Искусство соцреализма как культурно-антропологическая и художественно-коммуникативная система: исторические основания, специфика дискурса и социокультурная роль тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 09.00.04, доктор философских наук Круглова, Татьяна Анатольевна

  • Круглова, Татьяна Анатольевна
  • доктор философских наукдоктор философских наук
  • 2005, ЕкатеринбургЕкатеринбург
  • Специальность ВАК РФ09.00.04
  • Количество страниц 430
Круглова, Татьяна Анатольевна. Искусство соцреализма как культурно-антропологическая и художественно-коммуникативная система: исторические основания, специфика дискурса и социокультурная роль: дис. доктор философских наук: 09.00.04 - Эстетика. Екатеринбург. 2005. 430 с.

Оглавление диссертации доктор философских наук Круглова, Татьяна Анатольевна

5

РАЗДЕЛ 1. Соцреализм как культурная парадигма

Глава 1. Дискурс соцреализма в контексте становления советского сознания и языка.

1.1. Дискурс невозможного.

1.2. Принцип неопределенности.

1.3. Демократический централизм и его художественные модификации.

1.4. ? Идеологический язык.

1.5. Диалектика по-советски.

1.6. Институциональные границы соцреализма.

Глава 2. Культурно-антропологические основания соцреалистической коммуникации: проект «новый человек» в советской повседневности.

2.1.Тоталитарность как концептуальная рамка «нового человека».

2.2.«Новый человек» как предмет культурной антропологии.

2.3.Идеология вместо традиции: идентификация «сверху».

2.4.Е'роцесс «превращения» и «перековки» советского человека.

2.5.Советская повседневность: феномен коммунальной общности.

2.6.«Негативная антропология»: философские истоки и экзистенциальные смыслы.

2.7.Инфантилизация «нового человека» и художественные реакции на нее.

РАЗДЕЛ П. Соцреализм как производство авторов и адресатов советского искусства

Главй 1. Новый человек как адресат соцреализма.

1.1. Восстание адресатов: диктатура воспринимающего сознания.

1.2. Портрет нового адресата.

1.3. ' Адресат как соавтор художественного процесса

Глава 2. Художник соцреализма: новая концепция автора.

2.1. Гений народа против индивидуального гения. Социокультурные условия становления советского художника.

2.2. Кризис авторского сознания: «смерть автора» по-советски.

2.3. Онтология вненаходимости и трансформация ответственности автора.

2.4. Автор и герой в советской ситуации.

2.5. «Идеальный тип» автора соцреализма.

2.6. Горький как зеркало автора-соцреалиста.

Глава 3. Типология советских' художников и стратегий приобщения к соцреализму.

3.1. Обоснование разнообразия эстетических путей вхождения в соцреализм.

3.2. Эволюция автора от авангардиста к соцреалисту.

3.3. Автор-попутчик.'.

3.4. Автор-игрок.

Глава 4. Искусство приспособления: природа эстетического конформизма.

4.1. Поэтика художественного компромисса.

4.2. Поэтика «жертвоприношения».

4.3. Поэтика соблазна приобщения.

РАЗДЕЛ Ш. Специфика художественности соцреализма

Глава 1. Соцреализм в контексте консервативной реакции мировой культуры 1930-х- начала 1950-х годов.

1.1. Реставрация как «дегуманизация» наоборот.

1.2. Советское искусство как вариант мифа о вечном возвращении.

1.3. Прошлое как объект творчества.

1.4. Утилизация и рециклизация наследия.

1.5. Культ личности и культ классиков.

1.6. Советский «неоклассицизм».

1.7. Исторические аналоги соцреалистического искусства.

Глава 2. Концепт «образности» в соцреализме. Заказ на реалистичность.

2.1. Теоретическое обоснование связи реализма и социализма.

2.2. Исторические прототипы установки на реализм.

2.3. Соцреализм в контексте «реализмов» XX века.

2.4. Реализм и иллюзионизм.

2.5. Соцреализм в контексте визуализации культуры XX века.

2.6. . Соцреализм как декорация советского образа жизни.

2.7. Речевое зрение.

Глава 3. Поэтика соцреализма.

3.1. Борьба с формализмом и ее социокультурные истоки.

3.2. Комфортная условность.

3.3. Медиальная поэтика.

3.4. Авторитарное слово как первичный элемент поэтики соцреализма.

3.5. Квазихудожественный характер произведения соцреализма.

Рекомендованный список диссертаций по специальности «Эстетика», 09.00.04 шифр ВАК

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Искусство соцреализма как культурно-антропологическая и художественно-коммуникативная система: исторические основания, специфика дискурса и социокультурная роль»

Актуальность темы исследования. Переходный период, в котором пребывает современное российское общество, характеризуется противоречивым отношением к недавнему прошлому, важнейшей частью которого было советское искусство. Стало очевидно, что, быстро сломав политическую и экономическую систему, невозможно столь же стремительно сменить культурные практики, ментальные стереотипы, социально-психологические и ценностные ориентиры, эстетические вкусы и стилевые предпочтения. Современная наука о человеке доказала, что вытесненные в коллективное подсознательное события и связанные с ними значения, в том числе травматические, проявляются в дальнейшей жизни социума и индивида тормозящим развитие образом. В сегодняшней ситуации советское наследие либо отбрасывается, либо эстетизируется. Но эстетическое умиление делает ненужным теоретическое понимание. Дистанция в двадцать лет, отделяющая нас от советского периода, уже достаточна для проведения эффективных аналитических процедур объяснения и герменевтических - понимания. Восстановление «связи времен» в отечественном искусстве только тогда может способствовать социальной гармонизации, когда советское прошлое займет необходимое и неустранимое место в исторической памяти.

Особенно ярко вышеуказанные симптомы проявляются в связи с употреблением словосочетания «социалистический реализм» в гуманитарном сообществе и публичном пространстве. Модели соцреализма объявляются устаревшими как с философско-эстетической, так и с художественно-праюической точки зрения. Тем не менее, историки искусства XX века постоянно сталкиваются с невозможностью полностью игнорировать мощное влияние соцреалистического дискурса на художественное поле отечественной культуры, а постсоветские адресаты продолжают потреблять классические произведения соцреализма.

Учебные и академические издания последних лет, претендующие на полный обзор отечественной художественной культуры от истоков до наших дней (например, Т. С. Георгиева «История русской культуры», М., 1998, JI.A. Рапацкая «Русская художественная культура», М., 1997) в своем большинстве либо обходят стороной основной поток советского искусства, делая акцент на пересказе отношений художников и власти, либо разделяют все, созданное в этот период, на «художественные произведения с общечеловеческим звучанием» (эта формула не только не проясняет, но запутывает проблему) и те произведения, которые «обслуживали тоталитарную систему». Прй этом игнорируются принципы историзма, предполагающие сродство произведений одной эпохи и одного региона на эстетическом, стилистическом, экзистенциальном уровне общности. Можно выделить всего несколько монографий, предлагающих концептуальное прочтение истории отечественного искусства в XX веке: М. Голубков «Русская литература XX века. После раскола» (М., 2001), Е. Деготь «Русское искусство XX века» (М., 2000), Н. Степанян «Искусство России XX века. Взгляд из 90-х» (М., 1999). Однако все они построены на материале отдельных видов искусства, то есть носят искусствоведческий характер. Задача нашей работы - восполнить пробел, предложив философско-эстетическую и историко-теоретическую модель советского искусства периода конца 1920-х - начала 1950-х годов.

Первая трудность построения теоретически отрефлексированной и фактически полной истории отечественного искусства советского периода заключается в том, что пока не разведены два понятия: советское искусство и соцреализм. При разности вкусов и методологических позиций все исследователи справедливо сходятся в одном: ни логически, ни исторически, ни по набору художественных произведений они не совпадают. Поэтому необходимо разобраться в том, как пересекаются круги их значений, в каком структурном и функциональном отношениях друг к другу они находятся. Анализ специфики советского искусства и должно быть направлен на выявление исторических оснований и условий этой взаимообусловленности. Тогда набор имен авторов и произведений, попадающих в историю отечественного искусства XX века советского периода, будет не случайным, а репрезентативным, концептуально оправданным.

Другая трудность связана с тем, что все, что написано было о соцреализме в период его монопольного положения, а это огромный круг источников, само нуждается в дискурсивном анализе. Самоописания соцреализма в виде его теории, художественной критики, постановлений партии и правительства по его поводу не могут выступать в качестве прямых источников для анализа эстетдки и поэтики соцреализма, так как не выполняют аналогичной функции метахудожественной рефлексии в искусстве Нового и Новейшего времени. Дело в том, что теория соцреализма не была, по крайней мере, в сталинско-ждановский период, теорией в строгом смысле этого слова, а, скорее, манифестацией принципов и апологией эталонных произведений. Рефлексия по поводу собственных оснований, истоков, интертекстуальных связей, места в системе власти и идеологии, всегда сложная для современников и участников художественного процесса любого типа искусства, в данном случае была категорически табуизирована. Как следствие, теоретические и художественно-критические источники встраиваются в общую тенденцию к сокрытию истины, фальсификации, подмены значений, которая характерна для тоталитарных культур. Ярко выраженный идеологический характер этих источников требует специальных процедур деконструкции того действительного содержания, которое за ними скрывается. Необходимо привлекать источники иного рода: «человеческие документы» участников художественной коммуникации, поправки редакторов, протоколы заседаний художественных советов, приемочных комиссий, читательских и зрительских конференций, письма читателей и зрителей в средствах массовой информации и т.п. Это может дать большое приращение смысла, так как в этих источниках репрезентируются не столько официальные требования власти, сколько бессознательные установки всех агентов системы.

Очевидно, что соцреализм выступал в этот период в качестве властной силы, организующей поле художественного производства и потребления, определяющей правила игры всех агентов, и в качестве самих произведений, носящих эталонный характер для всей художественной системы. Констатация этого факта заставляет рассмотреть феномен советского искусства в том отношении, как большинство его авторов и текстов реагировали, откликались, зависели, провоцировались, соблазнялись соцреалистическими образностью, поэтикой, правилами творческого поведения. Но и сам соцреализм можно понять только в контексте советской культурной системы, как ее специфический продукт. Главная посылка, из которой необходимо следовать: нельзя интерпретировать искусство советского периода, не проделав работы по анализу «следов» соцреалистического дискурса в любом его проявлении, поскольку в реальном историческом времени и пространстве это была самая мощная по задействованным ресурсам сила, опирающаяся на власть во всех ее видах (политическую, экономическую, идеологическую, символическую - в форме некоторых отечественных культурных традиций) и на новый субъект истории - массу «новых людей». Последовательное построение анализа в таком ключе будет исторически конкретным и логически непротиворечивым при учете других, очень важных факторов, участвующих в конструировании новой социалистической художественной культуры - российских мировоззренческих и художественных традиций, актуального западного опыта, который был так или иначе доступен, позднего фольклора, становящейся массовой культуры индустриального общества, и т.д.

Важность анализа такого предиката искусства, как «советское», связана и с необходимостью учета в философии и истории искусства региональной спецификации искусства. В искусствознании активно используются такие характеристики искусства как, например, европейское», «американское», «восточное» и т.п. В этом плане существует большая фактографическая литература по отдельным видам искусства, разнесенная по рубрикам, например, «кинематограф социалистических стран» или «литература народов СССР». Как правило, эти направления исследования ограничиваются вычленением общих для данного региона проблем, мотивов, изобразительно-выразительных средств. Порождающие региональную специфику ментальные матрицы чаще всего попадают за скобки таких работ. Не разработана философская модель советского типа искусства как специфического культурно-регионального феномена, который осуществился в истории XX века.

Кроме того, важность изучения предиката «советское» связана с теоретическим интересом к таким типам искусства, которые развивались в гетерономном поле культуры. Это такие явления художественной культуры XX века, как массовое искусство, кич, кэмп, салонное искусство, примитив, художественная самодеятельность, коммерческое искусство, искусство государственного заказа. Все эти феномены определяются доминантой внехудожественных функций и влияний, критерий их ценности находится за пределами автономного поля культуры. Чаще всего они анализируются сквозь призму культурологической и социологической методологии, их эстетическая специфичность пока слабо концептуализирована. Соцреализм попадает в этот круг явлений благодаря доминанте идеологического заказа, предикат "социалистический" - из гетерономного поля - прилагается к термину «реализм» - из автономного поля искусства. Поэтому задачей философии искусства должна стать выработка такой системы координат, по которой можно описать соцреализм, не искажая его суть не соответствующей ему эстетической методологией. Большинство итоговых трудов по истории и философии искусства написаны с позиций классической или модернистской эстетики, то есть с позиций агентов автономного поля культуры. Как правило, логика этих трудов построена на материале анализа таких институциональных форм искусства как «художественное направление», художественный стиль», что предполагает обязательное вычленение оригинальных автора, проекта и формы воплощения на отметке шедевра. Соцреализм не попадает в эти итоговые истории, так как не отвечает избранным критериям.

Постмодернистская философия искусства существенно расширила объем материала культуры, удостоенного попасть в музей искусства XX века. Она стимулировала изучение способов работы художников XX века с неоригинальными, серийными, тиражированными продуктами культуры, например, с рекламой, СМИ. Сменились критерии отбора и оценивания, к произведению искусства как единице истории искусства добавился артефакт, но сам механизм художественного развития виделся непоколебленным. Постмодернистские авторы продолжают общую стратегию западной культуры, которая постоянно проводит демаркационную линию между устаревшим и актуальным искусством. Но, на наш взгляд, поле исследований необходимо расширить, направив интерес по ту сторону актуально продвинутого искусства. Соцреализм явно выпадает из сферы, очерченной понятиями «актуальное, современное искусство». Философия искусства должна, наконец, обратить внимание на так называемое «консервативное искусство», которое в XX веке представлено довольно масштабно. Практически во всех словарях1 по художественной культуре XX века остается за скобками объяснение широкой распространенности и причин востребованности этого типа художественной культуры. Игнорируется тот социологический факт, что консерватизм достиг размаха и стал мощной, влиятельной силой, получив государственную и массовую поддержку в странах тоталитарных режимов. Невозможно больше обходить философским вниманием существование глобальных и сущностных для XX века противоречий между масштабом и мощью банального, в том числе и зла, с одной стороны, и хрупкостью творчески-оригинального, с другой.

Очевидно пока одно: культура и искусство в XX веке развиваются не по восходящей линии, а как чередование различных фаз: вызов модернизации и ответная реакция на него. Понять консерватизм и модернизм как две стороны одного процесса - насущная задача философии искусства. Эстетические теории, которые порождались магистральной линией развития модернистской парадигмы, делали предметом своего размышления инновации, стимулирующие способность искусства видоизменяться, обновляться. Модернизм и есть постоянно воспроизводимая доминанта изменчивости над устойчивостью, культ новизны. Культура XX века с неизбежностью должна была породить и противоположную реакцию, вызванную потребностью в стабильности, в определенном смысле -остановке времени. Вписывая соцреализм в общую консервативную реакцию, нельзя и полностью растворить его в ней. Необходимо найти точное соотношение всех эстетических, художественных, общекультурных потоков XX века, пересечение которых создало такой тип искусства как соцреализм.

Степень научной разработанности обозначенного проблемного поля невозможно определить однозначно в силу его многоаспектности и междисциплинарности. Прежде всего, нас интересовали отечественные разработки периода конца 1980-х - до начала 2000-х годов. Именно тогда стало- возможным интерпретировать соцреализм не только как совокупность текстов, но и с точки зрения анализа тех концептов, которые накопились в литературе о самом соцреализме в сталинский, «оттепельный», позднесоветский и постсоветский периоды. Иначе говоря, для нас имеют равное значение и художественная практика соцреализма, и обсуждения, дискуссии, споры о нем, его месте в культуре.

Поэтому первая группа авторов, представляющих для нас интерес, это ученые, изучающие то, что можно в самом широком смысле слова назвать советским социокультурным дискурсом. Сюда относятся многочисленные рабо:ы М. Рыклина о соотношении советского сознания, языка, телесности и тоталитарной власти; Смирнова И. об обусловленности специфики психотипов творцов природой тоталитарной ментальности; многочисленные работы немецкого специалиста по советской культуре Гюнтера X.; М. Алленов и JI. Ржевский обратились к выявлению абсурдного характера основных терминов, категорий и определений соцреализма; отдельно нужно выделить литературу социолингвистического плана, исследователей советского языка, речи и дискурса, которые помещали их в широкий культурный и идеологический контекст: это труды Г. Винокура, Н. Кожевниковой, Н. Купиной; М. Эпштейна, А. Романенко. Разработке институциональных аспектов соцреализма посвящены исследования Лозаннской школы славистов: Л. Геллера, А. Бодэна, Т. Лахусена.

Наиболее общие концепции тоталитарной культуры, мышления и языка в интересующем нас повороте к искусству разрабатывали X. Арендт, Т. Адор.чо, Э. Фромм, В. Беньямин, Ж.-Л. Нанси, Ф. Лаку-Лабарт, С. Жижек, С. Зонтаг. Много сделали в плане поиска отличительных признаков российской модернизации и искусства при тоталитаризме М. Рыклин, Л. Гудков, А. Якимович, И. Смирнов, Л. Ионин, Н. Козлова, И. Голомшток, А. Генис, А. Гольдштейн, М. Берг, Б. Гройс.

Методы социальной и культурной антропологии, прежде всего, П. Бурдье, применили к советской повседневности Н. Козлова, И. Сандомирская, К. Богданов, И. Утехин, С. Бойм, предложив для описания советской повседневности, сформировавшейся в условиях взаимодействия российских социальных традиций и тоталитарных методов конструирования действительности категорию «коммунальности». Особенностями коммунального сознания, коммунальной речи и коммунального видения занимались М. Рыклин, В. Тупицын, Е. Деготь, Ю. Мурашов, А. Гольдштейн. Итоговый социально-психологический и антропологический портрет нового человека составился благодаря работам Р. Кайуа, Ю. Щеглова, Л. Гудкова, Л. Ионина, Л. Карасева, А. Якимовича, М. Геллера, И. Кабакова, Л. Гинзбург, Л. Ржевского. Философский уровень анализа антропологических трансформаций и их последствий был задан концепцией негативной диалектики Т. Адорно, гипотезой дефицитарности человеческой природы А.

Гелена, трактовками связи неклассической рациональности и советского типа сознания, предложенными М. Мамардашвили. Специфическую советскую метафизику и экзистенцию на конкретном материале, искусства анализировали А. Недель, Н. Друбек-Майер, И. Кабаков, J1. Карахан, Б. Гройр.

О роли идеологии в конструировании социального порядка, сознания, языка и художественной культуры писали Плаггенберг III., Гирц К., Зонтаг С., Марквард О., Эпштейн М., Гудков J1.

Тематизируя место адресата в художественной коммуникации, мы опирались на положения рецептивной эстетики, идеи М. Бахтина, легшие в основу общего в эстетике XX века коммуникативного поворота, В. Тюпы о ведущей роли адресата в трансформации парадигм искусства, эстетические теории искусства, трактующие его сущность как социально-коммуникативную (А. Еремеева, С. Раппопорта и М. Кагана). Важнейшим источником стали труды по социологии чтения JI. Гудкова, Б. Дубина, Т. Лахусена. Материал для анализа вкусов, предпочтений массового советского адресата как заказчика нового искусства дали Е. Добренко, Туровская М., Розинер Ф., Чередниченко Т., Зоркая Н.

По проблеме автора существует огромная литература, которую можно разделить на следующие группы. Во-первых, философско-эстетическая концепция автора М. Бахтина, идеи о трансформации авторского сознания и статуса автора в XX веке Барта Р., Тюпы В., Есаулова И., Библера В., Берга М., Гройса М., Мандельштама О., Смирнова И. Во-вторых, работы, посвященные исследованию историко-культурных и социально-эстетических особенностей и процессов формирования авторских личностей в первой половине XX века в целом и в России в частности: Е. Добренко, К. Богемской, Голубкова М., Чудаковой М., Литовской М., Снигиревой Т., Прокофьева В., Белой Г. В-третьих, работы исследователей, тематизирующих многообразие авторских стратегий в условиях советской цензуры, государственного заказа, давления массового адресата: А.

Жолковского, М. Гаспарова, М. Голубкова, Т. Чередниченко, Б. Парамонова, С. Рассадина, А. Белинкова, Щеглова Ю., М. Берга, Е. Деготь, Б. Зингермана, Г. Ревзина. Особую группу составили те источники по «горьковедению», в которых делался акцент на мировоззренческих, социально-поведенческих и философско-эстетических концептах творчества М. Горького: это работы С. Сухих, М. Агурского, Б. Парамонова, В. Гудова, В. Юдина, Г. Гуковского.

Р?;бот, в которых бы предлагались философские концепции для объяснения особенностей соцреализма как эстетической модели всех видов искусства, крайне мало. Гипотезы высокого уровня обобщения, которые помогли нам построить такую модель, мы нашли у К. Кларк, Р. Робин, Б. Гройса, М. Ямпольского, В. Тюпы, В. Паперного, X. Гюнтера, Е. Деготь, А. Якимовича, А. Гольдштейна. :

Для достижения целостности и системности в интерпретации соцреализма мы опирались на материал практически всех видов искусства. Использовались работы искусствоведов, специализирующихся на советском периоде, прежде всего тех, кто вписывал искусство в политико-эстетический проект власти. Наиболее активно разрабатывались проблемы соцреализма на материале литературы, здесь можно выделить несколько групп исследователей и направлений. Начатое американскими и европейскими славистами и подхваченное российскими учеными направление объяснения эстетики и поэтики ! соцреализма структуралистскими и постструктуралистскими методами дало огромный материал для обобщений. Их анализ выявил в устройстве соцреализма признаки архаических, фольклорных, религиозных, мифологических структур коллективного бессознательного, что позволило трактовать соцреализм как укорененный в культуре, а не произвольно сконструированный властью. К этой группе можно отнести труды К. Кларк, Р. Робин, Н. Тумаркин, У. Юстус, X. Гюнтера, а также постоянно работающих в общих европейских проектах А. Жолковского, Ю. Щеглова, М. Ямпольского, А. Эткинда, Г. Фрейдина, JI. Ржевского, Е. Добренко, М. Гаспарова.

В области изобразительного искусства и архитектуры необходимо отметить работы А. Морозова, М. Алленова, Е. Деготь, М. Тупицыной, В. Паперного, И. Голомштока, А. Якимовича, А. Иконникова, Е. Бобринской, В. Тупицына, Г. Яковлевой, С. Хан-Магомедова, М. Германа, В. Полевого, Н. Адаскиной, Г. Ревзина, М. Чегодаевой, М. Золотоносова.

В киноведческих исследованиях актуализацией советской специфичности занимались Цивьян В., Булгакова О., Нусинова Н., Жолковский А., Мурашов Ю., Ямпольский М., Клейман Н., Туровская М., Энце-лсбергер М., Хэнсген С. Меньше всего повезло музыковедению: работ, посвященных соцреализму в музыке, крайне мало. Полезными оказались исследования Т. Чередниченко, Ф. Розинера, Н. Шахназаровой, С. Раппопорта.

В целом можно зафиксировать недостаточность в современной эстетической мысли методологических конструктов для описания таких сложных, пограничных и гибридных по своей природе феноменов как соцреализм и советское искусство, и определенную исчерпанность категорий классической и модернистской философии искусства. Для решения обозначенных выше задач необходимо выработать новую методологию, опирающуюся на смежные с эстетикой области. Этим объясняется подавляющее количество современных работ широкого гуманитарного профиля. Тем не менее, мы не покидаем область эстетики, постоянно центрируя свой интерес на главном объекте - художественном процессе соцреализма и поиске границ художественности в предложенных историей социокультурных обстоятельствах места и времени.

Цели и задачи исследования.

Главной целью работы является философско-эстетическая реконструкция искусства социалистического реализма как исторической системы в единстве ее коммуникативных, культурно-антропологических, идеологически-дискурсивных и художественных координат.

Достижение поставленной цели повлекло за собой решение ряда исследовательских задач:

1. Вычленение основного порождающего ядра соцреализма - его дискурса, организующего все звенья художественной системы от автора до адресата; поиск оснований художественной специфики соцреализма в контексте советского сознания и речевых практик; анализ идеологической составляющей метахудожественного уровня соцреализма;

2. Анализ культурно-антропологических характеристик нового человека как предмета соцреализма; поиск необходимых социокультурных факторов и исторических условий, при которых образуется, закрепляется и воспроизводится человеческий тип, испытывающий потребность в соцреалистическом искусстве.

3. Характеристика основных звеньев художественной коммуникации: адресата и автора соцреализма; выявление конструктивной роли адресата в художественном процессе, его влияния на формально-содержательные составляющие советского искусства.

4. Исследование проблемы автора соцреализма в контексте эстетических теорий, концептуализирующих трансформации авторского сознания в XX веке; теоретическое выведение модели «идеального типа» автора соцреализма.

5. Типологизация авторских стратегий приобщения к соцреализму на базе различных исходных эстетических платформ и поколенческих габитусов.

6. Исследование способов приспособления к соцреалистическому дискурсу на уровне художественного сознания авторов и поэтики произведений искусства.

7. Выявление социокультурных, повседневных, экзистенциальных оснований, содержательно определивших ведущие концепты соцреализма: «жизнь в революционном развитии», «народность», «жизнеподобная образность», «борьба с формализмом».

8. Вписывание соцреализм в контекст художественных и эстетических тенденций мирового искусства и культуры в период 1930-х - начала 1950-х годов.

9. Деконструкция концепта «реализм», выявление в нем скрытого содержания, соотнесенение требования «реалистичности» с другими важнейшими установками советской культуры.

10.Систематизация основных категорий поэтики соцреализма: специфика художественной условности, отношение к форме, языку; определение содержательно-смысловых и формально-стилистических границ художественности в соцреализме.

Методологические основания исследования:

Во-первых, в основу исследования положены принципы историзма, следование которым позволяет точно определить степень уникальности советского искусства.

Во-вторых, системный подход к искусству соцреализма дает возможность максимально объективного взгляда на его природу, позволяет избежать односторонне идеологической трактовки его существования в культуре.

В-третьих, использован метод восхождения от мировоззренческих и социально-исторических оснований советской культуры к экзистенциальным, эстетическим и формально-стилистическим особенностям ее искусства.

В-четвертых, социологический и культурно-антропологический подходы открывают целое поле неизученных ранее закономерностей развития художественного процесса, в результате которых соцреализм предстает не навязанным властью в одностороннем порядке проектом, а постепенно складывающейся художественной практикой.

В-пятых, применение классических категорий философской эстетики: художественная условность, образность, форма, поэтика, художественность позволяет трактовать соцреализм как специфический тип искусства, особую эстетическую целостность, преодолеть вульгарно-социологический подход к советскому искусству и излишнее морализаторство в оценивании его продуктов.

В-шестых, активно привлекается метаэстетический подход, представленный анализом концептов теории, художественной критики, цензуры соцреализма.

Сановная линия исследования строится на гибком и равноправном сочетании анализа самих художественных текстов соцреализма и удерживании в пространстве теоретических дискуссий, обсуждающих концептуальные модели, сквозь призму которых может быть уловлена уникальность соцреализма.

Содержательно логика и структура диссертации строится следующим образом: от прояснения дискурсивных основ соцреализма как типа искусства, возникающего и ^функционирующего только при постоянной поддержке идеологической риторики и институтов власти, через анализ центральной проблемы как культуры, так и искусства - «нового человека», последовательно исследуемого как реальный продукт эпохи социалистической модернизации, как адресат советского искусства и как его творец. Логика эстетического исследования с необходимостью завершается анализом внутрихудожественных связей соцреализма, системным пониманием его содержательно-смысловых и формально-стилевых характеристик, его поэтики. Работа заканчивается ответами на главные вопросы любой философии искусства: что есть произведение искусства в данной художественной системе? Каковы его границы? Каков его социокультурный статус? Как отличить его от других артефактов культуры этой эпохи?

Научная новизна работы: - новой является, прежде всего, сама тема диссертационного исследования. При всем фактическом богатстве отечественного искусствоведения важнейший феномен культуры и искусства - соцреализм, во многом определивший судьбу, лицо и память отечественного искусства в XX веке, ни разу не являлся предметом самостоятельного системного исследования.

- новой для отечественной эстетики является методология, ранее недостаточно использованная для анализа искусства: культурно-антропологический подход, коммуникативный, деконструкция концептов дискурса.

- новым является целый ряд тематизаций соцреализма: отношение к трансцендентальному; экзистенциальная проблематика; соцреализм и господство визуальных образов; соцреализм и практики повседневности; исторические аналоги соцреалистического произведения искусства;

- новым является взгляд на соцреализм и советское искусство в целом не как на отклонение от магистрального пути развития искусства XX века, а в контексте его важнейших парадигматических констант: массовости, власти идеологий, травм модернизации, антропологических экспериментов, утопизма, неомифологизма, неотрадиционализма, «смерти автора».

Апробация работы. Результаты исследования прошли апробацию на ежегодных научно-практических конференциях Гуманитарного университета, Международной филологической школе «Русская литература первой трети XX века в контексте мировой культуры», международных семинарах по тендерным исследованиям, международной научной конференции «Толерантность в контексте многоукладности российской культуры», межвузовской научной конференции, посвященной 125-летию со дня рождения П.П. Бажова, Весенних искусствоведческих чтениях «Россия и

Германия: опыт художественного взаимодействия», ежегодных ассамблеях ►

Уральской государственной консерватории, международном образовательном проекте (Екатеринбург/Нанси, Франция: «Россия. Идеи и люди). На философском факультете Уральского госуниверситета несколько лет читался авторский спецкурс «Соцреализм в контексте мировой Ахудожественной культуры XX века». По теме диссертации опубликовано 34 работы.

Научно-практическая значимость исследования. Результаты диссертационного исследования могут быть использованы в курсах «История советской культуры и искусства», «Философия культуры», «Эстетика», а также составить основу специализированных курсов, посвященных тоталитарному искусству, социологии искусства, методологическим проблемам искусствознания и философии искусства. Данная работа может представлять интерес для учителей гуманитарных гимназий, специализированных филологических классов, работников культурной сферы, отделов учреждений искусства по менеджементу и маркетингу. Материалы диссертации могут быть использованы Департаментами культуры, центрами современного искусства.

Структура работы. Диссертационное исследование состоит из введения, трех разделов (9 глав) и заключения. Содержание работы изложено на 430 страницах текста. Библиография включает в себя 344 наименования.

Похожие диссертационные работы по специальности «Эстетика», 09.00.04 шифр ВАК

Заключение диссертации по теме «Эстетика», Круглова, Татьяна Анатольевна

Исследование советского искусства и соцреализма как влиятельного

социально-исторического и духовно-художественного явления нреднринято

нами в нериод после завершения его существования. Это историческое

обстоятельство создало предпосылки - в виде исторической завершенности

явления, вненаходимости автора - для более объективного объяснения

данного явления. Новизна и содержательность прочтения соцреализма и

советского искусства в диссертации определяется тематизацией связи

специфики соцреализма - содержательной, формальной, и функциональной -

со всем особым социокультурным «телом» и особым же внутренним

социопсихологическим устройством советской цивилизации. В процессе

«восхождении» от анализа мировоззренческих и исторических оснований

соцреализма к рассмотрению его философско-эстетических и стилистических

особенностей, нами был выработан наиболее продуктивный в теоретическом

плане подход к соцреализму не как литературно-художественному методу,

но как парадигме мышления и творчества. Логика нашей работы

осуш;ествлялась как встраивание соцреализма в контекст бытия советского

человека, одновременно выявляя его «неонтологичные» (чуждые этому

бытию) черты. Благодаря усилению акцента на парадигмальности соцреализма как

особой культурно-художественной ментальности, удалось сформулировать

специфику советской художественности, что крайне значимо для уточнения

особенностей типологии современного искусства и обоснования различных

типов искусства с точки зрения их социокультурного функционирования. Исследование проведено на стыке нескольких методологий: культурно антропологической, культурно-социологической, коммуникативной

эстетики, теории дискурса. Иривлечение внимания эстетики к

институциональному измерению искусства обусловило возможность

глубокой трактовки истоков и социокультурной роли соцреализма.Использование историко-культурного конкретного материала различных

видов искусства позволило распространить выводы на всю сферу советской

художественной системы. Реконструкция целостности соцреализма выявила системообразущую

роль социокультурного дискурса. Культурно-антропологическое измерение

анализа показало, что смыслообразующими началами советского искусства

выступают особенности рожденного эпохой антропологического типа, не

отделимого не только от фундаментальных характеристик советского

социума и культуры, но и, прежде всего, от живой конкретной психолого коммуникативной и экзистенциальной ткани советской жизни как

повседневности. Отсюда выводится и тип автора-художника, и его

понимание художественности как конкретного способа воздействия на

адресата, и черты самого адресата, также «конструировавшего» эталоны

искусства и художественности. Выводя соцреализм из недр советской

цивилизации и повседневности, мы не ограничивается этими последними

как объясняющими и интерпретирующими контекстами, а осмысляем

соцреализм в контексте возвратной, консервативной ветви мирового

художественного развития. В результате теоретического осмысления проблемы в контексте

философско-эстетического знания можно сформулировать следующие

выводы, содержащие научную новизну. 1. Впервые в отечественной философии искусства дан системный анализ

советского искусства, в основу которого положено осмысление связи

мелсду советским образом жизни и художественным процессом. Осмыслена смена парадигм научных исследований от культурно политического рассмотрения соцреализма как основного типа искусства

сталинской эпохи к культурно-антропологическому и философско эстетическому. Найдены категории, позволяющие показать преломление

социокультурных факторов на уровне внутрихудожественных связей в

соцреализме.2. С помощью дискурсивного анализа выявлены законы смыслопорождения

соцреалистической художественной системы, табуизированные для

анализа в период ее господства. Сформулированы основные функции

соцреалистического социокультурного и художественного дискурса:

скрывать подвижное смысловое ядро ускользающей от прямой

репрезентации тоталитарной власти; обосновывать набор

взаимоисключающих требований, предъявляемых к эталонному

произведению искусства. Фиксируя впечатление немыслимости,

гетерогенности, «невозможности» осуществления принципов

соцреалистической доктрины, было обнаружено, что ментальное,

психологическое и эстетическое насилие становится способом снятия

дистанции между оппозициями возможного/невозможного,

плана/осуществления, документа/вымысла, жизни/искусства,

созидания/разрушения. 3. Выявленные в соцреалистическом дискурсе механизмы идеологической

перекодировки зпачений, произвольность семантики, запрет на

аналитическое самоописание обнаруживают скрытую прагматическую

природу власти. Отказ от философско-эстетической рефлексии вписан в

характерную для тоталитарных систем логику «отказа от метафизики»,

ликвидации Другого, игнорирования различий. В результате вся система

искусства создается как лишенная самоорганизации (предполагая

«внешнее управление»), так и смысловой автономии. 4. Онределены устанавливаемые соцреалистическим дискурсом

институциональные границы понятия «искусство»: игнорирование

автономности художественного культурного поля; тавтологическое

«снятие» различий автономного и гетерономного полей; Тотальность как

цель культуры этого типа достигается не на пути расширения границ

искусства, но на пути негативного опустошения. 5. Впервые системно показаны объяснительные возможности концепта

«тоталитаризм» для прояснения репрезентативных особенностей соцреализма. Тоталитаризм являлся историческим вариантом

общемирового процесса модернизации, что нозволяет доказать глубинные

совпадения модернистско-авангардной нарадигмы с соцреалистической. На уровне искусства основная интенция тоталитаризма проявилась в его

основном предназначении: достижении состояния мобилизационной

солидарности («народности»); найдены культурно-художественные

эквиваленты террора, в природе которого - игнорирование любых законов

и спецификаций. Именно в природе террора находится вызов чувству

реальности, что обнаруживается на смысловом и формально стилистическом уровне текстов соцреализма. 6. Существенно пересмотрена роль идеологии в конструировании

художественного процесса. Идеология в условиях советского общества

выполняет функции «репрезентативной культуры», стремясь слиться с

повседневностью. Идеология удовлетворяла потребность общества в

социальном воображаемом, в ситуации нехватки естественных

ориентиров, присущих традиционному обществу, она формировала новую

идентичность. Искусство использовало в качестве своего строительного

материала неосознаваемые идеологические фантазмы, опираясь на

готовность новых людей принять их в качестве необходимых

ориентиров. 7. Впервые последовательно проведен культурно-антропологический анализ

советского искусства, продуктивные возможности которого следуют из

фундаментального антропологического эксперимента тоталитарной

культуры, поставившего проект «нового человека» в центр искусства. Обнаружены схождения между идеологическими антропологическими

представлениями и реальными трансформациями типов личности. Общее

поле значений было сформулировано в концепте «негативная антропология», суть которой в расслаивании мира на сверхсубъекта,

присвоившего себе полномочия трансцендентального, и бессубъектного

«человека без свойств». Глубинный конфликт соцреализма, понятый сквозь призму «негативной антропологии», касается трансцендентного,

которое трактуется как посюстороннее, видимое, присваиваемое и

расходуемое. Выявлено экзистенциальное основание принципа

соцреализма - «показа жизни в революционном развитии»,

заключающееся в потере идентичности или вынужденном отказе от нее,

забвении прошлого, процедурах сознательной «перековки». 8. Найдена основа пересечения социологического типа массового

советского человека и воображаемого идеологического образа:

коммунальная общность с присущими ей ритуальностью, ценностными

ориентациями, речевыми практиками и видением (зрением). Коммунальный субъект сформировался в результате коллективизации

всех культурных форм и способов жизни. Коммунальность трактована как

наиболее устойчивая форма советской повседневности, порождавшая

многочисленные варианты конформизма, игнорирование дистанций,

снижение уровня рефлексивности, запуск процедур идентификации с

социальным Воображаемым. Доказано, что в основе соцреализма лежит

трансляция свойств коммунального субъекта. 9. Описана система художественной коммуникации соцреализма во всех ее

звеньях от адресатов до авторов. Проанализированы социокультурные и

эстетические условия формирования новых агентов художественного

процесса. Исходя из установки советского дискурса на действенность

искусства, разработаны типы адресатов, показано активное влияние

реципиентов на эстетику и поэтику произведений искусства. Анализ

социологических аспектов потребления показал высокий уровень

совпадения эстетических ожиданий адресата и сформулированных

властью принципов соцреализма. 10.Впервые предлолсена концептуальная проработка проблемы Автора в

соцреализме в контексте общемирового кризиса фигуры автора в

искусстве и эстетике XX века. Соцреалистическая концепция автора

претендует на преодоление дистанцированной (вненаходимой) от масс и власти автономности художника. Ценностное совнадение автора, героя и

адресата, приводящее к исчезновению разницы конструктивных нозиций

(диалоговых отношений), свидетельствует о замене эстетического

cqбытия ритуальным. Принципиально новый характер приобретает

ответственность автора: из сферы художественной онтологии она

переводится в сферу жизненного поведения. 1 ЬРазработана модель «идеального типа автора соцреализма», в основу

которой положено теоретико-методологическое допущение идеального

случая совпадения соцреалистического дискурса и художественного

сознания автора. Главной чертой такого автора оказывается насущная

потребность во внешнем ориентире: задании, заказе, руководстве. Проекция оригинальной субъективности не становится результатом его

ТЕ1эрчества. Теряя субъективность, автор утрачивает способность к

художественной рефлексии, интерес к форме, языку, интертекстуальной

игре. Его художественная активность нанравлена на имитацию внешних

черт объекта, бессознательное цитирование и компилирование. 12.Доказано, что соцреализм мог существовать в модусе художественных

произведений только как .искусство компромисса. Будучи дискурсом

«невозможного», соцреализм не может работать таким же образом, как

художественная традиция. Представлена типология авторских стратегий

приобщения к соцреализму, благодаря которым искусство советского

времени обрело не фиктивно-идеологическое, а действительно

эстетическое единство. Выявлен тип художественного сознания, наиболее

соответствующий поэтике художественного компромисса. Проанализирована художественная логика эстетического конформизма на

уровне смысловых смещений и формально-стилистических

трансформаций художественных текстов. П.Внервые соцреализм последовательно вписан в контекст художественных

тенденций как отечественной, так и мировой культуры периода так

называемой консервативной реакции 1930-х — начала 1950-х годов.Антизападный характер российской модернизации представал в дискурсе

через противопоставление модернистскому дегуманизирующему

искусству. Реставрация домодернистской картины мира была попыткой

игнорирования травматических проблем н трудностей модернизации. Она

была облачена в форму обращения к «вечным ценностям народной культуры»: классике и фольклору. Художественное наследие

трансформировано прагматикой власти таким образом, чтобы

противоречие между старым и новым, прошлым и настоящим, традицией

и новаторством воспринималось бы как полностью преодоленное. Время в

соцреалистической концепции художественного развития течет в

обратном направлении, в результате исторические стили трактуются лишь

как полуфабрикат соцреализма, его подготовительный этап. Подробно

рассмотрены внутренние основания единства культа классиков, эстетики

неоклассицизма, поворота в сторону академизма. В рамках

реставрационного проекта обосновывается новая художественность как

итоговый синтез, несущий в себе признаки искусства вне стилевой

определенности. 14.На основе деконструкции концепта «реалистичность» обнаружены

истоки заказа на соцреализм со стороны власти, творческой

интеллигенции и массового адресата. Система реалистических приемов

решила максимальное количество задач: создание иллюзии связной

реальности, в которой произошло снятие всех форм отчуждения; мимезис

будущего, скрывающий неизбежность художественной деформации

действительности; установление тавтологического сходства между

художественной и идеологической реальностями. В эстетике соцреализма

выявлена ведущая роль концепта «образности», содержательно

обнаруживаемая в доминанте визуализации, принципе наглядности,

нарастании приемов иллюзионизма. Достоверность и убедительность

художественной реальности поддерживается низким гносеологическим

статусом очевидного и высоким - абсурдного.15.Открыты малоизученные аснекты соцреалистической образности в

контексте визуализации культуры XX века. В ситуации нарушения

основного принципа демократии («обобщенной непредставимости»)

происходит подмена Символического порядка Воображаемым, что на

уровне искусства выражается в подмене трансцендентного. Духовно смысловая глубина и бесконечность заменяется конечными и

тяготеющими к плоскости вещественными проекциями: макетом,

муляжом. Соцреализм в нределе вынолняет функции декорации и фасада

советского образа жизни, выставки его достижений, витрины для

занадного наблюдателя, способа художественного оформления

проективных усилий власти. 16.В исследовании поэтики соцреализма существенно расширена трактовка

содержания процесса «борьба с формализмом». Преодоление формы,

имеющее целью достижение тотальной целостности, нерасчленимой на

элементы, прочитано как отказ от художественной рефлексии. Процедуры сокрытия художественной условности есть проявление

стратегии эстетической маскировки первичного овладения

действительностью различными механизмами контроля и унравления. Определена специфика соцреалистического произведения искусства

как квазихудожественного, так как содержательно-смысловые и формально стилистические границы советской художественности выстраиваются на

путях преодоления художественности как таковой. В работе заявлено много дерспективных выходов в изучение не только

советского искусства, но и тех художественных практик, которым эстетика

до сих пор мало уделяла внимание, но чье присутствие в актуальной

культуре несомненно и влияние достаточно сильно: речь идет, нрежде всего,

о феноменах государственного и идеологического искусства, разных

формах сращения политики и китча.

Список литературы диссертационного исследования доктор философских наук Круглова, Татьяна Анатольевна, 2005 год

1. Гольдштейн А. Расставание с Нарциссом. Опыты поминальной риторики. М., 1997 с. 156.23 Там же, с. 158.

2. Чередниченко Т. Музыка в истории культуры. М:, 1994. с. 148.36 Там же, с.142.

3. Гудков Л., Дубин Б. Литература как социальный институт. Статьи по социологии литературы. М., 1994.

4. Бурдье П. Поле литературы. М., 2000. с.84.

5. Добренко Е. Формовка советского писателя. Социальные и эстетические истоки советской литературной культуры. СПб., 1999. -с.346.

6. Прокофьев В.Н. Примитив и его место в художественной культуре Нового и Новейшего времени (К проблеме примитива в изобразительных искусствах) // Примитив и его место в культуре Нового и Новейшего времени. М., 1983.-с.8.

7. Лотман Ю. М. Массовая литература как историко-культурная проблема // Лотман Ю.М. Избранные статьи: В 3 т. Т.З.Таллин, 1993.-c.383.

8. См.: Вебер М. «Объективность» социально-научного и социально-политического познания // Вебер М. Избр. произв. М., 1990.-с.389—414.

9. Гангнус А. Что сделал ты с братом своим? // Театр. 1989. № 6. с. 107.

10. Снигирева Т.А. А.Т. Твардовский. Поэт и его эпоха. Екатеринбург, 1997. с. 94—95.

11. Сниг.чрева Т., Подчиненов А. Русская идея как художественный феномен: Учеб. пособие по спецкурсу. Екатеринбург, 2001. с.88.годы его жизни, и то с очень большими оговорками, насколько оно проявилось в художественном творчестве.

12. Парамонов Б. Конец стиля. СПб. М„ 1997. с. 186.

13. Чуковский К. Две души Максима Горького. Л., -1924.

14. Парамонов Б. След. Философия истории и современность. M., 2001. с.222.

15. Агурский М. Великий еретик (Горький как религиозный мыслитель) // Вопросы философии. 1991. № 8; Юдин В.А. Был ли Горький мистиком? // Максим Горький сегодня. Проблемы эстетики, философии, культуры. Горьковские чтения. 1995. Нижний Новгород, 1996.

16. Горький М. Поли. собр. соч. в 25 т. Т. 17. М., 1973. с.369, 370, 371, 487.

17. Первый Всесоюзный съезд советских писателей. Стенографический отчет. М.,1934. с. 12.

18. Горький М. Поли. собр. соч. в 25 т. Т.17.Рассказы 1922-1924 годов. М., 1973.

19. Сухих С.И. Заблуждения и прозрения Максима Горького. Нижний Новогород, 1992. с. 158.90 Там же, с. 168.

20. Парамонов Б. След. Философия истории и современность. М., 2001.

21. Аннинский Л. Красный век: Серебро и чернь. Медные трубы. М., 2004. с.9.

22. Щеглов Ю.К. Комментарии к романам И. Ильфа и Е Петрова «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок»: В 2 т. Т. 1.М., 1995.-c.117.

23. Литовская М.А. Феникс поет перед солнцем». Феномен Валентина Катаева. Екатеринбург, 1999.

24. Рассадин С. Отличник. Попытка апологии // Континент. 1997. № 2.

25. Белинков А. Сдача и гибель советского интеллигента. Ю. Олеша. М., 1997. с.218.

26. Гройс Б. Тоталитаризм карнавала // Бахтинский сборник 3. М., 1997. - с 77.

27. Жолковский А. К. Попытки зависти // Жолковский А. К. Блуждающие сны. Из истории русского модернизма. М., 1994. с. 155.

28. Литовская М.А. «Феникс поет перед солнцем». Феномен Валентина Катаева. Екатеринбург, 1999. с.527.

29. См.: Курицын В. Русский литературный постмодернизм. М., 2000.11 Там же.

30. Степанян И. Искусство России XX века. М., 1999. с. 123.

31. Гройс Б. Утопия и обмен. Стиль Сталин. с.43.

32. Тупицына М. У истоков соцреализма. Государство как автор // Искусство. 1990. № 3. с.45—46.

33. Степанян Н. Искусство России XX века. Взгляд из 90-х. М., 1999. с.185.

34. Цит. по: Robin R. Socialist Realism: An Impossible Aesthethic. Stanford, 1992.

35. См.: Золотоносов М. Исследование немого дискурса: Аннотированный каталог садово-парковой скульптуры сталинского времени. СПб., 1999.

36. Есаулов И. Литература как учебник жизни// Соцреалистический канон. СПб., 2000. с.598.

37. Берг М. Литературократия. Проблема присвоения и перераспределения власти в литературе. М 2000. -с. 15.

38. Кабаков И., Гройс Б. Диалоги (1990—1994). М, 1999. с.53.

39. Гройс Б. Утопия и обмен. Стиль Сталин. М., 2003. с.53.

40. Эсхатологическое уничтожение мира: «иметь, как если бы не было»24 См.: Там же, с. 185.

41. Алленов М. Очевидности системного абсурдизма сквозь эмблематику Московского метро, или Абсурд как явление истины // Алленов М. Очерки визуальности. Тексты о текстах. М., 2003. с.9—102.31 Там же, с.37.

42. Плаггеиборг Ш. Революция и культура. СПб., 2000. с.290.

43. Смирнов И. Человек человеку — философ. СПб., 1999. с.144.

44. Булгакова О. Советское кино в поисках общей модели. СПб., 2000. с 158.

45. Булгакова О. Соревнование кинофантазий. Москва, Берлин, Мюнхен , 1996. с.362.

46. Eypdb'j Г1. Поле литературы // Новое литературное обозрение, 45/2000. с.48.

47. Шатшская Е. Е. Массовая культура XX века: очерк теорий // Полигнозис., 2000, № 2. с. 85-86.

48. См.: ШабоукС. Искусство — система — отражение. М., 1976.

49. Добренко Е. Метафоры власти. Литература сталинской эпохи в историческом освещении. Munchen., 1993. -с.бЗЛ

50. Паперный В. Культура Два. M., 1996. с. 194.

51. Герман М. Снова об искусстве 30-х годов // Вопросы искусствознания. 1995. № 1, 2. с. 109.

52. Еремеев А. Ф. Границы искусства: социальная сущность художественного творчества. М., 1987.

53. Булгакова О. Советское кино в поисках общей модели // Соцреалистический канон. СПб., 2000. с. 153.

54. Гройс Б. Сталинизм как эстетический феномен. // Синтаксис, 1987, № 17. c.l 1.

55. Беньямин В. Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости. М., 1996.

56. Булгакова О. Советское кино в поисках общей модели // Соцреалистический канон. СПб., с. 152.

57. Голубков М. Утраченные альтернативы: формирование монистической концепции советской литературы (20-е -' 30-е годы). М, 1992.50 Там же, с. 126.

58. Тюпа В. Постсимволизм. Постсимволизм: теоретические очерки русской поэзии XX века. Самара, 1998. -с.59.

59. Кожевникова Н.В. О типах повествования в советской прозе // Вопросы языка современной русской литературы. М., 1971.-с. 137.

60. Аверинцев С. Бахтин, смех, христианская культура // Россия. 1988. № 6. СЛ19-130.

61. Аверинцев С. Авторство и авторитет // Историческая поэтика. Литературные эпохи и типы художественного сознания. М.: Наследие, 1994. С.105-125.

62. Агурский М. Великий еретик (Горький как религиозный мыслитель) // Вопросы философии. 1991. № 8. С. 54-74.

63. Адаскина Н. Неофициальное искусство 30-х годов в СССР // Москва/Берлин. 1900-1950: Изобразительное искусство, фотография, архитектура, театр, литература, музыка, кино. Москва; Берлин; Мюнхен; 1996. С. 385-391.

64. Адаскина Н.Л. 30-е годы: контрасты и парадоксы советской художественной культуры // Советское искусствознание. Вып.25. М.: 1989. С.5-38.

65. Адорно Т.-В., Хоркхаймер М. Диалектика Просвещения. Философские фрагменты. М.; СПб.: Алетейя, 1997. 456 с.

66. Акиндинова Т.А., Бердюгина Л.А. Новые грани старых иллюзий. Проблемы мировоззрения и культуры в буржуазной эстетической и художественной мысли XIX XX веков. Ленинград: Изд-во Ленинградского ун-та, 1984. 253 с.

67. Алленов М. К вопросу о структуре понятия «соцреализм» // Искусство. 1988. № 10. С. 55-57.

68. Аннинский JI. Красный век: Серебро и чернь. Медные трубы. М.: Молодая гвардия, 2004. 397 с.

69. Арендт X. Истоки тоталитаризма. М.: ЦентрКом, 1996. 672 с.

70. Арсланов В.Г. «Демократический консерватизм» и программа Restauratio Magna Михаила Лифшица//Вопросы философии. 2004. № 12. С. 123-159.

71. Бэ,зен А. Миф Сталина в советском кино // Киноведческие записки. 1988. № 1. С.57-64.

72. Барт Р. Смерть автора // Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. М.: Прогресс, 1989. С.384-392.

73. Барт Р. Миф сегодня // Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. М.: Прогресс, 1989. С. 111-120.

74. Бахтин М.М. Автор и герой в эстетической деятельности // Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1979. С.7-180.

75. Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики. М.: Советский писатель, 19/75. 320 с.

76. Белая Г. Дон-Кихоты 20-х годов. М.: Советский писатель, 1989. 396 с.

77. Белая Г. Стилевой регресс: о стилевой ситуации в литературе соцреализма // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 556568.

78. Белинков А. Сдача и гибель советского интеллигента. Ю. Олеша. М.: РЖ, 1997. 539 с.

79. Белый О.В. Тайны «подпольного человека» (Художественное слово -Обыденное сознание-Семиотика власти). Киев:Наукова думка, 1991. 309 с.

80. Беньямин В. Произведение искусства в век механического репродуцирования // Произведение искусства в эпоху технической воспроизводимости. М.: Медиум, 1996. С.15-65.

81. Берг М. Литературократия. Проблема присвоения и перераспределения власти в литературе. М.: Новое литературное обозрение, 2000. 352 с.

82. Борнштейн Б. The vanishing point: точка схода или точка исчезновения? // Вопросы искусствознания. ,1995. № 1-2. С.84-98.

83. Библер B.C. Рождение автора тема искусства XX века (к статье Ролана Барта «Смерть автора») // Проблема автора и авторства в истории культуры. Тез. науч. конф. 4-5 марта 1993 г., Моск. пед .гос. ун-т. М., 1993. С.66 - 67.

84. Блюм А.В. Советская цензура в эпоху тотального террора. 1929 1953 г.г. СПб.: Академический проект, 2000. 312 с.

85. Бобриков А. Гелий Коржев и власть земли // Берлин — Moskau. 1950— 2С00. Искусство. Современный взгляд: Каталог выставки. М.: Искусство, 2004. С.46-47.

86. Бобринская Е. Изобразительный язык соцреализма // Берлин — Moskau. 1950—2000. Искусство. Современный взгляд: Каталог выставки. М.: Искусство, 2004. С. 18-19.

87. Богданов К. Повседневность и мифология. СПб.: Искусство, 2001. 437 с.

88. Богемская К. Понять примитив. Самодеятельное, наивное и аутсайдерское искусство в XX веке. СПб.: Алетейя, 2001. 185 с.

89. Бойм С. «За хороший вкус надо бороться!». Соцреализм и кич // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 87-100.

90. Бойм С. Общие места. Мифология повседневной жизни. М.: Новое литературное олозрение, 2002. 320 с.

91. Бранский В.П. Искусство и философия. Калининград: «Янтарный сказ», 1999. 704с.

92. Булгакова О. Советское кино в поисках «общей модели» // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 146-165.

93. Булгакова О. Соревнование кинофантазий // Москва/Берлин. 1900-1950: Изобразительное искусство, фотография, архитектура, театр, литература, музыка, кино. Москва; Берлин; Мюнхен; 1996. С. 361-367.

94. Бурдье П. Практический смысл. СПб.: Алетейя, 2001. 562 с.

95. Бурдье П. Поле литературы // Новое литературное обозрение, 45/2000. С.22-87.

96. Бурдье П. Исторический генезис чистой эстетики // Новое литературное обозрение. 2002. № 60. С. 17-29.

97. Бычков В. Феномен неклассического эстетического сознания // Вопросы философии 2003. № ю. С. 61-72; № 12. С.80-92.

98. Вайскопф М. Во весь голос. Религия Маяковского. Москва-Иерусалим: Саламандра, 1997. 175 с.

99. Вайскопф М. Морфология страха // Новое литературное обозрение. 1997. № 29. С.34-49.

100. Вебер М. Объективность познания в области социальных наук и социальной политики // Вебер М. Избранные произведения. М.: Прогресс, 1990. 764 с.

101. Вершинин С.Е. Жизнь это надежда. Введение в философию Эрнста Блоха. Екатеринбург: Изд-во Гуманитарного ун-та, 2001. 304 с.

102. В. И. Ленин о литературе и искусстве. М.: Политиздат, 1967. 560 с.

103. Гаевский В. Диалог с П. Гершензоном // Мариинский театр.1996. № 9-10. С.23-31.

104. Гайденко П. Социология Макса Вебера. Предисловие // Вебер М. Избранные произведения. М.: Прогресс. 1990. С.5-43.

105. Гангнус А. Что сделал ты с братом своим? // Театр. 1989. № 6. С.92-110.

106. Гаспаров М. О. Мандельштам: гражданская лирика 1937 года. М.: Наследие, 1996. 187 с.

107. Гаспаров M.JI. М.М. Бахтин в русской культуре XX века // Вторичные моделирующие системы. Тарту: Изд-во Тартусского ун-та, 1979. С. 71-556 125.

108. Гелен А. О систематике антропологии // Проблема человека в западной философии. М.: Прогресс, 1988. С. 152-200.

109. Геллер J1. Возвышенное в системе ждановского социалистического реализма // Wiener Slawisticher Almanach. № 34. 1994. С.81-114.

110. Геллер М. Андрей Платонов в поисках счастья. Париж: УМКА-пресс, 1982.428 с.

111. Геллер М. Концентрационный мир и советская литература. М.: Прогресс, 1996. 215 с.

112. Г^нис А. Треугольник (Авангард, соцреализм, постмодернизм) // Иностранная литература. 1994. № 10. С. 244-248.

113. Герман М. Снова об искусстве 30-х годов // Вопросы искусствознания.1995. № 1,2. С. 99-126.

114. Гинзбург Л. Человек за письменным столом: Эссе. Из воспоминаний. Четыре повествования. Л.: Советский писатель, 1989. 608 с.

115. Гирц К. Идеология как культурная система // Новое литературное обозрение. 1998. № 29. С. 7-38.

116. Голомшток И. Тоталитарное искусство. М.: Галарт, 1994. 296 с.

117. Голубков М.М. Русская литература XX века. После раскола. М.: Аспект Пресс, 2001.267 с.

118. Голубков М.М. Утраченные альтернативы: формирование монистической концепции советской литературы (20-е 30-е годы). М.: Наследие. 1992. 199 с.

119. Го-льдштейн А. Расставание с Нарциссом. Опыты поминальной риторики. М.: Новое литературное обозрение, 1997. 445 с.

120. Горобинский М. О. Смысл и логика события в бахтинской интерпретации искусства и культуры. Автореф. дисс. . канд. филос. наук. Екатеринбург, 1997.18 с.

121. Горький М. Дело Артамоновых // Горький М. Полное собрание сочинений в 25 томах. Т. 17. М.: Наука, 1973.

122. Горький М. Рассказы 1922-1924 г.г. // Горький М. Полное собрание сочинений в 25 т. Т. 18. М.: Наука, 1974.

123. Горький М. Доклад на Первом Всесоюзном съезде писателей // Первый Всесоюзный съезд писателей. Стенографический отчет. М.: Художественная литература, 1934. С. 9-18.

124. Гофман И. Гезамткунстверк как главная движущая сила искусства 20 столетия // Москва/Берлин. 1900-1950: Изобразительное искусство, фотография, архитектура, театр, литература, музыка, кино. Москва; Берлин; Мюнхен; 1996. С. 31-37.

125. Гройс Б. Рождение социалистического реализма из духа русского авангарда// Вопросы литературы. 1992. № 1. С. 42-61.

126. Гройс Б. Между Сталиным и Дионисом // Синтаксис. 1989. № 25. С.24-40.

127. Гройс Б. Неосакральные мифы российского авангарда // Декоративное искусство. 1991. № 8. С. 30-34.

128. Гройс Б. Отстроенная идеология // Искусство кино. 1994. № 10. С. 95-84.

129. Гройс Б. Полуторный стиль: соцреализм между модернизмом и постмодернизмом // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 109-118.

130. Гройс Б. Русское искусство на Западе // Декоративное искусство. 1991.№ 4. С. 8-20.

131. Гройс Б. Сталинизм как эстетический феномен // Синтаксис. 1987. № 17. С. 75 83.

132. Гройс Б. Тоталитаризм карнавала // Бахтинский сборник. 3. М.: Лабиринт, 1997. С. 76-80.

133. Гройс Б. Gesamtkunstwerk Сталин // Гройс Б. Искусство утопии. М.: Художественный журнал, 2003. С.19-148.

134. Гройс Б. Борьба против музея, или демонстрация искусства в тоталитарном пространстве // Советское богатство. СПб.: Академический проект, 2002. С. 37-51.

135. Гройс Б. Медиум и дискурс // Рыклин М. Деконструкция и деструкция. Беседы с философами. М.: «Логос», 2002. С. 204-236.

136. Гройс Б. Политическое возвышенное // Берлин — Moskau. 1950—2000. Искусство. Современный взгляд: Каталог выставки. М.: Искусство, 2004. С. 15-16.

137. Гронас М. «Чистый взгляд» и взгляд практика: Пьер Бурдье о культуре // Новое литературное обозрение. 45/2000. С. 6-21.

138. Гудков Л., Дубин Б. Литература как социальный институт. Статьи по социологии литературы. М.: Новое литературное обозрение, 1994. 352 с.

139. Гудков Л. Негативная идентичность. Статьи 1997 2002 годов. - М.: Новое литературное обозрение, «ВЦИОМ-А», 2004. 816 с.

140. Гудов В. Антропологическая поэтика М. Горького (от рассказов 1890-х годов к «Исповеди») // Русская литература первой трети XX века в контексте мировой литературы. Матер. 1 Междунар. летней филологической школы / Екатеринбург, 1998. С.205-212.

141. Гудов В. Модификации диалогической поэтики в романном творчестве М. Горького 1899 1907 годов // XX век. Литература. Стиль. Вып. 4. Екатеринбург: изд-во Урал. гос. ун-та. 1999. С. 190-194.

142. Гудов В. «Трое» как тип монологического романа XX века // Горьковские чтения. 1993: Матер, конф. «A.M. Горький и литературный процесс XX века. (К 125-летию со дня рождения A.M. Горького)». Нижний Новгород, 1994. С. 111-114.

143. Гуковский Г.А. К вопросу о стиле советского романа // Новое литературное обозрение. 1998. № 29. С. 84-124.

144. Гумилев Л. Этносфера: история людей и история природы. М.: Прогресс, 1993. 543 с.

145. Гюнтер X. Архетипы советской культуры // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 743-784.

146. Гюнтер X. Большая семья // Искусство кино. 1996. № 4. С. 103-108.

147. Гюнтер X. Железная гармония // Вопросы литературы. 1992. № 1. С.27-41.

148. Гюнтер X. Михаил Бахтин: теоретическая альтернатива социалистическому реализму. Бахтинский сборник. Вып. Ш. М.: 1997. С. 56-75.

149. Гюнтер X. Поющая родина. Советская массовая песня как выражение архетипа матери // Вопросы литературы. 1997. № 4. С. 46-61.

150. Гюнтер X. Тоталитарная народность и ее истоки.// Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 317-389.

151. Гюнтер X. Тоталитарное государство как синтез искусств // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 7-15.

152. Гюнтер X. Соцреализм и утопическое мышление // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 41-48.102. , Давыдов Ю. Критика социально-философских воззрений Франкфуртской школы. М.: Наука, 1977. 320 с.

153. Деготь Е. Русское искусство XX века. М.: Трилистник, 2000. 224 с.

154. Деготь Е. Террористический натурализм. М.: Ad marginem, 1998. 223 с.

155. Деготь Е. «Другое искусство» на фоне другого (об искусстве 50-60-х годов) // Декоративное искусство. 1991. № 7. С. 14-29.

156. Добренко Е. Функции и категории соцреалистической критики // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С.390-433.

157. Добренко Е. «И падая, стремглав я пробуждался .» // Вопросы литературы. 1989. № 8. С. 124-156.

158. Добренко Е. «Правда жизни «как формула реальности» // Вопросы литературы. 1992. № 1. С. 4-26.

159. Добренко Е. «Язык пространства, сжатого до точки», или Эстетика социальной клаустрофобии//Искусство кино. 1996. № 11. С.120-129.110. .Добренко Е. Госсмех, или между рекой и ночью // Киноведческие записки. 1992. № 19. С. 39-44.

160. Добренко Е. Метафоры власти. Литература сталинской эпохи в историческом освещении. Munchen: Verlag Otto Sagner. 1993. 408 с.

161. Добренко Е. Соцреализм в поисках «исторического прошлого» // Вопросы литературы. 1997. № 1. С. 26-57.

162. Добренко Е. Формовка советского писателя. Социальные и эстетические истоки советской литературной культуры. СПб.: Академический проект, 1999. 557 с.

163. Добренко Е. Формовка советского читателя: социально-эстетические предпосылки рецепции советской литературы. СПб.: Академический проект, 1997. 321 с.

164. Дьякова Е. Семиозис идеологии (макросемиотический анализ). Автореф. дисс. .канд. политич. наук. Екатеринбург, 1993. 20 с.

165. Еремеев А.Ф. Границы искусства: Социальная сущность художественного творчества. М.: Искусство, 1987. 317 с.

166. Ерофеев В. Поминки по советской литературе // Литературная газета. 1990. 4 июля. (№27). С.8.

167. Есаулов И. Литература как учебник жизни // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 596-598.

168. Жижек С. Возвышенный объект идеологии. М.: Художественный журнал. 1999. 236 с.

169. Жолковский А. Анна Ахматова пятьдесят лет спустя // Звезда. 1996. №9. С. 211-227.

170. Жолковский А. Блуждающие сны. Из истории русского модернизма. М.: Наука. Изд. фирма «Восточная литература». 1994. 428 с.

171. Жолковский А. Диалог Булгакова и Олеши // Синтаксис. 1981. № 20. С.90-117.

172. Жолковский А. Михаил Зощенко: поэтика недоверия. М.: Школа «Языки русской культуры», 1999. 392 с.

173. Жолковский А.К. «Мне хочется домой в огромность.» Б. Пастернака : «социальный заказ», тематика, структура // Известия АН СССР. 1991. № 1. С. 2-34. (Серия «Литература и язык»).

174. Жолковский А.К. К переосмыслению канона: советские классики-нонконформисты в постсоветской перспективе // Новое литературное обозрение. 1998. № 29. С. 55-70.

175. Жолковский А. Справка-родословная // Wiener Slawisticher Almanach. 1994. №34. С. 192-210.

176. Зарубежная эстетика и теория литературы XIX XX вв. Трактаты, статьи, эссе. М.: Изд-во Моск. гос. ун-та, 1987. 510 с.

177. Зенкин С. "Героическая парадигма" в советском литературоведении // Лотмановский сборник-2. М.: 1997. С. 124-139.

178. Зимовец С. Дистанция как мера языка искусства (К вопросу о взаимоотношении соцреализма и авангарда) // Даугава. 1989. № 8. С. 121124.

179. Знакомый незнакомец: Соцреализм как историко-культурная проблема. М : РАН, 1995.287 с.

180. Золотоносов М. Исследование немого дискурса. Аннотированный каталог садово-парковой скульптуры сталинского времени. СПб.: ИНАПРЕСС, 1999.208 с.

181. Зонтаг С. Магический фашизм // Искусство кино. 1991. № 6. С. 50-56.

182. Зорин А. Идеология и семиотика в интерпретации Клиффорда Гирца // Новое литературное обозрение. 1998. № 29. С. 39-54.

183. Зоркая Н. От «Клятвы» к «Прорве» // Искусство кино. 1992. №11. С. 6-10.

184. Иванов Вяч.Вс. Эстетика Эйзенштейна // Иванов Вяч. Вс. Труды по семиотике и истории культуры. T.l. М.: Школа «Языки русской культуры». 1998. 912 с.

185. Избавление от миражей. Соцреализм сегодня. М.: Советский писатель, 1990.402 с.

186. Иконников А. Утопическое сознание и архитектура XX века// Картины мира в искусстве XX века. Штрихи к портрету эпохи». М.: НИИ PAX, 1994. С. 56-75.

187. Инглегарт Р. Культурный сдвиг в зрелом индустриальном обществе // Новая постиндустриальная волна на Западе. М.: Прогресс, 1999. С.82-140.

188. Ионин Л.Г. Социология культуры: путь в новое тысячелетие. Учеб. пособие: издание третье. М.: Логос, 2000. 432 с.148. ' Исупов Г. Тезисы к проблеме «М. Бахтин и советская культура» // Бахтинский сборник. 3. М.: Лабиринт, 1997. С.4-20.

189. Ион Э. Загадка «политической музыки» // Москва/Берлин. 1900-1950: Изобразительное искусство, фотография, архитектура, театр, литература, музыка, кино. Москва; Берлин; Мюнхен; 1996. С. 239-244.

190. Кабаков Илья и Виктор Тупицын. «За пределами коммунальной речи» // Творчество. 1992. № 1. С. 22 -25.

191. Кабаков И., Гройс Б. Диалоги (1990-1994). М.: Изд-во «Ad Marginem», 1999. 191 с.

192. Каган М. С. Эстетика как философская наука: университетский курс лекций. СПб.: ТК Петрополис, 1997. 543 с.

193. Каганский В. Культурный ландшафт и советское обитаемое пространство. М.: Новое литературное обозрение, 2001. 574 с.

194. Кайуа Р. Мимикрия и легендарная психастения // Новое литературное обозрение. 1995. № 13. С. 103-119.

195. Карабчиевский Ю. Воскресение Маяковского. М.: Советский писатель. 1990. 222 с.

196. Карасев Л. Знаки покинутого детства // Вопросы философии. 1990. № 2. С. 26-43.

197. Карахан Л. Происхождение // Искусство кино. 1987. № 1. С. 83-97.

198. Кино тоталитарной эпохи. Дискуссия // Искусство кино. 1990. № 1. С. 111-120; № 3. С. 100-112.

199. Кларк К. Советский роман: история как ритуал. Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-т, 2002. 262 с.

200. Кларк К. Марксистско-ленинская эстетика // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 352-361.

201. Кларк К. Положительный герой как вербальная икона // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 569— 584.

202. Клейман Н. История кино как история культуры и как история людей. Встреча на Смоленской // Киноведческие записки. 1990. № 8. С .4 -26.

203. Кожевникова Н. Отражение функциональных стилей в советской прозе // Вопросы языка современной русской литературы. М.: Советский писатель. 1971.С. 222-301.

204. Кожевникова Н.В. О типах повествования в советской прозе.// Вопросы языка современной русской литературы. М.: Советский писатель. 1971. С. 97-164.

205. Козлова Н.Н. Социалистический реализм как феномен массовой культуры // Знакомый незнакомец: соцреализм как историко-культурная проблема. М.: РАН, 1995. С.208 -218.

206. Козлова Н.Н. Горизонты повседневности советской эпохи (голоса из хора). М.: ИФ РАН, 1996. 340 с.

207. Козлова Н.Н. Социальная антропология. М.: Социум, 1996. 250 с.

208. Кондаков И. В. Введение в историю русской культуры: Учеб. пособие. -М.: Аспект Пресс, 1997. 687с.

209. Кормер В. Двойное сознание интеллигенции и псевдокультура //иВопросы философии. 1989. № 9. С. 65-79.

210. Кропотов C.JI. Модернизм авангард - соцреализм - постмодернизм // Авангардные направления в советском изобразительном искусстве. Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-та, 1993. С.6 - 13.

211. Культурология. Учеб. пособие / Под ред. Ю.Н. Солонина и М.С. Кагана. М.: Юрайт-Издат, 2005. 566 с.

212. Купина Н. Тоталитарный язык: словарь и речевые реакции. Екатеринбург Пермь: Издательство УрГУ, 1995. - 144 с.

213. Купина Н. О лингвистической философии Евгения Замятина // Екатеринбургский гуманитарий. Научный альманах. 1 (1). 1999. Екатеринбург: Изд-во Гуманитарного ун-та, 1999. С. 60-70.

214. Курицын В. Русский литературный постмодернизм. М.: ОГИ, 2000. 288 с.

215. Курс лекций по теории социалистического реализма. Учеб. пособие для студентов фил. фак. ун-тов. М.: Высшая школа, 1973 . 280 с.

216. Лакан Ж. Инстанция буквы в бессознательном или судьба разума после Фрейда. М.: Русское феноменологическое общество, 1997. 183 с.

217. Лаку-Лабарт Ф. Национал-эстетика и метафизическая традиция // Рыклин М. Деконструкция и деструкция. Беседы с философами. М.: Логос, 2002. С.81-99.

218. Лахусен Т. Как жизнь читает книгу: массовая культура и дискурс читателя в позднем соцреализме // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 609-624.

219. Лахусен Т. Соцреализм в поисках своих берегов: несколько исторических замечаний относительно «исторически открытой эстетической системы правдивого изображения жизни» // С9цреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 523538.

220. Лейдерман Н. Под маской соцреализма: «Русский лес (1950-1953) Л. Леонова // Лейдерман Н.Л., Липовецкий М.Н. Современная русская литература: В 3 кн.: Учеб. пособие. М.: Эдиториал УРСС, 2001. Кн. 1. Литература «оттепели» (1953—1968). С. 23-35.

221. Лексикон нон-классики. Художественно-эстетическая культура XX века / Под ред. В.В. Бычкова. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОСПЭН), 2003. 607 с. (Серия «Summa culturologiae»).

222. Липовецкий М. «Тараканище» Сталина // Советское богатство. Статьи о культуре, литературе и кино. СПб.: Академический проект, 2002. С. 220 -240.

223. Литовская М.А. Соцреализм: проблема создания эталонных текстов // Русская литература первой трети XX века в контексте мировой культуры: Матер. 1-й междунар. летней филол. школы. Екатеринбург: Изд-во Урал, гос. ун-та, 1998. С. 232-235,

224. Литовская М.А. «Феникс поет перед солнцем». Феномен Валентина Катаева. Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-та, 1999. 608 с.

225. Лихачев Д.С. Своеобразие исторического пути русской литературы X -ХУП в.в. // Лихачев Д.С. О филологии. М.: Высшая школа, 1989. С. 128— 173.

226. Лотман Ю.М. Массовая литература как историко-культурная проблема // Лотман Ю.М. Избранные статьи в 3-х томах, Т. 3. Таллинн: «Александра», 1993. С.380-388.

227. Лотман Ю. Успенский Б. Роль дуальных моделей в динамике русской культуры.// Успенский Б. Избранные труды. Т.1. Семиотика истории. Семиотика культуры. М.: Гнозис, 1994. С. 219-253.

228. Лукач Д. Теория романа // Новое литературное обозрение. 1994. № 9. С. 13-81.

229. Массовая культура: Учеб. пособие. М.: Альфа-М; ИНФРА-М, 2004. 304 с.

230. Маклюэн. М. Понимание МЕДИА: внешние расширения человека. Москва-Жуковский: «Канон-Пресс», «Кучково поле», 2003. 464 с.

231. Максименков Л. Сумбур вместо музыки. Сталинская культурная революция 1936-1938. -М.: Изд-во «Юридическая книга», 1997. 320 с.

232. Мамардашвили М. Классический и неклассический идеалы рациональности. Тбилиси: Мецниереба, 1984. 82 с.

233. Мамардашвили М. Как я понимаю философию. М.: Прогресс, 1990. 368 с.

234. Мамардашвили М.К. Жизнь шпиона // Искусство кино. 1991. № 5. С. 31-39.

235. Маматова Л. Модель кинематографа 30-х годов // Искусство кино. 1990. № 11. С. 103-111."

236. Мандельштам О. Слово и культура. Статьи. М.: Советский писатель, 1987.320 с.

237. Медведева-Гнатко В.В. Автор и герой в ситуации рефлексии // Русская литература первой трети XX века в контексте мировой культуры: Матер. 1-й междунар. летней филол. школы. Екатеринбург: Изд-во Урал.гос. ун-та, 1998. С.161-163.

238. Мемуары на сломе эпохи // Вопросы литературы. 1999. Январь-февраль. С. 3 -35.204. ' Менцель Б. Традиции и новаторство // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 492 -502.

239. Молл ер-Салли С. «Классическое наследие» в эпоху соцреализма, или похождения Гоголя в стране большевиков // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 509 -522.

240. Морозов А. Конец утопии: из истории искусства в СССР 1930-х годов. М.: Галарт, 1995.224 с.

241. Морозов А. Выступление на круглом столе «Авангард поставангард, модернизм - постмодернизм: проблемы терминологии» // Вопросы искусствознания. 1995. № 1-2. С. 41-48.

242. Мукерджи Ч., Шадсон М. Новый взгляд на поп-культуру // Полигнозис. 2000. №2. С. 18-32.

243. Мурашов Ю. Слепые герои слепые зрители: о статусе зрения и слова в советском кино // Советское богатство: статьи о культуре, литературе и кино. СПб.: Академический проект, 2002. С. 412 - 427.

244. Мурашов Ю. Письмо и устная речь в дискурсах языка 1930-х годов: Н. Марр // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 599-608.

245. Надточий Э. Друк, товарищ и Барт (несколько предварительных замечаний к вопрошанию о месте социалистического реализма в искусстве XX века) // Даугава. 1989. № 8. С. 114 -120.

246. Называть вещи своими именами. Программные выступления мастеров западно-европейской литературы XX века. М.: Прогресс, 1986. 638 с.

247. Найман Э. «Из истины не существует выхода»: Андрей Платонов между двух утопий II Новое литературное обозрение. 1994. № 9. С.233-250.

248. Нанси Ж.-Л. Невыносимость непредставимого // Рыклин М. Деконструкция и деструкция. Беседы с философами. М.: Логос, 2002. С. 100-123.

249. Недель А. Анти-Улисс. Желаемое, садистское, визуальное в советской литературе 30-х-40-х годов//Логос. 1999. №№ 11-12. С. 117-130.к

250. Новиков Т. Новый русский классицизм. СПб.: Гос. Русский музей,1998. 252 с.

251. Новикова О., Новиков В. Зависть //Новый мир. 1997. № 1. С. 219-223.

252. Нусинова Н. Семья народов. Очерк советского кино 30-х годов // Логос. 2001. № 2 (27). С.4 -20.

253. Об истоках советского искусства. Круглый стол: К. Звездочетов, Е. Деготь, А. Ерофеев, А. Ковалев и др. // Искусство. 1988. № 10. С.8-12.

254. Ортега-и-Гассет X. Восстание масс // Ортега -и-Гассет. Дегуманизация искусства. Антология литературно-эстетической мысли. М.: Радуга, 1991. С.40-228.

255. Паперный В. Культура Два. М.: Новое литературное обозрение, 1996.384 с.

256. Парамонов Б. Конец стиля. СПб.- М.: Аграф; Алетейя, 1999. 451 с.

257. Парамонов Б. След. Философия истории и современность. М.: Независимая газета, 2001. 528 с.

258. Плаггенборг Ш. Революция и культура: культурные ориентиры в период между Октябрьской революцией и эпохой сталинизма. СПб.: Нева, 2000. 416 с.

259. Подорога В. «Голос власти» и «письмо власти» // Тоталитаризм как исторический феномен. М.: Философское общество СССР, 1989. С. 108— 111.226. . Полевой В. Искусство как искусство (без предубеждений и поучений). М.: Дом, 1995. 208 с.

260. Полевой В. Искусство XX века. 1901- 1945. М.: Искусство, 1991. 302 с.

261. Полевой В. О контексте искусства XX века // Творчество. 1989. № 8. С. 3-10.

262. Полевой В. Реалии, утопии и химеры искусства 20 века // Москва/Берлин.1900-1950: Изобразительное искусство, фотография, архитектура, театр, литература, музыка, кино. Москва; Берлин; Мюнхен; 1996. С. 15-20.

263. Постсимволизм как явление культуры: Матер, междунар. науч. конф. 10—11 марта 1995 года / Российский гуманитарный университет. М., 1995.48 с.

264. Пясковский Ю. Об одной тупиковой ветви (история храма Христа Спасителя) //Декоративное искусство. 1988. № 12. С. 2-8.

265. Раппапорт А. К эстетике тоталитарных сред // Декоративное искусство. 1989. № 11. С. 12-13.

266. Раппапорт А. Мифологический субстрат советского художественного воображения // Искусство кино. 1990. № 6. С. 92-94.

267. Раппопорт С. От художника к зрителю: как построено и как функционирует произведение искусства. М.: Советский художник. 1978. 237 с.

268. Рассадин С. Отличник. Попытка апологии // Континент. 1997. № 2. С.12-17.238.'} Ревзин Г. «Девушка моей мечты» // Искусство. 1990. № 3. С.39 43.

269. Ревзин Г. Архитектурная теория Жолтовского // Искусство. 1988. № 10. С. 60-64.

270. Ржевский Л. Зашифрованный термин (О существе соцреализма) // Новый журнал, Нью-Йорк, 1981, № 145. С.23 42.

271. Ржевский JI. Коммунизм это молодость мира // Синтаксис. 1981. № 17. С. 33 -79.

272. Розенталь Б. Соцреализм и ницшеанство // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 56 69.

273. Розинер Ф. Соцреализм в советской музыке // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 166 -182.

274. Романенко А.П. Образ ритора в советской словесной культуре. Учеб. пособие. М.: Флинта. Наука, 2003. 432 с.

275. Ронен О. «Инженеры человеческих душ»: к истории изречения // Лотмановский сборник 2. М.: 1997. С. 129-141.

276. Ронен О. Детская литература и социалистический реализм // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 969979.

277. Рубцова Е.В. Историчность парадигм искусства и проблема современной художественности. Автореф. дисс. . канд. философ, наук. Екатеринбург, 2004. 20 с.

278. Руднев В. Словарь культуры XX века. М.: Аграф, 1997. 384 с.

279. Русская литература XX века. Исследования американских ученых. СПб.: Петро-РИФ, 1993. 576 с.

280. Рыклин М. Немец на заказ: образ фашиста в соцреализме // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 814 -829.

281. Рыклин М. Террорологики. Москва-Тарту: Эйдос, 1992. 221 с.

282. Рыклин М. Пространства ликования. Тоталитаризм и различия. М.: Логос, 2002. 280 с.

283. Рыклин М. Деконструкция и деструкция. Беседы с философами. М.: Логос, 2002. 270 с.

284. Рыклин М. Искусство революции // Рыклин М. Искусство как препятствие. М.: Admarginem, 1997. С. 163-176.

285. Салкелд О. Лени Рифеншталь. Триумф и воля. М.: Эксмо, 2003. 448 с.

286. Сере Ф. Тоталитаризм и авангард. В предверии запредельного. М.: Прогресс-Традиция, 2004. 336 с.

287. Синявский А. Роман М. Горького «Мать» как ранний образец социалистического реализма // Избавление от миражей. Соцреализм сегодня. М.: Советский писатель. 1990 С. 80-92.

288. Синявский А. Сталин герой и художник сталинской эпохи // Синтаксис. 1987. № 19. СЛ1-27.

289. Синявский А. (Абрам Терц) Что такое социалистический реализм? (Фрагменты из работы) // Избавление от миражей. Соцреализм сегодня. М.: Советский писатель, 1990. С. 54-79.

290. Сиповская Н. «Новая Аркадия» или Третий Рим // Декоративное искусство. 1991. № 8. С. 26-29.

291. Смирнов И. Психодиахронологика и психоистория русской литературы от романтизма до наших дней. М.: Наука, 1994. 450 с.

292. Смирнов И. Хозяин и работник // Логос. 1999. № 9. С. 105-116.

293. Смирнов И. Человек человеку философ. СПб.: Алетейя, 1999. 286 с.

294. Смирнов И. Воля к власти // Сборник статей к 70-летию проф. Ю.М. Лотмана. Тарту, 1992. С. 61-67.

295. Смирнов И. О древнерусской культуре, русской национальной специфике и логике истории // Смирнов И. Мегаистория. К исторической типологии культуры. М.: «Аграф»; 2000. С. 197 446.

296. Смирнов И. «Исторический авангард» как подсистема постсимволистской культуры // Смирнов И. Мегаистория. К исторической типологии культуры. М.: «Аграф», 2000. С. 98-196.

297. Советское богатство. Статьи по культуре, литературе и кино. К шестидесятилетию Ханса Гюнтера. СПб.: Академический проект, 2002. 448 с.

298. Соцреализм: история, проблемы, последствия: Круглый стол / НИИ теор. и ист. изобр. иск-в Рос. акад. худ. Отдел отечественного искусства XX века. 26 мая 1994 года /'/ Вопросы искусствознания. 1994. № 4. С. 550— 555.

299. Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. 1040 с.

300. Степанян Н. Искусство России XX века. Взгляд из 90-х. М.: ЭКСМО-Пресс, 1999. 416 с.

301. Степанов Ю. Константы. Словарь русской культуры. Опыт исследования. -М: Школа «Языки русской культуры», 1997. 824 с.

302. Сухих С.И. Заблуждения и прозрения Максима Горького. Нижний Новгород: Изд-во Нижегородского ун-та, 1992. 256 с.

303. Сухих С.И. М. Горький и судьба «социалистического реализма» // Русская литература XX века. Проблемы и имена: книга для учителей и учащихся. Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-та, 1994. С. 99 -113.

304. Счастье литературы: государство и писатели в 1925 1938 годы. Документы. (Сост. Д. Л. Бабиченко). М.: РОССПЭН. 1997. 319 с.

305. Тоталитаризм как исторический феномен. М.: Философское общество СССР, 1989. 395 с.280. ' Троцкий Л. Литература и революция. М.: Политиздат. 1991. 399 с.

306. Трубина Е.Г. Социальная антропология. Учеб. пособие. Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. ун-та, 2003. 150 с.

307. Тугендхольд Я. Живопись революционного десятилетия (1918-1927) // Тугендхольд Я. Из истории западноевропейского, русского и советского искусства. М.: Советский художник, 1987. С.225 -245.

308. Тумаркин Н. Ленин жив! Культ Ленина в Советской России. СПб: Академический проект, 1977. 288 с.

309. Тупицын В. Коммунальный (пост)модернизм. Русское искусство второй половины XX века. М.: Изд-во «Ad Marginem», 1998. 206 с.

310. Тупицына М. У истоков соцреализма. Государство как автор // Искусство. 1990. № 3. С.24 -26.

311. Туровская М. К проблеме массового фильма в советском кино // Киноведческие записки. 1990. Вып.8. С. 72-78.

312. Туровская М. Классика в театре // Москва/Берлин. 1900-1950: Изобразительное искусство, фотография, архитектура, театр, литература, музыка, кино. Москва; Берлин; Мюнхен; 1996. С. 397-400.

313. Тюпа В. Альтернативный реализм // Избавление от миражей: Соцреализм сегодня. М.: «Советский писатель», 1990. С. 345-372.

314. Тэрнер В. Символ и ритуал. М.: Наука, 1983. 277 с.

315. Утехин И. Очерки коммунального быта. М.: ОГИ, 2001. 248 с.

316. Флакер А. Предпосылки социалистического реализма // Вопросы литературы. 1992. Вып.1. С.62-71.

317. Фрейдин Г. Революция как эстетический феномен // Новое литературное обозрение. 1993. №34. С.228-242.

318. Фрейдин Г. Об авторстве и гражданстве в новой русской литературе // Советское богатство: Статьи о культуре, литературе и кино. К 60-летию Ханса Гюнтера. СПб.: Академический проект, 2002. С. 259 -276.

319. Фромм Э. Бегство от свободы. М.: Прогресс, 1995. 272 с.

320. Хабермас Ю. Модерн незавершенный проект // Вопросы философии. 1992. №4. С. 40-53.

321. Хан-Магомедов С. Архитектура Москвы от авангарда до сталинского ампира // Москва/Берлин. 1900-1950: Изобразительное искусство, фотография, архитектура, театр, литература, музыка, кино. Москва; Берлин; Мюнхен; 1996. С. 205 -211.

322. Хейде JI. Автономность и несчастное сознание // Логос. 1999. № 9. С. 4-15.

323. Хэнсген С. Фантасмагории соцреалистического канона // Советское богатство: Статьи о культуре, литературе и кино. К 60-летию Ханса• IГюнтера. СПб.: Академический проект, 2002. С. 427- 440.

324. Ходасевич В.Ф. Некрополь и другие воспоминания. СПб.: Азбука-классика, 2001. 320 с.

325. Чегодаева М. Социалистический реализм мифы и реальность. М.: «Захаров», 2003. 215 с.

326. Чередниченко Т. Музыка в истории культуры. Вып. 2. М.: Аллегро-Пресс, 1994. 174 с.

327. Чудакова М. Без гнева и пристрастия // Литература советского прошлого. М.: Изд-во «Языки русской культуры», 2001. С. 309 -337.

328. Чудакова М. Заметки о поколениях // Литература советского прошлого. М.: Изд-во «Языки русской культуры», 2001. С. 377-393.

329. Чудакова М. Мастерство Ю. Олеши. М.: Наука, 1972. 100 с.

330. Чудакова М. Поэтика Михаила Зощенко. Л.: Наука, 1979. 200 с.

331. Чудакова М. Сквозь звезды к терниям. Смена литературных циклов // Новый мир. 1990. №4. С. 242-262.

332. Чуковский К. Дневник. 1901 -1929. М.: Современный писатель, 1997. 543 с.

333. Шабоук С. Искусство система - отражение. М.: Прогресс, 1976. 224 с.

334. Шапинская Е.Е. Массовая культура XX века: очерк теорий // Полигнозис. 2000. № 2. С.75 -94.

335. Шахназарова Н.Г. Парадоксы советской музыкальной культуры. 30-е годы. М.: ИНДРИК, 2001. 128 с.

336. Шацкий Е. Утопия и традиции. М.: Прогресс, 1990. 450 с.

337. Шергин Б.В. Сказы о вождях // Шергин Б.В. Изящные мастера: поморские былины и сказания. М.: Молодая гвардия. 1990. 430 с.

338. Шкловский В. Гамбургский счет. М.: Советский писатель, 1990. 300 с.

339. Шматко Н. Введение в социоанализ Пьера Бурдье // Бурдье П. Социология политики. М.: Наука, 1993. С. 7-26.

340. Штоммер Р., Далюгге М. Масса коллектив - народная общность // Москва/Берлин. 1900-1950: Изобразительное искусство, фотография, архитектура, театр, литература, музыка, кино. Москва; Берлин; Мюнхен; 1996. С. 349 -357.

341. Щеглов Ю.К. Комментарии к романам И. Ильфа и Е Петрова «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок». В 2-х томах. М.: Панорама, 1995. 620 с.

342. Щеглов Ю. Энциклопедия некультурности // Лицо и маска Михаила Зощенко / Сост. Ю.В. Томашевский: СПб.- М.: Изд-во «Олимп ППП», 1994. С. 218 -238.

343. Шнейберг Л.Я., Кондаков И.В. От Горького до Солженицына. Пособие по литературе для поступающих в вузы. М.: Высшая школа, 1995. 559 с.

344. Шушарин Г. Катастрофа вещного мира // Декоративное искусство. 1991. №8. С. 20-23.

345. Энценсбергер М. Сказка и быль в советской кинокомедии («Светлый путь» Г.В. Александрова) // Киноведческие записки. 1992. № 13. С.107— 119.

346. Эпштейн М. Блуд труда // Синтаксис. 1991. № 25. С. 45 59.

347. Эпштейн М. Истоки и смысл русского постмодернизма // Звезда. 1996. № 8. С. 166-188.

348. Эпштейн М. И. Идеология и язык (Построение модели и осмысление дискурса) //Вопросы языкознания. 1991. № 6. С. 19-33.

349. Эпштейн М. От модернизма к постмодернизму: диалектика «гипер» в культуре XX века // Новое литературное обозрение. 1995. № 16. С. 32 -46.

350. Эткинд А. Эрос невозможного: история психоанализа в России. СПб.: Medysa. 1993. 464 с.

351. Эткинд А. Новый историзм, русская версия // Новое литературное обозрение. 2001. № 47. С. 7- 40.

352. Юдин В.А. Был ли Горький мистиком? // Горьковские чтения 1995: Матер, междунар. науч. конф.: «Максим Горький сегодня: Проблемы эстетики, философии, культуры». Нижний Новгород: Изд-во Нижегородского ун-та, 1996. С. 86 -91.

353. Юстус У. Возвращение в рай: соцреализм и фольклор // Соцреалистический канон. СПб.: Академический проект, 2000. С. 70 -86.

354. Якимович А. Безумие Запада и русская болезнь. Две парадигмы культуры //Вопросы искусствознания. 1993. № 1. С. 79-91.

355. Якимович А. Магическая вселенная: очерки по искусству, философии и литературе XX века. М.: Галарт, 1995. 132 с.

356. Якимович А. Реализмы XX века: Магический и метафизический реализм. Идеологический реализм. Сюрреализм. Европа. Америка. Россия, 1916 1970. Альбом. М.: Галарт, Олма пресс, 2001. 176 с.

357. Якимович А. Тоталитаризм и независимая культура // Вопросы философии. 1991. № 11. С., 16 -25.

358. Яковлева Г.Н. Массовое сознание и «третья реальность» // Творчество. 1991. №6. С.12-14.

359. Яковлева Г.Н. Мифология преображения ландшафта страны в советской культуре 1930-х начала 1950-х годов // Советское искусствознание. 1991.Вып.27. С.200-217.

360. Яковлева Г. ВСХВ и культура 30-х годов // Вопросы искусствознания. 1995. №1-2. С. 171-180.

361. Ямпольский М. Власть как зрелище власти // Киносценарии. 1989. № 5. С. 176-186.

362. Ямпольский М. Россия: культуры и субкультуры // Общественные науки и современность. 1993. № 1. С. 58 -67.

363. Ямпольский М. Цензура как торжество жизни // Искусство кино. 1990. №7. С. 97-104.

364. Ямпольский М. Кино без кино // Искусство кино. 1988. № 6. С. 56 60.

365. Robin R. Socialist Realism: An Impossible Aesthethic. Stanford: Oxford-press, 1992.270 р.

366. Guenther H. The Culture of Stalin period. L.,1990. 290 p.

367. Strada V. Histoire de la Litterature russe: Le XX siecle. P.: 1990. Vol.3. P. 134-197.

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.