Южный диалект башкирского языка (в сравнительно-историческом освещении) тема диссертации и автореферата по ВАК 10.02.06, доктор филологических наук Миржанова, Сария Фазулловна

Диссертация и автореферат на тему «Южный диалект башкирского языка (в сравнительно-историческом освещении)». disserCat — научная электронная библиотека.
Автореферат
Диссертация
Артикул: 302963
Год: 
1983
Автор научной работы: 
Миржанова, Сария Фазулловна
Ученая cтепень: 
доктор филологических наук
Место защиты диссертации: 
Уфа
Код cпециальности ВАК: 
10.02.06
Специальность: 
Тюркские языки
Количество cтраниц: 
366

Оглавление диссертации доктор филологических наук Миржанова, Сария Фазулловна

К постановке проблемы

Актуальность проблемы. На современном этапе развития советской тюркологии создание обобщающих монографических исследований по диалектам конкретных тюркских языков выступает одним из основных его направлений (Кононов, 1980, с*18).

Тюркские диалекты и говоры, будь то язык с длительной письменно-литературной традицией или бесписьменный язык, содержат в себе целый ряд самобытных особенностей, восходящих к самым ранним периодам развития данного языка. Они несут в своих недрах также^реликтовые явления, оставшиеся от былых этно-исторических, культурно-экономических контактов с другими тюркскими и иносистемными языками, происходивших в процессе эволюции данного языка.

Свод диалектных фактов, выявленных и обобщенных при монографическом исследовании тюркских диалектов, является надежной основой для создания обобщающих трудов по сравнительной диалектологии тюркских языков.

А в тюркских языках, имеющих сложную диалектную систему говоров и письменно-литературная традиция которых не столь продолжительна, значение диалектных данных повышается, по словам ак. А.Н.Кононова, на уровень фактов языка древнетюрк-ских письменных памятников; они выступают одним из ценных источников при изучении истории языка, при разработке их исторической фонетики, грам?4атики и лексики, дают ценные сведения для сравнительно-исторических исследований.

Научно обработанный диалектный материал необходим и при решении практических задач языкового строительства: он способствует усовершенствованию и унификации фонетических, грамматических и лексических норм литературного языка, использованию словарного богатства диалектов в целях функционального и стилистического обогащения литературного языка.

Изучение диалектов и говоров способствует также успешному развитию других областей языкознания, как прикладная лингвистика: лексика диалектов служит необходимым источником при составлении словарей различных типов.

Вязиизучением общих закономерностей развития национальных языков вветском обществе монографическое исследование опорных диалектов, легших в основу литературного языка,ужит необходимой предпосылкой и при разработке вопросов развития литературного языка, а также взаимодействия и взаимоотношения егообщенародной основой (Кайдаоов, 1959,2).

Основу башкирского литературного языка составили два опорных диалекта: восточный и южный.

Актуальность монографического изучения двух опорных диалектов в плане раскрытия взаимоотношения их друг другу и каждого из них - к литературному языку выступала одной из важных проблем башкирского языкознания. Еще в 19ЬУг. А.А.Юлдашев писал, что изучение их послужило бы "важным подспорьем для воссоздания истории диалектов и башкирского языка в целом" { Юлдашев, 1959, 0.213-214).

Цель исследования. Первоначальные задачи башкирской диалектологии были подчинены нуждам языкового строительства.Первыми монографиями по диалектологии явились кандидатские диссертации Т.Г .Баишева(,1949) и А.А.Юлдашева С1950). В настоящее время проведена значительная работа по монографическому изучению отдельных говоров и конкретных районов двух опорных диалектов. Так, по некоторым говорам и зонам восточного диалекта защищены кандидатские диссертации Н.Х.Ишбулатовым, Н.Х. Максютовой, СМиржановой и др. По отдельным зонам южного диалекта написали работы Н.Х-.Максютова, С.Ф.Миржанова, У.М. Яруллина, и защитили кандидатские диссертации Х.Г.Юсупов, Р.Г. Азнагулов, У.Ф.Надергулов С См,список литературы) и др.

Башкирские диалектологи вплотную подошли к задаче монографического исследования диалектовсистемой их говоров вавнительном иавнительно-историческом освещении. Первой работой в этом направлении явилась докторская диссертация Н.Х.Ишбулатова (1975), посвященнаяавнительной характеристике фонетических и морфологических особенностей говоров двух опорных диалектов в их отношении к литературному языку. Новым в диссертации Н.Х.Ишбулатова является территориальная группировка говоров вотношении ихисторико-этнографической группировкой. Однако подобная идентификация не оправдана по отношению к более мелким диалектным подразделениям, как подговор и т.д. (Ишбулатов, 1975,8).

Монография Н.Х.Максютовой "Восточный диалект башкирского языка в сравнительно-историческом освещении" (1976), посвященная изучению всех говоров в системе этого самобытного диалекта на всех уровнях языка, ныне представляет одну из капитальных работ по башкирской диалектологии. Результаты своих многолетних исследований по восточному диалекту Н.Х.Максюто-ва обобщила в докторской диссертации (1981).

Данная диссертация посвящена изучению южного диалекта и преследует цель этно-лингвистической характеристики одного из крупных опорных диалектов башкирского языка и системы его говоров, что включает в себя рассмотрение таких конкретных задач, как:

1) этническая основа и исторические контакты, способствовавшие формированию территориальных говоров и становлению южного диалекта;

2) классификация башкирских диалектов и говоров на современном этапе;

3) описание фонетических, морфологических и лексических особенностей говоров южного диалекта в сравнении и сопоставлении с диалектными данными башкирского и других языков;

4) научное осмысление и обобщение диалектных фактов южного диалекта, определение исторического отношения его говоров к тюркским языкам поволжского, среднеазиатского, восточносибирского и других регионов.

Материалы и источники. Основным фактографическим материалом для диссертации послужили полевые записи, сделанные автором в девяти диалектологических и комплексной экспедициях Института истории, языка и литературы БФАН СССР 1958-1971 гг. и во время командировочных выездов автора с 1955 по 1930 гг.

Языковой материал собирался по специальному "Вопроснику" (1959) и "Анкете" (1951).

В качестве дополнительных источников и для сравнительного материала привленаются данные диалектологических, толковых, двуязычных словарей башкирского, татарского, чувашского, туркменского, якутского и других языков, а также труды ученых по диалектологии, лексикологии и истории тюркских языков.

Методология и методика исследования.

Известно, что "утверждение тюркских языков в их новых ареалах явилось результатом сложнейшего синтеза тюркоязычных мигрантовместными разноязычными этническими образования-ми"(Кузеев, 1973,Л)."Ассимилируя местные наречия, тюркские языки испытывали ильное обратное воздействие. При этом элементыбстратного происхождения нередко распространялись в виде разных диалектных форм издавали видимость нерегулярного проявления общетюркских тенденции"(Щербак,1975,19).

Имея в виду эту немаловажную особенность тюркских языков, и памятуя известное положение, неоднократно развиваемое в трудах Ф.Энгельса о том, что возникновение и развитие диалектов тесноязаноисторией этих племен СК.Маркс, Ф.Энгельс, Соч., т.XIX,489-490; 524; т.Ш,96-97 ), автор по мере возможности пытается проводить изучениеановления и развития диалекта через призму этнической истории носителей диалекта,учитывая при этом и особенности их этно-исторических контактов и взаимодействий.

Методика современного монографического исследования тюркских диалектов как системы не ограничивается лишь каким-либо одним методом, а предполагает использование комплекса методов, сочетания нескольких методов изучения.

Так, при синхронном описании применение и сравнительно-сопоставительного метода в плане оппозиции с литературным языком и другими диалектами языка способствует, с одной стороны, выявлению самобытных, свойственных изучаемому диалекту черт и отживших и архаических явлений; с другой стороны, при сопоставлении вариантов и форм раскрывается богатство народно-разговорного языка во всем его "диалектном многообразии" (Жирмунский, 1976, с .401).

В свою очередь при изучении реликтовых и архаических форм южного диалекта автор обращается кавнительно-историческому методу исследования, который в данномучае являетсямым результативным ССеребренников, Гаджиева, 1979,3-4), так как "материя и форма родного языка" только тогда могут быть понятны, когда прослеживаются его возникновение и развитие, а это невозможно, если оставлять без внимания, во-первых, егобственные омертвевшие формы и, во-вторых, родственные живые и мертвые языки"( К.Маркс, Ф.Энгельс, Соч., т.ХХ,ЗЗЗ). Дляавнительно-исторического анализа диалектных явлений говоров устанавливаются коррелятивные ряды,привлечением аналогичных фактов из языка древнетюркских памятников, других тюркских, финно-угорских, монгольских и индо-европейских языков, чтоособствует выявлению более древнегостояния анализируемого явления или определению языка-источника, если оно оказалось заимствованием.

Кроме того систематический диалектный материал, собранный по специальной "Анкете" или "Вопроснику", дает также возможность исследователю в некоторых случаях проводить лингво-географические интерпретации и определять ареал распространен нения отдельных диалектных явлений.

Исходя из вышеизложенного, при монографическом исследовании южного диалекта башкирского языка автор применяет метод синхронного описания, используя при этом и сравнительно-сопоставительный, и при необходимости сравнительно-исторический и ареальный методы. Синхронное описание основных фонетических, морфологических и лексических особенностей говоров осуществляется путем регулярного сопоставления с литературным языком. Следовательно, общие языковые черты двух диалектов, которые легли в основу литературного языка, в работе фигурируют б плане оппозиции к диалектным особенностям говоров. Диалектные же особенности, составляющие специфику говоров южного диалекта, рассматриваются в сравнении с данными восточного диалекта и литературного языка. Отдельные сугубо специфические, реликтовые явления подвергаются сравнительно-историческому анализу. Таким образом, говоры южного диалекта изучаются не изолированно, а в общей системе устного народно-разговорного и современного литературного языков.

Научная новизна исследования. Южный диалект с его системой говоров еще не подвергался сплошному монографическому исследованию, хотя по отдельным его районам и говорам имеется ряд монографий и публикаций.

Диссертация представляет первое исследование, посвященное системному изучению говоров южного диалекта на всех уровнях языка. В ней дается этническая и лингвистическая характеристика южного диалекта: рассматриваются принципы классификации говоров южного диалекта и диалектов башкирского языка; освещаются проблемы становления носителей и формирования говоров южного диалекта; выявляются территориальные и исторические контакты говоров диалекта, отношение их и диалекта в целом к другим диалектам башкирского и других тюркских языков. В монографии обобщаются многолетние наблюдения и изыскания автора по говорам башкирского языка.

В области лексики на основе собранного лексического материала впервые, установочно, проводится территориальная группировка диалектной лексики, выделяется сугубо специфическая лексика внутри говоров, проводится локализация их по подговорам, определяются некоторые реликтовые диалектизмы, проводится количественно-статистическая характеристика диалектной синонимии, выявляются предварительные исторические пласты диалектной лексики, связанные с современными и историческими междиалектными и межъязыковыми контактами, рассматривается диалектная фразеология, варианты пословиц и поговорок, бытующих в говорах южного диалекта.

Теоретическое значение и практическая ценность, Серия монографий, завершающих исследование всех диалектных единиц башкирского языка, имеет исключительно важное теоретическое и практическое значение как для башкирского, так и тюркского языкознания в целом. Так, монографическое исследование южного диалекта явится, во-первых, той научной базой, на основе которой будут непосредственно вестись изыскания по исторической диалектологии и истории башкирского языка. Во-вторых, монография вводит в научный оборот значительный круг систематизированного материала по башкирским диалектам и современному литературному языку, необходимый при ареальных и сравнительно-исторических исследованиях. В-третьих, основные положения и выводы, а также языковые данные одного из ведущих диалектов башкирского языка будут использованы при научно-практических разработках современного литературного языка. Выпущенная автором книга "Южный диалект башкирского языка" является ценным научным источником для специалистов по диалектологии башкирского и других тюркских языков, для преподавателей вузов, пособием для аспирантов и студентов филологических факультетов, а также преподавателей башкирского языка средних школ.

Апробация работы и публикации. Результаты исследования автора по отдельным вопросам башкирских говоров и диалектов неоднократно апробировались на всесоюзных тюркологических и региональных конференциях по диалектологии тюркских языков в городах Алма-Ате, Баку, Кишиневе, Нукусе, Ташкенте, Уфе. Основноедержание диссертации вышло отдельной книгой в Москве под названием "Южный диалект башкирского языка" (М.: Наука, 1979, - 272 е.). Лексика опорных диалектов была опубликована вавторствеН.Х.Максютовой и Н.Х.Ишбулатовым в "Словаре башкирских говоров", т.1 (.Уфа: 1967. - 300)» Т.П. (.Уфа: 1970. - 326 е.). Ряд вопросов диссертации получили освещение в журнале "Советская тюркология" (1973,//1979,//4; 1981,А/ I ) , а также языковедческихорниках ИйЯЛ БФАН СССР (См.исок литературы).

Объем и структура работы. Объем диссертации составляет 305 стр. машинописи. Диссертация состоит из предисловия,введения, трех глав, заключения. В приложении даны образцы связных текстов, схематические карты родо-племенного состава носителей южного диалекта, башкирских диалектов, говоров южного диалекта (6 0 с тр.).

Фактографический материал по башкирскому языку в работе передается современным башкирским алфавитом на основе русской графики с расшифровкой русских графем е, ю, я сочетанием букв йе, йу, ^а, графемы в через у. Диакритические знаки означают: а0 - огубленный вариант фонемы а у - билабиальный согласный - - знак редукции гласных

Специфические звуки башкирского языка переданы, как и в алфавите, через графемы: о - узкий краткий губной гласный заднего ряда (б) е - узкий краткий губной гласный переднего ряда (В; в - широкий гласный переднего ряда (Й)

3 - в начале слова узкий краткий гласный переднего ряда Се)

9 - интердентальный звонкий согласный (&) (? - интердентальный глухой согласный С$ ) Ь - фарингальный спирант С Ь) г - увулярный звонкий согласный Су) ■к - увулярный глухой согласный ( с| )

4 - назализованный сонант сп,)

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Южный диалект башкирского языка (в сравнительно-историческом освещении)"

Этно-лингвистическая характеристика южного диалекта

Территория современного расселения башкир компактными группами охватывает с запада степи Куйбышевской, Саратовской и Оренбургской обл. и через Уральские горы проходит на восток, вплоть до Тюменской обл. в Западной Сибири. На севере башкиры живут в Пермской, Свердловской обл.

По переписи 1979 г. численность башкир составляет более 1 млн. 371 тыс. чел. (ВС, 1981, г/7, с.40).

В настоящее время на территории БАССР проживает в тесном содружестве до 100 национальностей. Общее число населения республики составляет 3 млн. 848,6 тыс.чел., из них русские представляют 40,3 башкиры - 24,3 %, татары - 24,5 %, чуваши и финно-угры - 7,6% (Яраксин, 1981, с.19).

На такой обширной территории башкирский народ в исторически обозримый период входил в тесное взаимодействие с различными тюркскими, монгольскими, финно-угорскими и русским народами. Эти контакты не проходили бесследно для башкирского языка. Они отражались в различной форме на его говорах и диалектах и влияли на формирование их.

В современном башкирском народно-разговорном языке выделяется три крупных территориально-диалектных массива, которые группируют в себе ряд самобытных говоров, а именно: I)восточный диалект; 2) южный диалект; 3) группа северо-западных говоров, взаимодействующих с татарским, чувашским и финно-угорскими языками.

Южный диалект, известный в ранних работах по башкиро-ведению под названием "юрматынский'Ч^а^Ы^и,, 1929, с.8-18) , в трудах дореволюционных ученых - как наречие степных юренбургскиххполевых башкир ^Бессонов, 1881, с.236-238) или степное, луговое наречие ((1ас[1с{А , 1882, с.125-126, 216) , ныне представляет народно-разговорный язык южных и центральных башкир.

По современному административному делению территория южного диалекта охватывает 25 районов из 54 Башкирской АССР, куда входят башкирские населенные пункты Альшеевского, Архангельского, Аургазинского, Баймакского, Белорецкого, Бижбу-лякского, Буздякского, Бурзянского, Гафурийского, Давлеканов-ского, Зианчуринекого, Зилаирского, Иглинского, Итимбайско-го, Кармаскалинекого, Кугарчинского, Кумертауского, Мелеузов-ского, Миякинского, Нуримановокого, Стерлибашевского, Стерли-тамакского, Федоровского, Хайбуллинского, Чишминского р-нов БАССР - общим количеством около 300 тыс. чел. башкир (БАССР, АТД, 1981).

За пределами Башкирии южный диалект включает разговорный язык оренбургских, куйбышевских, саратовских башкир. Оренбургские башкиры (.более тыс. чел.) отдельными группами проживают в Александровском, Красногвардейском, Кувандык-ском, Новосергиевском, Октябрьском, Перволоцком, Саракташ-ском, Тюльганском р-нах Оренбургской области; саратовские (более 2 тыс. чел.') живут в семи деревнях Перелюбского и Пугачевского р-нов Саратовской области; куйбышевские башкиры С около 5 800 чел.) расселены в восьми селах Больше-Черниговского и Болыпе-Глушицкого р-нов Куйбышевской области С ИВПН т.114 с.109, 116, 95-96 ) . Общее число носителей южного диалекта в 37 районах составляет более 350 тыс. чел, башкирского населения.

Граница южного диалекта на востоке идет по восточной границе БАССР. Затем по линии населенных пунктов 1-е Туркме-нево - Тубинск - Муллакаево - Кульчурово Баймакского р-на идет на запад по р.Белой через дд. Мендегулово - Старо-Суб-хангулово - Ново-Мунасипово - Байназарово в Бурзянском р-не, Б Белорецком р-не по линии населенных пунктов Исмакаево -Ишле - Татлы - Ассы идет на север до южной границы ТСараидель-ского р-на.

На юго-западе граница южного диалекта выходит за пределы Башкирии и охватывает долины рек Юшатырь, Ток, Б. и М.Уран, Иргиз, Камелик. В западной Башкирии в его территорию входят деревни Азнаево, Биккулово, Каныкаево, Каскиново, Туксанбае-во и др. Бижбулякского р-на; Каранаево, Таллыкулево, Тлекей-Кубово, Казаклар-Кубово, Канлы-Туркеево и др. Буздякского р-на. На севере южный диалект распространен в башкирских селах Чишминского (Кара-Якупово, Чукраклы, Кусимово, Верхне-, Средне-, Нижне-Хозятово, Биккулово, Ташлы, Ябалаклы н др.); Иглинского ССубакаево, Нижние-Лемезы, Сарт-Лобово и др.); Нуримановского (Башк. Шиды, Истриково, Старокулево, Староби-язово и др.) р-нов.

Ккная граница проходит по р.Сакмара до впадения в нее р.Саелмыш (см. карту 2).

Носителями южного диалекта являются южные и центральные башкиры, которые в историческом прошлом представляли следующие крупные башкирские племена со своими родами: бурзян (башкирское звучание берйен), усергян Су^э^гэн/х{?9Ргэ^ ) • степные тунгауры/тангауры (ялан тунгэуере / дуцгэуер / тэцгэуер,); тамъян / тамйан Снугушская группа ) ; многочисленные роды кыпчаков С кыпсак; с родами: ка£а, кицэй^ б^шман, Ьы^ын, сэц^ кем); западная ветвь племени табын (роды: кесе^, кэлсер, йом^ ран, ДЩа1й, бде^эк /^бэ^^шс, коморок /^к^мырык, курге>0»ин-зер-катайцы Синйэр-катай ) , племя минг С0 родами: иле-кэй, кули л е / келэ йле, кыркулле / ' йайык-(?ыбей / дубый / дабай , кубау, даралы, ыдлы ; племя кудей СВД^й / кеээй, с родами:булэкэй, т^Р^к^н» племя юрматы (роды; Кармыш, илсектимер, ^^^ • См. карту I.

Указанные племена в свою очередь делились на роды (ыры^), "а роды - на более мелкие родовые подразделения Сараи аймак, туп ) (Руденко, 1955, с.55-56).

До недавнего времени башкиры шной и центральной Башкирии знали старые границы и былую территорию расселения соплеменников, территории соседних племен, тамги и прочие атрибуты своего племени. В памяти народа хранились различные исторические предания, легенды, родословное - шежере, касающиеся истории происхождения своего рода, племени и башкир в целом.

Такому подробному знанию исторических сведений обязывала "многоступеньчатая и подвижная родо-племенная структура тюркских кочевников, опирающаяся на принципы преемственности и генеалогической связи" (Кузеев, 1974, сЛ18 ) .

Южные башкиры в прошлом называли себя внутренними башкирами (эс йак баппсортлары ) , а горных, восточных башкир -внешними, горными СЬ^т^йак башкортлар1ы ) башкирами.

Процесс формирования этнического состава носителей южного диалекта, как, впрочем, и этническая история всего башкирского народа в целом, был чрезвычайно сложным, многокомпонентным и многослойным. В нем участвовали разнохарактерные по происхождению башкирские родоплеменные группы, а также этнические группы тюркских, тгарко-монгольских племен и финно-угорских народностей.

Исторические сведения о носителях южного диалекта говорят об их этногенетических связях с Южной Сибиоью, Алтаем, Приаральем и Средней Азией.

Этническую основу носителей южного диалекта составили древнебашкирские племена буизян, усергян, тамьян, тунгаур, с этнической историей которых связана и история происхождения самого этнонима башкорт / багокурт ( ист . курд, бажгыот, баджгард ) . Эти древнебашкирские этнонимы в составе других народов не имеют аналогии. Р.Г.Кузеев указывает лишь на возможные генетические связи этнонима тамьян с казахским тама, тана и монгольским этнонимом тама /' тума /' тумат, а этнонима тангаур /тунгаур - с монгольским родовым названием тангуо /' тангор, которые, по его мнению, подверглись наиболее ранней тюркизации в недрах Тюркского каганата ( Кузеев, 1974, с Л 38139, 167). Племена тунгаур и тамьян считаются родственными и ныне расселены по соседству.

Первоначальным местом пребывания указанных дрзвнебашкир-ских племен, по их родословным, преданиям, а также по отдельным топонимическим признакам была Сибирь, Алтай, Монголия.

Так, в своих старых родословных ( шежере), указанные группы башкир генеалогию своих древних предков возводят к древнеуйгурскому "хану Кюльтекину" (Кузеев, i974, c.i37).

В этом плане заслуживает внимания также и формы дтэевне-башкирских этнонимов бэрйэн, мейтан, урэргэн, тамй^н, а также Ьецрэн, yvoHj кыуакан, которые оканчиваются на -ан/'-эн. Подобные формы не отмечены в структуре этнонимов других тюркских народов (См.: Кузеев, 1974, с Л 65 ) , однако они характерны для древнетюркской ономастики: тсытан, "к^рьгкан, Таман / Там-ран, Могилян, Кадыркан, бтукэн и др. (Малов, 1951, с.27, 30-Ъ>7 ) .

А.Н.Кононов древнетюркскую форму ^ан/-эн возводит к дре-внеиранской и характеризует ее как показатель собирательности-множественности, сохранившийся в отдельных словах и формах (Кононов, 1980, с. 145-146) .

Древние генетические связи юго-восточных племен бурзян, усергян, тамьян, тунгаур и др. с восточносибирскими, древне-тюркскими племенами устанавливаются и при сравнительно-историческом исследовании терминов родства башкир (См. подробно: Бикбулатов, 1981 ) .

Для языка указанных групп башкир также характерно употребление в начале слова глухих к, к, т и звонкого начального б, й, как и в языке дреьнетюркских памятников.

Древние восточносибирские и с а яно--алтайские этнические корни юго-восточных башкирских племен подтверждаются сравнительно-историческим анализом этнографического, фольклорного и лингвистического материала.

Некоторые узоры старинного народного искусства южных башкир (резьбы по деревянной посуде, утвари, кожаных изделий, вышивки ) находят точные аналогии в тюрко^монгольской орнаментике и восходят к древнетюркским (Бикбулатов, 1964610.151-153; см.также: Бикбулатов, Кузеев, 1964, с.23б, 241 ) .

Указанные башкирские племена более отчетливо, чем другие тюркские народы, сохранили пережитки древних тотемистических представлений о происхождении тюрков от волка. Так, в памяти народа сохранились легенды о волке-покровителе племени, волке-путеводителе, который в древности помог найти племенам бурзян, усергян, тунгаур и др. родину Урал (Кузеев,1974, с.I32, 138).

Исходя из этой легенды, народная этимология толкует и происхождение этнонима башкорт: баш (идущий во главе' + ■ко]эт 4волкЧПолевые записи автора, 1958, 1971 гг. Дневники 1/5, с.69; ¡/I, с.153).

Слово корт в значении 'волк' в башкирском языке сохранилось ныне лишь в сложных словах: корт-кары, кош-^корт <хип1~ ные звери *.

Как известно, в фразеологии затвердевают древнейшие формы языка СУраксин, 1975, с.153). Так, фразеологизм йе£^Ьыу илау^'плакать горестно, безутешно (о девушке, женщине)'мог возникнуть в связи с культом земли и воды. Первоначально,видимо, означал 'плакать при расставании с родной землей, с родиной! Восходит к др.тюрк, йир-суб 'земля, вода; родина1 (Малов, 1951, с.388). В некоторых фразеологизмах первичные значения и семантическую связь компонентов удается выяснить также на материале восточно-сибирских языков, например: Ьынтырган 1 горбатый', доел. Сломанный адатом'; значение диалектизма адат раскрывается с привлечением слова азе^'злой дух, демон, черт', бытовавшего в древнем шаманстве у алтайцев, тувинцев, монгол и др.ССМАЭ, 1971, с.128), ср.др.тюрк, ада 'несчастье, бедствие, опасностьЧДТС, 1969, с.7).

Древнеуйгурские слова маг^'шаг', тш^сслух' сохранились в фразеологизмах мац бармау 'шагу не ступить1; тьщ тыцнау -обряд гадания девушками своей судьбы, стоя вечером у окна,и незаметно подслушивая разговор обитателей какого-либо дома.

Язык указанных древнебашкирских племен,составляющий ныне самостоятельную зоау на юго-востоке южного диалекта, характеризуется систематическим употреблением спиранта Ь во всех позициях слова вм. общетюркского с .

К древнему периоду становления южного диалекта и его носителей относятся башкирские роды и племена, история происхождения которых уходит вглубь тюрко-угорского этнического мира. Таковыми в башкирской этнонимии являются племя юрматы,роды кесе, кальсер, юмран/юрман, имес, мишар-юрматы и др., которые, по мнению Р.Г.Кузеева, представляют "булгарско-мадьяр-ский компонент в древнебашкирском этносе" (Кузеев, 1974,0.416,).

Основываясь на исследования Р.Г.Кузеева, ак. Ю.Ф.Немет обнаруживает в башкирской этно7:нимии семь венгерских племенных названий: — баик. юламдн; ено—'башк. йанэй;, кес/кеоо/кесу/кеси-~башк.кесе; медьер/меджер/модтер• б аш к. мигаар-юшаты; таохан^-- башк.гэй-нэ-тархан; имес^ башк. имес (Немет, 1971, с. 249-262) »которые, за исключением £айнэ, йэнай, имес» компактно вошли в этнический состав носителей южного диалекта, и территориально, и этнически не рассредоточены по другим диалектным подразделениям башкирского языка.

По народным преданиям и шежере роды кесе, кальсер, юмран местом своего первоначального пребывания также считают Алтай, Монголию и себя считают потомками древних уйгуров*.

Одно из преданий кесе-табынцев гласит:"Лревние рассказывали нашим дедам, что их предки были уйгурами и жили в Китае по р. Хуанху, где они будто бы участвовали в движении хуннов и ушли с тех мест под давлением монголов и тунгусов" (.Полевые записи 1964 г., дневник I, с. 22; См. также: Кузеев, 1974, с. 254).

На древность башкирских этнонимов кесе, кальсер указывает наличие этих названий в составе уйгуров с кэса ) , тувинцев Скезек ) , туркмен-салоров (.кесе, кичи) , в составе узбекского племени бадраглы (. кичи-мерген ) , киргизов-ичкилик Скесек, кальджыр) , что указывает на "общие моменты каких-то древних этапов их этнической истории"сКузеев, 1974, с.272-273 » 419). А наличие этнонима кесе в древневенгерской этнонимии и современной венгерской топонимии кесе, кесо, ке-су, кеси подтверждает эти древние этно-генетические связи.

Язык древних родо-племенных групп кесе, кальсер, юрма-ты в составе башкир явился основой формирования среднего говора южного диалекта, куда впоследствии вошли родовые подразделения западных табынцев (будряк, кумрук, бишул) и катайцев.

Исследования башкирско-финно-угорских и башкирско-венгерских языковых контактов обнаруживают в башкирских говорах значительные элементы этих языков (Мшбулатов, 1970, с.32-40; Камалов, 1971, с.287-290; Миржанова, 1971, с.282; она же, 1981, с.37 м др.) .

Захваченные наиболее ранней волной тюркских кочевников в первой половине I тыс. н.э. древние предки бурзян, тамьян, усергян, тунгаур в течение нескольких столетий кочевали в составе огузо-печенежских племен в приаральско-уральских просторах. Идея этнической связи этих племен с огузо-печенежским миром отражена в исторических сочинениях раннего Средневековья и преданиях самих башкир сКузеев, 1974, с.132«133,187).

Так, усергянские башкиры предком башкир называют легендарного Мейтана/Муйтена, сына Токсабабия: Башко]тг халкы бабабейТоксаба дланы, 4Предок башкирского народа - сын Токсабабия, Мейтаном его звать' (БШ, 1960, с. 80).

Племя Муйтен является наиболее древним этническим пластом в составе каракалпакского народа. В основу народно-разговорного языка каракалпаков лег язык древних печенегов, который тесно взаимодействовал с языками огузов, половцев, булгар (Насыров, 1976, с.98 ). В результате сравнительно-исторического анализа языковых особенностей печенежских слов, обнаруженных на золотых сосудах из "сокровища Ат-тилы" и расшифрованных Ю.Ф.Неметом С1971, с.1~52) и А.МДе-рбаком (.1959, С.387-В88) , Д.С.Насыров выявляет общие кара-калпакско-печенежские соответствия (Насыров, 1976, с.14^-159); большинство которых обнаруживается также и в башкирском языке и его диалектах: печенеж. айак 'сосуд для питья7-" башк. айатс/ чаша для питья'* ; печенеж, баррадж 'маленькая чашка'— башк, С южн.д.) бакдас' медный половник"' ; биче1 госпожа башк. бисэ^ сжена, женщина1; каш^' блюдо ^башк. ■каш+айат^ ' посуда*; т^бак 'блюдо1—башк. табак 'большая деревянная чаша1 и др.

Об этно-исторических контактах древних башкирских племен с огузо-печенежскими племенами этого периода указывают некоторые соответствия башкирских и каракалпакских этнотопо-нимов двух регионов: бурзянский ойконим Баймак— к.калп. род Баймаклы; ср.кирг. байматс спутовый сустав; кривоногийбашк. гидроним Нвгеш^ к.калп. род и ойконим Ноки^; башк. этноним мейтвн^к.калп. М^йтен^ - то же; Потомки каракалпакских муйтенов ныне живут В Муйнакском р-не Каракалпакии, а их язык ныне составляет муйтенский С или муйнакский) говор . Три башкирских ойконима Муйнак отмечается ныне на территории усергянских башкир, предком которых выступает легендарный

Мейтан. Общим для двух народов этнонимом является также каракалпакский род- эстек в составе племени кишлак (Доспанов, 1977, с.202-207) .

Исторические контакты башкирских племен с огузо-печенеж-скими и кыпчако-половецкими племенами отложились в современном башкирском и тюркских языках Средней Азии, Казахстана, Кавказа, Об этом свидетельствуют диалектизмы южного диалекта: бакырас 1 медный уполовник, маленький ковшик4; бакта, пакта 1 весенняя линька животныхЧСшерсть весенней стрижки'; в языках Средней Азии пахта, парта, пакта 4хлопок' ; берразан—' к.калп. пирразан, кирг. бирразан, каз. бирказан 'пеликан'; пайгт Ч. войлочные чулки, 2• обувь из овчины'^каз. бай-пак войлочные чулки, 2» валенки1; к.калп. байпак, туркм. пайпак, д. пай|>ак 'валенки1.

СКы?ырмы 'красный шелк для отделки верхней женской одежды йелэн, сэкмэн'—туркм. гырмыэы 'красный, алый, пунцовый', туркм. д. рырмыды сшелковое полотно бордово-красного цвета'< перс, ге^мез/ красный1; мэйед, мэйез 'изюм', нэге^ 'ядро * ореха, урюка и т.п1. каз. меи^з, к.калп. кирг., уйг., мейиз, узб. майиз^, тадж. мариз, 'изюм1; аз. мэрз сядро косточки плодовых', узб. д. нэриз ( происхождение, род'.

В последующих этапах формирования носителей говоров южного диалекта участвовали такие тюркские и тюрко-монгольские племена, как кыпчак, минг, табын, катай и др., которые пришли в Башкирию, в составе разгромленных кыпчаков в период монгольского нашествия. Однако, по мнению исследователей, кипчакская инфильтрация в среду башкир могла начаться гораздо раньше этого периода.

По народным преданиям, башкирские кыпчаки тесно связывают свое происхождение с огузами. Так, в наоодных преданиях говорится, что Кыпчак ребенком был найден во время большой войны в дупле (в других версиях в мешке, в люльке, подвешенных на дереве) , и поэтому Огузхан назвал его Кыпчаком якобы, от кабак 1кора', или от капсык 1 мешок' *

Активное этническое и языковое взаимодействие башкир с кыпчаками и кыпчакизированными племенами табын, катай и др. особенно усилилось в период ХШ-Х1У вв. В результате кипчакское этно-языковое и культурное воздействие проникло во все слои древнебашкирского этноса и оказало существенное влияние на формирование народа и его языка СКузеев, 1974, с. 455-456).

Многочисленные роды башкирских кыпчаков расселены в северо-западной зоне ик-оакмарского говора по соседству с юр-матынскими и бурзянскими башкирами.

Разветвленные родоплеменные группы мингских и кудейских башкир составили основу формирования демского говора. Основными родами мингского племени в прошлом являлись: к^лиле/ил-кулле, кыркейлеДырккулле, рада^с^оылы, ы$лы, меркет, ко^ау рубый/рубай, мец# В том или ином соотношении эти родовые названия встречаются в составе многих тюркских народов, начиная с Сибири, Алтая и кончая Средней Азией, в том числе у туркмен (роды кыркейле, меркет, кул - Кузеев, 1974, с. 305-311). В данном случае заслуживают внимания башкирско-туркменские соответствия родовых названий, т.к. туркменские диалекты и демский говор характеризуются употреблением интердентальных фо (, нем р , ^•

Более древнее мингское предание возводит родословие некоторых своих родов к"гуннскому хану Баламиру" СБА, 1927,//4 )

Н.А.Аристов связывает этноним минг с названием минг/мингат лесных народов, обитавших на северных склонах Алтайско-Саянско-го нагорья (Аристов, 1897, с. 93). Многие мингские роды называют местом своего пребывания Среднюю Азию, долины Сырдарьи, Мввераннахр.где "ханом мингских башкир был Санаклыхвн", известный также под именем "Урадачбий с тысячью колчанами "(.меч радатуш Утэдас, бе£ - БШ, 1960, с. 50-54, 58, 190).

Р.Г.Кузеев обосновывает "древнетюркское происхождение ро-до-племенного образования минг/ мингат, этнически близких к уйгурам, которые в свою очередь в УП-УШ вв. входили в конфедерацию токуз-огузов" СКузеев, 1974, с. 307).

Западные табынцы представляют лишь часть табынского племенного объединения. Четыре крупных табынских рода (кара-табын, барын-табын, кубаляк, теляу) расселены в Зауралье и вхадят в состав носителей восточного диалекта.

Западные табынцы, расселившись в ХЩ-Х1У вв. на террито > рии южного диалекта, включили в свой состав крупные древне-башкирские роды кесе, кальсер, юмран/юрман, а также кипчакские роды бишул, курпяс, бадряк/будряк, кумрук и др. Табынцы ввязывают^- свое родословие с Уйшин-Майкыбием, сподвижником Чингизхана. Однако в одном шежере табынцев предком Майкыбия назван Тумэнбий, а древние предания табынских башкир считают своих предков уйгурами,' которые, жили на Алтае (Кузеев ¡974, с.254-255).

В состав носителей южного диалекта вошел род инзер-ка-тайцев, осевших в северной части Белорецкого р-на БАССР. Основные пять родов катайского племени, в том числе кара-катай-ц$г, заселили Зауралье и являются носителями восточного диалекта.

Родо-племенные группы катай, кытай, ктай вошли в состав казахов,каракалпаков, киргизов, ногайцев и узбеков* Этничесг-кая история башкирских катайцев связана с указанными народами, где они прошли процесс кыпчакизэции.

По мнению некоторых ученых племена катай—китай—кидань были монТголами и до X в. жили в южной части Маньчжурии (.Бар-тольд, 1968, с. 542),

Выше рассмотренные башкирские племена с ХШ в. до середины ХУI в. находились под властью монгольских ханов, позже -многочисленной Ногайской Орды, возникшей на развалинах Золотой Орды в конце XIУ в. (ОИ БАССР, 1956, с. 50-55). Длительная борьба башкирских племен с ногайскими улусами завершилась добровольным вхоэедением в течение 1554-1556 гг. вначале минг-ских, затем юрматынских, а за ними и всех юго-восточных башкир в состав Роосии СКузеев, Юдцашбаев, 1957, с. 51-58), которая, играла "цивилизаторскую роль для Черного и Каспийского морей и Центральной Азии, для башкир и татар"СМаркс, Энгельс,Соч., т. 27, с. 241).

Великая Октябрьская социалистическая революция принесла и угасавшему,пропадавшему башкирскому народу подлинную свободу и независимость, дала свою государственность.

С образованием первой в составе РСФСР Башкирской Автон номной Советской Социалистической Республики, у истоков которого , стоял В.И.Ленин СПолн. собр. соч., т. 38, с. 158) были созданы все условия для всемерного развития культуры, национальной по форме, социалистической по содержанию,и башкирского литературного языка. См.: Н.А.Крашенинников, Угасающая Башкирия ,-М.: 1907. Г.И.Успенский. От Оренбурга до Уфы. - Чкалов: 1955.

К истории изучения башкирского народно-разговорного яз ыка

Как известно, в башкирском обществе дореволюционного периода вплоть до в. существовал письменный язык "тюрки" поволжско-уральского типа, который выполнял функции башкирского письменного литературного языка и на котором велась вся официальная переписка и оформлялись исторические, юридические, канц ел яр с ко-деловые и пр «бумаги. Этот письменный язык на арабской графике хотя и понимался народом (Псянчин, 1965, с.5) , однако отличался от башкирского народно-разговорного языка некоторой искусственностью как в области фонетики, грамматики, так и лексике. Графика "тюрки" также была несовершена и имела свои недостатки.

Изучение башкирского народно-разговорного языка русскими и башкирскими учекыми-просветителями было начато во второй половине XIX в. и преследовало в основном цель создания алфавита для башкирского языка, обучения башкирских детей а специальных русско-башкирских школах башкирской и русской грамоте и приобщения их к русскому языку,

В числе значительных работ, которые писались на материале народно-разговорного языка башкир, нужно отметить лексикографические труды и учебные пособия (буквари, азбуки, книги для чтения, двуязычные словари, словники и др.) Мирсалиха Бекчурина, В.В.Катаринского и Мухамедгали Куватова, Мстислава Кулаева, А.Г.Бессонова и др. (Подробнее об этом см.Гари-пов, 1958, 1959).

Так, преподаватель восточных языков 4-го военного училища и Оренбургской Неплюевской военной гимназии ,М.Бекчурин составил "Начальное руководство к изучению арабского, персидского и татарского языков с наречиями бухарцев, башкир, киргизов и жителей Туркестана" С1868), где по башкирскому языку взят материал, отражающий, по мнению Дж.Г.Киекбаева, в определенной мере все особенности башкирских говоров с Киек-баев, 1966, с«31). Анализ языкового материала показывает, что М.Бекчурин в своей книге для сравнительной иллюстрации использовал язык оренбургских башкир, в котором бытуют отдельные черты всех говоров южного, частью восточного диалектов и который взаимодействуют с говорами казахского и татарского языков. В книге М.Бекчурина наряду с общенародными словами, как атай 'отец', бисэ 'жена', туцыртка 'дятел1, ^мыротс^илэ^ * муравейник \ широко представлены особенности демского, ик-сакмарского и среднего говоров: £икэ^ 'висок', Ое£кэ £гнида', эоое 1 жарко">, анеш 'мать*, бебэнек 'веко', •камакыш 'твердое нёбо', коморотс <омут % мей^'мозг', 'дом'' и др. Особенностью демского, среднего, а также северо-восточных говоров является также преимущественное звонкое начало слов на г, р, д, однако у Бекчурина почти все башкирские примеры в отличие от татарских даны со звонкими г, д: геннэрдэ бер кен 'в один из дней \ £0£<?ак еживот\ рабырра сребро; деш 'зубЧБек-чурин, 1868, с.19-24, 89-125). Явление озвончения фонем к, к, ныне в башкирском языке систематически выступает лишь в словосочетании в интервокальной позиции и после сонорных: кен-дэрээ бергон, ике рабырра сдва ребра', ике^ролатс 'два уха 5 и т.д.

Одним из прогрессивных русских ученых, приложивших много труда для изучения башкирского языка является В.В.Катарин-ский, который в своем "Букваре для башкир" С1898), а также

Кратком русско-башкирском словаре" ( 1893 ) и "Башкирско-русском словаре" (1899), вышедших в Оренбурге, использовал главным образом лексический материал говоров южного диалекта, так как чисто башкирским языком он признавал южный д. Примеры: айбарлан-'взъяриться', ай]эа 'особенно1, бакан 'высокий столб на сабантуебе|)лэмйул 1 тропинка1, биралаш 'странный , ненормальный1, ^у^тлы. * надежный, основательный5, даукэр 'склочник', 'быстро5 и др. Бывший учитель Серменевской русско-башкирской школы М.Куватов, выходец из южных башкир, сотрудничавший вместе с В.В.Катаринским, внес в словарь некоторые формы слов из говоров восточного диалекта: айд^шсик с болезнь вертячка у овец1 , аж*уэ?аныу 'придти в ярость' , ГстаРший брат', балра 'молоток' , за^даныу^' жаловаться и др.

Из среды самих башкир один из первых исследователей башкирского языка был видный просветитель, ученый-филолог, заложивший первые камни в основу башкирского языкознания, врач М.А.Кулаев (1873-1958). Мстислав Александрович (Мухаметхан Сахипкиреевич; Кулаев, родом из усергянских башкир, В 1902 году окончил медицинский факультет Казанского университета. В университете .под влиянием школы.проф.М.А.Казэмбека и Н.$. Катанова раскрывается его интерес к изучению языков и формируются его просветительские взгляды. В 1899-1900 годах он участвует в экспедиции, организованной Обществом археологии, истории, этнографии Казанского университета. В то время Кулаев побывал в Катайской, Тамьян-Тангаурской волостях Верхнеуральского уезда, Карагай-Кыпчацкой, 2-й Бурзянской волостях Орского уезда, Архангельской волости Стерлитамакского уезда, собрал произведения башкирского фольклора: песни, сказки СкарЬуэлэр), пословицы, легенды и перевел их на русский язык.

Будучи крупным врачом и организатором в области здравоохранения М.А.Кулаев одновременно вел огромную работу и в области изучения башкирского языка. Он создал первый башкирский алфавит на основе русской графики и один из первых образованных башкир С вслед за М«С.Умидбаевым) выступал за обучение башкир грамоте на основе русского алфавита и за изучение русского языка. В одном из своих трудов, критикуя недостатки арабского алфавита М.А.Кулаев призывал заменить ее не латинским, а русским алфавитом, утверждая, что: "Основная культура нашей страны создается и проводится на русском языке: на нем издаются законы, печатаются центральные органы, разрабатываются научные системы и т.д. Поэтому нацмены, вступив на путь культурной жизни, могут идти вперед не иначе, как использовав русские культурные достижения" СКулаев, 1928, с. 10,11,15,16).

М.А.Кулаев свои труды по башкирскому языкознанию посвятил исследованию различных аспектов народно-разговорного языка башкир. В основу этих исследований был положен родной для него язык усергянских башкир, который ныне входит в ик-сак-марский говор.

Так, в его уникальной книге "Основы звукопроизношения и азбука для башкир" отражаются лексические, фонетические, грамматические черты сакмарской зоны указанного говора: ажаган~ лит. Ьа^арай^' зарница*, бажат* мятлик , трава', Ьыйратс его-лень', йенсексщиколотка4, ■к^мбыд^-'лит. т кобыз*; уцэр>~лит. еремесло', элгэсэк^^лит. элгесэ^к евешалка на пальтолит. Д0есжаркий9, бдшкор^ра^ла^ы—лит. т^удары !башкирские горы3; таулардын исемнэре — лит. исем-дэ^е с названия гор1(1912, с.14-17). Атам мицэ итек апкайт-ты 'Мой отец привез мне сапоги» ; Баштын cэjcэгe —-лит. баш-тыц соцкаЬы * затылочная кость головы'; тештэй—лит. тешлэй *кусает> и др. (Элепей, 1919, с.10, 12, 19).

Научные труды и рукописное наследие видного врача и ученого-филолога М.А.Кулаева "0 звуках банкирского языка" (1928), "0 глаголах башкирского языка" (1935), рукописи "Грамматика усергянского языка" в 2-х частях, "Синтаксис башкирского языка", "Русско-башкирский словарь" и трехтомный "Башкирско-русский словарь" - всего 90 единиц, хранящееся ныне в Научном архиве БФАН СССР, ждут своего исследователя*.

Первые научные сведения о диалектных особенностях башкирского народно-разговорного языка были даны языковедом-энтузиастом, первым крупным собирателем башкирского фольклора А.Г.Бессоновым. Он работал народным учителем в Уржумском уезде /Кировская обл./ , в Казани, затем в Оренбурге преподавал педагогику и русский язык в татарских классах. Знал татарский, удмуртский, башкирский и казахский языки. С 1882 г. А.Г.Бессонов работал инспектором казахских и русских школ и народных училищ в Екатеринбургском, Оренбургском, Орском,

Верхнеуральском уездах, во время поездок собирал произведер ния башкирского фольклора, изучал народные говоры .

Ураксин З.Г. Научное наследие М.А.Кулаева. - Научный архив БФАН СССР, ф.З, оп. 12, д.89.

Бессонов А.Г. Башкирские сказки. Введение, редакция и примечания действ.члена Географического общества проф. Н.К.Дмитриева. - Уфа: 1941. - 367 с. (на русском языке).

А.Г.Бессонов издал "Букварь для башкир" (.1907 ), в котором языковой материал дается с учетом диалектных особенностей северо-восточных, юго-восточных говоров, относящихся к восточному диалекту, и говора катайских башкир, входящего ныне в состав среднего говора южного диалекта. Им же были написаны учебные пособия по чтению для указанных групп башкир (1906, 1907). "Букварь" написан на основе русской графики, приспособленной для передачи специфических башкирских звуков. "Букварь" преследовал также цель сравнительного обучения русскому языку. В конце учебника даются краткие "Примечания о звуках башкирского языка", где автор, описав специфические башкирские звуки в сравнении с другими тюркскими языками, завершает свой учебник следующими пожеланиями:'Арабская азбука сопоставлена нами с русской. с той целью, чтобы башкирские дети, изучающие как арабскую грамоту, так и русский язык с русской грамотой, могли. выявить для себя все особенности произношения фонетики своего родного языка, не стыдились бы его, а полюбили бы этот чудный, благозвучный язык'Ч Бессонов, 1907, с.46).

После Великой Октябрьской революции было начато исследование башкирского языка на планомерной, научной основе.

Н.К.Дмитриев в своем программном выступлении с.ж. "Белем", 1928 7-9 ) наметил задачи, пути и методы научного исследования говоров башкирского языка, создал программу для сбора систематического языкового материала, уделяя при этом большое внимание на сбор и запись богатой народной словесности, которую он считал в то время основной базой, одним из главных источников для работы языковеда-диалектолога (Дмитриев, 1959, с.17-23). При этом он обращал внимание башкирских лингвистов не сравнительно-историческое изучение диалектов, сопоставляя их друг с другом, затем и с близкородственными и более отдаленными тюркскими языками, выявляя и древнейшие языковые факты, восходящие к орхонским диалектам (Дам же, с. 19, 23).

Изучение башкирских диалектов и говоров в Башкирии начинается одновременно с огромной лингвистической работой по созданию письменного литературного языка, по разработке различных проблем, касающихся непосредственно этой задачи, как определение диалектной основы, орфоэпических и орфографических норм литературного языка, регламентация фонетических, морфологических, лексических норм и многие другие конкретные вопросы (.Юлдашев, 1981, с.б; Ишбулатов, 1972а, с.27).

В целях изучения башкирских говоров языковеды и самостоятельно, и совместно с научными сотрудниками АН СССР под руководством Н.К.Дмитриева предприняли целый ряд лингвистических и фольклорно-лингвистических экспедиций в различные районы Башкирии и за ее пределы. Так, за период с 1928 по 1946 г. было проведено 15 экспедиций, которыми было охвачено 33 района Башкирии (Баишев, 1955, с.23). В них принимали участие московские и местные лингвисты: Н.К.Дмитриев, Т.Г.Баишев, М.М.Билялов, Г.Я.Давлетшин, З.Ш.Шакиров, И,О.Шацкая и многие др.

Материалы этих экспедиций легли в основу первой научной "Грамматики башкирского языка", созданной Н.К.Дмитриевым (1948). В области башкирской диалектологии появились две кандидатские диссертации: первая была посвящена определению соотношения башкирских диалектов и литературного языка (Баишев, 1950), которая была доработана, дополнена новыми материалами и выпущена в свет СБаишев, 1955), вторая - исследованию языка башкирских типтярей СЮлдашев, 1950).

В итоге всесторонних научно-изыскательских работ языковедов и неоднократных обсуждений в основу современного письменного языка были взяты опорными два крупных территориальных диалекта, южный и восточный, соответственно названные в период языкового строительства древними башкирскими этнонимами - юр-матынским и куваканским (й Дэ1г£э1$1|ъ, 1935, с.70). Зти два диалекта в общей сложности представляли характерные национальные черты башкирского языка, и нормы письменного литературного языка были выработаны с учетом общих и основных особенностей указанных диалектов.

С 50-х годов в башкирской диалектологии начинается разработка собственно диалектологических работ. 3 1355 г. Н.Х.Ишбулатов и X.Г.Юсупов завершили монографическое исследование выборочных пунктов по башкирским говорам (.См.список литературы). В этот же период Дж»Г .Киекбаев в круг своих исследований включает изучение башкирских диалектов и говоров. С этой целью он организует в 1952-1954 гг. диалектологические экспедиции студентов БГПИ и СГГШ в районы БАССР и за ее пределы. Материалы экспедиций были систематизированы и опубликованы в студенческих рукописных журналах научного лингвистического кружка, частично - в периодической печати (СБ, 1952, 12-23 УШ; 7/ХП). Дж.Г .Киекбаеву в течение многих лет доставляли диалектный материал также курсовые работы студентов очного и заочного отделений по описанию языковых особенностей своей родной деревни, родного района.

На основе собранного материала по народным говорам Дж.Г. Киекбаев создал труд "Башкирские диалекты и краткое введение в их историю". Этот труд, сжатый, но емкий по научному содержанию, определил ход дальнейших диалектологических исследований по башкирскому языку.

Дж.Г.Киекбаев вьщелкл в диалектной системе башкирского языка, основные диалектные единицы и говоры, отметил некоторые характерные для них фонетические, морфологические и лексические особенности, дал классификацию говоров и введение в историю башкирских диалектов (.Киекбаев, 1958 а, с.27-80).

С 1959 г. группа диалектологов ИИЯЛ Бф АН СССР приступила к фронтальному исследованию говоров по специальному "Вопроснику" (. 1959 ) и "Анкете"(1961) .составленным группой под руководством Н.Х.Ишбулатова и при помощи и научных консультаций А«А.Юлдешева С1959 б, с.213-214).

В результате многолетних диалектологических экспедиций был создан богатый фонд диалектного материала по всем говорам башкирского языка.

Системное исследование говоров башкирского языка выявило основные фонетические и морфологические особенности диалектов, определило предварительный ареал лексики диалектов и местных говоров и подговоров, что дало возможность сгруппировать народно-разговорную лексику по двум диалектам в двухтомном "Словаре башкирских го.воров" Ст.1, восточный диалект,1967, т.П, южный диалект, 1970).

По трем диалектным ареалам башкирского языка Н.Х.Максю-товой и С.Ф.Миржановой были завершены три обобщающих монографии (См.Максютова,1976; Миржанова, 1977; 19796).

С 1970 г. группа диалектологов Института под руководством Н .У,. Макс ютовой работает над составлением "Диалектологического атласа башкирского языка" С ДАБЯ).

О классификации диалектов и говоров башкирского языка

Вопросы разработки научной классификации башкирских диалектов и говоров сопряжены с определенными трудностями, так как, во-первых, башкирский язык относится к тюркским языкам со сложной диалектной системой, в которой говоры обладают такими яркими специфическими особенностями, что могут выступать на уровне самостоятельных диалектов. Не случайно, в 30-е годы, в период языкового строительства, башкирские лингвисты, четко не разграничивая понятия "говор", "диалект", выделяли в башкирском языке шесть наречий (лэЬжэ) под названиями соответствующих этнонимов - носителей этих наречий! ку~ ваканский, айлинский, халъютский С ныне говоры восточного диалекта); юрматынский, табынский и демский (ныне говоры южного диалекта-См.: Дэ^э1;?1!г, 193-5, с.70). Это в определенной степени облегчало некоторую ориентировку в сложной языковой ситуации того времени. В свое время и Дж.Г»Киекбаев рассматривал салъютский говор как санарский диалект, а средний говор -как средний диалект (Киекбаев, 1952).

Во-вторых, вопросы научной классификации башкирских диалектов затрудняются и тем, что башкирский народно-разговорный язык в северо-западных р-нах БАССР тесно взаимодействует с татарским и финно-угорскими народно-разговорными языками и находится под влиянием татарского литературного языка.

Именно с точки зрения взаимодействия и взаимовлияния башкирского и татарского языков дает первую научную классификацию башкирских народных говоров и диалектов А.Г.Бессонов, который является основоположником башкирской диалектологии (Киекбаев, 1958, а, с.41). Еще в 1881 г. А.Г.Бессонов определил в башкирском языке два диалектных массива: I) язык горных или зауральских башкир, который по его мнению был наиболее чистым и самобытным и поэтому характеризовался им чисто башкирским языком ; 2) язык степных, оренбургских и луговых уфимских башкир, испытывающих, по его словам, "сильное влияние татарского языка и поэтому смешанным"(Бессонов, 1881, с.232). И в то же время А.Г.Бессонов отдельно выделяет наречие типтярей, наречие мензелинских (современный нижне бельский г.) и бирских башкир, а также наречие пермских (современный тайнинский г.) башкир и правильно характеризует некоторые их отличительные особенности. При этом А.Г.Бессонов подчеркивает многочисленность и компактность расселения осин-ских С т.е.гайнинских ) башкир, которые по его мнению, "служат барьером для башкирского населения других районов, охраняя их от сильного влияния татар"СТам же, с.232, 238).

Другую свою работу (."Букварь для башкир", 1907) он посвящает детям горных, зауральских, башкир, ныне носителей восточного диалекта. Здесь весь учебный материал дан на современном восточном диалекте, в котором он выделяет три говора: наречие северных, т.е. северо-восточных, южных, т.е. юго-восточ-ных,и катайских башкир. К ним приводятся тексты, в которых отражены характерные особенности восточного диалекта: четырех-вариантный тип аффиксов, формы множественности, императива на -ыц/-ец, послелоги м^А^/пан» а также ДРУгие специфические явления говоров. Наречие катайских башкир А.Г.Бессонов отличает от других наречий восточного диалекта наличием в нем диссимилятивных звукосочетаний лт, мт, нт, щ: йацкырытс 'эхо1.

В настоящее время по научной классификации диалектов и говоров башкирского языка существует две точки зрения, которые определяют отношение башкирских филологов к северо-западному лингвистическому ареалу.

К.В.Ахмеров (.Эхмэр, 1941. с.25), Т.Г.Баишев CI955, с.28), А.А.Юлдашев С1959, с.99), Т.М.Гарипов U959 б, с.48) и др. признают северо-западный ареал в качестве самостоятельного диалекта башкирского языка и поэтому в диалектной системе его рассматривают три диалекта: южный, восточный, северо-западный (.См. карту 2).

Следуя этой же классификации, К.Н.Поппе б справочной книге по башкирскому языку также выделяет три диалекта: "I. горный, на северо и юго-востоке, 2. степной, на юго-за-иаде и центральных частях лингвистического ареала, 3. северо-западный"(Poppe, 1964, с.З).

Данная классификация была создана не без основания. До этого язык северо-западных башкир изучался отдельными башки-роведами. В 1953 г. ИИЯЛ БФ АН СССР организовал большую лингвистическую экспедицию в северо-западные районы БАССР. Научным руководителем экспедиции был назначен Т.Г.Баишев с1886-1973), Опытный диалектолог, Рн разработал план-программу, по которому был собран огромный материал по языку северо-западных башкир. На основе обширного материала этой экспедиции был составлен обстоятельный научный отчет, где всесторонне освещалась вся языковая картина северо-западной Башкирии с выводами о включении северо-западного диалекта в сферу действия башкирского литературного языка.

Б своей книге Т.Г.Баишев (1955, с.28-34, 39-41) построил диалектную систему башкирского языка по морфологическим признакам также на основе трех диалектов: восточного, южного, западного. По фонетическим признакам он выделил семь наречий

Сговоров) безотносительно к диалектам и дал им названия по их главной фонетической черте: наречие Л - , куда вошли современные ик-сакмарский, кизильский, миасский и айский говоры; наречие о - демский, наречие Ь - салъютский, наречие

Как видим, Т.Г.Баишев правильно определил основные говоры башкирского языка и его диалекты, причем он в западном диалекте выделил два говора: наречие и наречие ? . Однако у Т.Г.Баишева не было достаточного материала для того, чтобы соотнести воедино фонетические, морфологические и лексические особенности говоров, что позволило бы ему характеризовать говоры в комплексе и локализовать их территорию в системе диалектов. Слабостью классификации Т.Г.Баишева является условность, символичность названия говоров, что создает затруднение при практическом ее применении.

Другие языковеды ^Дж.Г.Киекбаев, Н.Х.Ишбулатов, Н.Х.Мак-сютова и др.) устанавливают в башкирском языке два диалекта - южный и восточный. Причем северо-западный языковой ареал рассматривается ими в системе южного диалекта, как промежуточный, переходный говор СДж.Г.Киекбаев, Н.Х.Ишбулатов ) или два говора (.Н.&.Максютова). Дж.Г.Киекбаев был принципиально против включения Т.Г.Баишевым в диалектную систему башкирского языка третьего, западного диалекта, а именно языка северо-западных башкир. Главным аргументом он считал тот факт, что северо-западные башкиры признают родным татарский язык, который является здесь официальным языком в школьном образовании, а также культурно-массовый, административно-хозяйственной деятельности местного татарского и башкирского населения«

Дж.Г.Киекбаев предложил иную классификацию башкирских говоров. При выделении говоров он основывается на территориально-географический принцип. При этом он вводит в научный оборот башкирской диалектологии гидронимическую терминологию для названия говоров, исходя из природных особенностей Башкирии и социально-исторических условий жизни дореволюционных башкир-скотоводов, кочевья которых часто располагались по бассейнам рек.

Взяв «а основу территориально-географический принцип, а также некоторые фонетические, морфологические и лексические особенности говоров башкирского языка, Дж.Г.Киекбаев (.1958 а, с.77-78) выделяет в южном диалекте основной икско-юшатырский, демско-караидельский, среднебашкирский или средний, зиганский и северо-западный С он же караидельский говор в более ранней его работе - 1957, с.10) говоры. Восточный диалект Дж.Г.Киекбаев делит на айско-яикский, кизильско-сакмарский, аргаяшский и синарско-карабулакский С современное название: салъютский) говоры.

Таким образом, Дж.Г.Киекбаев, в южном диалекте усматривал в одном говоре два говора, средний и зиганский, а в восточном диалекте объединил два крупных говора айский и миас-ский в один айско-яикский говор. Позднее он зиганский говор включил в состав среднего говора, а так называемый северо-западный, или караидельский, говор снял из состава южного диалекта, оставляя в последнем три крупных говора (Киекбаев и др. 1983, с.12-13).

Н.Х.Ишбулатов С 1972, с.66, 103), следуя научной классификации Дж.Г.Киекбаева, уточняет и приводит в соответствие некоторые названия говоров с территорией их распространения: икско-сакмарский Свм.икско-юшатырский), демский (вм.демско-караидельский), средний и северо-западный - эти говоры он включил в систему южного диалекта; айско-миасский (вм.айско-яикский), кизильский (вм.кизильско-сакмарский), аргаяшский, салыотский (вм.синарско-карабулакский) говоры рассматривает в системе восточного диалекта.Н.Х.Ишбулатов склоняется в сторону укрупнения говоров,что в принципе не желательно,ибо стабильность территорий современных говоров,несмотря на их былую смешанность,формирует и территориальные признаки,которые выступают в настоящее время одним из важных факторов в классификации говоров и требуют более четкой дифференциации их в этом плане.

Н.Х.Максютова (I975, с.13-14) выделяет в восточном диалекте пять говоров: айский, миасский, аргаяшский, салъютский, кызылский (кизильский); и пять говоров в южном диалекте: ик-сакмарский, средний, демский, караидельский, северо-западный. В северо-западной языковой области, которая в классификациях Дж.Г.Киекбаева и Н.Х.Ишбулатова рассматривалась как один говор с обширной территорией, она также, как и Т.Г.Баишев, выделяет караидельский и северо-западный говоры,соответственно названные Т.Г.Баишевым наречием п-т и наречием В настоящее время по плану Института нами завершено монографическое исследование языка северо-западных башкир*. Исследование показало, что, несмотря на исторические связи его с башкирским языком, а также с говорами южного и восточного диалектов, северо-западный диалектный ареал ни по каким приз

Миржанова С.Ф. Язык северо-западных башкир. Уфа: 1977.

- 385 с. (рукопись) . накам не может рассматриваться в системе южного или восточного диалекта.

Язык северо-западных башкир распространен в более чем 16 районах БАССР, а также в смежных районах ТАССР и Пермской обл. На этой территории проживает 24,5 % башкир, которые представляют особый северо-западный этнографический район, а в прошлом составляли древние башкирские племена ун, балыксы, танып, ирякте, таз, гэрэ, еней, елан, уран, гайна-тархан и др. Они в раннем периоде своей истории были в контакте с булгарами, а затем - с татарами, чувашами и финно-уграми (.Кузе-ев, 1974, с.316-367).

3 процессе активного взаимовлияния язык северо-западных башкир Еобрал в себя особенности взаимодействующих говоров татарского и чувашского, а также финно-угорских языков, которые причудливо переплетаясь с местными говорами башкир, образовали своеобразный народно-разговорный язык, характерный лишь для данного ареала.

Монографическое исследование языка северо-западных башкир показало, что данный лингвистический ареал состоит из группы говоров: тайнинского, нижнебельского, таныпского и ка-раидельского. Каждый из них характеризуется комплексом фонетических, морфологических и лексических особенностей, поскольку в своих исторических истоках они несут в себе самобытные реликтовые явления, часть которых связана с древними языками башкирских племен. Вместе с тем северо-западные говоры имеют и общие зональные признаки, сформировавшиеся в результате интеграции этих говороЕ,близкородственных и разносистемных языков.

Многие явления башкирского языка бытуют здесь параллельно

ТЗ ^ • -Г* с татарскими, а в некоторых случаях и превосходят их, Северо-западные говоры наибольшую близость с башкирским языком имеют в области лексики. Притом близость и общность выступает не только в общем словарном составе, но в значительной мере и в диалектной лексике. Так, в них бытуют лексические пласты, объединяющие их с говорами южного, а также восточно-йо диалектов. Наряду с этим в каждом из них обнаруживается сугубо специфический, самобытный пласт диалектной лексики, отличающих их от остальных говоров башкирского и татарского языков, например: танып« йен гпищевод' в других башкирских говорах сохранилось лишь выражение йенендеащары|П- зложе-лание ; гайнин. 'лиственница1; кэпсе сснегирь1; чув. касайеи удм. кайсы^- то же; чдбе^чек, тэлтехе^г, тэлту-геч, селкетмэ. адт.етрясогузка1; каксыр/катешы]) ^острога"; гшск^т, пескеттин 'лампа-мигалка ^ и др.

Поскольку в северо-западных говорах отсутствуют специфические звуки башкирского языка Ь, о, характерной их особенностью в области фонетики выступает употребление татарского и общетюркск» свм. башк. Ь: се^—лит. Ье£ 'вы', лит* 1шдэп(пуговица \ сиге^—лит. Ьиге? 'восемь'. Спирант Ь^ не характерен для указанных говоров, как и для демского говора южного диалекта. Он вытесняется или замещается звуками х, £» £ в таких заимствованиях, в которых употребление Ь в татарском и башкирском языках является закономерным: эр/хэр лит. Ьэр ""каждый1, •кээ£-~лит. тсэНад 'проклятие'; хан^с— Ьануз постоянно, всегда'(Миржа нова, 1976 а, с.138-240).

Черты башкирского языка проявляются в соответствиях гласных ы, (кэбэн сстог7, к^рэк 'надо"1 , кэштэ 'полка^; согласных (се? вы", сиге^<восемь1); в функционировании отрицательной формы глагола на ^май/*^мэй» дифтонгических сочетаний ай/эй и др.

В северо-западных говорах бытуют явления з^й, с~ч и др.), связанные с историческим развитием фонетики башкирского и других тюркских языков Поволжья (.Мир-жанова, 197бас-225-227).

На. основе монографического исследования нами делается вывод о том, что язык северо-западных башкир не может рассматриваться в системе южного диалекта, а должен составлять самостоятельную группу говоров, стоящих на уровне диалекта башкирского языка, ибо в принципе не только эти говоры, но и сами близкородственные языки, башкирский и татарский, в настоящее время имеют в своей фонемной и морфемной структуре больше схождений, нежели резких отличий друг от друга СГари-пов, 1979, 0.196-137, 253, 255). исходя из этих соображений,северо-западные говоры, которые по своим диалектным признакам противостоят двум другим диалектам башкирского языка (.Юлдашев, 1959, с Л 00), исключаются нами из системы говоров южного диалекта. В составе южного диалекта, таким образом, оставляются три крупных территориальных говора: ик-сакмарский, средний, демский, которые вкупе со своими подговорами охватывают всю территорию распространения южного диалекта (См. карту 3).

Разговорный язык башкир Оренбургской (нижнесакмарская, ток-суранская зоны), Куйбышевской (иргизская зона) и Саратовской (камеликская зона) обл. самостоятельного территориального говора не составляет.

В историческом плане оренбургские, куйбышевские и саратовские башкиры - представители различных родоплеменных групп носителей южного диалекта бурзян, тамьян, усергян, тунгаур, кыпсак, табын.катай, и являются выходцами из центральной и южной Башкирии, которую они и поныне называют Олойорт 'Большой юрт' или ОлоХУП в. по ХУШ в. стали оседать в долинах рек Ток, Большой и Малый ^ран, Большой Иргиз и ее притоков Камелик, Каралик. Б конце XIX в. в долины Большого Иргиза переселилась группа башкир, кочевавших до этого по долинам Большой и Малой Узени (У^эн) и цИжи (Саде). На новом месте их стали называть "новыми" или Ичижинскимиа(.ячылар, сэ-Эелэр) башкирами, в отличие от старых - представителей дем~ ского говора - башкирских групп, заселившихся первыми (Баи-шев, 1959, с.136-138).

Язык указанных групп башкир, даже в пределах отдельных деревень, является смешанным и отражает особенности тех говоров, к которому принадлежали ранее их носители. Так, язык куйбышевских киргизская зона), оренбургских башкир, исключая токскую зону, тяготеет к ик-сакмарскому говору. Язык саратовских башкир Скамеликская зона) и токских башкир отражает особенность демского говора: в начале слова и слога здесь преимущественно употребляется фонема д.

Помимо всего этого в языке этих башкир наблюдаются отдельные черты всех трех говоров южного диалекта: среднего, демского и ик-сакмарского ( Азнагулов, 1972, с.З, 17).

Язык указанных башкир, как и юго-западные подговоры южного диалекта,носит элементы былой степной скотоводческой лексики и некоторые особенности казахского языка, с которым он взаимодействует. По языку куйбышевских и саратовских башкир на основе материалов ДАБЯ написана кандидатская диссертация

Надергулов, 1981). Диалектный материал по языку указанных башкир привлекается в соответствующих главах монографии.

Дифференциальные признаки южного диалекта.

В основе современной научной классификации диалектов и говоров башкирского языка лежит комплекс фонетических, грамматических и лексических черт.

I. Одним из основных диалектно-различительных признаков, дифференцирующих опорные диалекты, южный и восточный, является фонетическое варьирование словообразующих аффиксов и аффиксов множественности с начальным этимологическим - л.

Все словообразующие аффиксы и формы мн.числа с инициальным в ижном диалекте реализуются в двух фонетических вариантах ( ^л, ^н) в противовес восточному диалекту, где функционирует четырехвариантный тип аффиксов с начальными гд^ Конкретно это выражается в нижеследующем. а) К именным и глагольным основам, оканчивающимся на сонорные м^ ^н, присоединяются словообразующие аффиксы и аффиксы мн. числа с начальным -ны/-не, -но/^но, -нык/~нек, -нок/ -н©к, -на|^н/^нэгэн^ -нак/-нэк, -нан/-нен, -нау/нэу, -нашА-нэш, ^насА^эс^ и др. вместо формы на ^восточного диалекта и ^л литературного языка: ырашш-~-восточн.д. ырамды —лит. ырамлы 'спорый, продуктивный'; тсомно 'песчаный, с песком'; тсомнот^с песчанник'; -комна-'смешать с песком*, келэннэ- 'отглаживать'; ^ннаран^ Сс десяток, около десяти'; Ьараннан- 'скупиться1; йеннэн^ 'беситься'; т^чна^—лит. т^ц^ "холодный, не ласковый Со человеке)'; йемнэу—восточн.д. и лит. йемдек Дохлый, дохлятина'; тдбэннэс с уклонный,' уклон1; хэрэмнэш- 'проявлять нечестность, обманывать5; урамнар еулицы*; уланнэ£ стравы'; "кастсаннар 'бежали, скрылись1; киткан-нэр 'ушли'; В отдельных основах аффикс с начальным ^выступает и после конечных р, т: арна^ ~В0СТ0ЧН»Д* и лит. ajD-та- сперекиснуть'; шпнатс 'летняя кухня'; ср. также фольклорные формы; а^ач^батна, ш^эч-к^шн^ствой отец-голова (царь?)', твоя мать-напарница (наперсница?)'- из эпоса "Алпамыша".

После других согласных к именным и глагольным основам присоединяются словообразующие аффиксы и формы мн.числа с начальным этимологическим ~л, которые являются литературной нормой: -лы/-ле, ;^ло/-л£, -лык/-лек, "^лок/^лек, -л^/^лэ^ ^лак/ -лэк, -лай/Члэй, -ламн/^лэгэн^, -лан/-лэн, -лау/-лэ^, -лас/

ДР* вместо форм на ^т^восточного диалекта, Примеры: йогашлы^^ восточн. йогашты мал ""пришедший ко двору, плодовитый (о скотине)'; тудле^—восточн. тулде сяйценосная'; кы^лык ~восточн. тсыу§шсбейэ г кобыла после первого жеребенка'; £0слвк~восточн. я&сток 'прыткость, шустрость'; доцрорла-~восточн. ^ущ^р^а^ сгромыхать'; теЪорлэ^ восточн. деЬерээ- 'греметь'; атла-—-восточн.д. атта- <шагать'; лэбе^лэк — восточн. д. лабыр^ат^ f тараторка"7; ёетэулэй^ восточн.д. и лит. бетэ^у9эй?в целом виде, не размельчая'; jie-длэген — восточн. й0£?эгэн^ 'около сотни1 ;й£лл§н^~босточн. д. ^лдан^- 'готовиться в дорогу'; йаклау-^ восточн.д. и лит. йактау^'косяк'; йарлау "обрыв крутой'; Гз^пеллэу Зеленоватый' (камелик); Ьиллэу^с:ветреный, свежий'; ■кырла^—восточн.д. тсыр?ас 'ребристый хребет'; У£лэс^сподъем'; корла^^соракл^^ восточн.д, и лит, "корэаш есверстник5. В литературном языке аффиксами множественности глаголов приняты четырехвариантные формы восточного диалекта, например: й^ллар^ восточн .д. и лит. й^лдар^'дороги'; кетфэри-' восточн .д. и лит. к©те^§эр стада'; атлар—восточн. и лит. аттар 'лошади''.

Именные и глагольные основы, оканчивающиеся на гласные, в обоих диалектах и литературном языке принимают аффикса с начальным -л^ ^н^ле 'имеющий мать1; с^гутсалык, "молодой березняк* ; Спо н®Д®лям'» лит. срак7; тса-лала£ сгорода \ бд^елэр^сволки1и т.д.

В говорах южного диалекта наблюдается употребление диалектных форм с начальным ^л вм. -э, ^восточного диалекта и литературного языка в современных неразложимых основах следующих слов: б^йлак — лит. и восточн. д. 'холостой, холостяк7; йэнтэслим —лит. и восточн.д. йэнтастем 'изо всех сил'; йжлы^—лит. и восточн.д. йакты Светлый1; йаклыр-—' лит. и восточн.д. йатстыр- "светлеть, светать'; матсла- — восточн.д. и лит. матста^ 'хвалить1 , маклансык {хвастун'; мыклы/ мыкты * здоровенный'; бэ^ле—восточн. бер?е 'хариус7; опло-^ восточн. опто гязьл ; Кырклы —еосточн. Кыркты - ороним; ■кау-лы —■ 'кад?^ с аист'.

2. Поскольку башкирский язык выделяется среди тюркских языкое наличием специфических звуков Ь, д, ? они выступают одним из главных дифференциальных признаков и в классификации диалектов и говоров башкирского языка, которые также различаются по распределению этих звуков как в корневых морфемах, так и в аффиксах. Говоры южного диалекта по употреблению фонем 1> имеют принципиальные диалектные отличия от говоров восточного диалекта, а по реализации их в составе слова -от литературного языка. Фонемы ^^соответствуют этимологическому звуку тюркских языков, фонема звукам з^, д, , которые в говорах южного диалекта реализуются в следующей форме.

В литературном языке спирант ^ регулярно выступает вместо общетюркского о^ в начале корневой морфемы и начале аффикса: Сесли захочет пить1 , ЬыуЬаЬын 'пусть захочет пить1, ЬабаЬы с его кожаный сосуд1, 'здоровый7,

ЬвйэЬецме 'любишь ли"1 и др. Интердентальный глуяой ^ употребляется в конце корня и аффикса: ад^ 'повесить1, ад^ тор-настай', бадма? сне наступит1. В интервокальном положении корневой конечный как правило, не изменяется: б^МУ, 'поле1 , кыдык (тесный, теснина', дде^с горячий1. Лишь отдельные слова (.яЬа-сделать' , яЬеж 'ясак1) введены в норму литературного языка через

Говоры южного диалекта имеют следующие особенности в распределнии фонем В демском говоре во всех позициях слова употребляется д^ дуда да, дудадыц, дабады^ раудат^, £в,-йэдецме(переводы см. выше). В среднем говоре и ик-юшатырской зоне ик-сакмарского говора шонема помимо конечных позиций корня и аффикса, характерных для литературного языка, может употребляться в начале слога: б^рдык^ гбарсук', Т£П£а'порог1, тукдан '90', екочка1.

В сакмарской зоне ик-сакмарского говора функции фонемы д сведены к нулю. Здесь во всех позициях преимущественно употребляется спирант Ь: ЬыуЬаЬа, ЬабаЪы, аЬ, баЬ, баЬмаЬ, кы-Ъш Спереводы см. выше); ЬаЬык 'вонючий1, *кьЙ1та^ 'теснить, нажимать1 . Лишь в окраинах сакмарской зоны отмечаются варианты слов с фонемой д: с90', Ьикдэн^ с80', при экспрессии: алла даютЬын! ебоже упаси!1

3. Говоры южного диалекта характеризуются последовательным употреблением фонемы й в начале слова и слога, за исключением вибрационных зон, контактирующих с говорами восточного диалекта и казахскими говорами. Явление "йеканья", составившее норму литературного языка, выступает одним из дифференциальных признаков, отличающих южный диалект от восточного, в говорах которого наблюдается преимущественное употребление ж, т,е. явление "жеканья" казахского типа: южн.д. йай ~ восточна. жай 'медленно', медленный1; йел~ восточн.д. ачо «ветер1; йен~ восточн.д. жич 'рукав'-, йете — восточн.д. жите Ссемь'; йэй—восточн.д. жэй/'лето'.

В инлауте слова фонема ж^вм. й в восточном диалекте чаще выступает после закрытых слогов, оканчивающихся на сонорные: *к^£йын — восточн.д. к^ржынс кожаный мешок для молочных продуктов'; ыкйи/энйе —восточн.д. ынжы/энке гжемчуг', перламутр'; тсымЕ^.~тсыме-ы- 'кишеть'; ы^жандатс^« несерьезная, легкомысленная1 и т.д.

4. Для южного диалекта, как и для башкирского языка в целом»характерно употребление глухих согласных к^ к, т в начале слова. Однако в диалектах и говорах отмечается озвончение т^в начале некоторых слов, в результате чего они выступают в двух вариантах: т/дара сподкова*, т/дамра "тамга", т/дауар ^овар', т/йегэнэк^ ерепей', т/д^расдуга', т/дэн^ "тело, туловище1, т^Дбйэ 'верблюд" и др. Кроме этого в деиском, частью среднем говорах, как и в говорах восточного диалекта, озвончаются начальные глухие к, тс, ? литературного языка в таких словах, как: гэ]эни£ 'карниз', гвпшэ 'купырь7, дилгыл/ ралый тороу свпервые встать на ножки', дужын * волна', дуцэ-рэкскруглый7, дезе/тяжи', дэгэрмэс колесо7, дэтсет 'терпение ' и др.

5. В говорах южного диалекта, как и в литературном языке, действует закон сингармонизма, т.е. закон нёбной и губной гармонии в пределах многосложных слов. Действие небной гармонии в говорах нередко распространяется на некоторые формы сложных слов и словосочетаний: апаДп ^ алшчбар-1 понести', алкайте спривезти домой1, эпкил^. < алыпч^и^спринести', эбин^ алып+ин^ свнести1, епмен- споднять с собой'; эсмэйел < ас+майе Сненасытный'; мынарайыш!<мына + арай + зш ^вот, брат, дела!', этэмбэй £1. поздний приплод ; 2. припущенник'; карткэ^, кэр-сэй сбабушка'.

Сингармонические варианты некоторых слов в сочетании со звуком с выступают различительными признаками говоров южного и восточного диалектов: южн. сэс^восточн» сассволосы'; сэсмэу~сасмау "косоплетка', сэс^сас- с сеять0 , сэсэ^-мэ—сасама 'кашель, коклюш7; сасрет- — сасрат- ^брызгать'; сэсэ~саса,к с щеточка на копыте лошади*; с©с соо'прыткий, шустрый1, эсе~асы е кислый, горький^ ССБГ, 1967/).

Закон губной гармонии, осуществляемый в башкирском языке по линии гласных о^ е^ в говорах южного диалекта в отличие от восточного выдерживается довольно строго и в пределах многосложных слов и сложных словах: ослокойрот! (демск.) 'двухвостка*, осоношоу^ СсреднО г воображать1 , осорттсос (демскО Ссплетник', ©злекЬенеу сосложнение, заболеть снова'; едтвле-О^т^Сдемск.)'неснятое молоко1; кенобергвн^Середн.) гв тот же день * и др. ( СБГ, 1970).

6. В области грамматики говоры южного диалекта также имеют значительные отличия от восточного диалекта. Помимо вышеназванных сложных глаголов стяженной формыСапкайт-, агткас- и др.), характерных для обоих диалектов, некоторые глаголы движения ( бар- 'идти', ват- 'лежать' , ^лтыр-- 'сидеть' и др.) в форме деепричастий и в функции вспомогательных глаголов образуют сложные глагольные конструкции, выражающие незаконченность, процессуальность действия: килв йата, килеб ултыра 'идет (сюда)'; сидет(тудаУ, ^асыпки^ теп ултыра губегает' , юге£еп к^тепара (бежит (.куда-то)1 •

В южном диалекте отмечена своеобразная побудительно-повелительная форма мн.числа на -айыклар, -^ытклар^, "^жлар^, -тмслар и их мягкие варианты: барайытслар вм. ба^айыры? <пой-демте-ка7 ; киттеклэр вм. кигс^еге? спошли-ка°.

Инфинитив в говорах южного диалекта имеет формы на -ыр/ -ер, -ырра/-ергэ^, -ыу/-еу, -^ур^А^гэ» (°Редн* г.).' 'надо было идти', ба|Ш£^гитэ, бары£ра, бадмараитэ 'хочет идти1*, бад^^буЬан,, 'если надумаешь идти'.

Для всех говоров характерно употребление послелога бе^ лэн,белэ 'вместе, с' вм. лит. менэн и м^енэн/мэн/манвосточных говоров.Чаще употребляются полные формы усилительных частиц чем формы восточного диалекта даЬа/заЬа/лаЬа/таЬа, да/^а/ла/та еведь7 и их мягкие варианты.

7. Лексика диалектов выступает одним из важных показателей в классификации говоров и диалектов конкретных тюркских языков. В свою очередь сравнительное исследование лексики тюркских языков во многом способствует наиболее точной и тонкой генетической классификации их СМусаев, 1975, с.5,8). Лексика диалектов, составляя значительную часть общенародной лексики, служит также неиссякаемым источником обогащения словарного состава башкирского литературного языка.

При значительной общности лексики двух диалектов по основным хозяйственно-тематическим классам, как скотоводство, охотничество, пчеловодство, рыболовство, земледелие, а также по терминам анатомии человека, флоры и фауны и т.д., говоры южного диалекта имеют определенные лексические и лексико-се-мантические отличия от говоров восточного диалекта, обусловленные этно-историческими природно-географическими, культурно-экономическими и прочими факторами.

Хотя лексика является наиболее подвижной частью языка, а диалектная лексика характеризуется напластованиями различного характера, на что указывает бытование в говорах большого количества синонимов, можно определить целый пласт лексики, который локализуется и более активно употребляется в том или ином диалекте. Приведем некоторые лексические и лексико-семантические формы слов из говоров южного диалекта в сопоставлении с говорами восточного диалекта: эмэд, энэй, эсэй^ во-сточн.д. инэйсмать?; бикэс~восточн.д. 'кыззар, Ьылы£, тса^ ныш 'младшая золовка'; бешэ/мешэ восточн.д. терке смолодой I 'III!. ->■- ** - — " V У— — "S^ сосняк'; ^сел^ восточн.д. божо£,бозор 'рябчик'; йе?эй^ энэ^-лек, йэмшегэн, мэмешкэк^—восточн.д. дунала, Ьы^Ьар, "камыраш, тел!кв^емеше, бдйадйемеше, энэрас, энэде, энэте, энэтек "боярышник'; йе^лек^ ши^лек-^восточн.д. казнак, тса?на, 'ка^на^-лыксналичник нар' ; т^рбаш^т^рйак~ восточн.д. "каэанд^. ка-9анйатсг же некая часть дома, где стоит печь, очаг7; урындык^^--восточн.д. Ьике^нары'; кешелек^ к^^гешеЬе~Еосточн.д. эйэЬе/зрачок'; к^пэс—восточн.д. т^пый^'1. детская шапка; 2. шапка старушек; В. мужская шапка4; сып£ачнау^~восточн.д. ба^тамд^/бартанда^ 'обижаться, проявлять обиду, несдержанность'; hgjD9HHa^^восточн.д. бa2cыды¿<кpичaть,; тсола£-~говоv С 1 ры восточн.д. тэга]ээу упасть1.

Диалектологический атлас башкирского языка в будущем даст более точные изоглоссы диалектной лексики.

Заключение диссертации по теме "Тюркские языки", Миржанова, Сария Фазулловна

ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

В диалектной системе башкирского языка южный диалект является самым крупным диалектным ареалом и по территории распространения, и по численности населения.

Южный диалект вместе с восточным явился опорным при создании письменного литературного языка, поскольку эти диалекты отражают наиболее характерные черты башкирского национального языка. Поэтому с самого начала зарождения письменного литературного языка южный диалект был тесно связан с литературным языком и обогащал его развитыми формами народного языка, общими для обоих диалектов.

Вместе с тем в говорах южного диалекта продолжают бытовать диалектные особенности, которые составляют дифференциальные признаки южного диалекта и специфику местных говоров, отличающие его от восточного диалекта и от литературного языка.

Процесс становления южного диалекта и формирования его говоров был довольно сложным.

Основу южного диалекта составил язык древнебашкирских племенных объединений, прошедших период развития в огузо-пе-ченежской языковой среде. В процессе этно-языковой интеграции с древними языками булгаро-мадьярских родо-племенных групп юрматы, кесе, кальсер, еней, с языками кыпчако-половец-ких племен говоры южного диалекта приобрели диалектные черты, развившиеся впоследствии в территориальные признаки южного диалекта.

В отличие от четырехвариантного типа аффиксов на -д, X?» ТТ» ~ вост°чного диалекта и литературного языка, в южном диалекте выступает двухвариантный тип аффиксов словообразования и множественности с инициальными -¿1, -н, по которым диалект объединяется с татарским, гагаузским языками, с апикальными диалектами туркменского, восточной группой азербайджанского (.Ширэлиев, 1965), с огузскими говорами узбекского (Абдуллаев, 1978) языков. Аффиксы словообразования и множественности с инициальными -л, -н, распространенные в языках, диалектах и говорах огузской группы, имеют единые истоки с восточнотюркскими языками, в которых также бытуют варианты с -л, ^н. В историческом плане представляется возможным рассматривать их как одну из древних особенностей огузских языков, поскольку в таких кыпчакских языках, как караимский, карачаево-балкарский, кумыкский, крымско-татарский, каракалпакский, ногайский и др. сохранился аффикс с этимологическим -л.

Один из характерных признаков южного диалекта - это употребление инициального в начале слова и слога, что составляет и норму литературного языка. Явление "йеканья" и "жеканья" по преимущественному их употреблению выступает одним из основных дифференциальных особенностей двух опорных диалектов: начальный й.^) южного диалекта составляет оппозицию инициальному ж восточного диалекта.

Начальный ^Л^ ) является достоянием языка древнетюрк-ских памятников и выступает особенностью диалектов и языков огузской группы, а анлаутный ж преимущественно характерен для современных кыпчакских языков.

Банкирский язык относят к "йекающей"группе тюркских языков С Н.К.Дмитриев, В.А.Богородицкий), т.к. явление "йеканья" не чуждо и для восточного диалекта. Принято считать, что кып-чакское воздействие на развитие башкирского языка и его диалектов было довольно значительным и сыграло решающую роль в окончательном формировании его как языка кыпчакской группы.

В прошлом часть кыпчакизированных родо-племенных групп табын, катай, кирей, кумрук, канглы и др. и собственно кып-чаки вошли в состав носителей южного диалекта.

Однако,южный диалект, пережив историческое взаимодействие с ногайским языком, находясь в настоящее время в контакте с "жекающими" кыпчакскими языками (казахским и татарским) и восточным диалектом башкирского языка, сохраняет в своих говорах регулярное "йеканье". Начальный велярный (восточный д.) и палатальный ж спорадически, как вариант й (р , появляется лишь в пограничных зонах непосредственного контакта говоров южного диалекта с говорами восточного диалекта и указанных языков.

По письменным памятникам явление "жеканья" и "джеканья" не было древнейшей особенностью кыпчакской языковой общности СГарипов, 1976, с.16). В язнке СС, мамелюкских кнпчаков, армянских судебных актов и др. начальный дж - "чисто эпизодическое явление" СКурышжанов, 1972, с.178; Наджип, 1975, с. 213-236 и др.). А в караимском "хранителе норм и традиций кипчакского языка" (.Баскаков, 1960, с.58), полностью выступает "йеканье".

Поскольку в языке раннесредневековых кыпчаков явление "джеканья" не было развито, представляется возможным допустить следующие предположения: I) либо кыпчаки вошли в состав древнебашкирских племен значительно раньше, до дифференциации кыпчакских диалектов на "йекающие" и "джекающие"; 2) либо кыпчакский компонент в составе южных башкир не смог сколько-нибудь повлиять на язык древнебашкирских племен и воспринял особенность их языка. В таком случае "йеканье" в башкирских диалектах представляет более раннее и для башкирского языка исконное явление, нежели "жеканье" восточного диалекта, которое могло быть привнесено в восточный диалект в ХШ-Х1У вв. с говорами родо-племенных групп катай, табын, барын и др.

В говорах южного диалекта в отличие от восточного выступает в анлауте слова огубленный вариант а(а°) . Ареал огубленного а^ охватывает ик-юшатырский, демский, часть среднего говоров южного диалекта, на западе - соседний с демским ниж-небельский, на севере - караидельский говоры.

Начальный огубленный а^ характерен для мензелинского,за-казанских, нагорных говоров среднего диалекта татарского языка. Но в татарских говорах этот звук по своим физиологическим качествам отличается от башкирского а° преобладанием элемента о, т.е. выступает как о^. В чувашских диалектах древний долгий а в анлауте перешел в Сверховой д.) иву (.низовой д.).

Огубление древнего начального а^ характерно также для финно-угорских С кроме удмуртского) языков Волго-Камского региона (.Серебренников, 1972, с.9).

Явление "оканья" отмечается в говорах огузских языков. В восточной группе говоров азербайджанского языка в первом слоге а произносится как о.: боба <отец'; овчи 'охотник', по-паг с папахаЧШирэлиев, 1962, с.46-47, Гаджиева, 1966, с.88). В диалектах туркменского языка также наблюдается переход £>о (Бердыев, 1963, с.16-17) .

В узбекском исконный начальный а. развился в о. Явление "оканья" в узбекском языке имеет различные истоки развития. А.К.Боровков и В.В.Решетов объясняют развитие огубления спецификой самих тюркских диалектов, а не влиянием иранского субстрата, как утверждал Е.Д.Поливанов. Однако нельзя, видимо, не учитывать и те сложные процессы языковых взаимовлияний, имевших место в истории развития огубленного а° в тюркских языках. Так, если иметь в виду, что финно-угорский субстрат в истории тюркских языков Урало-Поволжского ареала был довольно значительным, то вполне правомерны мнения ученых относительно того, что огубление начального в указанных языках могло развиться под влиянием финно-угорского субстрата ССеребренников, 1972, с.8; Гарипов, 1979, с.231).

Исследование лексики говоров и диалектов тюркских языков в их отношении к литературному языку и другим диалектным единицам языка, к соседним языкам является наиболее сложной областью диалектной лексикологии. Тем не менее, используя свой многолетний опыт работы по диалектной лексике, автор пытается провести исследование значительной части лексики говоров в сравнительно-сопоставительном плане, что позволило выявить предварительные диалектные пласты, указывающие на междиалектные и межьязыковые контакты. В результате установлены примерные микрозоны (подговоры) внутри говоров и предварительный ареал распространения некоторых диалектизмов. Были определены также диалектные пласты, общие с смежными говорами, со всем южным диалектом, с говорами восточного диалекта и соседних тюркских языков. Так, сравнительно-сопоставительный анализ терминов родства южного и восточного диалектов в их отношении, к диалектам ближних и других тюркских и иносистемных языков выявил специфические диалектизмы говоров, представленные в чувашском, туркменском, киргизском, восточнотюркских, монгольских, финно-угорских языках (эме смать">, эзэй 'бабушка', эсэи 1 мать' , Ьыйлым - слова обращения к жене друга, к мужу подруги). Некоторые термины этого ряда обнаруживаются в языке древнетюркских памятников (абыпгка сстарый,старик'; бабушка', эсэ <мать?), в монгольских, тунгусо-маньчжурских языках. Анализ также показал, что термины, употребляющиеся в южных говорах, а также в кыпчакских и восточнотюркских языках солатай 'дедушка по матери'; елэсэй бабушка по матери7; эсэй, эзэй; бейем '■свекровь7, бикэм 'золовка7 , бикэс смладшая золовка' и др.)., не характерны для говоров восточного диалекта, тогда как термины, употребляющиеся в восточном диалекте (атай; иней 1мать> , бабай ^ старший брат родителей, дядя'; эбей «-старшая сестра родителей, тетя''; тсайны, тсэйнэ, тсартатай/картиной и др. ),;имеют распространение в обоих диалектах.

В системе южного диалекта каждый из говоров, занимая довольно значительную территорию, обладает весьма самобытной фонетической особенностью, которая регулярно функционирует на всей территории распространения говора и выступает основным его классификационным критерием.

Носители ик-сакмарского говора расселены на обширной территории 17 крупных районов. Исследователи до сих пор не отмечали в нем единой для всей территории говора доминирующей фонетической черты, указывая лишь на диалектную специфику его подговоров СМаксютова, 1970, с.10, Ишбулатов, 1972, с.105).

Монографическое исследование ик-сакмарского говора показало, что по фонетическим, морфологическим и лексическим особенностям, в том числе по основному классификационному признаку, как употребление специфических звуков Д, территория ик-сакмарского говора разделяется на две большие зоны, которые вполне соответствуют классификационным критериям самостоятельных говоров: I. северо-западная зона или условно ик-юша-тырский говор; 2. юго-восточная зона, условно сакмарский говор.

В территорию ик-юшатырского говора входят башкирские населенные пункты Стерлитамакского, Ишимбайского, Мелеузовско-го, Кугарчинского, Кумертауского, Т'юльганского, Саракташско-го, Октярбрьского, Большеглушицкого, Большечерниговского, Александровского р-нов.

Сакмарский говор охватывает бассейн реки Сакмар до впадения в нее р.Б.Ик, куда входят села западной части Бурзян-ского р-на, Баймакского, Зилаирского, Хайбуллинского, Зиан-чуринского, Кувандыкского р-нов (См.карту N 4).

Основу носителей ик-юшатырского говора составляют башкиры - потомки кыпчаков, юрматынцев, тамьянцев, а носителями сакмарского говора являются башкиры, представляющих в прошлом племена бурзян, усергян, тунгаур.

Диалектные различия указанных говоров, ик-юшатырского и сакмарского, проявляются на всех уровнях языка: в фонетике, морфологии, в диалектной лексике.

Главной фонетической особенностью сакмарского говора является систематическое употребление спиранта h, вместо общетюркского с, во всех позициях слова: патЬа 'если продаст", кур-Ьэт 'покажи', Tcuhbip <яловая1 , Tynha 'порог', 6ah «наступи1. Употреоление фонемы q для говора не характерно, за редким исключением отдельных слов: йара--~лит яЬа 'делать', изоглосса которого в такой форме проходит по всему южному диалекту; <?ыу мейе! ' безмозглый!"(при экспрессии)»

Спирант Ji в сакмарском говоре выступает и вместо фонем х, Ф в заимствованиях из арабского, персидского языков: hyp—лит. эур 'большой7-, Ьэ9ер-~лит. хэ?ер «сейчас ; Ьэйбэт/ хэйбэт схороший, приличный'1 Ьэйкунэ, Ьэрилэ, ЬэйзелРайан вместо Фэйкунэ, Фэрилэ, Файзелгаян - антропонимы.

В ик-юшагырском говоре функции фонем h, с строго дифференцированы. Здесь спирант Ь. систематически выступает в начале корня и начале аффиксов, глухой интердентальный р преимущественно употребляется в инлауте ныне неразложимых основ т.е. в начале слога и в конце слова: ЬатЬа «если продаст'7, курЬэт 'покажи'; но Ьурар 1 куница', тшрыр 'яловая', тупра 'порог'', йер 'запах', бар 'наступи7, барЬын—сакмар. баЫшн 'пусть наступит1.

Характер реализации фонем Ь^ £ формирует диалектную специфику говоров южного диалекта и других говоров башкирского языка. Так, если сакмарский говор выступает полностью как'Ч^ говор", то в демском монопольно функционирует фонема ^р во всех позициях слова вместо общетюркского с. В ик-юшатырском, среднем говорах южного диалекта, айском говоре восточного диалекта, которые расположены между демским и сакмарским говорами полосой с юго-запада на северо-восток, спирант Ь закреплен лишь в начале слова (корня) и аффикса, а в остальных позициях преимущественно выступает р вместо общетюркского с.

По вопросу происхождения звуков Ь, р^ в башкирском языке были высказаны различные мнения. Одни ученые предполагали иранский субстрат С Н.К.Дмитриев, 1948, с.20; 1955, с.251), другие связывали спирант II с монгольскими языками (.Баишев, 1955, с.12).

Дж.Г.Киекбаев рассматривал развитие спирантов р, ? в башкирском, Ь^в якутском и р, з в туркменском языках как явление собственно тюркское, возникшее самостоятельно, на чисто фонетической основе без каких-л. влияний извне или воздействий нетюркских языков (Киекбаев, 1958 б, с.12, 15).

Однако в сакмарском говоре, контактирующем с кизильским, спирант Ь, как было сказано, выступает во всех независимых от позиции олунаях вместо литературных Ь, и общетюркского е. Таким образом, в сакмарском говоре спирант Ь имеет наибольшую активность употребления. В этом отношении говор сближается с сальютским говором, где активность спиранта еще больше, т.к. в аргаяшском и сальютском говорах восточного диалекта он имеет дополнительные репрезентации, восходящие к общетюркскому башк. ?> аргаяш. сальют, Ь. И, наоборот, в аргаяшском говоре спирант п нередко переходит в интервокальной позиции в фонему В сальютском говоре в той же позиции общебашкирский ? (¿.общетюркск. д) переходит в спирант Ь (Иш-булатов, 1972, с.88, 97). Исследования показывают, что генезис развития спиранта ]} говоров восточного диалекта башкирского языка связан с восточносибирским лингвистическим ареалом. Рефлексы перехода с > з> Ь, ш> в анлауте и инлау-те обнаруживаются ныне в якутском, тофаларском, бурятском и др. языках: тофалар. Ьымыс £ поварешкаЧРассадин, 1971, с.18б)', ср. средн.г. Ьумыс северо-восточн.гов. Ьумес башк.лит. сумес - то же; бурят. бэЬэлик '■кольцо, перстень' , тоЬоон спыль* (Будаев, 1978, с.176); сальют. беЬэлек 'браслет', туЬан * пыль7 . Развитие спиранта ^т. в указанных и других языках, по мнению ученых, было вызвано "общей тенденцией к спирантизации целого ряда согласных" (Серебренников, 1973, с.II; 1963, с.16-19).

Главной диалектной особенностью демского говора является монопольное функционирование интердентальной глухой фонемы р вместо общетюркского с^ во всех позициях исконно тюркских слов. В заимствованиях из арабского и персидского языков спирант Ь. регулярно выпадает либо заменяется согласными х, гг £.

Фонема р демского говора образует диалектное соответствие в инлауте слова с спирантом ^литературного языка в среднем и ик-юшатырском говорах ( йас?ау £делать', Ьикс?эн '80') и диалектное чередование в кизильском и близлежащих подговорах восточного диалекта ( Ишбулатов, 1963, с.25; 1972, с. 77).

С демским £ связана диалектная специфика функционирования интердентальной звонкой фонемы которая в северо-западном нижнебельском говоре башкирского языка заменяла любой з других языков ( се? ¿вы?, кэ?э 1коза', эимнедкэ «землянка'). Рефлексы диалектного соответствия Э-—3, отражающие исторический переход древнетюркского з > ? на почве башкирского языка, довольно рельефно выступает в демском, караидельском, в среднем говоре, проявляется также в ик-юшатырском и айском го ворах.

Диалектизмы с анлаутным эвм. з в указанных говорах восходят к старым русизмам, арабизмам и персизмам, так как ан-лаутныйД^для башкирского языка, кроме звукоподражательных слов, не был характерен.

В историческом плане древний ареал функционирования дем-скиго как и по нашим исследованиям, охватывал гораздо большую территорию и распространялся, по-ьидимому, и на северо-западную и северо-восточную зону башкирского языка, т.е. на нижнебельский и караидельский' говоры, в которых ныне бытует фонема

Об этом свидетельствуют случаи спорадического употребления фонем д, ? в анлауте слова в айском, аргаяшском СМаксюто-ва, 1976, с.38-39), и среднем говорах. Если сопоставить употребляемость фонем $ в двух опорных диалектах, то южный диалект выступает преимущественно как "

По статистическим данным в восточном диалекте частотность употребления спиранта Ь. по сравнению с другими согласными почти в два раза больше - 7 % , нежели в южном, где она показывает (Гарипов, 1979, с.133).

Бытование диалектного соответствия в настоящее время в речи старого поколения новых русских заимствований ( магазин 'магазин', май бра?ниге 'праздник мая', ука? суказ' ) дает основание думать, что в древности в живых говорах южного диалекта звуки з, ^регулярно переходили в с, как в туркменских диалектах.

Генезис туркменских фонем с,туркменоведами возводится к иранскому субстрату. Однако в иранских языках бытует весь процесс исторического перехода су <у> Ь, отмеченный в башкирском языке. Так, древнеперсидский л) выступал в начале слова и конце слога: ^агаИ «голова', саОи/аг «четыре*, а в инлау-те, в поствокальной и интервокальной позиции древнеперсидский са-&л>/аг — среднеперс. саЬаг (ОИЯ, СпЯ, 1981, с.37-49), Тем не менее, единые этно-генетические истоки туркменских и башкирских фонем с, ^ связанные с древнейшим этапом развития их, подтверждается этнографическим и лингвистическим материалом.

Таким образом, в историческом плане башкирские диалекты выступают центральным звеном в цепи развития фонем Ь, в тюркских языках, отражающие в себе и специфику восточнотюрк-ских (диалектный спирант I}), и особенность западнотюркских (башкирские и туркменские д, языков.

Одной из древних особенностей говоров башкирского языка является систематическое употребление глухих согласных -^т, -^с, -^к в начале аффиксов после сонорных л, н^ р основы. зо а

Как регулярное явление данная реликтовая особенность сохранилась в среднем (носители - представители племени юрматы, табын, катай, кирей, родов кесе, кальсер), в караидельском (носители - бывшие племена ун, бальгксьо, регулярно в звукоподражательных, достаточно рельефно и в других формах - в ниж-небельском (носители - потомки племен еней, елан, уран, гор-ми, буляр и др.), спорадически - в таныпском, тайнинском говорах, ялан-катайском подговоре ( Максютова, 1976, с. 104), в языке среднеуральских башкир (носители древнего башкирского племени упей.- Дильмухаметов, 1980, с. 12).

Эти диалектные зоны в настоящее время не контактируют между собой.

Башкирские ученые рассматривают эту древнюю особенность говоров явлением, привнесенным в башкирский язык отдельными племенными языками, как язык катайцев, табынцев, кирейцев.

Однако в тюркских языках, в том числе и в башкирском, основы с звукокомплексами лт, мт, нт, рт, нк, нк составляют довольно значительный пласт, и, по всей видимости, являлись древнейшей особенностью их. Об этом свидетельствуют корневые формы образо- и звукоподражательных слов с Щербак, 1981, с. 145), а также древние неразложимые основы типа алты е шесть', алтын 'золото', балта 'топор1 и др. зн., балтыр сикры ног' и т. д.

Древние звукосочетания лт, мт, нт, рт, нк как систематическое явление характерны лишь для современных языков сарыг-югурского еТенишев, 1976а, с. 4), барабинского, тоболо-иртыш-ского диалектов сибирских татар (Тумашева, 1977, с. 62,194).

Из других тюркских языков диссимилятивные звукокомплексы лт.мт, нт, рт довольно активно выступают в диалектах алтайского (Баскаков, 1958), татарского, хакасского языков. Проявляется в киргизском (.Орузбаева, 1964, Сыдыков, 1966), якутском (.Убрятова, i960), современном уйгурском и др. языках.

В тюркских языках огузской группы, а также в тувинском, тофаларском, чувашском, частью хакасском глухие согласные т, к, тс в инлауте после сонорных подверглись озвончению, а в чувашском приобрели полузвонкий характер: аз., туркм., тур., гаг., караим., кумык, и др. балдыр, узб. болдир, якут, баллыр 'икры ног*;тув., хак., шор. палдырган, аз., гур., каз., кирг. балдырган, чув. пулдаран 'борщевик' и др. зн.

Зту особенность огузских языков отражают отдельные диалектизмы демского, а также юго-восточных и северо-восточных говрров: балдырран, балдыр и др.

Но и в огузских языках некоторые аффиксы после сонорных л, м, Hj jd сохранили глухой смычный -т: формы на -щита, -JBIM.» -ымтыл, -ынтЗУЬ означающих неполноту качества и др. зн. (Ши-рэлиев, 1962, с.134-179).

Для монгольских языков в аналогичных условиях характерна регулярность звонких д, гА f, либо спирантизация jc, к > х: башк.д. в^тшу, анкау-—-- монг. С'Сокров.сказ.") тсачга'ку, haHFa-тсу 'страдать от жаждыЧКозин, 1941, с.615); монг. балдарганаи др,

Некоторые тюркизмы в монгольских языках с диссимилятивными звукокомплексами указывают на их древнее заимствование: алтан 1 золото \ эртэ с утро1' , балт 'топор' и т.д.

Звукокомплексы лт, мт, нт, рт как регулярное явление выступают в орхонских древнеуйгурских надписях УП-1Х вв.

Надо полагать, в живых диалектах древних тюрков допись-менного периода, в том числе и в той части из них, носители которых составляли основу их государства - Тюркский каганат, и для которых создавалась письменность, явление диссимилятивных звукокомплексов носило последовательный характер и пронизывало всю фонетическую систему их языка. Эта особенность, видимо, была столь значительной, что при образовании древне-тюркского алфавита для передачи этих звукосочетаний были созданы особые знаки лт -М, нт -©©, рт -ХККононов, 1980).

Поскольку древнетюркский письменный язык УП-1Х вв. был создан на основе устного разговорного койне, представляющего смесь двух языковых групп - древнеогузской и древнеуйгурской -(Тенишев, 19766, с.27), для которых было характерно явление диссимиляции звукокомплексов лт, мт, нт, рт, можно формулировать вывод, что древнебашкирские племена, считающие своей древней родиной Алтай, Монголию, Южную Сибирь, вынесли явление регулярной диссимиляции в своем языке задолго до того, как закон диссимиляции стал разрушаться, вместе с самой ранней миграционной волной тюркских кочевников, т.е. вместе с оногурски-ми тюрками сувар, кавар, хазар, булгар (Немет, 1976) и др.,которые входили в гуннскую конфедерацию IV в. Это подтверждается наличием указанного реликтового явления в языке булгарских эпитафий: уафат болты/болту, елту < преставился, умер'(Хакимзя-нов, 1978). В тюркизмах венгерского языка: алтатни < обманывать? и др. В печенежских этнонимах и антропонимах: эртим,Кэл-пэй/Кулпэй, Килтэр или Билтер, Сэлтэ С Щербак, 1959) .

Башкиры, оказавшись на окраине тюркского мира Восточной Европы и пережив интенсивные этнические и языковые взаимодействия с различными тюркоязычными и иными племенами, смогли сохранить эту реликтовую особенность в регулярной форме в некоторых своих говорах. В отдельных категориях слов и грамматических формах это явление выступает в общенародном башкирском и других тюркских языках.

Список литературы диссертационного исследования доктор филологических наук Миржанова, Сария Фазулловна, 1983 год

1. Произведения основоположников марксизма-ленинизма Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология: История. - Маркс К.,

2. Абдуллаев Ф.А. Фонетика хорезмских говоров: Опыт монографического описания огузского и кыпчакского наречий узбекского языка. Ташкент: Фан, 1967. - 247 с. Абдуллаев Ф.А. Узбек тилиниц уруз ла^жаси. - Тошкент: Фан, 1978. - 140 с.

3. Аванесов Р.И. Очерки русской диалектологии. 4.1. -М.: Учпедгиз, 1949. 335 с. Азизбеков Х.А. Азербайджанско-русский словарь. /Под ред. Б.Т.

4. Аманжолов С. Вопросы диалектологии и истории казахского языка. ч.1. Алма-Ата: Казучпедгиз, 1959. - 450 с.

5. Андреев И.А. К характеристике лексики говора башкирских чувашей. В кн.: МЧД. - с.49-99.

6. Андреев H.A. Краткий грамматический очерк чувашского языка. -ЧРС. с.601-630.

7. Андреев H.A. Имя существительное. Местоимение. В кн.: МГСЧЯ. - с.5-61, 124-150.

8. Анкета: Баштсорт теле Ьейлэштэренэн материалдар йыйыу есен. /Сост. Н.Ишбулатов, Н.Максготова, С.Миржанова /Под.ред. Н.Х.Ишбулатова. Уфа: 1961.

9. Аннануров А. К вопросу о классификации диалектов туркменского языка. "Изв. АН Туркм. ССР", сер. обществ.наук, 2, Ашхабад: 1967, с.52-60.

10. Аристов H.A. Заметки об этническом составе тюркских племен и народностей и сведения об их численности. "Живая старина'4, 1896, вып.Ш-IY, с.277-456.

11. Ахатов Г.Х. Диалект западносибирских татар. Уфа: изд-ие БГУ, 1963, - 195 с.

12. Ахатов Г.Х. ( Эхэтов F.) . Себер татарлары теле: I. к. Фонетик узенчэлеклэр. Казан: i960. - 70 с.

13. Ахметьянов Р.Г. Сравнительное исследование татарского и чувашского языков: Фонетика и лексика. М.: Наука, 1978, -247 с.

14. Эхмэр К. Баш-корт теле: Педучилищелэр эсен дэреслек. бфе:328

15. Байрамдурдыев Б. Ах&льский говор текинского диалекта туркменского языка: Автореф. дис. канд. филол. наук. Ашхабад, 1965. - 24 с.

16. Бартольд В.В. Сочинения, т.5: Работы по истории и филологиитюркских и монгольских народов. М.: Нрука, 1968.-757с. Баскаков H.A. Ногайский язык: Грамматика, тексты и словарь.- М.-Л.:Изд-во АН СССР, 1940. 272 с.

17. Баскаков H.A. Каракалпакский язык: Тексты и словарь. М.:

18. Баскаков H.A. Диалект кумандинцев (куманды кижи): Грамматический очерк, тексты, переводы и словарь. М.: Наука, 1972,- 279 с.

19. Батманов И.А. Некоторые особенности языка памятников орхоноенисейской письменности. В кн.: ВДТЯ: т.Ш. - с.I16—123. Батманов И.А. Источники формирования тюркских языков Южной Сибири и Средней Азии. Б кн.: под тем же названием.- Фрунзе: Илим, с.5-21.

20. Бессонов А.Г. 0 говорах казанского татарского наречия и об отношении его к ближайшим к нему наречиям и языкам. -1МНП, СПб, 1881, т.216. с.200-242.

21. Бессонов А.Г. Букварь для башкир. Казань, 1907. - 46 с.

22. Бикбулатов Н.В. Терминология и система родства башкир: Общая характеристика. В кн.: АЭБ: т.2. - Уфа: изд-во БФАН СССР, 1964а. - с.164-175.

23. Бикбулатов Н.В. Декоративное ткачество. В кн.: ДПИБ. -Уфа: изд-ие Б$ АН СССР, 19646. - с Л 5-62.

24. Бикбулатов Н.В. Башкирская система родства. М., Нбука, 1981, - 123 с.

25. Будаев Ц#Б. Лексика бурятских диалектов в сравнительно-историческом освещении. Новосибирск: Наука, Сибир. отд-ие1978. - 300 с.

26. Бурганова Н.Б. Говор парангинских татар. Изв. КФ АН СССР, Казань, 1955, сер. гуманит. наук, вып.1. - с.103-116.

27. Бурганова Н.Б. Говор каринских и глазовских татар. В кн.: МТД: ч.2. - с.19-56.

28. Вопросник См. Башкорт геле Ьейлвштэренец Ьузлек составын йыйыу есен Ьораулык.

29. Гаджиева Н.З. Проблемы тюркской ареальной лингвистики. М.: Наука, 1975. - 303 с.

30. Гаджиева Н.З. Тюркоязычные ареалы Кавказа. М.: Наука, 1979. - 263 с.

31. Гарипов Т.М. Труды русских ученых б области башкирского языкознания. В кн.: 400 - л. ПБРГ. - Уфа: Башкнигоиздат, 1958. - с.68-85.

32. Гарипов Т.М. Изучение башкирского языка в дореволюционный период. В кн.: ВБФ. - с.35-42.

33. Гарипов Т.М. Об изучении разговорной речи западных башкир: К постановке,проблемы. В кн.: БДС. - Уфа, 19596. -с.47-51.

34. Гарипов Т.М. Существовал ли пракыпчакский язык? В кн.:

35. Hungaro-Turcica:Studies in honour of Julies Nemeth.1.ranqeotvos University.-Budapest:1976.-s.I63-I68. (Separatum).

36. Гарипов Т.М. Кыпчакские языки Урало-Поволжья: Опыт синхронической и диахронической характеристики. М.: Наука, 1979. - 303 с.

37. Грамматика алтайского языка. (Составлена членами Алтайскоймиссии). Казань: БУИ, 1869. - 289 с. Грамматика современного башкирского литературного языка.

38. Дмитриев Н.К. Грамматика башкирского языка. М.-Л.: йзд-во

39. АН СССР, 1948. 273 с. Дмитриев Н.К. К вопросу об изучении башкирского языка. - В кн.: ВБФ. - с.17-23. См. об этом также: ж. "Белем", 0фэ, 1928, д///7-9.

40. Дмитриев Н.К. Отчет о работе лингвистико-фольклорного подотряда Башкирской экспедиции АН СССР за 1928 г.-ЬДС, с.53-88 Доспанов У. Каракалпак тшшнин кубла диалекти лексикаси. -Нокис: Каракалпакетан баспасы, 1977.- 204 с.

41. Доспанов 0. 0 некоторой близости терминологии родства у каракалпаков и башкир. В кн.: АЭБ. т.1У. - Уфа: 1971. -с. 229-231.

42. Дыренкова Н.П. Родство и психические запреты у шорцев. В кн.: Материалы по свадьбе и семейно-родовому строю народов СССР. - Л.: Изд-во АН СССР, Ленингр.отд-ие,1926.- 265 с.

43. Ишбулатов Н.Х. Хэ?ерге баштсорт теле: Эээби телдец нормаларсистемаЬы. бфэ: БГУ бармаЬы, 1972.ь- 144 с.

44. Ишбулатов Н.Х. Кизильский говор. В кн.: БД. - с. 10-68.

45. Ишбулатов Н.Х. Лексические параллели в башкирском и финно-угорских языках. В кн.: Некоторые вопросы урало-алтайского языкознания. - УЗ БГУ. Вып.42. Сер.филол.наук // 15. - Уфа, 1970. - с.32-39.

46. Ишбулатов Н.Х. Диалекты и говоры башкирского языка. В кн.: ВБЯ. - Уфа: 1972.6- с. 52-130.

47. Ишбулатов Н.Х. Сравнительное исследование диалектов башкирского языка: Фонетика. Морфология: Автореф. дис. . докт. филол. наук, Уфа, 1975. 53 с.

48. Ишбулатов Н.Х. Баштсорт диалектологияЬы: Баштсорт дэулэт университеты Ьэм педагогия институттары есен. 8фе: БГУ бармаЬы, 1979, - 86 с.

49. Казатс т£.л1.ндег1 жерг^лькти ерекшелi-ктер. Алматы: Гылым, 1973. - 202 с.

50. Кайдаров А.Т. Развитие современного уйгурского литературного языка. I: Уйгурские диалекты и диалектная основа литературного языка. Алма-Ата, Наука, 1969 а, - 357 с.

51. Кайдаров А.Т. Уйгурские диалекты и диалектная основа литературного языка: Автореф. дис. . докт. филол. наук. Баку, 1969 б, 149 с.

52. Кайдаров А., Сэдвакасов F., Талипов Т. Ьазирки заман уйрур тили: I кисим. Лексика вэ фонетика. Алмута: Каз.ССР. Пэндэр Академиясы нэшр., 1963. - 260 с.

53. Камалов A.A. Данные гидронимии к проблеме этногенеза башкир. В кн.: АЭБ. т.4. - с.287-290.

54. Канюкова A.C. Чувашская диалектология: Краткие очерки. Чебоксары: Чув. книжн.изд-во, 1965. - 147 с.

55. Катаринский B.B. Башкирско-русский словарь. Оренбург: БУИ. 1899—1900. - 237 с.

56. Кенесбаев С.К. Фонетика. В кн.: CRH: Фонетика и морфология. - Алма-Ата: Изд-во АН Каз.ССР, 1973. - с.14-118.

57. Кенесбаев С.К., Карашева Н.Б. Казахский язык. В кн.: ЯН СССР, т.2: ТЯ. - М.: Наука. - с.320-339.

58. Киекбаев I. Ьэнэр диалекты. СБ, 1952, 7 дек.

59. Киекбаев Ж. Башкорт диалекттары Ьэм улар?ьщ тарихына кыркаса инеш. УЗ БГУ, 1958 а, вып. 3, сер. филол. // 2, с. 3780.

60. Киекбаев Дж.Г. 0 звуках ç, ?, h и их развитие в башкирском туркменском и якутском языках. УЗ БГУ, 1958 б, вып.6, сер. филол.,// 5, с.3-15.

61. Киекбаев I.F. Башкорт теленец фонетикаЬы: Тасуири Ьэм caFbiin-тырма-тарихи тикшеренеу тэжрибэЬе. бфа: Башкортостан китап нэшр., 1958 в. - 212 с.

62. Киекбаев Дж.Г. Некоторые вопросы изучения башкирских и татарских диалектов. Б кн.: Памяти В.А.Богородицкого: К столетию со дня рждения (1857-1957). - УЗ КГУ, 1961, т.119, кн. 5. - с.361-370.

63. Киекбаев I.F. Хэ?ерге баигкорт теленец лексикаЬы Ьэм фразео-логияЬы: Укыу кулланмапы. 6фе: Башкортостан китап нэшр., 1966. - 273 с.

64. Киекбаев Ж.F., Гэллэмов A.A. и др. Башкорт теле: Педагогия училищелэре есен дэреслек. бфе: Башкортостан китап нэшр., 1983. - 398 с.

65. Козин С.А. Сокровенное сказание Монгольская хроника 1240 г.: т.1. - М.-Л.: изд-во АН СССР, 1941. - с.523-619 (Словари).

66. Коков Дж.Н., Шахмурзаев С.О. Балкарский топонимический словарь. Нальчик: изд-во Эльбрус, 1971. - 170 с.

67. Кононов A.A. Грамматика современного турецкого литературного языка. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1956. - 569 с.

68. Кононов А.Н. Грамматика современного узбекского литературного языка. М.-Л.: Изд-во АН СССР, i960. - 435 с.

69. Кононов А.Н. Грамматика языка тюркских рунических памятников YI1-IX вв. Л.: Наука, Ленингр. отд-ие, 1980. - 250 с.

70. Кошгарий М. Девону луротит турк: Уч томлик. /Таржимон ва на-шрга тайерлавчи С.Н.Муталлибов. Тошкент: Узб.ССР Фан нашр., i960, I т. - 499 с.

71. Кошрарий М. Девону луротит турк: Индекс-лурат. /Т.Абдрахма-нов ва С.Муталлибовлар иштироки ва тахрири остида. -Тошкент: Фан, нашр. 1967. 543 с.

72. Кузеев Р.Г. Очерки исторической этнографии башкир: чЛ. -Уфа: Башкнигоиздат, 1957. 181 с.

73. Кузеев Р.Г. К этнической истории башкир в конце I начале П тысячелетия н.э. - Б кн.: АЭБ: т.Ш. - с.228-248.

74. Кузеев Р.Г. Роль исторической стратификации родо-племенныхназваний в изучении этногенеза тюркских народов Восточной Европы, Казахстана и Средней Азии. М.: Неука, 1973 (отд. оттиск). - 17 с.

75. Кузеев Р.Г. Происхождение башкирского народа: этническийсостав, история расселения. М.: Наука, 1974. - 570 с.

76. Кузеев Р.Г., Юлдашбаев Б.Х. 400 лет вместе с русским народом. В кн.: Присоединение Башкирии к Русскому государству и его историческое значение. - Уфа: Башкнигоиздат, 1957. - 114 с.

77. Кулаев М. Основы звукопроизношения и азбука для башкир. -Казань: БУИ, 1912. 18 с.

78. Кулаев М. О звуках башкирского языка. Казань: БУИ, 1928.- 60 с.

79. Кулаев М. Элепей (.Приложение к вышеназванной книге) Казань: БУИ, 1919. - 36 с.

80. Кулаев М. Баштсорт Ьудлеге: Рукопись в 3-х томах. НА БФАН СССР, ф.З, оп.20, ед.хр. 9,9а,96. - 1184 л.

81. Кульманов Г. Геокленский диалект туркменского языка. Авто-реф. дис. . канд. филол. наук. Ашхабат, 1960. -26с.

82. Кумеков Б.Е. Государство кимаков 1Х-Х1 вв. по арабским источникам. Алма-Ата: Неука, 1972. - 156 с.

83. Курышжанов А.К. Исследования по лексике старокыпчакскогописьменного памятника ХШ в. "Тюркско-арабский словарь".- Алма-Ата: Наука, 1970. 234 с.

84. Курышжанов А.К. Язык старокыпчакских пиьменных памятников ХШ-Х1У вв.: Дис. . докт.филол.наук. - Алма-Ата, 1972. - 365 с. Прил. 441.

85. Курышжанов А.К. Язык старокыпчакских письменных памятников ХШ-Х1У вв.: Автореф. дис. . докт. филол. наук. Алма-Ата, 1973. - 58 с.

86. Лыткин В.И. Исторический вокализм в пермских языках. М.: Наука, 1964. - 268 с.

87. Лыткин В.И., Гуляев Е.С. Краткий этимологический словарь коми языка. М.: Наука, 1970. - 286 с.

88. Магомедов А.Г. Кумыкский язык. В кн.: ЯН СССР. ТЯ. - М.: Наука, 1966. - с.194-212.

89. Максютова Н.Х. Бурзянский говор. В кн.: БД. - с. 68-127.

90. Максютова Н.Х. Восточный диалект башкирского языка в сравнительно-историческом освещении. М.: Наука, 1976. -289с.

91. Максютова Н.Х. Формирование и современное состояние говоров восточного диалекта башк. яз.- Автореф. докт. дис.,1981.

92. Максутова Н.Х. Баш Ьу?. В кн.: СБГ, 1970. - с. 5-14.

93. Малов С.Е. Памятники древнетюркской письменности:Тексты и исследования. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1951. - 451 с.

94. Малов С.Е. Енисейская письменность тюрков. М.-Л.: Изд-во АН СССР, Ленингр. отд-ие, 1952. - 116 с.

95. Малов С.Е. Лобнорский язык: Тексты, переводы, словарь. -Фрунзе: Изд-во АН Кирг. ССР, 1956. 197 с.

96. Малов С.Е. Язык желтых уйгуров: Словарь и грамматика. Алма-Ата: Изд-во Каз. ССР, 1957. - 196 с.

97. Матхеев Б.А. Очерки эхирит-булагатского говора. В кн.: Исследования бурятских говорв, вып.2. - Улан-Удэ: Бурят, книжн. изд-во,1968. - с.3-46.

98. Махмутова Л.Т. Бастанский говор татарского языка. В кн.: МТД, т.З. - Казань: 1971. - с.29-47.

99. Махмутова Л.Т. Опыт исследования тюркских диалектов: Мишар-ский диалект татарского языка. М.:Наука, 1978. - 269с.

100. Миржанова С.Ф. Материалы экспедиции 1958 г. . В кн.: БДС. - с.195-212.

101. Миржанова С.Ф. Материалы по устному народному творчеству южных и юго-восточных башкир. Приложение к "Научному отчету комплексной этнографической экспедиции ИИЯЛ 1958г'.'-НА БФАН СССР, ф.З, оп.25, д.5. - 315 с.

102. Миржанова С.Ф. Кубалякский говор башкирского языка: Дис. . канд. филол. наук. Уфа, 1966. Рукопись. - 272 с.

103. Миржанова С.Ф. Из наблюдений над русскими заимствованиями в диалектной лексике башкирского языка. В кн.: БЛ, 1966. - с.89-103.

104. Миржанова С.Ф. Финно-угорские элементы в говорах башкирского языка. В кн.: АЗБ: т.4, 1971. - с.282-286.

105. Миржанова С.Ф. Этнолингвистические процессы на северо-западе БАССР. В кн.: РЯКН СССР, 1976. - с.235-243.

106. Миржанова С.Ф. Язык северо-западных башкир: Уфа, 1977. -385 с. (Рукопись монографии).

107. Миржанова С.Ф. О языке башкир племени кыпчак. CT, 1979 а, //4. - с.62-68.

108. Мирканова С.Ф. Проблемы становления и развития южного диалекта башкирского языка: Тезисы доклада на Ш-Всесоюзной тюркологической конференции. Ташкент: Фан, 1980. -с. 91-92.

109. Мирканова С.Ф. Южный диалект башкирского языка. М.: Наука, 1979 б. - 272 с.

110. Миржанова С.Ф. 0 древних этноязыковых связях башкир и венгров. CT, 1981, у/ I. - с.38-48.

111. Миржанова С.Ф. Некоторые синтаксические особенности говоров башкирского языка. В кн.: Исследования и материалы по башкирской диалектологии. - Уфа: изд-ие БФ АН СССР, 1982. - с.91-101.

112. Миржанова С.Ф. Баш-корт эдэби теле Ьэм теньяк-кэнбайыш Ьэй-лэштэр. ж. Башкортостан утсытыусыЬы, бфэ, 1983, /V 2. - с.50-52.

113. Мусаев K.M. Грамматика караимского языка. Фонетика и морфология. М.: Наука, 1964. - 344 с.

114. Мусаев K.M. Лексика гюркских языков в сравнительном освещении: Западнокипчакская группа. М.: Наука, 1975.-357с.

115. Мухамедова Р.Г. Татары-мишары: историко-этнографические исследования. М.: Наука, 1972. - 247 с.

116. АЭБ: т.4. с.249-262. Немет Ю.Ф. К вопросу об аварах. - В кн.: Тигсо1ое1са: К 70-л. ак. А.Н.Кононова. - Л.: Наука, Ленингр. отд-ие. 1976. ~ - с.298-304.

117. Павлов И.П. Х&льхи чаваш литература чёлхи: Морфологи. Чебоксары: Книжн. изд-во. ЧАССР, 1965. - 339 с.

118. Покровская Л.А. Термины родства в тюркских языках. В кн.: ИРЛТЯ. - с Л1-81.

119. Покровская Л.А. Грамматика гагаузского языка: Фонетика и морфология. М.: Наука, 1964. - 295 с.

120. Проблема общности алтайских языков. Л.: Наука. 1971. - 404с.

121. Проблемы современной тюркологии: Материалы П Всесоюзной тюркологической конференции. Алма-Ата: Наука, 1980.- 430 с.

122. Псянчин В.Ш. История формирования башкирского литературного письменного языка: Автореф. дис. . канд. филол. наук. Казань, 1965. 24 с.

123. Радлов В.В. Опыт словаря тюркских наречий. СПб.: 1893-1911. т. 1-4 (в 8 кн.) .

124. Радлов В.В. 0 языке куманов: По поводу издания куманскогословаря. Приложение к 48-му тому "Записок Импер. АН", л/4. - СПб, 1884. - 53 с.

125. Рассадин В.И. Фонетика и лексика тофаларского языка. Улан-Удэ: Бурят, книжн. изд-во, 1971. - 249 с.

126. Рассадин В.И. 0 тюркизмах в бурятском языке. В кн. :КИБЯ.-Улан-уцэ: Бурят, книжн. изд-во, 1969. - с.129-154.

127. Религиозные представления и обряды народов Сибири в XIX начале XX в. Л.: Наука, Ленингр. отд-ие, 1971. - 300 с.

128. Руденко С.И. Башкиры: Опыт этнологической монографии: ч.П. Быт башкир. Записки гос.русского географического общества. т.43. вып. П. Л.: 1926. - 330 с.

129. Руденко С.И. Башкиры: Историко-этнографические очерки. М. -Л.: Наука, Изд-во АН СССР, 1955. - 392 с.

130. Рясянен М. 06 урало-алтайском языковом родстве. БЯ, 1968, //I, - с.41-49.

131. Садвакасов Г. Язык уйгуров ферганской долины, чЛ: Очерк фонетики, тексты и словарь. Алма-Ата: Н^ука, 1970. -263 с.

132. Садвакасов Г. Язык уйгуров ферганской долины, 2 ч: Лексика, морфология и языковая интерференции. Алма-Ата: Наука, 1976. - 287 с.

133. Самойлович А.Н. Некоторые дополнения к классификации турецких языков. Пгр.: 1922. - 16 с.

134. Сарыбаев Ш.Ш. Подражательные слова. Междометия. Б кн.:СКЯ. - с.372-378; 431-448.

135. Севортян Э.В. Аффиксы именного словообразования в азербайджанском языке: Опыт сравнительного исследования. М.: Наука. Главн.ред. восточн.лит-ры,1966 а. - 435 с.

136. Севортян Э.В. Крымеко-татарокий язык. В кн.: Языки народов СССР: т.2. Тюркские языки. - М.: Наука изд-во АН СССР, 1966 б. - с.234-259.

137. Севортян Э.В. Этимологический словарь тюркских языков. Межтюркские и общетюркские основы на гласные. М.: Наука, 1974. - 767 с.

138. Севортян Э.В. Этимологический словарь тюркских языков: общетюркские и межтюркские основы на букву "Б". М.: Наука, 1978. - 349 с.

139. Севортян Э.В. Этимологический словарь тюркских языков: общетюркские и межтюркские основы на буквы "В", "Г", "Д",- М.: Наука, 1980. 395 с.

140. Сергеев Л.П. Диалектологический словарь чувашского языка: Чаваш чёлхин диалектологи словаре. Чебоксары: Чуваш, книжн. изд-во, 1968. - 104 с.

141. Сергеев Л.П. Диалектная система чувашского языка: Диалектологический атлас: Автореф. дис. . докт. филол. наук. Баку, 1973. 4 с.

142. Серебренников Б.А. К вопросу о связи башкирского языка с венгерским. Уфа: изд-ие БФ АН СССР, 1963. - 24 с.

143. Серебренников Б.А. 0 двух возможных причинах соноризаиии интервокальных глухих согласных в чувашском языке. В кн.: Проблемы сравнительной филологии. - М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1964. - с.229-232.

144. Серебренников Б.А. 0 некоторых отличительных признаках Вол-го-Камского языкового союза. В кн.: Языковые контакты в Башкирии. - Уфа: изд-ие БГУ, 1972. - с.7-17.

145. Серебренников Б.А. 0 причинах превращения начального в в в башкирском языке. СТ, 1973, N 2, с.10-15.

146. Серебренников Б.А., Гаджиева Н.З. Сравнительно-историческая~ грамматика тюркских языков: Учебное пособие для вузов.- Баку: Маариф, 1979. 303 с.

147. Сыдыков С. Тюрко-монгольские параллели. В кн.: ИФТЯ СА ЮС.- Фрунзе: Илим, 1966. с.110-229.

148. Талипов Т. Описание гласных фонем и их оттенков в современном уйгурском литературном языке. В кн.: Вопросы казахского и уйгурского языкознания. - Алма-Ата: Изд-во АН Каз.ССР, 1963. - с.140-149.

149. Тенишев Э.Р. Отражение диалектов в тюркских рунических и уйгурских памятниках. СТ, 1976 б, к'1, с.27-33. Тенишев Э.Р. Строй саларского языка. - М.: Наука, 1976 в.- 575 с.

150. Те решкин Н.И. Очерки диалектов хантыйского языка: Вахов^кийдиалект. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1961. - 202 с. Токарев С.А. О происхождении Оурятского народа. - СЭ, 1958, //2, - с.37-52.

151. Тумашева Д.Г. Кенбатыш Себер татарлары теле: Грамматик очерк

152. Ьэм сузлек. Казан: КГУ, нэшр., 1961 . - 238 с. Тумашева Д.Г. Язык сибирских татар: ч.2. - Казань: Изд-во

153. КГУ, 1968. 179 с. Тумашева Д.Г. Диалекты сибирских татар: Опыт сравнительногоисследования. Казань: Изд-во КГУ, 1977. - 295 с. Тигсо1^1са:-г'К семидесятилетию академика А.Н.Кононова.- Л.:

154. Наука, 1976. 362 с. Убрятова Е.И. Опыт сравнительного изучения фонетических особенностей языка населения некоторых районов Якутской АССР. - М.: Изд-во АН СССР, 1960. ч.1. - 149 с. Убрятова Е.И. Якутский язык. - ЯН СССР: ТЯ. - М.: Изд-во

155. АН СССР, 1966. с.403-427. Ураксин З.Г. Фразеология башкирского языка. - М.: Наука, 1975. - 190 с.

156. Ураксин З.Г. Введение. В кн.: Функционирование языков в

157. Башкирии. Уфа: БФ АН СССР, 1981. - 300 с. (.Рукопись). Усманов А.Н. Присоединение Башкирии к Русскому государству.- Уфа: Башкнигоиздат, 1960. 194 с.

158. Опыт сравнительно-исторического изучения. Черкесск:

159. Ставроп.книжн.изд-во,Черкесское отд-ие, 1971. 298 с.

160. Хайду П. К этногенезу венгерского народа. А1)» 1953, Т.II,Р.3-4,Р.247-316.

161. Хакимзянов Ф.С. Язык эпитафий волжских булгар. М.: Наука, ^1978. 204 с. ил. Хисаметдинова Ф.Г. Консонантные сочетания башкирского языка типа "сонорный + глухой смычный" в историческом освещении: Авто реф. дис. . канд. филол. наук. Уфа, 1980. -22 с.

162. Шакуров Р.З. Топонимия бас. р.Демы: Автореф. дис. . канд.филол. наук. М., 1973. 23 с. Шамурадов К. Западные говоры ёмудского диалекта туркменского языка: Автореф. дис. . канд. филол. наук. Ашхабад, i960. as с.

163. Ширалиев М.Ш. О диалектной основе азербайджанского национального литературного языка. В кн.: ВДТЯ. - Баку: изд-во АН Аз.ССР, 1958. - с.П-21.

164. Ширалиев М.Ш. Проблема диалектного членения языка. В кн.: ВДТЯ: Т.П. - с.96-102.

165. Ширэлиев М. Азэрба^'чан диалектолокиясынын эсаслары. Батсы: Азэрб. девлэт тэдрис-педагожи эдэбийаты нэшр., 1962. -420 с.

166. Ширалиев М.Ш. Кыпчакские элементы в азербайджанском языке: На материале диалектов и говоров. В кн.: Исследования по грамматике и лексике тюркских языков. - Ташкент:Фан, 1965. - с.5-17.

167. Ширалиев М.Ш. Махмуд Кашгари как диалектолог. СТ, 1972, л-'I, - с.24-30.

168. Ширалиев М.Ш. Развитие азербайджанского языкознания. СТ, 1977, //6, - с.40-48.

169. Щербак A.M. Знаки на керамике и кирпичах из Саркела Белой Вежи: К вопросу о языке и письменности печенегов. -МИА, 1959, т.П,Ы 75, с.362-389.

170. Щербак A.M. Грамматический очерк языка тюркских текстов X-Xlii вв. из Восточного Туркестана. M.-J1.: Изд-eo АН СССР, Ленингр. отд-ие, 1961 а. - 204 с.

171. Щербак A.M. Названия домашних и диких животных в тюркских языках.-ИРЛТЯ. М.: Изд-во АН СССР, 1961 б, с.82-172.

172. Щербак A.M. Сравнительная фонетика тюркских языков. Л.: Наука, Ленигр. отд-ие, 1970. - 202 с.

173. Юлдашев A.A. К методике сбора диалектологического материала по башкирскому языку на современном этапе. В кн.: БДС. - Уфа: 1959 б. - с.213-221. Юлдашев A.A. Глаголы чувственного восприятия. - В кн.:ИРЛТЯ,- М.: Изд-во АН СССР, 1961. с.294-321.

174. Юлдашев A.A. Аналитические формы глагола в тюркских языках.- М.: изд-во АН СССР, 1965. 273 с.

175. Юлдашев A.A. Северо-западный диалект башкирского языка и его отношение к литературному языку. В кн.: ВДТЯ: Материалы 4-го регионального совещания по тюркским языкам.- Фрунзе, Илим, 1968. с.67-71.

176. Юлдашев A.A. К характеристике современного башкирского литературного языка. В кн.: Грамматика современного башкирского литературного языка. - М.: Наука, 1981. - с. 5-29.

177. Юнусалиев Б.М. Киргизский язык.- В кн.^ ЯН СССР: т.П. ТЯ.

178. М.: Наука, 1966. с.482-505. Юсупов Х.Г. Из наблюдений над морфологической системой ин-зерского говора башкирского языка. - В кн.: БДС. - с. I51—167.

179. Юсупов Х.Г. Термины родства в башкирском языке: Из наблюдений над лексикой башкирских говоров. В кн.: ВБФ. -с. 123-135.

180. Яруллина У.М. Звуковой состав говора демских башкир. В кн.: БДС. - Уфа: 1959. - с.169-184.

181. Яруллина У.М. Лексика демского говора. Уфа, 1979. - 235с. - Рукопись монографии .

182. Davis tain ?fabbas.Basqort tele h?m um dorot jadbv qacrji-dalare.-Gfo: В Y Y K.BaskniTg? пэ^еге,1929.-6lb.

183. Davl0t§in ^abbas. Basqort devlat pedagogía instituth пьn, sitt^n torop uqbvsblar ©sen doreslek.-Qf©: 1935.-90b

184. Gencan Tahir Nejat.Dilbilgisi.-Jstanbul,1966.-4I2s.1.geti L. A propos des éléments "altaiques" de langue hongroise.-In: AL,1961,T.XI,f.1-2,p.15-42.

185. Nemeth J. The runiform inscriptions from Nagy-Szent

186. Miklos and the runiform scripts of Bastern Europe.-AL,I97I,'I.2I,f. 1-2,p. 1-52.

187. Poppe N.Bashkir manual. Descriptive Grammar and Texts with a Bashkir-Bnglish Glossary.-Bloomington,1964. X, 181 p.

188. Radioff V/.Vergleichende Grammatik der Nördlichen Türksprachen: I .Phonetik der Nördlichen Turksprachen.-Leipzig,1882/1883.-318,XLV s.

189. Räsänen M.Gibt es im Baschkirischen etwas Ugrisches?.-In Acta Orientalica Hungarica, I96l,'T .XII,f. 1-3, s .73-78.348

190. Принятые сокращения Книги, сборники, словари АДДЛ Азэрба^чан дилинин диалектоложи лурэти. - Баку; Издво АН Аз.ССР, 1964. 479 с. APJ1 - Азэрба^ чанча-русча лурэт /Под ред. Б.Т.Абдуллаева,

191. З.Р.Тагиевой. Баку: Азгосиздат, 1965. - 417с. АРС - Арабско —русский словарь /Сост. Х.К.Баранов. — М.:

192. Гос. изд-во иностр. и нац. словарей, 1958. I186 с. А'ТРЗС - Арабско-татарско-русский словарь заимствований /Сост. К.З.Хамзин, М.И.Махмутов и др. - Казань: Таткнигоиздат. 196 5. - 853 с.

193. АЭБ Археология и этнография Башкирии, т.1. - Уфа: 1962. -367 е.; т.Ш. - Уфа: 1968. - 427 е.; t.IY. - Уфа: 1971.- 355 с.

194. БА "Баш-корт аймары", 8фе, 1927, V 4.

195. БЯС Башкирский языковедческий сборник. - Уфа: изд-ие БФ349

196. АН СССР, 1975. 181 с. ВБФ - Вопросы башкирской филологии /Посвящается памяти Н.К.

197. ДАБЯ Диалектологический атлас башкирского языка. ДПИБ - Декоративно-прикладное искусство башкир. - Уфа: 1964. - 259 с.

198. ДСАЯ Диалектологический словарь азербайджанского языка. -Баку:Изд-во АН Аз.ССР, 1964. - 479 с.

199. ДСТЯ Диалектологический словарь татарского языка. - Казань: Татарск. книжн. изд-во, 1969. - 643 с.

200. ДТС Древнетюркский словарь. - Л.: Наука, Ленингр. отд-ие, 1969. - 676 с.

201. ЖМНП Журнал министерства просвещения. - СПб: 1881, ч.216.

202. ИБГ Исследования бурятских говоров. - Улан-Удэ: Бурят, книжн. изд-во, 1968. - 194 с.

203. ИВПН Итоги Всесоюзной переписи населения 1970. Б 7 томах: т.1У. Национальный состав населения СССР.» - М.: "Статистика" 1973. - 645с.

204. ИРЛТЯ Историческое развитие лексики тюркских языков. -М.: Изд-во АН СССР, 1961. - 466 с.

205. ИСГТЯ Исследования по сравнительной грамматике тюркских языков: ч.1. Фонетика. - М.: Изд-во АН СССР, 1955. -335 е.; ч.2. Морфология. - М.: 1956. - 334 с.

206. ИФТЯ ЮС СА Источники формирования тюркских языков Южной Сибири и Средней Азии. - Фрунзе: Илим, 1966. - 359 с.

207. КГУ Казанский государственный университет.

208. КИБЯ К изучению бурятского языка. - Улан-Удэ: Бур.кн.изд. 1969. - 153 с.

209. КРПС Караимско-русско-польский словарь. - М.: Наука, 1974. - 687 с.

210. КТДС Казак т1лс.н1ц диалектологик сездиги. - Алматы: Рылым, 1969. - 426 с.

211. КТТС Казак т1лс.н1ц тус1нсд1рме сездигс: тЛ. - Алматы: Рылым, 1974. - 426 е.; т.2. 1976. - 695 е.; т.З. -1978. - 735 с.

212. МГ СЧЯ Материалы по грамматике современного чувашского языка: чЛ. Морфология. - Чебоксары: Чув. гос. изд-бо, 1957. - 360 с.

213. МИА Материалы и исследования по археологии СССР. - М.-Л.: изд-во АН СССР, 1958. - с.362-414.

214. MPC Монгольско-русский словарь. /Под ред. А.Лувсавденде-ва. - M".: Гос. изд-во иностр. и нац. словарей, 1957. -715 с.

215. MPC Марийско-русский словарь. /Отв. ред. Б.А.Серебренников. - М.: Гос. изд-бо иностр. и нац. словарей. 1956. -863 с.

216. МТД Материалы по татарской диалектологии: т.2. - Казань: Тат. книжн. изд., 1962. - 314 е.; т.З. - 197I. - 250 с.

217. МЧД Материалы по чувашской диалектологии: вып. 2. - Чебоксары: Чув. гос. изд-во, 1963. - 250 с.

218. НА БФ АН СССР Научный архив Башкирского филиала АН СССР.

219. ОИ БАССР Очерки по истории Башкирской АССР: т.1, чЛ. -Уфа: Башкнигоиздат, 1956. - 304 с.

220. ОРС Ойротско-русский словарь /Под ред. Н.А.Баскакова. -М.: Гос. изд. иностр. и нац. сл. 1947.

221. ПОАЯ Проблема общности алтайских языков. - Л.: Наука, Ле-нингр. отд-ие, 197I. - 404 с.

222. ПРС Персидско-русский словарь. /Сост. Б.В.Миллер. - М.:

223. Гос. изд-во иностр. и натд. словарей, 1953. Y1I1, - 668 с.

224. РЧС Русско-чувашский словарь. /Под ред. И.А.Андреева и

225. Н.П.Петрова. М.: Изд-во Сов. Энциклопедия, 197I. - 497с.

226. РЯКН СССР ВВ Развитие языков и культур народов СССР в ихвзаимосвязи и взаимодействии. Уфа: Башкнигоиздат, 1976. - 246 с.

227. СБ газ. "Совет Башкортостаны"

228. СБГ Словарь башкирских говоров: Баш-корт Ьейлэштэренец Ьу?-леге, I т.: Кэнсырыш диалект. - Уфа: 1967. - 300 е.; 2т.: Коньяк диалект. - Уфа: 1970. - 396 с.

229. СКЯ Современный казахский язык: Фонетика и морфология. -Алма-Ата: Изд-во АН Каз.ССР, 1962. - 452 с.

230. СМАЭ Сборник антропологии и этнографии ХХУП. - См. кн.: Религиозные представления и обряды.

231. СТ -ж. "Сов. тюркология", Баку, 1970-1983 гг.

232. СЭ ж. "Советская этнография".

233. ТДГДС Туркмен дилинин гыргача диалектологик редлуги. - Ашгабат: 1977. - 215 с.

234. ТвРС Тувинско-русский словарь. /Под ред. А.А.Пальмбаха. -М.: Гос. изд-во иностр. и нац. словарей, 1955. - 723 с.

235. ТРС Турецко-русский словарь /Сост. Д.А.Магазаник. - М.: Огиз, 1945. - 704 с.

236. УРС Удмуртско-русский словарь. - М.: Гос. изд-во иностр. и нац. словарей, 1948. - 446 с.

237. УХШЛ Узбек хаж шевалари луроти. - Тошкент: Фан, 1971. -407 с.400.л. ПБРГ 400-летие присоединения Башкирии к Русскому государству: Материалы научной сессии. - Уфа: Багакнигоиз-дат, 1958. - 242 с.

238. ЧРС Чувашско-русский словарь /Под ред. М.Я.Сироткина.

239. М.: Гос. изд-во иностр. и нац. словарей. 1961. - 630 с.

240. ЭВ Эпиграфика Востока: т.ХП. - М.: Изд-во АН СССР, Ленин-гр. отд-ие, 1959. - с.52-58.

241. Каме лика). южн.д. южный диалект башк. языка юрмат. - юрматынский подг. ик-сакмарского г. юшатыр. - юшатырский подг. ик-сакмарского г. як. - якутский.1. Л 1. Си ■11 *ш

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания.
В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

Автореферат
200 руб.
Диссертация
500 руб.
Артикул: 302963