Семантика основных движений якутского хороводного танца осуохай тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.07, кандидат исторических наук Стручкова, Наталья Анатольевна

Диссертация и автореферат на тему «Семантика основных движений якутского хороводного танца осуохай». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 85906
Год: 
2000
Автор научной работы: 
Стручкова, Наталья Анатольевна
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Якутск
Код cпециальности ВАК: 
07.00.07
Специальность: 
Энтография, этнология и антропология
Количество cтраниц: 
188

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Семантика основных движений якутского хороводного танца осуохай"

Актуальность темы исследования. Хороводный танец осуохай один из самых архаичных памятников традиционной танцевальной культуры якутов.

Специфика танца, обусловленная конкретными историческими условиями его формирования, наличием в его содержании и структуре множества разновременных наслоений и заимствований, которые нашли отражение в композиции, содержании, структуре танца, в отдельных элементах танцевальных движений, их семантике и названиях, отражает процесс формирования традиционного мировоззрения и хозяйственной культуры якутов.

Это обстоятельство, представляет традиционный хороводный круговой танец якутов «осуохай» в его историко-этнографическом и культурно-семантическом аспектах как ценный источник по изучению генезиса и истории этнической культуры. В единстве указанных аспектов «осуохай» ещё не являлся предметом изучения. Между тем важность и необходимость такого исследования, заключается еще и в том, что оно позволяет проследить эволюцию традиционной танцевальной культуры якутов, выявить в народной хореографии традиции и новации, которые определяют национальное своеобразие танцевального искусства конкретного народа.

Несмотря на внешнюю простоту, якутский хоровод имеет определенные сложности для научного исследования, так как в символическом языке культуры действие (танец) занимает особое место и требует особых методов описания.

Первая научная концепция якутского хоровода была выдвинута М.Я.Жорницкой, по которой осуохай - обрядовый танец Ысыаха, танец поклонения духам природы.

По мнению ряда исследователей, «осуохай» является танцевально-мистериальной формой гимнического пения. Это положение само по себе верно, так как поза и артикуляция оказываются взаимосвязанными, взаимообусловленными, традиционно нерасторжимыми. Однако, ряд характерных особенностей хороводного танца (прыжковые движения, постепенное увеличение темпа, направление по ходу солнца, танцевальная терминология) указывает на наличие еще целого ряда функций, которые требуют специального исследования семантики его структурных единиц.

Необходимо изучать происхождение круговых действий в обрядовой практике вообще и значение основных движений ритуального хороводного танца, как выразительных средств создания художественного образа - солярного божества. Танец в ритуале вбирает в себя, отражает все его знаковые элементы. Так, специфика танца, как элемента ритуала, предполагает наличие участников, адресата, объекта воздействия, специального времени исполнения, места исполнения, атрибутов, специальной одежды, песни или музыки.

Итак, актуальность диссертационного исследования основывается на необходимости изучения семантики основных движений в хороводном танце «осуохай», как символического языка культуры и выявлений на её основе функций якутских круговых обрядовых танцев.

Краткий обзор литературы. Этнологическое исследование кругового танца якутов имеет свою историю. Первый научный исследовательский интерес к якутскому хороводу (его происхождению и связи с обрядом) возникает в период образования автономной республики, когда задачами культурного строительства становятся изучение и сохранение народной культуры. Именно в это время появляются труды первых якутских фольклористов, собираются этнографические данные о древних обрядах, в том числе и обрядовых плясках. Первый научно-исследовательский интерес носил в основном описательный характер, но при этом в работах предпринимаются попытки обобщения, анализа этнографических данных.

Так, например, якутский писатель-фольклорист П.А. Ойунский1, исходя из отсутствия сведений о танце осуохай в эпических сказаниях якутов, предполагал, что круговой танец заимствован предками якутов от тунгусов или бурят. Исследователь выделяет в качестве основы якутского хоровода подражательные движения «танцам» журавлей-стерхов. Но при этом, автор указывает на наличие в в танцевальной культуре якутов движений, обусловленных скотоводческим типом хозяйства, который отражен как в в культе, так и в играх, танцах.

Развитию народного якутского танца была посвящена деятельность л известных знатоков традиционного танцевального фольклора С.А.Зверева, И.Д.Избекова3. Ими были собраны интересные сведения по старинным круговым танцам, которые использовались в научных исследованиях по проблеме происхождения танцев и отдельных танцевальных форм.

В первом научном этнографическом труде по якутским танцам, выполненным в 60-х годах М.Я. Жорницкой4, значительное место уделяется круговым хороводным танцам. Автором предпринимается попытка объяснить происхождение основной плясовой фигуры кругового танца - бокового хода накрест.

Ценность работы - этнографическое описание танцевальных движений кругового танца и их локальных разновидностей, установление связи танца с обрядами поклонения духам природы, выявление сходства с бурятским и грузинским круговыми танцами.

Композитор М.Н.Жирков5, балетмейстер И.А.Каренин, музыковед Э.Е.Алексеев, занимаясь проблемами якутской народной музыки, обратили большое внимание на музыку народных танцев, в том числе и круговых танцев. Исследователями собран в научных экспедициях обширный материал по хороводным песням. Исследуя структуры осуохая, М.Н.Жирков зафиксировал в качестве названия второй части танца термин «айан» - дорога, путь.

В статье С.И.Николаева на основе обширного сравнительно-лингвистического анализа припевных слов круговых хороводных танцев народов Сибири, выявляется их этимология.6 Автор считает, что именно в них надо искать ключи от происхождения самих танцев и от многих неясных вопросов проблем этногенеза народов Сибири.

Лексический анализ традиционного зачина хороводной песни ысыаха, проведенный Н.К.Антоновым7, позволил автору придти к мнению, что архаический зачин чээл муран, чээл кувх поется с древнейших хуннских времен.

В последние годы большой вклад в изучение традиционной танцевальной культуры внесла этнохореограф А.Г. Лукина. Она отмечает, что осуохай является исконно обрядовым танцем, возникшим в лоне обряда Ысыах. Исследователем впервые выдвинуто положение о возникновении кругового хороводного танца как своеобразного благодарения, благословения людьми Айыы - божеств и духов природы и полета-вознесения к ним.8 Также, по мнению А.Г.Лукиной, осуохай можно было бы назвать танцем поклонения Солнцу или встречи Солнца.

Тема якутского хоровода и ритуального кружения затрагивается в научных работах исследователей религиозных верований народа саха. Так, С.К.Колодезников9 считает, что осуохай, исполняемый на ысыахе, по всей видимости, символизировал создание пространства и замкнутого циклического времени. Танцующие, двигаясь в неторопливом темпе по ходу солнца, как бы замыкают круг времени и пространства. В.Е.Васильев10 определяет хороводный танец осуохай как танец божеств Айыы, танец удаганок, в основе которого лежит почитание священной птицы - кыталык (журавля). Известный исследователь традиционной культуры якутов Н.Е.Петров11 дал определение круговому танцу якутов, как ритмического сопровождения пения семисложных стихов, он полагает, что круговой танец постепенно возник из коллективных движений -поклонов. Автор подчеркивает тесную связь осу охая с культом Айыы божеств, а также выявляет лечебные свойства.

Итак, краткий обзор научной литературы по теме показывает, что в работах, посвященных традиционной культуре якутов круговые танцы однозначно рассматриваются в связи с культом пантеона светлых божеств Айыы и с новогодним праздником «ысыах». В качестве главной функции круговых танцев выделено поклонение людей божествам Айыы и «полета-вознесения» к ним. В этой связи исследователи справедливо полагают, что танцевальная лексика «осуохая» основывается на движениях-поклонах.

В основе хороводных танцев Ысыаха лежит такая форма ритуального поведения, как совершение круговых обходов. Однако, круговое действие у якутов не изучено с точки зрения ритуального действия. Не изучена семантика танцевальных движений и значение исполнения кругового движения в отдельных обрядах церемонии Ысыаха (жертвоприношения, кропления костра).

Согласно теории танца, вообще, его происхождение берет начало с древнейших времен и связано, как считал В.Я Пропп12, с магическим способом воздействия на природу. Посвященный обучался всем пляскам и песням весьма тщательно и долго. Таким образом, встает задача исследования общих ритуальных мотивов исполнения круговых танцев и символического значения движений хороводного танца в ранних религиозных культах у различных народов мира.

Любое обрядовое действие, и тем более система обрядности, отражает в своеобразной художественной зрительно-эмоциональной форме важные воззрения, нередко восходящие к идеологии первобытно-общинного строя. Обряды, по определению Л.М.Сабуровой, являются значительным пластом духовной культуры народа, в них обнаруживается сильное переплетение стадиально различных, неадекватно преломляемых представлений13.

Этими обстоятельствами обусловлен интерес к исследованию отражения вышеизложенных представлений в обрядовом круговом хороводном танце якутов. В них, как в явлениях искусства, выразительными средствами создается персонифицированный художественный образ солнечного божества. Следовательно, формирование танцевальной лексики круговых хороводных танцев зависело от изменений представлений о его облике. В этой связи, исследование процесса развития образа божества и его отражение в ритуальных танцах в целом может помочь в определении первоначальной семантики основных движений кругового хороводного танца.

Итак, в этнографической науке вопросы о художественном образе хороводного танца в ритуале Ысыах, о функциональном значении кругового действа в ритуале и семантике основныз движений и танцевальной терминологии остаются открытыми. Основной целью данной диссертационной работы является исследование семантики основных движений якутского ритуального хоровода. Для достижения намеченной цели решаются следующие задачи:

1.Выявить общие для всех народов значение круговых действий в ритуале традиционного Нового года, а также выявить зависимость формирования лексики кругового танца от мифологического образа солярного божества.

2.Установить значение круговых действий в ритуале якутского новогоднего праздника Ысыах, выявить отражение мифологического образа солярного божества якутов в танцевальной лексике «осуохая»;

3.Провести сравнительный анализ шаманской пляски и пляски битиситов с хороводным танцем осуохай;

Таким образом, объектом исследования является такая форма ритуального поведения, как совершение круговых действий - обходов сакрального центра. Предметом исследования - якутский круговой хороводный танец «осуохай» календарного праздника «Ысыах». Источниковая база.

Исследование выполнено на следующих группах источников: -архивные источники:

В работе были привлечены материалы из разных архивов республики Саха (Якутия). В национальном Архиве РС(Я) изучен личный фонд И.Д.Новгородова (Ф.1413), в Архиве ЯНЦ СО РАН - изучены фонды: Ф.4.(Фонд деятелей науки техники) и Ф.5. (Научные труды). Здесь изучены материалы (записи хороводных песен, легенд, сведения информаторов о старинных якутских танцах, описания старинных ысыахов, на которых исполнялся хороводный танец осуохай) научных экспедиций А.А.Саввина в различных районах республики. Были использованы материалы научных экспедиций М.Я.Жорницкой, касающихся хороводных круговых танцев якутов, а также материалы известного знатока традиционного танцевального фольклора якутов С.А.Зверева;

-Памятники фольклора якутов и других народов: сборник Г.В.Ксенофонтова «Эллэйада: материалы по мифологии и легендарной истории якутов», сборник С.И.Боло «Прошлое якутов до прихода русских на Лену:/ По преданиям якутов бывшего Якутского округа», олонхо «Могучий Эр Соготох», «Нюргун Боотур Стремительный», «Кыыс Дэбэлийэ», олонхо «Строптивый Кулун Куллустур», бурятский эпос «Айдурай Мэргэн», сборник «Якутские народные песни» (1975), сборник фольклорных произведений «Якутские народные песни»(1988), сборник Э.Алексеева и Н.Николаева «Образцы якутского песенного фольклора», сборник «Якутские народные песни. Песни о труде и быте» (1977), Сборник материалов по шаманским ритуалам, легендам, заклинательным песнопениям «Ойуун» в 3-х частях;

Источниковый корпус работы составили также описания традиционных ритуальных плясок якутов и других народов, опубликованные в научной литературе.

Методологические подходы и методика исследования темы.

В данной работе круговой хороводный танец якутов рассматривается как явление, в котором образно отражены традиционное мифологическое мышление, религиозные представления и главные эстетические ценности народа. Этим обстоятельством обусловлен комплексный подход к теме исследования. Помимо специальных исследований, принятых в этнологии, нами привлекались методы других наук: философии, искусствоведения, фольклористики.

Основной методологической базой для нас явились теоретические работы с применением методов струкурно-семантического, функционального, историко-сравнительного анализа традиционной культуры, изложенные в трудах отечественных и зарубежных исследователей: М. Элиаде, А.К.Байбурина, В.Я.Проппа,

B.Н.Топорова, Е.С.Новик, А.И.Гоголева, Е.Н.Романовой и др.

Нами использована методика исследования народных танцев как якутов, так и ряда других народов, применяемая в работах М.Я.Жорницкой, А.Г.Лукиной, С.С.Лисициан, А.Д.Авдеева, Э.А.Королевой, Д.С.Дугарова,

C.Ф.Карабановой, К.Голейзовского, В.З.Савина, Л.И.Нагаевой, Н.А.Левочкиной, Ш.С. Шу, М.В.Исраилова и др.

Рассматривая вопросы, связанные с особенностями ранних форм мышления и способов их отражения в традиционной культуре, мы основывались на теоретических положениях, выдвинутых рядом отечественных и зарубежных исследователей, занимающихся проблемами философии духовной культуры в том числе и танца: М.Элиаде, Э. Канетти, И.А.Герасимовой, В.Б.Иорданского.

При рассматривании проблем, касающихся вопросов генезиса кругового танца, мы основывались на выводах Э.А.Королевой, З.П.Соколовой, а также на ряде положений в трудах исследователей символики традиционной культуры.

Используется принципиально важное для исследования хороводных танцев положение Д.С.Дугарова о ритуальной функции бурятского ёхора - магического способа поднятия души жертвенного животного на Небо. На этой основе разрабатываются дальнейшие подходы к изучению хороводных танцев, как особой формы ритуального поведения, в частности, якутского осуохая.

При проведении лексического анализа словесно-мифологического уровня новогоднего ритуала были использованы основные положения концепции В.В.Иванова, В.Н.Топорова, посвященных реконструкции праславянского текста и набора основных семантических оппозиций, которые определяют структуру текста.

В диссертации широко использованы выводы А.К.Байбурина о делении актуального пространства ритуала на две сферы: своё и чужое, а также, положение о стереотипизации поведения, о выделении «главного» ритуала. Круговые действия рассматриваются в контексте обрядового празднования Нового года. В работе применяется методологический подход Е.С.Новик к ритуалу, как средству коммуникации, и ритуальному круговому танцу, как имеющему обменно-коммуникативную функцию.

В диссертационной работе были применены следующие методы научного исследования: сравнительно-исторический, сравнительно-сопоставительный методы, функциональный и структурно-семантический методы. Научная новизна работы состоит в том, что данная тема в качестве предмета специального исследования с применением указанных методов рассматривается впервые.

Впервые устанавливается значение кругового хороводного танца осуохай на Ысыахе, как особой формы ритуального поведения в обрядах вертикального и горизонтального направлений. В первом случае осуохай оказывает магического воздействия на жертвенное животное в целях его достижения Неба, получения божественной благодати, во втором - является способом очищения, ограждения, восстановления нового пространства. В диссертации рассмотрены мифо-ритуальные основы этого танца. Впервые поставлен вопрос о наличии в нем художественного образа - образа мифического крылатого коня - Солнца. Рассмотрены проявления этого образа в танцевальной терминологии хороводных песен и в танцевальной лексике якутского хоровода. В диссертации также впервые проведено сравнение осуохая и пляски в шаманских камланиях. В результате этого исследования в них выявлены ряд семантических схождений в танцевальной терминологии, танцевальной лексике и мифо-ритуальных основах кругового движения.

Научная значимость работы заключается в том, что в научный оборот вводится новый материал, ранее не привлекаемый исследователями якутского хороводного танца, который позволил сделать более полный анализ функций, семантики; как самого танца, так и его структурных составных. Значимость работы составляют также сделанные в исследовании выводы, касающиеся вопросов генезиса и истории его развития, связей якутской танцевальной культуры с традиционной хореографией тюрко-монгольских и тунгусо-маньчжурских народов региона Центральной Азии и Сибири. Установлено типологическое единство круговых танцев якутов с обрядовыми танцами индоевропейских народов. Структура исследования.

Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и библиографического списка использованной литературы.

Заключение диссертации по теме "Энтография, этнология и антропология", Стручкова, Наталья Анатольевна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Результаты проведенного исследования якутского народного танца осуохай как обрядового танца празднования Нового года - Ысыах позволяют сделать следующие выводы:

1.Традиция круговых обходов возникла в древнейшие времена и связана с процессом осмысления и освоения пространства. Многосоставность пространства обусловила возникновение ритуальных действий, осуществляемые с помощью мифологического мышления - операции членения (анализа) и соединения (синтеза). Особенно ярко операции разделения (членения, отгораживания) и соединения просматриваются в ритуале празднования Нового года. В основном годовом ритуале в сознании традиционной культуры происходит распадение старого мира - расчленение жертвы, понимаемый как образ этого мира; составление нового мира - собирание воедино частей тела расчлененной ранее жертвы. Древо мировое - символическое воплощение сакрального центра, имеющий как горизонтальную, так и вертикальную структуру, ориентирует направление ритуала.

Круговые обходы совершаются вокруг сакрального центра, откуда начинается рождение новогоднего мира, с целью установления непроницаемости «своего» «чистого» пространства от действий злых сил хаоса- «чужого» пространства.

Контакт с этим удаленным «чужим» миром сопровождается жертвоприношением. Жертва, будучи воплощением идеи целостности используется в качестве средства достижения этой целостности, но уже применительно ко всему миру. На уровне обрядовых действий это выглядит как отправление жертвы наверх (реже) вниз. При этом значение соединения верха и низа в контексте календарной обрядности приобретают круговые обходы, обычно трёхкратные и круговые танцы с трёхчастной структурой и композицией.

2. Становление круговой формы ритуального поведения проходит несколько этапов. Первый этап связан с обрядовой магией, обусловленной мифологическим мышлением. Для этого этапа характерны построения в круг, круговые обходы без обязательного сцепления рук. Следующий этап определяется возникновением солярного культа, во время которого появляются хороводные танцы в форме замкнутого круга.

Круговой танец развивался в зависимости от изменения человеческого сознания и художественных образов, которое оно создает в рамках ритуала. Процесс создания художественного образа божества и его действий в круговом хороводном танце прошел путь от яркого природного реализма до церемониального символизма.

Итак, в силу существования особого этапа в архаичном сознании, который характеризуется ритмомышлением, мысле-энергии первым объектом почитания для древнего человека становится животное и его дух-хозяин. Этот этап характеризуется появлением круговых танцев, где в качестве преследуемого животного выступает Солнце. Таким образом, в этот этап входят тотемические и охотничьи пляски. Следующий этап в архаичном сознании связан с появлением мысле-формы, образа, связанного с солярным зооморфным божеством. Постепенное осознание образа солярного божества в виде круга и стремление показать его движение приводит к появлению круговых коллективных танцев. Значение круга в качестве символа Солнца возрастает в ритуалах культа плодородия, всеобщего благополучия. Круг, как форма солнечного диска, наделяется магическим значением. Магическое значение получает и круговое движение в танце в форме замкнутого круга, так как оно воспроизводило круговое движение солнца - суточное и годовое. С дальнейшим развитием религиозных верований об антропоморфном облике главных божеств, представления о связи божества с животным на определенном этапе развития религиозных воззрений изменяются. Животное на этой стадии верований утрачивает значение божества, оно лишь посвящается духу или богу. Одновременно, с процессом антропоморфизации божества складывается новая форма культовых отправлений - шаманские мистерии. Ритуальное танцевальное действо в культах плодородия теряет значение прямого воздействия на божество Солнца. Появляется новый промежуточный объект воздействия на божество -священное животное. Воздействие на главное божество опосредовано через жертву. Появившиеся на этом этапе развития служители культа - шаманы и их помощники, получают право на роль медиаторов. Магическое воздействие осуществляется путем «превращения» человека в жертвенное животное. Отсюда следует, что в ритуальном круговом танце сохраняется подражательная лексика, но уже не в качестве подражания зооморфному божеству, а в качестве подражания священному животному. Вместе с тем, в отличие от тотемических подражательных плясок, в круговых хороводах в период мистерий большое значение приобретает образ-форма и имя-слово, которые приводят к символизации жертвы и, следовательно, исчезновению подражательной лексики в круговом танце. Итак, общими мифо-ритуальными основами круговых танцев у различных народов мира являются сходные мифологические представления: взгляд на образ солярного божества, как на небесное животное и ритуальное значение круговых обходов, как магического средства достижения «чужого» мира и ограждение «своего» от него.

3. Семантика круговых действий на Ысыахе, а именно круговых обходов сэргэ -Мирового дерева - сакрального центра освоенного пространства связана со всем семантическим полем ритуала вообще, а именно установление связи с «чужим» миром в целях достижения благополучия «своего». Горизонтальная структура Мирового дерева предполагает наличие и другой магической способности кружения - ограждение «своего» освоенного пространства от «чужого», где господствует Хаос. Благополучие достигается ограждением, очищением «своего» пространства от «чужого». У якутов очищение проводилось при помощи огня, дыма и кропления молочными продуктами. Кропление сочеталось с произведением круговых обходов. Произведение кругового обхода путем ритуального хождения - топтания вокруг сакрального центра освоенного пространства, воспринимаемым древними якутами, как «пуп Земли» и символизируемый Аал Кудук Мае, выполняет функцию очищения-ограждения этого пространства от скверны Хаоса, а также моделирования, создания нового чистого пространства. Замкнутый круг был древнейшим «оберегом» от злых сил и «гарантией» благополучного исхода обряда. Благополучие достигается, также, и посредством жертвоприношения. Вертикальная структура Мирового дерева, вокруг которого исполнялся круговой танец, предполагает, наличие и другой магической способности якутского осуохая - достижения удаленного «чужого» мира. Эта способность кругового обхода позволила получить широкое применение и особое значение в погребальном обряде многих народов мира, где основные функции обрядовых циклов погребально-поминального ритуала -достижение души загробного мира и ограждение живых от злых духов этого мира совпадают с основными ритуальными действиями (соединение и ограждение-очищение) на Ысыахе. При этом, трехкратное число обходов имеет сакральное значение соединения или перехода в другой космический локус.

Семантика ритуальных предметов-атрибутов хороводного танца - сэргэ 9ритуальный столб-коновязь), салама (ритуальные веревки), чэчир (ритуальные деревца) в качестве предметов ритуала горизонтального плана они имеют следующие значения: сэргэ - сакральный центр освоенного пространства, чэчир, воткнутый по кругу - ограда-преграда от злых духов, салама, навешанная на деревья по кругу - ограждение, тоже. Как предметы ритуала вертикального плана они имеют значения: ритуальная волосяная веревка - символ пути-дороги, по которой жертва поднимается (переходит) в мир богов, чэчир и сэргэ - мост, соединяющий космические локусы.

Мотив движения по дороге связан с маршевым характером хороводного танца, где особое значение имеет такое телодвижение как шаг, поступь, ступание -хамыы, уктэнии. Установлено обрядовое значение танцевального движения «таналай уктуу», как воспроизведение узора - нёба - небесной дороги по которому отправляется душа умерщвленного животного наверх, а сам танец «таналай уктуу», предположительно, имел круговую хороводную форму. Исходя из наличия 2-х функций кругового обхода - ограждения и соединения, возможно, в прошлом существовали два вида круговых танцев, где в одном не было цели освоения «чужого» пространства, следовательно и прыжковых движений, а в другом, наоборот использовались динамичные движения.

4. Возникновение якутского хороводного танца осуохай в форме замкнутого круга связано с почитанием солнца. Само солярное божество имело, по представлениям старинных якутов, образ небесного крылатого коня. Наличие зооморфного облика солнечного божества древних якутов и жертвенного животного в виде лошади было обусловлено древними скифо-иранскими влияниями.

Стремление показать движение Солнца-небесного коня привело к исполнению хороводного танца в форме замкнутого круга, где лексика танца имела, следовательно, подражательный характер. Проведенное исследование словесно-мифологического уровня новогоднего ритуала якутов (алгыс- песни благопожелания, хороводные песни) показало наличие в текстах песен слов-танцевальных терминов, связанных с движением мифической крылатой лошади (монен, тэбэн, котен, дьиэрэнкэйдэн).

Исследование якутских преданий о первом ысыахе, проведенном культурным героем, показало тесную связь хоровода с обрядом посвящения ытык (священной лошади) в целях получения небесной благодати. Вероятно, в этот момент происходило магическое воздействие на жертвенное животное с целью её передвижения по небесной дороге. Такое воздействие на жертвенное животное предполагает превращение в него. Внешним выражением такого рода превращения было первоначально воспроизведение подражательных движений. Движения хороводного танца во время обряда жертвоприношения ытыка (прыжки, синкопированные шаги) возможно имели подражательную основу.

Характер ритмических движений танцоров в круговом танце соответствует движению-хлыни священного животного-лошади солнечного божества, а кульминационные прыжки могли означать его полет, вознесение. Лексический анализ хороводных песени алгысов-благопожеланий показал наличие словтанцевальных терминов, связанных с движением лошади (мвнвн, тэпсэн, тэбэн, квтен, дьиэрэнкэйдээн, сиэлэн хаамыы, увтэн).

Формирование существующей в настоящее время танцевальной лексики хороводного кругового танца якутов происходило в зависимости от полистадиального развития религиозных представлений якутов об образе Солнца. Тотемический этап, когда Солнце олицетворяли с небесным животным, выражен в сохранении ритмических подражательных танцевальных движений, как способа превращения с целью магического воздействия на объект почитания-животное, а, также, соответствующей танцевальной терминологии. Следующий этап - зоолатриальный, где Солнце почитается, как божество с зооморфными чертами, выражается в хороводном танце в форме круга, символизирующем главное солнечное божество, в направлении хода в левую сторону, имеющего значение движения солнца по небосводу, в подражательных движениях. Шаманско-мистериальный этап, где Солнце почитается как антропоморфное божество, выражается в хороводном танце якутов в усилении песенного начала, как следствие процесса символизацией жертвы (от настоящего до символического и, наконец, заменяющегося на слово), а также отказе от реалистичных движений в пользу ассоциативных.

5. Магический смысл круговых движений в осуохае совпадает с значением круговых действий в шаманской индивидуальной пляске. Такие круговые обходы в шаманском камлании аналогичны круговым обходам, совершаемым во время ысыаха. Их содержание - очищение, ограждение места ритуального действия от действия злых духов. Примечательно, что один из заклинательных текстов шаманского камлания о произрастании трав полностью совпадает с словами хороводной песни осу охая.

Обратное ходу солнца направление круговых обходов в рассмотренных шаманских обрядах служит символическим действием закрытия дороги-доступа в средний мир злым духам, то есть выполняет очистительные функции, что сродни, на наш взгляд, аналогичному «против солнца» ходу в хороводных танцах.

В танцевальной лексике быстрой части якутского хоровода имеются высокие прыжки на обе ноги, аналогичные прыжкам в шаманской пляске. Семантический смысл их исполнения одинаков - взаимодействие с духами, проникновение в «чужой» мир. Из описаний видно, что, и в шаманской пляске, и в хороводном танце сходны движения корпуса, плеч. Сходство закреплено даже в едином термине-обозначении «мёнгсер». Возможно, лексика (движения корпуса) хороводного танца, возможно, имела тот же семантический смысл, что и лексика шаманской пляски (движения корпуса), а именно - имитация езды на коне. Обозначение подпрыгиваний, высоких прыжков в быстрой части якутского хоровода с отбрасыванием ноги от колена имеет связь с движением лошади. Аналогичное движение в шаманском камлании означает лягание лошади. Следовательно, можно предположить, что прыжковые движения в быстрой части якутского осуохая являлись когда-то подражанием движениям лошади.

Изображая побежку священного животного, шаман приводил свое тело в движение при помощи колебательных движений ног, как стоя на одном месте, так и двигаясь по кругу. А в круговых танцах, например, юкагиров, эвенков и эвенов присогнутое положение ног участников позволяет выполнять подражательные движения. Таким образом, основные движения (прыжок котуу) в хороводной пляске, также, как и в шаманской пляске являются выразительными средствами изображения ездовой хлыни мифологического летающего коня.

Наличие различных названий второй (танец шагом) и третьей части (танец прыками) якутского хоровода связано с усилением темпа, как и в шаманских плясках, в целях достижения экстатического состояния, присущих тотемическим пляскам древнейших времен.

Лексический анализ текстов шаманских заклинаний показал наличие общих слов-танцевальных терминов с осуохаем (мвнвн, тэпсэн, тэбэн, квтвн, дъиэрэнкэйдээн, сиэлэн хаамыы).

6. Движение «битии», как топтание на месте, относится к самому архаичному слою танцевальных движений и является основой всех последующих плясок, в том числе и хороводной. Переступания на месте с ноги на ногу в якутском языке обозначается как тэпсэннэ и применимы к движению лошади. Шаманы использовали для вхождения в транс пляску лошади. Отсюда, топтание, в силу своей несложности и однородности, может быть выразителем наивысшего восторга, экстатической кульминации массового пляс.

Пляска битиситов в шаманских обрядах и хороводный танец осуохай имеют общие мифологические основы, которые отражены в ритуальных действиях -подражании движению мифического небесного коня по небесной дороге.

Хоровое пение и пляска помощников-битиситов в шаманском обряде призваны магически воздействовать на божество с целью получения от него ценности. Аналогичную цель (воздействие на божество-жертвенное животное) преследует и исполнение хором хороводных песен заклинательного характера во время осуохая на ысыахе. Предположительно, в прошлом песню-зачин хороводного танца исполнял шаман-певец, а его помощники - битиситы, повторяя его песню и движения исполняли ритуальную пляску. Исполнители кругового танца - айыы дьокуолдъиттар, небесные сопровождающие.

Анализ пространственного оформления показал наличие определенного сходства оформления ритуального места исполнения пляски битиситов и кругового хороводного танца, которое выражено в использовании одинаковых ритуальных атрибутов: коновязи-сэргэ, чэчир, салама. Особенно интересно, что, как и во время первого ысыаха, проведенного культурным героем ритуальные действия проводятся внутри изгороди.

Во время шаманского обряда «Ытык дабатыы» исполнялся танец, возможно, хоровод, значение которого заключалась в помощи шаману поднять жертвенное животное. Исполнение его молодыми людьми, вероятно, это сохранившийся реликт тех времен, когда круговую пляску исполняли битиситы.

Битиситы в образе лошадей, помогая шаману в вознесении в верхний мир, показывали это восхождение при помощи создания цепочки- модели небесной дороги, которая в свою очередь моделировалась при помощи сцепления рук, веревки, просто построением в шеренгу, что характерно и для хороводного танца.

Анализ композиционного построения битиситов по данным архивных документов показывают наличие в действиях битиситов круговых мотивов, семантически близких по смыслу с круговым движением хороводного танца на ысыахе. В пляске битиситов, как и в хороводном танце осуохай, наблюдаются сцепления за руки, за пальцы, за локти.

Главный вывод исследования:

Семантика основных движений якутского хороводного танца обусловлена мифологическими представлениями древних якутов, связанными с традиционным скотоводческим типом хозяйства - о небесной дороге, соединяющей Небо и Землю, по которой спускалось солнечное божество в виде крылатого коня и ритуальным значением круговых действий на Ысыахе. Семантика основных движений (синкопированные шаги-приставки и прыжковые движения «кетуу») заключается в подражании ездовой хлыни жертвенного животного лошади «ытык», поднимающейся по небесной дороге.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Стручкова, Наталья Анатольевна, 2000 год

1. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.5.- Оп.9,- Ед.хр.46. Жорницкая МЯ. Современный якутский танец. Доклад на 1.I сессии, 1950.

2. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.5. Оп.1. - Ед.хр.449. Жорницкая М.Я. Народные танцы Якутии: рукопись диссертации .- М.,1966.- 210 с.

3. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.4. Ед.хр.12. - Д.20. Праздник весны Ысыах у якутов. 1938-41.( на 53 листах). Ытык дабатыы. ( обряд поднятие ытык)

4. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.5. Оп.З. - Ед.хр.480. Материалы по верованиям Абыйских якутов. Материалы сев. экспед. Саввина A.A. в 1940г. ( на 34 листах) Айыы ысыага. (Ысыах божеств Айыы). Суздалов И.А.

5. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.5. Оп.З. -Ед.хр. 485.на. Абыйский ысыах.

6. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.4. Оп.12. - Ед.хр.70.Материалы А.А.Саввина. Анахсыт тордугер кириитэ (восхождение к богине Анахсыт).

7. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.4. Оп.12. - Ед.хр.42. Этин аччыта (обряд очищения при громе).

8. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.5. Оп.6,- Ед.хр. 80. Хороводная песня.

9. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.5. Оп.З. - Ед.хр. 181.Материалы диактологической экспедиции. Намский р-н. Запись Антонова Н.К., Аргунова Ф.С., Барашкова П.П. «О танце».

10. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.4. Оп.12.- Ед.хр.20. Праздник весны Ысыах у якутов. 1938-41г. ( на 53 листах). Зэлэ - якутское сэлэ.

11. Архив ЯНЦ АН PC (Я) Ф.5. Оп.13. - Ед.хр.ЗЮ. Отчет о научно-исследовательской работе. «Якутская обрядовая поэзия» (для серии «Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего востока. Якутск. 1989.)

12. Архив ЯНЦ АН РС(Я) Ф.4. Оп.12,- Ед.хр.42. О спустившемся от Джесегея небесном жеребце.

13. Архив ЯНЦ АН РС(Я) Ф.5.- Оп.6.- Ед.хр.96. Фольклорные записи в колхозе «Большевик» 5 июля 1950r.JI.JI. Афанасьев. Песня «Осуохай».

14. Национальный архив PC (Я) Ф.1413. Оп.41. - Ед.хр.41. Личный фонд И.Д.Новгородова.

15. Ытык дабатыы. (описание шаманского камалания со слов С.А.Зверева) -Личный фонд Т.Зверева.

16. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ И ИСТОЧНИКОВ

17. Авдеев А.Д. Происхождение театра (Элементы театра в первобытнообщинном строе). М. - Л.: Искусство, 1959. - 266 с.

18. Алексеев A.A. Забытый мир предков. Якутск: КИФ «Ситим», 1993. - 94с. Алексеев H.A. Ранние формы религии тюркоязычных народов Сибири. -Новосибирск: «Наука» Сиб. отд-ние, 1980. - 320 с.

19. Алексеев H.A. Традиционные религиозные верования якутов в XIX- начале XX вв. Новосибирск: Наука, 1975. - 200 с.

20. Алексеев H.A. Традиционные религиозные верования тюркоязычных народов Сибири. Новосибирск: Наука Сиб. отд -ние,1992. - 242 с.

21. Алексеенко Е.А. Этнокультурные аспекты изучения шаманства у кетов//Этнокультурные контакты народов Сибири.- Л.:Наука Ленинград, отд -ние, 1984. С.50-74.

22. Алексютович Л.К. Белорусские народные танцы, хороводы, игры. Минск: Высшая школа,1978. - 528 с.

23. Антонов Н.К. Материалы по исторической лексике якутского языка. Якутск: Кн. изд-во, 1971. - 175 с.

24. Антонов Н.К. Наследие предков.- Якутск.: Бичик, 1993. 200 с.

25. Айдурай Мэргэн Улан-Удэ: Бурят, кн. изд - во,1979.-128 с.

26. Аханянова H.A. К вопросу о мифологической основе солярно-лунарнойсимволики в эпической тардиции якутов//Язык-миф-культура народов Сибири.

27. Якутск: Изд-во ЯГУ, 1994. С.194-207.

28. Байбурин A.K. Ритуал в традиционной культуре. Структурно-семантический анализ восточно славянских обрядов,- СПб.:Наука, 1993. - 240 с. Билзокина A.A. Язьгческие обряды якутов: (Истоки якутской драмы). - Якутск: Якут. науч. центр СО РАН, 1992. - 80 с.

29. Боло С.И. Прошлое якутов до прихода русских на Лену: (По материалам якутов бывшего Якутского округа). Якутск: Бичик, 1994. - 352 с.

30. Бутанаев В.Я. Культ богини Умай у хакасов//Этнография народов Сибири. -Новосибирск, 1984. С.93 - 105.

31. Валиханов Ч. Избранные произведения. М.: Наука Главная ред. восточной лит., 1986. -414 с.

32. Васильев В. Е. Осуохай -женский танец//Илин. -1998. -№2. С. 15.

33. Васильев С.С. Избранные произведения. Стихи и поэмы,- Якутск: Кн издво,1967. Т.2. -256 с.

34. Виташевский H.A. Из наблюдений над якутскими шаманскими действиями. -СМАЭ. Т.5. Вып. 1. Петроград, 1918. - 188 с.

35. Габышева Л.Л. Цвето-зоосимволика в якутском эпосе олонхо//Советская тюркология. 1984. - № 3. - С.27-30.

36. Гачев Г. Национальные образы мира. Космо- психо- логос. М.: Издат. группа «Прогресс» - «Культура», 1995. - 480 с.

37. Герасимова И.А. Философское понимание танца//Вопросы философии,- 1998. -№ 4. С.50-63.

38. Гоголев А.И. Историческая этнография якутов. Якутск: Изд-во ЯГУ, 1980. - 108 с.

39. Гоголев А.И. Якуты (проблемы этногенез и формирования культуры). Якутск. Изд-во ЯГУ, 1993.-200 с.

40. Емельянов Н.В. Сюжеты якутских олонхо. М.: Наука, 1980. - 376с.

41. Еремеев А.Ф. Происхождение искусства. Теоретические очерки,- М.: Молодаягвардия, 1970,-272 с.

42. Жорницкая М.Я. Народные танцы Якутии. М.: Наука, 1966. - 168 с.

43. Зеленин Д.К. Культ онгонов в Сибири: Пережитки тотемизма в идеологиисибирских анродов. М,- Л.: Изд-во АН СССР, 1936. - 436 с.

44. Избеков И.Д. Наша народная музыка (по народным легендам)//Полярная звезда.1962. -№3. С. 153-156.

45. Иорданский В.Б. О едином ядре древних цивилизаций//Вопросы философии. -1998. -№12. С. 37-49.

46. Квашнина С.Н. Верования индейцев Эквадора ( на примере племен аука, хибаро, колорадо)//Этнос и религия. М., 1998. - С.270-281.

47. Колодезников С.К. Категории традиционной культуры якутов: пространство, время, движение//Духовная культура в жизни этноса. .Якутск, 1991. - С.5 - 27. Копырин Н.З. Изобразительные средства якутской поэзии,- Якутск: Бичик, 1997. - 176 с.

48. Ксенофонтов Г.В. Урангхай сахалар: Очерки по древней истории якутов. -Якутск: Книж. издат-во,1992. Т.2.Кн.2. - 320 с.

49. Ксенофонотов Г.В. Шаманизм: Избранные труды (Публикации 1928-1929гг.). -Якутск: Творческо-производс. фирма «Север-Юг», 1992,- 318 с. Кулаковский А.Е. Научные труды / Подгот. к печати Н.В.Емельянов, П.А.Слепцов. Якутск: Кн. изд-во, 1979. - 484 с.

50. Кыыс Дэбэлийэ: Якут, героический эпос./Сказитель Н.П.Бурнашов; Зап.

51. С.К.Дьяконова; Пер. Н.В.Емельянова и др. Новосибирск: Наука, 1993. - 330 с.

52. Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего Востока).

53. Лингис Ю., Славюнас 3., Якелайтис В. Литовские народные танцы. Вильнюс:

54. Гос. изд-во полит, и науч. лит. Литовской ССР, 1955. -308 с.

55. Лисициан С.С. Армянские старинные пляски. Ереван: Изд-во АН АрмССР,1983.-245 с. 18 илл.

56. Лисициан С.С. Запись движения: (Кинетография). М. - Л.: Искусство, 1940. -428 с.

57. Лисициан С.С. Старинные пляски и театральные представления армянского народа. Ереван: Изд-во АН Арм.ССР, 1958. -Т.1.-613 с.

58. Лысенко О.В. Островский А.Б. Структурные характеристики ритуальных предметов//Этносемиотика ритуальных предметов. Сб. Науч. тр. СПб., 1993 -С.201- 210.

59. Лукина А.Г. Традиционная танцевальная культура якутов. Новосибирск: Изд-во СО РАН,1998. - 175 с.

60. Лукина А.Г. Танцы Саха,- Якутск: Бичик,1995. 104 с.

61. Лукина А.Г. Пляски в обряде шаманского камлания//Поляр. звезда. 1994,- № 1. - С.165-168.

62. Лукина А.Г. Танцы обряда ысыах//Ысыах многовековая традиция. Тезисы докладов. - Якутск,1991. - С.21-23.

63. Макарова Р.П. История сценических танцев С.А.Зверева Кыыл Уола. - Якутск: НИПК «Сахаполиграфиздат», 1996. - 124 с.

64. Мифы народов мира: Энциклопедия/Гл.ред. С.А.Токарев. М.: Сов. энциклопедия, 1982. -Т. 1. - 672 с.

65. Мифы народов мира: Энциклопедия/ Гл. Ред. С.А.Токарев.- М.: Сов. энциклопедияД982. Т.2. - 718 с.

66. Могучий Эр Соготох: Якут, героич. эпос/сказитель В.О.Каратаев; Пер. П.Е.Ефремов и др. Новосибирск: Наука, 1996. - 437 с. - (Памятники фольклора народов Сибири и Дальнего Востока).

67. Мухоплева С.Д. Якутские народные обрядовые песни. Новосибирск: Наука, 1993.-110с.

68. Нагаева Л.И. Башкирские народные танцы (историко-этнографические очерки): Рукопись диссертации на соиск. ученой степени канд. ист. наук. Уфа, 1977. -155 с.

69. Нагаева Л.И. Танцы восточных башкир. М.: Наука, 1981. - 126 с.

70. Назаренко Ю.А.О некоторых аспектах моделирования границ в связи с представлениями о человеческом теле//Этносемиотика ритуальных предметов. Сб. науч. тр. СПб., 1993. - С.68-79.

71. Новик Е.С. Функции шаманских мистерий и их сюжетные типы. Якутские камлания-лечения//Илин. 1992,- С.6-13.

72. Носов М.М. Стилевые признаки якутского узора//Сборник материалов поэтнографии якутов. Якутск., 1948. - С.107-116.

73. Нюргун Боотур Стремительный. Якутск: Кн изд-во, 1974. - 410 с.

74. Окладников А.П. Шишкинские писаницы памятник древней культуры

75. Прибайкалья. Иркутск: Кн. изд-во,1959. - 212 с.

76. Окладникова Е.А. Ритуально-мифологические характеристики «боа» из перьев уиндейцев КалифорнииУ/Этносемиотика ритуальных предметов. (Сборникнаучных работ). СПб., 1993,- С. 161- 175.

77. Ойуун. Якутск: Якутполиграфиздат, 1993. - 4.1. - 56 с.

78. Ойуун. Якутск: Якутполиграфиздат, 1993. - 4.2. - 64 с.

79. Ойуун. Якутск: Якутполиграфиздат, 1993. - Ч.З. - 64 с.

80. Ойунский П.А. Сочинения. Якутск : Кн. изд-во, 1962. - Т.7. - 224 с.

81. Ойунский П.А. Сочинения. Якутск: Кн. изд-во, 1959. - Т.4. - 280 с.

82. Парфенов И. Сэргэ: ритуалы и быт//Северные просторы. 1987. - № 6. -С.41.

83. Пекарский Э.К. Словарь якутского языка: ЯФ СО АН СССР. Якутск., 1959.1. Т.1. 1280 стб.1. Т.2. 2507 стб.1. Т.3.- 3858 стб.

84. Петров A.A. Лексика духовной культуры тунгусов:(эвенки, эвэны, негидальцы, солоны). СПб.: Образование, 1997.-175 с.

85. Петров Н.Е. Значение осуохая для развития фольклорного искусства// Ысыах-многовековая традиция. Тезисы. Якутск, 1991. - С.9-14.

86. Петров Н.Е. Уч Курыкан древнее государство якутов. - Якутск: Кудук, 1998. -72 с.

87. Петров Н.Е. Тойук и шаманское пение кутуруу//Саха сирэ. 1993. - 16 марта. -С.6. -Якут. яз.

88. Петров Н.Е. Осуохай -целебный хоровод. Якутск.: Полиграфист, 1998. - 64 с. Попов Г.В. О терминах, обозначающих стороны света в якутском языке/Якутский филологический сборник. - Якутск: Издание якутского филиала СО АН СССР, 1976. - 138 с.

89. Потапов Л.П. Конь в верованиях и эпосе народов Саяно-Алтая//Фольклор и этнография. Связи фольклора с древними представлениями и обрядами. Л., 1977.-С. 164-178.

90. Потапов И.А. Якутская народная резьба по дереву. Якутск.: Як.книжное изд-во,1972. - 144 с.

91. Пропп В Я. Исторические корни волшебной сказки. Л.: Изд-во ЛГУ, 1986. -364 с.

92. Романова E.H. К интерпретации символики якутского шаманского обряда//Шаманизм и ранние религиозные представления. М.,1995. - С. 108-114.

93. Рыжакова С.И. Латышские календарные праздники как «приходящие» и «уходящие» «гости»: анализ одной мифологемыУ/Календарно-праздничная культура народов Зарубежной Азии: традиции и инновации. М.,1997. - С.216-222.

94. Сабурова Л.М. Об изучении народных обрядов//Фольклор и этнография Обряды и обрядовый фольклор. Л., 1974. - С.3-8.

95. Саввин A.A. Якутский кумыс//Сборник материалов по этнографии якутов. -Якутск, 1948,- С. 117-138.

96. Савин В.З. Традиционная танцевальная культура шорцев (Проблемы самобытности, воссоздания, сценического применения):Рукопись дисс. на соиск. ученой степени канд. искусствоведения. М., 1983,- 174 с.

97. Садокова А.Р. Религиозные воззрения и мифология айнов (Представления овселенной и человеке//Этнос и религия. М., 1998. - С.251-269.

98. Сарынова Л.П. К истории казахского танца//Известия Академии наук Казахской

99. ССР.Серия филологии и искусствоведения. Вып.З. - 1962. - С.25-35.

100. Семашко И.М. Праздник дивали и его место в индуистком календаре//

101. Календарно-праздничная культура народов Зарубежной Азии: традиции иинновации. М.,1997. - С.106-121.

102. Сивцева М.З. Осуохай якутский танец : Методическое пособие. - Якутск: Ситим, 1993. - 32 с.

103. Слепцов П.А. Традиционная семья и обрядность у якутов (XIX начало XX в.) -Якутск: Кн. изд-во, 1989. -160 с.

104. Словина С.Д. Хакасские танцы. Абакан: Хакас, отделение Краснодар, кн. изд -во,1965.- 118 с.

105. Соломатина С.Н. Символическая культура тувинцев: Рукопись дисс. на соиск. степени канд. исторических наук. СПб., 1997.

106. Скрынникова Т.Д. Харизма и власть в эпоху Чингис-хана. М.: Вост. литература, 1997.-216 е.: ил.

107. Снесарев Г.П. Реликты домусульманских верований и обрядов у узбеков Хорезма. М.: Наука, 1969. - 336 с.

108. Тайлор Э.Б. Первобытная культура: Пер. с англ. М.: Политиздат, 1989. - 573 с. Тихоницкая H.H. Русская народная игра «Просо сеяли»//Советская этнография. --№ 1,- 1938.

109. Чеснов Я.В. Лекции по исторической этнологии: Учебное пособие. М.: ГардарикаД998. - 400 с.

110. Членов М.А. Числовая символика и тайные союзы на Молуккских островах//Мифология и верования народов Восточной и Южной Азии. -М., 1973. С.132-166.

111. Шер Я.А. Петроглифы Средней и Центральной Азии. М.: Наука, 1980. - 328 с. Шейкин Ю. И. Музыкальная культура народов северной Азии. - Якутск: РДНТ, 1996.-123 с.

112. Шу Ш.С. Адыгейская народная хореография в её историческом развитии: рукопись дисс. на соск. уч. степени канд. искусств, наук.- Тбилиси, 1983. Элиаде М. Космос и история. М.: Прогресс, 1987. -311 с.

113. Элиаде М. Священное и мирское/Пер. с франц. Предисл и коммент.

114. Н.К.Грановского. М.: Изд-во МГУ,1994. -144 с.

115. Эргис Г.У. Очерки по якутскому фольклору. М.: Наука, 1974. - 404 с.

116. Эргис Г.У. Праздник ысыах второй половины XIX в.//Сборник статей иматериалов по этнографии народов Якутии. Якутск, 1961. - Вып.2. - С.67-76.

117. Яковлев В.Ф. Сэргэ (коновязь). Якутск: ЕНМЦ Мин-ва культуры, 1992. - 4.1.62 с.

118. Якутско-русский словарь./ Сост. Е.И.Коркина и др. М.: Сов. энциклопедия, 1972,- 608с.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 85906