Социальная компетентность личности в современной урбанистической культуре тема диссертации и автореферата по ВАК 09.00.11, кандидат философских наук Беденко, Надежда Николаевна

Диссертация и автореферат на тему «Социальная компетентность личности в современной урбанистической культуре». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 180222
Год: 
2004
Автор научной работы: 
Беденко, Надежда Николаевна
Ученая cтепень: 
кандидат философских наук
Место защиты диссертации: 
Тверь
Код cпециальности ВАК: 
09.00.11
Специальность: 
Социальная философия
Количество cтраниц: 
144

Оглавление диссертации кандидат философских наук Беденко, Надежда Николаевна

Введение.

Глава 1. Компетентность в современном обществе.

1.1. Компетентность, профессионализм, квалификация.

1.2. Социальная компетентность личности.

1.3. Проблема саморазвития личности.

1.4. Лидерство, инициатива, сотрудничество в контексте социальной компетентности.

Выводы по главе 1.

Глава 2. Социальная компетентность личности в современной урбанистической культуре.

2.1. Урбанистическая культура.

2.2. Личность и урбанистическая культура.

2.3. Формирование социально компетентной личности в пространстве урбанистической культуры.

Выводы по главе 2.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Социальная компетентность личности в современной урбанистической культуре"

Решение задач, стоящих перед современным российским обществом, во многом зависит от убеждений, ожиданий, ценностей и установок людей, определяющих их отношение к инновациям, содержанию, результативности и эффективности различных видов деятельности. Социальная адаптация (активное включение в социальную среду) личности предполагает в качестве необходимого условия достижение определенного уровня социальной компетентности. В рамках «субъект - субъектной» парадигмы взаимодействия индивида и многообразной среды окружения (социальной, пространственной, образовательной, информационной и пр.) процесс формирования социально компетентной личности обусловлен и характером отношений, диалога в системе «индивид - урбанистическая культура».

Актуальность темы исследования. Во-первых, сложность процесса формирования личности как профессионала и профессионала как личности и активного субъекта жизнедеятельности в целом определяет инвариантный характер задач, возникающих в любом сообществе независимо от сложившихся культурно-исторических условий. Например, уровень компетентности социальных лидеров, бесспорно, оказывает значительное влияние на процесс развития любого сообщества. Поэтому анализ феномена «компетентности», его содержания, структуры, роли в меняющемся социокультурном контексте является актуальной проблемой социальной философии.

Во-вторых, характер и масштаб задач, которые российское общество решает в течение последнего десятилетия, обнаруживают определенную специфику формирования компетентности, особенно - в сфере социальной компетентности, понимаемой как владение приемами сотрудничества, совместной деятельности, общения, а также лидерства и социальной ответственности за результаты своей деятельности. Прежде всего, речь идет о влиянии синдрома «социалистический ментальности», оставившего глубокий отпечаток на мотивациях и социальных установках поколений россиян. Сложившийся ненаправленный механизм формирования «адаптивных реакций» к уходящим социальным условиям укоренен в массовом сознании и вносит свой вклад в решение проблемы компетентности в профессиональной и, может быть, еще в большей мере - во внепрофессиональной деятельности.

В-третьих, годы затянувшихся «реформ» во многих сферах жизни привели к повсеместному распространению синдрома «поживем — увидим», включающему, с одной стороны, пассивность, конформизм, посредственность в общественных ролях, а с другой - естественное стремление к успеху, самореализации, достижениям в личной жизни. Люди отказываются принимать действительное участие в общественной жизни, потому, что не видят реальных путей что-нибудь изменить. Недоверие к властям, критическое отношение к официальным сообщениям и одновременно готовность верить сплетням, слухам, пророчествам делают массовое сознание россиян благоприятной средой существования различных мифов, способных «сделать действительность умопостигаемой». В этой связи особую актуальность приобретает осмысление роли урбанистической культуры (в частности - культурного мифа города) в формировании социально компетентной личности.

Степень разработанности проблемы. Феномен компетентности активно и плодотворно изучается в рамках, прежде всего, акмеологического направления, ориентированного на междисциплинарные исследования, предельно широкую трактовку явления, осуществляющую разработку сложного структурного строения компетентности, включая такие компоненты, как рефлексивный, аутопсихологический, конфликтологический, социально-перцептивный и другие. Это аспект проблемы раскрывается в работах отечественных ученых Абульхановой К.А., Берестовой Л.И., Бодалева А. А., Дерка-ча А.А., Зазыкина В.Г., Климова Е.А., Коблянской Е.В., Марковой А.К., Семенова И.Н. и др.

Работы зарубежных специалистов (Almond G.A., Gray J., Hunt J., Knapczyk D.R., Morton-Williams R., Raven J., Rodes P., Small P. и др.) ориентированы в большей степени на исследования роли компетентности в управлении социально-организационными системами, исходя из рассмотрения способностей, установок, роли и диспозиции субъектов активной жизнедеятельности.

Итогом исследований, начало которых относится к 1970-80 годам, стало осознание необходимости переоценки социально значимых типов поведения в свете формирования адекватных представлений о современном обществе, механизмах его функционирования и роли социально компетентной личности. Сегодня в центре внимания научного сообщества находятся внутренние мотивированные характеристики индивида, связанные с системой личных ценностей (инициатива, лидерство, интерес к механизмам функционирования организационных структур и общества в целом, а также рефлексия их влияния на него самого). Как правило, социальная неудовлетворенность не имеет отношения к недостаточному уровню знаний и способностей отдельных индивидов, то есть предполагается несомненное наличие специальной, индивидуальной и личностной компетентности. Современное общество остро нуждается в людях, которые проявляют высокую адаптивность, толерантность, готовы к новым задачам и нововведениям, лично заинтересованы в эффективном труде членов общества и его перспективах, а также готовы брать на себя ответственность и исправлять ошибки (Маркова А.К., Raven J., Small Р. и др.). Такие важные грани социальной компетентности, как побуждение и способность размышлять о сложных социотехнических системах, понимать их и управлять ими, способность отвлеченно и абстрактно размышлять о закономерностях возникновения и решения социальных проблем формируются у человека не одномоментно, а во многом основаны на социокультурном опыте, включающем, среди прочего, и культурный миф города (Коваль И.М., Рожков С.А., Федоров В.В., Шикун А.Ф. и др.).

В XX веке был накоплен и осмыслен огромный массив информации в области изучения мифосимволического плана культуры (Фрезер Дж., Элиаде М., Малерб М., Леви-Стросс К., Леви-Брюль Л., Кэмбелл Дж., Хюбнер К., Лосев А.Ф. и др.). Анализ теоретических споров, ведущихся в западной и отечественной научной литературе1, позволяет заключить, что, с одной стороны, нахождение индивида в пространстве урбанистической культуры является условием восприятия культурных традиций, а с другой - «разность потенциалов» культурной среды порождает импульсы социокультурного новаторства. Приоритет того или иного аспекта, как показано в исследованиях Барабанова А. А., Гуревича Л.Л., Евлампиева И.И., Ляховицкого А.Б., Махлиной С.Т., Федорова В.В., Штейнбах X. и др., определяется содержанием и структурой социокультурного контекста.

Таким образом, в работах отечественных и зарубежных исследователей рассмотрены различные моменты возникновения и развития феномена урбанистической культуры, его содержания и структуры. Однако в научной литературе отсутствует самостоятельное исследование процесса становления социально компетентной личности в современной урбанистической культуре.

Теоретическая неразработанность и практическая значимость этой проблемы обусловили выбор темы исследования, объектом которого является социальная компетентность личности, а предметом - специфика формирования и развития социально компетентной личности в современной урбанистической культуре.

1 Семиотика пространства: Сб.науч.тр. Междунар.ассоц.семиотики пространства. Екатеринбург, 1998; Человек и город. Материалы Междунар.конгр. ассоциации семиотики пространства (СПб., 1995). В 2-х томах. Екатеринбург, 1998.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационной работы является анализ возникновения и развития структурных компонентов феномена социальной компетентности в их взаимосвязи с социокультурной средой.

Реализация поставленной цели предполагает решение ряда задач:

- рассмотреть содержательные и структурные особенности феномена компетентности в современном обществе;

- выявить основные планы анализа социальной компетентности (лидерство, инициатива, сотрудничество, ответственность);

- изучить роль саморазвития в контексте формирования социально компетентной личности;

- построить контуры системы взаимодействия индивида (социального субъекта) и современной урбанистической культуры в плане смыслообразо-вания, диалогических процессов коммуникации, генерации общечеловеческих ценностей;

- раскрыть особенности формирования социально компетентной личности в пространстве современной урбанистической культуры.

Эмпирическую базу диссертации составляют данные исследований феномена компетентности в России и зарубежных странах, а также содержания и структуры современной урбанистической культуры, опубликованные в отечественных и иностранных монографических изданиях, научной периодике. На их основе выполнены теоретические обобщения, раскрывающие суть процесса формирования и развития социально компетентной личности в контексте городской культуры.

Методологические основы исследования определяются задачами анализа проблемы и структурой диссертационной работы. В ходе рассмотрения темы синтезированы на основе герменевтического подхода и использованы общеметодологические положения, принятые в работах В. Дильтея, М. Вебера, Х.-Г. Гадамера, А. Гидденса, К. Поппера, X. Альберта, Ю. Хабермаса,

Ю.М. Лотмана, А.Ф. Лосева, М.К. Мамардашвили и др. В работе использованы исторический, сравнительно-исторический, структурный, структурно-функциональный и другие методы изучения материала. В частности, при анализе содержания и структуры феномена компетентности нашли применение структурный и структурно-функциональный методы, а при изучении взаимосвязи процесса становления социально компетентной личности и современной урбанистической культуры использовался метод номологизации -придания факту статуса неслучайного, т.е. подведения эмпирических явлений под известные категории (социальной философии, культурологии, урбанистики, психологии) и указания их причинных, структурных, генетических связей с феноменами социальной действительности.

Научная новизна исследования заключается в следующем:

- социальная компетентность личности рассматривается как владение приемами совместной деятельности, общения, а также лидерство, инициативность и социальную ответственность;

- значимые аспекты поведения социально компетентной личности (достижение, сотрудничество и влияние) зависят от мотиваций и факторов управления ими, занимающих важное место в общественном сознании;

- эффективное мотивированное поведение индивида, включающее когнитивные, аффективные и волевые компоненты, зависит от комплекса способностей и побуждений, определяемых как готовность включаться в социально значимые виды деятельности;

- урбанистическая культура трактуется как многообразная и социально активная образовательная развивающая среда, которая дает возможность людям выявить свои системы ценностей, опробовать новые стили поведения, развивать социальную компетентность.

- причастность урбанистической культуры к формированию социально компетентной личности объясняется тем, что она (культура) выступает как средство аккумуляции, систематизации и трансляции разнообразного опыта.

Научно-практическая значимость исследования. Работа представляет собой социально-философский анализ формирования и развития социально компетентной личности в современной урбанистической культуре. Проблема, впервые целостно раскрытая в диссертационной работе, обладает как научно-теоретической, так и практической значимостью, непосредственной связью с совокупностью проблем стоящих перед Россией. Это позволило автору сформулировать ряд практических рекомендации.

Во-первых, выводы диссертации могут найти применение в процессе преподавания социальной философии, культурологии, социальной психологии, семиотики пространства, теории архитектуры и градостроительства, а также ряда других учебных курсов в высших учебных заведениях.

Во-вторых, обобщения, выполненные автором, применимы к конкретной практике стратегического планирования развития больших городов России, включая задачи становления территориального самоуправления.

В-третьих, поставленная проблема может быть более подробно исследована в будущем в аспекте разнопланового анализа роли феномена социальной компетентности в разработке стратегий воздействия на поведенческие стереотипы социального субъекта и индивида с целью проведения реформ в России.

Опираясь на научную новизну исследования и содержание работы, на защиту выносятся следующие положения.

Основные положения, выносимые на защиту

1. Современное понимание компетентности включает как обладание человеком способностью и умением выполнять определенные функции, так и наличие психических качеств (состояний), позволяющих ему действовать самостоятельно и ответственно.

Компетентное поведение индивида, среди прочего, зависит от:

- мотивации и способности включаться в деятельность высокого уровня (брать на себя ответственность, анализировать состояние дел в организационной структуре или обществе);

- готовности включаться в субъективно значимые действия (стремиться повлиять на происходящее в своей организации или на направление движения общества в целом);

Г* - возможности и способности содействовать формированию климата поддержки и поощрения тех, кто пытается вводить новшества или ищет способы более эффективной деятельности в самых различных сферах;

- адекватного понимания того, как функционирует организация и общество, где человек живет и работает, а также собственной роли и роли других людей в конкретных обстоятельствах;

- действительного представления о содержании понятий, связанных с управлением социальными структурами (в число таких понятий входят: риск, эффективность, лидерство, ответственность, подотчетность, коммуникация, равенство, участие, благосостояние, демократия).

В структурном плане феномен компетентности определяется соотношением различных видов компетентности (в разной степени свойственных конкретной личности) - специальной (профессиональной), индивидуальной (самореализации и профессионального роста), личностной (самовыражения и саморазвития) и социальной компетентности.

2. Социальная компетентность личности понимается как владение приемами совместной (групповой, кооперативной) деятельности, сотрудничества, общения, а также лидерство и социальная ответственность за результаты ' своей деятельности. При этом в центре внимания находятся те типы мотивации, в которых нуждается современное общество, и факторы управления ими. Речь идет о мотивациях, актуализирующих или формирующих инициативу, лидерство, стремление к эффективной работе в сотрудничестве с другими. Рост социальной компетентности личности неразрывно связан с системой личностных ценностей (выявлением и осознанием ее содержания, разрешением ценностных конфликтов и оценкой альтернатив).

Высокий уровень социальной компетентности человека означает, что он: относит себя к членам общества (организационной структуры, субкультуры); владеет морально-этическими нормами, свойственными данному обществу; осознает необходимость ориентации своей деятельности на благо общества; сотрудничает с другими членами общества; способен (при необходимости) к гибкой смене социальной роли; готов к возможным изменения в межличностной сфере и способен воздействовать на процесс изменений; стремится и умеет вызвать в обществе интерес к своей профессиональной и общественной деятельности; ориентирован на достижение соответствия своего профессионального и общественного статуса индивидуально-личностным качествам.

Личность формируется, развивается, совершенствуется, самореализуется в различных видах деятельности и (как объективный субъект деятельности) она изменяет себя и деятельность. Для эффективного выявления своих ценностей как условия позитивного личностного развития человеку необходимы:

- атмосфера открытости в социальной среде, когда любые приоритеты и ценности имеют право на существование и принимаются обществом, а к любому мнению относятся с уважением;

- включение индивида в различные виды социокультурной и профессиональной деятельности, способствующие (само)выявлению его основных ценностей и приоритетов;

- ознакомление с деятельностью других членов сообщества и ее различными результатами (последствиями), а также активное обсуждение реальных событий, их жизненного опыта;

- обсуждение (не обязательно формально регламентированное как некое официальное мероприятие) субъективно наиболее значимых социальных и профессиональных проблем, что позволяет «размыть» установившиеся позиции, изменить сложившиеся мнения и сформировать новые представления;

- возможность открыто высказать свое решение об изменении взглядов и позиций по самому широкому кругу вопросов;

- помощь в (само)организации референтных групп членов сообщества, дающих возможность найти под держку своих приоритетов и форм поведения у людей, разделяющих их интересы и ценности.

3. Механизмы личностного саморазвития раскрываются в эффектах смыслообразования: порождения и обеспечения направленности деятельности (мотивы); эмоциональной окраски и трансформации образа воспринимаемой действительности (личностный смысл); устойчивости смыслового отношения (смысловая диспозиция); стабилизации дезорганизующих влияний на характер деятельности (смысловая установка); приписывания жизненного смысла носителю значимых качеств (смысловой конструкт); моделирования должного (личные ценности).

Саморазвитие личности на уровне самосознания протекает в следующих фактах. Во-первых, содержание сознания переживается, испытывается субъектом в виде некоторых первичных ощущений и их комплексов (состояний) и существенно искажается вербализацией и концептуализацией. Освоение реальности осуществляется в форме эмоционально-ценностного понимания фрагмента действительности (индивидуальная модель мира ограничена и никогда не равна действительному миру).

Во-вторых, за любым содержанием сознания всегда лежит некоторое личное допущение реальности, поэтому осмысление личного опыта понимания мира позволяет человеку открывать в себе личность, подтверждать свою идентичность.

В-третьих, содержания сознания схватываются в виде или деятельности, или объекта, следовательно, мыследеятельность воспроизводится разными психологическими средствами.

В четвертых, стратегии осмысления действительности, проявляясь в мышлении как привычке, являются средствами самопрограммирования мышления и поведения. При этом осмысление действительности и взаимодействия с ней строится как приписывание действительности характеристик сознания, а эффекты саморазвития отражаются в сознании как различения реальности и мышления о ней.

Динамика самореализации личности отражается в такой детерминанте развития личности, как социальный опыт, к структурным составляющим которого относятся:

- индивидуальная модель мира, которая представляет активность личности в обобщенном отражении мира (прежде всего, ближайшей среды окружения - городской среды);

- мировоззрение личности, содержащее целостное отношение к окружающему миру;

- жизненную позицию, которая фиксирует процессы самоопределения личности;

- образ жизни (в контексте нашего исследования - городской жизни), являющийся формой хранения в социальном опыте личности ее способа организации жизни.

Системообразующую роль в процессе становления и развития личности играют мотивации, ценностные ориентации, воля и целеполагание. Становление и интеграция основных компонентов личности образуют органические связи с самосознанием и превращают личность в субъект индивидуального и общественного развития на протяжении всего жизненного пути. Значимость саморазвития личности (включая компетентностный аспект) определяется ее регулирующей функцией, поскольку степень зрелости выражается в способности принимать собственные решения и сознательно осуществлять выбор в сложных ситуациях.

Основными содержательными характеристиками саморазвития выступают ценностные ориентации, личностные смыслы, самооценки, мотивацион-но-волевые компоненты, целеполагание. Они определяют направленность и динамику саморазвития, дают возможность человеку преобразовывать себя, организовывать самостоятельную деятельность по самосовершенствованию, по повышению своей компетентности. Для зрелой личности характерно стремление к созданию собственной среды, благоприятной для развития и самореализации. Активное участие в общественной жизни, расширение и увеличение многообразия социальных связей создают принципиально новые возможности для развития личности. В непрерывном развитии качеств личности и деятельности, в их взаимодействии возникает, а затем «вызревает» мо-тивационно-ценностное отношение к компетентной деятельности, формируется ценностная ориентация, которая начинает «подпитывать» ту или иную сторону личности, способствующие дальнейшему развитию и саморазвитию.

4. Организационная структура городского сообщества и самой пространственной среды города имеют важные последствия для интерпретации мира горожанами, создающими свою собственную «урбанистическую культуру», имеющую определенные групповые черты, формы социального общения, развлечения, особенности речи, различные методы и системы знаний.

В рамках сложившейся культуры восприятия внешней среды индивид не просто окружен объектами городской среды, но сам их «конструирует», придавая предметно-пространственному окружению значения на основе осуществляемой им деятельности. Будучи сами по себе материальными объектами, элементы городской среды обретают подлинное бытие лишь идеально, то есть в субъективизированной форме, начиная «функционировать» с момента возникновения у субъекта восприятия переживаний, которые есть способ и результат распредмечивания, центральный момент конструирования ценности. Эти переживания связаны как собственно с городской средой, так и с культурным мифом о ней.

Культурный миф города понимается как обобщенный образ города и система представлений, задающие смысловое пространство, в котором происходит интерпретация истории города, его архитектурной среды и культурных традиций. Причем, миф этот (как конструкт мифологии) не является системой догматических представлений, поскольку исходит из повседневного поведения горожан и носит гораздо более конкретно-описательный характер, нежели собственно история города. В пространстве урбанистической культуры «миф и символ используются как наблюдаемые предметы, с помощью которых мы собираемся реконструировать сознательную жизнь или хотя бы что-то понять в работе нашего собственного психического механизма в отношении содержательного сознания» (Мамардашвили М.К., Пятигорский А.М.).

Урбанистическая культура объединяет в себе элементы: а) складывающейся стихийно обыденной культуры, т.к. несет в себе все приметы повседневности, включает среду предметно-пространственного окружения человека, формы общения, привычки и навыки повседневной деятельности, способы организации быта, труда и отдыха; б) создаваемой целенаправленно профессионалами, выполняющими социальный заказ, массовой культуры, воспроизводящей большими «тиражами» продукты предметно-культурной деятельности (товары и услуги, здания и сооружения, образ жизни, вкусы, привычки, идеи и идеалы, иллюзии и мечты).

Наконец, урбанистическая культура - особый образ жизни больших социальных групп, включающий в себя способ производства, связанные с ним способы деятельности, организации отношений в обществе, особенности менталитета, уровень знания, мораль, искусство, религию, право и другие.

В социокультурном плане город выступает как способ сохранения национальной культуры, преобразования в реальные формы жизни, передачи ее последующим поколениям (преимущественно функция малых, провинциальных городов). Но одновременно город выступает и как центр творческого развития культуры (функция, принадлежащая по преимуществу большим городам). Преобладание транслирующей функции означает, что роль культурного мифа провинциального города будет преимущественно консервативно-охранительной, ориентированной на воспроизведение ценностей и традиций, на подавление новаций. И напротив - чем больше город, тем в большей степени ему свойственна роль центра культурного развития, новаторства, активного заимствования и адаптации культурных достижений.

5. Индивид и городская среда выступают как условие и средство изменения другого: процесс их взаимодействия зависит от содержания урбанистической культур, ее материальных и идеальных форм (образов и понятий, представленных в сознании субъекта, а также архетипического содержания его бессознательного).

Содержание урбанистической культуры (городская среда) выступает для психики индивида и массового сознания как факт, фактор, условие и средство.

Городская среда как факт. Сосуществование субъекта со средой не осознается им в плане взаимодействия (воздействия). Город индифферентен, нерелевантен для индивида, его развития и деятельности.

Городская среда как фактор. Субъект осознает ее влияние на психику (сознание как высшую форму психической реальности), выделяет (абстрагирует) какой-либо параметр (свойство, значение) и постулирует его в качестве независимой переменной, оказывающей влияние на ту или иную сферу психики (эмоциональную, познавательную, духовную и пр.).

Городская среда как условие предметной деятельности и поведения человека. Индивид здесь выступает в роли субъекта восприятия и действия. С методологической точки зрения понятие «субъект» имеет двоякий смысл: а) как активная реальность, противостоящая и отражающая среду в качестве объекта восприятия, и 2) как носитель и реализатор предметной деятельности. В первом смысле реализуется субъект-объектная логика взаимоотношений индивида и города, соответствующая гносеологической парадигме пола-гания объекта исследования, для которой характерна логически обособленная исходная данность и индивида как субъекта восприятия, и пространства как объекта восприятия (отражения и познания). При этом субъект и объект принадлежат по аристотелевской логике к «бытию в действительности», т.е. уже существуют как ставшая реальность, как данность. Во втором смысле субъект (и действительность в целом) изначально рассматриваются как реальность становящаяся, саморазвивающаяся. Субъект является носителем таких принципов и закономерностей психических процессов, которые позволяют, вступая в процессуально-анизотропные отношения с окружающей действительностью, порождать ее пространственно-временные и иные отношения, свойства, формы. Субъект в этом случае является субстанциональной частью бытия, реализующей в ходе своего становления универсальные принципы порождения пространственно-временных, биологических, психических, социальных форм бытия.

Городская среда как средство изменения психического состояния и формирования сознания определенного типа. Процесс порождения смысла (имплицитно заключающего в себе некие общечеловеческие ценности) предстает в форме акта присвоения субъектом мифосимволического значения путем его преобразования из общечеловеческой ценности (по отношению к субъекту бытия в возможности) в ценность личностную (в бытие в действительности). С точки зрения концепции порождающего восприятия присвоение значений урбанистической культуры (мифосимволических компонентов) должно включать в себя несколько уровней (этапов) психического отражения: а) непосредственно-чувственный, на котором происходит порождение пространственной структуры (компонентами анизотропного отношения между субъектом и пространством являются зрительная система субъекта и городская среда); б) эмоционально-опосредованный, на котором порождается эмоциональное отношение к городской среде; в) понятийно-опосредованный, на котором воспринятое обретает знако-во-символическое значение; г) личностно-опосредованный, на котором порождается личностное (субъективное) отношение к порожденным субъектом аффективно- и знако-во-смысловым значениям городской среды; д) духовно-опосредованный, на котором происходит порождение трансцендентального значения городской среды, порождаемого сознанием субъекта.

6. Рассматривая культурный миф города как обобщенный образ городской среды и систему представлений о городе, мы тем самым констатируем, что горожане вынуждены «разговаривать» с предельно усложнившейся средой большого города на синтетическом языке, включающем иконический, пространственный, акустический, вербальный, кинестетический и прочие планы. В результате восприятие смещается с уровня знания истории города и визуальных отношений между пространственными формами на «номинатив-но-дескрептивный» уровень сложных конвенциональных структур архетипов, символов, образов (как правило, не осознаваемый субъектом восприятия).

Сам культурный миф города приобретает ипостаси: а) накопителя и ретранслятора социокультурной информации: б) порождающего начала, генерирующего образы, смыслы, новые культурные явления.

Представления о культурном мифе города являются имплицитными, действительно во многом лежащими в основе реального поведения субъекта. В этом смысле имплицитное знание может быть противопоставлено знанию эксплицитному, которое вербализируется субъектом, но при этом вовсе не обязательно является основанием для поведения в конкретных обстоятельствах. Что касается психологических механизмов, обеспечивающих позитивную динамику (усложнение, дифференциацию, развитие) имплицитных представлений субъекта, то ими выступают интуиция и, главное, рефлексия.

Система представлений о городе (задающих смысловое пространство, в котором и происходит интерпретация главных составляющих истории города, культурных событий, текущих событий, архитектурной среды и пр.) может быть названа культурным мифом города потому, что она формируется в массовом сознании, отражая бытующие представления о судьбе и предназначении этого города. Временами те или иные моменты культурный миф города становится очень важным элементом общественного сознания. Поэтому национальные элиты, преследуя определенные цели, часто используют его для создания идеологических конструкций. И хотя проследить истоки и процесс формирования культурного мифа города достаточно трудно, изучение этого феномена представляется нам исключительно важным, учитывая его роль в формировании национальной культуры.

В предлагаемой трактовке мифа города особый интерес представляет уже не выявление и сравнительный анализ его компонентов, а понимание производного тезиса - миф города как элемент психической реальности, порождающий эмоциональный отклик. Всеохватывающий пространственно-временной характер культурного мифа города заставляет задуматься о сложном характере его (мифа) взаимодействия с сознанием горожан, в котором он отражается (состояния которого он порождает). И структура, и содержание мифа города сугубо индивидуальны в восприятии, выступают как субъективная реальность, предопределяют объединение перцептивного, эмоционального, интеллектуального уровней сознания в новое психическое состояние, трансцендентное по характеру и обеспечивающее преобразование структур индивидуального сознания (эмоции, личностные ценности, смыслы) в сторону их приближения к общечеловеческим ценностям.

Мифосимволические значения городской среды во многом размыты, t } текучи, плохо структурированы, но носят всепроникающий характер, поскольку принципиально связаны и гомогенны с языком массовой городской культуры. Следует отметить и такую важную характеристику наиболее часто актуализируемых элементов мифа города, как тенденция к демократизации, выражающаяся в сближении высоких («античных») элементов мифа о происхождении города и его «героях» с мифилогизированными вариантами конкретных событий городской жизни. С другой стороны, существует важный аспект инструментальности культурного мифа города - использование его в ^ качестве средства управления и манипуляции, «средства создания близости и контакта в противоположность отчужденности» (Дилигенский Г.Г.).

Социальная компетентность как потребность общества, как правило, не развита, не осознана, скрыта. Культурный миф города извлекает ее из подсознания, проявляет, активизирует и дает толчок развитию. Обращаясь к судьбе исторических персонажей, средства массовой информации постоянно акцентируют их патриотизм, чувство ответственности перед согражданами, готовность к сотрудничеству, т.е. то, что мы можем определить сегодня как социальную компетентность.

7. Урбанистическая культура организует представления, чувства, на-^ строения горожан, ее «причастность» к формированию социально компетентной личности объясняется и тем, что она - средство собирания, систематизации и передачи опыта, язык длительных и глубоких коллективных настроений с помощью которого чувства потомков организуются в соответствии с переживаниями их предков.

Урбанистическая культура (включая медиаторы развития - мифы, символы, сам процесс деятельности по воспроизводству социального бытия и его результаты) обладает энергией, которой ее «заряжают» создатели, пользователи, почитатели. В результате возникает «феноменологический план развития личности - место интериоризации медиаторов, место, где осуществляется построение внутреннего проекта развития личности и ее жизненного пути, где зарождаются человеческие сущностные силы, дающие импульсы к порождению новых форм поведения, деятельности, сознания» (Зинченко В.П.)

Особенности процесса взаимодействия личности с урбанистической культурой, различающиеся в разных национальных и культурных средах и, одновременно, инвариантные в своих ключевых моментах, должны исследоваться и в аспекте их вклада в формирование социально компетентной личности. Например, культурный миф города может рассматриваться как значимый элемент образовательной развивающей среды. В число ее формальных элементов входят (могут анализироваться в контексте формирования компетентной личности):

- широта как структурно содержательная характеристика субъектов, объектов, процессов и явлений, включенных в урбанистическую культуру;

- интенсивность, т.е. количественно-содержательные характеристики степени насыщенности городской среды условиями, влияниями и возможностями концентрированности их проявления (культурное содержание среды предметно пространственного окружения индивида и социального субъекта);

- модальность или качественно-содержательные характеристики урбанистической культуры (воспринимаемые и понимаемые исторические факты, объемно-планировочные решения городской среды, архитектурные ансамбли, их архитектурный стиль, особенности восприятия в зависимости от актуализации таких структурных элементов сознания субъекта, как память, мышление, эмоции, воля и пр.);

- опознаваемость как показатель включенности субъекта в конкретный «вариант урбанистической культуры»: человек родился и вырос в данном городе или поселился в нем в определенном возрасте; в какой мере он считает себя членом городского сообщества и приемлет городскую культуру;

- устойчивость характерных элементов урбанистической культуры во времени и сопоставимость времени их существования с продолжительностью жизни субъекта;

- диахроническое описание урбанистической культуры (страны, города, населенного места).

Опыт, организуемый урбанистической культурой, - особого рода. Это преимущественно эмоциональный опыт, которому придаются общезначимые формы, способные «транслировать эмоции» от человека к человеку, от поколения к поколению, расширяя тем самым значимость событий «городского масштаба», сообщая им общечеловеческую универсальность. Урбанистическая культура организует представления, чувства, настроения людей, тесно соприкасаясь с познанием, она способствует формированию социально компетентной личности.

Заключение диссертации по теме "Социальная философия", Беденко, Надежда Николаевна

Выводы по главе 2 «Социальная компетентность личности в современной урбанистической культуре»

1. Системный подход к процессу формирования компетентной личности позволяет представить широкую картину взаимозависимости людей, процессов и технологий, влияющих на компетентность личности. Высокий уровень интегральной (включая социальную) компетентности членов общества -важное условие получения конкурентных преимуществ организационной структурой, регионом, страной в целом. Возникновение и развитие феномена компетентности определяется:

- человеческим фактором (взаимодействие и деловые отношения, доверие, определяемое как «ожидаемая взаимность», способствуют формированию компетентной личности, потому что благоприятная среда обмена помогает развивать сплоченность, поощряет творчество и сотрудничество);

См., например, материалы итоговой (2003 г.) конференции Института социологии РАН (WWW.NAUKA.IZVESTIA.RU)

По данным одной из самых больших выборок по России (13 тысяч человек).

- социальными лидерами (их влияние на формирование урбанистической культуры и формирование «стандарта компетентного поведения» проявляется, прежде всего, в умелом и компетентном доведении до горожан задач и планов развития сообщества; лидеры ответственны за то, чтобы это развитие базировалось на компетентном поведении большинства членов общества;

- характером информационных процессов (несмотря на обилие средств массовой информации, распространяющих информацию в препарированном виде, доступность знаний должна быть объектом пристального внимания лидеров и общества в целом);

- технологическим уровнем развития (действительным основанием формирования компетентной личности является человеческая деятельность во всем многообразии ее проявлений);

- уровнем персонифицированности и утилитарности знаний (для формирования компетентной личности важно сосредоточение на том, что действительно важно и необходимо обществу и индивиду, позволяющее горожанам изменять правила поведения в приемлемом диапазоне на основе тех знаний, которые они получают в процессе деятельности).

Представления о компетентности, отвечающие стратегическим целям сообщества, со временем меняются, их необходимо пересматривать и совершенствовать (по мере завершения их естественного жизненного цикла) и изменения социокультурного контекста.

2. Организационная структура городского сообщества и самой пространственной среды города имеют важные последствия для интерпретации мира горожанами, создающими свою, собственную «урбанистическую культуру», имеющую вполне определенные групповые черты, как формы социального общения, развлечения, особенности речи, а также различные методы и системы знаний. В современном мире человек выступает как: а) субъект, активно воздействующий на окружающую среду, пытающийся организовать ее в соответствии со своими целями и взглядами; б) объект, принимающий на себя воздействие многообразной среды. В обществе постоянно сохраняется запрос на «мягкие формы рациональности», в которых некоторые элементы знания подменены метафорами, символами, мифами. Культурный миф города, понимаемый как обобщенный образ города и система представлений, задающие смысловое пространство интерпретации главных составляющих истории города, его архитектурной среды и культурных традиций:

- включает опыт социального субъекта, основывается на реальных исторических событиях, явлениях природной и антропогенной сред, не требует проверки и доказательств, свободен от сомнений, неотделим от различных проявлений веры;

- объясняет феномен урбанистической культуры отличным от научного мышления способом, делает его умопостигаемым, помогает преодолеть дистанцию между желаемым и действительным;

- апеллирует к индивидуально-личностному началу, образному и конкретному восприятию, наделяет единичные события и объекты символическим значением, придавая им обобщенный характер («нечто как свидетельство о другом»);

- выполняет функции регулятора поведения индивида и социального субъекта.

3. Человек и урбанистическая культура выступают как условие и средство изменения другого; процесс их взаимодействия зависит от городской среды, ее идеальных форм (образов и понятий, представленных в сознании субъекта), а также архетипического содержания его бессознательного. Урбанистическая культура выступает для индивида как:

- факт (сосуществование субъекта со средой не осознается им в плане взаимодействия; город индифферентен, нерелевантен для индивида, его развития и деятельности);

- фактор (осознается влияние урбанистической культуры на сознание как высшую форму психической реальности, выделяется и анализируется какой-либо параметр, оказывающей влияние на эмоциональную, познавательную, духовную сферу);

- условие деятельности и поведения (как активная реальность, отражающая город в качестве объекта восприятия, и как носитель и реализатор предметной деятельности);

- средство формирования сознания определенного типа (процесс порождения смысла, имплицитно заключающего в себе некие общечеловеческие ценности, предстает в форме акта присвоения субъектом значений феноменов урбанистической культуры путем их преобразования из общечеловеческой ценности в ценность личностную).

4. Урбанистическая культура (включая медиаторы развития - мифы, символы, сам процесс деятельности по воспроизводству социального бытия и его результаты) обладает энергией, которой ее «заряжают» создатели, пользователи, почитатели, выступает как своего рода образовательная развивающая среда. В число ее формальных элементов входят:

- широта (структурно содержательная характеристика субъектов, объектов, процессов и явлений, включенных в урбанистическую культуру);

- интенсивность (количественно-содержательные характеристики степени насыщенности городской среды условиями, влияниями и возможностями проявления - культурное содержание среды предметно пространственного окружения индивида и социального субъекта);

- модальность (качественно-содержательные характеристики урбанистической культуры, воспринимаемые и понимаемые исторические факты, объемно-планировочные решения городской среды, архитектурные ансамбли, их архитектурный стиль, особенности восприятия в зависимости от актуализации таких структурных элементов сознания субъекта, как память, мышление, эмоции, воля и пр.);

- опознаваемость (мера включенности субъекта в конкретный «вариант урбанистической культуры»)

- диахроническая устойчивость характерных элементов урбанистической культуры и сопоставимость времени их существования с продолжительностью жизни субъекта.

5. Урбанистической культуры выступает как средство накопления, трансформации и трансляции опыта новым поколениям. Это преимущественно эмоциональный опыт, которому придаются общезначимые формы, способные «транслировать эмоции» от человека к человеку, от поколения к поколению, расширяя тем самым значимость событий «городского масштаба», сообщая им общечеловеческую универсальность. Урбанистическая культура способна организовать коллективные чувства и настроения, она - итог длительных и глубоких коллективных настроений. Она является формой интеграции массового сознания развивающегося социального организма, порождающей определенные состояния сознания субъекта и формирующей его личность, включая развитие социальной компетентности.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Размышляя о феномене социальной компетенции в контексте современной урбанистической культуры, мы пытаемся приблизиться к пониманию современной культуры, к осмыслению ее судеб. Современное понимание компетентности включает как обладание человеком способностью и умением выполнять определенные функции, так и наличием целого ряда психических качеств (состояний), позволяющих ему действовать самостоятельно и ответственно. Важная составная часть интегральной компетентности - социальная компетентность - рассматривалась нами как владение приемами совместной деятельности, сотрудничества, общения, а также лидерство и социальная ответственность личности за результаты своей деятельности. Обращаясь к феномену социальной компетентности, мы должны сконцентрировали внимание на процессе мотивации, побуждающем членов общества к ключевым элементам компетентного поведения (образа жизни и действий).

Личность формируется, развивается, самореализуется в различных видах деятельности, изменяя себя и деятельность, при этом механизмы личностного саморазвития раскрываются в эффектах: а) порождения и обеспечения направленности деятельности (мотив); б) эмоциональной окраски и трансформации образа действительности (личностный смысл); в) стабилизации дезорганизующих влияний (смысловая установка); г) устойчивости смыслового отношения (смысловая диспозиция); д) приписывания жизненного смысла (смысловой конструкт) и е) моделирования должного (личностные ценности). Динамика самореализации личности, стремящейся к достижению высокого уровня компетентности, отражается, по нашему мнению, в процессе формирования социального опыта, включающего индивидуальную картину мира, жизненную позицию и образ жизни человека.

Рассматривая урбанистическую культуру как результат мировоззренческого осмысления действительности (оформленный в виде смысловой картаны мира), как деятельность по воспроизводству социального бытия, в ней можно выделить процесс самореализации человека, предметные структуры (ценности, нормы, способы организации поведения) и культурно-исторические универсалии. И эта модель ныне доминирующей городской действительности (и шире - смысловая картина мира) раскрывается человеку именно в сфере его компетентности.

Рост компетентности личности происходит в процессе успешного овладения деятельностью, значимой для индивида и общества. Становление компетентной личности возможно только в результате единства как профессионального, так и личностного развития, причем наивысшая точка интегральной компетентности личности не обязательно совпадает с наивысшим проявлением ее как субъекта профессиональной деятельности.

Структура самосознания компетентной личности характеризуется: а) осознанием своей принадлежности к определенной общности (социальной группе, субкультуре); б) представлением о степени своего соответствия эталонам, о своем месте в системе социальных ролей; в) оценкой степени ее признания в социокультурной и профессиональной среде; г) знанием своих сильных и слабых сторон, возможных путей самосовершенствования, вероятных зон успехов и неудач, а также представлением о себе и своей деятельности в будущем.

Системный подход к процессу формирования компетентной личности позволяет представить широкую картину взаимозависимости людей, процессов и технологий, влияющих на компетентность личности. Высокий уровень интегральной (включая социальную) компетентности членов общества -важное условие получения конкурентных преимуществ организационной структурой, регионом, страной в целом. Возникновение и развитие феномена компетентности определяется: а) человеческим фактором (взаимодействие и деловые отношения, доверие, определяемое как «ожидаемая взаимность», способствуют формированию компетентной личности, потому что благоприятная среда обмена помогает развивать сплоченность, поощряет творчество и сотрудничество); б) социальными лидерами ( их влияние на формирование урбанистической культуры и формирование «стандарта компетентного поведения» проявляется, прежде всего, в умелом и компетентном доведении до горожан задач и планов развития сообщества; лидеры ответственны за то, чтобы это развитие базировалось на компетентном поведении большинства членов общества; в) характером информационных процессов (несмотря на обилие средств массовой информации, распространяющих информацию в препарированном виде, доступность знаний должна быть объектом пристального внимания лидеров и общества в целом); г) технологическим уровнем развития (действительным основанием формирования компетентной личности является человеческая деятельность во всем многообразии ее проявлений); д) уровнем персонифицированности и утилитарности знаний (для формирования компетентной личности важно сосредоточение на том, что действительно важно и необходимо обществу и индивиду, позволяющее горожанам изменять правила поведения в приемлемом диапазоне на основе тех знаний, которые они получают в процессе деятельности). Представления о компетентности, отвечающие стратегическим целям сообщества, со временем меняются, их необходимо пересматривать и совершенствовать (по мере завершения их естественного жизненного цикла) и изменения социокультурного контекста.

В современном мире человек выступает как: а) субъект, активно воздействующий на окружающую среду, пытающийся организовать ее в соответствии со своими целями и взглядами; б) объект, принимающий на себя воздействие многообразной среды. Культура современного мегаполиса (включая организационную структуру сообщества, среды предметно-пространственного окружения и пр.) во многом определяет характер интерпретации мира горожанами, создающими свою, собственную «урбанистическую культуру», имеющую такие вполне определенные групповые черты, как формы социального общения, развлечения, особенности речи, а также различные методы и системы знаний. В обществе постоянно сохраняется запрос на «мягкие формы рациональности», в которых некоторые элементы знания подменены метафорами, символами, мифами. Культурный миф города, понимаемый как обобщенный образ города и система представлений, задающие смысловое пространство интерпретации главных составляющих истории города, его архитектурной среды и культурных традиций:

- включает опыт социального субъекта, основывается на реальных исторических событиях, явлениях природной и антропогенной сред, не требует проверки и доказательств, свободен от сомнений, неотделим от различных проявлений веры;

- объясняет феномен урбанистической культуры отличным от научного мышления способом, делает его умопостигаемым, помогает преодолеть дистанцию между желаемым и действительным;

- апеллирует к индивидуально-личностному началу, образному и конкретному восприятию, наделяет единичные события и объекты символическим значением, придавая им обобщенный характер («нечто как свидетельство о другом»);

- выполняет функции регулятора поведения индивида и социального субъекта.

Человек и урбанистическая культура выступают как условие и средство изменения другого; процесс их взаимодействия зависит от городской среды, ее идеальных форм (образов и понятий, представленных в сознании субъекта), а также архетипического содержания его бессознательного. Урбанистическая культура выступает для индивида как:

- факт (сосуществование субъекта со средой не осознается им в плане взаимодействия; город индифферентен, нерелевантен для индивида, его развития и деятельности);

- фактор (осознается влияние урбанистической культуры на сознание как высшую форму психической реальности, выделяется и анализируется какой-либо параметр, оказывающей влияние на эмоциональную, познавательную, духовную сферу);

- условие деятельности и поведения (как активная реальность, отражающая город в качестве объекта восприятия, и как носитель и реализатор предметной деятельности);

- средство формирования сознания определенного типа (процесс порождения смысла, имплицитно заключающего в себе некие общечеловеческие ценности, предстает в форме акта присвоения субъектом значений феноменов урбанистической культуры путем их преобразования из общечеловеческой ценности в ценность личностную).

Урбанистическая культура (включая медиаторы развития - мифы, символы, сам процесс деятельности по воспроизводству социального бытия и его результаты) обладает энергией, которой ее «заряжают» создатели, пользователи, почитатели, выступает как своего рода образовательная развивающая среда. В число ее формальных элементов входят:

- широта (структурно содержательная характеристика субъектов, объектов, процессов и явлений, включенных в урбанистическую культуру);

- интенсивность (количественно-содержательные характеристики степени насыщенности городской среды условиями, влияниями и возможностями проявления - культурное содержание среды предметно пространственного окружения индивида и социального субъекта);

- модальность (качественно-содержательные характеристики урбанистической культуры, воспринимаемые и понимаемые исторические факты, объемно-планировочные решения городской среды, архитектурные ансамбли, их архитектурный стиль, особенности восприятия в зависимости от актуализации таких структурных элементов сознания субъекта, как память, мышление, эмоции, воля и пр.);

- опознаваемость (мера включенности субъекта в конкретный «вариант урбанистической культуры»)

- диахроническая устойчивость характерных элементов урбанистической культуры и сопоставимость времени их существования с продолжительностью жизни субъекта.

В результате урбанистической культуры выступает как средство накопления, трансформации и трансляции опыта новым поколениям. Это преимущественно эмоциональный опыт, которому придаются общезначимые формы, способные «транслировать эмоции» от человека к человеку, от поколения к поколению, расширяя тем самым значимость событий «городского масштаба», сообщая им общечеловеческую универсальность. Урбанистическая культура способна организовать коллективные чувства и настроения, она - итог длительных и глубоких коллективных настроений. Она является формой интеграции массового сознания развивающегося социального организма, порождающей определенные состояния сознания субъекта и формирующей его личность, включая развитие социальной компетентности.

Список литературы диссертационного исследования кандидат философских наук Беденко, Надежда Николаевна, 2004 год

1. Аванесова Г.А. Роль социокультурного подхода в анализе хозяйствования и предпринимательства// Социально-гуманитарные знания, 1999, №2. С.295-300.

2. Автономов Н.С. Философские проблемы структурного анализа в гуманитарных науках. М.:Наука, 1977 320 с.

3. Азаренко С.А. Миф // Современный философский словарь. М.: Пан-принт, 1998. С. 496-504.

4. Аймермахер К. Знак. Текст. Культура. М.: Дом интеллектуальной книги, 1997. 242 с.

5. Алексеев К.И. Метафора как объект исследования // Вопросы психологии, 1996, № 2. С.73-85.

6. Антонов В.И. Символ. Условность. Культура// Вестник МУ, Сер.7,1993, № 3. С.26-37.

7. Апинян Т.А. Игра в пространстве серьезного: миф, ритуал, сон, искусство. СПб.: Изд-во СпбУ, 2003. 400 с.

8. Ариевич И.М., Нечаев Н.Н. Экспериментальное становление некоторых форм оперативного образа // Вестник МГУ. Сер. Психология, 1979. №1. С.30-40.

9. Арнхейм Р. Искусство и визуальное восприятие. М.: Прогресс, 1974.392 с.

10. Арнхейм Р. Новые очерки по психологии искусства. М.: Прометей,1994. 438 с.

11. Барабанов А.А. Чтение города // Семиотика пространства. Екатеринбург: Архитектон, 1999. С. 325 354.

12. Барабанщиков В.А. Динамика зрительного восприятия. М.: Наука, 1990.-240 с.

13. Барт Р. Избранные работы. Семиотика. Поэтика. М.: Прогресс, 1989. -486 с.

14. Бауэр В., Дюмотц И., Головин С. Энциклопедия символов. М.: Крон-пресс, 1995.-512 с.

15. Бейли Г. Потерянный язык символов. М.: Золотой век, 1995.- 304 с.

16. Березин М.П. Пространство восприятие - поведение // Строительство и архитектура Ленинграда, 1975, № 2. С.39-42.

17. Берестова Л.И. Социально-психологическая компетентность как профессиональная характеристика руководителя. Автореф.дисс. .канд.психол.наук. М, 1994.

18. Битянова Н.Р. Проблема саморазвития личности в психологии. М.: Флинта, 1998. 124 с.

19. Богомолов В.В. Фэн-шуй (эколого-психологическое представление мира) // Первая Российская конференция по экологической психологии. М.: Психологический институт РАО, 1996. С.26-27.

20. Бофиль Р. Пространство для жизни. М.: Стройиздат, 1993.- 136 с.

21. Бурдье П. Рынок символической продукции// Вопросы социологии, 1993, № 1 и 2.

22. Буткевич О.А. Красота. Природа. Сущность формы. Л.: Художник РСФСР. 1979.-438 с.

23. Буякас Т.М., Зевина О.Г. Опыт утверждения общечеловеческих ценностей культурных символов - в индивидуальном сознании // Вопросы психологии, 1997, № 5. С.44-56.

24. Буякас Т.М., Зевина О.Г. Внутренняя активность субъекта в процессе амплификации индивидуального сознания // Вопросы психологии, 1999, № 5. С.50-61.

25. Быков В.В. Методы науки. М.: Наука, 1974. 215 с.

26. Быстрова А.Н. Мир культуры. М.: Маркетинг, 2000. - 680 с.

27. Вайбель П. Искусство и архитектура в эпоху киберпространства // Художественный журнал. 1997. №16.

28. Василюк Ф.Е. Психология переживаний. М.: Наука, 1984.-238 с.

29. Веселова Н.Г. Социальное управление и элементы его культуры // Общение и рекомендации / Под ред. В.А. Трайнева. М.: Дашков и К, 2002. С. 279-290.

30. Выготский Л.С. Психология искусства. М.: Педагогика. М.: 1987.

31. Вюрпилло Э. Восприятие пространства // Экспериментальная психология. Ред.- сост. П.Фресс и Ж.Пиаже. М.: Прогресс, 1978. С.136-236.

32. Габидулина С.Э. Психосемантика городской среды (объективные и субъективные факторы отношения горожан к элементам городского ландшафта). Дисс. .канд.психолог.наук. М., 1991.

33. Гаврин А.С. Социальное управление монофункциональным городом. М., Изограф, 2000. 219 с.

34. Гайдуков А. Глобализация по-тверски // Вечерняя Тверь. 26.04.2002. С.6.

35. Ганзен В.А. Восприятие целостных объектов. JL: Изд-во ЛГУ, 1974.151 с.

36. Гегель Г.В.Ф. Эстетика. Том 1. М.: Искусство, 1968.

37. Герасимов И.В. Игра и сознание // Общественные науки и современность, 1995, № 1. С.159-166.

38. Германн Т, Граф Р. Предпосылки пространственной коммуникации: точка зрения и последовательность точек зрения// Иностранная психология, 1997, № 8. С.35-43.

39. Гибсон Дж. Экологический подход к зрительному восприятию. М.: Прогресс, 1988.- 320 с.

40. Гидион 3. Пространство, время, архитектура. М.: Стройиздат, 1973. -567 с.

41. Гинзбург М.Я. Стиль и эпоха. М.: Госиздат, 1924.- 238 с.

42. Глазычев B.JI. Образы пространства // Творческий процесс и художественное восприятие. М.: 1978.

43. Глазычев B.JI. Социально-экологическая интерпретация городской среды. М.: Наука, 1984.-242 с.

44. Глазычев B.JI. Поэтика городской среды // Эстетическая выразительность города. М.: Наука, 1986. С. 130-157.

45. Глазычев B.JI. Городская среда, экологическое сознание и любовь к геометрии // Мир психологии и психология в мире, 1995. №4. С. 48-51.

46. Голд Дж. Психология и география. М.: Прогресс, 1990.- 304 с.

47. Горнфельд А. О толковании художественных произведений// Вопросы теории и психологии творчества. Том 7. Харьков: 1916. С.3-9.

48. Городская среда// Материалы Всесоюзной научной конференции ВНИИТАГ. Ч. 1 и 2. М.: ВНИИТАГ, 1989.

49. Грегори Р. Глаз и мозг. Психология зрительного восприятия. М.: Мир, 1970.

50. Грегори Р. Разумный глаз. М.: Мир, 1972. 209 с.

51. Григолава В.В. Роль установок в процессе восприятия объективных соотношений // Психологический журнал, 1985, Т.6, №2. С.36-46.

52. Гуревич П.С. Философия культуры. М.: Аспект-Пресс, 1994. 317 с.

53. Гусев С.С. «Возможные миры» и логическая прагматика// Вестник СПбГУ, Сер.6. 1996, Вып.1(№6). С.8-11.

54. Деркач А.А., Асеев В.Г. Предисловие // Равен Дж. Компетентность в современном обществе. М.: Когито-Центр, 2002. С.9-11.

55. Дерябо С.Д. Антропоморфизация природных объектов // Психологический журнал. Т. 16,1995, №3. С.61-69.

56. Дерябо С.Д., Ясвин В.А. Природа: объект или субъект отношений личности // Школа здоровья, 1995, №1. С.81-92.

57. Дерябо С.Д., Ясвин В.А. Методологические проблемы становления и развития экологической психологии // Психологический журнал, Т. 17, 1996, №6. С.4-18.

58. Дерябо С.Д. Проблема субъективного отношения к природе в психологии экологического сознания // Экологическое образование: опыт России и Германии. М.: 1997. С.120-135.

59. Дилигенский Г.Г. Политическая институционализация в России: Социально-культурные и психологические аспекты // Мировая экономика и международные отношения. 1997, №7. С.42-49.

60. Дорфман Л.Я. Психология искусства в зеркале культурно-исторического и естественнонаучного подходов// Искусство в контексте информационной культуры. Вып.4. М.: Смысл, 1997. С.23-33.

61. Дридзе Т.М. Человек в городском пространстве: социально-коммуникативные механизмы и участие в формировании городской среды //Мир психологии и психология в мире, 1995, №4. С.20-26.

62. Еремеев А.Ф. Социальное и культура: историческое развитие их имманентного содержания и соотношения // Материалы Первого Российского философского конгресса. СПб.: Изд-во СпбГУ, 1998. С. 67 69.

63. Ермаков С.Э. Сакральные места // Парапсихология и психофизика, 1994, №3(15). С.21-28.

64. Желева-Мартинс Виана Д. Топогенезис города: семантика мифа о происхождении // Семиотика пространства. Екатеринбург: Архитектон, 1999. С. 443 466.

65. Замахова Е.Д. Образ Москвы глазами студентов периферийных вузов // Материалы Первого Российского философского конгресса. СПб.: Изд-во СпбГУ, 1998. С. 71-73.

66. Зарубина Н.Н. Социально-культурные основы хозяйствования и предпринимательства. М.: Магистр, 1998. 360 с.

67. Зинченко В.П. Теоретические проблемы восприятия // Инженерная психология. М.: Изд-во МГУ, 1964. С.231-263.

68. Зинченко В.П. Развитие зрения в контексте перспектив общего духовного развития // Вопросы психологи, 1988, №6. С. 15-30.

69. Зинченко В.П. Миры сознания и структура сознания// Вопросы психологии, 1991, №2. С.15-36.

70. Зинченко В.П. От классической к органической психологии // Вопросы психологии, 1996, № 5 (С.7-17) и № 6 (С.6-25).

71. Зинченко В.П. Посох Осипа Мандельштама и трубка Мамардашвили. К началам органической психологии. М.: Новая школа, 1997. 334 с.

72. Знаков В.В. Понимание как проблема психологии мышления // Вопросы психологии, 1991, № 1. С. 18-26.

73. Знаков В.В. Духовность человека в зеркале психологического знания и религиозной веры // Вопросы психологии, 1998, №3. С.104-114.

74. Иванов А.В. Сознание и мышление, М.: Изд-во МГУ, 1994.- 130 с.

75. Иванов В.В., Топоров В.Н. Славянские языковые моделирующие семиотические системы. М.: Наука, 1965.- 422 с.

76. Интеграция современного научного знания. Киев: Вища школа, 1984. -184 с.

77. Иконников А.В. Архитектура и история. М.: ARCHITECTURA, 1993. -248 с.

78. Иконников А.В. Историзм в архитектуре. М.: Стройиздат, 1997. 559с.

79. Иовлев В.И. Архитектурный хронотоп и знаковость // Семиотика пространства. Екатеринбург: Архитектон, 1999. С. 103 114.

80. Иорданский В.Г. Хаос и гармония. М.: Наука, 1982. 343 с.

81. Искусство и визуальное восприятие. М.: Прогресс, 1974.- 224 с.

82. Кандинский В.В. О духовном в искусстве. М.: Архимед, 1992. 109с.

83. Кантор К.М. Правда о дизайне. М.: АНИР, 1996.- 288 с.

84. Капра Ф. Уроки мудрости. М.: Изд-во Трансперсонального Института, 1996.- 320 с.

85. Карагодина Е.Г. Социокультурный анализ феномена целителей-экстрасенсов. Дисс.доктора мед.наук. Киев, 1995.

86. Кассирер Э. Познание и действительность. СПб.: Шиповник, 1912. -454 с.

87. Кассирер Э. Миф государства // Феномен человека. Антология. М.: Высшая школа, 1993. С. 94 -124.

88. Кассирер Э. Философия символических форм // Культурология. XX век. Антология. М.: Юрист, 1995. 703 с.

89. Кассирер Э. Опыт о человеке. М.: Гардарика, 1998. 684 с.

90. Керлот Х.Э. Словарь символов, М.: REFL-book, 1994.- 608 с.

91. Китаев-Смык JI.A. Психология стресса. М.: Наука, 1983.- 448 с.

92. Кнабе Г.С. Историческое пространство и историческое время в культуре Древнего Рима// Культура Древнего Рима. Том 2. М.: Наука, 1985.

93. Кобзев А.И. Учение о символах и телах в китайской классической философии. М.: Наука. Восточная литература, 1994. 432 с.

94. Коблянская Е.В. Психологические аспекты социальной компетентности. Автореферат дисс. .канд.психол.наук. СПб.: 1995. 16 с.

95. Колейчук В.Ф. Зрительные образы пространства// Труды ВНИИТЭ. Вып. 40. М.: ВНИИТЭ, 1983. С.57.

96. Колесникова Н.А., Томашевская J1.A. Повышение социокультурной компетентности студентов // Гуманитарные и социально-экономические науки. Ростов н/Дону, 2000. №1. С. 119-122.

97. Кольев А.Н. Политическая мифология: Реализация социального опыта. М.: Логос.-384 с.

98. Конева Е.В. Образ города как коммуникативная знаковая структура-текст// Семиотика пространства. Екатеринбург: Архитектон, 1999. С.413 -429.

99. Корзин О.А. Геомансия утраченные знания и мастерство древних // Парапсихология и психофизика, 1992, №3(5).

100. Коршунов A.M., Мантатов В.В. Теория отражения и эвристическая роль знаков. М.: Изд-во МГУ, 1974.- 214 с.

101. Коул М. Культурно-историческая психология. М.Когито-Центр, 1997. 432 с.

102. Кох Р. Книга символов. Эмблемата. М.: Золотой век, 1995. 368 с.

103. Крьстев В. Коммуникативная компетентность в новой этнокультурной среде // Социодинамика культуры. Вып.1. М., 1991. С. 97-126.

104. Крючков С.В. Город как универсальная модель репрезентации власти // Архитектура в истории русской культуры. Вып.4. Власть и творчество. М.: Эра, 1999. С.74-78.

105. Кудрявцев М.П. Москва третий Рим: Историко-градостроительное исследование. М.: Сол Систем,1994.- 320 с.

106. Купер Дж. Иллюстрированная энциклопедия традиционных символов. М.: Золотой век, 1995.- 448 с.

107. Курдюкова Ю.А., Лид екая Э.В., Мдивани М.О. Видеосреда как фактор агрессивного поведения // Материалы Первой Российской конференции по экопсихологии. М.: 1996. С. 171-173.

108. Кутырев В.М. Понимаю, следовательно, существую.// Общественные науки и современность, 1995, № 1. С. 138-145.

109. Кучма Е.А. Символика в раннехристианском искусстве// Вестник Московского университета. Сер.7. Философия. 1995, №1. С.56-64.

110. Кушелев В.А Пространственно-временная и время-пространственная формы существования опыта // Материалы Первого Российского философского конгресса. СПб.: Изд-во СпбГУ, 1998. С. 125 131.

111. Ланкастер М. Цвет: культура и коммерция // Архитектура мира. Вып.2. М.: Архитектура, 1993. С.138 -141.

112. Лановенко О.П. Художественное восприятие. Киев: Наукова думка, 1987.-245 с.

113. Леви-Строс К. Структурная антропология. М.: Наука, 1983,- 536 с.

114. Лимонад М.Ю. Эниология среды обитания людей //Подсознание и духовное объединение людей. М.: 1994. С.74-75.

115. Лимонад М.Ю., Цыганов А.И. Живые поля архитектуры. Обнинск: Титул, 1997. 208 с.

116. Линдсей П., Норман Д. Переработка информации у человека. М.: Мир,1974. 550с.

117. Линч К. Образ города. М.: Стройиздат, 1982. 328 с.

118. Липов А.Н. Экспериментальная эстетика и эстетика пространственных форм // Философские исследования, 1998,№1. С.202-229.

119. Лихачев Б.Т. Законы формирования и действия воспитательных ценностей в общественном и индивидуальном сознании // Социально-гуманитарные знания, 1999, №3. С. 157-168.

120. Логвиненко А.Д. Зрительное восприятие пространства. М.: Изд-во МГУ, 1981.-224 с.

121. Логвиненко А.Д. Чувственные основы восприятия пространства М.: Изд-во МГУ, 1985.-232 с.

122. Логвиненко А.Д. Психология восприятия. М.: Изд-во МГУ, 1987. -81с.

123. Лосев А.Ф. Символ // Философская энциклопедия. Том 5. М.: Сов.энциклопедия, 1970.

124. Лосев А.Ф. Диалектика мифа // Лосев А.Ф. Философия. Мифология. Культурология. М.: Политиздат, 1991. 464 с.

125. Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. М.: Мысль, 1993.-684 с.

126. Лосев А.Ф. Проблема символа и реалистическое искусство. М.: Искусство, 1995. 320с.

127. Лоскутов В.В. Восприятие в функциональной структуре сознания// Вестник ЛГУ, Сер.6, 1988, Вып. 4(27).С.48-54.

128. Маковский М.М. Сравнительный словарь мифологической символики в индоевропейских языках, Образ мира и миры образов. М.: ВЛА-ДОСД996. 415 с.

129. Мамардашвили М.К. Как я понимаю философию // Литературная газета, 06.03.1990. №9(5335).

130. Мамардашвили М.К., Пятигорский A.M. Символ и сознание. М.: Школа «Языки русской культуры», 1997.- 224 с.

131. Мантатов В.В. Образ, знак, условность. М.: Высшая школа, 1980. -160с.

132. Маркова А.К. Психологический анализ профессиональной компетентности учителя // Советская педагогика. 1990, №8. С. 18-24.

133. Маркова А.К. Психология профессионализма. М.: МГФ «Знание», 1996.-308 с.

134. Марр Д. Зрение. Информационный подход к изучению представления и обработки зрительных образов. М.: Радио и связь, 1987. 399с.

135. Марц Л.В. О воспитании визуального мышления // Техническая эстетика. Вып.4. М., 1973. С. 123-130.

136. Материалы международной конференции «Философия естествознания XX века: итоги и перспективы» // Вопросы философии, 1997, № 10. С.132-156.

137. Матяш Т.П. Сознание как целостность и рефлексия. Ростов н/Д.: Изд-во Ростовского университета, 1988.- 304 с.

138. Мельников Г.Б. Восприятие пространства в техносреде // Образ в регуляции деятельности. М.: РПО, 1997.

139. Мерло-Понти М. Око и дух. М.: Искусство, 1992.- 143 с.

140. Мильнер Б.З. Управление знаниями. М.: ИНФРА-М, 2003. 178 с.

141. Минакова С.Ф. Экология личности (теоретические и методологические основы). Кировск, 1999. 299 с.

142. Миракян А.И. Психология пространственного восприятия. Ереван: Айастан, 1990.

143. Миракян А.И. Начала трансцендентальной психологии восприятия // Философские исследования, 1995, №2. С.77-94.

144. Мирский Э.М. Междисциплинарные исследования и дисциплинарная организация науки. М.: Наука, 1980. 304 с.

145. Митькин А.А. Системная организация зрительных функций. М.: Наука, 1980. -200с.

146. Митькин А.А. Дискуссионные аспекты психологии и физиологии зрения // Психологический журнал, 1982, Т.З, №1. С.101-109.

147. Мифы народов мира. Том 2. М.: Сов.энциклопедия, 1988.- 719 с.

148. Михайлов А.В. Языки культуры. М.: Языки русской культуры, 1997.912 с.

149. Моль А. Теория информации и эстетическое восприятие. М.: Мир, 1966.

150. Моррис Ч. Основания теории знаков // Семиотика. М.: Радуга, 1983. С. 37 89.

151. Мостовая И.В. Социальное расслоение: символический мир метаиг-ры. М.: Механик, 1997. 256 с.

152. Мусхелишвили H.JI., Шрейдер Ю.А. Значение текста как внутренний образ //Вопросы психологии, 1997, №3. С.79-91.

153. Найссер У. Познание и реальность. М.: Прогресс, 1981. 230с.

154. Налимов В.В. Размышления на философские темы // Вопросы философии, 1997, № 10. С.58-76.

155. Нечаев В.Д. Миф провинциальности // Формирование и функции политических мифов в постсоветских обществах. М.: РГГУ, 1997. С. 24 -306. Нещадин А., Горин Н. Феномен города: социально-экономический анализ. М.: Изограф, 2001. 239 с.

156. Никитина Н.Н. Философия культуры русского позитивизма начала века. М.: Аспект Пресс, 1996,- 242 с.

157. Николис Д.С. Динамика иерархических систем: Эволюционное представление. М.: Мир, 1989. 486 с.

158. Орлова Э.А. Городская среда как культурно-эстетическое явление // Эстетическая культура. М.: ИФ РАН, 1996. С. 179-200.

159. Очнева Т.М. Миф в системе человеческой жизнедеятельности // Философия без границ: В 2 ч. М.: 2001. 4.2. - С. 114-119.

160. Павлова Л.И. Город: Модели и реальность. М.: Стройиздат, 1994. -320с.

161. Панов В.И. Экология и психология // Дерябо С.Д., Ясвин В.А. Методики диагностики и коррекции отношения к природе. М.: 1995. С.3-10.

162. Панов В.И. Актуальные проблемы экологической психологии // Материалы Первой Российской научной конференции по экологической психологи, 1996. С.4-8.

163. Панов В.И. Принцип системности в экопсихологии развития // Третьи Международные ломовские чтения. М.: Институт психологии РАН, 1996.

164. Панов В.И., Федоров В.В. Символизм пространства: экопсихологиче-ский подход // Материалы 2-ой Российской конференции по экологической психологии. М.: Экопсицентр РОСС, 2000. С.39-41.

165. Парслоу Э., Рэй М. Коучинг в обучении. СПб.: Питер, 2003. 204 с.

166. Пасто Т.А. Заметки о пространственном опыте в искусстве // Семиотика и искусствометрия. М.: Мир, 1972. -364с.

167. Пеллегрино П. Смысл пространства // Семиотика пространства. Екатеринбург: Архитектон, 1999. С. 69 92.

168. Петренко В.Ф. Психосемантика сознания. М.: Изд-во МГУ, 1988. -207с.

169. Питер Дж.Л. Принципы Питера. М.: Прогресс, 1990. 214 с.

170. Поликарпов B.C. История науки и техники. Ростов-на-Дону: Феникс, 1998.-352 с.

171. Полани М. Личностное знание. М.: Прогресс, 1985. 344 с.

172. Полосин B.C. Архетип и мифология // Золотой лев, 1998, №3-4.

173. Полосин B.C. Миф, религия, государство. М.: Логос, 1998. — 384 с.

174. Потемкин В.К., Симонов А.Л. Пространство в структуре мира. Новосибирск: Наука, 1990.- 176 с.

175. Похлебкин В.В. Международная символика и эмблематика (опыт словаря). М.: Международные отношения, 1989.- 304 с.

176. Похлебкин В.В. Словарь международной символики и эмблематики. М.: Международные отношения, 1994.- 560 с.

177. Пуляев В.Т. Человек: единство природы и социума // Социально-гуманитарные знания, 1999, №5. С. 133-149.

178. Пучков М.В. Семиотические взаимосвязи архитектуры и языка // Семиотика пространства. Екатеринбург: Архитектон, 1999. С. 115 153.

179. Пятигорский А.М. Мифологические размышления. М.: Языки русской культуры, 1996. 280 с.

180. Раевский А.А. Семантика архитектурного стиля // Семиотика пространства. Екатеринбург: Архитектон, 1999. С. 530 608.

181. Ракитов А.И. Философские проблемы науки: системный подход. М.: Мысль, 1977. 270 с.

182. Раппапорт А.Г. Концепция архитектурного пространства // Обзор. Информация / ЦНТИ по ГСиА. Вып1.1988.

183. Рикёр П. Конфликт интерпретаций. М.: Медиум, 1995. 416с.

184. Рожков С.Н. Оценка руководителями АТО активности и значимостикомпонентов культурного мифа города. Дисс.канд.психол.наук.1. Тверь, 2002.

185. Розин В.М. Виртуальная культура и восприятие. М.: Эдиториал, 1996.

186. Росинская Е.И. Два образа города// Средовый подход в архитектуре и градостроительстве. М.: ВНИИТАГ, 1989.- 304 с.

187. Руубер Г.О. О закономерностях художественного визуального восприятия. Таллинн: Вайгус, 1985. -344 с.

188. Савранский И. О художественной функции ассоциативности // Эстетика и жизнь. Вып.2, 1973.

189. Сад демонов. Словарь инфернальной мифологии средневековья и Возрождения. М., 1998. 346 с.

190. Сайко Э.В. Город как среда и как субстанция субъект, образующий индивида // Мир психологии и психология в мире, 1995,№4. С.7-19.

191. Семиотика пространства: Сборник научных трудов Международной ассоциации семиотики пространства Екатеринбург: Архитектон, 1999. -688 с.

192. Середюк И.И., Курт-Умеров В.О. Городская среда и оптимизация деятельности человека. Львов: Вища школа, 1987. 199 с.

193. Символ // Литературный энциклопедический словарь. М.: Сов. энциклопедия, 1987. 752 с.

194. Символизм // Энциклопедический словарь живописи. М.: Терра,1997-719 с.

195. Симонов П.В., Ершов П.М., Вяземский Ю.П. Происхождение духовности. М.: Наука, 1989.- 242 с.

196. Скачков Ю.А. Независимость в структуре бытия и познания // Свободная мысль, 1995, № 12. С.81-92.

197. Славина Т.А. Архитектура как феномен культуры // Эстетика в системе культуры. Л.: Наука, 1987. С. 142-148.

198. Слепухов Г.Н. Некоторые гносеологические аспекты пространственно-временного моделирования в искусстве // Социальное познание и управление. Калинин: КПИ, 1975. С.35-41.

199. Социально-психологические основы средообразования / Под ред. Т.Ниийта, М.Хейдеметса и Ю.Круусвалла. Таллин: 1985.

200. Спасибенко С.Г. Социальная структура человека // Социально-гуманитарные знания, 2001, №1. С.64-79.

201. Степанов А.В., Иванова Г.И., Нечаев Н.Н. Архитектура и психология. М.: Стройиздат, 1993.

202. Степанов В.Г. Проблема духовного в художественном и научном творчестве В.В.Кандинского // Психологический журнал. Том 17, № 2, 1996. С.88-98.

203. Степин B.C. Проблема аксиологического базиса современного образования (Материалы «круглого стола») // Вопросы философии, 1999, №3. С.З 55.

204. Страутманис И.А. Информативно-эмоциональный потенциал архитектуры. М.: Стройиздат, 1978. 120 с.

205. Сэмьюэлз Э.и др. Критический словарь аналитической психологии К.Юнга. М.: ЭСИ, 1994. 184 с.

206. Тарт Ч. Пробуждение преодоление препятствий к реализации человеческих возможностей. М.: Изд-во Трансперсонального Института, 1997. -400 с.

207. Тихомиров O.K., Знаков В.В. Мышление, знание и понимание // Вестник Моск. ун-та. Сер. 14. 1989, № 2. С.6-16.

208. Топоров В.Н. Пространство и текст // Текст: семантика и структура. М.: Наука, 1983.

209. Топоров В.Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ. Исследования в области мифопоэтического. М.: Мысль, 1988.- 536 с.

210. Тростников М.В. Пространственно-временные параметры в искусстве раннего авангарда//Вопросы философии, 1997, №9. С.66-81.

211. Уайт Ш.Г. Предисловие / Коул М. Культурно-историческая психология. М.: Когито-Центр, 1997. 432 с.

212. Уваров JI.B. Символизация в познании. Минск: Наука и техника, 1971.- 128 с.

213. Успенский Б.А. Семантика искусства. М.: Школа «Языки русской культуры», 1995.- 344 с.

214. Фаликман М.В., Шмелев А.Г. Инструментальный подход к исследованию обучающих возможностей гипертекста // Вестник Моск.ун-та. Сер. 14. Психология. №4. С. 87-91.

215. Фёдоров В.В. Проблема восприятия и символического значения пространства. Тверь: ТОТ, 1997.- 53 с.

216. Федоров В.В. Символическое бытие архитектурных пространств. Тверь: Изд-во ТГТУ, 1999. 102 с.

217. Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки. М.: Прогресс, 1986. 543 с.

218. Флоренский П.А. У водоразделов мысли // Символ. Том 28. Часть 2. Париж, 1992.- 304 с.

219. Флоренский П.А. О символах бесконечности // Сочинения. Том 1. М. Мысль, 1994. С.79-129.

220. Флоренский П.А. Словарь символов // Сочинения. Том 2. М.: Мысль, 1994. С.564-591.

221. Фоли Д. Энциклопедия знаков и символов. М.: Вече, ACT, 1996.-432с.

222. Франк СЛ. Реальность и человек. СПб.: РХГИ, 1997. -448 с.

223. Франц M.JI. Наука и бессознательное // Человек и его символы. СПб. БСК, 1996. -454 с.

224. Хайт В Л. Символика столичного города и программа новых столиц // Архитектура в истории русской культуры. Вып.2. Столичный город. М.: УРСС, 1998. С.18-25.

225. Хайт B.J1. Архитектура XX века и проблема власти // Архитектура в истории русской культуры. Вып.4. Власть и творчество. М.: Эра, 1999. С.7 16.

226. Хан-Магомедов С.О. Семантика предметной среды // Декоративное искусство СССР, 1976, №5.

227. Херманн М. Стили лидерства// Полис, 1991, №1. С. 91-92.

228. Хюбнер К. Истина мифа. М.: Республика, 1996. 384 с.

229. Черноушек М. Психология жизненной среды. М.: Прогресс, 1989.

230. Чертов Л.Ф. Знаковость. Опыт теоретического синтеза идей о знаковом способе информационной связи. СПб.: Изд-во СПбГУ, 1993.

231. Чертов Л.Ф. К семиотике пространственных кодов // Семиотика пространства. Екатеринбург: Архитектон, 1999. С. 93 101.

232. Шестаков В.П. Очерки по истории эстетики. От Сократа до Гегеля. М.: Мысль, 1979. 372 с.

233. Шмелев А.Г. Введение в экспериментальную психосемантику: теоретико-методологические основания и психодиагностические возможности. М.: Изд-во МГУ, 1983. 157с.

234. Шпенглер О. Закат Европы (раздел «Города и народы») // Культурология. XX век. Антология. М.: Юрист. -703 с.

235. Штомпка П. Социология социальных изменений. М.: Аспект-Пресс, 1996.-416 с.

236. Щербина Т. В конце классического мира // Известия. 30.12.1999. С.9.

237. Щербинина Н.Г. Политический миф России. Томск: Пеленг, 1997. -96с.

238. Щербинина Н.Г. Политика и миф // Вестник МГУ. Сер. 12. Политические науки. 1998. №2. С. 43 54.

239. Щербинина Н.Г. Мифологические основы восприятия политического лидера в современной России // Современная Россия: власть, общество, политические науки. М., 1999. С. 179 182.

240. Щербинина Н.Г. Триумф мифологического героя как фактор тоталитарной ментальности в России // Тоталитаризм и тоталитарное сознание. Вып. 3. Томск: ТОАК, 2000. С.116 121.

241. Щербинина Н.Г. Герой и антигерой в политике России. М.: «Весь Мир№, 2002.- 116 с.

242. Экологические аспекты развития индивидуальности / Под ред. В.И.Панова. М.: Психологический институт РАО. 1997. 147 с.

243. Элиаде М. Мифы, сновидения, мистерии. М.: Рефл-бук, 1996. 684 с.

244. Элиаде М. Аспекты мифа. М.: Рефл-бук, 1996. 248 с.

245. Элиаде М. Трактат по истории религий. В 2-х томах. СПб.: Але-тейя,1999.

246. Юнг К.Г. Подход к бессознательному // Человек и его символы. СПб. БСК, 1996.-454 с.

247. Якобсон П.М. Психология художественного восприятия. М.: Искусство, 1964.- 130 с.

248. Ясвин В.А. Психологическое моделирование образовательной среды // Психологический жернал. 2000. Т.21, №4. С.79-88.

249. Яффе А. Символизм в изобразительном искусстве // Человек и его символы. СПб.: БСК. 1996. 454 с.

250. Architectural Psychology. Proceeding of the conference of Dalandhui. University of Strathclyde, 1969. 92 p.

251. Barthes R. Semiology et urbanisme// L'Architecture d'Aujourd'hui, № 153, Dec. 1970-Janv. 1971.

252. Burroughs Ch. From Sign to Design. Cambridge, MA: The MIT Press, 1990.

253. Canter D. The Psycology of Place. London: The Architectural Press, 1977.-208 p.

254. Jeanneret E. L'approche architecturologoque // La conceptualisation de l'espace en architecture. Geneve: CRAAL, 1995.

255. Eco U. Function and Sign: The Semiotic of Architecture// Signs, Symbols and Architecture. N.Y.: Wiley, 1980.

256. Greimas A.-J. Semiotique et sciences sociales. Paris: Seuil, 1976.

257. Hesselgren S. The language of Architecture. Lund: Sweden Studentlit-teratur. 1969. - 381 p.

258. Knapezyk D.R., Rodes P. Teaching social competence. Brooks/Cole, 1996. 496 p.

259. Korpela K.M. Place-identity as a product of environmental self-regulation //Journal of Environmental Psychology, 1992, V.12, №13, p.241-256.

260. Lagopoulus A.Ph. Urbanisme et semiotoque. Paris: Anthropos, 1995.

261. Ledrut R. La forme et le sens dans la societe. Paris: Meridiens, 1995.

262. McClelland D. The Achieving Society. NY: Free Press, 1971.

263. Tart M.J., Pinker S. Mental rotation and orientation-dependence in shape recognition. Cognitive Psychology, 1989, 21/P.233-282.

264. Tyng A.G. Geometric extensions of consiousness // Zodiac, 1969,№ 19.

265. Ullman S. The visual analysis of shape and form // The cognitive neuro-sciences. Cambridge, MA: MIT-press, 1995. P.339-350.

266. Wright A.E. Symbolism and Function // Journal of Asian Studies (1964). P.669.

267. Zevi B. The Modern Language of Architecture. Seattle: University of Waschington Press, 1977.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 180222