Трансформация обрядовой культуры мордвы XVIII-XIX веков в условиях двоеверия тема диссертации и автореферата по ВАК 24.00.01, кандидат культурологии Вдовин, Евгений Александрович

Диссертация и автореферат на тему «Трансформация обрядовой культуры мордвы XVIII-XIX веков в условиях двоеверия». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 369415
Год: 
2009
Автор научной работы: 
Вдовин, Евгений Александрович
Ученая cтепень: 
кандидат культурологии
Место защиты диссертации: 
Саранск
Код cпециальности ВАК: 
24.00.01
Специальность: 
Теория и история культуры
Количество cтраниц: 
142

Оглавление диссертации кандидат культурологии Вдовин, Евгений Александрович

ВВЕДЕНИЕ

1. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ПРАВОСЛАВНОЙ И ЯЗЫЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ

У МОРДВЫ: ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ВОПРОСА

1.1. Исследование феномена двоеверия в отечественной науке

1.2. Особенности и основные этапы христианизации мордвы

2. ТРАНСФОРМАЦИЯ ОБРЯДОВОЙ КУЛЬТУРЫ МОРДВЫ

ПОД ВОЗДЕЙСТВИЕМ ПРАВОСЛАВИЯ

2.1. Историческая эволюция мировоззрения мордвы

2.2. Взаимодействие элементов христианства и язычества в обрядах календарного и семейного циклов

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Трансформация обрядовой культуры мордвы XVIII-XIX веков в условиях двоеверия"

Актуальность темы исследования. Динамика культурного процесса сегодня осмысливается с позиций универсализма культуры, учитываются различные сценарии ее развития «.от формирования гомогенной, единой для всех глобальной культуры, которая элиминирует уникальные локальные культурные образования (прежде всего этнические, национальные) до непримиримого «столкновения цивилизаций» (формулировка С. Хантингтона), каждая из которых будет использовать все возможные, вплоть до самых агрессивных и разрушительных по отношению к Другому, технологии ради сохранения собственной самобытности» [18, с. 3]. Информационный взрыв, сложные социокультурные изменения воздействуют на российскую действительность в условиях сложного этнического пространства. Они ставят проблемы не только национальной идентичности, но и региональной политики, экономики, культуры и образования. Ускоряется темп жизни, но парадокс ее состоит в том, что существует «удивительная закономерность - чем глубже и быстрее совершаются эти изменения, тем пристальнее человечество вглядывается в свое прошлое, стремясь сохранить его исчезающие следы» [31, с. 32].

Население России, как и население многих крупных государств мира, имеет сложный этнический и религиозный состав. Совместное проживание носителей многих культур и языков в рамках одной страны и в составе одного российского народа было постоянной характеристикой нашего государства на протяжении всей его истории. Многообразие населения было источником постоянного и взаимообогащающего взаимодействия и условием развития страны. Российский народ и российскую культуру невозможно представить без представителей разных этносов - носителей многообразных культурно-исторических традиций и конфессий. Судьба России зависит от глубины и сложности процессов, которые происходят в культурах народов, населяющих ее территорию. Культурное пространство России, искусство

XX века уже невозможно представить без творчества мордовского народа, его многовековых культурных традиций и обычаев.

Русский язык, христианство сыграли выдающуюся цивилизаторскую миссию на евразийском континенте. Длительное пребывание в составе российского государства и в поле доминирующей русскоязычной культуры не могло не привести к определенной ассимиляции населения: значительная часть татар и башкир, адыгов и вайнахов, мордвы и марийцев, хантов и манси, карелов и саамов перешли на русский язык, не утратив своей идентичности, то есть своей культурной самобытности.

В Российской Федерации постепенно начинает формироваться новая система отношений, которая давно и прочно утвердилась в европейских странах. «Этническая и религиозная жизнь - это в самой малой степени «территория ответственности» государства. Этническая и религиозная жизнь — это выбор и труд самого гражданина, созданные им в содружестве с другими гражданами организаций и союзов. Этническая и религиозная жизнь - право человека оставаться самим собой, быть не похожим на других» [159, с. 6].

Бурные девяностые годы прошлого века, снявшие запреты на свободу вероисповедания, социальные и духовные катаклизмы становящегося капитализма заставили искать опору и утешение как в вечных христианских истинах и моральных принципах, национальных религиях, так и экзотических культах. Успехи в развитии различных отраслей наук, проникновение в тайны Вселенной отнюдь не способствуют рационализации мышления современного человека, для которого характерна религиозная настроенность, её наглядными показателями служит частое посещение им богослужений, усердное исполнение им обрядов, забота об украшении храмов, паломничество по святым местам.

В последнее время особое значение приобретает проблема национального возрождения, что влечет за собой, в первую очередь, актуализацию архаических, древних народных верований, которые вливаются в православную культуру, образуя специфичный симбиоз. Такой симбиоз бытует и на территории Мордовии, подчас приобретая форму государственной политики: указом Главы Республики с 2004 года проводятся республиканские национально-фольклорные праздники «Акша келу («Белая береза») и «Раськень озкс» («Всеэрзянское моление»), которые выступают средством этнической самоидентификации, способствуют формированию этноцентрированного сознания. В основе праздников лежит апелляция к единству в прошлом, памяти предков. Это глубинный архаический пласт культуры, в котором этнос «проговаривается» о себе и о своем восприятии окружающего мира.

Изучение взаимодействия христианства и древних верований мордвы уже идет в республиканской культурологии, но, тем не менее, на данном этапе существует насущная научная потребность детального исследования трансформации традиционной обрядовой культуры мордвы XVIII - XIX вв., произошедшей в результате синтеза православия и древних языческих воззрений. В любой религиозной конфессии богословская доктрина и церковный культ, преломившись сквозь призму народных верований и бытовых традиций, принимали специфические формы. Слившись с архаическими религиозными представлениями и обрядами, они образовали сложный синкретический комплекс. Природа этого явления базируется на исходных формах - древнемордовском язычестве и русском православии. Каждая культура имеет свой собственный уникальный путь развития, поэтому важно рассмотреть трансформацию обрядовой культуры мордвы как механизм самосохранения, воспроизводства и регенерации этнической культуры как системы. Актуальность изучения трансформации обрядовой культуры мордвы в условиях сложившегося двоеверия будет способствовать сохранению культурных ценностей, которые значимы не только для мордовского народа, но и будущего духовной культуры России.

Состояние теоретической разработанности проблемы. Вопрос о влиянии христианства (православия) на традиционные культуры являлся предметом обсуждения в многочисленных трудах историков, философов, теологов, культурологов, этнографов, фольклористов. При этом основное внимание ученых сосредотачивалось на взаимодействии язычества и православия в русской культуре. Исследование же культур народов России долгое время находилось на периферии научных интересов, что в полной мере относится и к мордовской культуре.

Взаимодействие православия и традиционной русской культуры является сферой интересов сектора этнографии Института этнологии и антропологии им. Н. Н. Миклухо-Маклая. Результатом многолетних исследований А. В. Буганова, Т. А. Ворониной, М. М. Громыко, И. А. Крем левой, С. В. Кузнецова, Т. А. Листовой, JI. А. Тульцевой стали фундаментальные коллективные монографии «Православие и русская народная культура» (1994), «Православная жизнь русских крестьян XIX-XX вв.» (2001), «Православная вера и традиции благочестия у русских XVIII-XX» (2002). Изучение обрядовой сферы народной культуры в этнографической науке традиционно и многоаспектно: обрядовые циклы и отдельные ритуалы (Ф. В. Плесовский, Н. И. Толстой, Р. К. Уразманова, JL С. Христолюбова, В. И. Чичеров), семантика обрядов и их символика (А. К. Байбурин, В. В. Иванов, Н. Ф. Сумцов), систематика народных обрядов (Е. С. Новик, А. К. Салмин, В. В. Пименов).

Первые упоминания и описания мордовских обрядов встречаются у зарубежных путешественников: фламандца Рубрука, венгра Юлиана, итальянца И. Барбаро, англичанина Д. Флетчера и других. Наиболее ценные сведения появляются с XVIII в., когда Российской академией наук были организованы научные экспедиции с целью сбора материала о живущих в России народах. Участники экспедиций П. С. Паллас, И. И. Лепехин, И. Г. Георги оставили ценные свидетельства, как о культуре мордовского народа, так и об особенностях его обрядовой традиции.

Сотрудникам Русского географического общества

П. И. Мельниковым («Очерки мордвы»), В. Н. Майновым («Lez restes de la mythologie Mordvine» — «Остатки мордовской мифологии»),

A. А. Шахматовым («Мордовский этнографический сборник») опубликованы научные труды, не потерявшие своей актуальности до сегодняшнего дня. Обобщением имевшихся к концу XIX в. сведений о мордве стала монография И. Н. Смирнова «Мордва». Для исследователей обрядности интересны главы, посвященные свадебному обряду, погребально-поминальным ритуалам и воззрениям на смерть.

В дореволюционной науке к исследованию процесса христианизации мордвы обращались М. Е. Евсевьев, В. Н. Майнов, А.А. Можаровский, И. Н. Смирнов и др. Одним из первых опытов систематического описания традиционной культуры мордвы стал «Очерк юридического быта мордвы»

B. Н. Майнова - одного из основоположников отечественной финно-угристики. Это обобщающий свод предшествовавших литературных данных о мордве, работа, «широко и в культурно-исторической перспективе охватывающая мордовские общественные отношения» [151, с. 251]. М. Е. Евсевьев особое внимание уделил описанию и исследованию традиционных мордовских верований, обычаев, обрядов, при этом он обратил внимание на то, что христианизация мордвы способствовала ее сближению с русским народом и его культурой, распространению грамотности. И. Н. Смирнов оценивал христианизацию двойственно: с одной стороны, христианизация вывела мордовский народ на новый уровень культурного развития, но с другой стороны, как пишет ученый, «православная религия являлась одним из оплотов монархической власти . Христианство принесло новые тяготы и лишения. Многочисленная армия церковнослужителей не только отбирала у мордвы часть лучших земель, но и заставила работать на себя.» [151, с. 94].

В современной региональной науке к данному вопросу обращались историки В. К. Абрамов, Н. В. Заварюхин, Н. Ф. Мокшин, В. А. Юрченков и др. Н. Ф. Мокшин рассматривает процесс христианизации как сложный и неоднозначный, так или иначе сопряженный в структуру другого, исторически гораздо более широкого и многозначительного, процесса присоединения мордовского народа к Российскому государству и последующего его развития в составе России. Причину живучести дохристианских религиозных верований и обрядов мордвы автор видит в социально-бытовом укладе мордовского народа. Н. В. Заварюхин уделяет особое внимание взаимодействию мордвы и русских в период христианизации, отмечая, что XVII в. характеризуется процессами межэтнических «притирок», завершившихся полным переходом мордвы (эрзи и мокши) в православие. В. К. Абрамов рассматривает преимущественно негативные стороны взаимодействия русских и мордвы в процессе христианизации, например, ее насильственное внедрение. В. А. Юрченков разрабатывает проблемы теории этнической истории мордвы, выделяя такие приоритетные направления, как проблема периодизации этнической истории, проблема этнической структуры. Ученый характеризует мордву как пульсирующий этнос.

Описание и анализ традиционно-обрядовой культуры содержится в трудах мордовских этнографов: Н. Ф. Беляевой (традиционные институты социализации детей и подростков у мордвы), М. С. Волковой (культ предков в религиозных верованиях мордвы), В. JI. Имайкиной (осенние обряды крестьянского мордовского календаря), Г. А. Корнишиной (сезонные обряды мордвы, традиционные обычаи и обряды мордвы: исторические корни, структура, формы бытования), JL И. Никоновой (традиционная система жизнеобеспечения мордовского этноса), Т. П. Федянович (семейные обычаи и обряды финно-угорских народов Урало-Поволжья).

Влияние православия на культуру мордовского народа изучают и республиканские культурологи. С. Б. Бахмустов в своих работах показывает значение храма, который «оказался местом культурного обмена между мордовским и русским народами, что оказало положительное влияние на становление и формирование самобытной мордовской культуры» [17, с. 131].

В последние годы всесторонне изучается мифология мордовского этноса: филолог Т. П. Девяткина акцентирует свое внимание на изменениях в мордовском пантеоне богов под влиянием православия; культуролог М. И. Каргина изучает особенности мифологической картины мира мордвы; историк Н. Ф. Мокшин исследует мифологические мотивы в обрядах жизненного цикла, выявляет ряд языческих элементов, сохранившихся после принятия православия и характерных для современной мордовской культуры; философ Н. Г. Юрченкова подробно рассматривает место мифологии в культурном сознании мордовского этноса.

Однако интересующий нас феномен трансформации обрядовой культуры мордвы XVIII - XIX вв. в результате христианизации не являлся до настоящего времени предметом специального культурологического исследования. Вместе с тем труды и идеи перечисленных выше авторов сформировали научную основу для определения темы, целей и задач данной диссертационной работы, предопределили её новизну.

Гипотеза исследования. Вхождение мордвы в состав Российского государства и приобщение к мировой религии усиливают процессы культурной динамики. В результате христианизации происходят изменения в мировоззрении мордовского этноса, приведшие к трансформации традиционной обрядовой культуры. Происходит специфическое смешение православных традиций и языческих верований, что становится одним из феноменов этнической самобытности мордвы.

Объектом исследования является культура мордвы XVIII - XIX вв.

Предметом исследования - трансформация обрядовой культуры мордвы XVIII - XIX вв. в условиях двоеверия.

Цель исследования - изучение процессов трансформации обрядовой культуры мордвы XVIII - XIX вв. в условиях взаимодействия православной и языческой традиций.

Данная целевая установка предопределила решение следующих задач:

1. Рассмотреть специфику исследования феномена двоеверия в отечественной науке.

2. Выявить особенности и содержание основных этапов христианизации мордвы.

3. Проанализировать процесс исторической эволюции мировоззрения мордвы под воздействием православной традиции.

4. Показать специфику взаимодействия элементов христианства и язычества в обрядах календарного и семейного циклов.

Методологическая основа исследования обусловлена спецификой изучаемого объекта, целями и задачами работы и имеет комплексный характер. Исследование осуществляется на основе фундаментальных теоретических положений, разработанных мировой и отечественной наукой культурологами С. С. Аверинцевым, Д. С. Лихачевым, А. Ф. Лосевым, Д. Кемпбелл, С. А. Токаревым, М. Элиаде, историками Ив Левин, В. О. Ключевским, Б. А. Рыбаковым, этнографами К. Армстронгом, Ю. М. Бородаем, А. Е. Наговицыным, Э. Тайлором, Дж. Фрезером, филологами В. В. Ивановым, Е. М. Мелетинским, В. Я. Проппом, В. Н. Топоровым, семиотиками Р. Бартом, К. Леви-Стросом, Ю. М. Лот-маном, Б. А.Успенским. В соответствии с принципами культурологического подхода проведен системный анализ традиционной обрядовой культуры мордвы, с помощью которого рассматривается процесс ее трансформации в XVIII - XIX вв. в условиях взаимодействия православной и языческой традиций. В качестве центральных методов исследования выступают:

- историко-генетический метод, позволивший проследить особенности развития религиозных представлений мордвы, эволюцию мировоззрения в условиях сложившегося двоеверия;

- сравнительно-исторический метод, способствовавший анализу специфики взаимодействия христианства и язычества в обрядовой культуре мордвы; метод интерпретации, давший возможность истолкования, раскрытия смысла культурно-исторического наследия мордвы в обрядовой сфере;

- интегративный метод, позволивший использовать данные различных областей гуманитарного знания применительно к решению задач, поставленных в настоящем исследовании.

Источниковедческая база представлена трудами членов Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии, Финно-угорского общества в городе Гельсингфорсе П. Н. Баранова, Г. Беневоленского, К. Королькова, А. Н. Минха, А. Можаровского, А. Примерова, И. Русанова, Н. Смирнова, А. Снежницкого, Ф. Зерновского, А. Ф. Юртова. В качестве источников были использованы фундаментальные труды М. Е. Евсевьева, В. Н. Майнова, И. Н. Смирнова, А. А. Шахматова.

Научная новизна исследования определяется рядом поставленных и решенных в исследовании задач. Впервые с позиций культурологии анализируются изменения в мировоззрении мордовского этноса, произошедшие в XVIII-XIX вв. в результате приобщения к мировой религии. Трансформация обрядов календарного и семейного циклов в условиях взаимодействия христианской и языческой традиций впервые рассматривается как вариант культурной динамики, как адаптация мордовского этноса к меняющимся условиям социально-политической и культурной жизни, механизм воспроизводства этнической культуры как системы.

Основные положения, выносимые на защиту:

• Двоеверие - это мировоззренческая установка, согласно которой человек добровольно и сознательно исполняет как христианские, так и языческие обряды. Языческий и христианский компоненты в двоеверии не являются постоянной величиной и меняются в зависимости от исторической ситуации. Двоеверие как явление стало закономерным результатом христианизации финно-угорских народов, в частности, мордовского народа, оно представляет собой русское православие, адаптированное применительно к дохристианским верованиям и обрядам мордовского народа.

• В процессе христианизации мордвы можно выделить несколько этапов: 1) насильственной христианизации (православная церковь в этот период выступала как проводник идеологии); 2) более гибких методов (путем определенных льгот и переселения некрещеной мордвы в русские православные регионы, и наоборот); 3) повышения культурного уровня и просвещения (открытие монастырей и церквей, миссионерских школ, составление мордовских словарей, грамматики мордовского языка). В целом, православие оказало положительное влияние на историю и культуру мордвы.

• Языческая традиция мордвы после христианизации, то есть перехода в православие, не только не деградирует, но и развивается. Меняются представления мордвы о смерти и загробном мире, в традиционной картине мира появляются новые элементы - ад и рай, формируется идея загробного воздаяния. Православие способствует трансформации языческого пантеона: происходит контаминация языческих мордовских божеств и христианских святых; культ женских богинь-покровительниц приобретает особый характер - из веры-почитания превращается в веру-страх.

• Традиционная культура мордвы сохраняет свое ядро - культ предков, который получил определенную поддержку в родительских поминовениях, Радунице. Древние дохристианские элементы особенно тесно переплетаются с церковными в праздниках календарного цикла: языческие моления мордвы постепенно группируются вокруг крупных христианских праздников. Происходит слияние христианской Пасхи с поминовением предков и древними аграрными культами, что ведет к антропоморфизации образа Пасхи. Обряды семейного цикла - это сложные полифункциональные комплексы традиционной культуры народа, в которых в синтезированном виде проявилось как христианское, так и языческое мировоззрение.

Теоретическая и практическая значимость. Диссертационное исследование имеет как теоретическое, так и практическое, прикладное значение. В данной работе с позиций культурологического подхода дается целостное представление об эволюции мировоззрения мордвы в условиях двоеверия, приведшего к значительным изменениям в обрядовой культуре этноса. Это исследование этнической специфики традиционной мордовской культуры в условиях многовекового христианско-языческого синтеза. В практическом плане работа может использоваться в рамках образовательной деятельности, в создании спецкурсов по истории мордовской культуры, этнографии финно-угорских народов, истории религии в средних и высших учебных заведениях.

Апробация работы. Основные положения диссертационного исследования были представлены в виде научных докладов в ходе VIII Конгресса этнографов и антропологов России (Оренбург, 2009), на всероссийских (Санкт- Петербург, Саранск, 2008) и региональных (Саранск, 2007- 2009) научных и научно-практических конференциях и отражены в 10 научных публикациях.

Диссертация обсуждена и рекомендована к защите на кафедре этнокультуры Мордовии ГОУВПО «Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарева» в июне 2009 года.

Структура и объем диссертации. Диссертация включает в себя введение, две главы, состоящие в общей сложности из 4 параграфов, заключение и библиографический список, содержащий 200 наименований. Общий объем диссертации составляет 142 страницы.

Заключение диссертации по теме "Теория и история культуры", Вдовин, Евгений Александрович

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Христианизация не проходила гладко и быстро, как это изображают церковные и близкие к церковным источники. Хорошо известно, какую важную роль в обращении в новую религию играло государство, которое своей силой и авторитетом содействовало искоренению язычества и насаждению православия. «Тем не менее, долгое время даже и после завершения миссионерской деятельности духовенству приходилось сталкиваться с устойчивыми пережитками язычества в среде крестьянства» [42, с. 289].

В любой религиозной конфессии богословская доктрина и церковный культ, преломившись сквозь призму народных верований и бытовых традиций, принимали специфические формы. «Остатки» мордовского язычества сходны с реликтами языческого мировоззрения, сохранившегося не только у русских и других индоевропейских народов, но и у представителей других рас. В результате приобщения к мировой религии происходят изменения в мировоззрении мордовского этноса. Трансформация пантеона божеств и обрядов календарного и семейного циклов в условиях взаимодействия христианской и языческой традиций являет собой вариант культурной динамики, адаптацию мордовского этноса к меняющимся условиям социально-политической и культурной жизни.

Для лучшего понимания природы православно-языческого взаимодействия необходима замена старой двусторонней концепции двоеверия более утонченной. Мы придерживаемся, мнения Ив Левин о том, что «упор следует делать не на поиске отдаленных источников тех или иных обычаев, а на раскрытии их значения в контексте изучаемой эпохи» [83, с. 33].

Реформаторская деятельность Кузьмы Алексеева доказывает, на наш взгляд, что мордва находилась не столько в конфронтации, сколько во взаимодействии с православной традицией: К. Алексеев боролся не против православия, а отстаивал привычный для себя и своего этноса образ жизни. Его религиозная доктрина есть своеобразная модификация как языческой мордовской, так и православной традиций. Это специфический и крайне интересный для культурно-исторического исследования симбиоз. Перед мордовской наукой стоит задача вдумчивого и глубокого изучения уникальной личности Кузьмы Алексеева, исследования ментальности той среды, в которой возникла его оригинальная религиозная концепция. В результате культурно-антропологического анализа будет возможно «услышать» голос эпохи, рассмотреть коллизии ее духовной жизни.

Многообразие мордовских божеств, на наш взгляд, скорее диалектное, а не фактическое. Установившееся православие не смогло существенным образом повлиять на данное явление, напротив, оно даже получило некоторую подпитку со стороны христианства, так как традиционное сознание весь сонм святых, святителей, мучеников и подвижников восприняло как самостоятельных божеств различного уровня и более низкого статуса в сравнении с Иисусом Христом. Однако по мере своего укрепления в сознании, православие способствовало трансформации языческого пантеона: произошла контаминация языческих мордовских божеств и христианских святых.

Согласно накопленным этнографическим данным, уже с конца XIX века образ верховного божества стал ассоциироваться с христианским Богом. Это, очевидно, связано с тем, что формирование мужского пантеона божеств, да и сам культ верховного божества сформировался довольно поздно и не успел закрепиться. Именно поэтому и происходит контаминация образов, тем более, он становится антропоморфным. Поэтому Христос, в конечном счете, перестал восприниматься как чужеродное божество, а как свой бог, имеющий древнемордовские корни, и именно поэтому Пасха стала столь значимым праздником - Ине чи.

Произошли существенные изменения в восприятии языческих богинь-покровительниц. Вера в них постепенно ослабевала, и прежние почитаемые божества становились «нечистой» силой. Порожденным христианизированным сознанием мордвина, постепенно отрывающегося от своей природной среды, считаем мифы о происхождении Вирявы и Ведявы от душ умерших и проклятых людей. Богини-покровительницы, как и восточнославянские божества, стали опустились на уровень низшей .демонологии. Встречающиеся в источниках сведения о том, что «злым духом, противостоящим верховному Богу, является Шайтан. и злых духов можно встретить на болоте, в бане, на кузнице» [198, с. 51], также являются модификацией традиционных языческих представлений, так как традиционно у мордвы духи-покровители не имели отрицательной коннотации, а проявление зла проистекало из амбивалентности их природы.

Традиционная культура мордвы сохраняет свое ядро - культ предков, который получил определенную поддержку в родительских поминовениях, Радунице. Древние дохристианские элементы особенно тесно переплетаются с церковными в праздниках календарного цикла: языческие моления мордвы постепенно группируются вокруг крупных христианских праздников. Религиозное, молитвенное отношение к силам природы зафиксировано во многих источниках. Большинство праздников и молений проводилось общественно, сутью их было совместное заклинание природы. Земледельцу нужно было, прежде всего, воздействовать на нее, «воззвать к ее вегетативной мощи, обратиться к различным «рощениям», священным деревьям, к водным источникам - родникам (не от Рода ли?), кладезям, студеницам, к полям в процессе вспашки, сева и во время вызревания драгоценного урожая» [145, с. 134].

Происходит слияние христианской Пасхи с поминовением предков и древними аграрными культами, что ведет к антропоморфизации образа Пасхи. Хотя в ряде районов, Пасха ассоциировалась с женским образом - дочерью Иисуса Христа. Данный феномен является проявлением древнего, идущего от земледельческого неолита культа женского божества плодородия. Здесь также прослеживается связь с аграрными культами, культом умирающего и воскресающего бога, который, очевидно, существовал у мордвы, но был вытеснен и окончательно слился и превратился в Ине чи.

Спорная по факту своего существования Анге патяй отличается нечеткостью функций, недоработанностыо образа, возможно, у данного божества была лишь узкодиалектная, узколокальная распространенность, что, в конечном счете, приводит к постепенному ее исчезновению. Н. Г. Юрченкова полагает, что под воздействием образа Богородицы Анге патяй трансформируется в матерь богов и происходит контаминация двух этих образов [198, с. 51]. Позволим себе не согласиться с данным мнением: контаминация может происходить лишь с равнозначными по силе и значимости божествами, образами, здесь имеет место замещение более аморфного образа более структурированным, жизнеспособным и смыслонесущим для всего этноса.

Трансформация мировоззрения стала попыткой преодоления культурной пропасти в противопоставлении существенно двойственного, амбивалентного характера традиционной культуры (вера в силы одновременно добрые и злые и двоякое использование культурного инструментария) рационализму культуры церковной.

Эволюция мировоззрения мордвы в условиях двоеверия приводит к значительным изменениям в обрядовой культуре этноса. Основным занятием мордвы издревле являлось земледелие, поэтому обряды земледельческого цикла занимали ведущее место в ее культуре. Основной их целью было достижение плодородия в самом широком понимании этого слова. Культ плодородия зародился в глубокой древности и прошел длительный и сложный путь развития. Различным историческим периодам соответствовали свои проявления этого культа - от простейших магических заклинаний и действий до почитания божества плодородия (Норовавы, Паксявы, Масторавы), которых постепенно сменили христианские святые. В земледельческой обрядности прослеживаются различные формы обожествления плодородия: гадания, почитание стихий (воды, земли, солнца, огня, ветра, дождя), поклонение духам предков, выступавших как податели плодородия. Все это прослеживается в обрядах годового цикла, остатки которого сохранились и до настоящего времени.

Одной из основных черт традиционного миропонимания, характерного и для мордвы, был циклизм. Время, в котором живет аграрное общество, — природное время, последовательность годичных циклов, с их извечной повторяемостью. Временные ориентиры, значимые в этой системе сознания, заданы сменой времен года. В определенные моменты цикла устраиваются праздники. В крестьянском мире в принципе не бывает ничего нового, все повторяется, жизнь человека от рождения и до смерти проходит один и тот же, для всех одинаковый круг событий.

Семейные обряды это сложные полифункциональные комплексы традиционной культуры народа, в которых в синтезированном виде проявилось как христианское, так и языческое мировоззрение. Автор делает вывод о том, что календарные обряды и православные праздники годичного цикла буквально пропитываются духом языческих молений и становятся своего рода манифестацией культа предков. Во время поминок до настоящего времени соблюдается целый ряд обрядов, носящих религиозный характер: зазыв умерших на поминки (для этого порой ходят на кладбище), посещение кладбища с едой, брагой, вином, приглашение умерших к участию в поминальной трапезе, произнесение плачей, адресованных умершему, в которых содержатся элементы дохристианских религиозных представлений.

Ярким примером синтеза православия и язычества являются окказиональные обряды, в ходе которых читались молитвы и языческие заговоры с упоминанием христианских святых. Сама же церемония, например, опахивания была чисто языческой: проводилась ночью при исключительном участии какой-либо половозрастной группы, зажигался новый огонь, часто добытый трением, готовилась жертвенная пища, а иногда и жертвенное животное.

О специфике и мощности произошедшего православно-языческого сплава свидетельствуют почти отчаянные заметки священников, публиковавшиеся в епархиальных ведомостях. Что говорить об относительно недавно принявшей христианство мордве, если в русских селах, например, практиковалось катание дьякона по полю на Пасху, крестьяне не знали, что в священном писании нет праздников Коляды, Купалы, 12 пятниц, сколько существует богов, для них богами были иконы [26, с. 169-170], недогоревший при каждении во время херувимской песни ладан в народе назывался «херувимским ладаном». «Его считают лечебным средством. Священнику не надо давать такой ладан прихожанам, так как это «полуязыческое суеверие», - отмечает священник П. Руновский в своей заметке [146, с. 106].

Поэтому неудивительно, что среди крестьян сел Инсарского уезда в конце XIX века были «распространены разные суеверия, поверья, приметы, гадания, знахарство», что они были глубоко убеждены в том, что «если во время засухи полить иконы, то пойдет дождь», что человек, имеющий книжку «Несчастные дни с неба от самого Господа», «будет здоров и храним от всех несчастий» [199, с. 682]. А. Примеров с горечью отмечает, что «населению непонятны догматы веры, не знают молитв, не понимают, что поют и читают в храме.много разных суеверий, поверий, примет, с которыми трудно бороться» [136, с. 660]. Священник Н. Соколов приводит примеры обращений к священнику с просьбой отслужить молебны, отсутствующие в церковном уставе, обращает внимание на то, что «дьявола (черта) боятся больше Бога.крестьяне любят нецерковные молитвы, унаследованные от предков» [154, с. 348]. Таким образом, почти вся повседневная и праздничная жизнь мордвы является своего рода презентацией магической картины мира, попытками воздействовать на ход природных вещей при помощи целой системы сверхъестественных средств, которые включали приметы, опахивания, заговоры, ворожбу, колдовство.

Судя по фольклорно-этнографическим материалам, собранным в XX - XXI века, данные представления сохранились. Этому явлению может быть несколько объяснений: с одной стороны, связано с тем, что традиционное мифоязыческое мышление и мифология мордвы хорошо сохранились, с другой, период атеизма не позволил развиться самой мифологической традиции, законсервировав ее на уровне представлений рубежа XIX-XX веков.

Список литературы диссертационного исследования кандидат культурологии Вдовин, Евгений Александрович, 2009 год

1. Абрамов, В. К. Мордвины вчера и сегодня. Краткие очерки истории Мордовской государственности и национального движения /

2. B. К. Абрамов. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 2002. - 240 с.

3. Абрамов, В. К. По следу времени: исторические очерки / В. К. Абрамов. -Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1991. 317 с.

4. Агафонова, Н. А. Мордовская свадьба / Н. А. Агафонова // Волжский вестник,- 1879,-№ 12.-С. 13-22.

5. Акцорин, В. А. Историко-генетические связи финно-угорских племен по данным мифологии / В. А. Акцорин // Вопросы марийского фольклора и искусства. Йошкар-Ола, 1980. - Вып. 2. - С. 13-27.

6. Алгебров, П. Саранская ворожея у мордвы / П. Алгебров // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1869. - № 6. —1. C. 174-185.

7. Алексеев, Г. А. К истории просвещения в Среднем Поволжье (XVI XVII вв.) / Г. А. Алексеев. - Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1987.- 102 с.

8. Ананичева, Т. М. Русско-мордовские взаимосвязи в обрядовом фольклоре / Т. М. Ананичева // Типология и взаимосвязи фольклора народов СССР. -М.: Наука, 1980. С. 282-298.

9. Аничков, Е. В. Язычество и Древняя Русь: христианизация варварских народов: в 2 ч. / Е. В. Аничков. СПб.: Изд-во Санкт-Петербургск. ун-та, 1914. -Ч. 1.-117 с.

10. Аничков, Е. В. Язычество и Древняя Русь / Е. В. Аничков. М.: Индрик, 2003.-394 с.

11. ЮАнтонинов, А. Мордва: краткий историко-этнографический очерк / А. Антонинов // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1894. - № 16. - С. 117-184; 731 -744.

12. Афанасьев, А. Н. Поэтические воззрения славян на природу / А. Н. Афанасьев. М., 1865. - Т. 2. - 788 с.

13. Афиани, В. Ю. Мир русской провинциальной культуры / В. Ю. Афиани // Русская провинциальная культура XVIII XX века. - М.: Индрик, 2008. -С. 39-54.

14. Ахметьянов, Р. Г. Общая лексика духовной культуры народов среднего Поволжья / Р. Г. Ахметьянов. М.: Наука, 1981. - 144 с.

15. Байбурин, А. К. Похороны и свадьба / А. К. Байбурин, Г. А. Левингтон // Исследования в области балто-славянской культуры: погребальный обряд. М., 1990. - С. 64-99.

16. Баранов, П. Н. Свадебные обряды мордвы-эрзи: из быта крестьян Бузаевской и Неклюдовской волостей Ардатовского уезда Симбирской губернии / П. Н. Баранов // Этнографическое обозрение. Кн. LXXXY (I)-LXXXY (И). - С. 117-129.

17. Бердяев, Н. А. Судьба России / сост. К. П. Ковалев, Н. А. Бердяев. М.: Сов. писатель, 1990. - 347 с.

18. Библия. Книги священного писания Ветхого и Нового Завета. Канонические: перепечатано с Синодального издания. М.: Храм Воскресения Господня, 2000. - 1325 с.

19. Борисов, А. Г. Мордовская свадьба как историко-этнографический источник / А. Г. Борисов // Этногенез мордовского народа. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1965. - С. 389-395.

20. Бромлей, Ю. В. Очерки теории этноса / Ю. В. Бромлей. М.: Наука, 1983.-412 с.

21. Буслаев, Ф. И. Исторические очерки русской народной словесности и искусства / Ф. И. Буслаев. М.: Учпедгиз, 1961. — Т. 1. - 444 с.

22. Бэском, В. Мифо-ритуальная теория / В. Бэском // Обрядовая теория мифа. СПб.: Издательский дом СПб. гос. ун-та, 2003. - С. 132-156.

23. Бюркле, X. Человек в поисках бога / X. Бюркле. М.: Христианская Россия, 2000.-254 с.

24. Б-ций, И. Голос из глуши / И. Б-ций // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1874. - № 5 (3 февр.). — С. 169-176.

25. Вальденфельдс, Б. Своя культура и чужая культура / Б. Вальденфельдс // Логос. 1994. - № 6. - С. 88-97.

26. Варсонофий, епископ Саранский и Мордовский. Сочинения. Размышления о вере и жизни по Божественным заповедям / Варсонофий, епископ Саранский и Мордовский. Саранск: Тип. «Красный Октябрь», 1998.-240 с.

27. Васильев, М. А. Язычество древних славян накануне крещения Руси / М. А. Васильев. М.: Индрик, 1999. - 344 с.

28. Воронин, И. Д. Саранск: историко-документальные очерки / И. Д. Воронин. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1981. - 334 с.

29. Воронина, Н. И. К проблеме национального и этнического менталитета / Н. И. Воронина // Феникс-2000. Саранск, 2000. - С. 14-16.

30. Воронина, Н. И. Мир провинциальной культуры / Н. И. Воронина. -Саранск: Красный Октябрь, 2005. 230 с.

31. Воронина, Т. А. Особенности соблюдения постов в народной среде в XIX веке / Т. А. Воронина // Православная жизнь русских крестьян XIX XX веков: итоги этнографических исследований. - М.: Наука, 2001.-С. 53-71.

32. Гальковский, Н. М. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси / Н. М. Гальковский. М.: Индрик, 2002. - 288 с.

33. Геннеп ван, А. Обряды перехода / А. ван Геннеп М.: Изд-во Восточн. лит-ры, 2002. - 198 с.

34. Георги, И. Г. Описание всех в Российском государстве обитающих народов, их житейских обрядов, обычаев, одежд, жилищ, упражнений, забав, вероисповеданий и других достопамятностей / И. Г. Георги. СПб.: Тип. При Императорской АН, 1799. - Ч. 1. - 76 с.

35. Гераклитов, А. А. Несколько малоизвестных заметок о мордве иностранных путешественников конца XVII XVIII веков / А. А. Гераклитов // Известия Нижнее-Волжского ин-та краеведения. -Саратов, 1931.-Т. 4.-С. 93-105.

36. Грановская, Г. Р. Психология веры / Г. Р. Грановская. СПб.: Изд-во «Речь», 2004. - 576 с.

37. Гроздов, А. Село Селищи Краснослободского уезда: (историко-статистический очерк) / А. Гроздов // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1903. - № 17 (1 сент.). - С. 703-722.

38. Громова, И. А. Православные и народные обряды / И. А. Громова. М.: Дрофа-Плюс, 2005. - 304 с.

39. Громыко, М. М. О народном благочестии у русских XIX века / М. М. Громыко // Православие и русская народная культура: научный сборник. -М.: Наука, 1994. -Вып 1. С. 5-30.

40. Гуревич, А. Я. Человек и культура: индивидуальность в истории культуры / А. Я. Гуревич. М.: Мысль, 1990. - 312 с.

41. Девяткина, Т. П. Мокшанские свадебные обряды и песни / Т. П. Девяткина. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1992. - 187 с.

42. Девяткина, Т. П. Мифология мордвы / Т. П. Девяткина. Саранск: Красный Октябрь, 2006. - 333 с.

43. Димчикова, Д. Б. Языковая и духовная картина мира / Д. Б. Димчикова // Миф и этнокультура. Кемерово: Изд-во Кемеровского ун-та, 2003. -С. 132-133.

44. Документы и материалы по истории Мордовской АССР. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1940. - Т. 1. - 475 с.

45. Доусон, К. Г. Религия и культура / К. Г. Доусон. СПб.: Алетея, 2001. -466 с.

46. Евсевьев, М. Е. Братчины и другие религиозные обряды мордвы Пензенской губернии: избранные труды в 5 т. / М. Е. Евсевьев. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1966. - Т. 5. Историко-этнографические труды. -С. 342-384.

47. Евсевьев, М. Е. Мокшанская свадьба: избранные труды в 5 т. / М. Е. Евсевьев. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1966. - Т. 5. Историко-этнографические труды. - С. 408-427.

48. Евсевьев, М. Е. Мордва Татреспублики: избранные труды в 5 т. / М. Е. Евсевьев. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1966. - Т. 5. Историко-этнографические труды. - С. 385-407.

49. Евсевьев, М. Е. Мордовская свадьба / М. Е. Евсевьев. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1990. - 329 с.

50. Евсеев, В. Я. Связи фольклора мордвы и других финно-угорских народов в свете их истории / В. Я. Евсеев // Этногенез мордовского народа. -Саранск, 1965. С. 272-280.

51. Ефимова, М. Ф. Мордовский фольклор / М. Ф. Ефимова // Мордва: историко-культурные очерки. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1995. -С. 331-360.

52. Живов, В. М. Двоеверие и особый характер русской культурной традиции / В. М. Живов // Филология. -1993. -№ 3 С. 50-54.

53. Жиганов, М. Ф. Навеки вместе ист. очерки. / М. Ф. Жиганов. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1985. - 256 с.

54. Забылин, М. Русский народ: обычаи, обряды, предания, суеверия, поэзия / М. Забылин. М.: Современник, 1989. - 455 с.

55. Заварюхин, Н. В. И вошла мордва в Русь / Н. В. Заварюхин // На перекрестке мнений. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1990. - С. 47-49.

56. Заварюхин, Н. В. Из истории заселения Саранского уезда русскими в XVII начале XVIII / Н. В. Заварюхин, А. С. Лузгин // Материалы поистории, археологии и этнографии Мордовии: труды МНИНЯЛИЭ. — Саранск, 1977.-Вып. 54.-С. 98-121.

57. Заварюхин, Н. В. Очерки по истории мордовского края эпохи феодализма / Н. В. Заварюхин. Саранск: Изд-во Мордов. гос. ун-та, 1993. - 278 с.

58. Зеленеева, Е. В. Специфика описания ритуализованной деятельности человека / Е. В. Зеленеева. Тамбов: Изд-во Тамбовск. гос. ун-та, 2006. -155 с.

59. Зерновский, Ф. Бабань каша: очерк мордовского моляна / Ф. Зерновский // Современный листок политических, общественных и литературных известий. — 1869. -№75 (17 сент.). 10 с.

60. Ивахненко, Е. В. Средневековое двоеверие и русская литературно-философская мысль Нового времени / Е. В. Ивахненко // Рубежи. 1996. -№ 1. - С. 40-48.

61. Ивахненко, Е. В. Средневековое двоеверие и русская литературно-философская мысль Нового времени / Е. В. Ивахненко // Рубежи. 1997. -№ 1. - С. 60-71.

62. Ильминский, Н. И. Избранные места из педагогических сочинений / Н. И. Ильминский. — Казань: Типолитография Императорского университета, 1892. 327 с.

63. Инюшкин, Н. М. Провинциальная культура: природа, типология, феномены / Н. М. Инюшкин. Саранск: Изд-во Мордов. гос. ун-та, 2003. -472 с.

64. История Мордовии с древнейших времен до середины XIX века: в 2 т. -Саранск: Изд-во Мордов. гос. ун-та, 2001. Т. 1. - 426 с.

65. История религий в России / под ред. Н. А. Трофимчука. М.: Изд-во РАГС, 2004.-696 с.

66. Кавтаськин, Л. С. Мордовские обряды и причитания при похоронах девушки / Л. С. Кавтаськин // Проблемы изучения финно-угорского фольклора. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1972. - С. 186-191.

67. Каган, М. С. Философия культуры / М. С. Каган. СПб.: Новое слово, 1996.-339 с.

68. Карташов, А. В. Очерки по истории русской церкви / А. В. Карташов. — М.: Мысль, 1991.-489 с.

69. Касторский, В. Село Новая Федоровка Инсарского уезда: (церковно-историческое описание прихода) / В. Касторский // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1899. - № 10(16 мая). -С. 387-393.

70. Клакхон, К. Мифы и обряды: общая теория / К. Клакхон // Обрядовая теория мифа. СПб.: Издательский дом СПб. гос. ун-та, 2003. -С. 157-176.

71. Клейн, J1. С. Концепции времени в традиционной культуре / J1. С. Клейн // Время и календарь в традиционной культуре. — СПб.: Изд-во «Лань», 1999.-С. 3-9.

72. Ключевский, О. В. Курс русской истории / О. В. Ключевский // Сочинении: в 9 т. М.: Мысль, 1987. - Т. 1. - 514 с.

73. Корнишина, Г. А. Семейные обряды мордвы / Г. А. Корнишина // Мордва: историко-культурные очерки. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1995. -С. 235-276.

74. Корнишина, Г. А. Семья и семейные обряды / Г. А. Корнишина // Мордва Заволжья. — Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1994. С. 92-139.

75. Корнишина, Г. А. Традиционные обычаи и обряды мордвы: исторические корни, структуры, форма бытования / Г. А. Корнишина. Саранск: Изд-во МГПИ, 2000. - 150 с.

76. Кремлева, И. А. Похоронно-поминальные обряды у русских: связь живых и мертвых / И. А. Кремлева // Православная жизнь русских крестьян XIX XX веков: итоги этнографических исследований. - М.: Наука, 2001.-С. 72-87.

77. Крывелев, И. А. История религий: очерки в 2 т. / И. А. Крывелев. М.: Мысль, 1975.-Т. 1.-415 с.

78. Крянев, Ю. В. Двоеверие на Руси / Ю. В. Крянев, Т. И. Павлов // Как была крещена Русь. М.: Политиздат, 1988. — С. 34-54.

79. Лавров, А. В поисках народного православия / А. Лавров // Колдовство и религия в России. М.: Белые Альвы, 2000. - С. 76-103.

80. Латынин, Л. А. Язычество Древней Руси в народном искусстве игрушке, прялке, вышивке / Л. А. Латынин. - М.: Белые Альвы, 2004. - 234 с.

81. Левин, Ив. Двоеверие и народная религии в истории России / Ив Левин. -М.: Индрик, 2004. 216 с.

82. Левкиевская, Е. Е. Представления о «последних временах» и Конце Света в современной крестьянской традиции / Е. Е. Левкиевская // Время и календарь в традиционной культуре. СПб.: Изд-во «Лань», 1999. -С. 190-194.

83. Легенды и предания мордвы. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1982. -120 с.

84. Лепехин, И. Дневниковые записки путешествия доктора и Академии наук адъюнкта Лепехина по разным провинциям Российского государства в 1768 и 1769 году / И. Лепехин. СПб: Тип. при Императорской АН, 1771.-112 с.

85. Листова, Т. А. Народный православный обряд создания семьи / Т. А. Листова // Православная жизнь русских крестьян XIX XX веков: итоги этнографических исследований. - М.: Наука, 2001. - С. 7-35.

86. Лихачев, Д. С. Великий путь: становление Руси: XI XYII веков / Д. С. Лихачев. - М.: Современник, 1987. - 301 с.

87. Лихачев, Д. С. Крещение Руси и государство Русь / Д. С. Лихачев // Новый мир. 1988. - № 6. - С. 249-258.

88. Лихачев, Д. С. Русская культура: наследие прошлого и реальная сила сегодня / Д. С. Лихачев // Семья. 1988. - № 2. - С. 10-24.

89. Лосев, А. Ф. Философия. Мифология. Культура / А. Ф. Лосев. М.: Политиздат, 1991. - 525 с.

90. Лотман, Ю. М. Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII) / Ю. М. Лотман, Б. А. Успенский // Ученые записки Тартусского гос. ун-та. Тарту, 1977. - Т. 414. - С. 88-120.

91. Лотман, Ю. М. Символ в системе культуры / Ю. М. Лотман. М.: Наука, 1996.-311 с.

92. Майнов, В. Н. Очерк юридического быта мордвы / В. Н. Майнов. -Саранск: Красный Октябрь, 2007. 296 с.

93. Макарий. Суеверия и обычаи мордвы Нижегородской области / Макарий // Нижегородские губернские ведомости. Неофициальная часть. 1849. -№ 49. - С. 18-26.

94. Маковский, М. М. Сравнительный словарь мифологической символики в индоевропейских языках: Образ мира и мир образов / М. М. Маковский. -М.: Аспект-пресс, 1996. 511 с.

95. Макушкин, В. М. Начало пути / В. М. Макушкин. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1976. - 124 с.

96. Мамардашвили, М. К. Наука и культура / М. К. Мамардашвили // Методологические проблемы историко-научных исследований. М.: Наука, 1992.-С. 77-96.

97. Маркарян, Э. С. Очерки теории культуры / Э. С. Макарян. Ереван: Мирт, 1969.-277 с.

98. Маркелов, М. Т. Культ умерших предков в похоронном обряде волго-камских финнов (мордва, мари, вотяки) / М. Т. Маркелов // Религиозные верования народов СССР. М., 1931. - Т. 2. - С. 673-698.

99. Маскаев, А. И. Мордовская народная эпическая песня / А. И. Маскаев. -Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1964. 440 с.

100. Масленников, Н. Свадьба мордвы с. Атяшево / Н. Масленников // Известия OA и Э при Казанском Университете. 1928. - Т. 34. -С. 197-201.

101. Масловский, А. Город Саранск в религиозно-нравственном отношении, 80 лет назад и в настоящее время / А. Масловский // Пензенскиеепархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1881. - № 6 (15 марта). - С. 5-14.

102. Матвеев, Г. М. Мифоязыческая картина мира этноса (на примере мифов и языческой религии чувашского народа) / Г. М. Матвеев. Йошкар-Ола: Изд-во Марийск. гос. ун-та, 2005. - 380 с.

103. Материалы по истории мордвы VIII XI века. Дневник археологических раскопок П. Н. Иванова. - Моршанск: Изд-во Моршанского краеведческого музея, 1952. — 232 с.

104. Мельников, П. И. (Андрей Печерский) Очерки мордвы / П. И. Мельников. Саранск: Морд. кн. изд-во, 1981. - 248 с.

105. Миллер, К. В. Описание всех в Российском государстве обитающихнародов, также их житейских обрядов, верований, обыкновений, жилищ, tодежд и прочих достопамятностей / К. В. Миллер. СПб.: Тип. при Императорской АН, 1776. - Ч. 1. - 98 с.

106. Милькович, К. Быт и верования мордвы в конце XVIII столетия / К. Милькович // Тамбовские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1905. -№ 18. - С. 8-20.

107. Митропольский, К. Мордва: мировоззрения их, нравы и обычаи / К. Митропольский // Мирское слово. 1877. - № 3-5. - С. 8-15.

108. Михайлов, А. В. Языки культуры / А. В. Михайлов. М.: «Языки русской культуры», 1997. - 912 с.

109. Можаровский, А. Избранные сочинения / А. Можаровский. М.: Наука, 1978.-633 с.

110. Мокшин, Н. Ф. Мордва глазами российских и зарубежных путешественников / Н. Ф. Мокшин. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1993.-96 с.

111. Мокшин, Н. Ф. Мордовский этнос / Н. Ф. Мокшин. Саранск: Мордов. книжн. изд-во., 1989. - 187 с.

112. Мокшин, Н. Ф. Мордовский этнос: проблемы и суждения / Н. Ф. Мокшин // Мордовский народ: что нас волнует. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1991. - С. 40-60.

113. Мокшин, Н. Ф. Религиозные верования мордвы / Н. Ф. Мокшин. -Саранск: Мордов. книжн. изд-во., 1998. -248 с.

114. Мокшин, Н. Ф. Языческие верования мордвы и ее христианизация / Н. Ф. Мокшин // Мордва: историко-культурные очерки. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1995. - С. 298-334.

115. Мордва Заволжья. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1994. - 946 с.

116. Мордва: очерки по истории, этнографии и культуре мордовского народа. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 2004. - 783 с.

117. Мордовский этнографический сборник / сост. А. А. Шахматов. СПб.: Изд-во Императорской типографии, 1910. - 285 с.

118. Мордовское народное устно-поэтическое творчество / под ред. Э. В. Померанцевой и К. Т. Самородова. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1975.-432 с.

119. Мордовское народное устно-поэтическое творчество / под ред. А. В. Алешкина и М. Ф. Ефимовой. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1987.-228 с.

120. Наговицын, А. Е. Трансформация тендерных ролей в мифологических системах / А. Е. Наговицын. М.: МПСИ: Флинта, 2005. - 440 с.

121. Никольский, Н. М. История русской церкви / Н. М. Никольский. М.: Наука, 1983.-522 с.

122. Никонова, JI. И. Этнологические исследования в НИИ Гуманитарных наук при правительстве Республики Мордовия / JI. И. Никонова // VII Конгресс этнографов и антропологов России. — Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 2007. С. 36-42.

123. Носова, Г. А. Язычество в православии / Г. А. Носова. М.: Наука, 1975.-152 с.

124. Озерецкий, П. Положение и деятельность духовных пастырей в мордовских приходах Пензенской епархии / П. Озерецкий // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1881. - № 10. - С. 2-9.

125. Панченко, А. А. Религиозные практики: к изучению «народной религии» / А. А. Панченко // Мифология и повседневность. СПб.: Новое слово, 1999.-Вып. 2.-С. 198-218.

126. Петрухин, В. Я. Древнерусское двоеверие: понятие и феномен /

127. B. Я. Петрухин // Славяноведение. 1996. - № 1. - С. 44-46.

128. Петрухин, В. Я. Древняя Русь. Народ. Религия / В. Я. Петрухин // Из истории русской культуры. М.: Алетея, 2000. - Т. 1. - С. 13-410.

129. Покровский, Д. Село Вичкилеи Городищенского уезда: (историко-статистическое описание) / Д. Покровский // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1903. - № 22 (16 нояб.). - С. 899-907.

130. Посадский, А. П. Мельников (Андрей Печерский) и мордовский край / А. П. Посадский. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1988. - 243 с.

131. Потебня, А. А. Символ и миф в народной культуре / А. А. Потебня. М.: Языки славянской культуры, 2000. - 344 с.

132. Примеров, А. Религиозные обряды мордвы / А. Примеров // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1870. - № 16.1. C. 22-34.

133. Примеров, А. Село Каменный Брод Краснослободского уезда: (историко-статистическое описание прихода) / А. Примеров //

134. Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. — 1871. — №21 (1 нояб.).- С. 659-666.

135. Пропп, В. Я. Исторические основы некоторых русских религиозных празднеств / В.Я. Пропп // Фольклор. Литература. История. М.: Лабиринт, 2002. - С.54-91.

136. Пропп, В. Я. «Калевала» в свете фольклора / В. Я. Пропп // Фольклор. Литература. История. -М.: Лабиринт, 2002. С. 120-136.

137. Радаев, К. Пенза ды Сура: кезерень пингень евтамот / К. Радаев. -Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1972. 111 с.

138. Разлогов, К. Э. Множественная идентичность в условиях глобализации / К. Э. Разлогов // VII Конгресс этнографов и антропологов России. -Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 2007. С. 11-14.

139. Рогачев, В. И. Свадьба Мордвы Поволжья: обряд и фольклор (историко-этнографические, мифологические, региональные и языковые аспекты) / В. И. Рогачев. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 2004. - 384 с.

140. Рогачев, В. И. Семантика некоторых знаков мордовского декоративно-прикладного искусства / В. И. Рогачев // Финно-угорский мир: история и современность. Саранск: Тип. «Красный Октябрь», 2000. - С. 264-268.

141. Рыбаков, Б. А. Языческое мировоззрение русского средневековья / Б. А. Рыбаков // Вопросы истории. 1974. - № 1. - С. 3-30.

142. Рыбаков, Б. А. Язычество древних славян / Б. А. Рыбаков. М.: Наука, 1981.-607 с.

143. Рыбаков, Б. А. Язычество Древней Руси / Б. А. Рыбаков. М.: Наука, 1987.-782 с.

144. Руновский, П. Заметка о религиозно-нравственной жизни русского народа / П. Руновский // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть. 1881. - № 4 (25 янв.). - С. 101-118.

145. Савельев, А. И. Общность некоторых всемирных обычаев / А. И. Савельев // Исторический вестник 1886. Июнь. 1886. - № 33 (16 авг.) - С. 521.

146. Салмин, А. К. Религиозная обрядовая система чувашей / А. К. Салмин. -Чебоксары: Чувашек. Национальная Академия; НИИ при Совете Министров Чувашской Республики, 1993. 211 с.

147. Самородов, К. Т. Мордовская обрядовая поэзия / К. Т. Самородов. -Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1980. 210 с.

148. Современная религиозная жизнь России: опыт системного описания. -М.: Логос, 2004. Т. 1. Православие. - 328 с.

149. Смирнов И.Н. Мордва: историко-этнографический очерк. Саранск: Тип. «Красный Октябрь», 2002. - 298 с.

150. Смирнов, Н. Нравственно-просветительская деятельность духовенства Пензенской епархии за 1874 год (по «Отчетам» приходских священников) / Н. Смирнов // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть 1877. - № 2 (15 янв.). - С. 13-25.

151. Снежницкий, А. Мордовский праздник «Вермавы» и «Верявы» /

152. A. Снежницкий // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть.- 1871. -№ 19.- С. 588-635.

153. Соколов, Н. Очерки религиозно-нравственной жизни простого народа / Н. Соколов // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть.- 1892. № 9 (1 мая). - С. 348-355.

154. Степанов, П. Д. К истории мордовских племен на рубеже новой эры / П. Д. Степанов. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1980. - 180 с.

155. Степанов, Ю. С. Словарь русской культуры / Ю. С. Степанов. М.: Библиограф, 1997.-779 с.

156. Сумцов, Н. Ф, Символика славянских обрядов / Н. Ф. Сумцов. М.: Наука, 1996.-333 с.

157. Тайлор, Э. Б. Пережитки в культуре / Э. Б. Тайлор // Миф и обряд в первобытной культуре. Смоленск: Русич, 200. - С. 3-42.

158. Тишков, В. А. От «дружбы народов» к дружному народу /

159. B. А. Тишков // VII Конгресс этнографов и антропологов России. -Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 2007. С. 5-11.

160. Токарев, С. А. Ранние формы религии / С. А. Токарев. М.: Политиздат, 1990.-622 с.

161. Токарев, С. А. Религия в истории народов мира / С. А. Токарев. М.: Политиздат, 1986. - 504 с.

162. Толстой, Н. И. Вторичная функция обрядового символа / Н. И. Толстой // Язык и народная культура: очерки по славянской мифологии и этнолингвистике. М.: Языки славянской культуры, 1995. - С. 167-184.

163. Толстой, Н. И. Очерки славянского язычества / Н. И. Толстой. — М.: Индрик, 2003.-272 с.

164. Толстой, Н. И. Проблемы реконструкции древнеславянской духовной культуры / Н. И. Толстой // Язык и народная культура: очерки по славянской мифологии и этнолингвистике. М.: Языки славянской культуры, 1995. - С. 41 -62.

165. Толстой, Н. И. Христианизация как фактор усложнения структуры древнеславянской духовной культуры / Н. И. Толстой // Введение христианства у народов Центральной и Восточной Европы. Крещение Руси. -М.: Наука, 1987. С. 50-56.

166. Топоров, В. Н. Исследования в области славянских древностей / В. Н. Топоров, В. В. Иванов. М: Наука, 1974. - 388 с.

167. Топоров В. Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ: исследования в области мифопоэтического / В. Н. Топоров. М.: Наука, 1995. - 287 с.

168. Тульцева, JT. А. Престольный праздник в картине мира (мироколице) православного крестьянина / J1. А. Тульцева // Православная жизнь русских крестьян XIX XX веков: итоги этнографических исследований. -М.: Наука, 2001.-С. 124-167.

169. Успенский, Б. А. Филологические разыскания в области славянских древностей / Б. А. Успенский. М.: Наука, 1982. - 344 с.

170. Устно-поэтическое творчество мордовского народа. Саранск: НИИЯЛИЭ, 1963. - Т. 1.: Эпические и лиро-эпические песни. - 400 с.

171. Устно-поэтическое творчество мордовского народа. Саранск: НИИЯЛИЭ, 1965. - Т. 2.: Лирические песни. - 372 с.

172. Устно-поэтическое творчество мордовского народа. Саранск: НИИЯЛИЭ, 1969. - Т. 5.: Частушки. - 240 с.

173. Устно-поэтическое творчество мордовского народа. Саранск: НИИЯЛИЭ, 1972. - Т. 6.: Свадебная поэзия. - 472 с.

174. Устно-поэтическое творчество мордовского народа. — Саранск: НИИЯЛИЭ, 1979. Т. 7.: Причитания. - 360 с.

175. Устно-поэтическое творчество мордовского народа. Саранск: Тип. «Красный Октябрь», 2003. - Т. 12.: Народные приметы мордвы. - 320 с.

176. Федор (Бухарев), архимандрит. О православии в отношении к современности / Федор (Бухарев), архимандрит. СПб., 1860. - 104 с.

177. Федянович, Т. П. Свадебные обряды мордвы / Т. П. Федянович // Семейные обряды мордвы. Саранск, 1984. - С. 18-76.

178. Федянович, Т. П. Похоронные и поминальные обряды мордвы / Т. П. Федянович // Бытовая культура мордвы. Саранск, 1990. -С. 96-125.

179. Фонтенроуз, Д. Обрядовая теория мифа / Д. Фонтенроуз // Обрядовая теория мифа. СПб.: Издательский дом СПб. гос. ун-та, 2003. - С. 10-131.

180. Хюбнер, К. Истина мифа / К. Хюбнер. М.: Республика, 1996. - 448 с.

181. Циркин А. В. Русско-мордовские отношения в X XIV веках / А. В. Циркин. - Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1968. - 188 с.

182. Чавчавадзе, Н. 3. Культура и ценности / Н. 3. Чавчавадзе. Тбилиси: Мирани, 1984.-255 с.

183. Чернецов, А. В. Двоеверие: мираж или реальность / А. В. Чернецов // Живая старина. 1994. - № 4. - С. 16-19.

184. Чистов, К. В. Народные традиции и фольклор: очерки теории / К. В. Чистов. Л.: Наука, 1986. - 319 с.

185. Чувашев, М. И. Духовное наследие народов Поволжья: живые истоки / М. И. Чувашев, И. А. Касьянова, А. Д. Шуляев. Самара: Изд-во СамГПУ, 2001.-354 с.

186. Шангина, И. И. К вопросу о пережитках древних верований в быту русских крестьян XIX века / И. И. Шангина // Этнография народов Восточной Европы. Л.: Наука, 1977. - С. 118-123.

187. Штернберг, Л. Я. Первобытная религия в свете этнографии / Л. Я. Штенберг. Л.: Изд-во АН СССР, 1936. - 433 с.

188. Щапов, А. П. Исторические очерки народного миросозерцания и суеверия / А. П. Щапов. СПб.: Издание М. В. Пирожковой, 1906. -422 с.

189. Элиаде, М. Земледелие и культы плодородия / М. Элиаде // Трактат по истории религий: в 2 т. СПб.: Алетейя, 2000. — Т. 2. - С. 190-250.

190. Элиаде, М. Космос и история / М.Элиаде. М.: Прогресс, 1987. - 312 с.

191. Элиаде, М. Сакральное время и миф о вечном возвращении / М. Элиаде // Трактат по истории религий: в 2 т. СПб.: Алетейя, 2000. - Т. 2. -С. 285-322.

192. Этнография восточных славян: очерки традиционной культуры. М.: Наука, 1987.-633 с.

193. Юрченков, В. А. Взгляд со стороны: мордовский народ и край в сочинениях западно-европейских авторов VI XVIII столетий: очерки / В. А. Юрченков. - Саранск: Морд. кн. изд-во, 1995. - 233 с.

194. Юрченков, В. А. Мордовский народ: вехи истории / В. А. Юрченков. -Саранск: Красный Октябрь, 2007. Т. 1. - 452 с.

195. Юрченков, В. А. Хронограф, или Повествование о мордовском народе и его истории / В. А. Юрченков. Саранск: Мордов. книжн. изд-во, 1991. — 368 с.

196. Юрченкова, Н. Г. Мифология в культурном сознании мордовского этноса / Н. Г. Юрченкова. Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2002. - 133 с.

197. Юрченкова, Н. Г. Мифология мордовского народа / Н. Г. Юрченкова. -Саранск: МГУ, 2006. 152 с.

198. Ягодинский, И. Краткий очерк современного религиозно-нравственного состояния прихожан и сел IV благочиннического округа Инсарского уезда / И. Ягодинский // Пензенские епархиальные ведомости. Неофициальная часть.- 1894. -№ 15 (1 авг.). С. 682-695.

199. Harva U. Die religiosen Vor stellungen der mordwinen. Helsinki: Academia Scientiarum fennika, 1952. - 456 s.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 369415