большого числа людей, так как человек не может быть счастлив в одиночестве. Вольтер не принимает оптимизм Г. В. Лейбница и выдвигает формулу эвдемонизма «Великое дело жизни и единственное, о чем следует заботиться, - это жить счастливо»17.

Философы Нового времени, проповедуя гедонизм, вслед за Вольтером называли его эвдемонизмом, так К. А. Гельвеций придал понятию счастья откровенно гедонистический и материальный характер, но пытается соединить индивидуализм с общественным интересом, доказывая опытное происхождение нравственной позиции человека. Не ставя во

15 Татарксвич В. О счастье н совершенстве человека. - М.: Прогресс, 1981. - С. 297.

16 Лейбниц Г.В. Соч в 4-х т. - Т.З. - М.: Мысль, 1984. - С. 419.

17 Цит. по. Воркамев С. Г. Счастье как лингвокультурный концепт. - М.: ИТДГК «Гносиз», 2004. - С. 68. главу угла социальный статус человека, Гельвеций видит основу счастья в просвещении, полагая, что люди, не будучи одинаково богатыми и не занимая одинакового положения, в обществе могут быть одинаково счастливы18.

Индивидуализм К. А. Гельвеция не разделяет Д. Дидро, но считает себялюбие и самоуважение важнейшими мотивами поведения людей, протестуя против унижений: «Но что хуже всего - так это неестественная поза, в которой нас вынуждают находиться. Человек нуждающийся ходит не так, как другие: он прыгает, изгибается, он пресмыкается»19.

В противовес декларируемой эвдемонической этике XVIII в., И. Кант создал деонтологическую этику, согласно которой, морально достойный человек - это тот, кто достоин быть счастливым. Вместе со стоиками Нового времени он утверждает, что естественным и самым надежным источником счастья является добродетель, понимаемая как способность в соответствии с моральными принципами преодолеть склонность ко злу. И в то же время философ полагает, что счастье удовлетворение всех потребностей индивида приводит к счастью, отдавая тем самым должное именно гедонистическому толкованию этого феномена.

Кант различает принципы счастья и принципы нравственности (долженствования), но допускает, что это различение не должно восприниматься как их противопоставление, устанавливая необходимость человека отказаться от притязаний на счастье, если дело касается нравственного долга, выполнение которого и должно делать личность подлинно счастливой, уточняя, что одной лишь нравственностью человек быть счастлив не может20.

18 Гельвеций К. А. Соч.: В 2 т. - Т. 2. - М.: Мысль, 1974.-С. 419.

19Дидро Д. Племянник Рамо/Монахиня. - Племянник Рамо. - Жак-фаталист. - М.-Л.: Гослитиздат, 1961.

20 Воркачев С. Г. Счастье как лингвокультурный концепт. - М.: ИТДГК «Гносиз», 2004. - С. 62-84.

В своих размышлениях о счастье философ говорит о невозможности какого бы то ни было императива, который бы в строжайшем смысле предписывал бы совершать то, что делает человека счастливым.

Английский мыслитель и экономист Дж. С. Милль выдвигает идею о неравноценных образах жизни, утверждая, что человеку, одаренному большими способностями, требуется больше для переживания ощущений счастья, так как он более подвержен страданиям, которые разнообразнее, чем у «среднего обывателя». Для одаренной личности счастье заключается в особенных физических и чувственных удовольствиях. Это, в свою очередь, требует отказа от традиционной морали и принятия свободы поступать как угодно, если это никому не вредит.

В то же время, российский философ П. С. Гуревич уточняет, что идеи Милля о счастье нельзя считать гедонистическими, так как, прежде всего, личность должна руководствоваться волей, управляя своими желаниями и потребностями так, чтобы их реализация не противоречила нравственности21.

Л. А. Фейербах отождествляет всякое желание с желанием быть счастливым, утверждая при этом, что такое чувство невозможно испытывать в одиночестве. Для достижения счастья индивиду необходимо консолидироваться с другими людьми, приумножая общее счастье22.

В отечественной интеллектуальной традиции представления о счастье также имеют древнегреческие истоки и впоследствии базируется на православной этике. Как утверждает антрополог И. В. Сидоренко, православная традиция понимания счастья, основанная на священном Писании и священном Предании, соотносила его с любовью к ближнему и соборностью. В «Лествице райской» Иоанна Лествичника указывается путь духовного самосовершенствования по 30 ступеням, согласно 30 годам земной жизни Иисуса Христа. Начинается христианское

21 Гуревич П. С. Философия человека: В 2-х частях. - 4.2. - М.: Институт филососфии РАИ, 2001.

22 Фейербах Л. Избр. филос. произв.: В 2-х т. - Т. 1. - М.: Госполитиздат, 1955. - С. 564-579. восхождение отвержением мира с его удовольствиями и борьбой со страстями. Лишь победив страсти, человек получает способность различать добро и зло и наслаждаться благостным спокойствием 23.

Воспринявшая учение о счастье через призму православия русская философия, несмотря на активное взаимодействие с западной мыслью, разработала своё понимание этой категории. Следует иметь виду, что русская философия как таковая, по сравнению с западной, появилась значительно позже: впервые в 1685 г. была открыта школа иезуитов в Москве, Заиконоспасская школа, превратившаяся в 1687г. в Славяно-греко-латинскую академию - первое высшее учебное заведение в России. В 1755 году появился и первый университет - Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова.

Н. Г. Чернышевский, чьи работы относятся к западническому направлению русской философии, повлиял на революционную социал-демократию в России своим романом «Что делать?». Ученый разделяет западную идею «разумного эгоизма», разрабатывая в своих теоретических работах социальные программы. «В самом деле, - обосновывает Н. Чернышевский, — не надобно забывать, что человек не отвлеченная юридическая личность, но существо, в жизни и счастии которого материальная сторона (экономический быт) имеет великую важность»24.

Н. А. Бердяев противопоставляет счастье нравственному идеалу Византии, называя последний «склонным к разочарованию во всем земном, в счастье, в устойчивости нашей собственной чистоты, в способности

ОС нашей к полному нравственному совершенству здесь» ~ . Н. Бердяев отмечает, что человек от природы свободен и способен к творчеству.

23 Хоружий С. С. Дискурсы внутреннего и внешнего в практиках себя//Московский психотерапевтический журнал. -№4. - 2003.

24 Чернышевский Н. Г. Избр. философ, соч. - Т. II. - M.: Госполитиздат, 1950. - С. 98.

25 Бердяев H.A. Очерк из истории русской религиозной мысли/Бердяев И. А. О характере русской религиозной мысли XIX века//История философии. - М.: Адепт, 2002.

Несмотря на то, что в истории русской философии размышления о счастье не выделялись в отдельное направление, эти вопросы всегда занимали значимые позиции.

Среди современных отечественных исследователей в области изучения феномена счастья известны такие ученые как Воркачев С. Г., Джидарьян И. А., Дубко Е. Л., Иванов В. Г., М. Мамардашвили, Митина О. В., Петренко В. Ф., Попов Б. И., Сидоренко И.В., Смирнова Е.Л., Павлова Е.П., Татаркевич В.О., Титов В.Л. Столь многочисленная плеяда исследователей позволяет утверждать, что вопросы счастья всегда остаются актуальными в нашей стране.

Таблица 1

Основные тенденции развития представлений о «счастье» в западной и отечественной социально-философской мысли»

Автор Направление Особенности

Демокрит (470 или 460 гг. до н. э. - ок. 370 до н.э.) Атомизм Счастье - состояние эвпомии (хорошее настроение, уравновешенность), независимое от богатства и социального статуса.

Аристипп (2-я пол. V в. - нач.IV в. до н. э.) Киренаики; Гедонизм Счастье - удовольствие, но важно понимать, что к этому состоянию ведут не события, а правильное отношение к ним.

Диоген (ок. 412 до н.э. - 323 до н.э.) Киники Основа счастья - победа над порабощающими страстями

Сократ (ок. 470 -399 гг. до н.э.) Классическая античная философия Залог счастья - внутренняя свобода

Платон (428 -348 до н. э.) Классическая античная философия Счастье - «прекрасная жизнь», довольство своим положением.

Аристотель (384 - 322 гг. до н. э.) Эвдемонизм Счастье - основная интенция человеческой жизни. Оно зависит не от судьбы и внешнего мира, а от способности переживания внутренней свободы. Эвдемонизм осуществляется в разумной деятельности:

• этической • дианоэтической Идеал счастья - философское созерцание

Эпикур (341 -270 гг. до н. э.) Эпикурейство; Идеи гедонизма Счастье - приятные ощущения. Ориентация на земную жизнь и телесные радости в связи с отсутствием бессмертия.

Сенека (ок. 5 до н.э. - 65 гг.) Стоицизм Счастье - добродегель, на сторону которой встает разумный человек, пользуясь свободой выбора.

Марк Аврелий (121 - 180 гг.) Стоицизм Счастье заключается в умении мужественно переносить невзгоды и нравственном совершенствовании.

Августин Аврелий (354 -430 гг.) Христианство Счастье - обладание истиной.

М. Монтень (1533 - 1592гг.) Философия Возрождения; продолжатель эпикурейства Счастье - душевная гармония. Нравственный долг и добродетель не должны противоречить удовольствию

Г.В. Лейбниц (1646- 1716гг.) Философия XVII века, классическая немецкая философия Несмотря на понимания счастья как устойчивой радости, философ полагал, что оно заключается в постоянном стремлении.

Вольтер (1694 -1778гг.) Деистическое направление философии французского Просвещения XVIII в. Счастье - смысл жизни.

К. А. Гельвеций (1715-1771гг.) Материализм эпохи Просвещения Видел основу счастья в просвещении, соединяя индивидуализм с общественным интересом.

Д. Дидро (1713 -1784гг.) Эпоха Просвещения Видел общее счастье в социальной справедливости, согласно которой никто не испытывает нужды и неуважения.

И. Кант (1724 -1804гг.) Кантианство Источник счастья - добродетель. Выполнение нравственного долга делает личность подлинно счастливой.

Дж. С. Милль (1806- 1873 гг.) Человеку с большими способностями амплитуда переживания счастья и страдания.

Л.А. Фейербах (1804- 1872гг.) Для достгокения счастья индивиду необходимо консолидироваться с другими людьми и достигать общего счастья.

Иоанна Лествичника (ок. 525 - позднее 600гг.) Христианство Счастье в поде над страстями, мешающими различать добро и зло.

Ы.Г. Чернышевский (1828 - 1889гг.) Западническое направление русской философии Обращал внимание на экономическую и материальную составляющую счастья.

Н. А. Бердяев (1874- 1948гг.) Славянофильское направление русской философии Акцентировал внимание на возможности бьггь счастливым здесь и сейчас.

Начиная со времени формирования философии как науки, мыслителей интересовал вопрос понимания счастья, хотя каждый из великих философов понимал его по-своему. Еще до нашей эры Аристиппом основывается философия гедонизма, трактующая счастье как удовольствие. Именно это учение, неоднократно трансформируясь дожило до наших дней и оказало значительное влияние на культуру потребления.

Все философы отводили разные места понятиям долга и свободы в своих фелицитарных концепциях, основываясь на необходимости нахождения правильного баланса между ними, который и позволяет ощутить внутреннюю гармонию. В эпикуреизме, уделяющем внимание земной жизни с ее духовными и телесными радостями. Этот баланс характеризовался стремлением не навредить окружающим и себе, придерживаясь принципов нравственности.

Представители классической античной философии так же рассуждали о свободе, но понимали ее как свободу внутреннюю, позволяющую личности не быть подверженным страстям и влекомыми ими искушениям, а так же быть довольным тем, чем человек уже обладает. Именно в понимании возможности счастья как независимой от внешних факторов, прослеживается связь идей эвдемонизма с атомизмом.

Отношение к нравственности объединяет эпикурейцев со стоиками, хотя последние полагали, что счастье само по себе и заключается обладании добродетелями. В христианстве же счастье понимается как служение Господу, требующее постоянной нравственной работы над собой.

В эпоху Возрождения акцент смещается в сторону стремления человека не только совершенствоваться, но и достигать новых целей. В это время человек воспринимается как центр мироздания, творец своей судьбы и хозяин собственной земной жизни, за время которой необходимо многое успеть.

Начиная с шестнадцатого столетия подход к понимаю счастья индивидуализируется. Допускается, что люди могут быть счастливы по-разному и нуждаться в разном для того, чтобы испытывать это состояние, в зависимости от собственных возможностей и способности переживать как наслаждение, так и горе. Совершаются попытки связать индивидуальное представление о счастье с принадлежностью к конкретному социальному слою и особенностям вероисповедания.

В отечественной интеллектуальной традиции представления о счастье также имеют древнегреческие истоки и нередко базируется на православной этике. Воспринявшая учение о счастье через призму православия русская философия, несмотря на активное взаимодействие с западной мыслью, разработала свое понимание этой категории, расценивая покорность и смирение как особенно значимые добродетели.

Итак, «смысловое ядро» понятия счастья включает в себя состояние внутренней гармонии личности, детерминируемое объективными и субъективными факторами благополучия, что позволяет личности развиваться, участвовать в полноценном общении и совершая социально полезные поступки, консолидироваться с другими членами общества.

Социально-философские представления людей о счастье как об основном стремлении человеческой жизни, являются необходимой предпосылкой и основанием введения этого феномена в предметное поле социологии.

Раздел П

Социокультурное содержание концепта счастья в языках разных народов

В социолингвистике как в науке, образованной на стыке лингвистики и социологии, широко используется понятие концепт, в том числе концепт счастья.

Филофско-антропологическое понимание концепта дано культурологом С. Г. Воркачевым, представляющим культурные концепты как отражение ментальности носителей языка, что определяет их антропоцентричность - ориентированность на духовность, субъективность, социальность и приватную сферу представителя той или иной культуры26.

Определяемый П. Абеляром как «возможность значения» концепт, отличается от «понятия» по способу восприятия объекта. С. С. Неретина в своих исследованиях полагает, что «понятие связано с рациональным знанием (пониманием), концепт - с разумом, способным творчески воспроизводить смыслы, причем концепт означает не просто более широкий класс объектов, а духовную сущность»27.

Определения счастья в словарях очень отличаются друг от друга. Подобная несовместимость наблюдается и в паремиологии - дисциплине, изучающей пословицы и поговорки, как единицы, основным назначением которых является вербализация ценностей и взглядов группы людей или целого народа. В истории философии эта категория обозначена более

26 Воркачев С. Г. Счастье как лннгвокультурный концепт. - М.: ИТДГК "Гносиз", 2004. - С. 49-55.

27 Неретина С.С. Слово и текст в средневековой культуре. Концептуализм Абеляра. — М.: Гнозис. - С. 85, 118-120. широко: римский философ Варрон, а затем Августин Блаженный отмечали более 250 различных определений счастья " .

Философ и лингвист В. Татаркевич, называя изучаемое понятие трудным и туманным, показывает на примерах афоризмов Шопенгауэра об изучаемом понятии, что любой дефиниции счастья можно привести контропределение29.

Существенная дефиниция с лингвистической точки зрения раскрывается при построении семантического древа, которое можно

ЯП охарактеризовать как «этимологическую память слова» . В Древней Руси, по предположению историка Б. А. Рыбакова, понятие счастья могло

31 относиться к земельному наделу . Немецкий языковед М. Фасмер также соотносил этимологию счастья с земельным наделом: «хороший удел» -счастье - «доля, совместное участие»32. Апеллируя к слову «счастки» («щастки») в словаре В. Даля, Фасмер делает заключение о том, что член общины, наделенный «плохим уделом» или совсем не имеющий участка вынужден бороться с нуждой. Жизнь такого человека и семьи нарекалась «несчастливой» 33.

Основа «часть» восходит к общеславянскому корню кос - «кусок»34 (хлеба, мяса, золота, земли и всего, что может сделать счастливым), получение которого приобщает к некоему сакральному кругу, что

35 означает «откусить от пирога жизненных благ» и представляет этимологический архетип счастья.

28 Джидарьян И.А. Представления о счастье в российском менталитете / И.А. Джндарьян,- СПб.: Алетейа, 2001.-С. 18.

29 Татаркевич В. О счастье и совершенстве человека.-М.: Прогресс, 1981. - С. 215.

30 Апресян Ю.Д. Избр. труды: В 2 т. - Т. 2. - М.: Школа «Языки русской культуры» 1995. - С. 170.

31 Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. - М.: Наука, 1994. - С. 384.

32 Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т.-Т. 3. - М.: Прогресс, 1986. -С. 816.

33 Там же, с. 817.

34 Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка: В 2 т. -Т. 2. — М.: Рус. яз., 1999.-С. 375.

35 Толстая С.М. Глаголы судьбы и их корреляты в языке культуры. Понятие судьбы в контексте разных культур. - М.: Наука, 1994. - С. 143-147.

В «Слове о полку Игореве» дружина ищет «себе чести, а князю славы». При этом слово «честь», согласно Ю. М. Лотману, имело значение «материального вознаграждения за храбрость», «добычи». Знать соотносила свое благородство, ум, честь со счастьем, которое понималось как добыча и редуцировалось к плодам земледельческого труда или к лежащим в земле «кладам богов»36.

Выявляется основное противоречие, которое существовало между оседлыми и кочевыми народами в отношении к счастью как к благу. Для первых - это земля и связанные с ней результаты трудов, обеспечивающие хорошую жизнь, для вторых - это блага, которые необходимо захватить и которые составляют, собственно, честь и благородство захватчика.

В западной социолингвистике были попытки изучения феномена «счастья», но слова «happy» и «happiness» английского языка, являющегося общепринятым языком мировой социологии, нельзя назвать эквивалентными понятию «счастья» в русской культуре. В английском «happy» отражает некоторую норму эмоционального благополучия, в отличие от русского языка, где понятие «счастья»

37 относится к сфере идеального и соотносится со смыслом жизни .

Семантическое поле, построенное по синонимическим рядам толкового словаря В. Даля, наиболее уравновешенное и разнообразное: синонимические ряды сильно разветвлены, их можно продолжать бесконечно.

Исследователь И.В. Сидоренко предложила модель реализации потребности в счастье целого общества. В первой ступени синонимов данной модели выделены три больших раздела:

36 Лотман Ю.М. Избранные статьи. В 3 т. Т. 2. Таллинн, 1992. - С. 111-126.

37ЗапизнякА. А., ЛевонтпнаИ. Б.,. Шмелев А. Д. Ключевые идеи русской языковой картины мира,-М.:Изд.: Языки славянской культуры, 2005. с. 86-124.

I. Рок. Носит фатумный характер, синонимически подводит к разделу земли, к религиозной зависимости от судьбы - выражает настроение беднейшего крестьянства. В современных исследованиях категории счастья наблюдается библейское понимание «доли», как отделения от Господа.

II. Случайность. Отражает воззрения предпринимателей, нарождающегося класса в России XIX в., людей, живущих в вероятностном мире и старающихся не упустить случай для обогащения.

III. Благоденствие. Данный раздел в словаре наиболее развит, он

ТУ раскрывает идеал народной жизни.

В данной модели приведены основные лингвистические категории, объединенные понятием «счастье». Эти три раздела синонимов удачно отражают исторические традиции российской ментальности. Но предложенное И.В. Сидоренко содержание синонимов и связанные с этим примеры вызывают возражение. Например, «случайность» в российской культуре трактуется гораздо более широко, чем пишет исследователь, и далеко не всегда носит материальный характер, это не только шанс, но и любое удачное (в контексте восприятия счастья) совпадение.

Философ И. С. Гаврилова рассматривает концепт счастья в паремиологии. Паремиологическим фондом называют единый то лексический пласт, включающий пословицы и поговорки . Пословица -это образное законченное изречение, имеющее назидательный смысл, и обычно, специфическое ритмо-фонетическое оформление. Пословицы считаются устной энциклопедией народной мудрости. Поговорка, в отличие от пословицы, характеризуется синтаксической незавершенностью и отсутствием назидательности40.

38 Сидоренко И.В. Антропология счастья. -M.: МАКС Пресс, 2006.-е. 15-21.

39 Карасик В.И. О категориях лингпокультурологии Текст. / В.И. Карасик // Языковая личность: проблемы коммуникативной деятельности. Волгоград, 2001. - с. 123-125.

0 Гаврилова И.С. Аксиологический смысл концепта «счастье» в лпнгвокультуре: дне. . канд. филос. наук. / U.C. Гаврилова. Волгоград, 2003. - с. 55-59.

И. С. Гаврилова делает вывод, что разные нации, пользуясь разными инструментами концептообразования, формируют различные картины мира:

•Русскоязычная картина мира содержит следующие отличительные аксиологические характеристики: надындивидульность, , вера в сюрпризы. Все это отражает ситуацию и мир вне субъекта. Важно отметить, что в упомянутом словаре Даля счастье не рассматривается как «состояние души».

•Английское «happiness» характеризуется пассивностью и отстраненностью. Английскую лингвокультуру отличают перманентный дуализм божественного и земного, прагматизм. Концепт «счастье» в английской национальной картине мира фиксирует как социальную ценность категорию приватности41.

Такое выделение языковых картин мира для исследования счастья в лингвистической культуре крайне важно, так как в них отражена специфика мировоззрений людей в разных странах, что необходимо учитывать при работе в предметном поле социологии.

Счастье» может выступать в качестве культурного концепта, а значит возможно выделение его видовых и структурно-функциональных характеристик, полезных для изучения этого феномена социологическими методами. В рамках социолингвистического подхода раскрывается культурно-языковой аспект восприятия счастья.

41 Гаврилова И.С. Аксиологический смысл концепта «счастье» в лингвокультуре: дне. . канд. филос. наук. / И.С. Гаврилова. Волгоград, 2003. - с. 71-83.

Раздел HI

Заключение диссертации по теме "Социология культуры", Королева, Мария Николаевна

Заключение

Социальное представление о счастье значимо как для каждого человека так и для общества в целом. Помимо прочих целей и установок среди всех людей существует установка на счастье как на желаемое будущее.

Проблему диссертационного исследования можно сформулировать так: с одной стороны, в обществе существуют имплицитные представления о счастье, это понятие широко используется в повседневных коммуникациях и научно-популярной литературе. С другой стороны, это понятие не отражено в социологических словарях, а содержание социальных феноменов, которые оно объединяет, недостаточно раскрыто в исследованиях данной науки. Счастье является социальной категорией, объединяющей множество понятий, каждое из которых важно как для каждого отдельного человека так и для общества в целом. В данный момент в мире формируется мощное интеллектуальное движение, связанное с попытками исследования счастья научными методами.

В отечественной социологии проблема представлений о будущем как результате желаемых достижений практически не изучена. Счастье в сознании современного человека представляется неким временным континуумом, где переживание ситуаций счастья ассоциируется с прошедшим, а реализация мечтаний с планами на счастливое будущее.

Состояние, переживаемое российским обществом, многие исследователи описывают как аномию, создает определенный контекст для выдвижения, восприятия, усвоения, критики социальных идеалов. Свержение старых идеалов и ценностей, а так же отсутствие подходящей замены утраченному способствует распространению разногласий относительно образа будущего страны.

В последние годы, следуя европейскому примеру, в крупных российских мегаполисах стали активно развиваться «креативные кластеры» — творческие индустрии - как правило, это территории бывших заводов, чьи помещения сдаются в аренду сообществам творчески-ориентированных предпринимателей. В числе участников подобных сообществ могут быть дизайнеры, журналисты, музыканты, режиссеры, и художники для которых возможность круглосуточно использовать рабочее место, взаимодействовать друг с другом и с пространством, в котором они находятся, посредством его преобразования, создания выставок, галерей, культурных центров и концертных площадок. В последние несколько лет резко увеличилось количество творческих гражданских инициатив, представленных в таких пространствах. Их авторы призывают изменять мир самостоятельно, не дожидаясь помощи со стороны или от государства. У этой социальной группы сформировалось новое представление о счастье, которое реализуется в практической творческой деятельности (новых образовательных программах, креативном использовании свободных пространств, улучшении окружающей среды). Эта тенденция как проявление самостоятельной социально-творческой активности граждан вносит значительный вклад в развитие и формирование гражданского общества и его культуры.

Важнейшей стороной социализации является становление молодого человека как профессионала и гражданина. Чем сложнее сфера профессиональной деятельности, тем больше длительность фазы «молодости», и чем выше статус социальной группы, тем продолжительнее эта фаза. Такого рода ситуацию можно видеть на достаточно протяженном этапе развития традиционного общества, начиная с его социально-классового разделения.

Переход к новому типу социума, становление гражданского общества связано с появлением новых социальных ролей, прав и обязанностей. Общество стало предоставлять молодежи определенный период времени для освоения социальной роли гражданина и создавать соответствующие условия, способствующие интериоризации принятых в обществе норм и идеалов. На решение этой задачи были ориентированы социальные институты, в той или иной степени связанные со становлением личности, особенно система образования.

Так называемая фаза «взросления» особенно сложна для молодежи в современном российском обществе, когда происходит переход от социокультурной модели формирования личности традиционного типа к модели, соответствующей постиндустриальной цивилизации. Для личности первого типа характерна ориентация на однозначную детерминацию с ограниченной свободой выбора и низкой степенью ответственности за результаты своей деятельности, втором случае одной из главных особенностей личности является способность к выбору в широком спектре возможностей, что вязано с необходимостью оценки степени вероятности достижения поставленной цели ответственностью за результаты своего выбора.

В период «молодости» на этапе наиболее интенсивного социокультурного становления личности решаются две основные группы проблем молодежи. Первая из них связана с проблемами личностного становления, которые молодые люди ставят и решают сами для себя - это взросление, самопознание, саморазвитие, самоопределение в социальном мире. Решение данных проблем зависит, прежде всего, от самой личности, от ее активности, способности к рефлексии, силы воли, психологической устойчивости, задатков и способностей к различным видам деятельности, а в целом - от уровня жизнеспособности. Здесь происходит внутренняя самореализация в процессе формирования способностей и личностных качеств на основе задатков, формируются смысложизненные цели, представление об идеалах и создается потенциал внешней самореализации, выступающей движущей силой достижения социально-значимых целей. Вторую группу проблем для молодежи определяет общество. Для эффективной жизнедеятельности и продуктивной самореализации в социальной среде необходимо освоение социальных ролей, достижение определенного социального статуса, формирование гражданских качеств личности.

Обе группы респондентов являются важным гражданским, творческим и интеллектуальным ресурсом общества. Для обеих групп очень важны представления о счастье и мечтах, как отражение устремления в будущее, что свойственно людям этого возраста. Общество в меру своих возможностей стремится выделить ресурсы для решения проблем молодежи, обеспечивая тем самым свое самосохранение и развитие как целостного социально-исторического субъекта в условиях данной социальной реальности, поддержания норм и развития, господствующих на данный момент времени в обществе, идеалов в рамках действующей системы ценностей.

Такой сложный предмет исследования как счастье не может быть рассмотрен в рамках лишь одной науки. Применение междисциплинарного подхода позволяет создать эффективный инструментарий исследования. При этом, под междисциплинарностью понимается осмысление предмета, осуществляемое за рамками одной конкретной научной дисциплины169.

Междисциплинарный научный подход может проявляется по-разному: от постановки проблем в различных предметных полях смежных наук до формирования нового синтеза фундаментальных метафор и развития новых научных дисциплин.

Качественные методы исследования социокультурных феноменов являются более сенситивными по сравнению с количественными, их использование позволяет понять, как и под влиянием чего формируется социальное представление о содержание указанных феноменов и какие именно факторы детерминирует состояние счастья. Эти факторы включают индивидуальные позитивные установки личности; наличие сформированного «сог(иального интеллекта» личности; удовлетворенность индивида собственным прошлым; наполненность жизни индивида яркими позитивными событиями; развитая и нормативно-защищенная сфера приватной жизни человека; интересная работа; возможности реализации личных свобод; благоприятное психофизиологическое состояние индивида.

Мечтая о счастье, люд и выстраивают образ своего идеального будущего, желаемых результатов и достигнутых целей, влияя на собственную жизнь и на общество в целом. Через призму представлений

169 Проективный филососфский словарь: Новые термины и понятия (под редакцией Тульчинского Г.Л., Эпштейна М.Н.). Алетейя 2003. С 289-291. о счастье возможен новый взгляд на решение социальных и экономических проблем современного общества.

Результаты экспериментов доказывают, что хорошее настроение не вызывает у человека желания абсолютного покоя, а, напротив, порождает общительность, альтруизм и стремление к созданию разного рода

I 70 ресурсов. Социальная ценность счастья заключается в том, что его переживание способствует накоплению разного рода ресурсов и вовлекает человека в систему социальных взаимодействий. Мечты и постановка целей, связанных с их достижением, дают человеку возможность строить планы на будущее, и рассматривать множество существующих возможностей, ощущая жизнь в лучшей перспективе. Все это обеспечивает нормальное функционирование социальных процессов, трансляцию ценностей, норм и идеалов.

Мечты о счастье являются образом будущего, на формирование которого оказывают влияние множество разных факторов, включающих личные ценности и установки, а так же идеалы, диктуемые политической, экономической и культурной жизнью государства и общества. Изучение сегодняшних представлений разных сообществ о счастье и процессов их формирования особенно важно, так как именно это является основой благополучия и процветания государства. Понимание социальными группами счастья, факторов формирования этого феномена позволяет делать прогнозы на будущее.

Проблема определяется особой значимостью исследуемого понятия, а также запросом со стороны общества, обусловленным естественным желанием каждого человека быть счастливым и запросом социологической теории, так как в отечественной социологии вопросы счастья почти не исследовалась и нет единого понимания и достаточного количества теоретических материалов по данной теме, а так же запросом

170 Аргайл М. Психология счастья,- СПб.: Питер, 2003. С. 266 со стороны практической социологии, так как понимание представлений индивидов о счастье позволит благодаря инструментарию этой научной дисциплины на практике сделать общество лучше. Данная проблема является сложной, но ее изучение представляется социально значимым и важным.

Список литературы диссертационного исследования кандидат социологических наук Королева, Мария Николаевна, 2013 год

1. Абельс X. Интеракция, идентификация, презентация (введение в интерпретативную социологию) / X. Абельс. СПб.: Изд-во «Алтея», 1999.

2. Аберкромби Н. Социологический словарь: Пер. с англ. / Н. Аберкромби, С. Хилл, Б.С. Тернер; под ред. С.А. Ерофеева. -2-е изд. перераб. и доп. -М.: Экономика, 2004.

3. Аврелий М. Размышления / М. Аврелий. Л.: Наука, 1985.

4. Айвазян С.А. Межотраслевой анализ качества жизни населения (эконометрический подход) / С.А. Айвазян. М.: ЦЭМИ РАН, 2001.

5. Аквинский Ф. О правлении государей // Политические структуры эпохи феодализма в Западной Европе (VI XVII вв.) Сб. ст. / АН СССР, Ин-т истории СССР, Ленингр. отд-ние / Под ред. В. И. Рутенбурга, И. П. Медведева. - Л.: Наука: Ленингр. отд-ние, 1990.

6. Андреева Г.М. Социальная психология / Г.М. Андреева. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1980.

7. Апресян Ю.Д. Избр. Труды: В 2 т. Т. 2 / Ю.Д. Апресян. - М.: Школа «Языки русской культуры», 1995.

8. Аргайл М. Психология счастья / М. Аргайл. СПб.: Питер, 2003.

9. Аристотель. Категории / Соч.: В 4-х т. Т.2 / Аристотель. - М.: Мысль, 1984.

10. Аристотель. Никомахова этика / Соч.: В 4-х т. Т.4 / Аристотель. - М.: Мысль, 1984.

11. Бабочкин П.И. Становление жизнеспособной молодежи в динамично развивающемся обществе / П.И. Бабочкин. М.: Социум, 2000.

12. Бергер П. Социальное конструирование реальности: Трактат по социологии знания / П. Бергер, Т. Лукман. М.: Изд-во «Медиум», 1995.

13. Бердяев H.A. Очерк из истории русской религиозной мысли / H.A. Бердяев. О характере русской религиозной мысли XIX века // История философии. М.: Адепт, 2002.

14. Бестужев-Лада И.В. Альтернативная цивилизация. Единственное спасение человечества / И.В. Бестужев-Лада. М.: Алгоритм, 2003.

15. Блумер Г. Общество как символическая интеракция / Г. Блумер // Современная зарубежная социальная психология. М.: Издательство Московского университета, 1984.

16. Братина Л. М. Итальянский гуманизм. Этические учения XIV-XV веков / Л. М. Братина. М.: МГУ, 1977.

17. Бушуев В. В. Человеческий капитал для социогуманитарного развития / В.В. Бушуев, B.C. Голубев, A.A. Коробейников, Ю.Г. Селюков. М.: «ИАЦ Энергия», 2008.

18. Василькова В.В. Порядок и хаос в развитии социальных систем / В.В. Василькова. СПб, 1999.

19. Вейсман А. Д. Греческо-русский словарь. Репринт 5-го изд. 1899 / А. Д. Вейсман. -М., 1991.

20. Воркачев С. Г. Счастье как лингвокультурный концепт / С. Г. Воркачев. М.: ИТДГК «Гносиз», 2004.

21. Вэйлант Д. Адаптация к жизни / Д. Вэйлант. М., 1995.

22. Гаврилова И.С. Аксиологический смысл концепта «счастье» в лингвокультуре: дис. канд. филос. наук / И.С. Гаврилова. Волгоград, 2003.

23. Гельвеций К. А. Соч.: В 2 т. Т. 2 / К. А. Гельвеций. - М.: Мысль, 1974.

24. Гоулман Д. Эмоциональное лидерство. Искусство управления людьми на основе эмоционального интеллекта / Д. Гоулман, Р. Бояцис, Энни Макки. М.: Альпина Бизнес Букс, 2005.

25. Григорьев Л.Г. «Социология повседневности» Альфреда Шюца / Л.Г. Григорьев // Социологические исследования. 1988. - № 2.

26. Громов И.А. Западная теоретическая социология / И. А. Громов, А.Ю. Мацкевич, В.А. Семёнов. СПб., 1996.

27. Гуревич П. С. Философия человека: В 2-х частях. 4.2. / П. С. Гуревич. -М.: Институт философии, 2001.

28. Гусейнов А. А. Этика Аристотеля / А. А. Гусейнов. М.: Мысль, 1984.

29. Гэлбрейт Дж. Новое индустриальное общество / Дж. Гэлбрейт. М.: ACT, 2004.

30. Демин А. Адаптация молодежи к социальным изменениям / А. Демин // Социальные изменения в России и молодежь. М., 1997.

31. ЗГДжидарьян И. А. Проблема общей удовлетворенности жизнью: теоретическое и эмпирическое исследование / И.А. Джидарьян, Е.В.

32. Антонова // Сознание личности в кризисном обществе. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 1995.

33. Джидарьян И. А. Счастье в представлениях обыденного сознания / И. А. Джидарьян // Психологический журнал. 2000. - № 2.

34. Джидарьян И. А. Счастье и его типологические характеристики / И. А. Джидарьян // Психология личности: новые исследования. М.: Изд-во «ПерСэ», 1998.

35. Джидарьян И.А. Представления о счастье в российском менталитете / И.А. Джидарьян. СПб.: Алетейа, 2001.

36. Дидро Д. Племянник Рамо/Монахиня. Племянник Рамо. - Жак-фаталист / Д. Дидро. - М. JL: Гослитиздат, 1961.

37. Долинина И.Г. Сознание и поведение молодежи в контексте гражданской политической культуры // Соц.-гуман. знания. 2011. -№ 1. -С.162-170.

38. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда / Э. Дюркгейм. М., 1991.

39. Емельянова Т.П. Конструирование социальных представлений в условиях трансформации российского общества / Т.П. Емельянова. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2006.

40. Зализняк A.A. Ключевые идеи русской языковой картины мира / A.A. Зализняк, И.Б. Левонтина, А.Д. Шмелев. М.: Изд. «Языки славянской культуры», 2005.

41. Зборовский Г.Е. История социологии: Учебник. М.: Гардарики, 2004.

42. Ивин А. А. Категории // Философия: Энциклопедический словарь / Под ред. А. А. Ивина. М.: Гардарики, 2004.

43. Канеман Д. Внимание и усилие / Д. Канеман; пер. с англ. И. С. Уточкина. М.: Смысл, 2006.

44. Карасик В.И. О категориях лингвокультурологии: Текст / В.И. Карасик // Языковая личность: проблемы коммуникативной деятельности. -Волгоград, 2001.

45. Ковалева А.И. Концепция социализации молодежи: нормы, отклонения, социализационная траектория / А.И. Ковалева // Социологические исследования. 2003. - № 1.

46. Кравченко А.И. Общая социология: учебное пособие для ВУЗов / А.И. Кравченко. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2005.

47. Кривоносова Л.А. Качество жизни населения региона: оценка состояния и пути оптимизации средствами управления: автореферат дисс. на соискание ученой степени д-ра социологический наук / Л.А. Кривоносова. М., 2006

48. Лейбниц Г.В. Соч в 4-х т. Т.З / Г.В. Лейбниц. - М.: Мысль, 1984.

49. Лосев А. Ф. История античной эстетики: В 3-х т. Т. 2. Софисты. Сократ. Платон / А. Ф. Лосев. - М. : Искусство, 1969.

50. Лотман Ю. М. Семиосфера / Ю. М. Лотман. СПб.: Искусство-СПБ, 2001.

51. Лотман Ю.М. Избранные статьи. В 3 т. Т. 2 / Ю.М. Лотман. Таллинн, 1992.

52. Лунева О.В. Социальный интеллект: история изучения и основные модели. М.: Из-во Московского гуманитарного университета, 2009.

53. Люсин Д.В. Современные представления об эмоциональном интеллекте // Социальный интеллект: теория, измерение, исследования / Под. ред. Д.В. Ушакова, Д.В. Люсина. М., 2004.

54. Малиновский, Бронислав Избранное: Динамика культуры / Пер.: И. Ж. Кожановская и др. М.: РОССПЭН, 2004.

55. Маслоу А.Г. Самоактуализированные люди: исследования психологического здоровья / А.Г. Маслоу. М., 2000.

56. Монтень М. Опыты: в 2-х т. Т.1 / М. Монтень. М.: Наука, 1979.

57. Московичи С. От коллективных представлений к социальным. / С. Московичи // Вопросы социологии. - 1992. - Т. 1 .№ 2.

58. Неретина С.С. Концепт // Новая философская энциклопедия: В 4-х т. -Т. 2 / С.С. Неретина. М.: Мысль, 2001.

59. Неретина С.С. Слово и текст в средневековой культуре. Концептуализм Абеляра / С.С. Неретина. М.: Гнозис, 1994.

60. Нешев К. Этика счастья / К. Нешев. М.: Наука, 1982.

61. Парсонс Т. Система современных обществ / Т. Парсонс. М.: Аспект-Пресс, 1997.

62. Рыбаков Б.А. Язычество древних славян / Б.А. Рыбаков. М.: Наука, 1994.

63. Сабиров В. Ш. Социологические исследования смерти / В. Ш. Сабиров. М.: Ин-т социологии РАН, 1987.

64. Селигман, М. Э. П. В поисках счастья. Как получать удовольствие от жизни каждый день: пер. с англ / М.Селигман. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2010.

65. Сенека Л. А. О блаженной жизни //Антология мировой философии: В 4-хт.-Т. 1.-4. 1. / Л. А. Сенека. М., 1969.

66. Сидоренко И.В. Антропология счастья / И.В. Сидоренко. М.: МАКС Пресс, 2006.

67. Смелзер Н. Социология: пер. с англ. / Н. Смелзер. М.: Феникс, 1994.

68. Сорокин П.А. Главные тенденции нашего времени: Пер. с англ. / П.А. Сорокин. М.: Наука, 1997.

69. Спиркин А. Г. Категории / Философский энциклопедический словарь / А. Г. Спиркин, М. Г. Ярошевский (редкол.: С. С. Аверинцев, Э. А. Араб-Оглы, Л. Ф. Ильичёв и др.). М.: Сов. энциклопедия, 1989.

70. Татаркевич В. О счастье и совершенстве человека / В. Татаркевич. М.: Прогресс, 1981.

71. Толстая С.М. Глаголы судьбы и их корреляты в языке культуры. Понятие судьбы в контексте разных культур / С.М. Толстая. М.: Наука,1994.

72. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т.-Т. 3 / М. Фасмер. М.: Прогресс, 1986.

73. Фейербах J1. Избр. филос. произв.: В 2-х т.-Т. 1 / J1. Фейербах. М.: Госполитиздат, 1955.

74. Франкл В. Человек в поисках смысла: Сборник / В. Франкл; пер. с англ. и нем. Д. А. Леонтьева, М. П. Папуша, Е. В. Эйдмана. М.: Прогресс, 1990.

75. Хоружий С. С. Дискурсы внутреннего и внешнего в практиках себя / С. С. Хоружий // Московский психотерапевтический журнал. 2003. - №4.

76. Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка: В 2 т. -Т. 2 / П.Я. Черных. М.: Рус. яз., 1999.

77. Чернышевский Н. Г. Избр. философ, соч. Т. II / Н. Г. Чернышевский. -М.: Госполитиздат, 1950.

78. Шевандрин Н.И. Психодиагностика, коррекция и развитие личности / Н.И. Шевандрин. М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 1998.

79. Ядов В.А. Социальные и социально-психологические механизмы формрования социальной идентичности / В.А. Ядов // Мир Росии.1995.-№3-4.

80. Ядова М.А. Нормативные поведенческие установки молодежи (на примере контрастных социальных групп): автореферат дисс. на соискание ученой степени д-ра социологических наук / М.А. Ядова. -М., 2006

81. Культура. Нравственность. Религия (Материалы «круглого стола») // Вопросы философии. 1989. - №11.

82. Поведение социальное // Социология: Энциклопедия / Сост. A.A. Грицанов и др. Мн.: Книжный Дом, 2003.

83. Проективный филососфский словарь: Новые термины и понятия / Под редакцией Г.Л. Тульчинского, М.Н. Эпштейна. М.: Алетейя, 2003.

84. Российская молодежь: проблемы и решения / РАН. Ин-т комплексных соц. исследований. М.: Центр социального прогнозирования, 2005.

85. Социология молодежи. Энциклопедический словарь / Отв. ред. Ю.А. Зубок и В.И. Чупров. М.: Academia, 2008.

86. Denisova I. Who Wants To Revise Privatization? The Complementarity Of Market Skills And Institutions / Irina Denisova, Markus Eller, Timothy Frye and Ekaterina Zhuravskaya // American Political Science Review. 2009. -No. 103.-P. 284-304.

87. Diener E. Happyness of very wealthy / E. Diener, J. Horwitz, and R. Ammons //Social Indicators. 1995.

88. Diener E. Very happy people / E. Diener, M.E.P. Seligman // Psychologycal Science. 2002.

89. Finchman F. The impact of attributions in marriage: a longitudinal analysis / F. Finchman, and Brad bury T. // Journal of Personality and Social Psychology. 2000. - No. 78. - P. 295-309.

90. Hazan C. The capacity to love and be loved / The VIA classification of strengths and virtues / C. Hazan; C. Petersonand M. Seligman (Eds.). -Washington, D.C.: American Psychological Assiciation Press, 2002.

91. Peterson C. Pessimistic explanatory style is a risk factor for physical illness: A thirty-five-year longitudinal study / C. Peterson, M.E. Seligman, G.E.

92. Vaillant // Journal of Personality and Social Psychology. 1988. - No. 55. - P. 23-27.

93. Rokeach M. The nature of human values / M. Rokeach. N.Y.: Free Press, 1973.

94. Sternberg R. A triangular theory of love / R. Sternberg, // Psichological Review. 1986. No. 93. - P. 119-135.

95. Vaillant G. E. Aging Well / G. E Vaillant. Boston: Little Brown, 2002.1. Ресурсы Интернет

96. Аврелий А. Исповедь / А. Аврелий. Электрон, дан. - Библиотека Ин-та философии РАН. - Режим доступа: http://www.phiIosophy.ru/library/catalog

97. Abdallah S. The Happy Planet Index 2.0. / S. Abdallah, S. Thompson, J. Michaelson, N. Marks, N. Steuer et al. Electronic data. - New Economics Foundation. - 2009. - Mode access: http://www.neweconomics.org/projects/happy-planet-index

98. Guriev S. (Un)Happiness In Transition / Sergei Guriev and Ekaterina Zhuravskaya // Journal Of Economic Perspectives. Electronic data. - 2009. -No. 2. - P. 143-168. - Mode access: http://papers.ssrn. com/sol3/papers.cfm?abstractid= 1405035

99. Inglehart R. Genes, Culture, Democracy, and Happiness / R. Inglehart, & H.-D. Klingemann. Electronic data. - 2002. - Mode access: http://www.worldvaluessurvey.org/wvs/articles/folderpublished/publication

100. Marks N. The Happy Planet Index 1.0 / N. Marks, S. Abdallah, A. Simms, S. Thompson. Electronic data. - New Economics Foundation. - 2006. -Mode access: http://www.neweconomics.org/projects/happy-planet-index

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 472719