Семантика ритуальных игр в традиционной культуре семейских Забайкалья тема диссертации и автореферата по ВАК 24.00.01, кандидат исторических наук Семенова, Мария Владимировна

Диссертация и автореферат на тему «Семантика ритуальных игр в традиционной культуре семейских Забайкалья». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 188295
Год: 
2004
Автор научной работы: 
Семенова, Мария Владимировна
Ученая cтепень: 
кандидат исторических наук
Место защиты диссертации: 
Улан-Удэ
Код cпециальности ВАК: 
24.00.01
Специальность: 
Теория и история культуры
Количество cтраниц: 
152

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Семенова, Мария Владимировна

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I.

РИТУАЛЬНАЯ ИГРА В ТРАДИЦИОННОЙ КУЛЬТУРЕ

СЕМЕЙСКИХ ЗАБАЙКАЛЬЯ.

1.1. Ритуальная игра - методология исследования.

1.2. Место и функция ритуальной игры в зимних и весенних праздниках.

ГЛАВА II

РЕКОНСТРУКЦИЯ СЕМАНТИКИ, СТРУКТУРЫ И ФУНКЦИЙ if» РИТУАЛЬНЫХ ИГР СЕМЕЙСКИХ ЗАБАЙКАЛЬЯ.

2.1 Зимний цикл игр.

2.2. Весенний цикл игр.

Примечания.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Семантика ритуальных игр в традиционной культуре семейских Забайкалья"

Актуальность темы исследования. При весьма пристальном внимании к изучению традиционо-бытовой культуры семейских Забайкалья, которое особенно актуализировалось в постперестроечный период, нельзя говорить о достаточно полной изученности огромного пласта культурных феноменов, определяющих уникальность их культуры. А между тем, семейские, в силу своей закрытости, являются носителями архаичной русской традиционной культуры, и, следовательно, их игры представляют большой интерес для исследования. Но до сих пор одна из важнейших составляющих ритуального поля - традиционные игры, их знаковая природа, остаются наименее изученной областью традиционной культуры семейских. Описание игрового пласта календарной обрядности семейских было затронуто Болоневым Ф.Ф., но семантика игры не являлись специальным предметом его исследований.

Актуальность исследования ритуальных игр определяется тем, что они представляют собой важный компонент традиционной культуры, тесно связанной с календарной обрядностью. В ритуальной игре отражается состав игрового пространства календарного цикла. С точки зрения жанра, он включает хороводные игры (святочные и весенние), игры линейного построения и игры подвижного характера, исполняемые в соответствии требования времени места. В формировании игрового пространства принимают участие члены социума определенного социального статуса и возраста. Игры наделяются в календарных праздниках разнообразными символическими значениями и привлекаются к выполнению многих функций. Игровой образ календарного периода передает его основное мифопоэтическое содержание. Именно поэтому важно изучать ритуальные игры в контексте праздника. Мы считаем, что игры, как часть национальной и общей культуры народа, выступают структурообразующим компонентом большинства праздников и обрядов. Особенности празднично-игровой культуры, имеющей сезонных характер и связанной с хозяйственным и обрядовым календарем, со структурой семейных и общественных отношений, создали свой набор форм игрового общения, игрового поведения. Ритуальные игры и обряды несли в себе функцию особого Ф средства преодоления критических ситуаций за счёт придания им иного статуса, характеризующегося возникновением иной точки зрения на саму кризисную ситуацию.

Игры рассматриваются в работе как механизм объединения двух миров - сакрального и профанного: действуя в поле сакрального, они обеспечивают функционирование профанного. Это определяет следующие признаки ритуальной игровой формы: имитация реальной трудовой деятельности — осуществление совместной деятельности по ** поиску выхода из кризисной ситуации — разыгрывание ролей — наличие магического смысла. При анализе выделяются игры с брачной символикой и символикой переходных обрядов, распространенных в различных половозрастных группах и функционирующих в разнообразных обрядовых ситуациях, которые фактически очерчивают ф зону схождения игры и обряда. Игра в период праздника выступает как знаковая система и выполняет определенные функции.

Необходимость реконструкции символов и знаков традиционной культуры, интерпретации их семантики, установления связей между ними обусловило актуальность обращения к анализу ритуальных игр семейских, представляющих особый этнический мир. В работе представлен комплексный структурно-семантический анализ традиционных игр семейских.

В связи с этим целью исследования являются выявление места и роли ритуальных игр в традиционной культуре семейских, в частности в праздниках, а также реконструкция их структуры и функций и интерпретация семантики.

Достижение цели реализуется путем решения следующих задач:

- собрать соответствующий полевой и архивный материал по ритуальным играм семейских Забайкалья;

- определить локальные особенности праздников семейских Забайкалья;

- дать структурно-функциональную характеристику основных праздников семейских Забайкалья и определить место в них ритуальных игр;

- дать описания функции и проявления игр в контексте календарной обрядности (конкретного праздника);

-описать и дать интерпретацию знаков и символов вербального и ритуального пространства игр;

- выделить символические коды в ритуальных играх;

- исследовать семантическую наполняемость игр, которая обуславливает их функции.

Объектом исследования является один их важнейших элементов традиционной культуры - ритуальные игры, относящиеся к зимним и летне-весенним периодам календарной обрядности семейских Забайкалья. Нас будет интересовать игровой образ календарного сезона и его игровая структура. Совокупность игр, актуализируемых в том или ином отрезке календарного времени и несущих на себе смысловую нагрузку, мы объединяем под понятием игрового поля.

Предметом исследования является семантика ритуальных игр.

Семантика игровых элементов в системе символического языка народной культуры неотделима от их прагматики (кому адресована, какие цели). Игра, прагматика игровых форм и поведения, культурные функции игры, игра как инструмент культуры в меньшей степени подвергалась анализу. Между тем, игра может приобретать в контексте культуры особые ритуальные функции и наделяться особыми, «культурными», смыслами.

Методология и методика исследования. Теоретической базой данного диссертационного исследования являются труды как зарубежных, так и отечественных авторов, посвященные исследованию ритуального поля культуры, в которых традиционное мировоззрение рассматривается как целостная знаковая система. Так, можно отметить в числе важнейших исследования Э. Дюркгейма, К. Леви-Стросса, В. Тернера, М. Элиаде, К. Юнга, идеи которых получили дальнейшее развитие в трудах отечественных ученых - А.К. Байбурина, В.В. Иванова, Е.М. Мелетинского, В.Я. Проппа, В.Н. Топорова, О.М.

Цк Фрейденберг и других. При изложении и изучении собранного материала применялся метод научного описания. Кроме того, описание ритуальных игр проводились с позиций семиотики, что способствовало комплексному системному анализу фактов традиционной культуры, построению культурно-семиотических моделей и семантических реконструкций на уровне игровой и обрядовой символики. Этот тип анализа предполагает использование такого метода современного научного познания как культурно-семантический.

Для выявления генетических истоков рассматриваемых явлений активно используется этнолингвистический и текстологический анализ, проводятся языковые реконструкции на основе игровой и обрядовой терминологии, лексики и поэтической фразеологии. Рассматривая игру как определенную структуру со своими компонентами, каждый из которых выполняет определенную функцию, мы применили методы структурного и функционального анализа. Функциональный аспект исследования игры предполагает обозначение вхождения игры в разнообразные ритуальные и мифологические контексты: семейные, календарные, окказиональные обряды, в нашем случае нас интересует функционирование игры в календарных обрядах, обладающих наивысшей ритуальной значимостью. Анализ и систематизация ритуальных игр в их отношении к структуре календарного обряда позволили выделить выполняемые ими функции: космогоническую, социогоническую, продуцирующую, апотропейную и т.д.

При сравнении с играми в других регионах и других народов применялся сравнительно-типологический подход.

Степень изученности темы. Первым обратил внимание на роль игры в культуре человечества Й. Хейзинга, согласно которому, человеческая игра - это род культурообразующей деятельности. С его ф точки зрения, культурными играми являются прежде всего коллективные, социальные игры. Игра обнаруживает глубинное родство с различными важнейшими явлениями культуры. Хейзинга пишет: «Игра фиксируется как культурная форма. Будучи однажды сыгранной она остается в памяти как некое духовное творение или ценность, передается ф далее как традиция и может быть повторена в любое время .». Й.

Хейзинга видел цивилизационную роль игры в следовании добровольно установленным правилам, он подчеркивал антиавторитарный характер игры, допущение возможности иного выбора.

Многие культурно значимые игры (например, святочные игры) повторяются с особой периодичностью и приурочиваются к определенным праздникам и в связи с этим имеют смысл магических действий определяющих миропорядок. В русской фольклористике одной из первых попыток выстроить терминологический «словарь» игры, внутренне организовать охватываемый им пестрый материал стал значительный труд «Игры народов СССР». В предисловии к этому труду были подробно изложены основные классификационные принципы его составителей, а также дан критический анализ некоторых предшествующих опытов, принадлежащих зарубежным исследователям народной игры.

Утверждая в этой статье принадлежность всех игровых явлений «к одной общественной практике» - «действенное воспроизведение любого жизненного явления вне его реальной практической установки», В.Н. Всеволодский-Гренгросс пытался разграничить два самостоятельных понятия в одном слове (игра как забава; игра как установка на «проживание» вымышленной ситуации). В.Н. Всеволодский-Гренгросс наметил три основные группы - три «формальных типа» - игр (драматические, спортивные, орнаментальные), а также промежуточные # ступени между ними (игры в войну и хороводные). Но так как в основу работы были положены только классификационные критерии, составители тем самым лишили игры этнографической содержательности. Например, обрядовые игры, которые не противоречат данному В.Н. Всеволодским-Гренгроссом определению игр ф, драматических, не включены в рассматриваемый материал.

Г.С. Виноградов, О.И. Капица, посвятившие свою научную деятельность главным образом изучению детского фольклора и детской этнографии, считают, что детская игра обладает свойством сохранять древнейшие реалии (от способов охоты, до не сохранившихся в прежнем виде культовых действий), поэтому она привлекает внимание с точки зрения материала для их реконструкции. Г.С. Виноградов пишет, что, если многие игры современных детей « .являются шутливым подражанием серьезному жизненному делу.», то в древности дети могли делать то же самое, поэтому они могут служить ценным источником сведений о древнем быте. Исследования ритуальных игр показало, что в большой степени они воспроизводят языческие ритуалы (например, такие игры, как «Кострома», «Олень», «Ящер») и могут дать информацию исследователю древнейшего обрядового фольклора и мифологических представлений. Эта тема оказалась очень продуктивной. Стоит упомянуть работы таких ученых, как Е.В. Ревуненкова, Т. А. Бернштам, а также работы по реконструкции мифологических представлений на материале традиционных игр детей коми Д.А. Насанелиса и др.

Изучение игр может дать важную дополнительную информацию по самым разным аспектам этнокультурного прошлого и настоящего народа. Народные игры, будучи составной частью обрядовых циклов, могут многое сказать о религиозных верованиях, о всей системе идеологических представлений этноса. В народных играх закодирована информация о древней социальной структуре общества. Половозрастные и социальные градации народных игр, особенности сюжетов и правила поведения - все это формировалось во многом под непосредственным влиянием социальной действительности, которая отражалась - порой прямо, но чаще опосредованно в игровой деятельности.

Автором учитывались опыты интерпретации символики и реконструкции семантики традиционных хороводов и народных игр (Потебня A.A., Покровский Е.А., Всеволодский-Гренгросс В.Н., Рыбаков Б.А., Иванов В.В. и Топоров В.Н.). Также уделялось внимание интерпретациям, построенным на текстологическом (Веселовский А.Н, Зелинский О.), этнолингвистическом и прагмасемантическом анализе

Зеленин Д.К., Толстой Н.И.). Особо следует выделить серию статей и монографию Бернштам Т.А., которые посвящены половозрастному аспекту традиционной культуры, реконструкции семантики и символики переходно-посвятительных церемоний, обрядов и связанных с ними игр. Существенные аспекты норм поведения и форм общения участников традиционных хороводов и посиделочных игр затрагиваются также в статьях и монографии Громыко М.М. Вопросы духовной культуры, в том числе праздничной, оказались в центре внимания также и другого (Ä ученого, изучавшего русское население Западной и Восточной Сибири

Миненко H.A.

В освоении данной темы большая роль принадлежит трудам Проппа В.Я. и Чичерова В.И., посвященных традиционному русскому аграрному календарю, работам Виноградовой Л.Н. (зимняя календарная поэзия, девичьи гадания славян), Ивлевой Л.М. (о ряжении в традиционной культуре). В диссертации также были использованы работы по праздникам Снегирева И.М., Сахарова И.П., Терещенко A.B. Многие интересные сведения о календарных приметах, поверьях и праздниках содержатся в опубликованных работах Авдеевой Е.А., Зеленина Д.К., Велецкой Н.Н, Соколовой В.К., Виноградовой JI.H, Толстого Н.И., Тульцевой Л.А., Байбурина А.К. Важную роль в теоретическом изучении календарной обрядности сыграл коллектив авторов во главе с Токаревым ■ф С.А., исследовавший исторические корни обрядовых элементов.

Безусловно, наиболее значимый вклад в изучение духовной культуры семейских Забайкалья, их народных традиций внес Ф.Ф. Болонев, в работах которого присутствуют описания некоторых ритуальных игр.

Таким образом, в сфере изучения игр как накапливался конкретный материал, так и делась попытки интерпретации, когда игра рассматривается с точки зрения культурологии, психологии и фольклористики.

Источниковая база исследования. Для исследования семантики ритуальных игр как части традиционной культуры был привлечен широкий круг источников:

- полевые материалы соискателя, собранные в Бурятии и Красночикойском районе Читинской области;

- фонды Отдела памятников письменности ИМБиТ СО РАН;

- публикации текстов (фольклорные образцы).

Понятно, что правильное понимания взаимосвязи и взаимовлияния между такими культурными, формами (структурами), как праздник и игра невозможно без тщательного анализа окружающего контекста, поэтому помимо основного корпуса текстов мы привлекли обширный слой повествовательного и песенно-игрового фольклора, поверий, сказок, бытовых и обрядовых форм поведения. В качестве типологических параллелей использованы материалы по западным, южным и восточным славянам. Также использовались очерки региональных и локальных вариантов традиционной культуры.

Использованы также публикации в ряде дореволюционных изданий: «Живая старина», «Этнографическое обозрение», «Киевская старина», сборник этнографического общества и Императорского Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии, издания ряда губернских научных обществ (Известия Архангельского общества изучения Русского Севера, Труды Костромского научного общества по изучению местного края и др.).

Важной составной частью источников явились современные исследования традиционных развлечений и игр, прежде всего публикации Аникина В.П., Власовой З.И., Лурье М.Л., и др.

Территориальные рамки исследования ограничиваются материалом, собранным самостоятельно или найденным в архивах, и охватывают как районы Бурятии: Тарбагатайский, Мухоршибирский, Бичурский; так и Красночикойский район Читинской области.

Хронологически материал может датироваться концом XIX - XX веками, хотя, несомненно, распространенность и бытование ритуальных игр заметно снизились во второй половине XX века.

Научная новизна работы состоит в том, что в ней впервые предпринята попытка теоретического осмысления взаимосвязи внешне разнородных явлений: ритуальных игр и традиционной обрядности. Изучение различных аспектов взаимодействия игры и обрядовой (религиозно-магической и социальной) практики имеет важное значение для выяснения генезиса игры, ее функционирования в культурном тексте. Также новизна нашей, работы состоит в выборе объекта и новых подходов исследования, т.к. изучение традиционных игр семейских данного региона, на основе комплексного анализа с использованием этнографических, фольклорных, лингвистических материалов, предпринимается впервые. В научный оборот вводятся неопубликованные материалы, собранные в ходе экспедиционных исследований.

Теоретическая значимость. Принцип локальности, примененный в исследовании, помогает выявить специфику ритуальных игр в контексте календарной обрядности семейских Забайкалья. Анализ семантики и структуры игр, дает нам возможность интерпретации игровых форм как специфического механизма, выполняющего космо-социогонические функции.

Практическая ценность. Результаты исследования могут найти свое применение при изучении семейской народной духовной культуры, реконструкции ее архаических состояний. Собранные и систематизированные автором материалы могут быть использованы при чтении курсов лекций и спецкурсов по региональной народной культуре.

Апробация работы. Основное содержание диссертации отражено в публикациях и представлено в виде доклада на научном семинаре в Иркутском государственном университете: «Народы и культуры Сибири. Взаимодействие как фактор формирования и модернизации», МИОН, Иркутск, 2003.

Заключение диссертации по теме "Теория и история культуры", Семенова, Мария Владимировна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В работе мы рассмотрели основные ритуальные игры семейских. Их содержание, точнее мифопоэтическую семантику и функции, которые определяются календарным временем (календарный и темпоральный коды), построением (локативный код), участниками и их действиями (агентивный и акциональный код). Обнаружили, что игровое действо представляет собой единый синкретический текст, объединяющий элементы перечисленных выше разных кодов. Элементы кодов дополняют друг друга и выступают параллельно как синонимичные: так персонажи игры могут выступать в качестве маркера и медиатора в пространственном и временном коде, в качестве организатора игровых действий (например, «Заяц» в игре символизирует центр мира, сакрализирует пространство, а также выбирает себе невесту, пляшет, изображая свадьбу); вербальный код дополняет акциональный и пространственный код (в игре «А мы просо сеяли» песня устанавливает вертикальную связь верх/низ, регламентирует действия участников) и т.д.

Основные мифопоэтические доминанты праздников, в структуру которых включаются ритуальные игры, обусловливают прежде всего две их основные функции: космогоническую и социогоническую, которые, в свою очередь, определяют и другие - брачную, продуцирующую, апотропейную. Для выявления этих функций и их конкретного выражения были рассмотрены коды игр, так как через них транслируются функции игры. Для выполнения космогонической функции в игре должно быть структурировано пространство (локативный код), воспроизведена космогония (акциональный код).

Космо- и социогоническая функции ритуальной игры обуславливаются тем, что она разыгрывается постоянно в сакральном пространстве и в сакральное время. Поскольку любое пространство сакрализируется, когда устанавливается атрибут, замещающий центр мира (точка наивысшей сакральности), постольку ритуальная игра начинается с установления сакрального центра (архетипа), в точке которого происходит разрыв пространства, создается открытость и соединенность разных миров (своего/чужого). В качестве центра могут выступать как участники игры: главный персонаж (олень, заяц, дрема) или водящий игрок («Жмурки»); так и ее атрибуты (бабки, лоток, столб). В большинстве игр такой центр ассоциируется с мировым древом, воплощающим в себе универсальную концепцию мира, моделирующим вертикальное пространство (верх/низ, небо/земля, предки/новое поколение) и сакрализирующим, осваивающим окружающее пространство. Символом центра служит и хоровод/круг (наиболее типичное построение игр в переломный период), который маркирует сакральный центр и структурирует пространство по четырем сторонам света (архетип), исполнение участниками игры хоровода также гармонизирует пространство в горизонтальной модели мира.

Акциональный код тесно связан с локативным кодом, так как действия игры, прежде всего, связаны с пространственным перемещением. Космогоническая функция центра реализуется через ритуальное исполнение хоровода, где главный персонаж, маркирующий центр, выступает в роли фаллоса (олень, столб, заяц), круг (девичий хоровод) символизирует вагину, а движение вокруг центра символизирует иерогамию (соединение космогонической пары), обеспечивающую целостность и благополучие социума в переломный период календаря. Если же игра имеет двухлинейное построение, т.е. в ней присутствуют две партии игроков, соперничающих между собой

Драки», «Взятие снежного городка»), то действия (борьба) рассматриваются как повторение перехода от хаоса к космосу (т.е. воспроизведение в настоящем космогонии). В связи с тем, что игра также выполняла социогоническую функцию, то в акциональном коде присутствуют действия с дизъюнктивной и интегративной семантикой (разрывание хоровода, выделение девушки-невесты, соединение ее с женихом или с предком, переход в новое состояние). Способы перемещения/действий игроков (скачки, сидение, пляска, бросание, битье и.д.) могут подчеркивать сакральность игры выполнять определенные функции (космогонические, апотропейные, дизъюнктивные, интегративные и т.д.). Например, битье («Драки», «Бабки», «Катание яиц»), соответствует архетипу начала (Новый год), так как борьба-соперничество являются частью космогонического акта. А такие действие как сидение на пороге девушки может интерпретироваться как символический акт преодоления границы или переходное состояние.

Анализ агентивного кода позволил определить конкретные выражения социогонической функции. В конкретной игре принимали участие те представители социума, которые обладали наивысшей значимостью в переломный период календаря. Например, во время святочных игр наиболее активна была молодежь, которая должна была пройти инициацию, доказать свою готовность к браку (после Святок начинался период свадеб). Игра помогала избежать потенциальной опасности того, что девушки не выйдут замуж, что грозило нарушением космогонического порядка в мире и социуме. Во время масленичных и пасхальных игр активизировалось мужское сообщество, что связывалось с подготовкой к предстоящему сельскохозяйственному сезону, который открывали мужчины, на что указывает их роль пахаря. Кроме того, агентивный код игры дополняет и подтверждает персонажный, локативный и акциональный коды. Так, девушки составляющие хоровод, маркировали низ, землю (союз Неба и Земли). Парень в центре обозначал мужской характер главного персонажа (олень, заяц и.д.), девушки хоровода обозначали невест, а движение вокруг центра символизировало коитус (соединение предка и девушек брачного периода).

В предметном коде игр отмечены атрибуты с различной семантикой: космогонической, апотропейной, брачной и.д. Например, в ритуальном контексте игры «Катание яиц» лоток символизировал гору, выполняющую, как известно, космогоническую функцию, она является вертикалью, связывающей космические верх и низ. Одновременно лоток символизировал фаллос, а действия, производимые игроком (мужчиной) с этим атрибутом, могут интерпретироваться как коитус. Главными атрибутами игры в «Оленя» являются пояс, венок, которые подчеркивают женскую, брачную символику и играют роль апотропея (форма круга). Атрибуты игр в основном символизировали основные космические силы: мужское и женское, что способствовало социо- и космогонии.

Так как время проведения игр совпадало с началом нового времени, т.е. с Новым годом, то в них в настоящем символически воспроизводилась космогония. Она выражалась в построении игры и действиях: хоровод вокруг центра (центр/вертикаль - фаллос, круг/хоровод - вагина) интерпретировался как коитус, который сакрализует, гармонизирует космос и социум; две партии соперничающие друг с другом, повторяли переход от Хаоса к Космосу.

На разных уровнях игры актуализируется космогоническая функция: повторение космогонии, поддержание космического равновесия человека и природы. Космогоническая функция игры определяет и социогоническую - маркируется переструктурирование общества.

Исследуя, ритуальные игры традиционной культуры семейских мы пришли к выводу, что ритуальная игра прошла длительный процесс развития и в силу своей устойчивой структуры сохранила рудименты архаических представлений. В ходе сбора фактического материала у семейских обнаружились разнообразные в сюжетном отношении ритуальные игры. Хотя в целом мы не обнаружили игр, характерных только для семейских, но выявили особенности их исполнения. Так, на акциональном уровне выделяются характерные задания («плясать, свекрухин пуп показать», «плясать, свекровин сук показать», «под окошком милостыню собирать», «водить девушку за монисто» и т.д.). На локативном уровне - это способ структурирования пространства игры (редуцированная форма «Взятия снежного городка», установления одного столба, без оградительной крепости); на вербальном уровне - это сопровождение игр характерными для семейских песнями.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Семенова, Мария Владимировна, 2004 год

1. Аргудяева, 2000 Аргудяева Ю.В. Старообрядцы на Дальнем Востоке

2. России. М.: Наука, 2000. 243 с. Афанасьев, 1957 - Афанасьев А.Н. Народные русские сказки. Т.1. - М., 1957.

3. Афанасьев, 1965 Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян наприроду. М., 1965 Афанасьев, 1987 - Афанасьев А.Н. Русские сказки. - М.

4. Художественная литература», 1987. Афанасьев, 1992 Афанасьев А.Н. Русские заветные сказки. -М., 1992. Байбурин, 1983 - Байбурин А.К Жилище в обрядах и представлениях восточных славян. - Л.: Наука, 1983.

5. Байбурин, 1993 Байбурин А.К. Ритуал в традиционной культуре (Структурно-семантический анализ восточно-славянских обрядов). -СПб., 1993.

6. Байтуганов, 1998 Байтуганов В.И. Песенно-танцевальный фольклор с. Макаровка Каштавского района Новосибирской области в народном календаре // Русские Сибири: культура, обычаи, обряды. -Новосибирск, 1998.

7. Бахтин, 1965 Бахтин М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средне-ья и Ренессанса М., 1965.

8. Белова, 2002 Белова О.В. Цвет // Славянская мифология. Энциклопедический словарь. Отв. ред. Толстая С.М. - М. Международные отношения, 2002. С.481

9. Бернпггам, 1984 Бернштам Т.А. Мяч в русском фольклоре и обрядовых играх // Фольклор и этнография: у этнографических истоков фольклорных сюжетов. Ред. Б.Н. Путилов. - Л. 1984.

10. Бернштам, 1988 Бернштам Т.А. Молодежь в обрядовой жизни русской общины XIX - начала XX в. Половозрастной аспект традиционной культуры. - Л.: Наука, 1988. - 276 с.

11. Бернштам, 1990 Бернштам Т.А. Следы архаических ритуалов и культов в русских молодежных играх «Ящер» и «Олень» // Фольклор и этнография. Проблемы реконструкции фактов традиционной культуры. - Л. «Наука», 1990.

12. Бернштам, 1991 Бернштам Т.А. Совершеннолетие девушки в метафорах игрового фольклора (традиционный аспект русской культуры) // Этнические стереотипы мужского и женского поведения. - С-Пб.: Наука, 1991.

13. Болонев, 1978 Болонев Ф.Ф. Народный календарь семейских Забайкалья. - Новосибирск.: Наука, 1978.

14. Болонев, Мельников, 1985 Болонев Ф.Ф. Мельников М.Н. Хороводные и игровые песни Сибири. - Новосибирск: Наука, 1985,103с.

15. Брагинская Н.В. Календарь//Мифы народов мира. М., 1980. Т.1.

16. Валенцова, 2002 Валенцова М.М. Первый в славянской традиционной культуре // Признаковое пространство. - М. 2002.

17. Ведина, 1999 Словарь личных имен. Сост. Т. Ф. Ведина. - М. 1999. 436 с.

18. Велецкая, 1978 Белецкая H.H. Формы трансформации языческой символики в старообрядческой традиции // Традиционные обряды и искусство русского и коренных народов Сибири. М. 1978

19. Велецкая, 1978 Велецкая H.H. Языческая символика славянский архаических ритуалов. - М.: Наука, 1978.

20. Виноградова, 1982 Виноградова JI.H. Зимняя календарная поэзия западных и восточных славян. -Москва: 1982. - С. 45.

21. Виноградова, 2000 Виноградова JI.H. Обходные ритуалы со звездой // Живая старина. - 2000, № 4. - С. 37.

22. Виноградова, 2002а Виноградова JI.H. «Тот свет» // Славянская мифология. Энциклопедический словарь. Отв. ред. Толстая С.М. М. Международные отношения, 2002. С. 463

23. Виноградова, 20026 Виноградова JI.H. Венок // Славянская мифология. Энциклопедический словарь. Отв. ред. Толстая С.М. - М.: Международные отношения, 2002. - С. 65-67

24. Виноградова, 2002в Виноградова JI.H. Троица // Славянская мифология. Энциклопедический словарь. Отв. ред. Толстая С.М. -М.: Международные отношения, 2002. С.466.

25. Виноградова, 2002г Виноградова JI.H. Яйцо. // Славянская мифология. Энциклопедический словарь. Отв. ред. Толстая С.М. - М. Международные отношения, 2002. С. 499.

26. Волков, 1916 Волков Ф.К. Этнографические особенности украинского народа // Украинский народ в его прошлом и настоящем, Т. II. -Петрогр., 1916. - С. 640-642

27. Гальковский, 1916 Галъковский Н. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси. - Харьков, 1916, 192с.

28. Гачев, 2000 -Гачев Г. вещают вещи, мыслят образы. М. 2000.

29. Геннеп, 1999 Геннеп А. Обряды перехода. - М.: Восточная литература, 1999.

30. Горбунов, 1994 Горбунов Б.В. Традиционные состязания за обладание снежной крепостью-городком как элемент народной культуры русских // Этнографическое обозрение. - М. 1994, №5. - С. 103-115.

31. Горбунов, 1996 Горбунов Б. В. Папочные бои // Этнографическое обозрение. - М., 1996. №2.

32. Громыко, 1975 Громыко М.М. Трудовые традиции русских крестьян Сибири. XVIII - первая половина XIX вв. - Новосибирск: Наука, 1975.-352 с.

33. Гура, 2002а Гура A.B. Невеста // Славянская мифология. Энциклопедический словарь. Отв. ред. Толстая С.М. - М.: Международные отношения, 2002. - С.318-319.

34. Гура, 20026 Гура A.B. Олень // Славянская мифология. Энциклопедический словарь. Отв. ред. Толстая С.М. - М.: Международные отношения, 2002. - С.342-343.

35. Даль, 1999 Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка в4.х тт. M., «Русский язык». 1999.

36. Дмитриева, 1998 Дмитриева С.И. Фольклор и народное искусство русских на Европейском Севере. - М., 1998. 147 с.

37. Доленга-Ходаковский, 1974 Доленга-Ходаковский 3. Украинские народные песни. Киев, 1974.

38. Домников, 2002 Домников С.Д. Мать-Земля и Царь-Город. Россия как традиционное общество. М. 2002.

39. Дранникова, 2001 Дранникова Н.В. Фольклор архангельского края. -Архангельск: 2001.

40. Дугаров, 1991 Дугаров Д.С. Исторические корни белого шаманства. На материале обрядового фольклора бурят. - М.: Наука, 1991. 297 с.

41. Душечкина, 2002 -Душечкина Е.В. Русская елка. С-Пб. Норинт. 2002.

42. Ефименко, 1868 Ефименко Г. О Яриле, языческом божестве русских славян. СПб., 1868, с. 12

43. Ефименко, 1877 Ефименко П.С. Материалы по этнографии русского населения. - Вып. 1. - Москва: 1877. С.168 - 169.

44. Завойко, 1914 Завойко Г.К. Верования, обряды и обычаи великороссов Владимирской губ. - Этнографическое обозрение. 1914. Вып. 3-4.

45. Зазыкин, 2002 Зазыкин В.И. Земля как женское начало и эротические символы, связанные с ней // Национальный эрос и культура Т.1. Сост. Гачев Г.Д., Титова Л.Н. М., «ЛАДОМИР», 2002.

46. Зеленин, 1991 Зеленин Д.К. Восточнославянская этнография. - М., 1991.

47. Зеленин, 1994а Зеленин Д.К. Избранные труды. Статьи по духовной культуре 1901-1913. -М.: Индрик, 1994. 183 с.

48. Зеленин, 19946 Зеленин Д.К Избранные труды. Статьи по духовной культуре 1901-1913. -М.: Индрик, 1994. 268 с.

49. Зимина, 2002 Зимина Т.А. Духов день // Русский праздник.

50. Иллюстрированная энциклопедия. С-Пб.: Искусство. 2002. - С.146

51. Зимина., 2000 Зимина Т.А., Мадлевская Е.Л., Прокопъева H.H., Холодная В.Г. Девичья красота и удаль молодецкая // Живая старина. - М. №3 2000.

52. Иванов В.В. Топоров В.Н. Славянские языковые моделирующиесемиотические системы. М.: Наука, 1965 - С.38

53. Иванов, 1989 Иванов В.В. Проблемы этносемиотики // Этнографическое изучение знаковых средств культуры. СПб., Л. 1989 47

54. Иванов, Топоров, 1965 В.В. Иванов В.В. Топоров В.Н. Славянские языковые моделирующие семиотические системы. - М.: Наука, 1965.

55. Ивлева, 1994 Ивлева Л.М. Ряженье в русской традиционной культуре. -СПб. 1994. - 235 с.

56. Ипполитова, 2002 Ипполитова А.Б. Символика цвета в русских простонародных травниках 18 века // Признаковое пространство культуры. - М.: Индрик, 2002.

57. Капица, 1999 Капица Ф.С. Славянская мифология. Справочник. - М.: 1999.

58. Ключевский, 1956 Ключевский В.О. Курс русской истории. Собр. соч. Т. 1.М., 1956.

59. Ковалева, 1985 Ковалева P.M. Календарно-обрядовая поэзия в контексте ранних форм искусства // Славянские культуры и мировой культурный процесс. Материалы международной научной конференции ЮНЕСКО. Ред. Марцелев C.B. Минск, «Наука и техника». 1985.

60. Колосова, 2002 Колосова В. Б. Цвет как признак, формирующий символический образ растений // Признаковое пространствокультуры. М. «Индрик». 2002.

61. Коровина, 1995 Коровина Н.С. Коми фольклор как источник для реконструкции обряда посвящения // Кунсткамера. Этнографические тетради. - СПб: Центр «Петербургское востоковедение», 1995, Вып. 8-9. - С.297-304.

62. Коршунков, 1999 Коршунков В. А. Особенности народно-бытового православия // Этнос, ландшафт, культура. Материалы конференции. - СПб: Европейский дом, 1999. С.151-155.

63. Красноженова, 1924 Краеноженова М.В. Взятие снежного городка в Енисейской губернии // Сибирская живая старина. - Иркутск, 1924. Вып. II.

64. Кремлева, 1989 Кремлева И. А. Об эволюции некоторых архаичных обычаев у русских // Русские: семейный и общественный быт. - М. 1989.

65. Лавонен, 1977 Лавонен Н.А. О древних магических оберегах (По данным карельского народного фольклора) // Фольклор и этнография: Связи фольклора с древними представлениями и обрядами. Л., 1977.

66. Лауринкене, 2000 Лауринкене Н. Символика девятирогого оленя в литовских календарных песнях // Живая старина. - М. 2000. №4. С. 39-40

67. Левинтон, 1991 Левинтон Г.А. Мужской и женский текст в свадебном обряде // Этнические стереотипы мужского и женского поведения. -СПб. 1991.

68. Левкиевская, 1996 Левкиевская Е.Е. Славянские представления о способах коммуникации между тем и этим светом // Концепт движения в языке и культуре. М., 1996.

69. Липинская, 1996 Липинская В.А. Старожилы и переселенцы: русские на

70. Мазалова, 2001 Мазалова Н.Е. Состав человеческий. Человек в традиционных соматических представлениях русских. - СПб. Центр «Петербургское востоковедение» 2001. Мелетинский, 2000 - Мелетинский Е.М. От мифа к литературе. - М.

71. Издательство РГГУ. 2000. Миллер, 1866 Миллер О. Опыт исторического обозрения русскойсловесности. 4.1. СПб., 1866. Миненко, 1977 - Миненко Н.А. Свадебные обряды у русских крестьян

72. Западной Сибири // Советская этнография. М. 1977. №3. Морозов, 1995 - Морозов И.А. Бить // Славянские древности.

73. Этнолингвистический словарь под редакцией Н.И. Толстого. Т.1. -М. 1995. С. 177.

74. Сибирская живая старина. Иркутск. 1929. - Вып. УШ-1Х. Новоселов, 1931 - Новоселов Ю. Латыши. Рига. 1931. Новоселова, 2001 - Новоселова Т. Синяя книга сказок. Ростов-на-Дону. Владис. 2001.

75. Окладников, 1964 Окладников А.П. Олень золотые рога. - Л.-М., 1964. V Окладников, Запорожская, 1970 - Окладников А.П. Запорожская В. Д.

76. Международные отношения, 2002. С.386-388.

77. Попов, 1903 Попов Г. Русская народно-бытовая медицина: По материалам этнографического бюро князя В.Н. Тенишева. СПб., 1903.

78. Потанина, 1979 Потанина Р.П. Русские свадебные песни Сибири. -Новосибирск: Наука, 1979. 193с.

79. Потебня, 1914 Потебня A.A. О некоторых символах в славянской народной поэзии. - Харьков: Мирный Труд. 1914.

80. Л> Потебня, 1989 Потебня А. А. О некоторых символах в славянскойнародной поэзии // Потебня A.A. Слово и миф. М., 1989. С. 285378.

81. Пропп, 1999 Пропп В.Я. Проблемы комизма и смеха. Ритуальный смех в фольклоре / Собрание трудов. - Москва. 1999.

82. Пропп, 2000 Пропп В.Я. Русские аграрные праздники. - М.: Лабиринт. 2000.

83. Рыбаков, 1981 Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. - М.: Наука.•V 1981 403 с.

84. Рыбаков, 1987 Рыбаков Б.А. Язычество древней Руси. - М. Наука. 1987. 465 с.

85. Селищев, 1920 Селищев A.M. Забайкальские старообрядцы. Семейские.-Иркутск. 1920.

86. Снегирев, 1873 Снегирев И.М. Русские простонародные праздники исуеверные обряды. М., 1837. Вып 2

87. Соколова, 1979 Соколова В.К. Весенне-летние календарные обряды русских, украинцев и белорусов. XIX - начало XX вв. - М. Наука. 1979. 286 с.

88. Соснина, 2002 Соснина H.H. Масленица // Русский праздник Праздники и обряды народного земледельческого календаря

89. Иллюстрированная энциклопедия С-П. «Искусство СПБ», 2002. Сумцов, 1996 Сумцов Н.Ф. Символика славянских обрядов. - М.: Наука, 1996.

90. Толстой, 19956 Толстой Н.И. Гениталии // Славянские древности. Этнолингвистический словарь под редакцией Н.И. Толстого. Т.1. М. 1995. С.494.

91. Толстой, 1995в Толстой НИ. Язык и народная культура. Очерки пославянской мифологии и этнолингвистики. М., «Индрик». 1995. Топорков, 1994 - Топорков A.JI. Солнце // Родина. - М. 1994. №5. С. 115116.

92. Топорков, 2002 Топорков A.JI. Порог // Славянская мифология. Энциклопедический словарь. Отв. ред. Толстая С.М. - М. Международные отношения, 2002. Топоров, 1980а - Топоров В.Н. Гора // Мифы народов мира. Главный ред.

93. Токарев С.А. Энциклопедия. Т.1. М., 1980. С. 311. Топоров, 19886 - Топоров В.Н. Мировое яйцо // Мифы народов мира.

94. Энциклопедия. Т. 2. Главный ред. Токарев С.А. М. 1988 Топоров, Мейлах, 1980 Топоров В.Н., Межах М.В. Круг // Мифы народов мира. Главный ред. Токарев С.А. Энциклопедия. Т.1. - М., 1980.

95. Фурман, 1996 Фурман О.Ю. Хороводные игры семейских Забайкалья. -Улан-Удэ., 1996.

96. Харузин, 1916 Харузин В.Н. Рец. На книгу: Д.К. Зеленина Очерки русской мифологии. Вып. I // Живая старина. - 1916. - Вып.4. -С.336.

97. Хейзинга, 1992 Хейзинга Й. Homo ludens. - М., 1992.

98. Холодная, 2002а Холодная В.Г. Игры и забавы с яйцами // Русский праздник. Праздники и обряды народного земледельческого "V календаря. Иллюстративная энциклопедия. Ред. И.И. Шангина.

99. СПб.: Искусство 2002. С. 208.

100. Холодная, 20026 Холодная В.Г. Красная горка // Русский праздник. Иллюстрированная энциклопедия. Ред. И.И. Шангина. - СПб.: Искусство. 2002. - С.271.

101. Холодная, 2002в -Холодная В.Г. Пасха // Русский праздник. Праздники и обряды народного земледельческого календаря. Иллюстративная энциклопедия. Ред. И.И. Шангина. СПб.: Искусство. 2002. С. 373.

102. Холодная, 2002г Холодная В.Г. Пасхальная неделя // Русский праздник. Праздники и обряды народного земледельческого календаря. Иллюстративная энциклопедия. Ред. И.И. Шангина. - СПб.: Искусство. 2002. С.384.

103. Холодная, 2002д Холодная В.Г. Яйцо // Русский праздник. Праздники и обряды народного земледельческого календаря. Иллюстративная энциклопедия. Ред. И.И. Шангина. - СПб.: Искусство. 2002. С. 651.

104. Чернецов, 1959 Чернецов В.Н. Представления о душе у обских угров // Исследования и материалы по вопросам религиозных верований. Труды Института этнографии. Т. LI. - JL, 1959. С.114-156.

105. Чичеров, 1957 Чичеров В.И. Зимний период русского народного земледельческого календаря VI-XIX вв. - ТИЭ, 1957. - С. 148.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 188295