Эколого-токсикологическая характеристика неорганических и органических соединений мышьяка тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 16.00.04, доктор ветеринарных наук Приходько, Григорий Трифонович

  • Приходько, Григорий Трифонович
  • доктор ветеринарных наукдоктор ветеринарных наук
  • 1998, Санкт-ПетербургСанкт-Петербург
  • Специальность ВАК РФ16.00.04
  • Количество страниц 292
Приходько, Григорий Трифонович. Эколого-токсикологическая характеристика неорганических и органических соединений мышьяка: дис. доктор ветеринарных наук: 16.00.04 - Ветеринарная фармакология с токсикологией. Санкт-Петербург. 1998. 292 с.

Оглавление диссертации доктор ветеринарных наук Приходько, Григорий Трифонович

оглавление

1. В В Е Д Е H И Е

2. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

2.1, Источники и распространение мышьяка в окружающей среде

2.1.1. Естественная, геобиохимическая, пищевая циркуляция мышьяка в окружающей среде и биохимических объектах

2.1.2. Антропогенное воздействие и миграция

мышьяка в окружающей среде

2.2. Метаболизм мышьяка в организме

2.2.1. Неорганические соединения мышьяка в

организме

2.2.2. Органические соединения мышьяка в

организме

2.2.3. Действие мышьяка на репродуктивные функции животных

3. СОБСТВЕННЕЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

3.1. Методика определения острой и подострой токсичности

3.2. Материалы и методы исследования е.одеркания

мышьяка в биологических объектах

3.2.1, Минерализация биологических объектов для определения мышьяка

3.2.2. Усовершенствование метода мышьякомолибде-новой сини для определения мышьяка в биосубстратах

3.3. Токсикологическая характеристика мышьяк-содержащих препаратов

3.3.1. Острая и подострая токсичность натрия

арсената (кумулятивные свойства, функциональное состояние печени, хронические

опыты

3.3.2. Эмбриотоксические ж тератогенные свойства

натрия арсената

3.3.3» Мутагенная активность натрия арсената

3,

,4. Острая и подострая токсичность арсамина

/.

(кумулятивные свойства, Функциональное, состояние печени, хронические опыты)

3.4.1. Эмбриотоксические и тератогенные свойства органического мышьяка (арсамина)

3.4.2. Мутагенная активность арсамина

3.4.3. Резюме

3.5. Содержание мышьяка в биологических

объектах

3.5.1. Содержание мышьяка в кормах, комбикормах

и кормовых добавках для животных

3.5.2. Содержание мышьяка в кормах микробиологического синтеза

3.5.3. Распределение мышьяка в органах и тканях

овец

3.5.4. Распределение мышьяка в органах и тканях

свиней

3.5.5. Содержание мышьяка в органах и тканях

птицы

3.6. Влияние разного уровня мышьяксодержащих веществ в рационе на степень распределения мышьяка в организме птицы в экспериментальных условиях

3.6.1. Содержание мышьяка в организме птицы при дополнительном введении в рацион кормовой

добавки - монокальцияфосфата

3.6.2. Воздействие повышенного уровня неорганического мышьяка1 в рационе на процессы накопления его в организме цыплят

3.6.3. Влияние различных доз натрия арсената на

организм кур-неоушек

3.6.4. Распределение мышьяка в органах и тканях птицы при разных уровнях органических соединений мышьяка

3.7. Влияние кормовых добавок с различным содержанием шшьяка на организм птицы в производственных условиях

3.7.1. Суточное поступление шшьяка в организм

птицы и его содержание в органах и тканях

4. ШСЛЩЁНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ

5. ВЫВ ОД Ы

6. ПРАКТИЧЕСКИЕ 1ШЕДЯ0ЖЕШШ

7. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

8. ПРИЛОЖЕНИЕ

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Ветеринарная фармакология с токсикологией», 16.00.04 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Эколого-токсикологическая характеристика неорганических и органических соединений мышьяка»

ВВЕДЕНИЕ

Экологизация сельского хозяйства, в частности, животноводства» находится на одном из первых мест в ряду проблем, обеспечивающих прогресс в качестве жизни. Это нашло отражение в Постановлении Правительства К& "Концепция перехода Российской Федерации на модель устойчивого развития", а также в Указе Президента "Об основных положениях государственной стратегии К& по охране окружающей пррхродной среды и обеспечения устойчивого развития".

Применительно к животноводству экологизация заключает в себе приведение ее в соответствие с законами экологии, а именно . к"экологической нормек обеспечивающей развитие отрасли. В настоящее время экологическое нормирование организуется в рамках постановления Правительства от 24.11.93 г. № 1993 "О создании единой системы экологического мониторинга (ЕГ-СЭМ)", направленного на повышение эффективности работ по обеспечению экологической безопасности человека. Однако, для экологического мониторинга в животноводстве пока нет методической основы. Тем не менее достаточно ясно, что особое значение в этом отношении имеют токсикологические характеристики используемых лечебных препаратов, кормовых добавок и самих кормов. Производственная база животноводства находится в запущенном экологическом состоянии и с точки зрения теоретического и технологического обеспечения. Ее степень сопоставляется с уровнем ветеринарно-санитарного неблагополучия и плохого контроля за качеством кормов.

Ежегодно в биосферу поступает около 100 тыс различных ксе-нобиотических химических соединений; из недр земли извлекается 100 млрд т полезных ископаемых; производится более 560 млн т синтетических материалов и минудобрений. За счет промышленной деятельности человечества в атмосферу выбрасываются химические и биологические агенты, концентрация которых значительно превышает

щзеделъяо-донусташе* Ареал загрязнения биосферы вокруг промышленных центров достигает до 100 км.(Ю.1*Сает, Б,А,Ревжн,Р#0«Смирнова, 1985). Быстрое массированное в эволюционном отношении изменение окружающей среди не.позволяет человеку адаптироваться к новому составу пищи, воды и воздуха, что приводит к нарушениям в физиологических процессах, ставит под угрозу не только здоровье, но и саму жизнь (А.ШАвцын ж др.,1983; АД1.Авцш,1987). Но данным Р.С.Гильденскош, Ю*В.Новикова (1992) в атмосферу стран-членов ЕЭС поступало 278 т мышьяка, 4,3 т кадмия, 91,2 т хрома, 61,2 т меди, 40,3 т молибдена, 117,7 т никеля, 295 т свинца, 211,7 т ванадия, 939,4 т цинка*

Мышьяк - химический элемент, содержащийся в небольших количествах во всех животных и растительных организмах, но в связи с критической экологической ситуацией значительные его количества могут попадать в корма и кормовые добавки, широко используемые как дополнительный источник кормового бежа в рационах сельскохозяйственных животных. Последствия загрязнения продуктов питания невозможно прогнозировать из-за недостатка сведений о токсическом действии малых доз мышьяка*

В ветеринарии значительное количество токсикологических исследований посвящено изучению острой токсичности, разработке методов диагностики и лечения острых токсикозов, связанных с применением мышьяка как при лечении паразитарных заболеваний, так и откорме животных.

Анализ состояния здоровья людей и животных становится обязательным элементом деятельности санитарно-эпидемиологической и службы и основой для создания системы управления

жизнедеятельности. В соответствии с Европейской концепцией

"Здоровье для всех к 2000 г" государства должны располагать надлежащими механизмами, необходимыми для мониторинга,

i/1

и борьбы с опаеиыш для здоровья факторами ОС, представляющими угрозу для человека и животных. Создание Системы глобального юниторннга { gems ) было рекомендовано на конференции ООН по окружающей среда (ОС) в 1972 г. в Стокгольме» Тогда же решен©, под шштерингом понимать систему непрерывного на, измерения .и оценки состояния ОС. Уже в то время, по мнению академика H.H.Герасимова (1975) # общий мониторинг должен был являться "биоэяономичеекии* шт "еанатарно-гигиеничеокш", так как основной задачей его является наблюдение за состоянием ОС с точи зрения ее влияния, прежде всего, на все живое.

Государственная система мониторинга Росгидромета базируется на сети пунктов региональных наблюдений. Наблюдения за уровнем загрязнения атмосферного воздуха измеряются в концентрации от 5 до 25 ингредиентов (озон, s Qx, ж Qz и т.д.). Степень загрязнения почв оценивается по результатам более 30 тыс загрязнение поверхности вод суши контролируется по 1000 токам и 147 водоемам. Гидробиологическими наблюдениями охвачено около 200 водных объектов.

Пахотные земли, помимо техногенного воздействия, загрязняются пестицидами, гербицидами, минеральными удобрениями, бее-подстилочнш навозом, а также известью и гипсом (!Ш.Алексеев, 1987; В .Б .Ильин, 1988; А.Н.Тюрюканов, В «М.Федоров,1988).. Вместе с удобрения® в почву поступают значительные примеси таких сопутствующих элементов, как ÄS » Cd > Cr »Co » Си , РЪ > Ii , Se fY , Zn , F ,C1 и др. (Moore J.W,, Meore E.A.# 1976; В.Г.Минеев,

Мышьяк имеет сложные химические свойства; существует множество различных неорганических и органических его соединений. В природе он распространен, главным образом, в виде арсенидов меди, никеля и железа, или сульфидов либо окислов мышьяка;

в воде обычно обнаруживается в форме арсената или арсенита; метилированные соединения образуются в естественных условиях как результат биологической деятельности* В результате антропогенного загрязнения биосфера перегружается соединениями мышьяка и возникает опасность приближения его концентраций к верхнему пороговому уровню» а иногда ж превышению его* Острота природоохранительных и экологических проблем заставляет взаимоотношения общества и природы строить на познании закономерностей воздействия промышленности и сельского хозяйства на окружающую среду, ограничении проникновения загрязнителей в биосферу, переходе к замкнутым промышленным циклам водоснабжения, оборудовании очистных устройств, внедрении безотходной переработки сырья; обосновании эколого-агрохимжческой концепции применения удобрений»

Отсутствие воспроизводимых и достаточно чувствительных методов количественного определения мышьяка, позволяющих достоверно обнаружить его Фоновое содержание в кормах, кормовых добавках, а также в органах и тканях животных, затрудняют разработку предельно-допустимых концентраций, в рационе животных и оценку экологической обстановки по содержанию его соединений в окружающей среде»

Цель и задачи ..исследований* Цель настоящей работы заключалась в разработке комплексного подхода к изучению поступления в организм сельскохозяйственных животных и птицы разных концентраций мышьяка с кормами и кормовыми добавками, а ташке проведение эколого^токсиколопческой оценки органических и неорганических соединений. Для этой цели было взяты соединения мышьяка: неорганическое (натрия арсенат) и органическое (арсамнн) в качестве модели сравнения их поступления с кормом, распределения и остаточного количества. Уровень мышьяка определяли в разных

объектах живой природы. В соответствии с поставленной целью были определены следующие задачи:

1. Провести мониторинг мышьяка и его соединений в биообъектах внешней среды Подмосковья*

2. Представить токсикологическую характеристику неорганических и органических соединений мышьяка на основе изучения: острой токсичности; эмбриотоксического и тератогенного действия; мутагенной активности арсамина и арсената натрия,

3. Унифицировать метод определения мышьяка в биологических объектах за счет усовершенствования процесса минерализации биологического материала.

4. Провести комплексное изучение распределения и остаточные количества мышьяка в органах и тканях животных при дополнительном введении его в органических и неорганических соединениях, при фоновом содержании в рационе.

Научная новизна. Дана эколого-токсическая характеристика мышьяковых соединений. Проведен современный мониторинг мышьяка и его соединений в кормах и кормовых добавках. Показана пространственная гетерогенность соединения шшьяжа во внешней среде в хозяйствах Подмосковья.

Унифицирована методика определения мышьяка за счет усовершенствования процесса минерализации биологического материала» что значительно повысило ее надежность.

Выявлены особенности действия соединений мышьяка на организм животных не только по принципу "больше-меньше", но и по качественному признаку. Представлена масштабная характеристика процессов распределения и остаточного количества мышьяка в организме животных при дополнительном введении кормовых добавок с различным содержанием мышьяка, а также натрия арсената и арсамина при фоновом его содержании в рационе.

Для оценки воздействия мышьяка предложена группа показателей состояния животных: заболеваемость, выраженность клинических признаков {от уровня необнаруживаемых до явных), адаптация и гибель.

Практическая ценность-"работы. Проанализирована роль соединений мышьяка в экологической ситуации ОС за последнее десятилетие» Усовершенствована методика мокрой минерализации биологических объектов и унифицирован метод определения мышьяка с использованием молибдата аммония. Разработаны иредельно-допустише концентрации мышьяка в органах и тканях животных, в кормах и кормовых добавках. Научные разработки, положения и выводы вошли в нормативные документы, утвержденные Главным управлением ветеринарии Госагропрома СССР: "Методика определения мышьяка в органах и тканях животных" от 28.09.1989 г.; "Методика определения мышьяка в кормах микробиологического синтеза" от 04.07.1989 г.; внесены предельно-допустимые концентрации мышьяка в кормах и кормовых добавках в норматив "Временный шксимально~допустимый уровень (УДУ) содержания некоторых химических элементов для сельскохозяйственных животных и кормовых добавок" (17.09.1987 г.).

На защиту выносятся следующие положения:

1. Анализ роли мышьяка и его соединений в экологической ситуации в различных странах за последнее десятилетие.

2. Токсикологическая характеристика органических и неорганических соединений мышьяка (натрия арс<шат и арсшин),их отдаленные последствия,

3. Распределение мышьяка в органах и тканях животных при дополнительном введении кормовых добавок с различным содержанием мышьяка,, а также натрия арсшата и арсамина при фоновом его содержании в рационах.

4. Динамика выведения из организма мышьяка в зависимости от концентрации его в рационе.

Похожие диссертационные работы по специальности «Ветеринарная фармакология с токсикологией», 16.00.04 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Ветеринарная фармакология с токсикологией», Приходько, Григорий Трифонович

4. ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ

Оценка реальной опасности веществ базируется на установлении корреляционных связей между уровнями химического загрязнения и возникающими неблагоприятными эффектами, такими как заболеваемость и смертность животных. Фундаментальные исследования последнего десятилетия продемонстрировали существенное своеобразие реакций организма на длительное токсическое воздействие малой интенсивности. Оно состоит в том» что по мере снижения количества длительно действующего фактора изменяется не только степень реакций организма или отдельных его систем и органов, но п ,

ф.1 4 У-'"'"'

и характер их проявлений ^.М.Паевский, 1979; С.Н.Голиков, VЛ И.В.Саноцкий, Л.А.Таунов,198£т/й.В;?Давыдовский, 1969). Преобладание неспецифических реакций организма интегрируется в конечном итоге изменениями общей его реактивности, в том широком понимании, которое придавал И.В .Давыдовский (1969). Поэтому, при оценке реальной опасности необходимо акцентировать внимание на показатели, характеризующие также неспецифические изменения в организме. Необходимо отметить, что большое число работ посвящено изучению общетоксических эффектов химических загрязнений окружающей среды, а также их отдаленных последствий. Значительного улучшения требует совершенствование методологии гигиенического

¡¡Р >!

нормирования факторов окружающей среды, В частности, А.Ф.Ковалев (1990) считает, что статистический критерий при установлении порогов вредного действия химических соединений более достоверен.

Современные промышленные предприятия не способны перерабатывать все исходное сырье, что приводит к образованию значительного количества отходов и загрязнению окружающей среды. У нас в стране на душу населения за год перерабатывается до 20 т

природного сырья, при этом в готовую продукцию переходит лишь 5-10$, остальные-отходы (Н.Ф.Копейкин, Г.М.Басова,1994). Все IkJ промышленные отходы делятся на четыре класса опасности. К первому классу относятся чрезвычайно опасные - мышьяк, кадмии, ртуть, селен, цинк, свинец, фтор и бенз(а)пирен. Содержание высокотоксичных элементов в отходах не является обязательным условием запрещения их утилизации; их можно использовать для извлечения полезных ископаемых, регенерации продуктов при соблюдении правил безопасности (Р.В.Ворисенкова, Т.М.Ходыкина,1998).

Современная экология исследует влияние отдельных факторов среды и их комплекса на организм животного и растений, биологическую продуктивность природных сообществ, закономерности функционирования биогеоценозов и экосистемы, роль структуры биоценозов в биогеоценотических процессах.

Исходя из различий в метаболизме и токсичности различных соединений мышьяка, важно дифференцировать их в окружающей среде. Формы мышьяка, воздействию которых фактически подвергается человек и животные, не изучены до настоящего времени досконально, главным образом, из-за недостатка приемлемых аналитических методов.

Экологические исследования мышьяка лежат в основе мероприятий, направленных на рациональное использование естественных ресурсов в местах, где происходят выбросы мышьяка в воздух в результате работы медеплавильных заводов, электростанций с применением угля, содержащего повышенное количество мышьяка, а также из ¡дефолиантов (Ю.В.Алексеев,1987; Э.Ю.Безуглая и др., 1992; В.С.Горбатов, Н.П.Зыфин,1988; В.В.Добровольский,1983; Н.Е.Саев И др.,1985; îîriagi J.0.,Davidson С. J. ¿986; Fire Eng., 1992; Bald,Franco Bianco Maria о. et al.^995). Недостаток надежной информации о воздействии мышьяка обусловил установление

лишь малого числа зависимостей доза-ответ для человека и животных. Следовательно» необходимо больше данных об уровнях воздействия мышьяка на животных организм. Необходимо периодически проводить непрерывный мониторинг содержания мышьяка в кормовых добавках, кормах, комбикормах, используемых в питании животных и птицы.

Экология связана тесным образом с другими биологическими науками: токсикологией, физиологией, биогеографией, геоботаникой, кормлением сельскохозяйственных животных. Состав и качество среды накладывают отпечаток на содержание мышьяка в атмосфере, почве, растениях, животных и человеке. Действие мышьяка не ограничивается однозначной концентрацией, при которой возможно нормальное осуществление реакций метаболизма; оно определяется интервалом концентраций, требуемым состоянием гомеостаза и некоторой изменчивостью регуляторных процессов в организме. Мышьяк является антагонистом жизненно необходимых микроэлементов селена и йода. В районах с селеновой и йодной недостаточностью он обостряет симптоматику. Необходимо больше данных относительно концентраций мышьяка в органах и тканях животных и птицы, подвергающихся интенсивному воздействию мышьяка из различных источников окружающей среды, включая питание, а также о возможном взаимодействии его с питательными веществами в рационе. В производственных условиях влияние мышьяка на животный организм наблюдается при одновременном его воздействии с другими веществами, такими как двуокись с еры.. Во зможный синергизм в отношении токсической активности мышьяка следует изучить как в эпидемиологических исследованиях, так и в экспериментальных системах.

Несмотря на то, что мышьяк известен человечеству давно как яд и токсичности этого элемента посвящено большое количество

работ, многие вопросы его воздействия остаются невыясненными. Особенно недостаточно изучена хроническая токсичность мышьяка по отношению к лабораторным и сельскохозяйственным животным; слабо отражена его экологическая характеристика; окончательно не выяснена мутагенная активность различных его соединений. Токсичность мышьяка и его биологическая активность зависят от валентности. Более высокой физиологической активностью обладают соединения трехвалентного мышьяка: пятиватентный, хотя и действует аналогично, однако проявляет токсическое действие постепенно, в результате восстановления его в организме до трехвалентного состояния (О.КДупахина,1983; Buchanen w., 1962;

Patty W», 1963; Littlegohn A.,¥irles D., 1980).

При интерпретации патологического состояния животного, обусловленного наличием мышьяка, необходимо учитывать, по нашему мнению, премобидный и мобидный показатели: гибель и заболеваемость (острая и хроническая) животных с наличием комплекса клинических признаков, что достаточно для оценки зависимостей состояния от характеристики окружающей среды. Однако, следует признать относительность этих показателей, поскольку, как правило, гибель животных наступает только в результате острого отравления, а заболеваемость же чаще всего диагностируется по другим симптомам и истинная картина устанавливается лишь при токсикологическом и пат олого-морфологиче ском анализе. Достоверность связи клинических признаков токсикоза за счет мышьяка можно лишь подтвердить при проведении лабораторных исследований. Выраженность доклинических симптомов является достаточно тонким ранним индикатором неблагоприятных воздействий окружающей среды, однако, зачастую, он носит информативный характер.

К группе факторов, обусловливающих здоровье животных,

следует отнести: физическое воздействие; ионизирующее излучение; химическое воздействие - загрязнение воды, воздуха, почвы, качество кормов; биологическое - шфекцишнные и инвазионные болезни. Факторы комплексного действия оказывают влияние на экспозицию комплекса факторов различной природы, давая интегральный позитивный или негативный эффект. Таким образом, общее число принимаемых во внимание показателей ветеринарно-санитарного состояния животных и среды их обитания и определяющих факторов имеют большое значение для определения экологического состояния окружающей среды. Разумеется, для выявления значимости данных факторов необходимо провести репрезентативную выборку из значительного числа животных, а также иметь представителей фауны с ясно выраженными проявлениями воздействия этих факторов. Можно ожидать, что в результате анализа собранной информации многие показатели окажутся сильно коррелированными и мониторинг мышьяка в значительной степени будет расширен и дополнен современных®, данными.

Определяющим результатом проведенной работы явилось уточнение содержания мышьяка в объектах внешней среды и, в первую очередь, в кормах и кормовых добавках. Результаты наших исследований частично совпадают с подобными данными других ученых (С.Т.Калмыков, М.Г.БеляеЕ, 1972; О.КДупахина, 1983; А.В.Голубицкая, 1989). Но некоторые расхождения объясняются, по нашему мнению, пространственной гетерогенностью изучаемой территории, несоответствием между временем наблюдения, недооценкой воздействия различных факторов внешней среды, а ташке использованием неадекватных статистических методов.

Одним из первостепенных условий для полноценного проведения экспериментальных работ был подбор лабораторных животных для изучения поведения мышьяка в биологических объектах.

Рассматривая результаты опытов по острой и подострой токсичности, особо следует отметить различие в чувствительности белых мышей к натрия арсенату в зависимости от пола, что, по нашему мнению, объясняется их различиями в обмене веществ. Следует признать, что один вид животного не может являться лабораторной моделью, пригодной для изучения метаболизма этого элемента.

В литературе давно отмечено, что при длительном применении мышьяка животные к нему привыкают и даже могут переносить дозы десятикратно превышающие смертельные, но только при энтеральном введении. Гибель животных от обычных смертельных доз мышьяка, вводимого под кожу, внутривенно или нанесенного на раневую поверхность, объясняется своеобразной реакцией организма, выражающейся в уменьшении всасываемости его слизистой пищеварительного тракта. Указанное обстоятельство укладывается в известное положение о гормезисе. В частности, есть сообщение об этом феномене, то есть о стимулирующем влиянии различных токсических факторов, в том числе химических веществ, которые в малых дозах улучшают здоровье и увеличивают продолжительность жизни НеаГзеу Р., 1990; И.В.Су-тонская, И .А .Федотова, 199$)т!Г литературе приводятся данные о горметическом действии антибиотиков, пестицидов, тяжелых металлов и углеводородов.

Мышьяк может вызывать, кроме острых и подострых воздействий, локальные и системные хронические эффекты.

В течение месячного воздействия различных доз натрия арсе-ната на организм белых крыс было отмечено, что интенсивность их роста и развития не зависила от половых признаков. При ежедневном пероралы-юм введении минимальных доз мышьяка (2,5 мг/кг) прирост массы тела в течение месяца каждые пять дней имел неравномерный характер как у самцов, так и самок. Так например, у самцов в первые пять дней прирост массы тела составил 16,3 г, что ниже

контрольной группы - 18,9 г, а у самок - 7,7 г, что, наоборот, выше чем в контрольной группе - 5,8 г. Дальнейшее введение белым крысам натрия арсената вызывало у самцов скачкообразный прирост массы тела. Наивысший пик прироста массы отмечался при дозе 2,5 мг А$/кг массы тела на 20 сут (27,7 г), в то время как в контроле интенсивность составила 7,4 г. У самок этот процесс носил равномерный характер с постепенным нарастанием интенсивности к 25 сут. Однако интенсивность роста контрольной группы самок была низке, но после 20 сут введения препарата отмечался скачок роста по сравнению с контрольно! группой (20,6 и 15,5 г, соответственно), который сменился резким снижением прироста массы тела к концу опыта. В среднем за месяц мышьяк в дозе 2,5 мг/кг вызывал как у самок, так и у самцов белых крыс повышение интенсивности роста на 86,0 и 65,75 г, соответственно, по сравнению с контрольными группами (71,18 и 53,75 г, соответственно).

Увеличение дозы мышьяка до 5,0 мг/кг массы тела за счет пер~ орального введения раствора натрия арсената у самцов белых крыс в течение 15 сут приводило к снижению интенсивности роста и лишь на 20 сут был отмечен скачкообразный прирост массы тела (19,9 г) по сравнению с контрольной группой (7,4 г) с постепенным замедлением по отношению к контролю. У самок после дачи повышенных доз интенсивность роста была выше, чем в контрольной группе в течение всего периода дачи натрия арсената. В среднем за месяц большие дозы мышьяка (5,0 мг/кг) тормозили прирост массы тела у самцов (60,46 г) по сравнению с контролем (71,18 г), в то время как у самок отмечалось противоположное действие, прирост у них был выше (61,78 г), чем в контрольной группе (53,75 г).

Следовательно, малые дозы натрия арсената стимулируют процессы роста и развития организма белых крыс, однако увеличение дозы

приводило к снижению прироста массы тела.

При выяснений изменения кроветворной системы было установлено , что концентрация гемоглобина в крови самцов белых крыс имела тенденцию к увеличению, а у самок, наоборот, к снижению. Большие дозы натрия арсената (5,0 мг А£/кг) вызывали противоположное действие: у самцов гемоглобин снижался, а у самок - повышался. Количество эритроцитов и лейкоцитов в крови изменялось неравномерно и было ниже, чем в контрольных группах. Концентрация общего белка в сыворотке крови белых крыс в зависимости от полового признака и дозы вводимого мышьяка варьировала: у самок отмечалось ее повышение с увеличением дозы, а у самцов про слеживала с ь тенденция к снижению.

В крови мышьяк находится или в свободном состоянии или образует комплексы с белками сыворотки (Kievay a.estil.,1976; latter F.et al,, 1979). Работами А.Ю.Изергиной (1933), М.Е.Ле-лякина (1966) и других установлено благотворное воздействие небольших количеств мышьяковистых соединений на организм человека и животных - повышается фагоцитарная активность лейкоцитов, увеличивается количество гемоглобина, эритроцитов, а также прирост массы подопытных животных (И.Е.Мозгов, 1948; В.С.Зелепухин, 1969; М.К.Коломийцева и Р.Д.Габович, 1970; М.Е.Лелякин и Н.Г.Лаврик,1981;Anop R«, 1956).

С воздействием трехвалентного или пятивалентного неорганического мышьяка связано развитие хронических патологических изменений в печени у животных после длительного применения мышьяка. Об антитоксической функции печени при различных дозах натрия арсената можно судить по результатам исследований белых мышей при пероральном его введении через I, 3 и 6 ч. Доза ДД-j-g (10,89 мг AS/кг) через час снижала продолжительность гексеналового

наркоза - (25,4*3,90) мин по сравнению с контрольной группой -(30,3*3,74) мин. Следовательно, в первый час после введения натрия арсената малые дозы, по-видимому, способствуют процессу проникновения метаболитов мышьяка через эпителий желудочно-кишечного тракта и поступления в печень, не нарушая состояния купферовских клеток. Однако, через три часа отмечалось увеличение продолжительности гексеналового наркоза - (41,1*6,6) мин по сравнению с контрольной группой - (19,5*1,7) мин; через 6 ч его продолжительность составила (22,3*5,1) мин, а в контрольной группе - (12,7*1,8) мин. Таким образом, при изучении действия мышьяка на организм белых мышей было отмечено, что с течением времени малая доза мышьяка вызывала антитоксическую дисфункцию печени.

О влиянии мышьяка, входящего в состав неорганического соединения, на процессы антитоксической функции печени имеются весьма ограниченные данные. БеЗ^ et а!, (1977) наблюдали поражение печени при введении мышьяка с кормом ежедневно в дозах 1,4-9,3 № на животное на протяжении 50-250 сут. Нарушение функции печени, в том числе задержка выведения бромсульфалеина и увеличение сывороточных аминотрансфераз, было отмечено у кроликов при внутривенном введении мышьяковистой кислоты в дозе 0,6 мг А5/кг массы тела три раза в неделю на протяжении трех месяцев ( зЬеЪиуа , 1971). Потребление кислорода гомогенатами печени несколько снижалось в течение первого месяца, но через два месяца оно существенно не отличалось от контроля ( Вепско, 1972). При воздействии в течение двух месяцев дозы 0,8 мг А£/кг массы тела/сут у белых мышей не наблюдалось изменений метаболического потребления кислорода гомогенатами. Повышенная доза

натрия арсената (13,34 мг А£/кг) через час, 3 и 6 ч

увеличивала продолжительность гексеналового наркоза по сравнению со средней продолжительностью у контрольной группы белых мышей. Следовательно, исследования показали, что большая доза (13,34 мг АЗ/кг массы тела) снижала обезвреживающую функцию печени.

Инокуляция натрия арсената 7-дневным куриным эмбрионам в желточный мешок вызывала 50%-ную гибель последних в дозе ДД^д 21,76 мг/кг массы эмбриона (7,84 мг мышьяка/кг массы тела). Куриные эмбрионы, которым вводили различные дозы натрия арсената в течение всего периода инкубации развивались удовлетворительно без каких-либо отклонений; общая масса их во всех опытных группах, в среднем, составляла 49,7-51,3 г. Процессы ассимиляции и дисимиляций питательных веществ активнее протекали в опытных группах; масса невсосавшегося желтка была ниже (14,66; 14,67 и 16,72 г), чем в контроле (17,16 г). Малые дозы мышьяка, стимулировали усвоение желтка эмбрионом. При визуальном осмотре внутренних органов не было установлено каких-либо патологических отклонений во всех опытных группах. Однако, при больших дозах отмечалось незначительное увеличение их массы. В сегментарных срезах различных участков головного мозга, органов грудной полости и желудочно-кишечного тракта не было выявлено аномалий; развитие скелета протекало нормально во всех опытных группах.

Однократная инокуляция различных доз натрия арсената (0,39; 9,78; 3,92 мг А5/кг массы эмбриона) в желточный мешок 7-дневным куриным эмбрионам не повлияла на выводимость цыплят, что объясняется, по-видимому, повышением резистентности эмбрионов. При этом масса тела суточных цыплят во всех опытных группах существенно не отличалась(40,87-41,74 г). Однако, в первые сутки наблюдалось кратковременное отставание в росте и развитии, которое сменялось подъемом в последующие дни. Анализируя процессы развития

цыплят в течение 45 сут, следует отметить, что высокие дозы мышьяка (3,92 мг/кг) через месяц вызывали снижение прироста массы тела, в то время как средние (0,78 мг AS/кг) и малые (0,39 мг/кг) дозы стимулировали интенсивность роста. Клиническое состояние цыплят опытных групп не отличалось от контроля.

По данным В.Г.Наденко с соавт. (1973) мышьяк слабо задерживается плацентой и проникает в организм плода. В эксперименте установлено, что внутривенное и внутрибрюшинное введение натрия арсената хомячкам в пренатальном периоде в дозе 20 мг/кг массы тела вызывает эмбриотоксический и гонадотоксический эффекты

(i'erm H.Y., 1977; perm Y. & Layton ¥., 1977).

Во всех приведенных исследованиях для получения тератогенных эффектов высокие дозы мышьяка вводили однократно. Данные о тератогенности неорганического мышьяка для людей, и животных очень ограничены. Очевидно, что окончательного заключения о роли воздействия неорганического мышьяка сделать нельзя, так как результаты указывают на необходимость проведения дальнейших исследований. Доказано, что способ введения значительно влияет на тератогенные эффекты у белых мышей ( ¿hacker et al.,x977). При пероральном введении водного раствора натрия арсената была, необходима намного большая доза, чтобы вызвать такие же эффекты, которые обнаруживались после внутрибрюшинного - 120 и 40 мг натрия арсената, соответственно, на I кг массы тела.

После однократного внутрибрюшинного введения натрия арсената в дозах 0,01; 0,05 и 0,5 от ЛД^д у линейных мышей отмечалось увеличение числа аномальных клеток в костном мозге во всех опытных группах. Чем выше доза мышьяка, тем большее число аномальных клеток присутствовало в костном мозге. Малые дозы мышьяка снижали количество одиночных фрагментов и гепов по сравнению с контрольной

группой. Увеличение до 0,4 и 0,6$ числа парных фрагментов наблюдалось при дозах от 0,05 до 0,5 от ДЦзд. Количество клеток с хромосомными аберрациями в костном мозге увеличивалось с повышением вводимой дозы, но не превышало контроля. В целом число аномальных клеток в костном мозге линейных мышей, находившихся в опыте, было на 0,8-2,6$ выше, чем в контрольной группе.

Некоторые исследования указывают на влияние неорганического мышьяка на хромосомы клеток человека как ин виво, так и ин витро. Повышенная частота хромосомных аберраций как в структурном, так и в количественном отношении была существенно выше в опытной группе по сравнению с контролем ( petres et ai. 1977).

При хроническом воздействии неорганических соединений мышьяка (натрия арсенит и арсенат) выяснено, что мутирование в основном затрагивает соматические клетки, что соответствует известному канцерогенному потенциалу соединений мышьяка. В частности, отмечен достоверный позитивный ответ в тесте на пятнистость крыльев имаго (после 96-часового воздействия на личинок), однако он проявлялся только при действии натрия арсената (0,8; 2 и 10 мг/кг), но натрия арсенит оказался негативным при всех концентрациях (Homos-Morales P.,Ordaz M.G.et al,, 1995).

Изучая токсические аспекты органического соединения арсамина было установлено, что среднесмертельная доза арсамина для самцов белых мышей составила 6250, а для самок - 6000 мг/кг. Следует отметить, что гибель белых мышей при пероральном введении арсамина наступала на третий день и продолжалась в течение 10 сут. Менее токсичным арсамин оказался для белых крыс. Пероральное введение арсамина вызывало 50$-ную гибель самцов белых крыс в дозе 6600, а самок - 6400 мг/кг массы тела. При дробном многократном введении арсамина в возрастающих дозах среднесмертельная

доза не была установлена, что указывает на отсутствие его кумуляции.

Определяя токсичность арсамина на цыплятах, было установлено, что среднесмертельная доза для курочек составила 6000, а для петушков - 6500 мг/кг массы тела. Многократное введение в зоб арсамина в возрастающих дозах показало, что коэффициент кумуляции по Лиму и др. (1961) больше I, это указывает на повышенную резистентность к данному препарату.

Хотя не опубликовано никаких научных данных об острой и подострой токсичности органических соединений мышьяка для человека и, в некоторых случаях, для животных, опыт показывает, что она очень невелика (Wslkiw & Douglas, 1975). Токсичность оксида феноксарсина (0Ф0) и оксида фенарсанина (ОМ) - органических соединений, применяющихся в качестве промышленных биоцидов, при кратковременном воздействии изучалась Bailantyne (1978). Острая токсичность при пероральном воздействии, определявшаяся как ЛД^д для морских свинок и белых крыс, составляла 24 и 40 мг/кг массы тела (эквивалентно 7 и 12 мг АЯ/кг массы тела), для 0Ф0 и 77 и 83 мг/кг массы тела (23 и 25 мг AS/кг массы тела) - для 0ФА.

Пероральное введение различных доз арсамина при однократном воздействии по разному отражалось на функциональном состоянии печени белых мышей. Средняя продолжительность гексеналового наркоза через час после перорального введения арсамина в дозе ДЦ^ составила (8,4*0,67) мин, а в контрольной группе - (17,2*2,16) мин. Снижение продолжительности гексеналового наркоза в первые часы отражает повышение процессов биосинтеза в печени, что способствует более быстрому разрушению гексенала. Явления, повышающие антитоксическую функцию печени при пероральном введении арсамина в дозе ЛД16, отмечались также через три и шесть часов после

введения препарата. Увеличение дозы арсамина (ДЦ^) снижало антитоксические функции печени у белых.мышей через час, три и шесть часов после перорального введения.

О хроническом воздействии соединений мышьяка на организм животных и птицы представлены разнообразные и противоречивые данные. Систематизировав литературные сведения, мы пришли к заключению, что они отражают, с одной стороны, усиление роста и развития животных, а с другой стороны, снижение их продуктивных качеств в зависимости от дозы и растворимости соединений мышьяка как неорганического, так и органического характера.

При длительном,в течение месяца, воздействии арсамина на рост и развитие белых крыс выяснили, что их организм по разному реагирует на введение его растворов непосредственно в желудок. В первые дни отмечали замедление роста и развития как самцов,так и самок, с последующим усилением при малых дозах (2,5 мг А5/кг массы тела). Однако, дальнейшее ежедневное пероральное введение (20-30 сут") подавляло рост и развитие белых крыс, независимо от полового признака и количества поступающего в организм мышьяка. В среднем за 30 сут было отмечено снижение роста и развития белых крыс. В контрольной группе самок прирост массы тела составил (98,10*7,06) г, а у самок, получавших 2,5 мг А¿/кг массы тела, прирост снизился на 14,9$; 5,0 мг А-$/кг - на 31,6$; 10 мг АЗ/кг - на 18,2$ по сравнению с контрольной группой. У самцов эта тенденция сохранилась, но лишь с той разницей, что прирост у.них, как обычно, превышал интенсивность роста и развития самок. В среднем за месяц в контрольной группе прирост массы тела составил (135,34*6,46) г; у самцов, получавших 2,5 мг А$/кг интенсивность роста снизилась на 14,5$, а у получавших 5,0 мг А^/кг массы тела -на 32,4$; 10,0 мг А¿/кг массы тела - на 29,3$ по сравнению с

контрольной группой самцов белых крыс. При клиническом наблюдении за общим состоянием белых крыс не было отмечено каких-либо нарушений общего состояния, шерстный покров был гладким, не взъерошенным, работа желудочно-кишечного тракта находилась в пределах физиологической нормы.

Процессы всасывания в .желудочно-кишечном тракте мышьяка органического происхождения исследованы на белых крысах (СоиХаоп 1935). При скармливании крысам рациона из креветок только около £% поступившего в организм органического мышьяка (приблизительно 0,5 мг А§) обнаруживали в моче в течение первых двух дней после воздействия, что указывало на почти полное всасывание его из желудочно-кишечного тракта. Некоторые результаты исследований, проведенных на мышах и кроликах, подвергавшихся воздействию мышьяка на протяжении до одного года, свидетельствуют о том, что концентрация мышьяка в организме возрастает в течение первых двух недель, а затем снижается.

Как у животных, так и у человека органические соединения мышьяка, поступающие в организм с рыбой или ракообразными,легко всасываются из желудочно-кишечного тракта и выводятся в течение недели, главным образом, с мочой. Некоторые данные указывают, что эти соединения выводятся без превращения в неорганические или простые метилированные соединения мышьяка. I органических соединений мышьяка, происходящих из других источников, обнаружена разная степень всасывания, трансформации и удерживания в организме. Токсические эффекты при длительном пероральном введении арсамина у экспериментальных животных при высоких дозах трудно воспроизводимы, так как значительное количество арсамина, по-видимому, выводится не только с калом, но и мочой. В течение месячного испытания различных доз не было отмечено хронических

отравлений у белых крыс, лишь в первые две недели отмечалось увеличение интенсивности роста и развития. При пероральном введении крысам 0,5 мг водного раствора, содержащего 40 мкг радиоактивно меченой диметиларсиновой кислоты (приблизительно 20 мкг A3 на животное), 31$ дозы выводился с калом крыс в течение 24 ч ( Stevens et al,,I977),

Органические соединения мышьяка до настоящего времени широко применяют в качестве противопаразитарных препаратов; сальварсан (арсфенамин) при лечении сифилиса; неоарсфенамин; карбарсон, меларсопрол и трипарсамид до сих пор используются в медицине, главным образом, в качестве противопаразитарных средств. Описаны побочные явления, развивающиеся во многих системах органов, особенно, в центральной нервной системе.

Органические соединения мышьяка могут присутствовать в высоких концентрациях в некоторых пищевых продуктах морского происхождения. До настоящего времени не опубликовано никаких научных исследований острой и подострой токсичности этих форм мышьяка для человека и животных, хотя исследования арсамина показывают, что она очень невелика. Однако, при длительном поступлении с кормом арсамина хронические эффекты исключить нельзя. Waikiw и Douglas (1975) сообщили об употреблении двумя женщинами гигиенических пищевых добавок, приготовленных из бурых водорослей (продолжительность употребления не установлена). Очевидно, что на основании этого сообщения нельзя считать, что органический мышьяк, содержащийся в морских водорослях, является несомненной причиной нейронатии.

Токсичность арсамина представляет особый интерес по сравнению с арсаниловой кислотой на животных. IIa основании очень ограниченных исследований, выполненных до настоящего времени, она представляется относительно низкой. При скармливании крысам

в течение 12 мес рациона, оодерсащего мышьяк, источником которого были креветки, в концентрации 14 мг/кг не обнаружено каких-либо нарушений роста и общего состояния. В исследованиях Lancaster и соавт. (1971) озерные водоросли с высоким содержанием мышьяка скармливались овцам в суточных дозах 1,4 мг/кг массы тела в течение трех недель; животные оставались здоровыми, а исследование органов и тканей после забоя (по 3 в неделю) не выявило каких-либо грубых морфологических изменений. Токсичность производных фениларсоновой кислоты, таких как арсамин, представляет большой интерес, поскольку это соединение может широко применяться в качестве кормовой добавки к корму домашней птицы и свиней. Исследования биотрансформации некоторых органических соединений мышьяка, использующихся в качестве пищевых добавок и лекарственных средств, показывают, что они превращаются в более легко'выводимые из организма, а иногда и более токсичные вещества (Hogan, Eagle,1944;

Gristen et al., 1972; 1975; Calrert , 1975).

При инокуляции арсамина в желточный мешок 7-дневным куриным

эмбрионам в различных дозах была определена среднеемертельная

возможно,

доза - 44,0 мг AS/кг. Следовательно, арсашы,оказывает влияние на эмбриональные клетки зародыша, что может вызвать отдаленные последствия. Но тератогенные эффекты при изучаемых дозах арсамина (0,025; 0,05 и 0,1 от ДДзд) не были выявлены. Масса куриных эмбрионов к 19 сут инкубации во всех опытных группах не отличалась от контрольной группы. Однако, масса невсосавшегося желтка была наименьшей при дозе 0,28 мг AS/кг, в остальных опытных группах (0,56 и 1,02 мг А£/кг массы эмбриона) она была выше (17,08 и 17,66 г, соответственно), чем в контрольной группе (14,26 г).

Эмбриональное развитие куриных эмбрионов при введении в желточный мешок различных доз арсамина проходило без каких-либо

изменений: масоа внутренних органов равнялась 4,58 -4,62 г; масса эмбриона без внутренних органов - от 21,22 (0,28 мг А5/кг) до 26,12 г (1,02 мг А5/кг). В то время как в контрольной группе масса эмбриона без внутренних органов составила 24,62 г, что незначительно ниже, чем у эмбриона, которым в желточный мешок, вводили 0,56 мг А ¿/кг (24,4 г). Развитие скелета в процессе инкубации куриных эмбрионов не претерпевало значительных отклонений. Большие дозы мышьяка (0,56 и 1,02 мг/кг) способствовали незначительному увеличению длины кранио-каудального участка скелета (21,05 и 21,49 мм, соответственно); в контрольной группе она составляла 19,28 мм. Малые дозы мышьяка почти не изменяли кранио-каудальный отрезок скелета (19,82 мм). Длина болыпебер-цовой кости 19-дневного эмбриона при больших дозах мышьяка (1,02 мг/кг) незначительно превышала (21,08 мм), чем в контроле (20,84 мм). Малые дозы мышьяка (0,28 и 0,56 мг/кг) существенно не изменяли длину большеберцовой кости (20,3 и 20,23 мм, соответственно). При изучении тератогенности арсамина не выявлено каких-либо количественных изменений в росте и развитии грудной кости и цевки по сравнению с контрольной группой куриных эмбрионов. Однако необходимо отметить то обстоятельство, что длина грудной кости незначительно уменьшалась с увеличением дозы мышьяка: малые дозы незначительно увеличивали ее длину до 3,47 и 3,57 мм, соответственно, а большие дозы (1,02 мг А£/кг массы эмбриона) до 3,43 мм, по сравнению с контрольной группой (3,40 мм).

Рост и развитие цыплят после инокуляции в желточный мешок 7-дневным куриным эмбрионам различных доз арсамина зависели от дозы вводимого в желточный мешок арсамина. У вылупившихся цыплят в первую половину месяца рост и развитие шло.интенсивнее при дозе 0,05 от арсамина, малые же дозы (0,025 от ЛДэд арсамина)

существенных сдвигов не вызывали; большие дозы арсамина (0,1 от ДП,50) увеличивали прирост массы тела лишь на 5,9%. К концу второй половины месяца прирост массы тела продолжался при дозе 0,05 от ДЦзд арсамина и был на 8,9% выше контрольной группы цыплят; большие дозы повышали прирост, но незначительно - на 2,5$. Малые дозы мышьяка снижали интенсивность роста на 6,4% по сравнению с контролем. Закономерность интенсивности роста и развития цыплят в последующие дни существенно не изменялась в зависимости от дозы вводимого в желточный мешок 7-дневных куриных эмбрионов растворов арсамина. За 45 сут клинического наблюдения за общим состоянием цыплят было отмечено, что наивысший прирост массы тела был в группе цыплят, которым в желточный мешок вводили 0,05 от ДДзд арсамина. Прирост массы тела в этой группе был на 9,3/1 выше, чем у получавших 0,1 от ДД^ арсамина и на 5,3% контрольной, в то время как малые дозы (0,025 от ДД^р арсамина) снижали интенсивность роста на 2,7% по сравнению с контролем.

Количество данных о тератогенности органических соединений мышьяка весьма ограничено, тем не менее тератогенные эффекты не обнаружены в семи поколениях крыс, получавших с кормом 0,01; 0,02 или 0,05% арс-аниловой кислоты (3,5; 7 или 17 мг Ае/кг рациона) ( ?гов% е* а1,1964). Следует отметить, что размеры пометов и выживаемость крысят существенно возрастали. Однократное воздействие арсамина при внутрибрюшинном введении белым линейным мышам уменьшало количество гепов при дозе 0,025 от ДД50 арсамина, а при больших дозах (0,05 и 0,5 от ДДзд) гепы в клетках костного мозга отсутствовали. Однако, значительно увеличивалось число одиночных фрагментов при дозе 0,05 от ДД5д арсамина (2,6%), что в 40 раз выше, чем в контрольной группе. Увеличение числа одиночных фрагментов продолжалось при дозе 0,5 от ДД50

арсамина, которое составило 6,4$, а в контрольной группе лишь 0,04$. Увеличение хромосомных аберраций в виде парных фрагментов отмечалось в прямой зависимости от дозы введенного мышьяка. Малые дозы (0,025 от Лд^д арсамина) увеличивали число парных фрагментов лишь 0,2$, в то время как большие (0,05 и 0,5 от ДД5д арсамина) - на 2,0 и 4,4$, соответственно. В целом число хромосомных аберраций в клетках костного мозга увеличивалось прямо пропорционально дозе вводимого внутрибрюшинно мышьяка. Самое большое количество аномальных клеток в костном мозге наблюдалось при дозе 0,5 от ЛД^д арсамина (10,8$), в меньшей степени при дозе 0,05 от ДН^д арсамина (9,2$) и незначительное при дозе мышьяка. 0,025 от ДЦзд арсамина (1,6$); в контрольной группе число аномальных клеток составило 0,78$.

Hodge & Embree (1977) не наблюдали увеличения частоты случаев ранней смерти плодов у потомства самцов мышей при однократном внутрибрюшинном введении (диметиларсин)окси-натрий-А9-ок;оид (диметиларсонат натрия) (200 мг/кг массы тела), мышьякдиуксусную кислоту (мышьякуксусную кислоту) (50 мг/кг массы тела) и метанар-соновую кислоту (250 мг/кг массы тела).

Содержание мышьяка и его распределение в биологических объектах подчиняется определенным, до настоящего времени неизвестным природным закономерностям и поддерживается пищевыми цепями. Аномалии в элементном составе природных объектов могут быть вызваны как естественными процессами, так и антропогенной деятельностью. Избыточное поступление в окружающую среду тяжелых элементов приводит к дисбалансу микроэлементов не только в воздухе, но и организме растений, животных и человека. Соединения мышьяка применяют, главным образом, в сельском хозяйстве и лесоводстве в качестве пестицидов, гербицидов и сильвицидов, меньшие коли-

чества используются в стекольной и керамической промышленности, а также в качестве пищевых добавок.

- Мышьяш ядовит для человека и животных, он и не входит в чис- \

41 :

ло жизненно необходимых элементов. Но несмотря на токсическое действие, незначительные его количества, особенно в форме органических соединений, улучшают продуктивность, рост и яйценоскость у птицы.

В процессе определения общего содержания мышьяка первым этапом обычно является полная минерализация. Существует множество модификаций методов минерализации биологических объектов»которые имеют свои положительные и отрицательные стороны. В своей работе преимущественно использовали метод мокрого озоления биологических объектов g применением серной, азотной и хлорной кислот, который в настоящее время является обязательным для определения мышьяка, сурьмы, ртути, кадмия и, в ряде случаев, свинца и цинка (Diemar w., Pleisticker K.f 1967). Считается, что лучшие методы окисления, с применением смеси серной, азотной и перхлорной кислот (christian & Feldman , 1970) ИЛИ перекиси водорода (Samsahl , 1967).

Для определения мышьяка предложен метод мышьякмолибденовой сини, применяемый-во всех производственных ветеринарных лабораториях, а также на комбикормовых заводах. Арсенат-ион реагирует с молибдатом аммония с образованием комплекса, который при его восстановлении дает голубое окрашивание (?ortmann & Piley, 1964). При благоприятных условиях предел определения усовершенствованного метода составляет 0,5-0,8 мкг AS/мл.

С помощью данной модификации было проанализировано содержание мышьяка в кормах Подмосковного региона. Содержание мышьяка в зерновых кормах колебалось от 1,33 до 1,68 мг/кг, однако в кукурузе, просе оно не превышало 0,5 мг/кг. В корнеклубнеплодах

мышьяк составлял весьма незначительное количество (мг/кг): в моркови столовой в среднем 0,13, а в кормовой - 0,42; в свекле кормовой - 0,42, в турнепсе - 0,01. Самое высокое количество мышьяка было отмечено в сене луговом (2,43 мг/кг) и комбикорме для жвачных (2,64 мг/кг).

При кормлении сельскохозяйственных животных и птицы в комбикорма вносят кормовые добавки для сбалансирования по белково-витаминному составу. Так, белково-витаминные корма содержали мышьяк в среднем 0,23, мясокостная мука - 0,22 мг/кг; монокальций фосфат содержал 0,38 мг/кг мышьяка, а известь и ракушка, используемые в качестве кормовой добавки птице для образования скорлупы, содержали по 0,25 мг/кг мышьяка.

Поступление вместе с кормами мышьяка в организм животных и птицы приводит к различному накоплению его в органах и тканях. Самое высокое содержание мышьяка отмечено в печени овец (1,18 мг/кг), незначительно ниже в тканях головного мозга (1,07 мг/кг), в сердце же и селезенке количество его находилось почти на одинаковом уровне и составляло 0,57 и 0,59 мг/кг, соответственно. Несмотря на то, что с мочой в первые дни выделяется значительная часть мышьяка, в тканях почек его содержание было ниже (0,39 мг/кг), чем в других паренхиматозных органах. Наименьшая концентрация обнаружена в тканях спинного мозга овец (0,24 мг/кг). Поджелудочная железа у овец содержала значительно больше мышьяка (0,95 мг/кг) по сравнению с околоушной железой (0,37 мг/кг), что, по-видимому, связано не только с усиленной рециркуляцией мышьяка со слюной и поступлением последней в рубец жвачных, но и, по-видимому, весьма низким количеством последнего в слюне. В крови овец находилось в среднем 0,52 мг/кг мышьяка. Весьма низкое количество мышьяка обнаружено в желчи (0,11 мг/кг), что на 90,8$

ниже, чем в печени, что указывает на отсутствие зависимости от поступления мышьяка из печени в желчь,

У жвачных животных всасывание всех питательных веществ преимущественно происходит в многокамерном желудке и при исследовании тканей преджелудков было установлено, что в сычуге содержание мышьяка составляло 0,64 мг/кг, в книжке концентрация была ниже - 0,57 мг/кг, в сетке - 0,50 мг/кг, весьма низкое в тканях рубца - 0,20 мг/кг. Содержание мышьяка в тонком отделе кишечника овец составило, в среднем, 0,31 мг/кг, в тканях толстого отдела -0,21 мг/кг.

Данных о распределении в тканях мышьяка у экспериментальных животных и человека недостаточно. При скармливании валухам разных количеств арсаниловой кислоты и определении содержания мышьяка в печени, почках и мышцах, было отмечено, что он концентрируется преимущественно в печени и почках. Когда валухов переводили на рацион без мышьяка, уровни его в тканях быстро снижались и падали приблизительно до 15$ от исходного значения (Calvert, 1975).

Содержание мышьяка у подсвинков во всех органах и тканях претерпевало различные колебания: наивысшая концентрация была в печени - 0,98 мг/кг, значительно ниже в тканях селезенки -0,50 мг/кг, весьма незначительная в тканях сердечной мышцы -0,19 мг/кг и в печени - 0,14 мг/кг.

По сравнению с овцами у подсвинков отмечалось увеличение концентрации мышьяка в тканях головного мозга - 0,62 мг/кг, а у I-6-дневных поросят - 0,54 мг/кг. В то время как в печени концентрация мышьяка была ниже (0,49 мг/кг), чем в селезенке (0,62 мг/кг); в тканях почек у подсвинков и I-6-дневных поросят концентрация мышьяка была почти на одинаковом уровне (0,15 мг/кг).

Распределение мышьяка в желудочно-кишечном тракте свиней коренным образом отличается ;©т такого у овец. Самое высокое содержание его отмечено в поджелудочной железе (0,30 мг/кг), в тканях желудка весьма низкий уровень (0,09 мг/кг) по сравнению с концентрацией в тканях тонкого отдела кишечника (0,12 мг/кг). Вызывает особый интерес значительное повышение количества мышьяка в желчи свиней (0,26 мг/кг) по сравнению с овцами.

По распределению мышьяка в костях, коже и мышцах можно судить о способности мышьяка купироваться в этих биологических объектах. В коже у овец содержание мышьяка было меньшим (0,83 мг/кг) по сравнению с подсвинками (1,31 мг/кг), а у 1-6-дневных поросят накопление мышьяка не установлено. В костях 1-6-дневных поросят содержание мышьяка было самым высоким (2,72 мг/кг), у подсвинков - 1,27 мг/кг, а у овец - 2,4 мг/кг. В копытцах взрослых подсвинков концентрация мышьяка (1,36 мг/кг) значительно превышала уровень 1-6-дневных поросят (0,37 мг/кг).

0 накоплении и распределении мышьяка в органах ж тканях животных из различных экологических регионов литературные данные весьма ограничены. Так, при внутривенном введении А$-оксида мышьяка (Ш) (0,1-0,2 мг А£/кт массы тела) через 10 мин самая высокая активность А я на I г ткани была обнаружена в печени и почках; через час - в почках, тонком отделе кишечника и печени; через 6 ч - в почках, коже и печени; через 48 ч - в коже, толстом отделе кишечника, почках и печена. В большинстве органов содержание мышьяка весьма быстро падало ( Огета, 1955).

Распределение мышьяка в органах и тканях мышеи после пер-орального введения натрия арсената показало, что при однократном введений натрия арсената в дозе 0,4 мг А£/кг массы тела через 30 мин после введения отмечается более высокая концентрация меченого в желчи, почках и печени с постепенным снижением

230

активности по истечении 24 ч.

Распределение мышьяка в органах и тканях птицы при естественных условиях содержания и кормления незначительно отличается от других животных: в желудке железистом (0,32 мг/кг)»селезенке

(0,28 мг/кг)»желудке мышечном (0,20 мг/кг) отмечалось более высокое содержание мышьяка; в печени (0,15 мг/кг), коже (0,18 мг/кг), сердечной мышце (0,12 мг/кг), кишечнике (0,13 мг/кг) и в грудной мышце (0,11 мг/кг) определено незначительное количество мышьяка. Наивысший уровень по сравнению с другими органами и тканями мышьяк достигал в костях (1,7 мг/кг).

При изучении распределения мышьяка в крови птицы разного возраста уровень его у 10-дневных цыплят составлял 8,91, 20-дневных цыплят - 10,63 и 30-дневных - 3,91 мг/кг. В общей массе суточных цыплят концентрация мышьяка была 0,94 мг/кг, с возрастом она снижалась и составляла к 10 сут 0,87, а к 20 сут - 0,47 мг/кг, но к концу месяца отмечалось ее резкое увеличение в общей массе цыплят - 3,64 мг/кг.

У цыплят, получавших радиоактивно меченый мышьяк в трехвалентной форме парентерально в дозах ©,1-4 мг/кг массы тела, наибольшие концентрации обнаружены в печени, почках, коже, легких И селезенке (Hunter et al., 1942; Ducoff et a.l,, 1948; Crema, 1955; Cirkt et al., 1980).

В процессе изучения различного поступления в организм птицы с кормами мышьяка и дополнительной дачи монокальций фосфата, содержащего 0,38 мг/кг мышьяка, натрия арсената и арсамина показано, что распределение, выведение мышьяка из организма имеет закономерности и некоторые специфические особенности в содержании остаточных количеств.

Содержание форменных элементов крови у птицы при поступлении с рационом различного количества неорганического мышьяка

колебалось в сторону увеличения или снижения, но не выходило за пределы физиологических границ для данной возрастной группы.

Увеличение в рационе содержания мышьяка до 0,001024%, за счет дополнительного введения 0,38 мг/кг мышьяка в виде монокальций фосфата, незначительно повысило прирост массы тела (на 0,9%) и не вызывало существенных изменений в концентрации общего белка в сыворотке крови, при снижении количества тромбоцитов, концентрации гемоглобина и увеличении не только эритроцитов, но и лейкоцитов по сравнению с фоновыми данными этой же группы цыплят, однако они не выходили за пределы физиологических границ. Повышение соотношения мышьяка в рационе (до 0,013124%) вызывало увеличение прироста массы тела в 1,8 раза по сравнению с контролем. Одновременно происходило повышение гемоглобина в крови, незначительные повышения количества эритроцитов, лейкоцитов и тромбоцитов, а также на 17% общего белка в сыворотке цыплят но сравнению с фоновыми данными.

При увеличении в рационе натрия арсената (24,3 мг) до 0,025324% рост и развитие цыплят снизились на 45,5% по сравнению с контрольной группой. Однако содержание гемоглобина тлело незначительную тенденцию к увеличению, при неизменном количестве эритроцитов и тромбоцитов, и снижении на 3,5% количества лейкоцитов; общий белок снизился на 9,1% по сравнению с фоновыми данными. Выведение натрия арсената из состава рациона через 14 сут приводило к постепенному снижению концентраций гемоглобина в крови цыплят на фоне увеличения количества эритроцитов на 4% и снижении лейкоцитов на 5,9% и тромбоцитов на 47,1%; концентрация общего белка возросла на 18%. Изменения показателей крови при увеличении процента содержания мышьяка в рационе не приводили к нарушению физиологических границ этих показателей.

Острые эффекты, обуславливаемые приемом внутрь неорганических соединений мышьяка, главным образом оксида мышьяка (Ш), хорошо освещены в литературе. Со стороны кроветворной системы обнаруживаются эффекты, характеризующиеся анемией и лейкопенией, особенно гранулоцитопенией, обратимые в течение 2-3 недель (Hamamoto , 1955; Heyman et al.1956). Длительное поступление неорганического мышьяка с питьевой водой, лекарственными препаратами или в процессе производства вызывает нарушения со стороны системы кроветворения ( Perada et al.I960;Kyle & Pease, 1965; Westholf et al,,I975;Peussner et al., 1979). Картина крови в таких случаях напоминает таковую при острой интоксикации. В костном мозге обнаруживаются нарушения эритропоэза и, иногда, мегалобластические изменения. Возможна таете выраженная грануло-цитопения с возможным влиянием на иммунитет к бактериальным инфекциям. Отмечено, что,как и при острой интоксикации,кровь нормализуется через 2-3 нед после прекращения воздействия.

Результаты экспериментов на животных выявляют изменения со стороны системы кроветворения, аналогичные наблюдающимся у человека. Снижение гематокрита и гемоглобина наблюдалось у самок крыс, подвергавшихся воздействию арсенита с кормом (250 мг AS/кг рациона) в течение двух лет (вугоп et al.,1967), и у крыс, получавших с кормом натрия арсенит (50 мг As/кг рациона) в течение 10 нед (ifahaffey & fowler, 1977). Такие эе эффекты наблюдались у кошек, получавших арсенит или арсенат в дозах 1,5 мг AS/кг массы тела (Massonenn & opitz , 1954). Дополнительное введение е течение месяца, кроме МКФ, органического соединения в виде арсамина с содержанием 0,0340 и 0,06772$ мышьяка в рационе вызывало увеличение прироста массы тела цыплят на 67,4 и 55,3$, соответственно, по сравнению с контрольными группами цыплят.

Состояние кроветворной системы у цыплят.в течение месячного скармливания рационов, содержащих 0,0340 и 0,06772% мышьяка, существенно не изменялось по сравнению с фоновыми данными этих групп. Гемоглобин в крови имел тенденцию к небольшому снижению, количество же эритроцитов незначительно повышалось; число лейкоцитов при меньшем процентном соотношении мышьяка в рационе снижалось на 7,6%, а при большом содержании увеличивалось лишь на 4,3%. Число тромбоцитов крови цыплят изменялось аналогично количеству лейкоцитов. Общий белок в сыворотке при небольших количествах мышьяка в рационе за счет дополнительного внесения арса-мина незначительно снижался в пределах вероятной ошибки, а при больших - увеличивался незначительно. Прекращение дачи арсамина цыплятам приводило к нормализации системы кроветворения; гемоглобин незначительно повышался, количество эритроцитов, лейкоцитов изменялось в опытных группах неравномерно и находилось, однако, на более высоком уровне по сравнению с контрольными группами; число тромбоцитов снижалось.

Концентрация общего белка в крови цыплят после изъятия из рациона препарата восстанавливалась, так как в период дачи арсамина через две недели в обеих группах она повысилась на 30 и 20%, соответственно. При малых дозах восстановление общего белка происходило активнее, чем при высоких.

Некоторые органические соединения мышьяка являются высокотоксичными для определенных органов, но в то же время арсамин оказывался низкотоксичным. Органические соединения мышьяка до настоящего времени широко применяются в качестве противопарази-тарных лекарственных препаратов и известны развивающиеся при этом побочные явления во многих системах органов ( Бз-па е* а1., 1977; Со1е а1»> 1966; ЯеиЗеап et а1.1943). К числу редких

побочных явлений относятся дерматит, поражение печени и нарушения со стороны кроветворной системы.

¿ащдедедение мышьяка в органах и тканях_птищ_при_разном Хровне^в^ационе^ 0 всасывании и распределении мышьяка в организме животных и человека представлено множество исследований при использований соединений как неорганического, так и органического характера. Однако до настоящего времени четко не определены допустимые уровни содержания мышьяка в кормах и кормовых добавках, находящихся в рационе сельскохозяйственных животных и птицы.

При изучении распределения мышьяка в органах и тканях цыплят было отмечено, что при его содержании в рационе 0,00102% ежедневно в организм поступало 61,2-71,4 мкг мышьяка. На основном рационе (0Р) цыплята содержались в течение месяца. Установлено, что до начала дачи 0Р количество мышьяка было наивысшим в сердечной мышце, затем в печени и кишечнике; в мышечном желудке, мышцах, а в селезенке и коже почти на одинаковом уровне; наименьшее количество отмечено в железистом желудке. Повторное исследование в динамике через 30 и 45 сут показало, что содержание мышьяка в различных органах и тканях цыплят претерпевало существенные изменения : в селезенке цыплят отмечено высокое содержание мышьяка (0,34 мг/кг); значительно ниже в железистом желудке (0,12 мг/кг); в остальных органах и тканях почти на одинаковом уровне по мере убывания: сердечная мышца - 0,07 мг/кг, кишечник и кожа - 0,05 мг/кг, печень - 0,04 ж/кг, мышцы -0,04 мг/кг и мышечный желудок - 0,03 мг/кг.

Дополнительное введение в рацион цыплят монокальций фосфата (МКФ), содержащего 0,38 мг/кг мышьяка, увеличивало количество мышьяка в рационе до 0,001024%. До начала дачи МКФ в органах и тканях цыплят фоновое распределение мышьяка отличалось неравно-

мерностью по сравнению с предыдущей группой: наивысшее его содержание определено в железистом желудке (0,39 мг/кг) и в селезенке (0,2? мг/кг); в кишечнике (0,12 мг/кг) и печени (0,13 мг/кг) концентрация была ниже; в коже лишь 0,15 мг/кг, в мышечном желудке незначительно выше (0,17 мг/кг), чем в коже; в мышечной ткани грудной кости количество мышьяка было наименьшим (0,04 мг/кг), в то время как в сердечной мышце достигало 0,11 мг/кг.

Введение в 0Р МКФ вызвало увеличение концентраций мышьяка во всех органах и тканях в той же последовательности, как и при фоновом состоянии: самое резкое повышение концентрации мышьяка отмечено в сердечной мышце - в 2,3 раза. После прекращения дачи МКФ через 14 сут в некоторых органах и тканях содержание мышьяка продолжало увеличиваться, при изменении в сторону снижения его концентрации в мышечном желудке, сердечной мышце (почти в 4,5 раза), мышечной ткани грудной кости, кишечнике и коже,

МКФ в виде безводной или одноводной соли используют для приготовления хлебопекарных порошков. Промышленное применение имеют moho-, ди- и трикальций фосфат,осажденный гидроксилапатит и пирофосфат кальция. Моно- и трикальций фосфат, полученные из суперфосфата, применяются для подкормки скота и птицы. Мышьяк присутствует в большинстве минералов в виде арсенидов меди, свинца, серебра или золота, либо в виде сульфидов. Содержание мышьяка в земной коре составляет 1,5-2 мг/кг: окисленные формы мышьяка обычно обнаруживаются в осадочных отложениях (от 0,1490 мг AS/кг); в известняках от 0,1 до 20, песчаниках - 0,6120, сланцах и глице - 0,3-490, в фосфоритах - 0,4-188 мг/кг. Несмотря на то, что обнаруживаемые концентрации обычно невелики, минерализованные зоны сульфидных руд могут иметь значительно более высокое содержание.

О влиянии МКФ, где мышьяк представлен в виде неорганического соединения, на процессы распределения мышьяка в организме птищ до настоящего времени не имеется литературных сообщений. Основываясь на данных экспериментов, следует отметить, что присутствующий в МКФ мышьяк способствует увеличению его содержания в органах и тканях не только во время скармливания этой кормовой добавки, но и после прекращения дачи. Следовательно, активность мышьяка, содержащегося в МКФ, по-видимому, выше, чем в кормах, что может обусловливаться валентностью элемента. Малые дозы мышьяка в МКФ сильнее активизируют ферментные системы, участвующие в обменных процессах мышьяка, который задерживается в организме и накапливается в определенных количествах в органах и тканях организма цыплят.

Следует отметить, что тяжелые металлы, поступающие из почвы в растение, передаваясь по цепям питания, оказывают токсическое действие на растение и человека. Присутствие их в пищевых продуктах в количествах,в 2-3 раза превышающих фоновые, нежелательно, а в превышающих ЦДК - недопустимо. Восемь из них - ртуть, кадмий, свинец, мышьяк, медь, стронций, цинк, железо - объединенная комиссия ФАО и ВОЗ по пищевому кодексу включила в число тех компонентов, содержание которых контролируется при международной торговле продуктами питания (К.Рейли, 1985). В таблице 47 приведены ЦЩС некоторых тяжелых металлов в основных группах пищевых продуктов.

ФАО рекомендует уделять особое внимание содержанию мышьяка в пище, как одному из основных токсических компонентов пищевых продуктов (второй после ртути) и указывает на целесообразность углубленного изучения возможного его канцерогенного действия.

ПДК некоторых тяжелых металлов в пищевых продуктах, мг/кг сырого продукта

Металлы j j ! t Рыба } Мясо ? • ! ! Молочные ! проду-! кты !Хлеб и !зерновые !продукты t • Овощи {Фрукты ! ! j Соки « t !

Ртуть 0,5 0,03 0,005 0,01 0,02 0,01 0,005

Кадмий 0,1 0,05 0,01 0,02 0,03 0,03 0,02

Мышьяк 1,0 0,5 0,05 0,2 0,2 0,2 0,2

Основной механизм действия токсикантов - блокирование тиоловых групп важнейших ферментов. При этом нарушаются тканевое дыхание и деление клеток. ФАО установил допустимую суточную дозу мышьяка (0,05 мг/кг), что для взрослого человека составляет около 3 мг/кг (П.Д.Габова, Л.С.Припутина,1987).

Увеличение мышьяка в рационе цыплят до 12,1 и 24,3 мг за счет арсената повысило процентное содержание последнего до 0,013124 и 0,025324$ и использование такого рациона в течение 30 сут вызывало повышение концентрации мышьяка в различных органах в прямой зависимости от дозы. Поступление малых доз натрия арсената (12,1 мг мышьяка) приводило к незначительному снижению концентрации мышьяка в печени (на 0,1$), на фоне резкого увеличения в тканях железистого желудка (0,35-0,78 мг/кг), селезенки (0,30-0,78 мг/кг) и коже (0,30-0,42 мг/кг), но в других органах - мышечный желудок, кишечник, мышечная ткань и сердце - содержание мышьяка увеличивалось незначительно.

При исключении из рациона натрия арсената у цыплят через 14 сут констатировали в значительной части органов и тканей

снижение концентрации мышьяка, лишь в ткани железистого желудка она повысилась до 0,86 мг/кг. Резкое снижение отмечалось в тканях мышечного желудка (0,03 мг/кг), в коже (0,03 мг/кг), а также в кишечнике (0,34-0,63 мг/кг) и в мышцах грудной кости (0,03 мг/кг). Почти в три раза снизилась концентрация в мышечной ткани сердца (0,10 мг/кг), а в селезенке лишь на 16,6%, но его уровень был все-таки выше фоновых данных.

При повышенном содержании мышьяка в рационе цыплят до 0,025324%, за счет введения натрия арсената, мышьяк в больших количествах преимущественно аккумулируется в селезенке, сердечной мышце, печени и других органах и тканях организма.

Прекращение дачи натрия арсената при высоком содержании мышьяка в рационе (0,025324%) показало, что уровень мышьяка снижался преимущественно во всем организме цыплят, только в мышечной ткани грудной кости он повысился на 17,9%, что выше на 50,1% фоновых данных; в селезенке с 1,16 - 1,21 мг/кг, что в 4,5 раза выше фона; в коже концентрация мышьяка повысилась лишь на 4,8%, что выше в 2,4 раза фоновых данных. При снижении концентрации мышьяка в остальных органах и тканях организма цыплят следует отметить, что и через 14 сут она была достаточно велика: в печени в 2,5 раза выше фоновых данных, а в желудке мышечном в 1,3 раза; в сердечной мышце уровень мышьяка был значительно высок; в кишечнике его уровень в 2,1 раза выше фонового, а в мышечной ткани грудной кости - в 1,6 раза.

Всасывание неорганического мышьяка в желудочно-кишечном тракте из пищи и воды зависит от растворимости соединения. Натрия арсенат.вводился в состав рациона цыплят путем смешивания с кормами. Данных о распределении мышьяка в органах и тканях при пероральном применении этого препарата нами в литературе не

найдено. Тем не менее у евшей, получавших 0,3 мг мышьяка на

I кг массы тела в виде оксида мышьяка (Ш) с кормом, около 10%

этой дозы выводилось с калом в течение 10 сут ( Мипго et а1,,

1974). У собак, получавших перорально однократно пятивалентный

74

мышьяк в форме А§-арсената (около 0,02 мкг А5/кг массы тела) в желатиновых капсулах, в течение первой недели выводилось с калом менее 5% от дозы, что указывало на почти полное всасывание из желудочно-кишечного тракта (1Ы11пя et а!., 1979).

Б своих работах уа%Иег & 1ог:1п (1980) показали, что при-пероральном введении мышьяка в трехвалентной и пятивалентной формах, у животных одного и того же вида наблюдалось более высокое содержание мышьяка в большинстве тканей или сред, особенно в печени и желчи, причем эти различия отчетливо просматриваются при более высокой дозе.заЪМст! и соавт. (1979), используя значительно меньшие дозы, не нашли каких-либо отчетливых различий в распределении мышьяка в тканях через 16 ч после внутрибрюшин-ного введения радиактивно меченого трехвалентного и пятивалентного мышьяка у кроликов.

Выведение мышьяка после всасывания у животных протекает значительно быстрее, главным образом, через почки, по сравнению с выведением у крыс, вследствие накопления мышьяка в эритроцитах. Общая задержка в организме и выведение у собак после перораль-ного введения АЗ -мышьяковой кислоты (0,02 мкг Ае/кг массы тела) изучалось НоШав и соавт. (1979). Был сделан вывод, что 85% от дозы выводилось очень быстро (период полувыведения, приблизительно 6 ч); вторая фаза выведения (14% от дозы) составила 2,4 сут. Не обнаружено существенных различий при внутривенном и пероральном введении.

74

Перорально однократно вводили АЗ без носителя в желатиновой

капсуле каждому из 6 взрослых-добровольцев (приблизительно 0,01 мкг мышьяка на человека; более 90$ шшьяка (У) ( Рат еЪ а1.Д979; Ротг@у е* а1,, 1980). В течение первых 24 ч после введения

Г) А

22,4$ дозы А£ вьшодилось с мочой; через 5 сут с мочой выведено 58$. Данных о выведении мышьяка с калом не представлено.

Органически связанный мышьяк кормов и морских продуктов всасывается более, чем на 50$ и быстро, практически без остатка, выделяется почками. Из арсаниловой кислоты мышьяк хорошо всасывается и в зависимости от поглощенного количества включается в

ткани тела, но быстро выводится из организма через кишечник. В

пл.

теле человека через 18 сут после перорального введения А 5 в форме арсаниловой кислоты содержалось лишь 0,09$ введенного количества ( Са1езп1ск et а1.Д966). Арсаниловая кислота, использующаяся в качестве добавки в корму домашней птицы и свиней, может поглощаться в небольших количествах из мяса.

При дополнительном введении арсамина в рационе, скармливаемом цыплятам 30 сут, содержалось 0,0340 и 0,06772$ мышьяка. До начала дачи арсамина (0,0340$ мышьяка в рационе) уровень шшьяка в различных органах и тканях цыплят существенно не колебался (0-, 15-0,17 мг/кг); самая большая концентрация установлена в железистом желудке (0,34.мг/кг) и весьма низкая в тканях кишечника (0,12 мг/кг). При скармливании рациона с арсамином через 30 сут отмечалось значительное поглощение шшьяка органами и тканями: в селезенке отмечено весьма резкое повышение концентрации (с 0,17 до 3,03 мг/кг); концентрация в печени резко не отличалась от других органов и тканей, но была в 1,7 раза выше фоновых данных. Интересно отметить то обстоятельство, что в сердечной мышце (0,37 мг/кг) уровень мышьяка был таким же как и в коже (0,36 мг/кг); концентрация в сердце была выше в 2,2 раза, а в коже -

в 2 раза фоновых данных. Процессы включения мышьяка в ткани железистого .желудка были значительно интенсивнее (в 1,8 раза), чем в тканях кишечника (на 13,6%); в тканях мышечного желудка повышение мышьяка было незначительным по сравнению с фоновыми данными.

Прекращение скармливания показало, что в значительной части органов и тканей организма цыплят через две недели концентрация мышьяка снижалась, а в других имела тенденцию к увеличению. При малых дозах происходило перераспределение мышьяка. Через две недели в селезенке отмечалось резкое падение в 3,1 раза с одновременным повышением в кишечнике в 3,2 раза и в тканях мышечного желудка в 3,8 раза. Повышение концентрации в тканях железистого желудка на 16,2% сопровождалось снижением в печеночной ткани на 39,2%, а в мышечной ткани грудной кости на 35,6% до исходного уровня. В коже содержание мышьяка после прекращения дачи арсами-на повышалось на 29,2% (в 2,6 раза).

Введение большей дозы арсамина в рацион (0,06772% мышьяка к рациону) в течение 30 сут сопровождалось более заметным увеличением концентрации мышьяка в организме цыплят. Фоновое содержание мышьяка в этой группе до дачи арсамина существенно не отличалось от предыдущей группы. В среднем, в различных органах и тканях содержалось от 0,12 (кишечник) до 0,38 мг/кг мышьяка (железистый желудок). При ежедневном поступлений органического соединения через 30 сут самое большое накопление мышьяка отмечено в селезенке (1,05 мг/кг), что в 4,3 раза выше фоновых данных. В желудочно-кишечном тракте содержание мышьяка было наивысшим в железистом желудке (в 2,2 раза), затем в тканях кишечника (в 4,3 раза) и, наконец, в мышечном желудке его концентрация падала до наименьшего уровня (0,25 мг/кг; в 1,6 раза) по сравнению

с фоновыми данными. В паренхиматозных органах, таких как печень, содержание мышьяка было не очень высоким (0,22 мг/кг), но выше в 1,4 раза Фоновых. Однако следует отметить, что в сердечной мышце его количество (0,30 мг/кг) превышало фоновый: уровень в два раза, но самое низкое определено в мышечной ткани грудной кости (0,13 мг/кг), что лишь на 24,7$ выше контроля.

Процессы накопления мышьяка в организме цыплят при даче разных доз арсамина можно проанализировать по отложению его в органах и тканях, при поступлении с рационом, содержащим 0,0340 и 0,06772$ мышьяка. Увеличение мышьяка в различных органах превышало в среднем в 1,4-4,3 раза фоновые данные этих групп цыплят, однако не вызывало резких отклонений в отложении мышьяка в различных органах и тканях.

После прекращения дачи арсамина (0,06772$ мышьяка в рационе) через две недели происходило снижение концентрации мышьяка во всех органах и тканях цыплят, за исключением печени, в которой через 14 сут отмечено увеличение концентрации мышьяка на 7,6$. Резкое падение концентрации мышьяка в селезенке (в 5,8 раза) сопровождалось одновременным снижением в других органах и тканях в 1,8 раз (железистый желудок, мышцы и кишечник), а уменьшение концентрации мышьяка отмечалось в мышечном желудке и сердечной мышце на 24,9 и 30,0$, соответственно.

При исследовании остаточных количеств шшьяка в органах и тканях птицы при даче разных доз арсамина в составе рациона было отмечено, что после прекращения введения малых доз происходило перераспределение мышьяка в организме птицы, в то время как большие дозы вызывали в этот период снижение его количества во всех органах и тканях.

Данных о распределении органического мышьяка в тканях и органах, поступающего с пищей для животных и человека, весьма

недостаточно. Lunde (1972) изучал распределение органического

соединения мышьяка у рыб (радужная форель), получавших морской

рацион' с содержанием, приблизительно, 15 мг А£/кг в форме мышьяк-

органических соединений, к которому добавлялся неорганический 74

А5 . Содержание радиоактивного неорганического мышьяка в рыбе было незначительным; через 6-10 сут добавление радиоактивного мышьяка было прекращено, но небольшая часть неорганического мышьяка превращалась в мышьякорганические соединения. Авторадиография показала, что излюбленными областями концентрирования

гуА

А£ были глаза, гортань, жабры и калорический орган. Печень и почки также содержали много радиоактивного элемента, но после прекращения скармливания, выведение его из этих органов происходило быстрее, чем из других.

Скармливание рациона, содержащего 50 мг/кг метанарсоната натрия (МАЮ (27,5 мг А£/кг) в течение 52 нед вызывало быстрое увеличение содержания мышьяка в печени и почках кроликов в течение первых двух недель ( Exon et al., 1974).

При скармливании свиньям арсаниловой кислоты (1000 мг/кг рациона, приблизительно, 340 мг Ai/кг рациона) максимальный уровень мышьяка в большинстве тканей установлен fia 13 сут ( Ledet et al#, 1973). Однако, в нервной ткани (ЦНС и периферические нервы) максимальные уровни не регистрировались вплоть до 20 сут. Клиренс мышьяка из этих тканей был медленнее, чем из других. Наибольшие .уровни определены в печени и почках.

7 крыс, получавших с кормом белок из свиной, печени, содержавшей 24,4 мг AS /кг белка в виде арсаниловой кислоты в концентрации 300 г/кг рациона в течение 14 суп, почти весь мышьяк выводился в первые 7 сут после прекращения скармливания (overby & Prost , 1962). Количество мышьяка, выведенного за этот период

с мочой, составляло 1/3 часть от количества, выведенного с калом. Скармливание арсаниловой кислоты домашней птице и свиньям в качестве кормовой добавки может обусловливать появление остаточных количеств шшьяка в тканях. У свиней, получавших рацион с 0,01$ арсаниловой кислоты в течение 31 сут, установлено быстрое снижение концентрации шшьяка в тканях в первые дни после прекращения ее дачи; на третий день скармливания концентрация шшьяка в печени составляла 1,5-2 мг/кг и около 0,2 мг/кг на седьмой день после удаления арсаниловой кислоты из рациона (Ferslew & Edds,

Г1 л

1979). У цыплят, получавших перорально меченую fi*A£ арсаниловую кислоту, радиоактивный мышьяк не был обнаружен; данное соединение мышьяка не удаляется через легкие или не метаболизирует с образованием продуктов, выводимых с ввдыхаемым воздухом ( Overby & Fredricks , 1963).

Исследования биотрансформации некоторых органических соединений мышьяка, используемых в качестве пищевых добавок ж лекарственных средств, показывают, что они превращаются в более легко выводимые из организма, а иногда и более токсичные вещества ( Hogan & Eagll, 1944; Cristan et al.# 1972,1975; Calvert , 1075). Эти изменения в молекулярной структуре редко влияют на его валентность и не ведут к образованию неорганических соединений мышьяка.

Количество мышьяка в организме птицы во многом зависит от массы отдельных органов и тканей. При убое птицы, после воздействия разного уровня мышьяксодержащих соединений, было определено, что при даче о кормами малых доз натрия арсената масса мышечной ткани достигала 551,7 г, что значительно выше, чем в контрольной группе цыплят (468,9 г). При таком количественном уровне массы мышечной ткани в контрольной группе на долю мышьяка

приходилось 17,2 мкг, а в опытно! при содержании 0,013124% мышьяка в рационе - 75,1 мкг. Интересно заметить, что при даче цыплятам МШ, содержащего 0,38 мг/кг мышьяка, в мышечной ткани (484,6 г) значительно увеличилось количество мышьяка (56,6 мкг). Большие дозы натрия арсената вызывали снижение мышечной массы (483,1 г) при значительном увеличении концентрации мышьяка (109,2 мкг).

Скармливание в составе рациона органического соединения » арсамина показало,что с повышением дозы выход мышечной ткана увеличивался по сравнений с контрольной группой цыплят: при содержании в рационе 0,0340$ мышьяка .общая масса шшечной ткани составила 638,0 г, содержащая 139,6 мкг мышьяка, а при 0,06772%. мышьяка - 640,4 г, при содержании массовой доли 165,5 мкг мышьяка, соответственно.

Доступность для человека мышьяка из мяса цыплят, которым скармливалась арсаниловая кислота, изучалась Gaiesnick и соавт.

(1966). Четверо взрослых добровольцев-мужчин однократно принима-

~ 74

ла внутрь мышьяк в дозах 1,3-3,0 мг в виде As -арсаниловой

кислоты. Среднее выведение с калом в течение шести дней воздействия составило 74% от дозы. После употребления паштета, цриго-

74

товленного из получавших с кормом А£ -арсаниловую кислоту цыплят, приблизительно 64% поглощенного мышьяка обнаруживалось в кале. По-видимому, мышьяк из мяса животных, получавших содержащие мышьяк кормовые добавки, всасывается из желудочно-кишечного тракта не столь легко, как из рыбы или ракообразных.

Наименьшее содержание мышьяка было отмечено в коже цыплят контрольной группы (3,59 мкг). Дополнительное введение в рацион МШ приводило к увеличению общего количества мышьяка в коже до 12,4 мкг. Скармливание натрия арсената о кормом щшводило к

увеличению мышьяка в коже цыплят при дозе 12,1 мг А§/кг до 33,3 мкг, в то время как более высокие дозы (24,3 мг Аз/кг), несмотря на большую массу кожи ко всем органам (84,7 г), вызывали менее значительное увеличение общего мышьяка в ней (24,3 мкг). При скармливании арсамина в составе рациона, содержащего 0,0340 и 0,06772$ мышьяка, наряду с увеличением общей массы кожи (114,1 г), повышалось и количество общего мышьяка до 40,6 мкг. Однако более высокие дозы арсамина в рационе снижали общую массу мышьяка до 38,3 мкг при общей массе кожи 94,2 г.

Б своих работах Va.th.er & Мог1п (1980) сравнивали распределение мышьяка в коже после введения его в трехвалентной и пяти-

74

валентной форме у животных одного и того же вида. Меченые к$ арсенит и арсенат перорадьно однократно вводили мышам в дозах 0,4 и 4 мг А.$/кг массы тела. Значительную задержку мышьяка в коже, наблюдавшуюся у .животных, получавших мышьяк (Ш), можно объяснить реакцией трехвалентного шшьяка с сульфигидрильными группами белков, который® богата кожа.

Величина суточного потребления мышьяка животными в значительной степени определяется его количеством в кормах, кормовых добавках в рационе; обычно она составляет для цыплят (1-50 сут) 42,0-98,1 мкг мышьяка. В дальнейшем она претерпевает значительные колебания: цыплята до 120-дневного возраста потребляют в сутки от 148,91 до 254,97, а куры-несушки - от 88,5 до 215,93 мкг мышьяка. Поэтому за норму суточного потребления мышьяка птицей принимают то количество, которое не превышает утвержденный максимально-допустимый уровень (МдУ). Птица получает определенное количество неорганического мышьяка с известью, ракушкой, песком, 1® и другими минеральными добавками. Форш мышьяка в морских продуктах чаще всего неизвестна, но обнаружено, что он легко

всасывается (долее 80%) из желудочно-кишечного тракта у животных. Некоторые виды морских продуктов (белково-минеральные добавки) могут содержать мышьяк в концентрации более 20-50 мг/кг сырой массы. Поступление с кормом разных соединений мышьяка происходит постоянно и колебания их зависят от многих объективных и субъективных причин.

Задача наших исследований: заключалась в разработке предельно-допустимых концентраций мышьяка для оценки риска развития онкологических заболеваний животных при поступлении неорганических соединении, так как считают, что и пятивалентный, и трехвалентный мышьяк оказывают канцерогенное действие* В своих опытах по изучению различных аспектов токсичности органических и неорганических препаратов мышьяка ш стремились к многоплановому комплексному исследованию их биологического действия на различных структурно-функциональных уровнях (органный, системный, клеточный, субклеточный), на основе общетоксикологического цринципа зависимости; время-доза-эффект. Для выявления закономерностей воздействия препаратов мы положили в основу системный подход определения содержания препаратов мышьяка в кормах и кормовых добавках, в органах и тканях свиней, овец и птицы, на основе которого сформировали модель эксперимента. Комплекс исследований включал острые, подострые и хронические опыты; выявление отдаленных последствий воздействия избранных нами препаратов; изучение механизмов мутагенеза, эмбриотропное и тератогенное действие. Конечной целью всего цикла исследований являлось выявление осо-бенностей^биологических процессах, возникающих при воздействии препаратов мышьяка,и разработка на этой основе ветеринарыо-санитарных нормативов для кормов и кормовых добавок.

Анализируя данные о поведении мышьяка в органах и тканях

сельскохозяйственных животных, мы встретились с неординарным явлением - неодинаковое содержание шшьяка в тканях железистого и мышечного желудка птицы, что, по нашему мнению, объясняется более частым переходом пищевых масс из мышечного в железистый. Общеизвестно, что на 2-4 сокращения мышечного желудка приходится одно сокращение железистого. У свиней, овец наибольшее количество мышьяка отмечается в печени, где в первую очередь происходит обезвреживание всех ксенобиотиков. Наши экспериментальные данные совпадают с материалами Calvert (1975). Таким образом,

одним из достижений нашей работы являются данные для мониторинга мышьяка в органах и тканях сельскохозяйственных животных, подтверждающие более высокую его концентрацию при скармливании арсамина.

Необходимо отметить, что существующие нормативы по остаткам мышьяка в органах а тканях животных и кормах, по нашему мнению, надежны и отвечают современным требованиям. Как известно, более 99$ потребляемых канцерогенов имеют естественное происхождение, а 80$ злокачественных образований, по данным ВОЗ, обусловлены образом жизни (пища, алкоголь, табак) (Н.В.Рым, Щербина и др., 1995).

Рассматривая проблему канцерогенности мышьяка, необходимо иметь в виду:

1. Общая канцерогенная доза неорганического мышьяка для человека в течение жизни составляет 7,0 г, а максимально допустимая в воде - 40 мкг/л (И.А.Крятова, Е.А.Можаева,1993).

2. Факторы окружающей среды (геофизические и техногенные) являются причиной 9$ случаев смерти от раковых заболеваний (Н.А.Кретов, Е.А.Можаев,1993). Сравнительно низкое влияние окружающей среды на онкологическую заболеваемость объясняют сравнительно низким уровнем ее канцерогенного потенциала в сравнении

с другими факторами - образ жизни, вредные привычки, особенности питания, потребление алкоголя, курение, инфекции, медицинские мероприятия. При этом следует учитывать, что действие химических веществ зависит от их доз и концентрации, которые в окружающей среде чаще всего бывают небольшими,

3. По данным ВОЗ, с пищей в среднем поступает от 0,007 до 0,06 мг мышьяка на I кг массы тела. Комитет ФА0/В03 считает максимально допустимой нагрузкой мышьяка - 0,05 ж на I кг массы тела в сутки, что, при средней массе тела человека 70 кг, составляет 3,5 мг. По расчетным данным ВОЗ в сутки с доброкачественной нищей, содержаще! максимально допустимые уровни, может поступать 1,2-2,0 мг этого элемента (Д.Р.Полищук и др.,1986).

4. В настоящее время существуют противоречия между оценками качества окружающей среды, сформированными на основе сопоставления с существующими гигиеническими нормативам! и результатами, полученными с использованием традиционной методологии оценки риска для здоровья - существующие российские ПДК и референтные дозы концентрации, используемые в стандартной методологии риска. В этой связи считаем необходимым привести данные по канцерогенному риску мышьяка: в атмосферном воздухе населенных мест ЦЦК составляет 0,003 мг/м3; риск - 1,3 * 10"*^, группы риска 1/А; в воде -0,05 мг/м3; риск 3,1 * группы риска 1/А (С.М.Новиков и др., 1998). В соответствии с рекомендациями экспертов ВОЗ канцерогенное действие должно учитываться при гигиеническом нормировании веществ группы 1,2/А, а при наличии дополнительных показаний -

и веществ группы 2В,

В России данные о канцерогенном действии веществ присутствуют только в перечнях ПДК для воздуха рабочей зоны. Кроме того в 1991 г. был принят, а в 1935 г. пересмотрен "Перечень веществ,

продуктов, производственных процессов, бытовых и природных факторов, канцерогенных для человека", содержащий в основном вещества и факторы, входящие в классификацию iarc (Международное агентство по изучению рака). В России только пять веществ из этого перечня регламентированы в воздухе рабочей зоны по их канцерогенному действию: бенз(а)пирен, асбест, мышьяк, винмлхлорид, возгон каменноугольных смол. Согласно классификации iarc мышьяк для животных относится к группе риска 2А (наличие ограниченных доказательств), что позволяет его использовать, по нашему мнению, в практике животноводства и ветеринарии.

Обоснований для оценки риска рака у животных при поглощении мышьяка с питьевой водой и кормами, относительно немного» Одна из предпосылок основывается на эпидемиологических данных, полученных в Китае (провинция Тайвань, 1977), где население, для которого оценивается риск, подвергалось воздействию по крайне! мере в течение 50 дет. Если считать, что среднее потребление питьевой воды составляло 2 л в день, то концентрация 0,2 мг AS/л должна обусловить общую дозу 10 г, при средней продолжительности жизни 70 лет. Таким образом, риск от воздействия мышьяка, поступающего с питьевой водой на протяжении жизни составляет, приблизительно, 25$ на I мг А£/л (5$ 0,2 мг As/л).

Несмотря на то, что при ежедневном потреблении животными кормов, кормовых добавок с различным содержанием мышьяка, большая часть его выводится, а примерно, 5-15$ распределяется между биосубстратами организма, данных о кацерогенности мышьяка, поступающего в организм с кормами, весьма и весьма ограничены и только в комплексе с другими солями тяжелых металлов. Трудно представить развитие онкологических заболеваний у животных при малой продолжительности их жизни, которая в промышленном животноводстве и

и птицеводстве составляет месяцы (бройлеры, свиньи).

В литературе не найдено данных о развитии опухолей у жителей Крайнего Севера и Японии, где пищей является преимущественно сырая рыба, содержащая от 5,0 до 50 мг/кг мышьяка, и пшцеЕые добавки из бурых водорослей, содержащие от 0,6 до 58 мг As/кг сухой массы ( Walkiw,Dougla%I975). Watanabe и соавт, (1979) сообщают, что в съедобных морских водорослях, распространенном в Японии продукте питания, содержание мышьяка, колеблется от 19 до 172 мг/кг сухой массы при средней концентрации 112 мг/кг.

Необходимо обратить внимание, что опасность развития рака, доступными в настоящее время методами можно оценить весьма относительно, что следует принимать во внимание, особенно при подготовке регламентирующих решений относительно допустимых пределов. Допускается применение линейной беспороговой модели для экстраполяции воздействия на основе:сходства между канцерогенезом и мутагенезом как процессами, для которых молекулой-мишенью является ДНК;стрсгого доказательства линейности зависимостей доза-ответ для мутагенеза; приблизительного соответствия линейности зависимостей доза-ответ в некоторых эпидемиологических исследованиях, например, при изучении афяатоксина и рака печени, лейкоза и излучения. Эти рассуждения в пользу линейной беспороговой зависимости доза-ответ наиболее убедительны применительно к генотокои-ческим канцерогенам, Линейная беопороговая модель общепринята среди регламентации риска относительно высоких уровней доз,когда опухолевые реакции могут быть измерены, и относительно низким уровнем доз. Линейный беспороговый подход принят специальной исследовательской группой по загрязнению воздуха и раку в Стокгольме в 1977 г.

Отсутствие мутагенных свойств - одно из основных требований

Фармакологического комитета Российской Федерации, предъявляемых к лекарственным препаратам. Необходимость подобных исследований диктуется соображениями безопасности, Генотропные свойства лекарственных препаратов, как и других химических соединений, с которыми контактирует животное, в большинстве случаев оценивается отдельно для каждого препарата. Однако проблема изучения изменений, возникающих в наследственных структурах при фармакологических воздействиях, имеет ряд особенностей. Одна из них связана с тем, что в современной ветеринария и животноводстве чаще всего применение препаратов различной химической природы с неодинаковыми эффектами осуществляется комплексно. В связи с этим нельзя исключить возможности образования мутагенных соединений между исходными веществами и их производными соединений с эндогенными метаболитами, гомеостатических нарушений, приводящих к генетическим повреждениям. Эти проблемы требуют специальных теоретических и экспериментальных исследований, а при широком сочетании препаратов необходима проверка их мутагенной активности.

Хотя имеются сведения о способности ряда мутагенов вызывать генные и хромосомные мутации (У.Никольс, 1977) и качественной связи в возникновении при действии химических соединений изменений наследственного материала в соматических и половых клетках (Р.И.Шрамм, 1977),для исключения указанных эффектов необходимы дополнительные эксперименты с использованием в качестве тест-объектов дрозофилы и микроорганизмы, а также метода доминантных летальных мутаций. Тем не менее следует отметить, что изучение влияния мышьяксодержащих соединений на генетический аппарат клеток костного мозга линейных мышей на основе учета частоты хромосомных аберраций приобретает особое значение, так как является пока единственным методом, позволяющим выявить генотропное действие

фармакологических агентов в процессе клинических испытаний, обязательных перед внедрением в ветеринарную практику любого лекарственного препарата. На основании результатов экспериментального исследования можно заключить, что арсенат и арсамин - неорганические и органические соединения мышьяка, внутрибрюшинно введенные однократно, вызывают увеличение числа аномальных клеток, что предполагает дополнительное использование тест-объектов (дрозофилы, микроорганизмы) и метода доминатных леталей на соматических и половых клетках.

Анализ собственных экспериментальных данных и литературных показал, что проблема нормирования препаратов мышьяка в биологических объектах далеко не решена, особенно на фоне глобального загрязнения окружающей среды. Успехи на этом пути связаны с развитием новых направлений, а именно, экотоксикологии. Масштабы наличия мышьяка во внешней среде делают его экологически значимым фактором, требующим внимания ж учета в системе экологического нормирования производства продукции животноводства. Не следует забывать, что ключевой особенностью в безопасности указанных соединений в настоящее время является сосредоточение производства продукции животноводства в крестьянских хозяйствах. Практическая реализация экологического нормирования этих препаратов в животноводстве и ветеринарии должна исходить из взаимной увязки экологических и токсикологических норм. Рассматривая ЦЩС мышьяка с этой точки зрения, есть основание считать, что эти вопросы по совокупности явлений с ней связанных, подлежат учету в рамках единой системы экологического нормирования в животноводстве,

В прикладном значении основой в формировании аналитической базы данных для экологического мониторинга мышьяка является комплексное обследование экологической ситуации, связанной с его

соединениями, включающее несколько этапов:

- исследования на уровне организма: клиническое, лабораторное , патологоморйодогжческое;

- исследования на популяционном уровне: возрастная структура популяции, обрабатываемо! препаратами мышьяка и ее реакция на это воздействие;

- экологические оценки геобиоценоза пастбища, кормов и кормовых добавок (кормовая ценность, заготовка и хранение кормов, режим кормления при пастбищном и стойловом содержании и др.);

- оценка, антигенных компонентов геобиоценоза: почва (загрязнение, деградация, заболочивание); водоисточники (качество воды, химический состав и др.); окружающая среда (последствия антропогенного воздействия);

- оценка геобиоценозных связей (перемещение во/да, почвы, органических и минеральных веществ и ядохимикатов);

- контроль частнопредприншлательских хозяйств, акционерных обществ, комбикормовых заводов для исключения риска, которому подвергаются животные при обработке мышьяксодержащими препаратами или при скармливании кормов или добавок с повышенным содержанием мышьяка, особенно при игнорировании "Закона о ветеринарии".

5. ВЫВОДЫ

1. Среднесмертельная доза (Д%д) натрия арсената при алиментарном введении для самок белых мышей составляет 52,8, а для самцов 39,0 мг/кг массы тела, что дает основание отнести этот препарат к Ш классу опасности (ГОСТ 12.01,007-76). Средне-смертельная доза (ЛД^д) при пероральном введении для самок белых крыс составляет 60,0, а для самцов - 66,2 мг/кг массы тела; для цыплят ДЦдд при введении в зоб у курочек составляет 351,0,

а у петушков - 370,0 мг/кг массы тела.

2. Коэффициент кумуляции натрия арсената для лабораторных животных (белые мыши, крысы, цыплята) составляет 2,0-8,03, что свидетельствует об отсутствии, кумуляции в терапевтической дозе; доза ЛД-££ не угнетает антитоксической функции печени.

3. Натрия арсенат в дозе 2,5 мг А£/кг при алиментарном введении у сащов белых крыс вызывает прирост массы тела, а доза 5,0 мг А£/кг массы тела угнетает интенсивность роста. У самок белых крыс дача 5,0 мг А5/кг массы тела вызывает статистический достоверный прирост массы тела на 14,9$.

4. Натрия арсенат у белых крыс при алиментарном введении

в течение 30 сут независимо от дозы вызывает снижение количества эритроцитов, гемоглобина, и лейкоцитов.

5. Натрия арсенат при однократном внутрибрюшинном введении не вызывает эмбриотоксические и тератогенные эффекты, но повышает митотоксическую активность клеток костного мозга, увеличивая число клеток с хромосомными аберрациями,

6. Среднесмертельная доза (Д%д) арсамина для сащов белых мышей составляет 6250, а для самок - 6000 мг/кг массы тела,что дает основание отнести его к 1У классу опасности (ГОСТ 12.07.00776). Среднесмертельная доза (ДН^д) для самцов белых крыс при

алиментарном введении составляет 6600, а для самок - 6400 мг/кг массы тела. Среднесмертельная доза (Д%д) арсамина при введении в зоб петушкам составляет 6500, а для курочек - 6000 мг/кг массы тела.

?. Арсамин не обладает кумулятивными свойствами и в малых дозах (ДД^) не угнетает антитоксическую функцию печени.

8. Арсамин не обладает эмбриотоксическими и тератогенными свойствами, однако при однократном внутрибрюшинном введении вызывает мутагенный эффект.

9. Разработанный и предложенный метод мокрой минерализации биологических материалов позволяет снизить потери мышьяка, а использование унифицированного метода мышьякмолибденовой сини -повысить чувствительность определения мышьяка (нижний предел -0,1 мкг мышьяка в пробе).

10. Содержание мышьяка в кормах, кормовых добавках и комбикормах колеблется в широких диапазонах (от 0,21 до 15,19 мг/кг): в зерновых злаковых в пределах 1,3-1,6 мг/кг; в корнеклубнеплодах - 0,1-0,4 мг/кг; в кормовых добавках - 0,21-0,38 мг/кг (известь, ракушка, монокальций фосфат); в кормах микробиологического синтеза - 1,78-15,19 мг/кг; в дрожжах - 1,78-2,98 мг/кг,

11. Содержание мышьяка в организме овец распределяется в следующей последовательности по мере уменьшения: печень, головной мозг, поджелудочная железа, селезенка, сердце, кровь, почки, околоушная железа, спинной мозг, мышцы (1,18-0,24 мг/кг); в тканях желудочно-кишечного тракта: сычуг, книжка, сетка, тонкий и толстый отделы кишечника, рубец (0,64-0,21 мг/кг).

12. Содержание мышьяка в органах и тканях свиней распределяется в следующей последовательности по мере уменьшения: печень, головной мозг, селезенка, поджелудочная железа, желчь, сердце,

почки, спинной мозг (0,98-0,078 мг/кг); у 1-6-дневных поросят -печень, селезенка, головной мозг, почки (0,62-0,15 мг/кг),

13. Распределение мышьяка в организме птицы подвержено различным колебаниям (0,32-0,1 мг/кг),в зависимости от содержания элемента в рационе, и прослеживается в следующей последовательности; селезенка, желудок железистый, мышечный, кожа, печень, кишечник, сердце, мышцы (0,32-0,10 мг/кг).

14. Сравнительное изучение содержания мышьяка у животных свидетельствует о неравномерном распределении этого элемента в различных биологических субстратах организма, что в значительной степени зависит от количества поступающего с кормом мышьяк-сод ержащих веществ.

15. Сравнительное изучение содержания мышьяка в кормах, кормовых добавках, комбикормах свидетельствует о наличии связи между видами кормов, соотношением ингредиентов в комбикормах и места их произрастания.

16. Мониторинг мышьяка за период 1990-1997 гг. по сравнению с 1970-1977 гг., свидетельствует о незначительном увеличении его содержания в зависимости от времени и места произрастания кормовых культур и поступления кормов в организм животных.

17. Сравнительное изучение содержания мышьяка в органах и тканях птиц, свиней, овец свидетельствует о более высокой его концентрации у евшей и овец, чем у птицы, что объясняется интенсивными биохимическими процессами и наличием значительного количества серосодержащих соединений:. : ; '

6. ШЖТШО'Ш ПНЩОЯШНШ

1. Использование предложенного метода мокрой минерализации биологических объектов позволяет снизить потери мышьяка при определений его методом мышьякмолибденовой сини (чувствительность определения мышьяка 0,5 мкг в пробе, нижний предел -0,1 мкг мышьяка в пробе).

2. Необходимо периодически проводить мониторинг мышьяка

в разных биологических объектах (раз в 10 лет) с целью уточнения его содержания в кормах и внесения поправок в состав комбикормов и рационы кормления животных.

3. Уровень мышьяка в кормах и кормовых добавках не должен превышать предельно-допустимую концентрацию (ЩЩ) этого компонента.

Список литературы диссертационного исследования доктор ветеринарных наук Приходько, Григорий Трифонович, 1998 год

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Абуладзе К.И. Паразитология и инвазионные болезни с.-х. животных. М.: Колос, 1975. С.89, 114, 121, 129, 166, 316, 322, 334, 368.

2. Авцын А.П. //Клин.медицина. 1987. №6. С.36.

3. Авцын А.П., Жаворонков A.B., Строчкова Л.С. //Архив патологии. 1983. №9. С.З.

4. Агаджанян НА //Вестн.АМН СССР. 1989. №8. С.4-14.

5. Александров H.H., Богданова В.А., Чернух A.M. Тератогенное действие талидомида в опытах на куриных эмбрионах //Бюлл. экспериментальной биоллогии и медицины. М.. Т.61. С.89-92.

6. Алексеев Ю.В. Тяжёлые металлы в почвах и растениях. Л.: Агро-промиздат, 1987. С. 141.

7. Алексеев Р.И., Коровин Ю.И. Руководство по вычислению и обработке результатов количественного анализа. М.: Атомиздат, 1972.

8. Альтшулер Р.Я. //Новые лекарственные препараты. 1976. №3. С.13-19.

9. Ариставская Т.В., Зыкина Л.В., Чугунова М.В. //Бюлл.почв.ин-та им.В.В.Докучаева. 1986. Вып.38. С.13.

Ю.Асатиани B.C. Новые методы биохимической фотометрии. М.; Наука, 1965.

11 .Байдалинова Л.С. Использование продуктов переработки криля при мясном откорме свиней //Сб.: "Исследования технологических характеристик и процессов антарктического криля". Калининград, 1981. С.74-81.

12.Балацкий К.П. Токсикодинамика мышьяковистых отравлений и принципы их антидотной терапии //Всесоюзная учредительная конференция по токсикологии: Тезисы докладов. М., 1980. С.223-224.

13.Башкин В.Н. //Почвоведение. 1988. №7. С. 145.

14.Безуглая Э.Ю., Завадская Е.К., Смирнова И.И. Загрязнение атмосферного воздуха городов и промышленных центров //Метеорол. и гидрол. 1992. №10. С.110-116.

15.Борисенкова Р.В., Ходыкина Т.М. Гигиенические проблемы при использовании промышленных отходов в различных отраслях народного хозяйства //Санитария и гигиена. М.: Медицина, 1998. №1. С.17-19.

16.Бойченко Е.А. //Изв.АН СССР; Сер.биол. 1988. №1. С.118.

17.Бочков Н.П., Чеботарёв А.Н. Наследственность человека и мутагены внешней среды. М., 1989.

18.Бочков Н.П. Метод учёта хромосомных аберраций как биологический индикатор влияния факторов внешней среды на человека. //Метод.рекомедации для н.и. и санитарно-эпидемиологических учреждений. М., 1974.

19.Бочков Н.П., Кулешов Н.П., Журков B.C. и др.. Генетические последствия загрязнения окружающей среды. М., 1977. С.106-110.

20.Буркацкая E.H., Лысина Г.Г. и др. Лабораторные методы исследования при проведении медосмотра лиц, работающих с ядохимикатами //Методические указания МЗ УССР, Киев, 1970.

21.Буркацкая E.H., Цапко В.Г. Гигиена труда при использовании ядохимикатов и минеральных удобрений в сельском хозяйстве. - Киев, 1977.

22.Бутенко Г.А., Корж В.П., Радионова Е.М. Аналит.химия. 1961. Вып.16. С.692.

23.Быков В.П., Сторожук А.Я, Химический состав и технологическая характеристика криля-сырца /Др.ВНИРО. М., 1981. С.7-15.

24.Валетко И.И. Продовольственная программа и вопросы совершенствования санитарно-эпидемиологического контроля. Гродно, 1986. С.56.

25.Василевская Л.С., Муравенко В.П., Кондашина А.И. //ХАХ. 1965. Т.20. Вып.5. С.540.

26.Вашкулат Н.И. Гигиенические мероприятия по защите почвы от загрязнения соединениями мышьяка //В сб.: Гигиена населённых мест. Киев, 1974. Вып. 13. С. 119-123.

27.Вернадский В.И. //Геохимия. 1963. №3. С. 195.

28.Виноградов А.П., Ковальский В.В. Проблемы биогеохимической экологии организмов. М.: Наука, 1974. С.270.

29.Временные методические указания по обоснованию предельно-допустимых концентраций (ПДК) загрязняющих веществ в атмосферном воздухе населённых мест. М., 1989.

30.Врочинский К.К., Маковский В.Н. Применение пестицидов и охрана окружающей среды. Киев: Вища школа, 1979. С.39-40.

31.Габович Р.Д., Припутина Л.С. Гигиенические основы охраны продуктов питания от вредных химических веществ. Киев; Здоровя, 1987. С.248.

32.Георгиевский В.И., Анненков Б.Н., Самохин В.Т. Минеральное питание животных. М.: Колос, 1979. С. 13.

33.Гильденскиольд P.C., Новиков Ю.В. Тяжёлые металлы в окружающей среде и их влияние на организм. //Гигиена и санитария. 1992. №5-6. С.6-9.

34.Голубицкая A.B. Содержание соединений мышьяка в шерстном покрове овец как показатель энтерального поступления элемента в организм /Дезисы докладов ВНТК молод.учён.и специал. "Технология и техника мясн. и молочн. промышл-ти на основе современ. исследований. ДСП. М., 1988. С.118.

35.Голубицкая A.B. Содержание соединений мышьяка в органах и тканях животных и влияние тепловой обработки на их уровень при производстве мясопродуктов //Автореферат. Л., 1989.

36.Горбатов B.C., Зырин Н.Г. Почвоведение. //Вестник МГУ. Сер.17. 1988. №3. С.5.

37.Горчев Г.Г., Джелинек И.Ф. //Бюл. ВОЗ. 1985. Т.63. №5. С.80.

38.Гофмеклер В. А, Методика изучения эмбриотропного действия химических веществ при гигиенических исследованиях //Гигиена и санитария. 1969. №8. С.47-50.

39.Данилова И.Н. Изученность бальнеологического значения мышьяк-содержащих минеральных вод /Др.ЦНИИ курортологии и физиотерапии. 1973. Т.26. С.7-21.

40.Джувеликян Х.А. Техногенное загрязнение чернозёмов тяжёлыми металлами. Природ.ресурсы Воронеж.обл., их воспроиз-во, монито-ринг и охрана. Воронеж.обл.сев., Воронеж, 1995. С.174-176.

41 .Добровольский В.В. Рассеянные металлы в природе. М.: Знание, 1979. С.48.

42.Добровольский В.В. Биологическая роль микроэлементов. М.: Наука, 1983. С.44.

43.Дыбан А.П., Баранов B.C. Методы исследования хромосом в гемато-генезе и эмбриогенезе млекопитающих //Архив анат., гистол. и эмбриолог. М., 1974. №1. С.79.

44.Евтушенко З.С., Лукьянова О.Н., Бельчева H.H. //Экология. 1988. №2. С.ЗО.

45.Жуленко В.Н., Георгиева Г.Н., Малярова М.А., Колесников В.А., Голубицкая A.B. Определение остаточных количеств ртуть-, свинец-, кадмий-, мышьяксодержащих соединений в кормах, органах и тканях убойных животных и изучение влияния на них технологических процессов при производстве мясо и молокопродуктов //Отчёт по НИР ГР №01860096339. 1987. С.28-34.

46.Журков B.C. Медико-биологические исследования в гигиене. М., 1986. С.222-251.

47.Жученко A.A. Экологическая генетика культурных растений (адаптация, рекомбинация, агробиоценоз). Кишинёв: Штиинца. 1980. С.587.

48.Изергина А.Ю. О влиянии мышьяка на нервную систему //В кн.: О влиянии некоторых ядов на высшую нервную систему молодых животных. М., 1938. С. 10.

49.Измеров Н.Ф., Волкова З.А. //Вестник АМН СССР. 1990. №7. С.26-29.

50.Ильин В.П., Степанова М.Д. //Агрохимия. 1980. №5. С.114-119.

51 .Ильин В.Б. //Почвоведение. 1988. №7. С.124.

52.3елепухин B.C. Минеральная подкормка животных. М.: Колос, 1989. С. 104.

53.3ырин Н.Г., Мотузова Г.В. Фотометрическое определение валового содержания мышьяка в почве //В сб.: Современные методы определения микроэлементов Дезисы докл.Всесоюзного симпозиума. Кишинёв, 1977. С.47.

54.Каган Ю.С. Принципы предельно допустимых концентраций. М., 1970. С.49-65.

55.Каган Ю.С., Красовский Г.Н., Штабский Б.М. Токсикометрия химических веществ, загрязняющих окружающую среду. М., 1986. С. 104-134.

56.Калмыков С.Т., Беляев М.Г. Диагностика, профилактика и лечение животных при отравлении препаратами мышьяка /Др.Научн.-произв.лаборат.по борьбе с болезнями молодняка с/х животных. М., 1972. Вып.1. С.195-205.

57.Катченков С.М. Канцерогенные микроэлементы в сланцах и нефтях //В сб.: Растения и химические канцерогены. Л.: Наука, 1979. С.185-189.

58.Ковальский В.В. Геохимическая среда и жизнь. М.: Наука, 1982. С.72.

59.Ковальский В.В., Риш М.А., Тешбаев С., Атаджанов Р.Ш., Кист A.A. и др. Ртутно-сурьмяно-мышьяковистые субрегионы биосферы в биогеохимических провинциях Средней Азии. Ташкент: Фан, 1982. С.26.

60.Ковальский В.В., Удельнова Т.М., Воротницкая И.Е. Биогеохимическое районирование и геохимическая экология. М.: Наука, 1985. С.200.

61.Колб В.Г., Камышников B.C. Клиническая биохимия. Минск: Беларусь, 1976.

62.Коломийцева М.Г., Габбович Р.Д. Микроэлементы в медицине. М.: Медицина, 1970. С.228.

63.Константинов М.М. Мышьяковистые руды СССР //В кн.: Справочник молодого разведчика. М., 1932. С.3-9.

64.Константинов A.A. Продукты моря у нас на столе. Хабаровск, 1974. С.8-11.

65.Косицын A.B., Игошина Т.И. //Бот.журн. 1986. Т.71. №1. С.34.

66.Кретова И.А., Можаева Е.А. Канцерогенные и другие опасные вещества в воде //Гигиена и санит. М.: Медицина, 1993. №9. С.20-22.

67.Кулешов Н.П., Шрам Р. Перспективы медицинской генетики: Под ред. Н.П.Бочкова. М.: 1984. №7. С.58-61.

68.Коренман И.М. Аналитическая химия мелких концентраций: 2-е издание. М.: Химия. 1967.

69.Курбатова В.И., Нустрова B.C. //В сб.: Стандартные образцы в чёрной металлургии. 1972. №1. С.50.

70.Куринный А.И., Пилинская М.А. Исследование пестицидов как мутагенов внешней среды. Киев: Наукова думка, 1976. С. 10.

71 .Лазюк Г.И., Лурье И.В., Усова Ю.И., Николаев Д.Л. //Вестн.АМН СССР. 1984. №7. С.58-61.

72.Лелякин М.Е. Влияние мышьяковистого ангидрида в комбинации с железным купоросом на сохранность и рост поросят: Матер. X научн. конфер. по фармаколог. М., 1966. 4.2. С. 146.

73.Лелякин М.Е., Лаврик М.Г. Системы обеспечения здоровья сельскохозяйственных животных в условиях промышленной технологии. Новосибирск, 1981. С. 117-120.

74.Лепахин В.К., Ульянова Г.А., Руденко Г.М. Фармакология. Химиотера-певтические средства. М., 1977. Т.9. С.8-49.

75.Лобода Ю.И., Дракина Н.В. Экспресс-метод микроопределения мышьяка в биологическом материале //Фармакология и токсикология. М.. 1964. Вып.1. С.56-61.

76.Ловкова М.Я., Бузук Г.Н., Клементьева Н.И. //Изв.АН СССР. Сер. биолог. 1988. №4. С.585.

77.Луганокий Н.И., Лобода Ю.И. Экспериментальные материалы к механизму токсического действия мышьяковистого водорода // Фармакология и токсикология. М., 1967. Вып.З. С.27-31.

78.Максаковский В.П. Загрязнение окружающей среды и экологические проблемы Японии //Геогр. в школе. 1995. С.14-16.

79.Малашенко A.M., Суркова Н.И., Семёнова Х.Х. //Определение мутагенности химических соединений (генетический скрининг) на лабораторных животных: Метод.указ. М., 1977.

80.Масахиро Фудзивара. Загрязнение окружающей среды тяжёлыми металлами и меры борьбы с загрязнением: Р.Р.Н.Япония. 1976. Т.7. №1. С.78-85.

81.Методы определения тяжёлых металлов в загрязнённых природных и разбавленных сточных водах. М.: Колос, 1969. С.68.

82.Методические указания по изучению эмбриотоксического действия фармакологических веществ и влияния их на репродуктивную функцию. Утв. Фармаколог.Комитетом МЗ СССР. 10.01.1986.

83.Методические указания по изучению мутагенной активности химических веществ при обосновании их ПДК в воде. 1986.

84.Методы исследования качества водоёмов: Под ред.А.П.Шицковой. М., 1990.

85.Минеев В.Г. //Вестн. с.-х. науки. 1986. №6. С.95.

86.Миронов H.A., Приходько Г.Т. //Методика определения мышьяка в органах и тканях животных //Ветеринария. 1991. №10. С.68.

87.Михайлова A.B., Литвинова В.Д. Экстракционно-фотометрический метод определения содержания микроколичеств мышьяка в овощах, консервах //Консервная и овощесушильная промышленность. М., 1975. Т.10. С.11.

88.Мудрый И.В. Тяжёлые металлы в системе почва-растение-человек //Гигиена и санитария. 1977. №1. С.14-17.

89.Надеенко В.Г., Ленченко В.Г., Генкина С.Б., Архипенко Т.А. Влияние вольфрама, молибдена, меди и мышьяка на врутриутробное развитие плода // Фармакология и токсикология. М., 1978. Т.41. Вып.45. С.260.

ЭО.Нанобашвили В.И. Материалы токсикологических исследований мышьяковистого олова и мышьяковистого марганца: Авторефер...докт. диссерт. Тбилиси, 1964. С.7-18.

91 .Нанобашвили В.И. Вопросы самозащиты организма животных от мышьяковистой интоксикации: Тез.докл.Научн.конфер. Баку. 1977. С. 160.

92.Немодрук A.A. Аналитическая химия мышьяка. М.: Наука, 1976. С.56-62, 177-180.

93.Нил Д. Генетика и благосостояние человека. М.: 1981. С.193.

94.Новиков С.М., Румянцев Г.И., Жолдакова З.И., Шашина Е.А., Пономарёва О.В. Проблема оценки канцерогенного риска воздействия химических загрязнений окружающей среды //Гигиена и санитария. 1998. №1. С.29-33.

95.0рлова Н.В., Акинчеева М.Я. Сравнительная токсичность некоторых мышьяксодержащих пестицидов для теплокровных и остаточное содержание мышьяка в продуктах питания. Киев, 1965. С.66-72.

96.0стровская Л.К. Микроэлементы. Поступление, транспорт и физиологические функции в растениях. Киев: Наук.думка, 1987. С.255.

97.0строумов С.А. Введение в биохимическую экологию. М.: Изд-во МГУ, 1986. С. 176.

98.Оценка степени загрязнения атмосферного воздуха населённых пуктов металлами по их содержанию в снежном покрове и почве.: Метод.рекоменд. М., 1990.

99.Перечень веществ, продуктов, производственных процессов, бытовых и природных факторов, канцерогенных для человека (ГН 1.1.029-95. Изд.офиц.). М., 1995.

100.Предельно допустимые концентрации (ПДК) вредных веществ в воздухе рабочей зоны. М., 1989. С.77.

101 .Приходько Г.Т. Определение мышьяка в биологических объектах. //Ветеринария. 1985. №9. С.60-62.

102.Приходько Г.Т., Миронов H.A. Определение мышьяка методом молибденовой сини. //Ветеринария. М.: Колос, 1986. №11.

103.Приходько Г.Т., Миронов H.A., Петраков К.А. Содержание мышьяка в органах и тканях овец в зависимости от уровня его в кормах. //Ветеринария. 1992. №5.

104.Приходько Г.Т., Миронов H.A. Определение мышьяка в кормах микробиологического синтеза. //Комбикормовая промышленность. 1993. №3. С.22-26.

105.Приходько Г.Т. Влияние кормовых добавок с различным содержанием мышьяка на кроветворную систему: Труды ВГНКИ. 1994. Т.56.

106.Приходько Г.Т. Суточное поступление мышьяка в организм цыплят //С.-Петербург. Матер.7-й / Межгосуд. научн.-практич. конф.: Новые фармакологические средства в ветеринарии. 1995. С. 115.

107.Приходько Г.Т. Эмбриотоксические и тератогенные эффекты под воздействием арсената натрия. //С.-Петербург. Матер.7-й Межгосуд. научн.-практич. конф.: Новые фармакологические средства в ветеринарии. 1995. С.116.

108.Приходько Г.Т. О пероральном введении арсената натрия при экспериментальном трипаносомозе. //Экологические проблемы патологии, фармакологии и терапии животных. Воронеж, 1997.

109.Приходько Г.Т. Воздействие арсената натрия на рост и развитие цыплят. //Труды ВНИИВСГЭ: Проблемы ветеринарной санитарии и экологии. М., 1996. С.109-113.

110.Приходько Г.Т. Содержание мышьяка в органах и тканях цыплят в зависимости от уровня его в рационе. //Птицеводство. М., 1997. №6.

111 .Приходько Г.Т. Содержание мышьяка в кормах, кормовых добавках, используемых в птицеводстве. //Птицеводство. М., 1998. №5

112.Полищук Л.Р. и др. Мышьяк в пищевых продуктах организма человека. //Гигиена и санитария. 1986. №12. С.597.

ИЗ.Ротшильд Е.В., Евдокимова А.К., Амгалан Ж. //Бюлл.Моск.об-ва испыт.природы: Отд.биолог. 1988. Т.93. №2. С.597.

114.Рцхиладзе В.Г. Мышьяк, физические и химические свойства. М.: Металлургия, 1969. С. 176-187.

115.Сает Ю.Е., Онищенко Т.Л., Янин Е.П. Методические рекомендации по геохимическим исследованиям рудных месторождений при проведении геолого-разведовательных работ для оценки воздействия на окружающую среду горнодобывающих предприятий. М., 1986. С.99.

Иб.Сает Ю.Е., Ревич Б.А., Смирнова P.C. и др. Биогеохимическое районирование и геохимическая экология. М.: Наука, 1985. С. 133.

117.Сазонова В.Н. Использование мышьяксодержащих отходов для противогнилостной защиты древесины /Др.ВНИИРИЭИ лесной про-мышл. Свердловск: 1978. С.36-38.

118.Санитарные правила и нормы охраны поверхностных вод от загрязнения. Издание официальное. М., 1988.

119.Саноцкий И.В., Фоменко В.Н. Отдалённые последствия влияния химических веществ на организм. М., 1979.

120.Саноцкий И.В. Некоторые подходы к ускоренному прогнозированию ^порогов бластомогенного действия промышленных отходов. Ереван: Айвстан, 1982. С.24-32.

121.Саноцкий И.В. Вопросы гигиенического нормирования при изучении отдалённых последствий воздействия промышленных веществ. М.: 1972. С.5-12.

122.Селиванова A.C., Дорожкин В.И., Ибрагимов В.А., Приходько Г.Т. Разработать и внедрить в ветпрактику методы оценки мутагенной активности препаратов, применяемых в животноводстве, и определения

отдалённых генетических последствий после их применения. Закл.отчёт о НИР. № гос.регистр.01830059699. М., 1985.

123.Сел Иванова A.C., Приходько Г.Т., Марасинская Е.И., Пальчкаускас, Седова Н.В. Разработать и внедрить предельно допустимые концентрации мышьяка в кормовых добавках для сельскохозяйственных животных. Закл.отчёт о НИР. № гос.регистр.81100055. М., 1985

124.Семёнов Х.Х., Малашенко A.M. Окрашивание хромосом в препарате. //Бюлл.эксперим.биологии и медицины. 1978. IXXX. №10. С.242-243.

125.Сендел Е. Колориметрические методы определения следов металлов. М.: Мир, 1964.

126.Сидоров К.К. О некоторых методах количественной оценки кумулятивного эффекта: Токсикология новых промышленных химических веществ. М.: Медицина, 1967. Вып.9. С.19-27.

127.Станжевская Т.И. Влияние хлоридина на эмбриогенез цыплёнка. //Бюлл. экспериментальной биологии и медицины. М., 1966. №8. С.85-88.

128.Суркова Н.И., Малашенко A.M. Мутагенный эффект тиоТЭФ у лабораторных мышей. IV. Влияние генотипа и пола на частоту индуцированных хромосомных аберраций в клетках костного мозга. //Генетика. 1975. II.

129.Суркова Н.И., Малашенко A.M. Цитогенетический эффект митомицина "С" и цитозина-рабинозида у мышей разного генотипа //Генетика. 1975. II. №9.

130.Суховеева М.В., Шмелькова Л.П. Новые виды сырья и перспективы их использования водорослевой промышленностью. В сб.::Промысловые водоросли и их использование: Тр.ВНИРО. М., 1981. С.39-43.

131 .Тарасов В.В., Искандеров Т.И., Чола В.Д. Методические указания по определению микроколичеств пестицидов в продуктах питания, кормах и внешней среде. М., 1983. 4.13.

132.Тартаковская Л.Я., Быков H.A., Гридина Н.М. Накопление и выведение мышьяка в условиях единовременного воздействия вибрации у горнорабочих. //Гигиена труда и профессиональных заболеваний. М., 1979. №8. С.41-42.

133.Тирс P.E. Анализ следов элементов. М.: Издатинлит, 1970.

134.Тихомиров Ф.А., Магина Л.Г., Киселёва Е.В. Почвоведение. //Вестн.МГУ. Сер. 17. 1988. №1. С.ЗО.

135.Тумурова Л.В., Лялюкина Л.А., Моросанова С.А., Алимарин И.П. //Аналит.химия. 1971. Вып.26. С.2155.

136.Тюркжанов А.Н., Фёдоров В.М. //Вестн. с.-х. науки 1988.№6. С.20.

137.Урбах В.Ю. Статистический анализ в биологических и медицинских исследованиях. М., 1975.

138.Цап М.Л. //Зав.лаб. Вып.21. 1965. С. 10.

139.Чупахина O.K. Влияние различных доз арсенита натрия на организм кур. //В сб.: Актуальные проблемы ветеринарии в промышленном животноводстве. М., 1983. С.84-85.

140.Чупахина O.K. Токсичность мышьяка для кур в хроническом опыте. //Ветеринария. М.: Колос,1983. №7. С.69.

141.Чупахина O.K. Распределние мышьяка в органах и тканях кур и его выведение. //Ветеринария. М.: Колос,1983. №11. С.66-67.

142.Чупахина O.K. Токсичность мышьяка для кур и его распределение в органах и тканях птицы. Автореферат...канд.ветерин.наук. 1983.

143.Шандала М.Г., Звиняковская Я.И. Окружающая среда и здоровье населения. Киев, 1988.

144.Шафран И.Г., Павлова М.В., Титова С.А., Долженко Т.Г. /Др.ВНИИхим.рективов и особочистых веществ. 1966. Вып.28.С,92.

145.Шрамм Р.И. Генетические последствия загрязнения окружающей среды. М., 1977. С.132-140.

146.Шувалов Ю.Н. Выделение мышьяка с молоком крупного рогатого скота после обработки их арсенитом натрия. //Тр.ВНИИВС. М., 1968. Т.32. С.68.

147.Adler I.D., Ingversen I. Mutat. Res. 1989. Vol.224. №3. P.343-349.

148.Aggett J. & Aspell A.C. Release of arsenic from gethermal sources. New Zealand Energy Research and Development Committe Report. 1978. №35.

149.Anderson A. & Nillson K.O. Enrichment of trace elements from sew vage sludge fertilizer in soils and plants. Ambio. 1972. №1. P.176-179.

15G.Andreae M.O. Determination of arsenic species in natural waters. Anal. Chem. 1977. №49. P.820-825.

151.Andreae M.O. Distribution and speciation of arsenic in natural waters and some marine algae. Deep-sea Res. 1978. №25. P.391-402.

152.Ankel R. Diplomarbeit Landw. Fak. Jena. 1965.

153.Analytical Methods Committe Analyst. 1960. Vol.85. P.629.

154.Analyst. 1960. Vol.85. P.643.

155.Arguello R.A., Cengetd. A., & Tello E.E. Cancer and endemic arsenism in the Cordona Region. Rev.Argent. Dermatosifilogr. 1938. 22 (4th part). P.461-487 (in Spanish).

156. Ariyoshi T. & Ikeda T. On the tissue distribution and the excretion of arsenic in rats and rabbits of administration with arsenical compounds. J.Hyg.Chem. 1974. №20 (5). P.290-295.

157. Ashby J., de Serres F.J., Draper M. et al. Progress in Mutation Research. Amsterdam. 1985. Vol.5. P. 117-174.

158.Attrep M.J. & Nitrudhan M. Atmospheric inorganic and organic arsenic. Trace Subst. Environ. Heath. 1977. №11. P.365-369.

159.Auermann E., Seidler G. & Kneuer V. The assessment of arsenic in the air. Nahrung. 1977. №21. P.799-806.

160.Beaudoin A.R. Teratogenicity of sodium arsenate in rats. Teratology. 1974. №10. P. 153-158.

161.Beavington F. & Camse P.A. Comparative studies of trace elements in air particulate in northern Nigeria. Sci.total Environ. 1978. №10. P.239-244.

162.Behrens В., Schlosser L. Arch.exptl.Path, und Pharmakol. 1975. 230. 59.

163.Bencko V, & Symon K. Dynamics of arsenic cumulation in hairless mice after peroral administration. J.Hyg.Epidemiol.Microbiol.Immunol. 1969a. №13. P.248-253.

164.Bencko V. & Symon K. Suitability of hairless mice for experimental work and their sensitivity to arsenic. J.Hyg.Epidemiol.Microbiol.Immunol. 1969b. №13. P.1-6.

165.Bencko V. & Symon K. The cumulation dynamics in some tissue of hairless mice inhaling arsenic. Atmos.Environ. 1970. №4. P.157-162.

166.Bencko V. & Symon K. Health aspects of burning coal with a high arsenic content. Environ.Res. 1977. №13. P.378-375.

167.Bencko V., Benes В & Cikrt M. Biotransfarmation of As (III-) to As(V) and arsenic tolerance. Arch.Toxicol. 1976. №36. P. 159-162.

168.Bennet E. Genetic resources of plants. Oxford: Pergamon Press. 1970. P.115.

169.Bermudez E., Smith-Oliver Т., Delehanty L.L. Mutat.Res. 1989. Vol.224. №3. P.361-364.

170.Bishop R.F. & Chisholm D. Arsenic accumulation in Annpolis Valley orchard soils. Can.J.Sci. 1962. №42. P.77.

171.Borgono J.M., Vicent P., Venturino H. & Infante A. Arsenic in the drinking water of thecity of Antofagasta: epidemiological and clinical study before and after the installation of the treatment plant. Environ.Health Perspect. 1977. №19 P.103-105.

172.Bowen H. Enviromental chemistry of elements. L.:Acad.press. 1979. P.33.

173.Brady A.L., Stack H.F., Waters M.D. Mutat.Res. 1989. Vol.224. №3. P.391-403.

174.Braman R.S. & Foreback C.C. Methylated forms of arsenic in the enviroment. Science. 1973. №182. P. 1247-1249.

175.Brimlecombe P. Atmosphericarsenic. Nature (Lond.) 1979. №280. P. 104-105.

176.Bridges B.A. Environ.Health Perspect. 1973. Vol.6. P.221-227.

177.Brown P.H., Welch R.M., Cary E.E. Plant Physiol. 1987. Vol.85. №3. P.801.

178.Browning E. Toxicity of industrial metals. L.:Beetterworths. 1961. P.14.

179.Buttler P.A., Aase J.M. J.occup.Med. 1982. Vol.40. P.333-338.

180.Calesnick B., Wase & Overby L.R. Availability during human consumption of the arsenic in tissues of chicks fed arsenilic 74As acid. Toxicol.appl.Pharmacol. 1966. №9. P.27-30.

181 .Calvert C.C. Feed additive residues in animal manure processed for feed/ Feedstuffs. 1973. №45(17). P.32-33.

182.Calvert C.C. Arsenicals in animal feds and wastes. In: Woolson E.A., ed. Arsenical Pesticides, Washington, DC, American Chemical Society (ACS Symp.Series. 1975. №7).

183.Chapin F.S. Annual Rev.Ecol.Syst. 1980. Vol.11. P.223.

184.Charbonneau S.M., Spenser K., Bryce F. & Sandi E. Arsenic excretion bymonkeys dosed with arsenic-containing fish and with the inorganic arsenic. BulI.Environ.Contam.Toxicol. 1978a. №20. P.470-477.

185.Charbonneau S.M., Tam G.K.H. Bryce F. & Collins B. Pharmacokinetics and metabolism of inorganic arsenic in the dog. In: Hemphill D.D., ed. Trace substances in environmental health - XII A.symposium, Columbia, University of Missouri Press. 1978b. P.276-283.

186.Charbonneau S.M., Tam G.K.H. Bryce F., Zawidzka Z. & Sandi E. Metabolism of orally administred inorganic arsenic in the dog. Toxicol.Lett. 1979. №3. P.107-113.

187.Charbonneau S.M., Hollins J.G., Tam G.K.H., Bryce F., Ridgeway J.M. & Willes R.F. Whole-body retention, excretion and metabolism of [74As] arsenic acid in the hamster. Toxicol.Lett. 1980. №5(3-4). P.175-182.

188.Cikrt M. & Bencko V. Fate of arsenic after parenteral administration to rats, with particular reference to excretion via bile. J.Hyg.Epidemiol.Microbiol. Immunol. 1974. №18. P.129-136.

189.Cikrt M. & Bencko V., Tichy & Benes B. Biliary excretion of As and its distribution in the golgen hamster after treatment with 74As (III) and 74As (V). J.Hyg.Epidemiol.Microbiol.Immunol. 1980. №9(24). P.384-388.

190.Clarcson D.T. Annual Rev.Plant Physiol. 1985. Vol.36. P.11.

191 .Clarcson D.T., Hanson J.B. Annual Rev.Plant Physiol. 1980. Vol.31. P.239.

192.Clement W.H. & Faust S.D. A new convenient method for determining arsenic (+3) in natural waters. Environ.Lett. 1973. №5. P.155-164.

193.Cmarco V. Hygienic problems of arsenic exhalations of ENO plant. Cesk.Hyg. 1963. №8. P.359-362. (In Slovak, with English summary).

194.Coulson E.J., Remington R.E. & Lynch K.M. Metabolism in the rat of the naturally occuring arsenic of shrimp as compared with arsenic trioxide. J.Nutr. 1935. №10. P.255-270.

195.Crecelius E.A. The geochemistry of arsenic and antimony in Puget Sound and Lake Washington, Washington, Thesis, Seattle, Washington, University of Washington. 1974.

196.Crecelius E.A. Arsenite and arsenate levels in wine. Bull.environ.Contam. Toxicol. 1977a. №18. P.227-230.

197.Crecelius E.A. Changes in the chemical speciation of arsenic following ingestion by man. Environ.health Perspect. 1977b. №19. P.147-150.

198.Crecelius E.A. Modification of the arsenic speciation technique using hydride generation. Anal.Chem. 1978. №50. P.826-827.

199.Crecelius E.A., Robertson D.E., Fruchter J.S. & Ludwick J.D. Chemical forms of mercury and arsenic emitted by a geothermal power plant. In: Hemphill D.D., ed Trace substances in environmental health - X, Columbia, University of Missouri Press. 1976. P.287-293.

200.Crema A. Distribution et elimination de I'arsenic 76 ches la souris normale et cancereuse. Arch.int.Pharmacodyn. 1955. №103. P.57-70.

201.Dachir N.J. & Hariri N.N. Determination of total arsenic residues in chicken eggs. J.agric.Food Chem. 1977. №25. P.1009-1010.

202.Davis P.H. et al. In: Medical and biologic effects of enviromentai pollutants. Arsenic, Washington, DC, National Academy of Sciences. 1971.

203.Deknudt G. Mutat.Res. 1978. Vol.53. №2. P. 176.

204.Di Ferrante E. Trace elements: exposure and health effects. Oxford; New York: Pergamon press. 1978. P.262.

205.Dieke S.H. & Richter C.P. Comparative assays of rodenticides on wild Norway rats. Toxicity.Publ.Health Rep. 1946. №6. P.672-679.

206.Done A.K. & Peart A.J. Acute toxicities of arsenical herbicides. Clin.Toxicol. 1971. №4. P.343-355.

207.Ducoff H.S., Neal W.B., Straube R.L., Jacobson L.O. & Brues A.M. Biological studies with arsenic76. II. Excretion and tissue localization. Proc. Soc.Exp.Biol.Med. 1948. №69. P.548-554.

208.Durum W.H., Hem J.D. & Heidel S.G. 1971. Reconnaissance of selected minor elements in surface waters of the Unated States, October 1970, Washington, DC, USDE partament of Interior (Geological Survey Circular 643).

209.Dutkiewicz T. Experimental studies on arsenic absorption routes in rats. Environ.health Perspect. 1977. №19. P. 173-177.

210.Diemar W., Pfeilstcku K. In: Handbuch der Lebensmittelchemil.1967 Band 2 Teil 2, Berlin - Hedelberg - New York. Springer Verlag.

211 .Dyfverman A., Bonnichson R. Analyt.Chem.Acta 1960 №23. P.491.

212.Duval L. Chim.analyt. 1969. №51. P.415.

213.Esmail A.S., Orabi A.A., Mashadi H. J.Soil.Sci. 1986. Vol.26. №2. P2, 117.

214.Evans R.J., Bandemer S.L. Analyt.Chem. 1954. №26. P.595.

215.Fercuson J.F. & Gavis J. A review of the arsenic cycle in natural waters. Water.Res. 1972. №6. P.1259-2221.

216.Ferm V.N. Arsenic as a teratogenic agent. Environ.health.Perspect. 1977. №19. P.215-217.

217.Ferm V.N. & Carpenter S.J. Malformation induced by sodium arsenate. J.Report.Fer. 1968. №17. P.199-201.

218.Ferm V.N., Saxon A. & Smith B.M. The teratogenic profile of sodium arsenate in the golden hamster. Arch, environ.Health. 1971. №22. P.557-560.

219.Ferslew K.E. & Edds G.T. Effect of arsenilic acid on growth, serum enzymes, hematologic values, and residual arsenic in young swine. Am.J.vet.Res. 1979. №40. P.1365-1369.

220.Fowler B.A., Woods J.S. & Schiller C.M. Ultrastructural and biochemical effects of prolonged oral arsenic exposure on liver microchondria of rats. Environ.health.Perspect. 1977. №19. P.197-204.

221.Franke K.W. & Moxon A.L. A comparasion of the minimum fatal doses of selenium, tellurium, arsenic and vanadium. J.PharmacoI.exp.Ther. 1936. №58. P.454-459.

222.Foy C.D., Chaney R.L., White M.C. Annual.Rev.Plant Physiol. 1978. Vol.29. P.511.

223.Frieden E. Advances in Exptl.Med.and Biol. 1974. Vol.48. P.1.

224.Frost D.V., Perdue H.S., Main B.T., Kolar J.A., Smith I.D., Stein R.J. & Overby L.R. Futher consideration on the safety of arsenilic acid for feed use. In: Proceedings of the safety of Twelfth World's Poultry Congress, Sydney. 1962. P.234-237.

225.Frost D.V., Main B.T., Cole J., Sanders P.G., Perdue H.S. Reproduction studies in rats with arsenilic acid. Fed.Proc.Fed.Am.Soc.Exp.Biol. 1964. №23. P.291.

226.Furr A.K., Kelly W.C., Bache C.A., Gutenmann W.H. & Lisk D.J. Multielement absorbtion by crops crops grown in the pots on municipab sludge-amented soil. J.agric.Food Chem. 1976. №24. P.889-892.

227.Furr A.K., Parkinson T.F., Hinrichs R.A., Van Campen D.R., Bache C.A., Gutenmann W.H., John T.S., Pakkala I.S. & Lisk D.J. National survey of

elements and radioactivity in fly ashes, absorbtion of elements by cabbage grown in fly-soil mixtures. Environ.Sci.Technol. 1977. №11. P.1194-1201.

228.Gabor S. & Coidea V. Some aspects of the enviromental exposure to arsenic in Romania. Environ.health.Perspect. 1977. №19. P. 107-108.

229.Gage J.C. Analyst. 1955. Vol.80. P.789.

230.Ginsburg J.M. Renal mechanism for excretion and transformation of arsenic in the dog. Am.J.Physiol. 1965. №208. P.832-840.

231.Ginsburg J.M., & Lotspeich W.D. Interrelation of arsenate and phosphate transport in the dog kidney. Fm.J.Physiol. 1963. №205. P.707-714.

232.Gonzales S.G. Acute arsenic poisoning in dairy cattle in the Lagoon Region. In: Memorias del I Simposium International de Laboratorios Veterinarios de Diagnósticos. Mexico. 1977. Vol.lll. P.551-560 (in Spanish).

233.Gordonoff Т. Toxicologie des Fluore Symposium. Basel. 1964. 206s.

234.Gorsuch T.T. The destruction of organic matter. Oxford - New York -Toronto - Sydney - Branschweig, Pergamon, Press. 1970.

235.Gorsuch T.T. Analyst. 1959. Vol.84. P. 135.

236.Goulden F., Kennaway E.L. & Uroguhart M.E. Arsenic in the suspended matter of town air. Br.J.Cancer. 1952. №6. P. 1-7.

237.Grant C. & Dobbs A.J. The growth of plants grown in soil contaminated by a copper/chrome/arsenic wood preservative. Environ.Pollut. 1977. №14. P.213-226.

238.Handbook of Chemistry and Physics. Cleveland, II ed.C.D. Hadgman. 1955/56. P.2157.

239.Harrington J.M., Middauch J.P., Morse D.L. & Housworth J. As survey of a population expossed to high concentration of arsenic in well water in Fairbanks, Alaska. Am.J.Epidemiol. 1978. №108. P.377-385.

240.Harrison J.M.E., Packman E.W. % Abbott D.D. Acute oral toxicity and chemical and physical properties of arsenic trioxides. Am.Arch.ind.Health. 1958. №17. P.18-123.

241 .Hodge H.C. & Embree J.W. Estimation of the mutagenicity of arsenic compounds utilizing dominant lethal mutations in mice. San Francisco, University of California Toxicology Research Laboratory (Final report, Contract No, SERA-H 1-2) 1977.

242.Hogan R.B. & Eagle H. The pharmacologic basis for the widely varying toxicity of arsenicals. J.PharmacoI.exp.Ther. 1944. №80. P.93-113.

243.Hollins J.G., Charbonneau S.M., Bryce FM Ridgeway J.M., Tam G.K.H. & Willes R.F. Whole-body retention and excretion of [74As] arsenic acid in the adult beagle dog. Toxicol.Lett. 1979. №4. P.7-13.

244.Holmberg R.E. & Ferm V.H. Interrelationships of selenium, cadmium and arsenic in mammalian teratogenesis. Arch.environ.Health. 1969. №18. P.873-877.

245.Hood R.D. & Bishop S.L. Teratogenic effects of sodium arsenate in mice. Arch.environ.Health. 1972. №24. P.62-65.

246.Hood R.D., Thacker G.T. & Patterson B.L. Effects in the mouse and rat of prenatal exposure to arsenic. Environ.health Perspect. 1977. №19. P.219-222.

247.Howard C.A., Sheldon Т., Richardson C.R. Progress in Mutation Research, Amsterdam. 1985. Vol.5. P.457-467.

248.Hungerford D.A. Leukocytes cultured from small inocula of whoe blood and preparation of metaphase chromosomes by treatment with KCLI. Strain Technol. 1965. №40. P.333-335.

249.Hunter F.T., Kip A.F. & Irvine J.W.Jr. Radioactive traces studies on arsenic injected as potassium arsenite. J.Pharmacol.Exp.Ther. 1942. №76.P.207-220.

250.lshidate M., Odagiri Y. Mutat.Res. 1989. Vol.224. №3. P.357-359.

251 .Jacobs M.B. The chemical analysis of foods and food productes, 2nd ed.: an Nostrand. 1920. Bd.44. S.285.

252.Jean M. Chim.analytic. 1962. №44. P. 195.

253.Jean M. Chim.analytic. 1962. Ibid. P.243.

254.Jean M. Chim.analytic. 1962. №44. P.2257.

255.Jean M..Analyt.Chim.Acta 1956. №14. P. 172.

256.Johnson D.L. Bacterial reduction of arsenic in sea water. Nature (Lond.). 1972. №240. P.44-45.

257.Johnson D.L. & Braman R.S. Alkyl- and inorganic arsenic in air samples. Chemosphere. 1975a. №6. P.333-338.

258.Johnson D.L. & Braman R.S. The speciation of arsenic and the content of germanium and mercury in members of the Pelagic Sargassum community. Deep-sea Res. 1975b. №22. P.503.

259.Kaakinen J.W., Jorden R.M.,Lawasani M.H. & West R.E. Trace element behavior in coal-fired power plant. Environ. Sci. Technol. 1975. №9. P.862-869.

260.Karber G. Arch, exptl. Phat. und Pharmacol. 1931. №162. P.480.

261.Khan M.A., Stanton R.H. Toxicology of halogenoted hydrocarbons. Health and ecological effects. New York; Toronto: Pergamon press. 1981. P.236.

262.Kingsley G.R.Schaffert R.B. Analyt. Chem., 1951, 23, P.914.

263.Klassen C.D. Billiary escretion of arsenic in rats, rabbits and dogs. Toxicol, appl. Phamacol. 1974. №29 P.447-457.

264.Kothny E.L. Trace elements in enviroment. Washington. 1971. P. 149.

265.Lakso J.U. & Peoples S.A. Methylation of inorganic arsenic by mammals. J. Agric. Food Chem. 1975. №23. P.674-676,

266.Lancaster R.J., Coup M.R. & Hughes J.W. Toxisity of arsenic present in lakeweed. N. Z. Vet. J. 1971. №19. P.141-145.

267.Lanz H.RJr., Wallace P.C. & Hamilton J.G. The methabolism of arsenic in laboratory animals using As74 as a tracer. Univ. California Public Pharmacol. 1950. №2 P.263-282.

268.Largent M. Fluorosis: the health aspects of fluorine compounds. Ohio State Univ. press. 1961. P. 154.

269.Lebet A.B., Duncan J.R., Buck W.B. & Ramsey F.K. Clinical, toxicologicai and pathological aspects of arsenilic acid poisoning in swine. Clin Toxicol. 1973. №6. P.439-457.

270.Lenvik K., Steinnes E. & Pappas A.C. Contens of some heavy metals in Norwegian rivers. Nord. Hydrol. 1978 №9. P. 197-206.

271 .Levesque M. Vendette E.D. Canad. J. Soil. Sci. 1971. V.51. P.85.

272.Lim K.S. Rink K.G., Glass H.G. Soaje-Echaque E. Arch. Int. Pharmacolyn. 1961. V.130. P.336-353.

273.Linday L. Emissions of arsenic in Sweden and their reduction. Environ, health Perspect. 1977. №19. P.25-29.

274.Litchfield J.T., Witcoxon T.J. Pharmacol, and Exptl. Therap. 1949. P.96,99.

275.Lofroth G. & Ames B.N. Mutagenisity of inorganic compounds in Salmonella thyphimurium: arsenic, chromium and selenium. Mutat. Res. 1978. №54. P.65-66.

276.Luckey T.D. Venugopal B. Metal toxisity in mammals. N.Y.; L.: Plenum press. 1979. V.2. P.395.

277.Lunde G. The synthesis of fat and water soluble arsenoorganic compounds in marine and algae. Acta. Chem. Scand. 1973a. №27. P. 1586-1594.

278.Lunde G. Separation and analysis of organic-bound and inorganic arsenic in marine organism. J. Sci. Food Agric. 1973b. №24. P. 1021-1027.

279.Lunde G. Isolation of an organoarsenic compound present in cod liver. J. Sci. Food Agric. 1975. №26. P. 1247-1255.

280.Lyon M.F., Adler I.D., Bridges B.A. at al. Biol.Zbl. 1985. Bd.104. S.57-87/ 281 .Marenzi A., Braegger E. Ann.farm.biol. 1954. №21. P.85.

282.McFee A.F., Lowe K.W. Mutat Res. 1989. Vol.224. №3. P.347-350.

283.Middleton G., Stuckey P.E. 1953. Vol.78. №930. P.532.

284.Mi!lazzo G., Mezi E. Rend.lnst.super sanita. 1962. №25. P.542.

285.Millazzo G., Mezi E. Ann.cyimica. 1962. №52. P. 1207.

286.Miller C.L., Tainter M.I. Proc.Soc.Exptl.Biol. and Med. 1944. №57. P.261.

287.Mercury contamination in man and his enviroment/ Techn.repts. IAEA. Vienna. 1972. P. 181.

288.Minkkinen P. & Yliroukanen I. The arsenic distribution in Finnish peat bogs. Kemia-Kemi, 7-8. 1978. P.331-335.

289.Moody J.P. & Williams R.T. The fate of arsenilic acid and acetylarsenilic acid in hens. Food cosmet.Toxicol. 1964a. №2. P.687-693.

290.Moody J.P. & Williams R.T. The fate of 4-nitrophenylarsenic acid in hens. Food cosmet .Toxicol. 1964b. №2. P.695-706.

291 .Moody J.P. & Williams R.T. The metabolism of 4-hydroxy-3-nitrophenyl-arsenic acid in hens. Food cosmet.Toxicol. 1964c. №2. P.707-715.

292.Moore J.W., Moore E.A. Enviromental chemistry. New York; San Francisko; London: Acad.press. 1976. P.20.

293.Moorhead P.S., Nowell P.G., Mellman W.J., Battips D.A. Hungeford D.A. Chromosome preparations of leukocytes cultured from human peripheral blood. Exp.Cell.Res. 1960. №20. P.613.

294.Monier-Williams D.W. Trace elements in food. Waley. 1949.

295.Morris H.J., Calvery H.O. Ind.Eng.Chem.Anal.Ed. 1937.№9. P.447.

296.Munro I.C. Naturally occurring toxicants in foods and their significance. Clin. Toxicol. 1976. №9. P.647-663.

297.Munro I.C., Charbonneau S.M., Sandi E., Spenser K., Bryce F. & Grice H.A. Biological availability of arsenic in fish. In: Proceedings at the 13th annual meeting of the Society of Toxicology. Washington, March 1974. P/9

298.Nakahara H., Janokura V. & Murakami Y. Environmental effects of geotermal waste water on the near-by river system. J.radioan.Chem. 1978. №45. P.25-36.

299. NAS. Medical and biologic effects of environmental pollutants: Arsenic. Washington, DS, National Academy of Sciences. 1977.

300.Nelson K.W. Industrial contributions of arsenic to the environment. Environ.Health.Perspect. 1977. №31. P.31-34.

301.Neumann A. Physiol.Chem. 1902. Bd.7. №5. P. 115.

302.Neumann A. Physiol.Chem. 1905. Bd.43. №5. P.32.

303.Nishioka H. Mutagenic activities of metal compound in bacteria. Mutat.Res. 1975. №1. P. 185-189.

304.Nozaki S. Studies on arsenic metabolism. VI.Effect of components of milk on arsenic tolerance in the digestive tract. Folia Pharmacol.Jpn. 1972. №68. P.857-868.

305.Nriagi J.O., Davidson C.I. Toxic metals in the atmosphere. V.17. N.Y.; J.Wiley Intersci.publ. 1986. P.635.

306.0danaka Y., Matano O. & Coto S. Identification of dimethylated arsenic by gas chromotagrathy-mass spectrometry in blood, urine and feces of rats treated with ferric methanerarsonate. J.agric.Food Chem. 1978. №26. P.505-507.

307.0'Deil J., Campbell M. Environ.Res. 1974. V.7. №1. P.83. 308.Oliver W.T., Funnel H.S. Analyt.Chem. 1959. №31. P.259. 309.0nishi H. Arsenic. In: Wedepohl K.H. ed. Handbook of geochemistry. 1969.

V.11-2. Chapter 33. Berlin, Springer-Verlag. 310.0verby L.R. & Fredrickson R.L. Metabolic stability of radioactive arsenic

acid in chickens. J.agric.Food Chem. 1963. №11. P.378-381. 311 .Overby L.R. & Frost D.P. Nonavailability to the rat of the arsenic in tissue of swine fed arsenic acid. Toxicol.appl.Pharmacol. 1962. №4. P.38-43.

312.Perison D.H., Camse P.A. & Cambray R.S. Chemical uniformity of airborne particulate material and a maritime effect. Nature (Lond.). 1974. №251. P.675-679.

313.Penrose W.R., Conacher H.B.S., Black R., Meranger J.C., Miles W., Cunningham H.M. & Squires W.R. Implications of inorganic/organic interconversion on fluxes of arsenic food webs. Environ.health.Perspect. 1977. №19. P.53-59.

314.Peoples S.A. Arsenic toxicity in cattle. Ann.N.Y.Acad.Sci. 1964. III. P.644-649.

315.Peoples S.A. Review of arsenical. In: Woolson E.A. ed. Arsenical pesticides, Washingtot, DC, American Chemical Society. 1975. P. 1-12.

316.Porter E.K. & Peterson P.J. Arsenic accumulation byplants on mine maste (United Kingtom). Sci.total.Environ. 1975. №4. P.365-371.

317.Prasad A.S. Essential and toxic elements. V.2. L.: N.Y.: Acad.press. 1976. P.525.

318.ReayP.F. & Asher C.J. Preparation and purification of As-label ed arsenate and arsenite for use in biological experiments. Anal. Biochem. 1977. №78. P.557-560.

319.Ridgway L.P. & Karnovsky D.A. The effect of metals on the chick embryo: Toxicity and production of abnormalities in development. Ann. N. Y. Acad. Sci. 1952. №55. P.203-215.

320.Roberts J.W., Pollock R.D., Svoboda M.J. & Watters H .A. Ambient air sampling for total arsenic near Tacoma copper shelter. In: Proceedings of the 4th International Clean Air Congress, Seattle, Puget, Sound Air Pollution Control Agency. 1977. P.424-426.

321 .Rohrborne G. Bga-Schr. Inst. Vertirinarmed. Bundesundundheitsamt. 1984. Bd.3. S.21-35.

322.Rossner P. Bencko V. & Havrankova H. Effect of combined action of the selection of selenium and arsenic on suspention culture of mice fibroblasts. Environ, health Perspects. 1977. P.235-237.

323.Rowe C.J. Food analysis by atomic absorption. Australia, Springvall Varian Techtron Pty. Ltd. P. 44.

324.Sandberg G.R. & Allen I.K. A proposed arsenic cycle in agronomic ecosystem. In: Woolson E.A., ed. Arsenical pesticides, Washington, D. C. American Chemical Society, (ASC Symp. Ser.). 1975. №7. 325.Saric M.R. Genetic specificity of mineral nutrition of plants. Beograd. P.390.

326.Schiller C.M. Fowler B.A. & Woods J.C. Effects of arsenic on pyruvate dehydrogenase activation. Environ, health Perspect. 1977. №19. P.205-207.

327.Schroeder H.A. & Mitchener M. Toxic effects of trace elements on the reproduction of mice and rats. Arch, environ. Health. 1971. №23. P. 102-106.

328.Schwartze E. The so-called habituation to "arsenic": Variation in the toxicity of arsenous oxide. G. Pharmacol, ed. exp. Ther. 1922. №20. P.181-203.

329.Selby I A, Case A.A., Osweiller G.D. & Hayes H.M. Jr. Epidemiology and toxicology of arsenic poisoning in domestic animals. Envir. health Perspect. 1977. №19. P. 183-189.

330.Senesi N., Polemio M. & Larusso I. Content and distribution of arsenic, bismuth, lithium and selenium in mineral and syntetic fertilizers and their contribution to soil, commun. soil Sci. plant Anal. 1979. №10. P.1109-1126.

331.Sheldon T. Mutat. Fe es. 1987. Vol.224. №3. P.351-355.

332.Sram. R.J. & Bencko V. (A contribution to the evaluation of the genetic risk of exposure to arsenic.) Cesk. Hyg. 1974. №19. P.308-315 (in Czech with English summary).

333.Staples R.E. Teratology. Vol.9. №3. P.9-37.

334.Stebbins G.L. Flowering plants evoluation above the species level. Cambridge: Harvard Univ. press. 1974. P.399.

335.Stevens J.T. Halle L.L. Farmer J.D. Dispaquale L.C., Chernoff N. & Durham W.F. D isposition of 14C and/or 14As-cacodylic acid in rats after intravenous, intratracheal or peroral administration. Environ, health Perspect. 1977. №19. P.151-157.

336,Stewart C.P., Stilman A. Toxicology mechanisms and analitical metods. V.2, N.Y.: A Wiley Interasci.Publ. 1961. P.921.

337.Sugawara K., Tanaka M., Kanamori S. Bull.Chem.Soc.Japan. 1956. №29. P.670.

338.Sullivan R.J. Preliminary air pollution survey of arsenic and its compounds. A literature review, Raleigh, NS. US Departament of Health, Education, and Welfare (ARTD 69-26). 1969.

339.Suzuki Y., Suzuki Y., Fulii N., & Mouri T. Environmental contamination around smeltery by arsenic. Shikoku Igaku Zashni. 1974. №30. P.213-218 (in Japanese).

340.Tamura S., Nozaki S., Tsuzuki S. Studies on arsenic metabolism. IV.Effect of food on arsenic tolerance in the digestion tract. Folia Pharmacol.Jpn. 1972. №68. P.586-601.

341.Tamura S., Mizukami R. & Tanaka I. Studies on arsenic metabolism. XIV.Effect of lactoalbuminum on arsenic excretion and storage. Folia Pharmacol.Jpn. 1974a. №70. P.843-847.

342.Tamura S., Maehashi H., Nozaki S. & Mizukami R. Studies on arsenic metabolism. XII.Effect of polypeptone an polytamine on arsenic accumulation incertain organs and effect on excretion. Folia Pharmacol.Jpn. 1974b. №70. P.831-836.

343.Tamura S., Nozaki S., Maehashi H. & Tanaka I. Studies on arsenic metabolism. XIII.Effect of methionine, taurine and cysteine on arsenic accumulation in certain organs and the excretion rates. Folia Pharmacol.Jpn. 1974c. №70. P.837-841.

344.Thacker G.T., Patterson B.L. & Hood R.D. Effects of administration route on arsenate teratogenesis in mice. Teratology. 1977. №15. P.30-31.

345.Truhaut R. Symposium on toxicology and nutrition. Alfort: Acad.press. 1976. P.219.

346.Tsutsumi S. & Kato K. Effects of dimercaprol or thioctic acid on the distribution and excretion of As in rats. Bull.Tokyo Dent.Coll. 1975. №16. P.69-74.

347.Uhl F.A.Z. Z.analyt.Chem. 1937. P.110, 102.

348.Underwood E.J. Trace elements in human and animal nutrition. 4ed. New York; London; San Francisco; Acad.press. 1977. P.545.

349.US Bureau of Mines. Metal, minerals and fuels. In: Minerals yearbook, Washington, DC, US, Department of the Interior. 1977. Vol.1.

350.Vahter M. & Norin H. Metabolism of As-labelfed trivalent and pentaval entinorganic arsenic in mice. Environ.Res. 1980. №21. P.446-457.

351.Vondracek V. Concentration of 3,4-benzpyrene and arsenic compounds in the Prague atmosphere. Cesk.Hyg. 1963. №8. P.333-339.

352.Von Glahn W.C., Flinn F.B. & Keim W.F. Effect of certain arsenates on the liver. Arch.Pathol. 1938. №25. P.488-506.

353.Walch L.M. & Keeney D.R. Behavior and phytotoxicity of inorganic arsenicals insoils. In: Woolson E.A., ed. Arsenical pesticides, Washington, DC, American Chemical Sosiety. 1975. (ACS Symp.Ser. №7).

354.Walch L.M. Summer M.E. & Keeney D.R. Occurrence and distribution of arsenic insoils and plants. Environ.health. Perspect. 1977a. №19. P.67-71.

355.Walch L.M. Duce R.A. & Fasching J.L. Impregnated filter sampling system for collection of volatile arsenic in the atmosphere. Environ.Sci.Technol. 1977b. №11. P. 163-166.

356.Wauchope R.D. & McWhorter C.G. Arsenic resides in soybean seed from simulated MSMA spray drift. Bull.environ.Contam.Toxicol. 1977 №17. P.165-167.

357.Winkler W.O. Identification and estimation of the arsenic residue in livers of rats ingesting arsenicals. J.Assor.Off.Anal.Chem. 1962. №45. P.80-91.

358.Woods J.S. & Fowler B.A. Effects of chronic arsenic exposure on hematopoietic in adult mammalian liver. Environ.health Perspect. 1977. №19. P.209-213.

359.Woodwell G.M., Severs R.K., Lovelock J.E.Ecological and biological effects ofair pollution. 1974. V.4, N.Y. P.181.

360.Worner E. Z.Untersuch.Nahrungs- und Gemessmittelsn. 1908. Bd.15. S.732.

361 .Zdrazil J. & Picha F. The occurrence of the carcinogenetic compunds 3,4-benpyreneand arsenic in the soil. Neoplasma. 1966. №13. P.49-55.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.