Царь Пирр и Эпирское государство в межгосударственных отношениях в эпоху эллинизма :Конец IV - 70-е гг. III вв. до н.э. тема диссертации и автореферата по ВАК 07.00.03, доктор исторических наук Казаров, Саркис Суренович

Диссертация и автореферат на тему «Царь Пирр и Эпирское государство в межгосударственных отношениях в эпоху эллинизма :Конец IV - 70-е гг. III вв. до н.э.». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 227333
Год: 
2005
Автор научной работы: 
Казаров, Саркис Суренович
Ученая cтепень: 
доктор исторических наук
Место защиты диссертации: 
Санкт-Петербург
Код cпециальности ВАК: 
07.00.03
Специальность: 
Всеобщая история (соответствующего периода)
Количество cтраниц: 
581

Оглавление диссертации доктор исторических наук Казаров, Саркис Суренович

ВВЕДЕНИЕ-

Глава I. Источники и историография

1. Царь Пирр в античной исторической традиции

2. Образ Пирра в зарубежной и отечественной историографии

Глава II. Становление власти. Начало взаимоотношений с соседями

1. Краткий очерк допиррового Эпира

2. Утверждение у власти

3. Пирр и диадохи

Глава III. Эллинизм и Рима: начало контактов

1. Балканские греки и римляне: проблемы первых контактов

2. Рим и Тарент к 280 г.: начало конфликта

Глава IV. Военные кампании царя Пирра. 280 - 272 гг. до н.э.

1. Первая кампания Пирра в Италии

2. Сицилийский эксперимент

3. Последняя кампания Пирра в Италии

4. Борьба Пирра за гегемонию в Македонии и Греции. Трагический исход

Глава V. Эллинистическая монархия

1. Проблема властных полномочий

2. Градостроительная деятельность

3. Соратники Пирра

4. Армия Пирра. Развитие военного искусства

Глава VI. Идеология

1. Легитимация и сакрализация власти

2. Панэллинская идея в политике Пирра

3. Монеты как средство идеологической пропаганды Пирра

Глава VII. Дипломатия

1. Переговоры Пирра с римлянами как историческая проблема

2. Династические браки как средство решения дипломатических вопросов

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Царь Пирр и Эпирское государство в межгосударственных отношениях в эпоху эллинизма :Конец IV - 70-е гг. III вв. до н.э."

Актуальность темы

Античная эпоха привлекает нас, прежде всего, обилием тех ярких личностей, которые во многом определяли ход истории. В ряду этой плеяды выдающихся деятелей античного мира особое место принадлежит Пирру, царю Эпира, небольшого горного государства на севере Греции. Как справедливо отметил нидерландский исследователь А.Б.Недерлоф, различные факторы - неспокойная юность, бурная карьера, эффектная смерть, героическая и одновременно трагическая судьба, - всё это объясняет, почему Пирр как ранее интересовал своих современников, так и затем продолжает интересовать своих потомков. 1

Несмотря на то, что личность Пирра, и в античной исторической традиции, и в современной историографии, получила самые противоречивые оценки, все авторы единодушно сходятся в одном: это была одна из величайших личностей античного мира. По словам английской исследовательницы античности К.Ломас, «Пирр, племянник Александра Великого, был одним из самых экзотических характеров греческой истории и одним из тех, кто произвёл впечатление на многих поздних биографов и историков» 2.

В лице Пирра мы находим не только одного из выдающихся лидеров эллинистического мира, но и типичную харизматическую личность своей эпохи.3 Необходимо вспомнить, что термин «харизма» был введён М. Вебером для выяснения легитимности власти. Один из трёх упоминаемых им видов легитимной власти связан с авторитетом «внеобыденного личного дара

1 Nederlof А.В. Pyrrhus van Epirus. Amsterdam, 1976. S. 295.

2 Lomas K. Rome and the Western Greeks. London, 1993. P. 51.

3 Nederlof A.B. Pyrrhus van Epirus. S. 297. харизма), полная личная преданность и личное доверие, вызываемое наличием качеств вождя у какого-то человека: откровений, героизма и других, — харизматическое господство, как его осуществляют пророк, или — в области политического - избранный князь-военачальник, или плебисцитарный властитель, выдающийся демагог и политический партийный вождь».4 М. Вебер подробно рассматривает второй вид господства, базирующийся на харизме. Люди проявляют личную преданность своему правителю, ибо видят в нём спасителя и оказывают ему полное доверие. Они считают его настоящим лидером, призванным быть их руководителем, потому что он обладает выдающимися чертами, которых нет у других. «Преданность харизме пророка или вождя на войне, или выдающегося пророка в народном собрании или в парламенте как раз и означает, что человек подобного типа считается внутренне призванным руководителем людей, что последние подчиняются ему не в силу обычая или установления, но потому, что верят в него. Именно к личности вождя и её качествам относится преданность его сторонников: апостолов, последователей, только ему преданных партийных приверженцев».5 Набор указанных М. Вебером черт харизматической личности как нельзя лучше соответствует образу Пирра.

Некоторые авторы, такие, например, как итальянский историк Э. Пайс, видели в Пирре исключительно кондотьера, имевшего в жизни только одну цель - войну.6 Другие, - высоко оценивая его полководческий талант, в то же

4 Вебер М. Избранные произведения. М., 1990. С. 646.

5 Там же. С. 647.

6 Pais Е. Storia delHtalia antica е della Sicilia. V. II. Milano, 1933. P. 691. См. также: Kornemann F. Weltgeschichte des Mittelmeer-Raumes. Bd. I. Munchen, 1948. S. 230. время считали его слабым политиком. Особняком стоит точка зрения И.И. Вейцковского, который, ставя во главу угла классовый подход, положительно оценивает деятельность Пирра только потому, что тот, якобы, защищал интересы демократии и был врагом аристократических сил не только в Италии и Сицилии, но и в самой Греции.8 Находились и такие авторы, которые всю деятельность Пирра окрашивали исключительно в чёрные тона, рисуя образ кровожадного вояки и алчного грабителя.9 До сих пор ещё встречаются работы, в которых Пирр, без каких-либо убедительных аргументов, называется «авантюристом», а его военные кампании -«авантюрами».10 Они свидетельствуют не только о полном отсутствии у упомянутых авторов принципов историзма, но и об исключительно поверхностном их знакомстве с историей Пирра. Подобный разброс точек зрения не может не вызвать острой необходимости возвращения к

7 Durant W. Caesar und Christ. A History of Roman Civilisation of Cristianity from their beginning to A.D. 325. New York, 1944. P. 37; Hassel U. Pyrrhus. Munchen, 1947. S. 75; Штолль Г. Герои Рима в войне и мире. Пер. с нем. Т. 2. СПб., 1896. С. 165, 178. В принципе, недалеко от этой точки зрения ушел и Д. Ненчи, который, возможно, сам того не желая, делает Пирра не самостоятельным политиком, а послушным исполнителем воли Лагидов (см. Nenci G. Pirro. Torino, 1953. P. 176).

8 Вейцшвський I.I. Останш роки nippoei вшни // HayKOBi записки Льв1вського державного ушверситету iM. 1вана Франка. Т. XLIII. Вип. 8. 1957. С. 86.

9 Carcopino J. Profils de Conquerant. Paris, 1961. P. 90.

10 Особенно последовательно подобная оценка прослеживается в работах Г. Скалларда (см. Scullard Н. The elephant in Greek and Roman World. Cambridge, 1974. P. 141; Idem. The History of the Roman World from 753 to 146 B.C. London, 1980. P. 144; см. также: Вершинин Л.P. Пиррова победа // Вопросы истории, 1986. № 6. С. 89-90. рассмотрению этой выдающийся личности и, насколько это возможно, объективному анализу итогов его деятельности.

Как только вы вспоминаем об Эпирском государстве, мы сразу же ассоциируем его с Пирром. Эти два имени существуют в нашем сознании как бы неразделимо. И это не случайно: именно Пирру Эпир обязан периодом своего наивысшего расцвета. Однако, подобно тому, как рамки Македонии оказались слишком узки для Александра Македонского, так и территория Эпира оказалась слишком мала для Пирра." Не лишённый честолюбия и жаждавший военных подвигов и славы, он не только мечтал о славе своего великого предка, но и пытался ему подражать.

По словам американского исследователя К. Кинкейда, «для некоторых историков стало привычкой преуменьшать его достижения и сравнивать его со сверкающим метеором, который блеснув в темноте ночного неба, исчез,

1 "У не оставив после себя никакого следа». Однако, как мы увидим это далеко не так.

Говоря о самом Пирре, нельзя не сказать и о той эпохе, в которую он жил. «Жизнь Пирра - верная картина того времени, времени, полного великолепной отваги, сильных страстей, неудовлетворённых амбиций. Диадохи были завоевателями иного плана. Если бы вместо сухого историка нашёлся бы восторженный поэт, то их деяния были бы воспеты, и они предстали бы перед нами в образе гомеровских героев», - писал об этом

1 Ч времени немецкий историк В. Ине. И Пирр был типичным продуктом своей эпохи.

История его жизни и деятельности открывает перед нами ряд проблем, которые носят поистине глобальный характер. Каковы же они? Попытаемся кратко их обозначить. Во-первых, длительное время развивающиеся

11 Franke P.R. Pyrrhus // САН. 2nd. ed. Vol. VII. Pt. 2. Cambridge, 1989. P. 460.

12 Kincaid C. Successors of Alexander the Great. Chicago, 1969. P. 103.

13 Ihne W. Romische Geschichte. 2 Aufl. Bd. I. Leipzig, 1893. S. 505. параллельно греческая и римская цивилизации практически не вступали между собой ни в какие контакты, и Западная кампания царя Пирра была первым знакомством между греками и римлянами. Это было также и первое прямое столкновение Рима с греческим Востоком, которое произошло к тому же не на греческой, а на италийской земле.14 Именно Западная кампания Пирра открыла римлянам Грецию, а грекам - Рим. Во-вторых, как известно, походы Александра Македонского на Восток, в конечном итоге, привели к созданию системы эллинистических государств, территориальных монархий, обладавших целым набором характерных черт. С именем Пирра связана не только трансформация власти от героической басилейи в эллинистическую монархию в самом Эпире, но, и что самое важное, попытка создания территориальной монархии на Западе, где именно Сицилия стала объектом подобного эксперимента. Исследование эллинистической монархии Пирра, которые по неизвестным причинам выпало из поля зрения практически всех авторов, представляет для нас немалый интерес.

В-третьих, из поля зрения всех исследователей, занимающихся изучением истории Пирра, выпала ещё одна проблема: отправляясь на Запад г и имея перед собой благородную задачу - защитить греков Италии и Сицилии от варваров - италиков и карфагенян - Пирр являл собой образ носителя панэллинской идеи, которая, как оказалось, надолго пережила своих творцов. В силу этих причин проблема разработки и осуществления панэллинской идеи Пирром будем предметом нашего пристального рассмотрения.

14 Suerbaum W. Rhetorik gegen Pyrrhos. Zum Widerstand gegen dem Feind aus dem Osten in der rede des Appius Clauduis Caecus 280/279 v. Chr. nach Ennius, Oratorum Romanorum Fragmenta und B.G.Niebuhr // Rom und der Griechischen Osten. Festschrift fiir Hatto H. Schmitt zur 65. Geburtstag. Stuttgart, 1995. S. 253.

Кроме того, существует целый комплекс проблем (дипломатия, военное искусство, идеология, проблема власти и т.д.), которые лишь поверхностно рассматривались в зарубежной историографии и, в силу этих причин, требуют более внимательного изучения. Дополнительным стимулом к обращению к данной теме может служить и то, что она не являлась предметом специальных исследований отечественных антиковедов.

Источниковая база исследования

Приступая к исследованию данной темы необходимо учитывать имеющуюся в нашем распоряжении источниковую базу, от полноты которой зависит успех нашего исследования. Эта проблема нашла своё подробное освещение в первом параграфе первой главы диссертации, поэтому ограничимся здесь лишь общей характеристикой имеющейся традиции.

Среди различных видов исторических источников, вне всякого сомнения, приоритетное значение для нас имеют нарративные источники. Имеющаяся в нашем распоряжении античная историческая традиция представлена двумя группами источников. К первой мы относим труды греческих историков III в. до н.э. (труды Проксена, Гиеронима, Тимея, Филарха, к которым можно отнести и работу самого Пирра). Эта группа источников представляется наиболее правдивой и достоверной, однако, к сожалению, от работ названных историков сохранились лишь отрывочные фрагменты. Вторую группу источников мы предлагаем называть «источниками эпохи римского владычества», объясняя это тем, что некоторые авторы, будучи греками по происхождению, писали на греческом языке, но жили в эпоху римского владычества (а порой, и в самом Риме), испытали на себе влияние римской анналистики и, главное, стояли на проримских позициях. Сюда мы можем отнести как работы римской анналистики (Валерий Анциат, Клавдий Квадригарий) и следующей ей традиции (Тит Ливий, Флор, Евтропий, Зонара), так и работы известных греческих авторов, писавших на греческом языке, но испытавших на себе значительное римское влияние (Аппиан, Дионисий).

Что же касается эпиграфических источников, то мы, к сожалению, должны отметить следующее. Раскопки в Додоне, проводимые в 70-е гг. XIX в. Константином Карапаносом, дали богатый эпиграфический материал, существенно дополнивший наши сведения об Эпире, однако содержащийся в них материал в основном касается внутреннего положения страны до прихода Пирра у власти.15 К времени царствования Пирра относится лишь несколько надписей посвятительного характера. Обяснением этого может служить то обстоятельство, что большая часть деятельности Пирра протекала за пределами его страны.

Кроме надписей, дополнительным коррективным материалом являются нумизматические данные. Как известно, во время своей экспедиции на Запад Пирр чеканил золотые и серебряные монеты, которые несут в себе достаточно интересную, ценную, а порой и уникальную информацию.16 Только комплексное и критическое исследование всех имеющихся в нашем распоряжении видов исторических источников может оказаться плодотворным и позволить нам решить поставленные в работе задачи.

15 По результатом своих раскопок К.Карапанос издал капитальный двухтомный труд (см.: Carapanos С. Dodone et ses ruines.V. 1-2. Paris, 1878.). Co времени первого издания додонские надписи неоднократно переиздавались и вошли в состав наиболее распространённого двухтомного издания Г. Коллитца (см.: Sammlung der griechischen Dialektinschriften. Bd. 2. Gottingen, 1885).

16 Наиболее полное описание - около 2 319 различных эпирских монет - мы находим в фундаментальном исследовании П.Р. Франке (См.: Franke P.R. Die antike Munzen von Epeiros. Wiesbaden, 1961).

Степень разработанности проблемы

Как личность Пирра, так и его деятельность были предметом постоянного и устойчивого интереса в зарубежной историографии. Подробный анализ зарубежной и отечественной историографии по исследуемой теме будет предметом специального рассмотрения в следующей главе нашей работы, поэтому ограничимся здесь лишь общими замечаниями.

Действительно, такая яркая личность античного мира, как царь Пирр, не могла не привлекать внимание историков. В ведущих европейских странах -Франции, Германии, Великобритании, Италии, а затем и в США - на протяжении XIX - XX веков появлялись серьёзные исследования, затрагивающие отдельные аспекты деятельности эпирского царя. Так, Германии можно назвать работы Р. Шуберта, Р. Скалы, Б. Низе, О. Гамбургера, У. фон Хассела. Для Франции - это работы П. Виллемье, П. Левека, для Великбритании - Э. Бикермана, Г. Кросса, Г. Мальдена, для Италии - М. Жакемод, Е. Манни, Д. Ненчи и т.д. В отечественной историографии так не создано научного монографического исследования на данную тему.

Значительное количество имеющихся работ носит научно-популярный характер. Но даже относительно тех, которые имеют подлинно научный характер, хотелось бы сказать следующее: рассмотрение целого комплекса вопросов, связанных с деятельности Пирра, не носили в них системного характера. Всё это не может не вызывать необходимость нового обращения к данной теме.

Цели и задачи исследования

Цель работы состоит в объективном анализе деятельности царя Пирра и руководимого им Эпирского государства в системе межгосударственных и отношений эллинистической эпохи. Цель исследования предлагает постановку и решение следующих задач:

• проанализировать имеющуюся в нашем распоряжении источниковую базу и основные тенденции её развития с целью определения истинности и достоверности;

• показать первые шаги Пирра, направленные на внутреннюю и внешнюю стабилизацию Эпирского царства, а также его взаимоотношения с диадохами и эпигонами и определить их роль в системе межгосударственных отношений в эпоху эллинизма;

• проследить процесс перерастания героической басилейи эпиротов в монархию эллинистического типа со всеми присущими ей атрибутами;

• определить причины неудач Пирра в создании территориальной монархии эллинистического типа на Западе;

• зафиксировать начало и особенности первых контактов между балканскими греками и римлянами;

• показать роль идеологии при дворе Пирра, а также особенности панэллинской идеи, олицетворением которой стала деятельность эпирского царя на Западе;

• рассмотреть полководческий талант Пирра и его вклад в развитие теории и практики военного искусства эпохи эллинизма;

• показать особенности дипломатической службы при дворе Пирра.

Решение поставленных в исследовании задач позволит нам значительно приблизиться к установлению научного понимания той роли, которую играл Пирр и руководимое им Эпирское государство в системе межгосударственных отношений в рассматриваемый период.

Методологическая основа диссертации

Методологической основой диссертации является комплекс разработанных отечественным и зарубежным антиковедением приёмов исторической критики и источниковедческого анализа. В работе использовался также метод структурного системного анализа, предполагающий рассмотрение явлений во взаимосвязи и развитии в совокупности всех его составляющих элементов. При работе над диссертацией мы руководствовались также принципом историзма, позволяющего нам рассматривать явления в процессе их возникновения и эволюции, в тесной связи с конкретными историческими условиями, что способствует выявлению своеобразия явлений.

В центре нашего исследования будет находиться личность. С великой личностью обычно связаны великие дела. И хотя анализ деятельности этой личности будет происходить на широком историческом фоне, именно она будет основным объектом нашего внимания. Анализ деятельности Пирра неизбежно заставляет нас вернуться к одному из сложнейших вопросов современной философии - о роли личности в истории.

История - это сложный и многогранный процесс, имеющий внутреннюю логику и развивающийся на основе своих имманентных законов. Но вместе с тем история - продукт деятельности людей, каждый из которых преследует свои цели и интересы. Как же можно определить роль личности (естественно, имеются в виду выдающиеся или великие личности) в истории?

Традиционно под выдающимися личностями подразумевают либо политических и государственных деятелей (царей, монархов, императоров, вождей), либо полководцев и т.д. Эти люди в силу своего социального положения, дающего им возможность принимать судьбоносные решения, оказывали и оказывают наибольшее влияние на ход истории, на политику государства, и поэтому, естественно, они попадают под понятие выдающиеся личности. Гегель называл таких людей героями, ибо они, по его мнению, появляются в то время, когда созревают необходимые условия для принятия решительных действий, имеющих всемирно-историческое значение.17

Для того, чтобы стать великим государственным деятелем, нужны исключительные обстоятельства, которые возникают на крутых поворотах истории и оказывают огромное влияние на дальнейшее развитие человечества. Если образно представить себе исторический процесс, то можно заметить, что он есть не прямая дорога, а зигзагообразен. Более того, в некоторых местах мы видим повороты, валуны, ухабы, которые нельзя обойти, но без преодоления которых дальнейшее продвижение вперёд совершенно невозможно. В эти моменты появляются лидеры, способные преодолеть все препятствия, расчистить дорогу для социального прогресса и обновления. Таких лидеров принято считать выдающимися людьми. Иными словами выдающаяся личность - продукт исключительно важной исторической эпохи.

Но чтобы стать исторической личностью, разумеется, одних исторических условий недостаточно. Сам человек должен обладать гениальным умом, выдающимися чертами, необходимыми для выполнения больших, трудных и ответственных задач. Он должен быть образованным, решительным, твердым, принципиальным и очень ответственным, стоять на целую голову выше своего окружения, не боятся рисковать, брать на себя и ответственность за принятые решения и доводить их до конца.18

Роль личности зависит не только от сложившихся исторических обстоятельств, а и от того, какое политическое и социальное положение она занимает в обществе. Чем выше это положение, тем выше роль личности, так как тем больше возможностей у неё влиять на ход событий.

17 Гегель Г.В.Ф. Лекции по истории философии. СПб., 1993. С. 83.

18 Гобозов И.А. Введение в философию истории. М., 1999. С. 339.

В значительной мере роль личности определяется и состоянием цивилизованности общества, политической культурой народа. Чем меньше развиты демократические институты, предполагающие универсальную избирательную систему, разделение законодательной, судебной и исполнительной властей, чем ниже сознание и самосознание народа, чем меньше возможностей контролировать деятельность государственных и политических деятелей, тем выше роль личности. Она концентрирует в своих руках огромную власть, что даёт ей возможность крепко держать «руль истории».19

Вот какую современную трактовку роли личности в истории дал бывший премьер Великобритании, член парламента Денис Хили: «Исторический детерминизм Карла Маркса подразумевал, что экономические отношения между классами, которые он описал в середине XIX в., будут определять ход истории последующего столетия. В своих теоретических работах он игнорировал способность отдельных лидеров изменять ход истории, хотя отмечал это, например, в работе «18-е Брюмера Луи Бонапарта», и в своих письмах. В действительности исторически события часто происходят под влиянием индивидуума, сила личности которого способна обеспечить поддержку миллионов других людей. Неизвестно, смогла бы Британия пережить вторую мировую войну без Черчилля в качестве лидера; произошла бы революция 1917 г. так, как она произошла, без Ленина. Советское правительство не закончило бы «холодную войну» в конце 80-х гг. без Горбачёва. С другой стороны, ни один политический лидер не обладает таким широким набором способностей, чтобы добиваться успеха во всех своих начинаниях. Место лидера в истории в большей степени зависит от тех обстоятельств, в которых он находится».20 Это те методологические принципы, которые мы полностью

19 Там же. С. 343.

20 Хили Д. Личность в истории // ЛГ-Досье, 1991. № 6.

разделяем и которыми будем руководствоваться, анализируя тот вклад, который внёс Пирр в историю эллинизма.

Хронологические рамки исследования, по преимуществу, охватывают сравнительно небольшой промежуток времени с 319 по 272 гг. и совпадают с время жизни и деятельности Пирра, однако, по мере необходимости, эти рамки могут расширяться.21

Научная новизна работы

Данная работа является первым в отечественной историографии исследованием, в котором дан системный анализ деятельности эпирского царя Пирра и развития возглавляемого им государства. В работе дан всесторонний анализ источниковой базы исследования и выявлены её основные тенденции развития. Впервые была показана деятельность Пирра внутри самого Эпира, рассмотрен процесс трансформации власти Пирра из племенной басилейи в территориальную монархию эллинистического типа. Доказано, что экспедиция Пирра на Запад была, фактически, первым знакомством балканских греков с римлянами. Представлены факты, свидетельствующие о том, что Пирр успешно использовал панэллинскую идею не только в борьбе с римлянами, но вообще во всей своей деятельности. Впервые в исторической науке дан анализ государства Пирра на Сицилии и показаны причины его крушения. В работе дана собственная трактовка переговорного процесса, который имел место между Пирром и римлянами. Выводы, содержащиеся в работе автора, позволяют пересмотреть устоявшее в науке представление на деятельность Пирра в античную эпоху.

А 1

Так, для более полного понимания картины, нами будет дан краткий очерк развития Эпира до Пирра (примерно с V - по кон. IV вв.), что поможет более полно представить тот фон, на котором развивалась деятельность нашего героя.

Практическая значимость результатов исследования заключается в том, что они помогают изменить сложившиеся в исторической науке стереотипы и по-новому оценить личность Пирра и основные результаты его деятельности. Выводы, полученные в ходе исследования, могут быть использованы преподавателями исторических факультетов Высших учебных заведений при составлении общих курсов по истории Древней Греции и Рима, а также при разработке спецкурсов и спецсеминаров по проблемам межгосударственных отношений в эпоху эллинизма. Материалы диссертации могут стать основой для дальнейших научных исследований по ряду актуальных проблем эпохи эллинизма.

Апробация результатов исследования

Основные положения и выводы, содержащиеся в диссертации, были изложены автором в двух монографиях и более чем тридцати публикациях. По материалам исследования автором были сделаны доклады на международных, всероссийских и региональных конференциях:

1. В г. Ростове-на-Дону: «Проблемы истории. Научная конференция исторического факультета профессорско-преподавательского состава исторического ф-та РГУ». РГУ, 1996; «Международные отношения в бассейне Чёрного моря в древности и в средние века». РГПУ, 2001, 2003 гг.

2. В г. Новочеркасске: I, II и Ш Лосевские чтения. НГТУ 1998,1999,2000 гг.

3. В Ставрополе: «Проблемы посвседневности в истории: образ жизни, сознание, методология изучения». СГУ, 2001.

4. В г. Армавире: «Проблемы повседневности в истории: образ жизни, сознание и методология изучения». АГУ, 2002.

5. В г. Казани: «Античность в современном измерении». КГУ, 2001.

6. В г. Санкт-Петербурге: «Античное общество-IV» (2001), III «Жебелёвские чтения» (2001).

Заключение диссертации по теме "Всеобщая история (соответствующего периода)", Казаров, Саркис Суренович

Каковы основные результаты деятельности Пирра? Здесь мы сталкиваемся с удивительным парадоксом: в самых серьёзных исследованиях по истории Пирра - в работах Р. Шуберта, Р. Скалы, О. Гамбургера, П. Левека, Д. Ненчи и др., - мы не найдём не только развёрнутого анализа результатов его деятельности, но даже и каких-либо общих оценок. Что же касается литературы, которую мы, скорее всего, отнесём к жанру научно-популярной, то здесь мы можем встретить самые разнообразные оценки исследователей. Самую образную и характерную мы находим в работе Д.

Эббота, которую хотелось бы привести целиком: «То, что Пирр был человеком огромного природного ума и необыкновенных способностей, как полководец, никто не усомнится. Его способности и гениальность были действительно так велики, что делало его, возможно, наиболее ярким примером того, что может случиться так, что высшая власть и прекрасные возможности могут быть растрачены впустую и упущены. Он ничего не достиг. У него не было плана, не было цели, он руководствовался только сиюминутными импульсами и без раздумий и расчётов втягивался в предприятия, реализуя планы и амбициозные желания других. Он преуспел в создании огромных масштабов конфликтов или войн, в убийствах огромного количества людей и в завоеваниях, временных и бесцельных, огромного числа государств. Его преступления против мира и благосостояния человечества проистекали не от его особой порочности; он был, наоборот, человеком благородной и великой души, хотя с течением времени, несмотря на противодействие его поведения, эти добрые позывы почти полностью исчезают. Тем не менее, он, как кажется, никогда не желал человечеству зла. Он совершал свои преступления против него необдуманно, более всего с намерением показать, на какие великие дела он способен».1

Близкой к упомянутой выше, является оценка У. фон Хассела. «Как воин авантюрных времён он сам был в некоторой степени авантюристом, и не владел искусством политики, не мог ей правильно следовать. И, наконец, ему был свойственен роковой недостаток целеустремлённости и последовательности в осуществлении решений. Именно поэтому в его истории последовали величайшие провалы. Его ошибки были тесно связаны с его достоинствами. Пирр не был человеком бесчувственным, не был неразборчивым в средствах, идя к своей цели. Но именно на этом покоилось удивительное очарование его рыцарства истинно царственной личности. В то

1 Abbot J. Pyrrhus. N.Y., 1902. P. 304. время как греческий мир погружался в хаос, он сиял как та личность, от которой даже до нас доходит её сияние».2

Можно привести ещё ряд подобных оценок, но их общий недостаток сразу же бросается в глаза: объективный анализ итогов деятельности Пирра подменяется оценкой личностных качеств нашего героя. Однако подобная морализаторская линия, идущая ещё от Плутарха, едва ли может нас удовлетворить.

Так как же можно оценить последствия деятельности Пирра? Их, как нам представляется, условно можно разделить на три группы: 1) последствия правления Пирра для самого Эпира; 2) соответственно, для эллинистического мира; 3) последствия деятельности Пирра для Рима. Остановимся на каждом из них.

К сожалению, о деятельности Пирра внутри самого Эпира из письменных источников практически ничего неизвестно, однако здесь к нам на помощь приходит археологический материал. Как уже было отмечено ранее, период правления Пирра отмечен интенсивным строительством как внутри самих эпирских территорий, так на вновь присоединённых соседних землях. Были проведены новые дороги, соединяющие наиболее отдалённые районы страны с центром, построены мосты, по-новому укреплены стены городов, а сами города приобрели облик современных греческих полисов.

Некоторые дошедшие до нас данные свидетельствуют о том, что Пирр проявлял заботу о развитии животноводства (Arist. Hist. an. III. 21. P. 522. b.

23. VIII. 7. P. 595 b. 18). Это и неудивительно, ибо Эпир славясь своим з скотом, являлся одним из главных его поставщиков на внешние рынки. Своим походом на Запад Пирр объективно открыл для Эпира италийскую

2 Hassel U. Pyrrhus. Miinchen, 1947. S. 75-76.

3 Rostovtzeff М. The social and economic History of the Hellenistic World. V. II. P. 1163; V. III. P. 1609. Cambridge, 1941. торговлю, которая с этого времени никогда более не прерывалась.4 Всё это совершенно по-новому позволяет взглянуть на Пирра и увидеть в нём не только отважного полководца, но и рачительного хозяина, заботящегося о своей стране. Среди некоторых авторов встречается мнение, что своими многочисленными войнами Пирр разорил Эпир, который лишился значительной части своих людских ресурсов.5 Однако подобное мнение не подтверждается данными источников и не разделяется подавляющим большинством исследователей. Ситуация в Эпире во время длительного отсутствия Пирра всегда оставалась стабильной, а его авторитет и власть не подвергались никаким колебаниям. О тех же народных восстаниях, которые дважды происходили в детские и юношеские годы Пирра, мы уже больше никогда не услышим. Деятельность Пирра привела к тому, что Эпир был не только выведен из македонской зависимости, но и начал играть активную роль в общегреческих делах.6 Хотя античные свидетельства пытаются нарисовать нам образ Пирра достаточно однобоко — исключительно как человека, интересующегося только военным делом, на самом деле это далеко не так. Пирр был не только сам человеком высокой культуры, он заботился о том, чтобы окружить себя образованнейшими людьми своего времени. Как нам уже известно, при его дворе находились такие известные деятели науки и культуры, как оратор и философ Киней, историк Проксен, известный поэт Леонид из Тарента. Можно предположить, что при дворе Пирра в Амбракии находились и другие известные люди, но о них нам, сожалению, ничего не известно. Его столица Амбракия, отстроенная заново и украшенная многочисленными произведениями искусства, стала подлинным культурным

4 Kienast D. Pyrrhus // RE. 1963. Bd. 24. Hbbd. 1. Sp. 164; Franke P.R. Pyrrhus // САН. 2nd. ed. Vol. VII. Pt. 2. Cambridge, 1989. P. 484.

5 Abbot J. Pyrrhus. P. 238.

6 Beloch C.J. Griechische Geschichte. Bd. IV. Abt. 1. S. 578. центром эллинистического мира. Таким образом, деятельность Пирра для Эпирского государства носила исключительно полезный характер и может характеризоваться только с положительной стороны.

Для анализа последствий деятельности Пирра для эллинистического мира прибегнем к не совсем обычному методу: сравнению деятельности Пирра с деятельностью Александра Македонского. Так, как нам кажется, наиболее рельефно прослеживаются те различия в достижении результатов, которые мы наблюдаем.

Те историки, которые следовали за Плутархом и интересовались больше моральной стороной дела, нежели анализом реальных исторических событий, ставили на первое место личные качества героев. Ярчайшим свидетельством подобного подхода является работа французского исследователя Ж. Журдана - автора самой первой в исторической науке монографии о Пирре. «Оценивая разум одного и другого, я вижу, что разум Пирра был более живой, быстрый, точный, чем разум Александра», - писал французский исследователь7.

В мужестве и безрассудстве нельзя отказать им обоим. Да, и Александра, и Пирра отличали отвага и неустрашимость, однако последнего гораздо чаще можно было увидеть и в сражении, и в ставке, т.е. Пирр принимал участие во всех делах непосредственно сам.

Пирр, в отличие от Александра, никогда не был вероломным и почти всегда оказывался верен своему слову (Лишь однажды он нарушил договор с Деметрием, но тот сам вынудил Пирра к этому, завладев его женой Ланассой и островом Керкирой). Все договоры, заключённые с ним, он старался честно соблюдать и ни в коем случае не нарушать их первым. То есть, говоря

7 Jourdan J.-B. Histoire de Pyrrhus, roi d'Epire. V. 2. Amsterdam, 1749. P. 443. современным языком, Пирр проповедовал нравственные принципы в политике, что в эпоху эллинизма было достаточно редким явлением.8

Вообще, надо отметить, что в работах XIX в., так и у современных авторов можно встретить мнение, что в своей политике Пирр руководствовался некими сиюминутными импульсами, что резкие повороты его политики зависели от перемены его настроения, от советов окружающих и так далее.9 И далее причины его неудач объясняются тем, что он был прекрасным полководцем, но плохим политиком.10

Такое мнение, сложившееся о Пирре, как о политике, свидетельствует о том поверхностном изучении, которое мы с сожалением наблюдаем в работах многих авторов. В своей работе мы старались показать, что все решения, принимались после тщательного анализа политической обстановки. Перед принятием очень важного решения он взвешивал все возможности, вступал в дискуссии со своими советниками и даже советовался с Додонским оракулом.11 Решение не принималось до тех пор, пока на этот счёт у него i оставались какие-либо сомнения. Любую военную кампанию Пирра, часто без каких-либо аргументов именуемой очередной «авантюрой», с позиции Пирра можно объяснить убедительными доводами. Все его военные кампании, даже Пелопоннесская, имели конкретные цели и поддаются разумному объяснению.

8 Leveque P., Cabanes P., Andreou J. From Alexander the Molossian to Pyrrhus // Epirus: 4000 years of Greek History and Civilization. Athens, 1997. P. 76.

9 Abbot J. Pyrrhus. P. 304; Hammond N.G.L., Walbank F. A History of Macedonia. V. III. Oxford, 1998. P. 263.

10 Hassel U. Pyrrhus. S. 75.

11 Leveque P., Cabanes P., Andreou J. From Alexander the Molossian to Pyrrhus. P. 76.

Множество случаев заставляет смотреть на Александра, скорее, как на разбойника, чем на полководца. Он проявляет невиданную жестокость к своим даже уже поверженным врагам. Казнённые Парменион и его сын Филота, Клит, убитый в пьяной ссоре его собственной рукой, замученный философ Каллисфен, - все они наводят тень на царствование Александра. Первым двум он был обязан своей славой, третьему - ещё большим -спасением своей жизни, но это его не остановило.

Пирр, в отличие от Александра, никогда не проливал крови вне полей сражений. Он был человечен, приветлив, менее чувствителен к личному осуждению. Чего стоит только один пример: юноши, воспитывавшиеся при его дворе, как-то начали между собой бранить царя, о чём ему стало известно. На другой день, вызвав юных хулителей, Пирр поинтересовался, было ли такое на самом деле. Когда юноши, виновато опустив головы, ответили, что если бы они выпили ещё больше вина, то наговорили ещё больше, Пирр рассмеялся и отпустил их без какого-либо наказания (Plut. t Pyrrh. 8).

Вывод, который Ж. Журдана, логически вытекает из его рассуждений:

Пирр был не менее, а даже более великим, чем Александр, владея многими

12 добродетелями, он не запятнал себя никакими пороками.

Однако подобную оценку разделяют далеко не все исследователи. Почти через двести лет после Ж. Журдана немецкий автор У. фон Хассел писал, что по сравнению с Александром Пирру не доставало, прежде всего, действительной гениальности и широкого величия духа. К тому же он как воин авантюрных времён сам был авантюристом и не понимал, и не владел

11 искусством политики». Но, как бы то ни было, морализаторские оценки Ж. Журдана и У. фон Хассела касаются лишь личностных качеств героев.

12 Jourdan J.-B. Histoire de Pyrrhus. P. 452-453.

13 Hassel U. Pyrrhus. S. 75.

Развёрнутое и достаточно объективное сравнение деятельности обоих персонажей мы находим у Т. Моммзена. По мнению великого немецкого учёного «.замысел Пирра основать западно-эллинское государство. был столь же широк и смел, как и тот, который побудил македонского царя переправиться через Геллеспонт».14 Однако Т. Моммзен чётко выделяет те глубинные, коренные отличия, которые были характерны для обеих экспедиций: Александра Македонского - на Восток и Пирра - на Запад.

Во-первых, Македония по своим ресурсам значительно отличалась от маленького горного Эпира. По образному сравнению Т. Моммзена, Эпир занимал при Македонии такое же место, как позднее Гессен при Пруссии.15 Армия Александра состояла из македонян, во главе которой находился хороший «штаб», в то время как Пирр набирал армию из наёмников путём союзов, «основанных на случайных политических комбинациях». Но самое ценное наблюдение Т. Моммзена, на наш взгляд, заключается в отмеченных им коренных отличиях обстановки на Востоке от обстановки на Западе. «Было бы легче перенести центр военной македонской монархии в Вавилон, чем основать солдатскую династию в Таренте или в Сиракузах. Несмотря на то, что демократия греческих республик находилась в постоянной агонии, её нельзя было втиснуть в жёсткие формы военного государства. На Востоке нельзя было ожидать национального сопротивления: господствовавшие там племена с давних пор жили рядом с племенами подвластными, и перемена деспота была для массы населения безразличной и даже желательной. На Западе, пожалуй, и можно было осилить римлян, самнитов и карфагенян, но никакой завоеватель не был бы в состоянии превратить италиков в египетских феллахов или из римских крестьян сделать плательщиков оброка в пользу эллинских баронов» Именно сочетание этих объективных

14 Моммзен Т. История Рима. Т. 1. СПб., 1994. С. 309.

15 Там же. обстоятельств делало замысел македонянина исполнимым, а эпирота -невозможным.16

Можно указать ещё на одно очень немаловажное обстоятельство, на которое также обратили внимание некоторые исследователи. Для Александра, если так можно сказать, вся «подготовительная работа была уже сделана его отцом Филиппом, и после вступления на престол он мог полностью посвятить себя делу всей своей жизни - рассчитаться со своим исконным врагом - персами.17 Ещё упомянутый Ж. Журдан отмечал, что в отличие от Александра, «выращенного в хороших условиях и овладевшего ремеслом полководца, с отцом, который растил сына, как великого человека, в Пирре я вижу только сироту с мечом в руке и с очень слабой поддержкой».18

Перефразируя мнение упомянутых авторов, можно отметить, что исходная позиция обоих авторов была неодинакова: только что объединённый бедный ресурсами Эпир не шёл ни в какое сравнение с богатой и сильной Македонией, к тому времени уже подчинившей всю Грецию.19

Можно указать ещё на одно важное обстоятельство: Александр, будучи и сам прекрасным полководцем, к тому же располагал прекрасным «штабом», в состав которого входили такие талантливые полководцы, как Птолемей Лаг, Антигон Одноглазый, Лисимах. Гефестион, Кратер, Селевк, Пердикка и многие другие. Едва ли Пирр имел в своём окружении хоть кого-либо, кто бы мог с ним сравниться. Мы располагаем некоторыми сведениями о таких стратегах Пирра, как Милон, Мегакл и др., но они отступают на

16Моммзен Т. История Рима. С. 310.

17 Hassel U. Pyrrhus. S. 70.

18 Jourdan J.-B. Histoire de Pyrrhus. P. 443.

19 Kienast D. Pyrrhus. Sp. 164; Nederlof A.B. Pyrrhus van Epirus. S. 304. второй план по сравнению с Пирром и теряются на фоне своего царя-полководца. Если Александр мог поручить командование в каком-либо второстепенном сражении кому-либо из своих полководцев, то такая возможность едва ли была у Пирра: мы видим его в каждом сражении на переднем крае, часто в самой гуще боя.

Но наибольший интерес, конечно же, представляют для нас конечные результаты деятельности обоих героев. Пирр, в отличие от Александра, не добился перед собой поставленных целей - защитить греков Запада от варваров и создать здесь мощное государство — но при этом необходимо учитывать одно важнейшее обстоятельство: в лице Рима и Карфагена, двух мощнейших держав того времени, из которых первая обладала сильной сухопутной армией, а вторая — сильнейшим на тот момент в античном мире флотом, Пирр имел противников на несколько порядков выше, чем разваливающая держава Ахеменидов. С этим аргументом трудно поспорить: противостоящая Александру Персидская держава, как противник, на несколько порядков уступала Риму и Карфагену, что делало для Пирра реализацию его планов неизмеримо более трудной, чем для Александра.

И ещё на одно обстоятельство хотелось бы обратить внимание: Александр умер на вершине своей славы, так и не увидев распада своей империи; Пирр видел собственными глазами, как рухнули все его планы, прежде чем его постигла преждевременная смерть. Со смертью Пирра ушёл последний защитник эллинизма. Греки этого не поняли вообще или поняли слишком поздно, когда римские легионы стояли уже у ворот их городов. И в этом заключается весь трагизма положения. Не только лично для Пирра, но и для всего дела эллинизма.

20 Hassel U. Pyrrhus. S. 74; Nederlof А.В. Pyrrhus van Epirus. Amsterdam, 1976. S. 164.

Анализируя в целом неудачи Пирра, как на Западе, так и в самой Греции, нельзя не указать и на некоторые субъективные ошибки, который допустил эпирский царь в ходе своей деятельности. Пытаясь объединить греков и создать своё государство на Сицилии (и имея при этом все возможности), Пирр действовал жёсткими методами, ущемляющими принципы полисной демократии, что не могло не вызвать ответную реакцию. Другими словами, он не смог найти того разумного сочетания монархической власти и полисной демократии, которого смогли достичь многие его современники.

Однако, несмотря на то, что с точки зрения глобальных интересов эллинизма Пирр не выполнил своих задач, для греческих государств некоторые аспекты его деятельности не прошли бесследно. Некоторые тактические задачи он всё же сумел выполнить.

Как справедливо отметил К. Кинкейд, Пирр спас Сиракузы от

91 карфагенян. По мнению некоторых специалистов, Пирр произвёл целую ( революцию в монетном деле на Западе. «Пирр установил аттический монетный стандарт, способный унифицировать монеты, остававшиеся неизменными целые столетия. В то же время, однако, он оставил возможность для местных стандартов и местного обмена; его система была точной в принципе, но гибкой на практике и обеспечивала лёгкую конверсию от одного стандарта к другому».22

Не менее значительны были результаты экспедиции Пирра на Запад для самого Рима. Здесь хотелось выделить два узловых момента.

Во-первых, в западной историографии получило распространение мнение, согласно которого события, связанные с Пирровой войной, оказали существенное влияние на ход мышления и действий римских политиков по

21 Kincaid С. Successors the Alexander the Great. Chicago, 1969. P. 103.

22 Leveque P., Cabanes P., Andreou J. From Alexander the Molossian to Pyrrhus. P. 77. отношению к эллинистическим государствам. Это действительно так, ибо для Рима, который до этого имел дело только с местными племенами, Пирр был первый transmarinus hostis. Здесь имеется в ввиду то влияние, которое оказало это событие на последующую восточную политику Рима. Это влияние, якобы, переросло в так называемый «страх с Востока». Этот страх, автоматически перерос в стремление римлян не иметь вокруг себя никаких сильных соседей, что и отразилось на его последующих действиях Война с Пирром, по мнению П. Левека, постоянно освящалась в литературе как один из самых критических моментов в римской истории. «Последствия, вызванные экспедицией Пирра, глубоко отложились в глубине римского сознания: ужас, вызванный врагом на подходе к Риму, а также тревога из-за возможности поражения не могли так быстро забыться», - отмечал французский исследователь.23

П. Левеку вторит Д. Кинаст, который считает, что события Пирровой войны даже во II в. оказывали существенное влияние на восточную политику Рима.24 Под «страхом с Востока» следует понимать, прежде всего, коллективную реакцию на реально существующую угрозу.25 Римляне опасались греков, достигших к тому времени значительных успехов в военном деле. «Рим, как ученик Греции, чувствовал уважение к своему учителю и боялся его».26 Этот страх, в конце концов, привёл к тому, что римляне сами начали наступление на Восток, чтобы якобы, избежать появления нового Пирра. Таким образом, по мнению некоторых авторов, основы восточной политики Рима были заложены экспедицией Пирра в Италию и возникшим после этого страхом перед новыми нападениями с

23 Leveque P. Pyrrhos. Р., 1957. Р. 543.

24 Kienast D. Pyrrhus. Sp. 164.

25 Sonnabend H. Pyrrhus und die «Furcht» der Romer vor dem Osten // Chiron. Bd. 19. 1989. S. 323.

26 Rostovtzeff M. The Social and Economic Histoiy. V. 1. Oxford, 1953. P. 52.

Востока, а завоевательные войны Рима конца Ш - II вв. носили, якобы,

97 превентивный характер. Однако Г. Зоннабенду в своей статье удалось убедительно доказать, что никакого страха перед Пирром римляне не испытывали, более того, в римской литературе сформировался образ Пирра, как благородного и доблестного воина (особенно в сравнении его с Ганнибалом), испытывающего уважение к римлянам и стремящегося к переговорам с ними.28 Тем не менее, отрицать влияние Пирровой войны на общественное сознание римлян, мы не имеем никаких оснований.

Во-вторых, как справедливо отмечают некоторые авторы, война с Пирром открыла Риму Грецию, а грекам - Рим.29 Действительно, после этой войны сближение двух цивилизаций пошло ускоренными темпами. С этого времени мы с полным основанием можем говорить об эллинизации Римского общества. В Риме начинает распространяться греческий язык, греческие обычаи, в Риме появляются греческие учителя, а римляне начинают отправляться на учёбу в Грецию. Ещё на один аспект этого влияния указал Г. Зоннабенд: знакомство римлян с Кинеем, искушённым дипломатом эпохи эллинизма, во время переговоров в Риме привело к тому, что они должны были перенять его «особый политический стиль».30

С другой стороны, мы можем говорить и об обратном процессе: происходит романизация Италии, которая неизбежно касается и находящиеся здесь греческие колонии.31

27 Holleaux М. Rome, la Grece et les monarchies hellenistiques au IH-e siecle avant J.-C. (273-205). Paris, 1935. P. 111.

96

Sonnabend H. Pyrrhus und die «Furcht» der Romer. S. 344-345.

29 Bengtson H. Universalhistorische Aspecte der Geschichte des Hellenismus // Welt als Geschichte. XVIII (1958). S. 3.

30 Sonnabend H. Pyrrhus und die «Furcht» der Romer. S. 337.

31 О романизации Италии подробнее см.: Lomas К. Rome and the Western Greeks. London, 1997. P. 2-7.

Таким образом, первое серьёзное знакомство Пирра с римлянами имело огромное историческое значение. Эллинистический мир должен был увидеть, что неизвестные доселе варвары из центральной Италии стали фактически великим и могущественным в военном отношении соседом, с которым отныне придётся серьёзно считаться.32 Первым это понял Птолемей II, который поспешил установить с Римом дипломатические отношения. По словам Р. Скалы, происходит изменение представительства всемирно-исторических отношений: место древнегреческого мира занимает Римская империя, которая отныне «воплощает в себе все достижения семито-арийской» цивилизации.33

Жизнь и деятельность Пирра - интереснейшая страница античной истории, а результаты этой деятельности, носят, поистине, глобальный характер и имеют огромное историческое значение для судеб всего античного мира.

32 Scullard Н. A History of the Roman World from 753 to 146 B.C. London, 1980. P. 144.

33 Scala R. Der pyrrhische Krieg. Leipzig-Berlin, 1884. S. 169.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

История Эпирского государства после Пирра не отмечена никакими сколько-нибудь значимыми событиями. Её краткий очерк можно вместить всего лишь в несколько строк.

После смерти Пирра в 272 г. ему наследовал сын от Ланассы Александр (при этом судьба другого сына, Гелена, остаётся для нас неизвестной). Александр мнил себя как теоретиком (по примеру своего отца он писал труды по военной науке), так и практиком военного дела. Это и привело его, в конечном итоге, к авантюре. В 264 г., во время Хремонидовой войны, пользуясь отсутствием Антигона, Александр неожиданно вторгся в македонские владения. Первоначально ему сопутствовал успех: высланные против него македонские войска перешли на его сторону, но вскоре последовала катастрофа: сын Антигона Деметрий разбил Александра и вторгся в Эпир. Александр был вынужден бежать в Акарнанию, и хотя вскоре он был восстановлен на престоле, все же потерял значительную часть владений, приобретённых ранее его отцом (Just. XVII. 2.9-12). Ну, а после смерти Александра молосская правящая династия вступает в полосу семейных ссор и конфликтов, которые, в конечном итоге, приводят не только к ликвидации царской власти, но и вновь возвращают Эпир на уровень второстепенного государства.

Список литературы диссертационного исследования доктор исторических наук Казаров, Саркис Суренович, 2005 год

1. Андреев Ю.В. Начальные этапы становления греческого полиса // Город и государство в древнегреческих обществах. Межвуз. сб. Л., 1982. С. 3-17.

2. Блаватская Т.В., Голубцова Е.С., Павловская Л.И. Рабство в эллинистических государствах в III -1 вв. до н.э. М., 1969.

3. Беликов А.П. Рим и Эллинистический мир: проблемы экономических, политических и культурных контактов. Ставрополь, 2003.

4. Беликов А.П. Первый этап римско-египетских отношений (273 -200 гг. до н.э. // Древние и средневековые цивилизации и варварский мир. Межвуз. сб. Ставрополь, 1999. С. 102-107.

5. Белкин Ю. Пирр, царь Эпира // Сержант. 1997. С. 41^7.

6. Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма. Пер. с нем. Э.Д.Фролова. М., 1982.

7. Бокщанин А.Г. Источниковедение древнего Рима. М., 1981.

8. Бубнов Д.В. Греко-италийские контакты во вт. пол. IV в. до н.э. Дис. . канд. ист. наук. М., 2000.

9. Вебер М. Избранные произведения. М., 1990.

10. Вейцковский И.И. Западное Средиземномерье в Ш ст. до н.э. Дис. . д-ра ист. наук. Львов, 1960.

11. Вейцювский I.I. Зауважения щодо характеру антично! традицп про римьско-тарентиньский конфлшт i П1ррову вшну // Науков1 записки Льв1вского Державного Ушверситету iM. 1в. Франка. Т. X. Вип. 3. 1948. С.131-155.

12. Вейцювский I.I. Перший piK Шрровой вшни // Там же. Т. XXV. Вип. 5. 1953. С. 177-191.

13. Вейцювский I.I. До icTopii Шрровой вшни // Там же. Т. XXXVI. Вип. 6. 1955. С. 173-190.

14. Вейщавский I.I. Останш роки ГБрровой вшни // Там же. Т. XLII. Вип. 8. 1957. С. 69-98.

15. Вершинин Л.Р. Пиррова победа // Вопросы истории. 1986. № 6. С. 81-90.

16. Вершинин Л.Р. Государство молоссов и территориальная консолидация античного Эпира // ВДИ. 1987. № 1. С. 169-183.

17. Вершинин Л.Р. Рец. на кн.: Cabanes P. L'Epire de la mort de Pyrrhos a la conquete romaine. P., 1976 // ВДИ. 1983. № 3. C. 172-180.

18. Вершинин Л.Р. Этническое и политическое состояние Эпира в IV III вв. до н.э. Дис. . канд. ист. наук. М., 1988.

19. Гафуров Б.Г., Цибукидис Д.И. Александр Македонский и Восток. М., 1980.

20. Гегель Г.В.Ф. Лекции по философии истории. СПб., 1993.

21. Герье В.И. Основы римской истории. М., 1898.

22. Глускина Л.М. Проблемы кризиса полиса // Античная Греция. Т. 2. М., 1983. С. 5—42.

23. Гобозов И.А. Введение в философию истории. Изд 2-е. М., 1999.

24. Дельбрюк Г. История военного искусства. Т. 1. СПб., 1994.

25. Дройзен И.Г. История эллинизма. Т. 1-3. М., 1890-1893.

26. Дюрант В. Жизнь Греции. Пер. с англ. М., 1997.

27. Жигунин В.Д. Международные отношения эллинистических государств в 280 220 гг. до н.э. Казань, 1980.

28. Иегер О. История Рима. СПб., 1886.

29. Историография античной истории / Под ред. В.И. Кузищина. М., 1980.

30. История древнего мира. Т. 2. История Древней Греции. Ч. 1. М., 1937.

31. Источниковедение Древней Греции (эпоха эллинизма). М., 1982.

32. Казаров С.С. К вопросу о характере и значении реформ Тарипа в Эпире на рубеже V IV вв. до н.э. // Античное общество и государство. Межвуз. сб. Л., 1988. С. 106-116.

33. Казаров С.С. Царь Пирр и Лагиды // Из истории античного общества. Межвуз. сб. Н. Новгород, 2001. С. 51-57.

34. Казаров С.С. Последняя кампания царя Пирра в Италии // Античный мир и археология. Межвуз. сб. Вып. 11. Саратов, 2002. С. 15-22.

35. Казаров С.С. Царь Пирр: античная историческая традиция и современная историография. Ростов н/Д, 2002.

36. Казаров С.С. Эллинистический мир и Рим: начало контактов // Учёные записки МГПИ. Исторические науки. Вып. 3. Мурманск, 2002. С. 26-31.

37. Казаров С.С. Александр Македонский и Пирр: сравнительнаяхарактеристика персонажей // Наука и образование. 2003. № 1. С. 115-120.

38. Казаров С.С. Социально-политическое развитие Эпира в V IV вв. до н.э. Дис. . канд. ист. наук. СПб., 1991.

39. Качурис К. Археологические открытия в Греции (Из раскопок Археологического общества Греции в 1965 г.) // ВДИ. 1966. № 4. С. 199-203.

40. Кащеев В.И. Посредничество и арбитраж во взаимоотношениях ^ эллинистических государств и Рима // Из истории античного общества.

41. Межвуз. сб. Н. Новгород, 1991. С. 38-49.

42. Климов О.Ю. Царство Пергам: очерк социально-политической истории. Мурманск, 1998.

43. Коннолли П. Древняя Греция и Рим. Энциклопедия военного искусства. М., 2000.

44. Кузьмин Ю.Н. Внутренняя и внешняя политика Македонского царства (270-230 гг. до н.э.). Дис. . канд. ист. наук. Саратов, 2003.

45. Левек П. Эллинистический мир. Пер. с франц. М., 1989.

46. Моммзен Т. История Рима. / Под. ред. А.Б. Егорова. Т. I -V. СПб., 1994 1995.

47. Монтень М. Опыты. Т. 1-Й. М., 1981.

48. Немировский А.И. История раннего Рима и Италии. Воронеж, 1962.

49. Нетушил И.В. Римская историография. Введение к лекциям по римской истории. Харьков, 1917.

50. Никишин В.О. Эллины, римляне и варвары: эволюция понятий в эпоху римского владычества // Ставропольский альманах общества интеллектуальной истории. Вып. 2. Ставрополь, 2002. С. 149-155.

51. Нич К. История Римской республики. М., 1908 .

52. Ошеров С.А. О первом литературном оформлении римской республиканской идеологии // ВДИ. 1958. № 3. С. 84-96.

53. Перевалов С.М. Аристотель о героической басилейе // Общество и государство в древности и в средние века в странах Западной Европы. Межвуз. сб. М., 1985. С. 3-17.

54. Попов А.И. Агафокл и диадохи // Античная гражданская община. Межвуз. сб. Л., 1986. С. 77-91.

55. Робеспьер М. Избранные произведения. Т. 2. М., 1965.

56. Руссо Ж.-Ж. Педагогическая библиотека. М., 1981.

57. Садыков М.Ш. Межгосударственные отношения на Сицилии в первой четверти Ш в. до н.э. // Межгосударственные отношения и дипломатия в античности. Казань, 2001. С. 57-74.

58. Садыков М.Ш. Межгосударственные отношения и дипломатия в Западном Средиземноморье в 323-264 гг. до н.э. Казань, 2003.

59. Сергеев B.C. Очерки истории древнего Рима. Ч. 1. М., 1938.

60. Соколов Ф.Ф. Третье столетие до рождества Христова // Труды Ф.Ф. Соколова. СПб., 1910. С. 243-259.

61. Тарн В.В. Эллинистическая цивилизация. Пер. с англ. М., 1949.

62. Тюменев А.И. К вопросу об этногенезе греческого народа // ВДИ. 1953. №4. С. 19-46.

63. Утченко С.Л. Политические учения Древнего Рима. М., 1977.

64. Фролов Э.Д. Сицилийская держава Дионисия (IV в. до н.э.). Л., 1979.

65. Фролов Э.Д. Рождение греческого полиса. Л., 1988.

66. Фролов Э.Д. Панэллинизм в политике в IV в. до н.э. // Античная Греция. Т. 2. М., 1983. С. 157-207.

67. Хафнер Г. Выдающиеся портреты античности. Пер. с нем. М., 1984.

68. Циркин Ю.Б. Карфаген и проблема полиса // Проблемы античной государственности. Межвуз. сб. JL, 1982. С. 179-196.

69. Чистякова Н.А. Греческая эпиграмма. VIII VI вв. до н.э. JL, 1983.

70. Шахермайр Ф. Александр Македонский. М., 1984.

71. Шофман Ф.С. История античной Македонии. Ч. 1. Казань, 1960.

72. Штолль Г. Герои Рима в войне и мире. Т. 2. СПб., 1896.

73. Aalders G.J.D. Leveque P. Pyrrhus. Rez. in: Mnemosyne. 11. 1958. S. 174.

74. Abbot J. Pyrrhus. New York, 1902.

75. Accame S. La diarchia dei Molossi // RF. 1934. P. 522-534.

76. Alfoldi A. Die trojanischen Urahnen der Romer. Basel, 1957.

77. Andronicos M. Vergina: The Royal Tombs and the Ancient City. Athens, 1984.

78. Arnim H. Ineditum Vaticanum // Hermes. Bd. 26. 1892. S. 118-130.

79. Balsdon J.P.V.D. Nenci G. Pirro. Torino, 1953. Rez. in: Gnomon. XXVII. 1955. S. 298.

80. Baumann E. Beitrage zur Beurteilung der Romer in der antiken Literatur. Diss. Rostok, 1930.

81. Beloch C.J. Griechische Geschichte. 1 Aufl. Bd. III. Abt. 1-2. Strassburg, 1904; 2 Aufl. Bd. IV. Abt. 1-2. Berlin, 1925.

82. Beloch C.J. Zur griechischen Vorgeschichte // HZ. Bd. 97. 1897. S. 193-223.

83. Bengtson H. Die Strategic in der hellenistischen Zeit. Bd. I. Munchen, 1937.

84. Bengtson H. Griechische Geschichte. Munchen, 1969.

85. Bengtson H. Universalhistorische Aspekte der Geschichte des Hellenismus // Welt als Geschichte. XVIII. 1958. S. 1-13.

86. Berve H. Das Konigtum des Pyrrhos in Sizilien // Festschrift fur B.Schweitzer. Stuttgart, 1954. S. 272-277.

87. Bickerman E. Apociyphal correspondance of Pyrrhus // CPh. V. XLII. 1947. P. 137-146.

88. Bloch M. Le Rois Thaumaturges. Strassburg, 1924.

89. Bottin C. Les tribus et les dynastes d'Epire avant d'influence macedonienne 352 a. v. // MB. 1925. № 1^4. P. 57-76; 185-194; 239-251.

90. Brown T. Timaeus ofTauromenium. Los Angelos. 1958.

91. Bruckner C.A.F. De vita et scriptis Hieronimi Cardiani // Zeitschrift fur Altertumswissenschaft. 1842. S. 252-272.

92. Budinger M. Von dem Bewusstsein der Culturubertragung Festrede zur des Stiftungstsge der Hochschule Zurich. Zurich, 1864.

93. Busolt G. Griechische Staatskunde. Bd.I. Munchen, 1920.

94. Buttner-Wobst T. Zur Geschichte des pyrrhischen Krieges // Klio. 1903. S. 164-167.

95. Cabanes P. L'Epire de la mort de Pyrrhos a la conquete romaine. Paris, 1976.

96. Carapanos C. Dodone et ses mines. V. 1-2. Paris, 1878.

97. Carcopino J. Profils de Conquerant. Paris, 1961.

98. Сагу M. A history of the Greek World from 323 to 146 B.C. London, 1951.

99. Casson S. Macedon, Thrace and Illyria. Oxford, 1926.

100. Charneux P. Liste argienne de thearodoques // BCH. 1966. T. 90. Pt. 1. P. 156-239.

101. Ciaceri E. Storia della Magna Graecia. V. 1. Milano, 1926; V. 2. Rome, 1940; V. 3. Rome, 1932.

102. Cloche P. Leveque P. Pyrrhus. Rez in: L'Antiquite Classique. V. 27. 1958. P. 249-251.

103. Collmann J. De Diodori Siculi fontibus. Marburg, 1869.

104. Cross G.N. Epirus a study in constitutional development. Cambridge, 1932.

105. Dakaris S. To ispov rr\s Aw5covr|s // AD. 1960. № 16. S. 4^0.

106. Dakaris S. Oi yeveaXoyiKoi p.u0oi xcov MoXooooov. Athen, 1964.

107. Dakaris S. Organisation polituque et urbanistique de la ville dans TEpire Antique // LTllyrie meridionale et TEpire dans TAntiquite. Clermont-Ferrand. 1987. P. 71-80.

108. Daux G. Un nouvaeu nom de mois epirote // BCH. V. 88. 1956. P. 433-435.

109. David J.-M. The Roman conquest of Italy. London, 1996.

110. Dohle A. Geschichte Tarents bis auf seine Unterwerfiing unter Rom. Strassburg, 1877.

111. Droysen J.G. Geschichte des Hellenismus. 2 Aufl. Bd. I—III. Gotha, 1877 -1878.

112. Droysen J.G. Zu Duris und Hierionimi Cardiani // Hermes. Bd. 11. 1876. S. 458-465.

113. Durant W. Caesar und Christ. A History of the Roman Civilisation of Christianity from their beginning to A.D. 325. New York, 1944.

114. Ehrenberg V. Cross G.N. Epirus. Rez.in: Gnomon. 1933. S. 328-329.

115. Elgood P. The Ptolemies of Egypt. London, 1938.

116. Enman A. Untersuchungen iiber die Quellen des Pompeus Tragus. Dorpat, 1880.

117. Errington R.M. Arybbas the Molossian // GRBS. XVI. 1975. P. 41-50.

118. Fabricius E. Zur Geschichte des zweiten athenischen Bundes // RhM. Bd. XLVI. 1891. S. 589-598.

119. Fellmann W. Antigonos Gonatas, Konig der Macedonien und griechischen Staaten. Wtirzburg, 1930.

120. Finley M. A history of Sicily London, 1968.

121. Fischer H. Quaestiones Aenaeanae. Giessen, 1914.

122. Forte M. Rome and the Romans as Greeks saw them. Rome, 1972.

123. Fraeser P.M. A bronze from Dodona // JHS. 1954. P. 56-58.V

124. Frank T. Roman Imperialism. New York, 1914.

125. Frank Т. Two historical Themes in Roman Literature: (B) Pyrrhus, Appius Claudius and Ennius//CPh. XVI. 1926.P. 314-316.

126. Franke P.R. Alt-Epirus und das Konigtum der Moloser. Erlangen, 1955.

127. Franke P.R. Die antiken Mtinzen von Epirus. Wiesbaden, 1961.

128. Franke P.R. Pyrrhus // САН. 2nd. ed. Vol.VII. Pt. 2. Cambridge, 1989. P. 457-485.

129. Frederiksen M. Campania. Rome, 1984.

130. Friedrich J. Dodonaica. Beitrage zur Religions und Kulturgeschichte Dodonas. Frankfurt-am-Main, 1935.

131. Gabbert J.J. Antigonus Gonatas: a political biography. New York, 1997.

132. Gage J. Pyrrhus et Г influence religieuse de Dodone dans Г Italie primitive // RHR. 145. 1954; 146. 1954; 147. 1955.

133. Garoufalias P. Pyrrhus, king of Epirus. With engl. transl. London, 1979.

134. Gianelli G. La Magna Graecia di Pitagora a Pirro. V. 1. Milano, 1928.

135. Gigante M. L'edera di Leonida. Napoli, 1971.

136. Gilbert G. Handbuch der griechischen Staataltertums. Bd. I—II. Leipzig, 1885.

137. Giovannini A. Untersuchungen tiber die Natur und die Anfange der bundesstaatlichen Sympolitien Griechenland. Gottingen, 1971.

138. Girard H.O. Essai sur la composition des Vites de Plutarque. Paris, 1945.

139. Griffith G.T. The Mercenaries of the Hellenistic World. Cambridge, 1955.

140. Gruen E.S.The Hellenistic World and the coming of Rome. V. 1. Los Angelos, 1984.

141. Gutschmid A. Kleine Schriften. Bd. III. Leipzig, 1889.

142. Hamburger O. Untersuchungen tiber den Pyrrhischen Krieg. Wtirzburg, 1927.

143. Hammond N.G.L. Epirus. Oxford, 1967.

144. Hammond N.G.L. Which Ptolemey gave troops and stood as protector of Pyrrhus^ kingdom? // Historia. Bd. XXXVII. Heft. 4. 1988. P. 405-413.

145. Hammond N.G.L. The Macedonian State: theorigines, institutions and history. Oxford, 1989.

146. Hammond N.G.L., Wakbank F.W. A History of Macedonia. V. III. Oxford, 1998.

147. Hampl F. Der Konig der Macedonien. Leipzig, 1934.

148. Hannak A. Appian und seine Quellen. Wien, 1867.

149. Hansen B. De Leonida Tarentino. Diss. Leipzig, 1914.

150. Hassel U. Pyrrhus. Mtinchen, 1947.

151. Haug M. Die Quellen Plutarchs in Lebenschreibungen der Griechen. Ttibingen, 1854.

152. Head B.V. Historia Nummorum. 2 ed. Oxford, 1911.

153. Heinen H. Untersuchungen zur Hellenistischen Geschichte des 3. Jahrhunderts v. Chr. Zur Geschichte des Ptolemaios Keraunos. Historia Einzelschriften. Heft. 20. Wiesbaden, 1972.

154. Herzberg H. Rom und Konig Pyrrhus. Halle, 1870.

155. Hoffmann W. Der Kampf zwischen Rom und Tarentum in Urteil der antiken Uberlieferung // Hermes. Bd. 71. 1936. S. 11-24.

156. Hoest J.W.A. De Pirrho Epirotarum rege. Diss. Leyde, 1900.

157. Hohl E. Nederlof A.B. Plutarch's Leven van Pyrrhus. Rez. in: Gnomon, 1943. S. 129.

158. Holm A. Geschichte Siziliens im Altertum. Bd.I. Leipzig, 1870; Bd. II. Leipzig, 1874; Bd. III. Leipzig, 1898.

159. Holleaux M. Rome, la Grece et les monarchies hellenistiques au IH-e siecle avantJ.C. Paris, 1921.

160. Hiittner U. Die politische Rolle des Heraklesgestalt in Griechischen Herrschertums. Stuttgart, 1997.

161. Ihne W. Romische Geschichte. 2 Aufl. Bd. I. Leipzig, 1893.

162. Islami S. La cite in Illyrie et en Epire // LTllyrie meridionale et l'Epire dans l'Antiquite. Clermont-Ferrand, 1987. P. 65-68.

163. Jacquemod M. Sulle direttive politiche di Pirro in Italia // Aevum. 1932. Fasc. \-4. P. 445^72.

164. Jourdan J.-B. Histoire de Pyrrhus, roi d'Epire. V. I—II. Amsterdam, 1749.

165. Judeich W. Konigs Pyrrhos romische Politik//Klio. Bd. XX. 1926. S. 1-18.

166. Judeich W. Admetos // RE. Bd. I. 1894. Sp. 380.

167. Kaerst J. Geschichte des Hellenismus. Bd. II. Berlin, 1926.

168. Kaerst J. Schubert R. Geschichte des Pyrrhus. Rez. in: Wochenschruft fur klassische Philologie. 1894. S. 1032 ff.; 1063 ff.

169. Kaerst J. Antigonos // RE. Bd. I. 1894. Sp. 2413-2417.

170. Kaerst J. Epeiros//RE. Bd. 5. 1905. Sp. 2718-2731.

171. Kebric R. In the Shadow of Macedon: Duris of Samos. Wiesbaden, 1977.

172. Keller L. Der zweite punische Krieg und seine Quelln. Eine historische Untersuchungen. Marburg, 1875.

173. Kienast D. Pyrrhus // RE. 1963. Bd. 24. Hbbd. 1. Sp. 108-165.

174. Kincaid C. Successors of the Alexander the Great. Chicago, 1969.

175. Kirsten E. Die griechische Polis als historisch-geographisches Problem des Mittelmeerraumes. Bonn, 1956.

176. Klaffenbach G. Die Zeit des atolisch-akarnanischen Bundesvertages // Historia. 1955. S. 43-48.

177. Klotz A. Der romisch-karthagische Vertrag zur Zeit der Pyrrhus // Berliner Philologische Wochenschrift. Bd. XXVII. 1908. S. 443-445.

178. Klotzsch C. Epirotische Geschichte bis zum Jahre 280 v. Chr. Berlin, 1911.

179. Kornemann F. Weltgeschichte des Mittelmeer-Raumes. Bd. I. Munchen, 1948.

180. Kornhardt H. «Postliminium» in republikanischer Zeit // Studia et documenta. Bd. 19. 1953. S. 1-37.

181. Kretschmer P. Einleitung in die Geschichte des griechischen Sprache. 2 Aufl. Gottingen, 1970.

182. Kroll W. Studien zum Verstandnis der Romischen Literatur. Stuttgart, 1924.

183. Kuhn E. Uber die Entstechung der Stadte der Alten. Leipzig, 1878.

184. Laquer P. Timaeus // RE. 2 Reihe. Bd.VI. Hbbd.l 1. 1936. Sp. 1076-1203.

185. Larsen G.A.O. Greek Federal State. Their Institutions and History. Oxford, 1968.

186. Larsen G.A.O. Epirote Grants of Citizenship to woman // CPh. V. LIX. 1964. P. 106-107.

187. Launey M. Recherches sur les Arm6es helldnestiques. 2 vol. Paris, 1949 -1950.

188. Leake W.M. Travels in Northern Greek. V. I-IV. London, 1835.

189. Lefkowitz M.P. Pyrrhus'negotiations with the Romans 280-276 B.C. // HSCPh. 64. 1959. P. 147-177.

190. Lepore E. Richerche sulFantico Epiro. Napoli, 1962.

191. Ldveque P. Pyrrhos. P., 1957.

192. Leveque P. Un noveau Pyrrhos // REA. V. 58. 1956. P. 83-96.

193. Leveque P., Cabanes P., Andreau J. From Alexander the Molossian to Pyrrhus // Epirus: 4000 years of Greek History and Civilisation. Athens, 1997.

194. Lomas K. Rome and the Western greeks. London, 1993.

195. Lorentz R. Disquisitio de civitate veterum Tarentinorum. Naumburg, 1833.

196. Lticke S. Uberlegungen zur Munzpropaganda des Pyrrhus // Rom und Griechische Osten. Festschrift fur Hatto H. Schmitt zur 65. Geburtstag. Stuttgart, 1995.S.171-173.

197. Machnig J. De oraculo Dodonaeo. Breslay, 1885.

198. Mack P. Grenzmarken und Nachbarn Macedoniens in Norden und Westen. Gottingen, 1951.

199. Maiden H.E. Pyrrhus in Italy // JPh. 1881. P. 172-177.

200. Mannerts K. Geschichte des unmittelbaren Nachfolgern Alexander des Grossen. Leipzig, 1787.

201. Manni E. Pirro e gli stati graeci nel 281-280 A.C. // Athenaeum. 27. 1949. P. 102-121.

202. Meyer E. Geschichte des Altertums. Bd. I-IV. Stuttgart, 1928 1933.

203. Meltzer O. Geschichte der Karthager. Bd. II. Berlin, 1896.

204. Muellemeister P. De fontibus Pyrrhi Plutarchei. Gottingue, 1874.

205. Munzer F. Appius Claudius Caecus // RE. Bd. III. 1899. Sp. 2682-2685.

206. Munzer F. Cajus Fabricius Luscinus // RE. Bd. 6. Hbbd. 2. 1909. Sp. 1931-1938.

207. Nederlof A.B. Plutarch's Leven van Pyrrhus. Diss. Leyde, 1940.

208. Nederlof A.B. Pyrrhus van Epirus. Amsterdam, 1978.

209. Nenci G. Pirro. Aspirazioni egemoniche ed equilibrio mediterraneo. Torino, 1953.

210. Nenci G. II segno regale et la taumatourgia di Pirro // Miscellanea in memoria di Augusto Rostagni. Torino, 1963. P. 152-161.

211. Nenci G. II trattato romano-cartaginese kata ten Pyrrhou diabasin // Historia. V. VII. 1958. P. 261-299.

212. Niebuhr G.B. Romische Geschichte. 3 Aufl. Bd. III. Berlin, 1874.

213. Niese B. Geschichte der Griechischen und Makedonischen Staaten. Gotha. 1890-1903.

214. Niese B. Zur Geschichte des Pyrrhischen Krieges //Hermes. Bd. 31. 1896. S. 481-507.

215. Nilsson M.P. Studien zur Geschichte des Alten Epeiros. Lund, 1909.

216. Nilsson M.P. Die Grundlage des spartanischen Leben // Klio. Bd. XII. 1912. S. 308-340.

217. Oberhummer E. Akarnanien, Ambrakia, Amphilochien und Leukas in Altertum. Munchen, 1887.

218. Olshausen E. Prosopographie der hellenistische Konigsgesandten. Т. 1. Lovanii, 1974.

219. Oost S.J. Leveque P. Pyrrhus. Rez in: CPh. 53. 1958. P. 256-257.

220. Otto W. Klotzsch C. Epirotische Geschichte bis zum Jahre 280 v. Chr. Rez. in: HZ. Bd. 114. 1915. S. 103-109.

221. Pais E. Storia di Roma. V. 1-5. Roma, 1928.

222. Pais E. Storia dellTtalia antica e della Sicilia. Vol. II. Torino, 1933.

223. Palanque J.-R. Les imperialismes antiques. Paris, 1960.

224. Passerini A. Sulle trattative dei Romani con Pirro // Athenaeum. 21. 1943. P. 92-112.

225. Pearson L. The Greek Historians of the West: Timaeus and his Predecessors. Atlanta, 1987.

226. Peter A. Zur Kritik der Quellen der alteren romischen Geschichte. Halle, 1879.

227. Peter H. Die Quellen Plutarchs in Biographien der Romer. Halle, 1865.

228. Perret J. Les origines de la legende troyenne de Rome. Paris, 1942.

229. Perret J. Neoptoleme et ses Molosses // REA. V. 48. 1946. P. 5-28.

230. Philippson A. Thessalien und Epirus. Berlin, 1897.

231. Pirani D. La durata del regno di Pirro in Macedonia. Osimo, 1909.

232. Powell J.E. A lexicon to Herodot. Cambridge, 1938.

233. Reuss F. Arybbas, Konig von Epirus // RhM. Bd. XXXVI. 1881. S. 161-174.

234. Reuss F. Hieronymus of Cardia. Berlin, 1876.

235. Rice E.E. The Grand Procession of Ptolemy Philadelphus. Oxford, 1983.

236. Robertson D. Euripides und Tharyps // CR. 1923. P. 58-60.

237. Rosenberg A. Einleitung und Quellenkunde zur Romische Geschichte. Berlin, 1921.

238. Rostovtzeff M. Social and economic history of the Hellenistic World. V. I. Oxford, 1941.

239. Roy J. Tribalism in the Southwestern Arcadia in the Classical Period // AAASH. 1977. Т. XX. fasc. 1-2. P. 43^8.

240. Sanctis De G. Storia dei Romani. V. 1-2. Torino, 1907.

241. Sandberger F. Prosopgraphie zur Geschichte des Pyrrhos. Stuttgart, 1970.

242. Santi A. L'ultima campagna di Pirro in Italia // Neapolis, II. 1914. P. 283-292.

243. Scala R. Der pyrrhische Krieg. Diss. Berlin-Leipzig, 1884.

244. Schonfelder W. Die stadtische und Bundesbeamten des griechischen Festlandes vom 4 Jahrhundert vor Chr. Geburtstag bis in die romische Kaiserzeit. Leipzig, 1917.

245. Schubert R. Die Quellen Plutrachs in den Lebenschreibungen des Eumenes, Demetrius und Pyrrhus // Jahrbucher fur klassische Philologie. Supplem. IX 1877 -1878. S. 647-836.

246. Schubert R. Geschichte des Pyrrhus. Konigsberg, 1894.

247. Schafer A. Demosthenes und seine Zeit. 2 Aufl. Bd. I—III. Leipzig, 1885 -1887.

248. Schmidt H. Epeirotika. Marburg, 1894.

249. Schmidt J. Passaron // RE. Bd. XVIII. Hbbd. 36. 1949. Sp. 2092-2093.

250. Schmidt M. Lanassa // RE. Bd. XII. Hbbd. 1. 1924. Sp. 617.

251. Scullard H. A History of the Roman World from 753 to 146 B.C. London, 1980.

252. Scullard H. The elephant in Greek and Roman World. Cambridge, 1974.

253. Schiitt C. Untersuchungen zur Geschichte des alten Illirier. Diss. Breslay, 1910.

254. Segre M. La fonti di Pausania per la storia dei Diadochi // Historia. V. 2. 1928. P. 223-227.

255. Seibert J. Historische Beitrage zu den Dynastischen Verbindungen Hellenistischen Zeit. Wiesbaden, 1967.

256. Skutsch O. The Annales of Quintus Ennius. London, 1953.

257. Sonnabend H. Pyrrhus und die «Furcht» der Romer vor dem Osten // Chiron. Bd. 19. 1989. S. 319-345.

258. Stahelin F. Kineas // RE. Bd. 11. Sp. 476.

259. Starr Ch. The economic and social growth of the Early Greek. New York, 1977.

260. Suerbaum W. Rhetorik gegen Pyrrhos. Zum Wiederstand gegen dem Feind aus dem Osten un der Rede des Appius Claudius 280-279 nach Ennius // Rom unddie Griechische Osten. Festschiruft fur Hatto H. Schmitt zur 65. Geburtstag. Stuttgart, 1995. S. 251-265.

261. Susemihl F. Geschichte der Literatur in der Alexandrinzeit. Bd. I. Leipzig, 1981.

262. Szanto E. Griechische Burgerrecht. Freiburg, 1892.

263. Taeger F. Charisma. Studien zur Geschiche des antiken Herrscherkultes. Bd. I. Stuttgart, 1957.

264. Talbert R. The Greeks in Sicily and South Italy // The Greek World in the Fourth Century. Ed. L.A. Tritle. New York, 1997.

265. Tarn W. Antigonos Gonatas. Oxford, 1913.

266. Treidler H. Epirus in Altertum. Studien zur historischen Topographie. Leipzig, 1917.

267. Treves P. Cross G.N. Epirus. Rez.in: Athenaeum. 1933. P. 187-195.

268. Treves P. The meaning «consenesco» and the king Arybbas of Epirus // AJPh. V. LXIII. 1942. P. 129-153.

269. Treves P. The problem of a history of Messenia // JHS. 1944. P. 102-106.

270. Ugolini L.M. Albania Antica. V. I—III. Rome, 1932 1942.

271. Unger G. Hellas in Thessalien// Philologus. 1863. S. 709-710.

272. Unger G. Zu Xenophons Hellenica // Philologus. 1874. S. 688-691.

273. Unger G. Regierunganfang des Pyrrhus // Philologus. 1884. S. 363-364.

274. Unger G. Pyrrhus und Akarnanien // Philologus. 1884. S. 205-207.

275. Vlasto M.P. Alexander, son of Neoptolemus of Epirus // Numismatic Chronicle. 5 Serie. Bd. 6. 1926.

276. Walters H.B. Catalogue of Bronzes in the Britisch Museum. London, 1890.

277. Weinstock S. Tarentum // RE. Bd. IV. Hbbd. 8. 1932. Sp. 2302-2316.

278. Weinreich O. ©bod Help. Antike Heilungswunder. Diss. Heidelberg, 1908.

279. Westlake H.D. Thessaly in the fourth century B.C. London, 1935.

280. Wetzel K. Die Quellen Plutarch's in Leben des Pyrrhos. Leipzig, 1876.

281. Wilamovitz-Moellendorf U. Pindaros. Berlin, 1923.

282. Wilamowitz-Moellendorf U. Staat und Gesellschaft der Griechen. Leipzig-Berlin, 1910.

283. Will E. Histoire politique du monde hellenistique. Т. 1. Nancy, 1966.

284. Wuilleumier P. Tarente des origines a la conquete romaine. Paris, 1939.

285. Wycherley R. How the Greeks built cities. London, 1949.

286. Ziegler K. Proxenos // RE. Bd. 23. Hbbd. 35. Sp. 1033-1034.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 227333