Наименования мер сыпучих тел в русском языке XI-XVII веков тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 10.02.01, кандидат филологических наук Лебединская, Виктория Григорьевна

• Лебединская, Виктория Григорьевна
• кандидат филологических наук
• 2000

Оглавление диссертации кандидат филологических наук Лебединская, Виктория Григорьевна

Введение 4

Глава I. История становления метрологии как науки 13

1.1 .Метрология и источники ее изучения 13

1.2.Практический и описательный периоды в развитии метрологии 22

1.3. Дальнейшее развитие метрологии и ее современное состояние 29

1.4.Метрологическая лексика и ее изучение в лингвистической литературе 36

Выводы 45

Глава II. Общерусские наименования мер сыпучих тел в русском языке XI-XVII веков 48

II. 1.Наименования мер сыпучих тел. и их функционирование в данный период 48

11.2.Утраты некоторых наименований мер сыпучих тел 65

11.3.Пополнения наименований мер сыпучих тел 72-97 Выводы 97-

Глава III. Территориальные наименования мер сыпучих тел в русском языке XI-XVII веков 100

III. 1.Наименования мер сыпучих тел в новгородских письменных памятниках 102

III. 2. Наименования мер сыпучих тел в севернорусских письменных памятниках 115

III.3.Система зобницы в псковских письменных памятниках 124

Ш.4.Наименования мер сыпучих тел в письменных памятниках центральной России, Поволжья, Вятки, Пермского края 126

Выводы 130

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Наименования мер сыпучих тел в русском языке XI-XVII веков»

Термин «метрология» в переводе с греческого означает «учение о мерах» (ц,йтроу - «мера», А-оуоС, - «слово, учение»). Как система конкретных знаний метрология прошла длительный путь развития. Уже в развалинах Карнакского храма в Древнем Египте археологи нашли покрасневшие от кирпичной пыли деревянные меры, которыми пользовались египетские каменщики при кладке кирпичей (Исаков, 1923, с.5). Единицы измерения появились в глубокой древности, так как без них было невозможно строить жилища, изготовлять орудия труда, шить одежду. Первоначально мерило для всего окружающего человек нашел в себе самом и в своей деятельности. В основе древнейших измерений лежали части человеческого тела: стопа, локоть, палец и др. Мерами длины служили также шаги, длина пути, пройденного в определенное время; мерами объема являлись количества, которые человек мог захватить или унести, - охапка, горсть, пригоршня. По мере повышения требований к точности количественных оценок стали применять средства измерений и переходить к единицам, определяемым вещественными эталонами. Наименования мер сыпучих тел - одна из самых древних предметно-тематических групп метрологической лексики.

Темой нашего исследования являются наименования мер сыпучих тел в русском языке Х1-ХУН веков.

Актуальность изучения проблем метрологии неоднократно подчеркивалась как историками, этнографами, так и лингвистами. Задачи историков, этнографов и исследователей исторической лексикологии при анализе метрологических единиц тесно смыкаются, но цели и методы исследования в каждой науке свои. Историка интересует реальная величина каждой меры, соотношение мер в разные исторические периоды. «Русская история, - считал известный историк XIX века Д.И. Прозоровский, - богата вопросами, которые остаются нерешенными, потому что нам неизвестны в точности древние единицы веса, меры и монеты, времяисчисление. Вот почему народный и гражданский быт древней Руси для нас не вполне понятен с экономической и практической стороны» (Прозоровский, 1888, с.1). Этнограф исследует причины появления той или иной меры, их особенности. Как историки, так и этнографы при изучении метрологических единиц не могут обойтись без анализа наименований мер. Часто только на основании лингвистического анализа ученые могут говорить о первичной величине или происхождении меры. В ходе такого анализа можно установить фальсификацию документа ( в случае несоответствия упоминаемых в нем мер дате и месту его составления).

Исследователи указывают на необходимость детального изучения истории метрологической лексики, начиная с древнерусской эпохи. Отмечается, что особый интерес представляют исследования восточнославянских метрологических наименований, древнейший общий пласт которых засвидетельствован в древнерусских памятниках (Добродомов, 1969, с.327).

Проблемы метрологии привлекли к себе пристальное внимание и лингвистов, начиная со второй половины XX века. С тех пор в полном объеме изучена только одна группа метрологической лексики - названия мер длины. Исследование наименований мер сыпучих тел и других единиц измерения имело место в лингвистических работах, однако носило фрагментарный характер. Таким образом, неудовлетворительная изученность наименований мер сыпучих тел в лингвистическом плане обусловила актуальность данного исследования.

Научная новизна нашей работы состоит в том, что впервые на широком и разнообразном материале предпринято описание и изучение названий мер сыпучих тел в русском языке Х1-ХУП веков. Вводятся в научный оборот многие памятники деловой письменности ХУ1-ХУП веков, ранее не привлекавшие внимания исследователей истории языка.

Целью предпринимаемого исследования является описание и изучение наименований мер сыпучих тел в русском языке Х1-ХУП веков. Для достижения этой общей цели были выдвинуты следующие конкретные задачи:

- выявить основные пути формирования метрологии как науки;

- проанализировать предметно-тематическую группу наименований мер сыпучих тел в русском языке Х1-ХУП веков;

- проследить происхождение данных наименований;

- сравнить и сопоставить названия слов исследуемой предметно-тематической группы в родственных славянских языках;

- определить основные направления развития системы наименований мер сыпучих тел в русском языке Х1-ХУП веков.

Хронологические рамки диссертации, как показывает само ее название, ограничены Х1-ХУП вв., так как это время является периодом становления русской метрологической лексики, в том числе наименований мер сыпучих тел, однако, если позволяет материал, в работе делаются краткие экскурсы в поздние периоды, вплоть до современного состояния языка.

Источниками для написания работы послужили материалы летописей, монастырских актов, договорных грамот русских князей с другими государствами; документы деловой письменности ХУЬХУПвв.: приходо-расходные, таможенные книги, описи и росписи имущества отдельных монастырей и физических лиц, челобитные, хранящиеся в ГААО и РГАДА. Цитируя эти источники, мы сохраняем их орфографию и пунктуацию. Для анализа использовались также материалы Картотеки ДРС Х1-ХУИ веков (г.Москва) и Картотеки диалектов Поморского государственного университета (г.Архангельск), данные этимологических, диалектологических и исторических словарей, словаря В.И. Даля. Не отказываемся от сведений, взятых из художественной литературы и г имеющих непосредственное отношение к наименованиям мер сыпучих тел.

Под понятием «сыпучие тела» мы подразумеваем «то, что способно сыпаться». В первую очередь в эту группу войдет «хлеб в зерне». Л.Ю. Астахина пишет: «Все возделываемые культуры, которые обобщались словом хлеб, находили отражение в учетных книгах в трех своих состояниях: в виде семян, зерна («хлеб в зерне»), в виде растущих на полях растений («хлеб на корню») и в виде растений, собранных с полей в снопы, готовых к обмолоту («хлеб в снопах») (Астахина, 1991, с.41). В понятие «сыпучие тела» из этих трех перечисленных состояний входит только первое. В описываемую нами группу входят также крупяные культуры (гречиха и др.), зернобобовые (горох и др.). Помимо перечисленных в понятие «сыпучие тела» включаются продукты обработки этих культур (мука, толокно, солод). Соль - одна из важных составляющих понятия «сыпучие тела».

Итак, понятие «сыпучие тела» включает в себя зерновые культуры в виде различных семян и зерна, крупяные культуры, зернобобовые, а также продукты их обработки, соль.

В этой работе мы не ставили перед собой задачу определять и указывать метрологическое содержание мер, так как наше исследование носит историко-лексикологический характер. К материалам из различных источников мы подключаем данные исторической метрологии. В связи с этим следует уточнить, что мы исследуем наименования мер, а не сами меры; нас интересует только лингвистический подход. Сведения, касающиеся фактического содержания той или иной меры, приводятся лишь попутно. Не следует искать в письменных памятниках точных указаний на весовое значение той или иной меры сыпучих тел. Они всегда в большей или меньшей степени приблизительны. Поэтому следует относиться как к приблизительным к любым приводимым весовым р соответствиям. |В русской исторической лексикологии история слова рассматривается в большинстве случаев с учетом его места в соответствующей лексической группе. Следует отметить, что разработку критериев классификации материала в исторической лексикологии еще не считают завершенной (Богатова, Астахина, 1991, с.3-10). Л.Ю. Астахина пишет: «И может быть, вопрос о разграничении тематических и лексико-семантических групп слов в исторической лексикологии не обязательно ставить столь остро, как в исследовании синхронного среза языка?» (Астахина, 1991, с.36). А.Д. Васильев объясняет одну из причин такой позиции исследователей: «.рассмотрение функционирования слова в диахронии имеет свою специфику, которую исследователи принимают во внимание» (Васильев, 1997, с.75).

Специфика изучения слова в диахронии хорошо показана в той же работе Л.Ю. Астахиной. Всевозможные связи между словами в любой выделенной лексической совокупности, считает исследователь, «проявляются иногда с течением времени, с развитием языка, отражающего разнообразные изменения реальной действительности.Для обоснования закономерностей наблюдаемых языковых явлений историк-лексиколог непременно обращается к фактам исторической и современной диалектологии, исторической и современной лексикографии, к фактам лингвогеографии и других областей лингвистики. Следовательно, независимо от субъективной позиции автора его исследование приобретает характер диахронический и отражает изменения языка, происходившие на протяжении веков » (Астахина, 1991, с.36). «В исторической лексикологии, - читаем там же, - вероятно, невозможно категорическое разграничение групп слов с наличием языковых признаков и без них. Историк-языковед имеет дело с древним текстом, со словами, и иногда не может с достаточной точностью, четкостью представить себе тот предмет, явление, понятие реальной действительности, которое обозначено словом. Чтобы отнести слово к той или иной группе, приходится проводить серьезные исторические и лингвистические разыскания» (Астахина, там же).

Именно поэтому, учитывая все сказанное выше, лексиколог-историк, впервые сталкиваясь с каким-либо источником или группой источников сходного характера, оправданно стремится представить лексику в виде групп. Такой методический прием исследователями исторической лексикологии признается правильным (Астахина, 1991, с.36; Смолина, 1990, с.37).

Наименования мер сыпучих тел составляют предметно-тематическую группу. «Классификация материала по предметно-тематическим группам, - пишет К.П. Смолина, - правомерна по двум причинам: во-первых, как методический прием в изложении разнородного лексического материала; во-вторых, как прием, позволяющий выявить связи и отношения между обозначаемым и обозначающим» (Смолина, 1990, с.37).

В лингвистической литературе по-разному подходят к номинации объединений слов, классификационным признакам, формирующим лексические группы слов. Классификация материала по тематическим группам - один из наиболее часто встречающихся приемов в изучении лексической системы языка. Тематические группы включают в себя лексико-семантические группы. В лексико-семантическую группу слова могут быть объединены при наличии общих языковых признаков. Истоки учения о лексико-семантических и тематических лексических группах обнаруживаются в трудах Ф.П. Филина, М.М. Покровского, Н.В. Крушевского. Лексико-семантическую группу, пишет Ф.П. Филин, «составляют совокупности слов, имеющие близкие и идентичные значения с разными оттенками, дифференциальными признаками» (Филин, 1957, с.523-538).

В работах лингвистов встречаем несколько наименований, используемых в качестве синонимов термина «тематическая группа»: предметная, тематическая, предметно-тематическая. Г.Ф. Одинцов предлагает использовать более широкий термин, а именно: тематическая

4D группа слов и словосочетаний (Одинцов, 1991, с.82). Некоторые лингвисты, пользуясь в своих работах разной терминологией, вкладывают в термины одно и то же содержание. Другие - отчетливо их различают. Это относится, прежде всего, к терминам «предметная группа» и «тематическая группа». Так, A.A. Уфимцева в своем исследовании употребляет термины «предметная группа» и «тематическая группа» применительно к одной и той же группе лексики (Уфимцева, 1962). Предметные, или тематические, группы она объединяет в одну группу в силу сходства или общности функций обозначаемых словами предметов и процессов. Другие исследователи, не отличая терминологически эти два вида лексических группировок друг от друга, все-таки выделяют особые группы конкретной лексики внутри тематических (Шмелев, 1973). В ряде работ эти лексические группировки не разграничиваются и обозначаются двойным наименованием: «предметно-тематические группы».

К.П. Смолина такую терминологическую неупорядоченность объясняет тем, что сами реалии лингвисты трактуют по-разному: «одни -узко, соотнося их только с конкретными предметами, и тогда выделяются предметные группы лексики в качестве самостоятельных, включающих в себя только одну часть речи - имена существительные, другие-более широко, соотнося реалии не только с конкретными предметами, вещами, но и с более отвлеченными понятиями, явлениями, процессами» (Смолина, 1990, с.36). Мы предпочитаем пользоваться термином «предметно-тематическая группа», который в силу своего двойного наименования подразумевает включение в эту группу как конкретной предметной лексики, так и слов отвлеченного содержания. «Основу классификации этого типа лексических группировок составляет, - пишет К.П. Смолина, -только один общий признак, выделяемый в словах на основе их номинативно-репрезентативной функции - ономасиологический инвариант» (Смолина, 1990, с.36-37). Изучение истории конкретных слов представляется важным для истории любого языка и не противоречит н изучению системных отношений, так как каждое отдельное слово выступает в качестве обязательного элемента системы языка.

В работе используются описательный, сравнительно-сопоставительный и контекстно-функциональный методы.

Намеченная общая цель диссертации и конкретные задачи, поставленные в работе для выполнения этой общей цели, определили структуру всей работы, состоящей из Введения, трех глав с выводами, общего Заключения и Приложения.

Во Введении обоснованы актуальность выбранной темы, ее научная новизна; определены цель и задачи исследования; указаны исходные теоретические положения, послужившие основой для анализа материала.

Первая глава «История становления метрологии как науки» включает в себя четыре части. В первой части описываются источники изучения мер; во второй рассматриваются периоды в истории метрологии; в третьей анализируется дальнейшее развитие метрологии в XX веке; в четвертой части изучаются исследования лингвистов, посвященные проблемам метрологической лексики.

Вторая глава посвящена конкретному анализу наименований мер сыпучих тел, имевших в русском языке Х1-ХУН веков общерусское распространение. Описание наименований делится на три части: названия единиц измерения сыпучих тел и их функционирование в русском языке Х1-ХУИ веков; утраты некоторых наименований мер сыпучих тел в данный период; пополнения наименований мер сыпучих тел в данный период.

В третьей главе анализируются территориальные наименования мер сыпучих тел в русском языке Х1-ХУП веков. Территориальные наименования бытовали наряду с общерусскими, дополняя, а иногда заменяя их. Описание этих названий мы делим, учитывая их территориальную отнесенность. В работе исследуются наименования новгородских, севернорусских, псковских мер, названия мер сыпучих тел центрального региона России, Поволжья, Вятки и Пермского края. Значительно богаче, разнообразнее в памятниках представлены наименования новгородские и севернорусские. В псковских источниках прослеживается своя, местная, правильно организованная система зобницы, которая, очевидно, отвечала всем необходимым требованиям. Наименования мер сыпучих тел центральной России, Поволжья, Вятки и Пермского края объединены нами в один параграф, так как, согласно исследованию большей части имеющихся источников, не отличались особенным разнообразием. На этих территориях в большей степени, чем в Новгороде, Пскове и на Русском Севере, господствовала общепринятая система мер.

В Заключении обобщаются результаты исследования, подводятся основные теоретические и практические итоги проведенной работы, намечается возможная перспектива дальнейшей разработки проблемы.

В Приложении дается список использованных в работе источников, атласов, словарей с их принятыми сокращениями, библиография, словник анализируемых в диссертационном исследовании наименований мер сыпучих тел и слов, по-разному к ним относящихся.

Научно-практическая значимость диссертации заключается в том, что результаты исследования могут быть использованы прежде всего при написании обобщающего труда по исторической лексикологии, для разделов учебных пособий по исторической лексикологии, при составлении исторических словарей, для спецкурсов и спецсеминаров по истории русской лексики.

Заключение диссертации по теме «Русский язык», Лебединская, Виктория Григорьевна

Выводы

Среди территориальных наименований мер сыпучих тел особым разнообразием, как показывают наши материалы, отличались новгородские и севернорусские меры. Новгородская дежа отмечена в памятниках письменности XII-XVI веков, коробья - XIII-XVII веков, бЪкарь - XV века, лубъ - XVI-XVII веков, пузъ - с XII века.

Все эти слова служили для обозначения единиц измерения зерновых культур, продуктов их обработки, круп, соли. Следует отметить, что наблюдалось некоторое распределение: дежа, коробья, сЪвъ являлись в большей степени мерами "хлеба в зерне", круп, муки, солода, толокна, а бЪкарь, лубъ - в большей степени соляными. Пузъ в наших материалах чаще использовался для измерения соли, чем зерновых культур. Однако утверждать, что первая группа мер являлась "хлебными", а вторая — ш соляными, мы не можем. Можно лишь констатировать, что в нашей картотеке нет сведений, указывающих на такое строгое распределение.

Разнообразны наименования единиц измерения сыпучих тел и в севернорусских памятниках: кузовъ, сугребъ, помытка, помытня, помытина, насыпка, пудокъ, пудовикъ, пудница; пудъ мерной, клетка, ковшъ, крошня, буракъ, бЪльница отмечены в письменных памятниках ХУ1-ХУП веков. Специфически соляной мерой был сугребъ, так как сугребами измеряли количество вываренной в црене соли, которую из црена выбрасывали для просушки на сугребы, специально предназначенные для этого полки.

Проведенный анализ севернорусских наименований показал, что большая их часть сохранилась в современных севернорусских говорах в качестве названий различного рода корзин (кузов, крошня, бурак, насыпка).

В псковских письменных памятниках XIV, XV и XVI веков отмечается целая система названий мер сыпучих тел. Такой системой там была система зобницы. Зобница делилась на 2 позобенья и 4 четвертки. В псковских памятниках не отмечено других наименований, что позволяет сделать вывод о самодостаточности этой системы, просуществовавшей до XVI века, когда в России начался процесс унификации всех систем мер.

Менее разнообразны наименования единиц измерения сыпучих тел в поволжских, пермских, вятских источниках, памятниках центральной России. Это связано с тем, что основное место там занимали общерусские названия (четверть, осьмина, полуосьмина, четверикъ и др.).