Вероучение и социальная деятельность пятидесятников в России тема диссертации и автореферата по ВАК 09.00.13, кандидат философских наук Лункин, Роман Николаевич

Диссертация и автореферат на тему «Вероучение и социальная деятельность пятидесятников в России». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 196440
Год: 
2005
Автор научной работы: 
Лункин, Роман Николаевич
Ученая cтепень: 
кандидат философских наук
Место защиты диссертации: 
Москва
Код cпециальности ВАК: 
09.00.13
Специальность: 
Религиоведение, философская антропология, и философия культуры
Количество cтраниц: 
200

Оглавление диссертации кандидат философских наук Лункин, Роман Николаевич

Введение 2 стр.

Глава I. Историография пятидесятничества и источники 11 стр.

1. Исследования советского периода

2. Тенденции в историографии 90-х гг.

3. Источники

Глава II. Формирование пятидесятничества: история и вероучение 46 стр.

1. Пятидесятники в XX веке: особенности мировоззрения

2. Богословие даров Святого Духа как фактор социальной активности

Глава Ш.Становление пятидесятничества в России 76 стр.

1. Пятидесятники до революции: первые шаги миссионеров

2. От НЭПа до коллективизации

3. Власть, баптисты и движение ХВЕ в 40-е - 70-е гг. XX в.

4. Пятидесятничество на пороге модернизации: молодежь и харизматия

Глава IV. Пятидесятники и общество в 90-е гг. XX в. 111 стр.

1. Идейные размежевания 90-х: традиция и реформизм

2. Социальное богословие в эпоху перемен 130 стр. a) Задачи социального служения b) Христианин и экономика c) Проблемы семейной этики d) Политические воззрения пятидесятников

Глава V. Церковь и культура: перспективы взаимодействия 159 стр.

1. Пятидесятники и русская культура

2. Национальные сообщества и миссия пятидесятников

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Вероучение и социальная деятельность пятидесятников в России"

Актуальность исследования. Пятидесятничество стало одним из факторов развития современного христианства и христианской конфессией мирового масштаба в особых условиях. Религия в конце XX века развивалась в контексте «кризисного поля»: постиндустриальное демократическое общество на Западе становилось все более секуляризованным, а экспансия информационных технологий, культ коммерческой выгоды создавали общество, в котором, казалось бы, любая вера должна быть вытеснена на обочину общественной жизни перед лицом «экономических чудес». Пятидесятники сумели уловить веяния времени, они нашли адекватные ответы на социально-экономические и культурные проблемы в то время, когда большинство традиционных церквей в мире теряют в численности и переживают время стагнации. Российское общество не является исключением. Аналогичные процессы, связанные с изменениями в религиозной жизни, с переоценкой экономических и культурных ценностей, происходят и в России. Ситуация, сложившаяся в постсоветский период, стала, так же как и во многих других странах мира, в определенной мере почвой для распространения и укрепления пятидесятничества. Наиболее многочисленно пятидесятническое движение в США, где, только по официальным данным, насчитывается более 16 миллионов пятидесятников, которые являются приверженцами самых различных направлений1. Всего же в мире, по оценкам самих пятидесятников, к середине 90-х гг. насчитывается до 150 миллионов последователей пятидесятничества в рамках определенных деноминаций и столько же харизматических групп, независимых и находящихся внутри других христианских направлений (католицизма, пресвитерианства и т.д.) 2.

Однако фактически все многообразие разрозненных пятидесятнических течений и их идеологии еще не было исследовано. Новый материал позволяет понять, насколько изменилось пятидесятничество в 90-е гг. и каковы его вероисповедные основы и социальные воззрения. Главным предметом

1 Численность религиозных организаций США Перевод и публикация: Информационный портал «Религия и СМИ», 17 января 2004 // Источник: World Chris tian Encyclopedia. 2nd edition. A comparative survey of churches and religions in the modern world. Oxford University Press. 2001.

2 Vinson Synan, Ph.D. (Oral Roberts University) The Origins of the Pentecostal movement // http://www.christian-faith.com/revival/pentecostal. исследования является анализ мировоззрения пятидесятничества, которое сложилось в постсоветский период.

Временные рамки, в которые укладывается рассмотрение современного пятидесятничества в данной работе, охватывают всю историю российских пятидесятников, однако основное внимание будет уделено периоду с 1990 года (создания Союза Христиан Веры евангельской Пятидесятников России) до первых лет XXI века. В то время пятидесятническое движение приобрело именно те очертания, какие оно имеет и в настоящее время. Необходимо также отметить, что развитие пятидесятничества в постсоветское десятилетие проходило часто хаотично, отдельные миссии и направления то возникали, находя себе почву для роста, то исчезали, снова появляясь в другом городе или регионе. В последние годы пятидесятничество развивается всё более плавно, так как созданные в постсоветский период структуры более устойчивы, многие движения уже нашли свое место и в централизованных объединениях и в обществе. В работе дана характеристика основных вех становления движения пятидесятников, а также проанализированы расколы внутри него, соперничество отдельных ветвей и лидеров. Исследование мировоззрения пятидесятников в контексте современной философии религии и религиоведения позволит лучше понять аксиологические проблемы, как новых протестантских движений, так и нетрадиционных религий харизматического толка.

Цели и задачи исследования. Задачей настоящего исследования является анализ социальных воззрений и особенностей исторического развития пятидесятничества на российской почве. В работе делается попытка детально объяснить, как и почему пятидесятничество стало одним из самых быстро растущих движений в 90-е гг. среди протестантских конфессий.

Для решениях этих задач было важно выявить «превращенные» и «отраженные» в вероучении пятидесятников особенности общественного сознания, поскольку социальное служение или нравственные нормы представляются для верующих закономерным следствием их веры и часто не осознаются в своей взаимосвязи с социальными отношениями. Взаимопроникновение внутренней парадигмы развития религиозного течения и поисков верующими адекватного богословского ответа на запросы общества, вызовы государства и окружающую культурную среду стало предметом исследования.

Анализ социальной практики пятидесятников в России поднимает такие проблемы, которые трудно понять без представления о роли протестантизма в истории западного общества, поскольку в основе мировоззренческих поисков пятидесятников лежат основные элементы социальной природы протестантизма. Всем протестантским течениям в той или иной степени свойственно обращать внимание на социальные проблемы общества. Множество исследователей от К. Маркса до М. Вебера отмечали, что протестантизм способствовал изменении? общественного порядка в Европе и США и активно участвовал в становлении демократического буржуазного общества со всеми его особенностями. С одной стороны, протестантизм вырос на плодотворной почве капиталистического уклада и являлся его порождением, с другой стороны, именно протестантизм на определенном этапе способствовал изменениям в буржуазных обществах, воспитывая оригинальное понимание социальной ответственности в каждом из них.

Последователи М. Лютера были готовы подчиниться государственной власти, но логика развития протестантизма сделала особенности лютеровского мировоззрения движущей силой демократизации Германии и стран Северной Европы. Демократические принципы стали также одним из важнейших пунктов кальвинистской программы. В рамках социальных взглядов, свойственных Методистской Церкви, демократичность была соединена с озабоченностью конкретными социальными проблемами общества. Пятидесятничество, которое имеет в значительной степени кальвинистскую направленность, сохранило и усугубило евангелистское стремление к социальной и политической справедливости. В пятидесятничестве, в отличие от других протестантских конфессий, ответственность церкви перед обществом, государством и его гражданами является непосредственным стимулом для выдвижения особых претензий в социальной сфере.

Значительное внимание уделяется пониманию пятидесятниками собственной идентичности в рамках общемирового евангельского движения. Хотя пятидесятнические ассоциации и союзы испытывают на себе значительное влияние уже не только своих западных собратьев из США и Европы, но и миссионерских идей и богословских концепций, которые возникали в 80-х и 90-х гг. в Южной Корее, Латинской Америке, в церквях Африки.

Методологической базой исследования послужили достижения отечественных философов религии, религиоведов и социологов религии как советского периода, так и постсоветской эпохи, в разной степени затрагивавших в своих работах тему пятидесятничества.

Новые возможности для исследования религии связаны с отсутствием давления со стороны государственного атеизма на науку. Наряду с этим, при всех недостатках и упущениях исследования религии в России в XX веке был издан целый ряд серьезных трудов3. Без обращения к накопленному за десятилетия опыту осмысления социального значения религии в российской дореволюционной и советской науке характеристика полной картины развития пятидесятничества невозможна. Причем, обращение к объективным научным критериям вполне отвечает запросам атеистического общества, что совершенно естественно в секуляризованном российском обществе 90-х гг., где «большинство граждан уже ощущают себя свободомыслящими атеистами»4.

В начале 90-х гг. большинство ученых стремилось отказаться от господствовавшего ранее партийно-государственного атеизма. Вместе с научным атеизмом, который являлся оправданием религиозных репрессий, были отвергнуты универсальные критерии материалистического научного подхода, которые применялись в предшествующей науке. В результате представления об объективном характере развития религии (анализ реальных социальных процессов и выведение из них духовных процессов) были во многом утрачены. Отказ рассматривать религию в качестве социально обусловленного явления фактически делает выводы любого исследования подвешенными в воздухе и приводит к отказу признавать прямую связь между формированием религиозных идей и социально-экономическими условиями. Тот уровень объективности, который был достигнут в материалистической науке к 70-м гг. XX века и отстаивался поколениями ученых, в советский период часто становился одним из инструментов в достижении

3 К примеру: Клибанов А. И. История религиозного сектантства в России (60-е гг. XIX в. - 1917 г.). М., 1965; Митрохин Л. Н. Современное христианское сектантство. М., 1962; Митрохин Л. Н. Баптизм. М., 1966.

4 Балагушкин Е. Г. Нетрадиционные религии в современной России (морфологический анализ). М., 1999, часть 1, с. 233. идеологических целей. Несмотря на то, что советская власть относилась к гуманитарным наукам во многом утилитарно, именно в этот период российской истории возникла серьезная научная школа в области изучения религии, многим представителям которой удавалось следовать материалистическим принципам непредвзятости и объективности.

Объективно научное осмысление понятия религии должно пережить свое второе рождение. При теологическом подходе всесторонне объяснить религию невозможно5. Конфессиональная ангажированность православно ориентированных или же пятидесятнических авторов, а также конфессиональная литература апологетического характера, обличающая «сектантов», не ставят перед собой научных целей. Для понимания такого религиозного явления, как пятидесятничество, достаточно «методологического атеизма», то есть следования нормам объективной светской науки в анализе этого движения. Для нашего исследования важна мысль о том, что религия в особой «превращенной» форме отражает социальные отношения, а также изменения в экономической и культурной жизни людей. При этом, религиозные представления не сводятся к своему материальному базису, а выводятся из своей «самопротиворечивой и саморазорванной» земной основы. В результате подобного «выведения» или объективирования религиозной идеологии религия предстает в качестве уникального типа социальной деятельности со своей собственной системой норм, предписаний, ценностей, ее санкционирующих и мотивирующих6.

Однако и атеистический взгляд на верования может быть далеко не отстраненным и объективным, если в любом богословском положении усматривается только социально-экономическая подоплека. Каждое верование в трудах представителей «вульгарного марксизма» становилось суммой представлений о мире, тогда как та или иная религия сама по себе является целым миром, отдельным самобытным явлением. Автор стремился учитывать все то ценное, что накоплено предшествующими учеными, и следовать основным критериям объективного подхода, которыми являются свобода от идеологических стереотипов, а также пристальное внимание к внутренней социальной сущности явлений. Результаты исследования основываются не столько на изучении

5 Митрохин Л. Н. Философия религии: новые перспективы \\ Вопросы философии, № 8,2003, с. 36.

6 См. Митрохин Л. Н. Философия религии (опыт истолкования Марксова наследия). М., 1993, с. 98. письменных источников, сколько на материалах полевых исследований. Развернутые беседы с лидерами общин и простыми верующими позволили автору непосредственно познакомиться с живой религиозной жизнью и сознанием пятидесятников, что также оказало влияние на методологию работы и особенности выбора проблематики.

Научная новизна проведенного исследования состоит в следующем: проанализирована новая стадия развития пятидесятиичества и формирования его как цельного религиозного и социального явления. В 90-е гг. пятидесятничество трансформировалось в движение молодых пятидесятнических церквей и миссий (харизматов или неопятидесятников), а также нерегистрированных пятидесятнических объединений, возникших на основе многочисленных полулегальных и подпольных общин советского периода. Парадокс заключается в том, что организационно раздробленное религиозное направление, в котором между собой соседствуют экстатические церкви, требующие «здоровья и процветания», и церкви, консервативные в отношении соблюдения бытовых норм и заботящиеся о «благочинии» во время богослужения, обладает мировоззренческим и богословским единством;

- показано своеобразие пятидесятнического движения, отличающегося от других протестантских конфессий в богословском и мировоззренческом смысле. В работе доказывается, что, несмотря на то, что пятидесятничество существовало в России с начала XX в., только в 90-е гг. оно смогло стать качественно новым явлением в российском евангельском движении и в религиозной жизни в целом; систематизированы основные виды социальной деятельности, политической и миссионерской активности пятидесятнических церквей в постсоветский период; обоснована вероучительная и теологическая основа социально-политических взглядов пятидесятников. Раскрыто существо внутренних богословских механизмов пятидесятнического учения и дана оценка основным идейным движениям и теологическим доктринам современного пятидесятничества в России; введен в оборот новый эмпирический материал, непосредственно раскрывающий существо взглядов основных идеологов пятидесятнического движения 90-х гг., дающий представление о масштабе миссионерской и социальной деятельности церквей пятидесятников, их численности, особенностях в отношениях с представителями власти и общественности.

Положения, выносимые на защиту.

1 .Характеристика богословских положений и социальной деятельности пятидесятничества, как и всякого современного религиозного движения, основывается на социально-онтологическом подходе в интерпретации взглядов церковных лидеров (выявленных в результате полевых исследований, а также исходя из материалов церковных СМИ и т.д.) и конкретной религиозной практики.

2.Исследование принципов социального, экономического, политического и культурного мировоззрения пятидесятников в России возможно, лишь исходя из анализа социально ориентированной пятидесятнической теологии.

3.Исторические и вероучительные аспекты формирования пятидесятнических церквей в России определили особенности развития этого движения в постсоветский период и отношение пятидесятников к государственной власти, обществу и российской культуре.

4.Социальная деятельность пятидесятнических церквей, большая часть из которых возникла в 90-е гг., обосновывалась целым рядом теологических доктрин, касающихся необходимости культивирования в церкви «христианской» экономики, культуры, политики. Привлечение в пятидесятнические общины студенчества, интеллигенции, представителей среднего бизнеса и т.д. сделало пятидесятничество многочисленной общественно значимой церковью, активным членом российского гражданского общества.

5.Социально-богословские идеи российских пятидесятников укоренены в вероучении и мировоззрении мирового пятидесятничества. Черты социально-политической и миссионерской деятельности пятидесятнических церквей в России аналогичны чертам пятидесятнических общин в США, Европе, Азии и Африке. Выявление общепятидесятнических качеств позволяет глубже понять особенности пятидесятничества в России.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Выводы, сделанные автором в результате изучения данной темы, могут способствовать дальнейшей разработке теоретических и прикладных проблем современного российского религиоведения и философии религии. В частности, они могут представлять ценность для исследования социального мировоззрения российского протестантизма. Данные об идейном своеобразии пятидесятничества могут быть использованы учеными, изучающими религиозную философию, а также особенности христианского мировоззрения в современном обществе. Положения и выводы диссертации могут быть использованы в теоретических исследованиях, преподавании, учтены в новых курсах религиоведения, истории и философии христианства, при создании справочных и специальных трудов.

Помимо этого, анализ специфики современного пятидесятничества имеет важное значение для разработки государственной политики в области религии и для просветительской работы среди общественности, формирующей основы религиозной толерантности. Положения и выводы данной работы могут быть использованы в процессе построения государственно-церковных отношений специалистами по взаимодействию с религиозными объединениями на разных уровнях власти, а также другими государственными и общественными деятелями.

Апробация работы. Материалы по изучению пятидесятничества легли в основу целого ряда статей, опубликованных как в широкой печати (в религиозном приложении к «Независимой газете» и в других популярных изданиях), так и в специализированных сборниках, посвященных анализу особенностей современной религиозности в России (к примеру, в сборнике «Религия и общество. Очерки современной религиозной жизни России». Отв. ред. и сост. С. Б. Филатов. Москва -СПб, 2002). Помимо этого, результаты целенаправленных полевых исследований пятидесятнического движения в России были отражены в энциклопедических трудах - «Современная религиозная жизнь России. Опыт систематического описания». Отв. ред. М. Бурдо, С.Б. Филатов. М., 2003, том II, а также «Атлас религиозной жизни России» (М.: «Летний сад», 2005, том I). Статьи, посвященные развитию пятидесятничества в постсоветское время, публиковались в английских, немецких и американских религиоведческих изданиях.

Выводы, сделанные автором во время исследования современного пятидесятничества, были предметом обсуждения на целом ряде семинаров и конференций. В частности, автор был участником серии семинаров «Религия и глобализационные процессы» в Московском Центре Карнеги в 2002-2003 гг., принимал участие в семинарах для протестантских лидеров в Российской академии государственной службы. Кроме того, раскрытию специфики социального и богословского мировоззрения пятидесятников были посвящены доклады, сделанные автором на коллоквиуме «Современные религиозные практики», организованном Центром международных исследований (Франция) в январе 2004 года, на конференции «Эстетика как религиозный фактор в Восточном и Западном христианстве», проводившейся Университетом Утрехта (Нидерланды) в июне 2004 года, а также на конференции «Христианство и права человека», проводившейся Университетом Сэмфорда (Бирмингем, Алабама) в ноябре 2004 года.

Диссертация была обсуждена в секторе философии религии Института философии Российской академии наук и рекомендована к защите.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения и библиографии.

Заключение диссертации по теме "Религиоведение, философская антропология, и философия культуры", Лункин, Роман Николаевич

Заключение: пятидесятники перед лицом будущего

Современная Россия встала в один ряд теми странами, в которых развивается пятидесятничество. Это движение является по существу провозвестником нового понимания духовной культуры и христианской церкви. В процессе своего исторического развития пятидесятники испытали на себе влияние российской культуры, общественного сознания и политики государственной власти. В результате было выработано своеобразное для России религиозное мировоззрение.

Определенные социальные взгляды и эстетическая культура пятидесятничества складывались, в основном, уже в постсоветскую эпоху. Из маргинальной религиозной группы, какой были советские пятидесятники, пятидесятническое движение превратилось в значительную силу, - не только внутри протестантского течения, но и в рамках российского гражданского общества. Стремясь найти свое место в обществе, пятидесятнические церкви в чем-то освобождаются от самых вызывающих и экстатических черт, а в чем-то «приучают» общество к своему эмоциональному образу.

Пятидесятничество вынуждено было развиваться в России в условиях нестабильности и репрессий. Оно чрезвычайно выросло и усилилось после серии религиозных взрывов, отчаянных проявлений ревайвела: в эпоху НЭПа (когда оно стало значительной и самостоятельной частью российского протестантизма), затем в послевоенную эпоху нелегальных церквей и союзов и, в особенности, после развала Советского Союза, когда в период религиозной свободы 90-х гг. пятидесятники обладали практически неограниченными миссионерскими возможностями. С конца 80-х гг. до начала XXI века пятидесятнические общины с еще не до конца оформившейся административной структурой и идеологией (или же идеологией «подполья») смогли проделать непростой путь до полноправного церковного института, члены которого открыто заявляют о своих претензиях на место в обществе.

В связи с размышлениями о росте протестантского движения (и, прежде всего, пятидесятнического) среди исследователей и публицистов довольно часто, в первую очередь, возникает вопрос о западном влиянии и его роли в развитии церковного мировоззрения. Но проблема влияния иностранных проповедников на российское пятидесятничество не так однозначна, как это представляется. Утверждение о решающем значении западного влияния на церкви в России в значительной степени надумано и является грубым идеологическим штампом. Восприятие же богословских теорий, родившихся в Европе, Южной Корее или Латинской Америке, на российской почве и их эволюция является проблемой научных исследований ближайшего будущего.

Западные миссионеры с одной стороны раскололи традиционное движение христиан веры евангельской, а с другой сделали его способным на любые миссионерские эксперименты, придали «старым» церквям больше смелости в выражении своей общественно-политической и культурной точки зрения. Что касается радикализма в эмоциональном богослужении и «коммерциализации» проповеди и церковной жизни, то эти черты остались в одних «американизированных» церквях и ушли в других, которые оказались способны к эволюции и стали более умеренными и респектабельными.

Среди тех характерных черт, которые будут определять организационную структуру и особенности идейных размежеваний внутри пятидесятничества и в будущем, следует отметить неизбежность периодических харизматических всплесков или «ревайвелов». В рамках пятидесятнического богословия поиск ответов на важнейшие вопросы веры ведется на основе «откровений» и на основе практического богословия, по преимуществу, харизматического. Харизматия, как бурная апелляция к Божеству, стала для пятидесятнических церквей, универсальным выходом из кризисных идеологических, культурных и богословских ситуаций. Это качество в полной мере приложимо к российским пятидесятническим церквям.

Российское пятидесятничество является частью классического протестантизма, который придерживается фундаменталистских принципов. Однако само по себе следование пятидесятничества основам протестантского фундаментализма не способно привести его к созданию четко разработанной и осознаваемой верующими, отрефлексированной социальной доктрины. Развернутое социальное мировоззрение пятидесятничества еще находится в стадии формирования, но реальная социальная активность церквей несет в себе тот заряд, который уже старается изменить общество, согласно определенным принципам. Эти принципы социального мировоззрения пятидесятников часто напрямую следуют из их богословской доктрины и этических правил.

Подводя итоги вышесказанного, основные черты пятидесятнического мировоззрения можно выразить в качестве ряда положений, показывающих, как конкретные элементы вероучения и особенности развития движения формируют церковную идеологию современных пятидесятников в России.

Во-первых, пятидесятничество декларирует свою приверженность демократическим идеалам, но, вместе с тем, основываясь на богословии духовных даров, оно вырабатывает свои собственные требования к государству и обществу. От государства, как «богоустановленного института», пятидесятничество требует соблюдения демократии, а значит и свободы для распространения своих идеалов через проповедь и общественное служение. Потребительскому сознанию пятидесятничество противопоставляет христианскую ответственность, которая проявляется в осуществлении социальных программ.

Во-вторых, экономические воззрения пятидесятничества предполагают свободу рыночной системы и основываются на ней. Несмотря на противопоставление своих ценностей идеалам массового потребительского сознания, пятидесятники в рамках различных трактовок теологии «процветания» проповедуют необходимость личного коммерческого успеха в жизни христианина, приобретения материальных средств и ценностей, как «благословений».

В-третьих, будучи порождением демократической общественной системы, пятидесятники наиболее активно приспосабливаются к требованиям властных структур в тоталитарных и посттоталитарных развивающихся обществах. Стремление избежать конфликта с государственной властью сочетается в пятидесятническом мировоззрении с отстаиванием демократических свобод и открытостью к диалогу с властью вплоть до начала гонений. В период репрессий в пятидесятнической среде обостряются эсхатологические переживания и появляются пророчества о «конце света», подчеркивающие антихристианскую суть тоталитарной власти.

В-четвертых, рост численности и влияния пятидесятнических церквей обуславливается не только экономическим мировоззрением этого движения, но и кризисом традиционных христианских церквей и в целом автохтонных этнических религий. Однако, отвергая обычаи и представления традиционных конфессий, различных верований, а также элементы нехристианской или же постхристианской культуры, пятидесятничество в процессе своей миссии не отбрасывает их наследие. Как и в социальной сфере, идеологи пятидесятников стремятся взять на себя религиозную «ответственность» за окружающую их национальную культуру.

Понимание пятидесятниками государства, общества, экономики и нравственности стали основой для переосмысления культурных ценностей и мифов, с которыми пятидесятнические лидеры столкнулись на территории России. Тем более, что привлечение элементов культуры и различных видов творчества в церковь осознается пятидесятниками как необходимая часть социальной активности верующего.

Примером адаптации новых миссионерских церквей стала пятидесятиическая миссия среди коренных народов России. Для малых народов элементы их традиционной культуры и веры стали важнейшим элементом самосознания с начала 90-х гг. Однако форма, в которой официально возрождалась «народная традиция» в национальных регионах, вошла в противоречие с реальными требованиями экономической ситуации и мироощущением части национального общества. Эта часть стремилась построить не «новое традиционное сознание», разрушенное советской властью, а новое демократическое открытое общество на основе родной культуры.

На фоне общего равнодушия к возрождению конкретных традиционных ценностей и обычаев в российском обществе и часто враждебности православной общественности к национальным движениям пятидесятники стали носителями демократической культуры в среде малочисленных народностей. В национальных пятидесятнических церквях Дагестана, Камчатки или Адыгеи элементы народной культуры были переосмыслены в рамках христианской парадигмы и стали основанием для рождения новой этики и эстетики.

Православная культура поставила перед пятидесятниками целый ряд задач, которые идеологи движения начали решать с конца 90-х гг. Активный поиск собственных корней и осознание российской идентичности способствовали созданию в пятидесятническом мировоззрении концепций русской духовной истории, куда вписываются пятидесятники — от гротескных историософских аналогий со стригольниками и иконоборцами до попыток найти в истории то, что хотя бы отдаленно соответствует пятидесятническому идеалу.

Помимо этого, пятидесятники поставили перед собой более сложную культурную задачу - не столько переосмыслить целые пласты русской культуры (как например, художественные образы литературы), сколько сделать оригинальную интеллектуальную культуру частью церковной жизни. Отношение пятидесятников к Русской Православной Церкви на этом начальном этапе выработки собственного культурного сознания показывает различное понимание церковными идеологами того культурного синтеза, который, возможно, сложиться в российском пятидесятничестве.

В социальных воззрениях пятидесятников часто не стоит искать ни опровержения автохтонной традиции народа, ни поисков ответа на «вызовы» православных патриотов. Ведь, в России, как и на Западе, в Африке и в Латинской Америке пятидесятники вызывают столь же неподдельный религиозный интерес соединением глубокой, мистической веры в «дары» и «откровения» Святого Духа с эффективным социальным служением, своим стремлением нести религиозную ответственность за «спасение» общества и государства в целом. Новизна пятидесятничества заставляет новообращенных по-иному - обостренно экзистенциально - взглянуть на ключевые вопросы религии - каков смысл существования человечества, есть ли эстетическая ценность в соблюдении нравственных норм и в чем внутреннее, глубокое значение, как жизни, так и смерти.

На фоне распространения различных протестантских течений гражданское общество в России сталкивается не только с укоренением ранее чуждых православно ориентированной культуре конфессий, но и с принципиально иными духовными нормами, которые существуют в рамках христианства. После распада Советского Союза в российском обществе стали разворачиваться интенсивные религиозные процессы, наряду с общей для европейских стран секуляризацией.

Значительная часть общества, исходя из единых для большинства посттоталитарных государств законов, оказалась привержена новым формам религиозности. Одной из таких форм является пятидесятничество, которое, с одной стороны, стремится стать «харизматичной» частью любого направления христианства, с другой пользуется преимуществами культурной и экономической глобализации, а также последствиями духовных и социальных кризисов.

Список литературы диссертационного исследования кандидат философских наук Лункин, Роман Николаевич, 2005 год

1.Алексеева Л. История инакомыслия в СССР. М., 1983;

2. Алов А. А., Н. Г. Владимиров, Ф. Г. Овсиенко. Мировые религии. М., 1998;

3. Балагушкин Е. Г. Критика современных нетрадиционных религий. Истоки, * сущность, влияние на молодежь Запада. М., 1984;

4. Балагушкин Е. Г. Нетрадиционные религии в современной России (морфологический анализ). М., 1999, часть 1-2;

5. Белов А. В. Лженаставники юношества. О деятельности христианских сект. М., 1973;

6. Белов А. В. Секты. Сектантство. Сектанты. М., 1978;

7. Библейские доктрины пятидесятническая перспектива. Издательство «Life Publishers International». М., 1999;

8. Гараджа В. И. Критика новых течений в протестантской теологии. М., 1977;

9. Гаркавенко Ф. И. Христианское сектантство в СССР (социологический анализ, особенности идеологии и психологии, типы и элементы вероучения и культа). М.,1964;

10. Ю.Граждан В. Д. Антиобщественный характер вероучения, морали и деятельности современного пятидесятничества (по материалам Казахстана). М., 1965;

11. Граждан В. Д. Вероучение и мораль пятидесятников. М., 1989;

12. Дворкин A. JI. Сектоведение, тоталитарные секты: опыт систематического исследования. Нижний Новгород, 2000;

13. Дмитренко Н. П. Социально-этические воззрения современного пятидесятничества (критический анализ экстремистских тенденций). Ленинград, 1980;

14. Н.Ефимов И. Современное харизматическое движение сектантства (исторический очерк, критический разбор вероучения, положение в настоящее время). М., 1995; 15.3аватски, Вальтер. Евангелическое движение в СССР после второй мировойвойны. М., 1995;

15. Карлюк А. С. Очерки по научному атеизму. Минск, 1961;

16. Клибанов А. И. Религиозное сектантство в наши дни. М., 1964;

17. Клибанов А. И. История религиозного сектантства в России (60-е гг. XIX в. -1917 г.). М., 1965;

18. Клибанов А. И. Религиозное сектантство и современность (социологические и исторические очерки). М., 1969;

19. Клибанов А. И. Религиозное сектантство в прошлом и настоящем. М., 1973;

20. Клибанов А. И. Из мира религиозного сектантства. Встречи. Беседы. Наблюдения. М., 1974;

21. Коул Э.Л. Мужчины. Достигая максимума. Руководство по выживанию семьи. «Библейский взгляд». СПб., 1994;

22. Кривельская Н. В. Секта: угроза и поиск защиты. М., 1999;

23. Критика религиозного сектантства (опыт изучения религиозного сектантства в 20-х начале 30-х годов). Под общей ред. А. И. Клибанова. М., 1974;

24. Кураев А. Дары и анафемы: что христианство принесло в мир? М., 2003;

25. Кураев А. Протестантам о православии. Ростов-на-Дону, 2003;

26. Лешан В. Е. Новые тенденции в эволюции религиозного сектантства (опыт философского и социологического анализа). М., 1985;

27. Лешан В. Е. Лики христианского сектантства. Киев, 1988;

28. Лялина Г. С. Баптизм: иллюзии и реальность. М., 1977;

29. Мельник В. И. Эволюция современного пятидесятничества. Львов, 1985;

30. Мельник В. И. Молодежь в пятидесятничестве: поиски идеала. Львов, 1992;

31. Митер, X. Генри. Основные идеи кальвинизма. «Христианский мост». СПб, 1995;

32. Митрохин Л. Н. Современное христианское сектантство. М., 1962;

33. Митрохин Л. Н. Баптизм. Издательство политической литературы. М., 1966;

34. Митрохин Л. Н. Философия религии (опыт истолкования Марксова наследия). М., 1993;

35. Митрохин Л. Н. Баптизм: история и современность (философско-социологические очерки). СПб, РХГИ,1997;

36. Митрохин Л. Н. Философия религии: новые перспективы \\ Вопросы философии, № 8, 2003, с. 18-36;

37. Морев, И., протоиерей. В защиту веры и особенно православной. Против неверия и религиозного заблуждения. Нижний Новгород, 2003;

38. Москаленко А. Т. Идеология и деятельность христианских сект. Новосибирск, 1978;

39. Москаленко А. Т. Пятидесятники. М., 1973;41 .Нетерпимость в России: старые и новые фобии. Под ред. Г. Витковской и А. Малашенко. Московский Центр Карнеги. М., 1999; * 42. Основы социальной концепции Российского Объединенного Союза Христиан

40. Веры Евангельской (РОСХВЕ). М., 2002;

41. Пелт, Ненси Ван. Найти и удержать. Изд-во «Источник Жизни», 1996;

42. Подберезский И. В. Быть протестантом в России. М., 1996;

43. Православная Церковь. Современные ереси и секты в России. Издание 2-е. Изд-во «Православная Русь». СПб., 1995;

44. Протестантские организации в СССР (социальный облик, идеологическая, политическая позиция, проповедническая деятельность). М., 1989;

45. Протестантизм: словарь атеиста. М., 1990;

46. Путинцев Ф. М. Политическая роль и тактика сект. М., 1935;

47. Пучков П. И., О. Е. Казьмина. Религии современного мира. М., 1998;

48. Религии народов современной России. Словарь. Отв. ред. М. П. Мчедлов. Издво «Республика», 1999;

49. Религия и глобализация на просторах Евразии. Под ред. А. Малашенко и С. Филатова. Московский Центр Карнеги. М., 2005;

50. Религия и общество. Очерки современной религиозной жизни России. Отв. ред. и сост. С. Б. Филатов. Москва Петербург, «Летний сад», 2002;

51. Религия и политика в посткоммунистической России. Под ред. Л.Н. Митрохина. М., 1994;

52. Современная религиозность: состояние, тенденции, пути преодоления. Киев, 1987;

53. Современная религиозная жизнь России. Опыт систематического описания. Том II. Отв. ред. М. Бурдо, С. Б. Филатов. М., «Логос», 2003. Том I, М., «Логос», 2004;

54. Современное сектантство и его преодоление. Вопросы истории религии и атеизма. Вып. IX. По материалам экспедиции в Тамбовской области в 1959 г. Под общей ред. А. И. Клибанова. М.5 1961;

55. Старые церкви, новые верующие: Религия в массовом сознании постсоветской России. Ред. К. Каариайнен, Д. Фурман. М.; СПб.: Летний сад, 2000;

56. Тематическая программа Библейской школы по вероучению ОЦ ХВЕ. Издание второе. «Слово Христианина», Винница, 2000;

57. Усач Н., Трофименко В. Водимые Духом Святым (Виктор Белых и * сподвижники). К истории пятидесятнического движения. Книга 3. «Слово

58. Христианина». Винница, 2002;

59. Усач Н., Трофименко В. «Крещенные Огнем» (Иван Левчук и сподвижники). «Слово Христианина». Винница, 2002;

60. Усач Н., Трофименко В. Шествие пятидесятницы. «Слово Христианина». Винница, 2002;

61. Филатов С. Российский протестантизм: успех в равнодушном к вере обществе // ф Вопросы философии, № 5, 2004, с. 20-32;

62. Филимонов Э. Г. Новые тенденции в идеологии и деятельности современного сектантства. М., 1977;

63. Филимонов Э. Г. Социальная и идеологическая сущность религиозного экстремизма. М., 1983;

64. Филист Г. М. Урбанизация и сектантство. Минск, 1986;

65. Церкви в США. Справочник. Под ред. Д. Е. Фурмана. М., 1982, вып. 4; 71.Чанышев А. Н. Протестантизм. М., 1969;

66. Шохова Л. 18 лет ГУЛАГа. Из жизни епископа Ивана Федотова. «Воскресенье». Малоярославец, 1992;

67. Яковлев В. Г. Критика идеологии и деятельности секты пятидесятников в Казахстане (в помощь пропагандистам агитаторам). Алма-Ата, 1961;

68. Bourdeaux, Michael. Faith on trial in Russia. London, 1971;

69. Bourdeaux, Michael. Religious ferment in Russia. Protestant opposition to Soviet Religious Policy. London, 1968;

70. Durasoff, Steve. The Russian Protestants: Evangelicals in the Soviet Union: 1944 -1964. Dickinson University Press, Rutheford, 1969;

71. East-West Church & Ministry Report (The Global Center, Samford University), Summer 2004, Vol. 12, No. 3;

72. НШ, Kent R. The Puzzle of the Soviet Church. An inside look at Christianity and Glasnost. Multnomah Press Institute of Religion and Democracy. Washington, 1989;

73. Religion, State & Society. Keston Institute. Vol. 28, 2000, No. 1;

74. Robertson, Jenny. Be our voice. The story of Michael Bourdeaux and Keston College. London, 1984;

75. Sydney E. Ahlstrom. A religious history of the American people. New Heaven and London: Yale University Press, 1973;

76. World Christian Encyclopedia. 2nd edition. A comparative survey of churches andrreligions in the modern world. Oxford University Press. 2001.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 196440