Фрагмент-сепаратор АКУЛИНА-2 и первые эксперименты с радиоактивными пучками тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 00.00.00, кандидат наук Крупко Сергей Анатольевич

• Крупко Сергей Анатольевич
• кандидат наук
• 2026

Оглавление диссертации кандидат наук Крупко Сергей Анатольевич

Введение

1. Способы получения экзотических ядер

2. Действующие исследовательские центры с радиоактивными пучками

3. Пучки радиоактивных изотопов в ЛЯР

4. Место ФС АКУЛИНА-2 среди аналогичных установок в мире

Глава 1. Особенности фрагмент-сепаратора АКУЛИНА-2 и реализованные технические решения

1.1. Линия первичного пучка

1.2. Линия вторичного пучка

1.3. Оборудование в фокусе F5

1.4. Передний спектрометр

1.5. Автоматизированная система управления

1.6. Выводы к главе

Глава 2. Криогенные физические мишени

2.1. Требования к физическим мишеням

2.2. Компоновка криогенных мишеней

2.3. Конструкция ячеек

2.4. Газовакуумная система и термоконтроль

2.5. Система тритиевого обеспечения

2.6. Тритиевая мишень

2.7. Выводы к главе

Глава 3. Детектор частиц пучка радиоактивных ионов

3.1. Сцинтилляционные времяпролетные станции

3.2. Многопроволочные трековые станции

3.3. Моделирование работы детектора частиц пучка радиоактивных ионов

3.4. Выводы к главе

Глава 4. Исследование характеристик ФС АКУЛИНА-2

4.1. Эмиттанс вторичного пучка 8Не

4.2. Идентификация вторичных ионов

4.3. Энергетические зависимости выходов некоторых вторичных ионов

4.4. Выводы к главе

Глава 5. Исследование сверхтяжелых изотопов водорода

^ и ^

5.1. История исследований 6Н и 7Н

5.2. Серия экспериментов на АКУЛИНА-2 с криогенной дейтериевой мишенью

5.3. Выводы по результатам экспериментов

Заключение

Список литературы

Введение

На сегодняшний день открыто более 3000 изотопов [1—3], в то время как в природе встречаются только 339 изотопов, из которых стабильны 254. Некоторое количество новых изотопов было наработано в реакторах или идентифицировано среди осколков деления, но подавляющее большинство обладает для этого слишком коротким временем жизни и было получено с помощью ускорителей тяжелых ионов и специальной техники сепарации ядер.

В ядерной физике понятие «ядерная стабильность» (стабильность относительно сильного взаимодействия) является более значимым, чем просто «стабильность». Теоретические оценки предсказывают существование еще 2000 - 3000 ядерно-стабильных нуклидов. Расширение области известных нуклидов и изучение их свойств составляют предмет исследований на пучках радиоактивных изотопов (далее РИ). Самая интенсивно развиваемая область ядерной физики — физика с пучками РИ — имеет совокупный мировой бюджет, приближающийся к десятку миллиардов долларов, что вполне сравнимо с затратами в области физики высоких энергий и исследованием космоса.

Наиболее остро интерес в ядерной физике концентрируется на новых нуклидах, лежащих вблизи и за границей нуклонной стабильности, так называемых экзотических ядрах. Границы стабильности относительно самопроизвольного испускания нейтронов или протонов достигнуты и в какой-то степени изучены только для Z < 8. Область более тяжелых экзотических ядер Z > 8 остается мало изученной, поскольку информация о их ядерной структуре и каналах распада является неполной, порой противоречивой [2; 3].

Исследования ядер вблизи и за границами стабильности представляют интерес прежде всего благодаря возникновению качественно новых явлений ядерной динамики, например, кластеризация, ядерное гало (нейтронное и протонное) и нейтронная кожа (шуба) как его частный случай, характерные механизмы резонансного возбуждения (мягкие моды возбуждения), явление спаривания нейтро-

нов или протонов в коррелированное состояние с нулевым спином, проявляющееся как борромиевские ядра с двухнуклонным гало, двухпротонная радиоактивность и демократические распады на несколько частиц. Со временем могут быть детально исследованы новые виды радиоактивности с испусканием 2р, 3р, 2п, 3п и 4п [4—7].

Для подобных ядерных систем характерное время жизни приближается к типичному ядерному времени ~ 10-21 с, что соответствует Г ~ 1 МэВ. Наиболее эффективным инструментом для изучения столь экзотических систем являются прямые ядерные реакции с пучками РИ, идущие с высоким сечением и механизм которых хорошо изучен. Возможность получения интенсивных пучков короткоживущих ядер от 103 ион/с является важнейшим средством достижения периферийных нуклидов.

Механизмы рождения экзотических ядер зависят от энергии радиоактивного пучка, поэтому целесообразно отдельно рассматривать так называемые промежуточные энергии, под которыми подразумевается условный диапазон 20 — 60 МэВ/нуклон, значительно выше кулоновского барьера для легких ядер 1 — 7 МэВ/нуклон, но ниже релятивистских энергий > 100 МэВ/нуклон. В данном диапазоне импульс на один нуклон в налетающем ядре примерно равен типичному импульсу Ферми для интересующей системы, что делает механизм прямых реакций, таких как реакции передачи одного или нескольких нуклонов (срыв и подхват), перезарядки, квазисвободного рассеяния и др., эффективным. Такой механизм обладает адиабатичностью и выделенным направлением, задаваемым переданным импульсом. С точки зрения методики возможно применение методов недостающей массы (регистрация только продуктов отдачи) и комбинированной массы (регистрация как продуктов отдачи, так и нескольких продуктов распада), а также достижение компромисса между необходимой точностью восстановления энергетических характеристик систем, достаточной величиной сечения и приемлемой интенсивностью вторичного пучка.

Повышение энергии в релятивистскую область дает рост эффективности по-

fB

(-3 )

(d, ) (t, )

Рис. 1. Сравнение доступных подходов к получению сверхтяжелых изотопов гелия при различных энергиях: красным показаны реакции, наиболее эффективные при высоких энергиях от 100 МэВ/нуклон; синим — реакции передачи 1n, 2n и перезарядки, доступные при промежуточных энергиях 20 — 60 МэВ/нуклон.

лучения вторичных изотопов, невзирая на снижение сечения, за счет увеличения толщины мишени и их фокусировки в более узкий конус; также растет адиабатич-ность прямых реакций. С другой стороны, сечения прямых реакций падают вплоть до невозможности их применения, уступая место реакциям выбивания нескольких нуклонов (см. рис. 1), протекающим неспецифическим образом с точки зрения выстроенности по угловому моменту, что ограничивает функциональность корреляционных методов анализа. Единственным доступным подходом для изучения таких реакций становится метод инвариантной массы, требующий идентификации всех продуктов распада, что при невысокой светимости экспериментов кратно усложняет их техническую реализацию.

1. Способы получения экзотических ядер

Исторически первым методом получения пучков радиоактивных (короткожи-вущих) изотопов был ISOL (Isotope Separation On-Line). Этот метод был изобретен в 1950-х годах в Копенгагене [8], затем перенесен в CERN на подходящий протонный пучок синхроциклотрона, установка получила название ISOLDE [9], после

10

Be

12

Be

7Li

Не

чего был внедрен во многих других центрах. Радиоактивные ядра, получаемые в реакциях скалывания, деления и фрагментации при облучении объемной производящей мишени, диффундируют в газовую среду, которая переносит их в ионный источник, где ядра ионизуются для последующей транспортировки и ускорения.

Преимущество подобного метода состоит в эффективном использовании первичного пучка, т.к. он полностью теряет энергию в толще мишени, а также в высоком качестве вторичного пучка РИ, прошедшего ускорение: исключительная чистота, малый угловой и энергетический разброс. Как следствие, отсутствие необходимости иметь детекторы на пути пучка, ограничивающие интенсивность. К тому же применение пучков тяжелее водорода, что значительно сложнее в ускорении, не обязательно, что делает метод доступным для весьма распространенных ускорителей протонов или электронов.

Однако, данный метод обладает серьезными ограничениями: химически активные вещества могут оставаться в материале мишени и на стенках по пути в источник, время диффузии, газового транспорта, ионизации и вторичного ускорения значительно ограничивает минимальное время жизни сотнями микросекунд. Повторное ускорение проводится на отдельном ускорителе, где невысокие энергии могут быть достигнуты электростатическим ускорением до 25 МВ. Более высокие энергии, необходимые для проведения ядерных реакций, достигаются с помощью значительно более сложных ускорителей тяжелых ионов — линейных или циклических.

Второй метод получения РИ «на лету» (in-flight separation) заключается в формировании пучка необходимого изотопа, рождаемого в реакции на относительно тонкой производящей мишени, чтобы образующиеся продукты обладали достаточной энергией для прохождения через очистку и детекторы.

Такой метод обладает рядом преимуществ: полное отсутствие химической избирательности; минимальное время на транспортировку, т.е. доступное время полураспада от 100 нс в зависимости от длины сепаратора и энергии РИ; большое количество доступных для получения изотопов без ограничений на необходимость

экстракции из производящей мишени и ионизацию; относительная компактность и дешевизна необходимого оборудования по сравнению с пост-ускорителем в методе КОЬ; простота перехода от изотопа к изотопу.

Рис. 2. Таблица изотопов в представлении метода получения короткоживущих ядер. По вертикали — количество протонов, по горизонтали — нейтронов. Сравнение достижений 1984 года против 2018 иллюстрирует практически в чистом виде вклад метода сепарации на лету в исследования периферических ядер. Серая область показывает теоретические границы ядерной стабильности.

В целом, метод «на лету» является самым доступным и эффективным для большинства задач, см. рис

2. Действующие исследовательские центры с радиоактивными пучками

Несмотря на то, что вторичные радиоактивные пучки получают уже более 50 лет, на момент написания работы получение интенсивных пучков радиоактивных ядер, пригодных для проведения исследований, было возможно только в

8 научных центрах: RIKEN (Япония) [10], GANIL (Франция) [11], MSU (США) [12], ОИЯИ (Россия) [13], GSI (Германия) [14], CERN (Швейцария - Франция) [9], TRIUMF (Канада) [15], LNS-INFN (Италия) [16]. Метод сепарации «на лету» (in-flight) есть только в первых 5 центрах из перечисленных выше, а пучки с энергией менее 100 МэВ/нуклон доступны только в первых 4-х. В каждой из этих лабораторий решается свой специфический круг задач, во многом определяемый энергией вторичных пучков. Так, в научной программе комплекса FRIB в MSU значительный акцент сделан на поиски новых изотопов в малоизученных областях карты изотопов, где не достигнуты границы ядерной стабильности (Z > 16)

[17]. В GANIL большое внимание уделяется измерениям радиусов ядер и сечений взаимодействия. В основном там рассматриваются реакции на тяжелых мишенях

[18], хотя проводятся исследования и на легких мишенях, например, водородной [19]. В научной программе центра RIKEN значительное внимание уделено изучению экзотических ядер в реакциях квазисвободного рассеяния, поэтому в настоящий момент большинство экспериментов проводится при энергиях радиоактивных пучков больше 100 МэВ/нуклон.

3. Пучки радиоактивных изотопов в ЛЯР

В 1989 году ЛЯР представила проект К4-К10 масштабного обновления инструментальной базы, однако его реализация по финансовым причинам была отклонена. Общая схема с двумя накопительно-ускорительными кольцами позднее была взята за основу в проекте исследовательского центра в Ланьчжоу (КНР) [20], а идея ион-электронного рассеяния положена в основу эксперимента ELISe [21] в проекте FAIR (Германия).

Тем не менее, в конце 1980-х годов самый первый ускоритель ЛЯР — циклотрон У-300 — был переделан в изохронный циклотрон У-400М с диаметром полюсов 4 м с четырьмя дуантами и аксиальной инжекцией ионов от ЭЦР (электронно-циклотронный резонанс) источника. С 1991 года стали доступными достаточно

интенсивные пучки Z = 3 до 1011 — 1013 ионов/с с энергией 30 — 50 МэВ/нуклон, подходящие для метода сепарации на лету. Следующая модернизация У-400М была проведена в 2020-2024 годах [22].

В 1991 - 1999 годах был построен широкоапертурный фрагмент-сепаратор КОМБАС [23; 24] с необычной реализацией магнитной оптики на смешанных полях. Данная схема позволила получить очень короткий ахромат длиной 14,5 м с высоким захватом, что хорошо подходит для поисковых задач. Однако, проведение экспериментов с ядерными реакциями на вторичных пучках КОМБАС крайне не эффективно в силу особенностей выбранной схемы: ограниченная мощность первичного пучка по причине невозможности использовать охлаждаемый поглотитель, невысокая очистка из-за крайне сложной реализации клиновидного поглотителя, соответствующего размеру дисперсионной плоскости, ограниченная идентификация вторичных ионов из-за отсутствия базы для времени пролета, большой размер пучка в финальном фокусе. По перечисленным причинам КОМ-БАС на данный момент выведен из эксплуатации.

В рамках проекта DRIBs-I (Dubna Radioactive Ion Beams: Phase 1) [25], куда входит АКУЛИНА-1, к 2002 году был реализован метод ISOL для пучков легких ядер. Пучок У-400М облучал массивную углеродную мишень, диффундирующие в гелиевую среду изотопы переносились газом в ЭЦР-источник (источник ионов на основе электронного циклотронного резонанса), после ионизации низкоэнергетический пучок направлялся в другой циклотрон У-400, находящийся в другом здании для переускорения. Такая схема позволила получить чистый и качественный пучок только ограниченного количества простых изотопов, например 107 ион/с 6He, а вот 8He с Т1/2 ~ 120 мс оказался слишком короткоживущим для 130 м линии транспорта при энергии 15 кэВ. К тому же постускоренные РИ пучки У-400 обладают недостаточной энергией < 10 МэВ/нуклон для проведения кинематически полных исследований ядерных реакций.

В 1996 году заработал фрагмент-сепаратор АКУЛИНА (далее АКУЛИНА-1) [26], построенный по образу начального звена проекта К4-К10. Компонентами по-

служили имеющиеся в наличии электромагниты для транспорта первичного пучка с апертурой всего 60 мм. К 2000 году облик установки окончательно сформировался [27] — линия вторичного пучка, образующая базу для измерения времени пролета, была выведена за стену зала циклотрона в новую низкофоновую кабину. В ней запущена уникальная Система Тритиевого Обеспечения, позволившая использовать на пучках установки криогенную тонкостенную мишень с наполнением газообразным тритием и криогенные мишени с неопасными газами Н2, Б2 и 4Не.

Несмотря на более чем скромные возможности АКУЛИНА-1 по получению вторичных пучков, за 20 лет на установке были проведены несколько циклов экспериментов. Наиболее яркими являются следующие результаты: однозначная идентификация спектра 9Не [28]; основное состояние и спектр 5Н [29; 30]; 2+-состояние и мягкая дипольная мода в 8Не [31]; идентификация состояний в спектре 10Не [31; 32]; изовекторная мягкая дипольная мода в 6Ве [33]; поиск 2р-распада возбужденного состояния 3/2- 17№ [34].

В данных экспериментах были применены новые подходы — корреляционный анализ [30; 33] и метод комбинированной массы [34], применена уникальная криогенная тритиевая мишень [35] и источник дейтерий-трития БТ+ для вывода ускоренного пучка 3Н методом перезарядки из У-400М, а также сформировалось понимание направления дальнейшего развития [4] — применение прямых реакций при промежуточных энергиях.

В 2008 году была предложена концепция нового свето-сильного фрагмент-сепаратора АКУЛИНА-2 [36] для пучков того же драйвера У-400М, с размещением основной части сепаратора в зале ускорителя и выводом линии вторичного пучка в низкофоновую кабину, размещаемую в существующем здании без его реконструкции. В 2011 году проект получил финансирование и был заключен трехлетний контракт на проектирование, изготовление и установку ионно-опти-ческой линии с фирмой SigmaPhi [37]. В 2015 году состоялся технический пуск, а с 2017 года началось выполнение научной программы установки [38] и стартовала работа по созданию новой Системы Тритиевого Обеспечения.

4. Место ФС АКУЛИНА-2 среди аналогичных установок в мире

В таблице 1 приведено сравнение АКУЛИНА-2 с другими фрагмент-сепараторами, как действующими, так и строящимися. Безусловно, АКУЛИНА-2 не может сравниться с установками третьего поколения (SuperFRS [39] в FAIR, A1900 [40] в MSU, BigRIPS [41] в RIKEN), главным образом из-за скромных интенсив-ностей/энергий ускоряемых пучков У-400М.

С другой стороны, АКУЛИНА-2 нацелена на получение интенсивных пучков РИ при промежуточных энергиях. Структура пучка циклотрона (квазинепрерывный режим DC — direct current) как нельзя лучше подходит для экспериментов со вторичными пучками, давая равномерную загрузку системы детектирования.

К тому же установка имеет разумный баланс между стоимостью и эффективностью, длиною и очисткой, универсальностью и затратами на эксплуатацию, позволяя получить хорошее энергетическое разрешение пучков РИ и высокую эффективность для корреляционных измерений.

Таблица 1. Характеристики фрагмент-сепараторов методом «на лету». Энергия вторичного пучка Е в МэВ/нуклон, 5р = АР/Р импульсный захват, Р/АР импульсное разрешение первого порядка (предполагается 1 мм объектный размер) а — Ионно-оптическая система с применением супер-проводягцих магнитов.

АСС АСС-2 ЫБЕЗ аА1900 ШРБ аBigRIPS РЯБ "БирегРЯБ [26] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] РЬЖ, ЛЖ САМЬ МБи ШКРЫ С81/РА1Я

ДГ2 мер 0,9 5,8 1,0 8,0 5,0 8,0 0,32 5,0

5Р % 2,5 6,0 5,0 5,5 6,0 6,0 2,0 5,0

Р/АР

В ртах Тлм 3,2 3,9 3,2-4,3 6,0 5,76 9,0

Длина м 21 38 19(42)

Е ■

Е -^тах

20 40 60 80 Ъ

Рис. 3. Возможности современных установок по производству пучков РИ. Различными цветами выделены диапазоны энергий и частиц для соотвествующих институтов/установок. Технические характеристики приведены в таблице

Реализованная конфигурация по уровню экспериментальных возможностей в фокусе научных интересов выделяет установку в уникальную позицию среди остальных сепараторов. Иллюстрация положения АКУЛИНА-2 в представлении диапазона энергий и частиц представлена на рис

Данная работа посвящена созданию, оснащению и запуску экспериментального комплекса для современных исследований экзотических ядер в прямых ядерных реакциях при промежуточных энергиях 20 — 60 МэВ/нуклон на базе фрагмент-сепаратора АКУЛИНА-2.

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Фрагмент-сепаратор АКУЛИНА-2 и первые эксперименты с радиоактивными пучками»

Актуальность темы исследования

Применение прямых ядерных реакций (таких как (ё,3Ие), (ё,р), (1,р) и др.) с использованием радиоактивных пучков промежуточных энергий и легких криогенных мишеней (изотопы водорода и гелия) для получения новой информации о структуре экзотических ядер и редких каналах их распада является активно развивающимся и перспективным направлением в ядерной физике [4—7].

Экспериментальный комплекс фрагмент-сепаратор АКУЛИНА-2, работающий на пучках ускорителя тяжелых ионов У-400М, создан для проведения экспе-

риментов со вторичными короткоживущими (время полураспада от 100 нс) пучками ядер с Z = 2 — 20 при энергиях 10 — 50 МэВ/нуклон.

На сегодняшний день фрагмент-сепаратор АКУЛИНА-2 остается единственным универсальным и эффективным источником пучков легких радиоактивных изотопов в Российской Федерации и странах Восточной Европы, по характеристикам является установкой, сопоставимой с зарубежными аналогами, работающими в центрах GANIL (Франция), RIKEN (Япония), MSU (США), IMP (Китай). Криогенная тритиевая мишень, позволяющая изучать нейтронно-избыточные системы 5-7H, 11-13Li, 14-16Be и др. в реакциях (t,p) со вторичными пучками, делает этот комплекс уникальным и единственным в мире.

С учетом дополнительного оборудования (ВЧ-фильтра для дополнительной очистки пучка от примесей и магнитного спектрометра для прецизионных измерений импульсов заряженных фрагментов, вылетевших в узком переднем конусе) установка позволит расширить круг решаемых задач. Цели и задачи диссертационной работы

Цели данной работы — создание научного оборудования, позволяющего проводить эксперименты с радиоактивными пучками на фрагмент-сепараторе АКУ-ЛИНА-2 в соответствии с научной программой ЛЯР ОИЯИ, разработка новых экспериментальных методик, получение новой информации о свойствах нейтронно-избыточных ядерных систем и редких каналах их распада.

Для достижения поставленных целей были решены следующие задачи:

• Разработано и внедрено оборудование фрагмент-сепаратора: средства диагностики первичного пучка, узлы диафрагмирования, комплекс производящей мишени, поглотитель первичного пучка, реакционная камера и другие специальные вакуумные камеры для размещения детекторов, комплекс криогенных мишеней изотопов водорода и гелия.

• Предложена концепция организации управления и защиты оборудования установки, проведена апробация на практике.

• Создан детектор частиц вторичного радиоактивного пучка и исследованы его характеристики.

• Проведены измерения основных характеристик радиоактивных пучков, образующихся в реакциях фрагментации первичных ускоренных ядер 11В, 15М, 328 на бериллиевой мишени, сделано сравнение полученных результатов с расчетными значениями.

• С использованием разработанных методик проведены исследования ядерных реакций при столкновениях 8Не(26 МэВ/нуклон)+ё и получены новые данные о спектрах уровней 6Н и 7Н и каналах их распада.

Научная новизна

Комплекс АКУЛИНА-2 на У-400М позволяет получать радиоактивные вторичные пучки в диапазоне энергий 10 — 50 МэВ/нуклон с интенсивностями, сопоставимыми с возможностями мировых центров. На комплексе уже проведен ряд экспериментов с радиоактивными изотопами, планируется дальнейшее изучение свойств экзотических ядер, таких как 6,7Н, 6-10Не, 10-13Ы, 10-16Ве,19-21 С, 24,260,10Н 17№, 268.

Новая информация о продольных импульсных распределениях ряда радиоактивных пучков (6,8Не, 9,11 Ы, 10,12Ве и др.) в диапазоне энергий 25 — 45 МэВ/нуклон представляет интерес для их теоретического описания. Эта область энергий для радиоактивных пучков является малоизученной и находится за пределами применения существующих эмпирических моделей, описывающих сечения образования ядер в реакциях фрагментации и импульсные распределения образующихся вторичных ионов.

Теоретическая и практическая значимость

Материалы, изложенные в диссертации, являются отправной точкой при планировании и проведении экспериментов как на самой установке АКУЛИНА-2, так и на других фрагмент-сепараторах, могут быть полезны при создании новых аналогичных установок.

Разработанные методики и результаты измерений основных характеристик вторичных пучков используются при реализации научной программы исследований на этой установке. Полученные результаты важны для совершенствования эмпирических моделей, применяемых для описания импульсных распределений продуктов фрагментации при энергиях до 50 МэВ/нуклон.

Новые экспериментальные данные о спектрах уровней ядер 6Н и 7Н представляют интерес для тестирования различных теоретических моделей.

Достоверность полученных результатов

Разработанные узлы и подсистемы фрагмент-сепаратора АКУЛИНА-2 эксплуатировались в условиях продолжительных экспериментов, показав свою эффективность, надежность и устойчивость к отказам и ошибкам, что подтверждено суммарным временем работы на пучке порядка 6000 часов за 2017 - 2020 годы в различных режимах, включая длительные экспозиции с высокоинтенсивным пучком ионов В (34 МэВ/нуклон) и 15М (51 МэВ/нуклон) на уровне 1 - 3 мкА-частиц.

Полученное согласие параметров радиоактивных пучков с расчетами (моделированием) и экспериментальными результатами по ряду изотопов позволяет утверждать о соответствии характеристик установки проектным значениям.

Экспериментальная методика по изучению экзотических ядер 6,7Н в реакциях 2Н(8Не,4Не)6Н и 2Н(8Не,3Не)7Н базируется на использовании реперных реакций 2Н(10Ве,4Не)8Ы и 2Н(10Ве,3Не)9Ы, соответственно. По известному из литературы спектру уровней 9Ы проведена энергетическая калибровка для метода недостающей массы, определена зависимость энергетического разрешения от толщины дейтериевой мишени, а также получена информация об эффективности детектирующей аппаратуры, необходимая для анализа сечений йа/йО.

Положения, выносимые на защиту:

1. Созданы ключевые подсистемы фрагмент-сепаратора АКУЛИНА-2— средства диагностики первичного пучка, узлы диафрагмирования, комплекс про-

изводящей мишени, поглотитель первичного пучка, реакционная камера и другие специальные вакуумные камеры для размещения детекторов.

2. Разработана система тонкостенных изотопных криогенных физических мишеней 1,2Н, 3,4Не с рекуперацией для газовой, жидкой или твердой фаз, толщиной рабочего вещества 1019 — 1022 атом/см2.

3. Создан детектор частиц вторичного радиоактивного пучка, исследованы его характеристики, проведено моделирование и определена точность восстановления кинематичеких характеристик налетающих частиц на физической мишени.

4. Получены вторичные радиоактивные пучки 6,8Не, 9,11Ы, 10,12Ве, 26Р, 278 в реакциях фрагментации первичных ускоренных ядер 11Ве(33,5 МэВ/нуклон), ^N(49,3 МэВ/нуклон) и 328(52,7 МэВ/нуклон) на бериллиевой мишени, интенсивности которых на 1 - 2 порядка превышают возможности установки АКУЛИНА-1. Измерены энергетические зависимости выходов радиоактивных ионов и оценены распределения продольного импульса для ядер 8Не, 9,11Ы, 12Ве.

5. Измерены характеристики вторичных радиоактивных пучков, такие как энергетическое, угловое и пространственное распределение частиц в финальном фокусе (на физической мишени), величина эмиттанса пучка, состав коктейля вторичных ионов и качество идентификации ионов методом ёБ-ТоР. Проведено сравнение экспериментальных результатов с расчетами.

6. С использованием разработанных методик получены новые результаты по изучению энергетических спектров экзотических ядер 6,7Н и каналов их распада. Полученные данные дают основание предполагать, что впервые наблюдался распад основного состояния 7Н с одновременным испусканием четырех нейтронов.

Апробация результатов

По теме диссертации автором представлены доклады на следующих международных конференциях и совещаниях:

1. "The Status of New Fragment Separator ACCULINNA-2 Project and the First Day Experiments", International Nuclear Physics Conference INPC2013, Firenze, Italy, June 2 - 7, 2013.

2. "The Status of ACCULINNA-2 Project", International Symposium on Exotic Nuclei, Kaliningrad, September 8 - 13, 2014.

3. "ACCULINNA-2: From Fragment Separator to Experimental Complex",

International Symposium on Exotic Nuclei, Kazan, September 4 - 10, 2016.

4. "Experimental Complex ACCULINNA-2: Status and Development",

NTNPD, Warsaw, Poland, October 25 - 27, 2021.

Публикации материалов, выносимых на защиту

Материалы диссертации представлены в следующих публикациях [4; 36; 38; 42; 49—57], из которых 11 работ опубликованы в рецензируемых изданиях, рекомендованных ВАК РФ.

Личный вклад автора

Автор принимал непосредственное участие в планировании, проектировании и создании установки, ее оснащении подсистемами и детекторным оборудованием, а также в наладке и эксплуатации.

Автору принадлежит определяющий вклад в создание компонент установки: комплекса производящей мишени, системы регулируемых щелей и поглотителей, камеры рассеяния и других вакуумных камер, системы изотопных криогенных мишеней, механизма точного позиционирования переднего спектрометра.

Автором предложен ряд идей, легших в основу соответствующих разработок: компоновки физической кабины, поглотителя первичного пучка, логики системы

управления, оповещения и защиты установки, алгоритмизации управления ВЧ-фильтром.

Автор координирует создание и запуск Системы Тритиевого Обеспечения на установке АКУЛИНА-2.

Автор принимал решающее участие в разработке, создании и оптимизации детектора пучковых частиц на основе MWPC и времяпролетной системы. Автором выполнено исследование характеристик указанного детектора, включавшее в себя проведение измерений, калибровку, обработку экспериментальных данных и результатов Монте-Карло моделирования, представление и интерпретацию результатов.

С использованием детектора пучковых частиц автор исследовал характеристики фрагмент-сепаратора, такие как энергетические зависимости выходов вторичных изотопов и оценка их распределения по продольным импульсам, состав коктейля вторичных ионов и качество идентификации ионов методом ёБ-ТоР, распределения частиц в финальном фокусе. Было проведено сравнение измеренных характеристик с расчетами, которые либо были выполнены непосредственно автором, либо автором была поставлена задача и проведена интерпретация результатов.

Автор участвовал во всех этапах исследований экзотических ядер 6Н и 7Н: постановка задачи, подготовка и проведение экспериментов, анализ и интерпретация экспериментальных данных, подготовка публикаций.

Структура и объем диссертации

Диссертация состоит из введения, 5 глав, заключения и библиографии. Общий объем диссертации 132 страницы, включая рисунков 60, таблиц 7.

Библиография включает 92 наименования.

Глава 1

Особенности фрагмент-сепаратора АКУЛИНА-2 и реализованные технические решения

Фрагмент-сепаратор (далее ФС) АКУЛИНА-2 — одна из ведущих установок ЛЯР — предназначен для изучения структуры легких экзотических ядер и редких каналов их распада. АКУЛИНА-2 нацелена на получение интенсивных пучков радиоактивных изотопов (далее ПРИ) в нижнем диапазоне энергий, доступных для сепарации методом «на лету». Этот диапазон так называемых промежуточных энергий наиболее подходит для наблюдения прямых ядерных реакций — малонуклонных передач и зарядового обмена. Установка работает в комплексе с циклотроном У-400М [58], производящим интенсивные пучки стабильных легких изотопов. Структура пучка циклотрона (квазинепрерывный режим DC — direct current) как нельзя лучше подходит для экспериментов на ПРИ, давая равномерную загрузку системы детектирования.

Реакции фрагментации или перезарядки ядер первичного пучка на берил-лиевой производящей мишени приводят к образованию вторичных нейтронно-и протонно-избыточных ядер, из которых формируются радиоактивные пучки с энергией в несколько десятков МэВ/нуклон. Вторичные пучки сепарируются методом «на лету» и взаимодействуют с физической мишенью, на которой проводятся исследования экзотический ядер.

ФС АКУЛИНА-2 разработан с учетом опыта, полученного при работе на его предшественнике ФС АКУЛИНА-1 [4; 27]. Была поставлена цель расширить энергетический диапазон, угловой и импульсный захват, повысить импульсное разрешение и качество идентификации ионов радиоактивных пучков. Концепция АКУЛИНА-2 [36] была разработана в ЛЯР, сама установка была изготовлена компанией SigmaPhi [37] с некоторой оптимизацией номенклатуры магнитов и начала работу в 2017 г. Эксперименты на ФС АКУЛИНА-2 проводятся с 2018 г.

При создании ФС АКУЛИНА-2 были установлены проектные условия и требования, учитывающие возможности модернизированного циклотрона У-400М: первичные пучки Z < 20 имеют кинетическую энергию от 30 до 55 МэВ/нуклон и интенсивность до 1013 частиц/с; размер пятна первичного пучка на производящей мишени 0,2 см; эмиттанс первичного пучка 15 п мм мрад; линия вторичного пучка должна работать с энергией в интервале 15 - 40 МэВ/нуклон, обеспечивать импульсный захват ±3%, угловой захват (X) ± 32 х (У) ± 45 мрад, интенсивность — до 2 • 106 частиц/с, магнитную жесткость до 3,9 Тл м и высокую степень очистки вторичного пучка. Кроме того, оборудование сепаратора должно быть вписано в существующее здание, вторичный пучок выведен из зала ускорителя в низкофоновое помещение. Должна быть обеспечена радиационная безопасность персонала и низкий фон как в физической кабине установки, так и в зоне свободного доступа вокруг нее. Оборудование для работы с тритиевыми криогенными физическими мишенями должно быть размещено на втором этаже физической кабины. Управление ФС, мониторинг и контроль за его подсистемами должны быть автоматизированы.

В связи с большим энергетическим, угловым и координатным разбросом вторичных ионов при проведении экспериментов необходимо производить измерения координат и импульсов для каждого налетающего на физическую мишень иона. В экспериментальной зоне за физической мишенью должны разместиться передвижной передний спектрометр и стенка нейтронных детекторов.

В данной главе обсуждаются компоновка и особенности реализации основных подсистем установки АКУЛИНА-2, таких как: компоненты линии первичного пучка и оборудование для его диагностики, производящая мишень, поглотители первичного пучка; ионно-оптическая схема ФС и оборудование для транспорта и очистки вторичного пучка; высокочастотный фильтр для дополнительной очистки пучка; передний спектрометр; автоматическая система мониторинга и управления (далее АСУ) как вакуумной и газовой системами, так и питанием пучковой оптики

и детекторов. Криогенные физические мишени и детектор частиц радиоактивного пучка обсуждаются в главах 2 и 3 соответственно.

1.1. Линия первичного пучка

Вывод пучка ионов из циклотрона У-400М осуществляется путем перезарядки на фольге, последующего его транспорта через 2 магнитных канала и дипольный магнит вывода. Выведенный пучок имеет сечение, вытянутое по горизонтали.

Далее следует ряд квадруполей, фокусирующих пучок, и магнит разводки пучков. Горизонтальные апертуры квадруполей снижаются по ходу пучка от 14 см на выходе из магнита вывода до 6 см на входе в магнит разводки пучков, вертикальные апертуры составляют 6 см.

За магнитом разводки пучков начинается линия первичного пучка ФС АКУ-ЛИНА-2, предназначенная для транспортировки пучка до производящей мишени и фокусировки на ней и включающая в себя два поворотных магнита (ВБ1, ВБ2), семь квадруполей (BQ1 - BQ7) и четыре корректирующих диполя (В8Т0 - В8Т3). Диаметр ионопровода на этом участке 5, 5 см, внутри поворотных диполей сечение представляет собой вытянутый по горизонтали прямоугольник 5, 5 х 4 см. Схема линии первичного пучка показана в верхней правой части рис. 1.1.

Для настройки и оперативного контроля тока первичного пучка на линии применяются цилиндры Фарадея, размещенные на выходе из циклотрона (РС1), после раздающего магнита (РС2), после поворотного магнита ВБ1 (РС3) и после производящей мишени (РС4). Цилиндры вводятся в рабочее положение пневмоприводами, имеют водяное охлаждение и оборудованы постоянными магнитами для подавления электронов вторичной эмиссии, что, согласно оценкам, позволяет измерить ток пучка с точностью не хуже 10%.

Рис. 1.1. Схема линии пучка фрагмент-сепаратора АКУЛИНА-2 (нижняя и правая часть рисунка). Размеры изображенных объектов пропорциональны их действительным габаритам. Элементы от ВБТ0 до ВБТ3 образуют линию первичного пучка, БС — цилиндры Фарадея на ней. Линия вторичного пучка включает в себя элементы от производящей мишени (РТ) в фокусе Б1 до реакционной камеры (ЯС) в конечном фокусе Б5. Серыми прямоугольниками обозначены диагностические боксы. В верхней левой части рисунка показаны сечения ионопровода внутри указанных элементов пучковой линии.

1.1.1. Узел производящей мишени

В области фокальной плоскости сепаратора Б1 (см.рис. 1.2) компактно размещаются устройства, объединенные в узел производящей мишени (далее ПМ), размещенный в специально спроектированной вакуумной камере (см. рис. 1.3), позволяющей быстро заменять части устройства или узел ПМ целиком, что важно для снижения облучения персонала, т.к. узел сильно активируется на пучке. Устройства узла ПМ описаны ниже в порядке следования по пучку.

Рис. 1.2. Производящая мишень АКУЛИНА-2 в Р1.

Рис. 1.3. Вид в разрезе на производящую мишень в Р1. 1 — порт для профилометра первичного пучка, 2 — антиореольная диафрагма, 3 — поворотная диафрагма, 4 — узел вращения производящей мишени, 5 — шейка для локальной радиационной защиты, 6 — позиция фольги измерения тока первичного пучка.

Профилометр

Профилометр, предназначенный для контроля наведения и фокусировки пучка на ПМ, состоит из двух взаимно перпендикулярных рядов танталовых проволочек 0100 мкм, расположенных с шагом 0,133 см и перекрывающих область 2,1 х 2,1 см (рис.1.4). Для индивидуального считывания тока вторичной электронной эмиссии с проволочек, вызванного проходящим через них пучком, используется многоканальный измеритель слабых токов POLAND [59] в диапазоне от 1 нА до 130 мкА. Головка измерителя смонтирована на пневмоприводе в специальном порту (см. поз.1 рис. 1.3) и помещается на 21 см выше по пучку от положения плоскости ПМ непосредственно перед диафрагмами мишенного блока.

Рис. 1.4. Варианты измерительной головки профилометра первичного пучка с 32 каналами измерения тока. а) Проволочная сетка с постоянным шагом. Ь) Керамическая печатная плата с переменной гранулярностью.

Дальнейшее повышение позиционного разрешения видится в замене сетки на охлаждаемую керамическую плату с системой электродов в форме секторов (см. рис. 1.4 Ь), где гранулярность повышается по мере приближения к центру. Токоиз-мерительная часть остается без изменений, однако для наглядности визуализации информации требуется нормировка на площадь электрода, а также построение огибающей плотности тока в горизонтальной и вертикальной проекциях.

Диафрагмы

Система ограничивающих пучок охлаждаемых диафрагм состоит из:

• сменная стационарная диафрагма с диаметром отверстия 1,2 см;

• переключаемая дополнительная диафрагма, установленная на четырехпо-зиционном флажковом механизме с набором диаметров от 0,3 до 0,7 см.

Все диафрагмы имеют рабочие части из меди и охлаждаются водой.

Производящая мишень

Устройство узла вращения мишени с жидкостным охлаждением показано на рис. 1.5. Тело ПМ из бериллия выполнено в форме диска толщиной от 0,05 до 0,25 см, закрепленного на омываемой изнутри охлаждающей жидкостью (ОЖ) чашке узла. Вращение осуществляется зубчатым ремнем со стороны атмосферы через вакуумное магнито-жидкостное уплотнение на неподвижный корпус. Жидкостной объем узла имеет центральную неподвижную часть для формирования циркуляции ОЖ и уплотняется с подвижной частью через манжету из полиуретана или высокомолекулярного полиэтилена (UHMW РЕ).

ОЖ на основе моноэтиленгликоля с антикоррозийными добавками циркулирует по контуру бак-насос-узел вращения-теплообменник-бак. Замкнутый контур необходим для снижения давления в узле вращения и ограничения загрязнения и коррозии системы.

Проектная тепловая нагрузка на узел вращения составляет 2 кВт. С учетом того, что в используемой мишени выделяется не более 30% энергии пучка, допустимая по проекту тепловая нагрузка обладает более чем двукратным запасом относительно возможностей ускорителя У-400М. Максимальная долговременная тепловая нагрузка на ПМ, зафиксированная в экспериментах, составляла 700 Вт, суммарная наработка на 2 имеющихся взаимозаменяемых узла вращения достигла порядка 6000 ч при скорости вращения до 25 об/с, при этом нарушений работоспособности узлов не наблюдалось.

Рис. 1.5. Узел вращения ПМ. Бериллиевый диск, в который попадает пучок, образует тело мишени. Вращающаяся часть обозначена серым цветом. Поток охлаждающей жидкости показан стрелками. Закрытые подшипники обозначены перечеркнутыми наискось прямоугольниками. MFS обозначает магнитно-жидкостное уплотнение на вакуум, LS — манжетное уплотнение на жидкость, Belt — привод вращения зубчатым ремнем.

Измеритель тока первичного пучка

Измеритель тока первичного пучка, прошедшего через мишень, собран на основе цилиндра Фарадея FC4, к которому прикреплен держатель танталовой фольги толщиной 4 мкм. Фольга и FC4 находятся в электрическом контакте и подключены ко входу пикоамперметра ^Ш^у 6485. Для мониторинга пучка измеряется средний ток с фольги, установленной на пути пучка. Период записи тока в лог-файл АСУ варьируется от 1 до 100 с.

Измеряемый ток пропорционален интенсивности пучка, но его абсолютная величина, определяемая вторичной и тепловой эмиссией электронов, зависит от заряда и энергии ионов пучка, а также от нагрева пятна облучения. Поэтому необходима калибровка тока фольги как меры тока пучка. Для калибровки на место фольги дистанционно вводится FC4. Кроме того FC4 используется для оценки эффективности транспорта пучка. Сравнение токов, измеренных FC1 и

БС4 при апертуре диафрагмы 00,5 см, показывает, что, например, для пучков 11В (33,5 МэВ/нуклон) и 15М (49,3 МэВ/нуклон), полная эффективность транспорта и фокусировки на ПМ выведенного из циклотрона пучка достигает 85%.

1.1.2. Поглотители первичного пучка

Линия вторичного пучка ФС настраивается на желаемый вторичный изотоп, поэтому оставшийся после прохождения ПМ первичный пучок, обладающий другой жесткостью, попадает на стенки элементов линии вторичного пучка, где поглощается, выделяя значительную энергию. Поглощение первичного пучка распределяется в основном между диафрагмой на входе в диполь Б1, боковыми стенками камеры Б1 и диафрагмой на выходе из Б1. На эти детали приходится более 60% тепловой нагрузки с возможной компактной локализацией, поэтому, для облегчения отвода тепла, они выполнены из меди и снабжены водяным охлаждением.

На рис. 1.6 показано сечение Б1, иллюстрирующее расположение и устройство поглотителей, а также примеры мест остановки первичного пучка. Камера Б1 имеет двойные боковые стенки, обеспечивающие водяное охлаждение внутренних медных поглотителей, в которых останавливается первичный пучок. Для уменьшения количества примесей, рождаемых первичным пучком в случае получения протонно-избыточных изотопов, стенка Б1 с большим радиусом выполнена в форме зубцов, см. выносной элемент на рис. 1.6. Такая форма призвана уменьшить вероятность попадания в линию вторичного пучка летящих под малыми углами высокоэнергичных продуктов взаимодействия первичного пучка со стенкой камеры магнита.

При проектировании сепаратора была заложена возможность установки всех диафрагмирующих элементов в исполнении как для нейтронно-, так и для про-тонно-избыточных пучков. Первое исполнение характеризуется значительной толщиной элементов и цилиндрической формой протяженных отверстий, а второе —

Рис. 1.6. Разрез дипольного магнита с зонами остановки первичного пучка: 1 — обмотка, 2 — ярмо магнита, 3 — вакуумная камера, охлаждаемые медные диафрагмы на входе 4 и выходе 5 магнита, 6 — вид на охлаждаемую диафрагму поперек пучка, 7 — ось вторичного пучка, 8 — увеличенный вид изрезанной зубьями поверхности охлаждаемого поглотителя первичного пучка, 9 — область остановки первичного пучка 20№ при настройке тракта на вторичный пучок 17№ с энергией 47,5 МэВ/нуклон, 10 — область остановки первичного пучка 20№ при настройке тракта на вторичный пучок 9С с энергией 25,8 МэВ/нуклон, 11 — область остановки первичного пучка 15М при настройке тракта на вторичный пучок ПЫ с энергией 35,9 МэВ/нуклон.

острыми и гладкими краями малой протяженности. Отличие обусловлено тем, что нейтронно-избыточные изотопы имеют магнитную жесткость выше, чем у первичного пучка, и потери энергии первичным пучком в толстом поглотителе улучшают очистку, а протонно-избыточные изотопы имеют магнитную жесткость ниже, чем у первичного пучка, вследствие чего множество перерассеянных изотопов могут проходить ФС, давая значительное количество примесей в составе «коктейля» вторичного пучка. Поэтому минимизация протяженности диафрагм (меньше вещества для рассеяния) дает лучшую очистку протонно-избыточных пучков.

1.2. Линия вторичного пучка

1.2.1. Ионно-оптическое устройство сепаратора

В основу компоновки ФС АКУЛИНА-2 была положена модификация популярной схемы симметричного ахромата, примененной, например, в RIPS/Big-RIBS (RIBF, RIKEN, Япония), FRS/Super-FRS (FAIR, GSI, Германия), А1900 (FRIB, MSU, США).

Основные параметры ионной оптики сепаратора АКУЛИНА-2 приведены в таблице 1.1. На рис. 1.7 приведены огибающие пучка в двух поперечных направлениях (X,Y). На рис. 1.8 показаны синусо- (Sx, Sy) и косинусо-подобные (Cx, Cy) траектории 1-го порядка, а также импульсная дисперсия Dx. Более подробно ионная оптика данного сепаратора описана в работе [42]. Там же приведен расчёт по очистке с помощью ВЧ-фильтра протонно-избыточного пучка 28S, получаемого при фрагментации первичного пучка 32S с энергией 53 МэВ/нуклон на бериллиевой производящей мишени.

Список литературы диссертационного исследования кандидат наук Крупко Сергей Анатольевич, 2026 год

Список литературы

1. Nuclear Data Base by National Nuclear Data Center at Brookhaven National

Laboratory / National Nuclear Data Center. — URL: http : / /www. nndc . bnl. .

2. Ye Y., Yang X., Sakurai H., Hu B. Physics of exotic nuclei // Nature Reviews Physics. — 2025. — Т. 7, № 1. — С. 21—37. — ISSN 2522-5820. — DOI:

.

3. Thoennessen M. 2023 update of the discoveries of nuclides // International Journal of Modern Physics E. — 2024. — Т. 33, 03n04. — С. 2430001. — DOI: 10 .

.

4. Grigorenko L. V., Golovkov M. S., Krupko S. A., Sidorchuk S. I., Ter-Akopian G. M., Fomichev A. S., Chudoba V. Studies of light exotic nuclei in the vicinity of neutron and proton drip lines at FLNR JINR // Physics-Uspekhi. — 2016. — Апр. —

Т. 59, №4. —С. 321—366. —DOI: 10.3367/ufne.0186.201604a.0337.

5. Pfutzner M., Karny M., Grigorenko L. V., Riisager K. Radioactive decays at limits of nuclear stability // Rev. Mod. Phys. — 2012. — Апр. — Т. 84, вып. 2. —

С. 567—619. — DOI: 10.1103/RevModPhys.84.567.

6. Thoennessen M. Reaching the limits of nuclear stability // Reports on Progress in Physics. — 2004. — Июнь. — Т. 67, № 7. — С. 1187. —DOI: 10.1088/0034.

7. Jones M. D., Kohley Z., Baumann T., Christian G., DeYoung P. A., Finck J. E., Frank N., Haring-Kaye R. A., Kuchera A. N., Luther B., Mosby S., Smith J. K., Snyder J., Spyrou A., Stephenson S. L., Thoennessen M. Further insights into the reaction 14Be(CH2, X)10He // Phys. Rev. C. — 2015. — Апр. — Т. 91, вып. 4. — С. 044312. — DOI: 10.1103/PhysRevC.91.044312.

8. Kofoed-Hansen O., Nielsen K. O. Short-Lived Krypton Isotopes and Their Daughter Substances // Phys. Rev. — 1951. — Апр. — Т. 82, вып. 1. — С. 96—

97. — DOI: 10.1103/PhysRev. 82.96.2.

9. ISOLDE The Radioactive Ion Beam Facility at CERN / CERN. — URL: https:

.

10. RIKEN Nishina Center for Accelerator-Based Science (RNC). — URL: https :

.

11. SPIRAL2 at GANIL, Caen, France. — URL: http: //ganil-spiral2. eu/.

12. Facility for Rare Isotope Beams at Michigan State University. — URL: https :

.

13. ACCULINNA-2 fragment separator / FLNR, JINR. — URL: http: //aculina.

.

14. GSI Helmholtzzentrum für Schwerionenforschung. — URL: http: //www. gsi .

.

15. IS AC Facilities for Rare-Isotope Beams at TRIUMF - Canada's particle accelerator centre / Canada's particle accelerator centre. — URL: https : //www . triumf .

.

16. Cuttone G., Celona L., Chines F., Cosentino G., Messina E., Re M., Rizzo D., Scuderi V., Tudisco F., Amato A., Calabretta L., De Luca G., Pappalardo A., Passarello S., Rifuggiato D, Rovelli A. EXCYT: The RIB project at INFN-LNS // Nucl. Instrum. Methods Phys. Res., Sect. B. — 2007. — T. 261, № 1. — C. 1040— 1043. — ISSN 0168-583X. — URL: https : / /doi . org/10 .1016/j . nimb . 2007.04.142 ; The Application of Accelerators in Research and Industry.

17. Gade A., Sherrill B. M. NSCL and FRIB at Michigan State University: Nuclear science at the limits of stability // Physica Scripta. — 2016. — T. 91, № 5. — C. 053003. — URL: https://dx.doi.Org/10.1088/0031-8949/91/5/

.

18. Lewitowicz M. Physics with SPIRAL and SPIRAL 2 status of the EURISOL project // Nuclear Physics A. — 2004. — T. 734. — C. 645—653. — ISSN 0375-9474. — DOI: 10.1016/j .nuclphysa.2004.01.118.

19. Dolegieviez P., Gillibert A., Mittig W., Mougeot X., Obertelli A., de Oliveira F, Ozille M., Robillard P., Roussel-Chomaz P., Savajols H. A cryogenic target for direct reaction studies with exotic beams // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section A: Accelerators, Spectrometers, Detectors and Associated Equipment. — 2006. — T. 564, № 1. — C. 32—37. — ISSN 0168-9002. — DOI: 10.1016/j .nima.2006.03.027.

20. Institute of Modern Physics. Chinese Academy of Sciences. 509 Nanchang Rd., Lanzhou 730000, China. — URL: .

21. Antonov A., Gaidarov M., Ivanov M., Kadrev D., Alche M., Barreau G., Czajkowski S., Jurado B., Belier G., Chatillon A., Granier T., Taieb J., Doré D., Letourneau A., Ridikas D., Dupont E., Berthoumieux E., Panebianco S., FargetF., Schmitt C., Audouin L., Khan E., Tassan-Got L., Aumann T., Beller P., Boretzky K., Dolinskii A., Egelhof P., Emling H., Franzke B., Geissel H., Kelic-Heil A., Kester O., Kurz N., Litvinov Y., Munzenberg G., Nolden F., Schmidt K.-H., Scheidenberger C., Simon H., Steck M., Weick H., Enders J., Pietralla N., Richter A., Schrieder G., Zilges A., Distler M., Merkel H., Muller U., Junghans A., Lenske H., Fujiwara M., Suda T., Kato S., Adachi T., Hamieh S., Harakeh M., Kalantar-Nayestanaki N., Wortche H., Berg G., Koop I., Logatchov P., Otboev A., Parkhomchuk V., Shatilov D., Shatunov P., Shatunov Y., Shiyankov S., Shvartz D., Skrinsky A., Chulkov L., Danilin B., Korsheninnikov A., Kuzmin E., Ogloblin A., Volkov V., Grishkin Y, Lisin V., Mushkarenkov A., Nedorezov V., Polonski A., Rudnev N., Turinge A., Artukh A., Avdeichikov V., Ershov S., Fomichev A., Golovkov M., Gorshkov A., Grigorenko L., Klygin S., Krupko S., Meshkov I., Rodin A., Sereda Y., Seleznev I., Sidorchuk S., Syresin E., Stepantsov S., Ter-Akopian G., Teterev Y., Vorontsov A., Kamerdzhiev S., Litvinova E., Karataglidis S., Alvarez Rodriguez R., Borge M., Fernandez Ramirez C., Garrido E., Sarriguren P., Vignote J., Fraile Prieto L., Lopez Herraiz J., Moya de Guerra E., Udias-Moinelo J., Amaro Soriano J., Lallena Rojo A., Caballero J., Johansson H., Jonson B., Nilsson T., Nyman G., Zhukov M., Golubev P., Rudolph D., Hencken K., Jourdan J., Krusche B., Rauscher T., Kiselev D., Trautmann D., Al-Khalili J., Catford W., Johnson R., Stevenson P., Barton C., Jenkins D., Lemmon R., Chartier M., Cullen D., Bertulani C., Heinz A. The electron-ion scattering experiment ELISe at the International Facility for Antiproton and Ion Research (FAIR)—A conceptual design study // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section A: Accelerators, Spectrometers, Detectors and Associated Equipment. — 2011. — Т. 637, № 1. — С. 60—76. —ISSN 0168-9002. —DOI: https://doi.org/10.1016/j .nima.

.

22. Ivanenko I., Kalagin I., Osipov N., Semin V., Zarubin V. Results of Reconstruction of U400M Cyclotron Magnetic Structure // SIBERIAN JOURNAL OF PHYSICS. — 2024. — Апр. — Т. 18. —С. 36—43.— DOI: 10.25205/2541.

23. Artukh A., Gridnev G., Grushezki M., Koscielniak F., Semchenkov A., Semchenkova O., Sereda Y., Shchepunov V., Szmider J., Teterev Y., Bondarenko

P, Rubinskaya L., Severgin Y., Myasnikov Y., Rozhdestvenski B., Konstantinov A., Koreniuk V., Sandrev I., Genchev S., Vishnevski I. Wide aperture kinematic separator COMBAS realized on the strong focusing principlelThis work is supported in part by grant INTAS-93-496 and by grant RFBR-96-02-17214.1 // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section A: Accelerators, Spectrometers, Detectors and Associated Equipment. — 1999. — T. 426, № 2. — C. 605—617. — ISSN0168-9002. — DOI: https: //doi . org/10.1016/S0168-

.

24. Artukh A. G., Klygin S. A., Kononenko G. A., Kyslukha D. A., Lukyanov S. M., Mikhailova T. I., Penionzhkevich Y. E., Oganessian Y. T., Sereda Y. M., Vorontsov A. N., Erdemchimeg B. Radioactive nuclear beams of COMBAS facility // Physics of Particles and Nuclei. — 2016. — T. 47, № 1. — C. 49—72. — ISSN 1531-8559. — DOI: 10.1134/S1063779616010032.

25. Dubna Radioactive Ion Beam accelerator complex DRIBs-I (Phase 1). — URL:

.

26. Rodin A., Sidorchuk S., Stepantsov S., Ter-Akopian G., Fomichev A., Wolski R., Galinskiy V., Ivanov G., Ivanova I., Gorshkov V., Lavrentyev A., Oganessian Y. High resolution line for secondary radioactive beams at the U400M cyclotron // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section B: Beam Interactions with Materials and Atoms. — 1997. — T. 126, № 1. — C. 236— 241. — ISSN 0168-583X. — DOI: https : / / doi . org / 10 . 1016 / S0168 -583X(97) 01038-0. — International Conference on Electromagnetic Isotope Separators and Techniques Related to Their Applications.

27. Rodin A., Stepantsov S., Bogdanov D., Golovkov M., Fomichev A., Sidorchuk S., Slepnev R., Wolski R., Ter-Akopian G., Oganessian Y., Yukhimchuk A., Perevozchikov V., Vinogradov Y., Grishechkin S., Demin A., Zlatoustovskiy S., Kuryakin A., Fil'chagin S., Ilkaev R. Status of ACCULINNA beam line // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section B: Beam Interactions with Materials and Atoms. — 2003. — T. 204. — C. 114—118. — ISSN 0168-583X. — DOI: https :// doi . org / 10 . 1016 / S0168 - 583X(02 ) 01897 - 9. — 14th International Conference on Electromagnetic Isotope Separators and Techniques Related to their Applications.

28. Golovkov M. S., Grigorenko L. V., Fomichev A. S., Gorshkov A. V., Gorshkov V. A., Krupko S. A., Oganessian Y. T., Rodin A. M., Sidorchuk S. I., Slepnev R. S.,

Stepantsov S. V., Ter-Akopian G. M., Wolski R., Korsheninnikov A. A., Nikolskii E. Y., Kuzmin V. A., Novatskii B. G., Stepanov D. N., Roussel-Chomaz P., Mittig W. New insight into the low-energy 9He spectrum // Phys. Rev. C. — 2007. — Авг. — Т. 76, вып. 2. — С. 021605. — DOI: 10.1103/PhysRevC. 76.021605.

29. Golovkov M. S., Grigorenko L. V., Fomichev A. S., Krupko S. A., Oganessian Y. T., Rodin A. M., Sidorchuk S. I., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Ter-Akopian G. M., Wolski R., Itkis M. G., Bogatchev A. A., Kondratiev N. A., Kozulin E. M., Korsheninnikov A. A., Nikolskii E. Y., Roussel-Chomaz P., Mittig W, Palit R., Bouchat V., Kinnard V., Materna T., Hanappe F., Dorvaux O., Stuttgé L., Yukhimchuk A. A., Perevozchikov V. V., Vinogradov Y. I., Grishechkin S. K., Zlatoustovskiy S. V., Lapoux V., Raabe R., Nalpas L. Observation of excited states in 5H // Phys. Rev. Lett. — 2004. — Т. 93. — С. 262501.

30. Golovkov M. S., Grigorenko L. V., Fomichev A. S., Krupko S. A., Oganessian Y. T., Rodin A. M., Sidorchuk S. I., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Ter-Akopian G. M., Wolski R., Itkis M. G., Bogatchev A. A., Kondratiev N. A., Kozulin E. M., Korsheninnikov A. A., Nikolskii E. Y., Roussel-Chomaz P., Mittig W., Palit R., Bouchat V., Kinnard V., Materna T., Hanappe F., Dorvaux O., Stuttge L., Yukhimchuk A. A., Perevozchikov V. V., Vinogradov Y. I., Grishechkin S. K., Zlatoustovskiy S. V., Lapoux V., Raabe R., Nalpas L. Correlation studies of the 5H spectrum // Phys. Rev. C. — 2005. — Т. 72. — С. 064612.

31. Golovkov M. S., Grigorenko L. V., Ter-Akopian G. M., Fomichev A. S., Oganessian Y. T., Gorshkov V. A., Krupko S. A., Rodin A. M., Sidorchuk S. I., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Wolski R., Pang D. Y., Chudoba V., Korsheninnikov A. A., Kuzmin E. A., Nikolskii E. Y., Novatskii B. G., Stepanov D. N., Roussel-Chomaz P., Mittig W., Ninane A., Hanappe F., Stuttge L., Yukhimchuk A. A., Perevozchikov V. V., Vinogradov Y. I., Grishechkin S. K., Zlatoustovskiy S. V. Possible novel interpretation of the 8He and 10He spectra studied in the (t,p) reaction // Phys. Lett. B. — 2009. — Т. 672. — С. 22—29.

32. Sidorchuk S. I., Bezbakh A. A., Chudoba V., Egorova I. A., Fomichev A. S., Golovkov M. S., Gorshkov A. V., Gorshkov V. A., Grigorenko L. V., Jal uvkovâ P., Kaminski G., Krupko S. A., Kuzmin E. A., Nikolskii E. Y., Oganessian Y. T, Parfenova Y. L., Sharov P. G., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Ter-Akopian G. M., Wolski R., Yukhimchuk A. A., Filchagin S. V., Kirdyashkin A. A., Maksimkin I. P., Vikhlyantsev O. P. Structure of 10He Low-Lying States Uncovered by

Correlations // Phys. Rev. Lett. — 2012. — Май. — Т. 108, вып. 20. — С. 202502. — DOI: 10.1103/PhysRevLett. 108.202502.

33. Fomichev A., Chudoba V., Egorova I., Ershov S., Golovkov M., Gorshkov A., Gorshkov V., Grigorenko L., Kaminski G., Krupko S., Mukha I., Parfenova Y., Sidorchuk S., Slepnev R., Standylo L., Stepantsov S., Ter-Akopian G., Wolski R., Zhukov M. Isovector soft dipole mode in 6Be // Physics Letters B. — 2012. — Т. 708, № 1. — С. 6—13. — ISSN 0370-2693. — DOI: https : //doi . org/10.

.

34. Sharov P. G., Fomichev A. S., Bezbakh A. A., Chudoba V., Egorova I. A., Golovkov M. S., Golubkova T. A., Gorshkov A. V., Grigorenko L. V., Kaminski G., Knyazev A. G., Krupko S. A., Mentel M., Nikolskii E. Y., Parfenova Y. L., Pluchinski P., Rymzhanova S. A., Sidorchuk S. I., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Ter-Akopian

G. M., Wolski R. Search for 2p decay of the first excited state of17Ne // Phys. Rev.

C. — 2017. — Т. 96, вып. 2. — С. 025807. — DOI: 10 .1103/PhysRevC . 96 .

.

35. Yukhimchuk A., Perevozchikov V., Apasov V., Aryutkin V., Vinogradov Y., Vikharev M., Ganchuk N., Golubkov A., Grishechkin S., Demin A., Zlatoustovskiy S., Karyakin G., Klisch V., Kononenko A., Kukolkin A., Kuryakin A., Lobanov V, Malkov I., Matveev S., Rozhkov V., Safronov V., Solyankin V., Travkin V., Tumkin

D., Fil'chagin S., Oganessian Y., Rodin A., Bogdanov D., Golovkov M., Fomichev

A., Sidorchuk S., Slepnev R., Stepantsov S., Ter-Akopian G., Wolski R. Tritium target for research in exotic neutron-excess nuclei // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section A: Accelerators, Spectrometers, Detectors and Associated Equipment. — 2003. — Т. 513, № 3. — С. 439—447. — ISSN 0168-9002. — DOI: 10.1016/j .nima.2003.06.002.

36. Fomichev A. S., Ter-Akopian G. M., Chudoba V., Daniel A. V., Golovkov M. S., Gorshkov V. A., Grigorenko L. V., Krupko S. A., Oganessian Y. T., Sidorchuk S. I., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Wolski R., Ershov S. N., Lukyanov V. K., Danilin

B. V., Korsheninnikov A. A., Goldberg V. Z., Mukha I. G., Pfutzner M., Simon

H., Shchepunov V. A., Tarasov O. B., Timofeyuk N. K., Zhukov M. V. Fragment separator ACCULINNA-2. Letter of Intent // Preprint JINR, E13-2008-168. Dubna, 2008. —.

37. SigmaPhi / SigmaPhi. — URL: http: //www. sigmaphi . fг/.

38. Fomichev A. S., Ter-Akopian G. M., Bezbakh A. A., Chudoba V., Egorova I. A., Golovkov M. S., Gorshkov V. A., Grigorenko L. V., Kaminski G., Krupko S. A., Oganessian Y. T., Parfenova Y. L., Sidorchuk S. I., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Sharov P. G., Wolski R., Ershov S. N., Lukyanov V. K., Korsheninnikov A. A., Goldberg V. Z., Mukha I. G., Pfutzner M., Simon H., Tarasov O. B., Timofeyuk N. K., Yukhimchuk A. A., Zhukov M. V. Long-range plans for research with radioactive ion beams at JINR // Preprint JINR, E7-2012-73. Dubna, 2012. — 2012.

39. Super Fragment Separator at FAIR in GSI / FAIR - Facility for Antiproton, Ion Research in Europe. — URL: https : / / www . gsi . de / work /

.

40. A1900 fragment separator at MSU / MSU - Michigan State University. — URL:

.

41. BigRIPS - in-flight RI beam super-conductive separator at RIBF, Riken Nishina center / RIKEN Nishina Center for Accelerator-Based Science. — URL: https :

.

42. Fomichev A. S., Grigorenko L. V., Krupko S. A., Stepantsov S. V., Ter-Akopian G. M. The ACCULINNA-2 project: The physics case and technical challenges // The European Physical Journal A. — 2018. — Т. 54, № 6. — С. 97. — ISSN 1434-601X. —DOI: 10.1140/epja/i2018-12528-0.

43. Anne R., Bazin D., Mueller A. C., Jacmart J. C., Langevin M. The Achromatic Spectrometer Lise at Ganil // Nucl. Instrum. Meth. A. — 1987. — Т. 257. — С. 215—232. —DOI: 10.1016/0168-9002(87)90741-8.

44. Morrissey D. J., Sherrill B. M., Steiner M., Stolz A., Wiedenhoever I. Commissioning the A1900 projectile fragment separator//Nucl. Instrum. Meth. — 2003. —Т. 204. — С. 90—96. — DOI: 10.1016/S0168-583X(02)01895-5.

45. Kubo T., Ishihara M., Inabe N., Kumagai H., Tanihata I., Yoshida K., Nakamura T., Okuno H., Shimoura S., Asahi K. The RIKEN radioactive beam facility // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section B: Beam Interactions with Materials and Atoms. — 1992. — Т. 70, № 1. — С. 309—319. — ISSN 0168-583X. — DOI: https : //doi . org/10.1016/0168-583X(92) 95947-F.

46. Kubo T. In-flight RI beam separator BigRIPS at RIKEN and elsewhere in Japan // Nucl. Instrum. Methods Phys. Res., Sect. B. — 2003. — Т. 204. — С. 97— 113. — ISSN 0168-583X. — DOI: https : / /doi . org/10 . 1016/S0168-

.

47. Geissel H., Armbruster P., Behr K., Brunle A., Burkard K., Chen M., Folger H., Franczak B., Keller H., Klepper O., Langenbeck B., Nickel F., Pfeng E., Pfutzner M., Roeckl E., Rykaczewski K., Schall I., Schardt D., Scheidenberger C., Schmidt K.-H., Schröter A., Schwab T., Summerer K., Weber M., Munzenberg G., Brohm T., Clerc H.-G., Fauerbach M., Gaimard J.-J., Grewe A., Hanelt E., Knodler B., Steiner M., Voss B., Weckenmann J., Ziegler C., Magel A., Wollnik H., Dufour J., Fujita Y., Vieira D., Sherrill B. The GSI projectile fragment separator (FRS): a versatile magnetic system for relativistic heavy ions // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section B: Beam Interactions with Materials and Atoms. — 1992. — Т. 70, № 1. — С. 286—297. — ISSN 0168-583X. — DOI:

.

48. Geissel H., Weick H., Winkler M., Munzenberg G., Chichkine V., Yavor M., Aumann T., Behr K., Bohmer M., Brunle A., Burkard K., Benlliure J., Cortina-Gil D., Chulkov L., Dael A., Ducret J.-E., Emling H., Franczak B., Friese J., Gastineau

B., Gerl J., Gernhäuser R., Hellstrom M., Jonson B., Kojouharova J., Kulessa R., Kindler B., Kurz N., Lommel B., Mittig W., Moritz G., Muhle C., Nolen J., Nyman G., Roussell-Chomaz P., Scheidenberger C., Schmidt K.-H., Schrieder G., Sherrill B., Simon H., SummererK., TahirN., Vysotsky V., Wollnik H., Zeller A. The Super-FRS project at GSI // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section B: Beam Interactions with Materials and Atoms. — 2003. — Т. 204. —

C. 71—85. — ISSN 0168-583X. — DOI: https : //doi . org/10.1016/S0168-

. — 14th International Conference on Electromagnetic Isotope Separators and Techniques Related to their Applications.

49. Krupko S. A., Abakumov A. M., Belogurov S. G., Bezbakh A. A., Golovkov M. S., Gorshkov A. V., Gorshkov V. A., Rymzhanova S. A., Slepnev R. S., Fomichev A. S. Diagnostics of the Secondary Beam at the ACCULINNA-2 Fragment Separator // Physics of Particles and Nuclei Letters. — 2023. — Т. 20, № 5. — С. 1035— 1045. — ISSN 1531-8567. — DOI: 10.1134/S1547477123050485.

50. Krupko S. A., Bezbakh A. A., Gorshkov A. V., Ter-Akopian G. M., Fomichev A. S. System of cryogenic physical targets for the ACCULINNA-2 facility // Physics of Particles and Nuclei Letters. — 2024. — Т. 21, № 1. — С. 60—67. — ISSN 1547-4771. — DOI: 10.1134/S1547477124010084.

51. Krupko S., Belogurov S., Bezbakh A., Fomichev A., Grigorenko L., Golovkov M., Gorshkov A., Gorshkov V., Kaminski G., Knyazev A., Nikolskii E., Parfenova Y, Rymzhanova S., Slepnev R., Stepantsov S., Ter-Akopian G., Chudoba V., Sharov P.

Design and performance of the fragment separator ACCULINNA-2 // Physics of Particles and Nuclei Letters. — 2024. — Т. 21, 4(255). — С. 902—918. — ISSN 1547-4771. — DOI: 10.1134/S1547477124700973.

52. Kaminski G., Zalewski B., Belogurov S., Bezbakh A., Biare D., Chudoba V., Fomichev A., Gazeeva E., Golovkov M., Gorshkov A., Grigorenko L., Kostyleva

D., Krupko S., Muzalevsky I., Nikolskii E., Parfenova Y., Plucinski P., Quynh A., Serikov A., Sidorchuk S., Slepnev R., Sharov P., Szymkiewicz P., Swiercz A., Stepantsov S., Ter-Akopian G., Wolski R. Status of the new fragment separator ACCULINNA-2 and first experiments // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section B: Beam Interactions with Materials and Atoms. — 2020. — Т. 463. — С. 504—507. — DOI: 10.1016/j . nimb. 2019.03.042.

53. Bezbakh A. A., Chudoba V., Krupko S. A., Belogurov S. G., Biare D., Fomichev A. S., Gazeeva E. M., Gorshkov A. V., Grigorenko L. V., Kaminski G., Kiselev O. A., Kostyleva D. A., Kozlov M. Y., Mauyey B., Mukha I., Muzalevskii I. A., Nikolskii

E. Y., Parfenova Y. L., Piatek W., Quynh A. M., Schetinin V. N., Serikov A., Sidorchuk S. I., Sharov P. G., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Swiercz A., Szymkiewicz P., Ter-Akopian G. M., Wolski R., Zalewski B., Zhukov M. V. Evidence for the First Excited State of 7H // Phys. Rev. Lett. — 2020. — Янв. — Т. 124, вып. 2. — С. 022502. — DOI: 10.1103/PhysRevLett. 124.022502.

54. Muzalevskii I. A., Chudoba V., Belogurov S. G., Bezbakh A. A., Biare D., Fomichev A. S., Krupko S. A., Gazeeva E. M., Golovkov M. S., Gorshkov A. V., Grigorenko L. V., Kaminski G., Kiselev O., Kostyleva D. A., Kozlov M. Y., Mauyey B., Mukha I., Nikolskii E. Y., Parfenova Y. L., Piatek W., Quynh A. M., Schetinin V. N., Serikov A., Sidorchuk S. I., Sharov P. G., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Swiercz

A., Szymkiewicz P., Ter-Akopian G. M., Wolski R., Zalewski B. Detection of the Low Energy Recoil 3He in the Reaction 2H(8He,3He)7H // Bulletin of the Russian Academy of Sciences: Physics. — 2020. — Т. 84, № 4. — С. 500—504. — ISSN 1934-9432. — DOI: 10.3103/S106287382004019X.

55. Muzalevskii I. A., Bezbakh A. A., Nikolskii E. Y., Chudoba V., Krupko S. A., Belogurov S. G., Biare D., Fomichev A. S., Gazeeva E. M., Gorshkov A. V, Grigorenko L. V., Kaminski G., Kiselev O., Kostyleva D. A., Kozlov M. Y., Mauyey

B., Mukha I., Parfenova Y. L., Piatek W., Quynh A. M., Schetinin V. N., Serikov A., Sidorchuk S. I., Sharov P. G., Shulgina N. B., Slepnev R. S., Stepantsov S. V, Swiercz A., Szymkiewicz P., Ter-Akopian G. M., Wolski R., Zalewski B., Zhukov M. V. Resonant states in 7H: Experimental studies of the 2H(8He,3 He) reaction //

Phys. Rev. C. — 2021. — Апр. — Т. 103, вып. 4. — С. 044313. — DOI:

10.1103/PhysRevC.103.044313.

56. Nikolskii E. Y., Muzalevskii I. A., Bezbakh A. A., Chudoba V., Krupko S. A., Belogurov S. G., Biare D., Fomichev A. S., Gazeeva E. M., Gorshkov A. V, Grigorenko L. V., Kaminski G., Khirk M., Kiselev O., Kostyleva D. A., Kozlov M. Y., Mauyey B., Mukha I., Parfenova Y. L., Piatek W., Quynh A. M., Schetinin V. N., Serikov A., Sidorchuk S. I., Sharov P. G., Shulgina N. B., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Swiercz A., Szymkiewicz P., Ter-Akopian G. M., Wolski R., Zalewski B., Zhukov M. V. 6H states studied in the 2H(8He,4 He) reaction and evidence of an extremely correlated character of the 5H ground state // Phys. Rev. C. — 2022. — Июнь. — Т. 105, вып. 6. — С. 064605. — DOI: 10 . 1103/PhysRevC . 105 .

.

57. Nikolskii E., Muzalevskii I., Krupko S., Bezbakh A., Chudoba V., Belogurov S., Biare D., Fomichev A., Gazeeva E., Gorshkov A., Grigorenko L., Kaminski G., Khirk M., Kiselev O., Kostyleva D., Kozlov M., Mauyey B., Mukha I., Parfenova Y, Quynh A., Schetinin V., Serikov A., Sidorchuk S., Sharov P., Slepnev R., Stepantsov S., Swiercz A., Ter-Akopian G., Wolski R., Zhukov M. Study of proton and deuteron pickup reactions (d,3He), (d,4He) with 8He and 10Be radioactive beams at ACCULINNA-2 fragment separator // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section B: Beam Interactions with Materials and Atoms. — 2023. — Т. 541. — С. 121—125. — ISSN 0168-583X. — DOI: https : //doi .

.

58. U400M Accelerator / FLNR JINR. — URL: http : / / f lerovlab .jinr.ru/

.

59. Löchner S., Adamczewski-Musch J., Bräuning H., Frühauf J., Kurz N., Linev S., Minami S.and Witthaus M. POLAND — Low Current Profile Measurement Readout System : тех. отч. / GSI. — 2014. — GSI-SR2013-FG-CS—13. — DOI:

.

60. Bezbakh A. A., Belogurov S. G., Wolski R., Gazeeva E. M., Golovkov M. S., Gorshkov A. V., Kaminski G., Kozlov M. Y., Krupko S. A., Muzalevky I. A., Nikolskii E. Y., Ovcharenko E. V., Slepnev R. S., Ter-Akopian G. M., Fomichev A. S., Chudoba V, Sharov P. G., Schetinin V. N. A Neutron Spectrometer for Experiments with Radioactive Beams on the ACCULINNA-2 Fragment Separator // Instruments

and Experimental Techniques. — 2018. — Т. 61, № 5. — С. 631—638. — DOI:

.

61. Bezbakh A. A., Belogurov S. G., Chudoba V., Fomichev A. S., Gorshkov A. V., Grigorenko L. V., Kaminski G., Khirk M. S., Knyazev A. G., Krupko S. A., Mauyey B., Muzalevskii I. A., Nikolskii E. Y., Quynh A. M., Sharov P. G., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Ter-Akopian G. M., Wolski R. Detector Array for the 7H Nucleus Multi-Neutron Decay Study // Physics of Particles and Nuclei Letters. — 2023. — Т. 20, № 4. — С. 629—636. — ISSN 1531-8567. — DOI: 10 .1134/

.

62. Солнцев Ю. П., Степанов Г. А. Материалы в криогенной технике: Справочник. — Из-во "Машиностроение Ленинградское отделение, 1982.

63. Физические величины: справочник / под ред. И. С. Григорьева, Е. З. Мейли-хова. — Энергоатомиздат, 1991. — ISBN 5-283-04013-5.

64. РФЯЦ ВНИИЭФ - Всероссийский научно-исследовательский институт экспериментальной физики / ФГУП РФЯЦ-ВНИИЭФ. — URL: http : / /www .

.

65. Sidorchuk S., Bogdanov D., Fomichev A., Golovkov M., Oganessian Y., Rodin A., Slepnev R., Stepantsov S., Ter-Akopian G., Wolski R., Korsheninnikov A., Nikolskii E., Yukhimchuk A., Perevozchikov V., Vinogradov Y., Hanappe F., Materna T., Stuttge L., Ninane A., Roussel-Chomaz P., Mittig W. Experimental study of 4H in the reactions 2H(t,p) and 3H(t,d) // Phys. Lett. B. — 2004. — Т. 594, № 1. — С. 54—60. — ISSN 0370-2693. — DOI: https : //doi . org/10 . 1016/j .

.

66. Miki K., Kameya K., Sakai D., Urayama R., Imai N., Ishikawa S., Michimasa S., Ota S., Sasano M., Takeda H., Uesaka T., Haba H., Hara M., Hatano Y., Hayamizu T, Kobayashi N., TamiiA., Adachi S., Chillery T., Dozono M., Fujikawa Y., Fujita H., Fukuda N., Furuno T., Gao J., Goto S., Hanai S., Hayakawa S., Hijikata Y, Himi K., Hirai Y., Hwang J. W., Ichimura M., Inomoto D., Inoue M., Kasahara H., Kawabata T., Kishimoto K., Kitayama S., Kusaka K., Li J., Maeda Y., Maruta Y, Matsui T., Matsuzaki T., Nakai S., Nishibata H., Otake M., Saito Y., Sakai H., Sakaue A., Sato H., Sekiguchi K., Shimizu Y., Shimoura S., Stuhl L., Sumikama T, Suzuki H., Tsuji R., Tsuji S., Umetsu H., Utsuki Y., Wakasa T., Watanabe A., Yako K., Yanagisawa Y., Yokota N., Yonemura C., Yoshida K., Yoshimoto M. Precise Spectroscopy of the 3n and 3p Systems via the 3H(t, 3He)3n and 3He(3He, t)3p

Reactions at Intermediate Energies // Phys. Rev. Lett. — 2024. — Июль. — Т. 133,

вып. 1. — С. 012501. — DOI: 10.1103/PhysRevLett. 133.012501.

67. Фомичев А., Безбах А., Горшков А., Григоренко Л., Князев А., Крупко С., Никольский Е., Слепнев Р., Степанцов С., Шаров П., Кирдяшкин А., Максимкин И., Мусяев Р., Юхимчук А., Юхимчук А. Исследования нейтронно-избыточ-ных ядер в реакциях с радиоактивными пучками и криогенной тритиевой мишенью // ФИЗМАТ. — 2025. — 11 авг.

68. Miki K., Utsuki Y., Hara M., Hatano Y., Imai N., Inoue M., Itoh M., Kameya K., Kitayama S., Maruta Y., Matsuda Y., Saito Y., Sakai D., Uesaka T., Umetsu H., Urayama R., Wang J., Kamada K., Shoji Y., Yoshikawa A. Development and fabrication of a thick Ti-3H target for the 3H(t,3He)3n experiment at intermediate energies // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section A: Accelerators, Spectrometers, Detectors and Associated Equipment. — 2023. — Т. 1056. — С. 168583. — ISSN 0168-9002. — DOI: https://doi.org/10.

.

69. Kumagai H., Ozawa A., Fukuda N., Summerer K., Tanihata I. Delay-line PPAC for high-energy light ions // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section A: Accelerators, Spectrometers, Detectors and Associated Equipment. —

2001. — Т. 470, № 3. — С. 562—570. — DOI: 10 .1016/s0168-9002(01) .

70. Ottini-Hustache S., Mazur C., Auger F., Musumarra A., Alamanos N., Cahan B., Gillibert A., Lagoyannis A., Maillard O., Pollacco E., Sida J., Riallot M. CATS, a low pressure multiwire proportionnal chamber for secondary beam tracking at GANIL // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section A: Accelerators, Spectrometers, Detectors and Associated Equipment. — 1999. — Т. 431, № 3. — С. 476—484. — DOI: 10.1016/s0168-9002(99)00380-0.

71. Mesytec GmbH and Co. KGWernher-von-Braun-Str. 185640 Putzbrunn Germany. — URL: https://www.mesytec.com/.

72. ExpertRoot framework. — URL: http: //er. j inr. ru/.

73. Al-Turany M., Bertini D., Karabowicz R., Kresan D., Malzacher P., Stockmanns T., Uhlig F. The FairRoot framework // Journal of Physics: Conference Series. —

2012. — Т. 396, № 2. — С. 022001. — DOI: 10 . 1088/1742-6596/396/2/ .

74. Allison J., Amako K., Apostolakis J., Arce P., Asai M., Aso T., Bagli E., Bagulya A., Banerjee S., Barrand G., Beck B., Bogdanov A., Brandt D., Brown J., Burkhardt H., Canal P., Cano-Ott D., Chauvie S., Cho K., Cirrone G., Cooperman G., Cortes-Giraldo M., Cosmo G., Cuttone G., Depaola G., Desorgher L., Dong X., Dotti A., Elvira V., Folger G., Francis Z., Galoyan A., Garnier L., Gayer M., Genser K., Grichine V., Guatelli S., Gueye P., Gumplinger P., Howard A., Hrivnacova I., Hwang S., Incerti S., Ivanchenko A., Ivanchenko V., Jones F., Jun S., Kaitaniemi P., Karakatsanis N., Karamitros M., Kelsey M., Kimura A., Koi T., Kurashige H., Lechner A., Lee S., Longo F., Maire M., Mancusi D., Mantero A., Mendoza E., Morgan B., Murakami K., Nikitina T., Pandola L., Paprocki P., Perl J., Petrovic I., Pia M., Pokorski W., Quesada J., Raine M., Reis M., Ribon A., Ristic Fira A., Romano F., Russo G., Santin G., Sasaki T., Sawkey D., Shin J., Strakovsky I., Taborda A., Tanaka S., Tome B., Toshito T., Tran H., Truscott P., Urban L., Uzhinsky V., Verbeke J., Verderi M., Wendt B., Wenzel H., Wright D., Wright D., Yamashita T., Yarba J., Yoshida H. Recent developments in Geant4 // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section A: Accelerators, Spectrometers, Detectors and Associated Equipment. — 2016. — T. 835. — C. 186—225. — ISSN 0168-9002. — DOI: https ://doi . org/10 .1016/j .

.

75. Iwasa N., Weick H., Geissel H. New features of the Monte-Carlo code MOCADI // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research B. — 2011. — T. 269, № 8. — C. 752—758. — DOI: 10.1016/j . nimb. 2011.02.007.

76. Ziegler J., Biersack J., Littmark U. The Stopping and Range of Ions in Solids. — Pergamon, 1985. — (Stopping and ranges of ions in matter). — ISBN 9780080216034. — URL: https : / /books . google . ru/books? id =

.

77. Winger J., Sherrill B., Morrissey D. INTENSITY: a computer program for the estimation of secondary beam intensities from a projectile fragment separator // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section B: Beam Interactions with Materials and Atoms. — 1992. — T. 70, № 1. — C. 380— 392. — ISSN 0168-583X. — DOI: https :// doi . org / 10 . 1016 / 0168 -

.

78. GSI. MOCADI is a MC simulation program to calculate the transport of primary beams, projectile fragments, and fission fragments or fusion products through ion optical systems described by third or fifth order transfer matrices and through

layers of matter. — URL: .

79. Iwasa N., Geissel H., Munzenberg G., Scheidenberger C., Schwab T., Wollnik H. MOCADI, a universal Monte Carlo code for the transport of heavy ions through matter within ion-optical systems // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section B: Beam Interactions with Materials and Atoms. — 1997. — T. 126, № 1. — C. 284—289. — ISSN 0168-583X. — DOI: https : //doi .

. — International Conference on Electromagnetic Isotope Separators and Techniques Related to Their Applications.

80. The program LISE++ has been developed to calculate the transmission and yields of fragments produced and collected in a spectrometer. — URL: https: //lise.

.

81. Tarasov O., Bazin D. LISE++: Radioactive beam production with in-flight separators // Nuclear Instruments and Methods in Physics Research Section B: Beam Interactions with Materials and Atoms. — 2008. — T. 266, № 19/20. — C. 4657—4664. — DOI: 10.1016/j .nimb.2008.05.110.

82. Tarasov O. Analysis of momentum distributions of projectile fragmentation products // Nuclear Physics A. — 2004. — T. 734. — C. 536—540. — ISSN 0375-9474. — DOI: 10.1016/j .nuclphysa. 2004.01.099.

83. Hubert F., Bimbot R., Gauvin H. Range and stopping power tables for 2.5-500 MeV/Nucleon heavy ions in solids // ATOMIC DATA AND NUCLEAR DATA TABLES. —. — T. 46, № 1. — C. 1—213.

84. ATIMA is a program developed at GSI which calculates various physical quantities characterizing the slowing down of protons and heavy ions in matter for specific kinetic energies ranging from 1 keV/u to 450 GeV/u. — URL: https : //web-

.

85. Baz A., Gol'danskii V., Gol'dberg V., Zel'dovich Y. B. Light and intermediate nuclei near the limits of nucleon stability; Legkie i promezhutochnye yadra vblizi granits nuklonnoi stabil'nosti. — 1972.

86. Golovkov M. S., Grigorenko L. V., Fomichev A. S., Oganessian Y. T., Orlov Y. I., Rodin A. M., Sidorchuk S. I., Slepnev R. S., Stepantsov S. V., Ter-Akopian G. M., Wolski R. Estimates of the 7H width and lower decay energy limit // Phys. Lett. B. — 2004. — T. 588. — C. 163.

87. Grigorenko L. V, Mukha I. G., Scheidenberger C., Zhukov M. V. On two-neutron radioactivity and four-nucleon emission of exotic nuclei // Phys. Rev. C. — 2011. — Т. 84. —021303(R).

88. Sharov P. G., Grigorenko L. V., Ismailova A. N., Zhukov M. V. Pauli-Principle Driven Correlations in Four-Neutron Nuclear Decays // JETP Letters. — 2019. — Т. 110, № 1. — С. 5—14. — ISSN 1090-6487. — DOI: 10 . 1134/

.

89. Korsheninnikov A. A., Nikolskii E. Y., Kuzmin E. A., Ozawa A., Morimoto K., Tokanai F., Kanungo R., Tanihata I., Timofeyuk N. K., Golovkov M. S., Fomichev A. S., Rodin A. M., Chelnokov M. L., Ter-Akopian G. M., Mittig W., Roussel-Chomaz P., Savajols H., Pollacco E., Ogloblin A. A., Zhukov M. V. Experimental Evidence for the Existence of 7H and for a Specific Structure of 8He // Phys. Rev. Lett. — 2003. — Февр. — Т. 90, вып. 8. — С. 082501. — DOI: 10 . 1103/

.

90. Caamano M., Cortina-Gil D., Mittig W., Savajols H., Chartier M., Demonchy C. E., Fernandez B., Gomez Hornillos M. B., Gillibert A., Jurado B., Kiselev O., Lemmon R., Obertelli A., Rejmund F., Rejmund M., Roussel-Chomaz P., Wolski R. Resonance State in 7H // Phys. Rev. Lett. — 2007. — Авг. — Т. 99, вып. 6. — С. 062502. — DOI: 10. ИОЗ/PhysRevLett. 99.062502.

91. Nikolskii E. Y., Korsheninnikov A. A., Otsu H., Suzuki H., Yoneda K., Baba H., Yamada K., Kondo Y., Aoi N., Denikin A. S., Golovkov M. S., Fomichev A. S., Krupko S. A., Kurokawa M., Kuzmin E. A., Martel I., Mittig W., Motobayashi T., Nakamura T., Niikura M., Nishimura S., Ogloblin A. A., Roussel-Chomaz P., Sanchez-Benitez A., Satou Y., Sidorchuk S. I., Suda T., Takeuchi S., Tanaka K., Ter-Akopian G. M., Togano Y., Yamaguchi M. Search for 7H in 2H +8 He collisions // Phys. Rev. C. — 2010. — Июнь. — Т. 81, вып. 6. — С. 064606. — DOI: .

92. Aleksandrov D. V, Ganza D. V., Glukhov Y. A., Novatskij B. G., Ogloblin A. A., Stepanov D. N. Observation of unstable superheavy hydrogen isotope 6H in the 7Li(7Li, 8B) reaction // Yadernaya Fizika. — USSR, 1984. — Т. 39, № 3. — С. 513—517. — ISSN 0044-0027. — URL: http : //inis . iaea. org/search/

.