Школьная политика Советского государства в 1918-1927 гг. тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 07.00.02, кандидат исторических наук Абалов, Александр Рэмович

• Абалов, Александр Рэмович
• кандидат исторических наук
• 2006

Оглавление диссертации кандидат исторических наук Абалов, Александр Рэмович

Введение

Глава 1. Разработка теоретических основ школьной политики

1.1. Проблемы преобразований школьного дела в трудах К. Маркса,

Ф. Энгельса, В.И. Ленина, советских партийно-государственных деятелей.

1.2. Позиции и взгляды руководителей Наркомпроса, ведущих деятелей советского образования

Глава 2. Реформирование содержания образования в 1918-1927гг.

2.1. Программно-методическая работа в 1918-1920гт.

2.2. Развитие системы обучения в 1921-1927гг.

Глава 3. Переход к новому типу школы — Школьное строительство и управление школами в 1918-1927гг.

Глава 4. Советского государство и учительство

4.1. Учительство: состав и положение

4.2. Политика Советского государства по отношению к учительству в 1918-1920гг.

4.3. Взаимоотношения Советского государства и учительства в 1921-1927гг.

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Школьная политика Советского государства в 1918-1927 гг.»

Образование есть ведущее и определяющее начало социализации, главный инструмент культурной преемственности поколений. Тем самым оно влияет на предпочтения людей в выборе жизненно важных установок, формирует образ жизни, нравы и обычаи общества, ценности и нормы.

Подлежащее усвоению учащимися содержание образования представляет собой часть социально-культурного опыта, спрессованный опыт человечества. В свою очередь цели образования соотносятся с историческими и социально варьируемыми идеалами общества и зависят от общеисторических факторов.

Школа в системе образования играет ключевую и структурообразующую роль. Именно средняя общеобразовательная школа в соответствии с государственным или социальным заказом формирует мировоззрение, учебные и социальные навыки, систему ценностей.

Последние 15 лет российское общество, проходя стадию становления новых социальных институтов, переосмысливает цели и задачи системы образования. Вновь в повестку дня ставится вопрос чему и как должна учить школа? Какова роль школы в эволюции самого общества? Каково место школы в культуре, общей системе ценностей? Должна ли школа готовить детей к будущей взрослой жизни или же она является инструментом преобразования самой жизни? В истории нашей страны подобные вопросы пытались радикально разрешить в ходе революционных преобразований в годы революции, гражданской войны, новой экономической политики. Поэтому, на наш взгляд, изучение школьной политики 1918-1929гг. представляет не только историографический интерес. Мы должны вновь обратиться к опыту предшествующих поколений, чтобы избежать повторения ошибок, необдуманного прожектерства и чрезмерного консерватизма.

Хронологические рамки исследования охватывают период с 1918г. по 1927гг. Эти временные границы обусловлены следующим. Именно с 1918г. начинается первая школьная реформа Советской власти. На протяжении 20-х годов радикализм реформаторов не ослабевал, шел в одном направлении. В конце 20-х годов, а точнее в 1927г. эта политическая линия стала сворачиваться. «Великий перелом» положил конец реформаторству в сфере образования, открыл принципиально новую страницу в истории и самой страны в целом, и образования в частности.

Изучению истории школьной политики Советского государства в 19181927 годы, в эпоху революции, гражданской войны и нэпа, посвящена настоящая работа. Актуальность этой темы очевидна. Когда, в России вновь происходят глубинные экономические, социальные и политические изменения, в том числе и в сфере образования, как представляется, имеет огромное значение.

СТЕПЕНЬ НАУЧНОЙ РАЗРАБОТАННОСТИ ПРОБЛЕМЫ Школьная политика Советского правительства в 1918-1927 гг. не была изучена в специальных исследованиях. Нет ни одной специальной исторической монографии или диссертации, в которой бы системно рассматривались вопросы интеллектуальных истоков, разработки, реализации этой политики, отношения государства и учительства, восприятия преобразований со стороны общества.

Однако есть целый корпус работ, рассматривающих эту проблематику со стороны историко-педагогической науки. Пожалуй, первой попыткой дать обзор школьной политики Советского государства в исторической перспективе может считаться работа видного советского педагога А.П. Пинкевича ««Советская педагогика за 10 лет (1917-1927)». Также определенное внимание он уделил этой теме во втором томе своего обобщающего труда «Педагогика». По его мнению, в школьной политике Наркомпрос уверенно строил политехническую школу, создавая поистине марксистские программы. Тем самым были заложены основы советской школы. Но в своей массе образовательное сообщество не приняло новаций в силу противоречивого понимания целей и методов школьной работы.1

В 30-первой половине 40-х годов изучение советской школьной политики в годы революции, гражданской войны и нэпа не стало основным предметом отечественной истории педагогики. В этот период, особенно в связи с появлением «Краткого курса истории ВКП (б)», серьезное изучение глобальных проблем истории образования становится невозможным. Проведенный анализ публикаций по истории школы показывает, что если в 1918-1929гг.

1 Пинкевич А.П. Советская педагогика за 10 лет (1917-1927). М. 1927. С.73-74,93,95; Он же. Педагогика, т. 2. М. 1929. С. 203 было опубликовано 38 работ, освещавших общие вопросы истории школы, то в 1930-1949 гг. —только 12.1

Однако в конце 40-х годов появляется первый обобщающий труд по истории советской школьной системы, авторами которого были Н.А. Константинов Е.Н. Медынский ««Очерки по истории советской школы РСФСР за 30 лет». Именно эта работа сформулировала основные оценки школьной политики 1918-1920-х годов, оказавшие влияние на последующие поколения исследователей. Рассматривая в основном вопросы программно-методического характера, авторы отмечали, что руководители Наркомпроса, ведущие педагоги-теоретики, находясь под влиянием западной науки, попытались внедрить идеи педагогов-новаторов Франции, Германии, США в советской массовой школе. Именно это предопределило их неудачу.

Авторы вообще противопоставляют старую, дореволюционную гимназию новой, советской школе начала 20-х годов. Если первая была хороша тем, что, основываясь на предметной системе, давала прочные знания, то вторая — «уродовала» предмет, нарушала логику знания, была не просто ненаучной, а антинаучной.

Тем не менее, на наш взгляд, книга Константинова и Медынского обладала рядом научных достоинств и была определенным шагом вперед в изучении этой проблематики. Авторы впервые попробовали придать изучению вопроса историческое измерение. Они впервые выдвинули тезис, что

1 Днепров Э.Д. Советская историография отечественной школы и педагогики: 1918-1977. Проблемы, тенденции, перспективы. М. 1981. С. 68. программы 20-х годов были фактически продолжением определенных принципов, заложенных еще в «Декларации единой трудовой школы», принятой в октябре 1918г. Константинов и Медынский впервые обратили внимание на противоречивый ход реализации школьной политики, обращая внимание на пассивное сопротивление местных органов народного образования линии Наркомпроса.'

Другим характерным образцом историко-педагогических трудов того времени является работа А.В. Фохт «Народное образование Москвы в восстановительный период (1921-1925)». Публикация, отличающаяся использованием большого фактического материала, к сожалению, отличается идеоло-гизированностью и предвзятостью, некритичным повторением отдельных положений Н.А. Константинова и Е.Н. Медынского. На взгляд автора, сама школьная политика была отражением классовой борьбы. Разработчики реформ вульгаризировали марксистскую диалектику и совершенно неправильно применили его к педагогике. Вульгаризация, как полагал Фохт, связана с тем, что идея комплексной системы была «.вынесена из работ буржуазных л и мелкобуржуазных педагогов» .

Эпоха хрущевской «оттепели» оказала определенное влияние на развитие исследований в этом вопросе. В 50-80-е годы появляется ряд работ, рассматривающих советскую школьную политику исследуемого периода.3 Дан

1 Константинов Н.А., Медынский Е.Н. Очерки по истории советской школы РСФСР за 30 лет. М. 1948. С. 126,128-135.

2 Ученые записки МГПИ. Т. 26. Вып.З. М. 1953. С. 113-114

Равкин З.И. Советская школа в период восстановления народного хозяйства. 1921-1925. М., 1959.; Королев Ф.Ф. Очерки по истории советской школы и педагогики. 1917-1920. ные труды отличаются использованием большого фактического материала, разнообразных источников, вниманием ко всем сторонам школьной политики — от разработки программ до форм и методов внешкольной работы. Однако авторы в целом повторяли выводы, сделанные еще Н.А Константиновым и Е.Н. Медынским о недостаточном марксизме разработчиков реформ, а провал попытки реализации новой школы видели в «реакционно настроенных педагогах».1 Авторы не ставили перед собой задачу системного анализа основных звеньев школьной политики, в качестве идейных источников реформ выделяли только педагогические труды, практически не выявляли связь между развитием школьного дела и общеисторическим характером развития страны.

В это же время появляются исследования, выполненные на уровне кандидатских и докторских диссертаций, специально посвященные истории народного образования, а также рассматривающие отдельные аспекты школьной политики.2

М., 1961; Королев Ф.Ф., Равкин З.И. и др. Очерки по истории советской школы и педагогики (1921-1931). М., 1961.; Гончаров Н.К. Очерки истории советской педагогики. Киев, 1970.; Очерки по истории школы и педагогической мысли народов СССР. 1917-1941. М., 1980.

1 См., например, Очерки по истории школы и педагогической мысли народов СССР. С. 113.

2 Баркин Г.А. Программно-методическая работа Наркомпроса РСФСР в связи с усовершенствованием гуманитарного образования в Единой трудовой школе II ступени(1918-1934 гг.): Дис. канд. пед. наук. М. 1974.; Иванов H.JI. Развитие школьного образования в Калмыцкой АССР (1917-1965 г.): Дис. канд. пед. паук. — М., 1966.; Ивонинская JI.A. Проблемы народного образования в Советской России: по материалам периодической печати окт. 1917-1920 гг.: автореф. дис. канд. ист. наук. JI. 1980; Литвинов П.Ф. Управление народным образованием в РСФСР в период восстановления народного хозяйство и начало социалистической индустриализации (1921-1929 гг.): Дис. канд. юр. наук. — М., 1976.; Лопатников Р.А. Проблема политехнического образования в истории строительства советской школы (1917-1929): Дис. канд. пед. наук. Саратов, 1954.; Осовский Е.Г. Воз

Перестройка исторической науки в 1980-е годы, критический пересмотр недавнего прошлого страны способствовали оживлению в исследованиях этой темы. Весьма характерным образцом исследований той эпохи является статья В.Т. Нанивской «Анатомия репрессивного сознания (как создавалась отечественная школа)». Автор в истории отечественной школы выделяет три узловых момента: 1918г. — первые попытки создания новой школы, 1924г. — введение комплексных программ, начало 1930-х годов — фактически возрождение старой гимназии. Провал реформы и в 1918г., и в 1924г. авторами объясняется тем, что «.из мира личности изымались целые пласты, относящиеся к традиционной психологической культуре, духовности». Благодаря новым программам 20-х годов старая школа была уничтожена, наступила «.тотальная политизация обучения на фоне обеднения преподаваемого материала»1.

С начала 90-х годов появляется ряд трудов, анализирующие развитие советской школьной системы на региональном уровне.2 К явным достоинстникновение и развитие школы фабрично-заводского ученичества (ФЗУ). (1918-1933). Дис. д-ра пед. наук. М., 1964.; Панкратова А.Д. КПСС и Советское правительство в борьбе за подготовку и реализацию всеобщего обучения в период 1917-1932 гг.: Автореф. дис. канд. ист. наук. М., 1955.; Чекунов И.В. Деятельность Наркомпроса РСФСР по организации и совершенствованию руководства школьным образованием (1917-1930): Дис.канд. пед. наук. — М., 1971

1 Нанивская В.Т. «Анатомия репрессивного сознания (как создавалась отечественная школа)» // «Вопросы философии» 1990, № 5, стр. 47-60.

См., например, Липчанский A.M. Становление советской системы образования. 19171927 гг. Астрахань. 1997.; Власов В.А. Школа и общество. Поиски путей обновления образования. Вторая половина XIX — первая треть ХХв. Пенза, 1998; Дорофеева Т.В. Формирование школьной системы обучения в советской России (1917 г. — конец 30-х гг.): Автореф. дис. канд. ист. наук. Воронеж, 1994.; Золотарев О.В. Создание и развитие советской системы народного образования в Коми 1918-1941 гг.: Дис. д-ра ист. наук. М., 1997; Карпова Г.Ф. Образовательная ситуация в России в первой половине XX века: дис. д-ра пед. наук. Ростов-на-Дону, 1994; Лупоядова А.Ю. Школа, учительство, учащаяся мовам таких работ следует отнести широкое введение в научный оборот фондов местных архивов, привлечение материалов также местной печати, глубину изучения конкретных вопросов, обусловленную локальностью тематики. Продолжается исследование отдельных сторон партийно-государственной политики по развитию школьного дела,1 различных аспектов педагогической работы.2

Проблемы школьной политики нашли отражение и в таком совершенно отдельном направлении мировой исторической мысли, как эмигрантская историография. Еще в 30-е годы выдающийся русский философ и педагог С.И. Гессен в соавторстве с Н. Гансом выпустили монографию, анализирующую положение образования в СССР в 20-е годы. 2-3 главы этой книги посвящены именно развитию школьной системы. По мнению авторов, образовательная политика Советского государства делится на два этапа. Если первый этап, охватывавший время гражданской войны, характеризовался «анархо-коммунистическим утопизмом», то второй — отличался прагматизмом, нацеленностью на «коммунистически-профессиональное образование», что лодежь западных губерний Центра России (октябрь 1917-1920 гт). Автореф. дис. канд. ист. наук. Брянск, 1999.; Филоненко Т.В. Реформы и контрреформы: история школьных систем в России XIX-первой трети XX вв. Воронеж. 2004.

1 См., например, Клемантович С.П. Эволюция государственной политики в области народного образования в 1920-1930-е годы: автореф. дис.канд. ист. наук. — М., 2000.

См., например, Сыченкова Г.А.Трудовое воспитание в деятельности опытно-показательных учреждений Наркомпроса РСФСР, 1918-1937 гг.: Дис. канд. пед. наук — М„ 1994.

Гессен и Ганс связывают с общим поворотом политики большевиков в сторону нэпа1.

Позже Гессен уточняет свою точку зрения. В статье 1933г. он насчитывает «пять превращений школьной политики.партии»: с 1917 по 1922гг. господствовали идеи политехнизма, затем, до 1926-1927гг. возобладал идеал профессионального образования плюс марксистское миросозерцание, потом в 1927-1929гг. начинается постепенное восстановление отдельных элементов старой школы, прерванное временной победой сторонников теории «отмирания школы», и наконец с 1931г. происходит полная реставрация традиционной, дореволюционной школы2.

Выдающийся русский историк П.Н. Милюков также коснулся проблем развития школьного дела в СССР. По его мнению, советская школа в 20-е годы сделала крен в сторону ремесленного, профессионального обучения, что совпадало с «.практическими задачами большевиков, которым были нужны.ремесленники». Начало этих изменений он видит в деятельности украинского Наркомпроса, который, как известно, был сторонником узкого профессионального образования. Но при этом большевики пытались сохранить значение и важность социального воспитания, что привело к попытке реали

1 Hessen S., Hans N. Educational Policy in Soviet Russia. L., 1930, Ch. 2-3; фрагментарный перевод см. в Гессен С.И. Образовательная политика в Советской России // Педагогические сочинения. Саранск. 2001. С. 223-237

Гессен С.И. Судьба коммунистического идеала образования // Новый град. 1933. N° 6. С. 75-89 зации так называемых комплексных программ. Неудачу реформ Милюков объясняет тем, что не было соответствующих материальных возможностей1.

Что касается зарубежной исторической науки, то она, как правило следует в основном выводам и оценкам, сделанными С.И. Гессеном и П.Н. Милюковым. В этом отношении ярким примером является работа видного немецкого историка педагогики Оскара Анвайлера. В своих работах он рассматривал школьные преобразования Советского государства как часть мирового педагогического процесса, а истоки ее видел в императивах нэповской эпохи2. Аналогичный подход мы наблюдаем и в более поздних работах3.

Большой интерес представляет небольшая, но крайне содержательная статья израильского историка Ф. Агмона, впервые в исторической науке попытавшегося дать системный анализ советской школьной политики в годы нэпа. Ф. Агмон подчеркивает неоднозначность, противоречивость политической линии, обращая внимание на борьбу вокруг судьбы этой политики между комсомолом, сторонниками радикального и прагматического подходов в самом Наркомпросе.4

Проведенный анализ показывает во-первых, что в большинстве работ отдельные звенья школьной системы рассматриваются изолированно, вне раскрытия их глубинной внутренней взаимосвязи и взаимообусловленности. Во-вторых, совершенно не ставятся вопросы интеллектуальных истоков, ме

1 Милюков П.Н. Очерки по истории русской культуры в 3 т. Т. 2. ч.2. М. 1994. С. 372-433 Anweiler О. Geschichte der Schule und Padogogik im Russland seit dem Ende des Zanreiches bis zum Beginn von Stalin Ara. В., 1964, S. 236-279

3 ZBs., Die Sowjetishe Bildungspolitik 1917-1960. Wiesbaden 1979.

Агмоп Ф. Советская система образования в период нэпа // Россия в ХХв. Историки мира спорят. М., 1994. С. 371-375. ханизмов реализации школьной политики. Ни в коей мере не умаляя научной значимости вышеназванных публикаций, нельзя не констатировать, что не создавалось трудов, в которых вышеозначенный круг вопросов получил бы комплексно-системное рассмотрение.

Таким образом, после изучения основных достижений отечественной и зарубежной историографии по поставленным проблемам, можно сформулировать следующие выводы:

Наука накопила богатый и систематизированный материал, в котором освещались отдельные аспекты партийно-государственной политики в области школьного образования, а также различные проблемы развития и функционирования общеобразовательной школы.

Вместе с тем исторические и историко-педагогические исследования монографического и диссертационного уровня, журнальные публикации не затрагивали проблемы комплексно-системного изучения школьной политики Советского государства в период 1918-1927 гг. Это показывает наличие серьезного противоречия между важностью проблемы развития советской школы в данный период и недостаточной изученностью этой темы в исторической науке. Разрешению данного противоречия и посвящено данное исследование. МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ ОСНОВА И МЕТОДИКА ИССЛЕДОВАНИЯ К работам, относящимся к данной тематике, вполне может быть отнесена следующая характеристика, данная в свое время американским историком Брикманом У. в отношении западных историков педагогики: «Догматизм, поверхностность, отсутствие новизны, повторы уже известного из работы в работу, декламационная напыщенность литературы по истории педагогики объясняют, почему ее не читают и презирают»1. На наш взгляд, причиной этих недостатков является изолированность истории образования от общей истории. Как в свое время писал Филипп Ариес, «ведь история образования может быть понята только как неотъемлемая часть истории человечества»2. Исследователи, занимавшиеся этой проблематикой, скрупулезно изучали прежде всего педагогическую составляющую, совершенно упустив из виду, что сфера образования как часть культуры неразрывно связана с историей общества. «Общество базируется на культуре, поскольку культура обеспечивает осмысление действительности, делает возможным действия. Культура же производит значения, которые становятся действенными только благодаря обществу»3. Школа, являясь с одной стороны социальным институтом, впитывает в себя культуру или отталкивает в зависимости от общественного контекста. С другой стороны, она сама порождает определенную картину мира, представляя собой институт культуры. Таким образом, анализ даже сугубо педагогических текстов даст определенное представление об некоторых тенденциях развития и общества и культуры эпохи нэпа. Задача состоит в том, чтобы ввести эти тексты в более широкий круг идей, бытовавших в России в начале ХХв. Таким образом, удастся преодолеть изолирован

1 Brickman W.W. Guide to research in educational history. N.Y., p. Ill

2 Aries Ph/ L enfant et la vie familia sous 1 Ancien Regime. Paris, 1960, P.4

Экксле О.Г. «Культура, наука о культуре, историческая наука о культуре: размышления о повороте в сторону наук о культуре // «Одиссей. Человек в истории. 2003». М., 2003, стр. 398 ность от исторического процесса, столь присущую работам по истории педагогики.

Методологической основой исследования является принцип историзма. Это связано с необходимостью рассматривать ход реформы в конкретных исторических условиях. Таким образом, будет возможно сделать обоснованные выводы из исторических фактов.

К основным методам исследования также относятся проблемно-хронологический метод анализа хода разработки и реализации реформы, сравнительно-исторический при формулировке основных выводов исследования. В данной работе были также использованы и общенаучные методы, например, логический (анализ и синтез).

Объектом данного исследования является система народного образования в Советском государстве. Система народного образования рассматривается здесь как образование которое включает в себя начальное общее, среднее общее и профессионально техническое. Основные элементы этой системы следующие: стратегическая цель образования, ступени образования, учебные программы, деятельность преподавателей, методы преподавания, деятельность учащихся и методы обучения. Все это, по мнению автора, позволяет увидеть принципиальные связи и зависимость компонентов, а именно: потребность общества в образовании обусловливает стратегическую цель образования и средства её достижения. Потребности общества выступают фактором, обусловливающим ступени образования и виды учебных заведений. Они, в свою очередь, определяют конкретное содержание учебных программ, учебных методов и отношения компонентов «преподаватель» — «учащийся» в процессе обучения. Основной смысл этой схемы — в установлении связей между потребностями общества и образованием, как социальным институтом.

С учетом широты и многоаспектности отмечавшегося выше круга вопросов, состояния научной разработки всей проблемы в целом, ее актуальности для истории, автор настоящей работы избрал предметом своего исследования школьную политику сфере образования.

Целью данного исследования является системный анализ школьной политики с 1918 по 1927гг. Достижение этой цели предполагает всесторонний анализ партийно-государственной политики в данной сфере, выявление особенностей практической реализации этой линии, выявление всех ее истоков и противоречий.

В соответствии с определенным таким образом предметом и целью исследования, характеризующими общий замысел работы в целом, стоят следующие задачи:

• Выявить идейно-теоретические истоки советской школьной политики в 1918-1927 гг.;

• Определить основные этапы, принципы, закономерности и приоритеты школьной политики государства в соответствии с принципами и приоритетами Советской власти;

• Проанализировать эволюцию содержания образовательных школьных программ;

• Определить и раскрыть изменения в школьном строительстве и управлении школами;

• Проанализировать процесс реализации школьной политики на примере взаимоотношений Наркомпроса и Московского отдела народного образования;

• Воссоздать на основе материалов, характеризующих положение дел в отдельных краях и областях РСФСР, обобщенную и целостную модель развития советской общеобразовательной школы;

• Выявить основные социокультурные характеристики советского учительства этого период;

Решение этих задач обусловило следующую структуру диссертации. В первой главе все внимание уделяется описанию и анализу теоретических взглядов на школьную политику как составную часть культурной революции. Материал выстроен таким образом, чтобы дать представление о всем круге идей, бытовавших в то время: взгляды К. Маркса, Ф. Энгельса, В.И. Ленина, видных государственных деятелей Советского государства, руководителей Наркомпроса, ведущих педагогов-теоретиков.

Вторая глава посвящена описанию анализу изменений в сфере содержания образования, сути этих изменений.

Третья глава посвящена анализу школьного строительства, выявлению задач и проблем, стоявших перед Советским государством в это время.

Четвертая глава анализирует социально-экономическое положение российского и отдельно московского учительства, рассматривает политику взаимоотношения государства и этой социальной группы.

В заключении подводятся итоги и делаются выводы.

На наш взгляд, такая структура позволяет увидеть процесс развития школьной политики, образования в 20-е годы и реализовать поставленные задачи исследования.

ИСТОЧНИКОВАЯ БАЗА ИССЛЕДОВАНИЯ

Источники, проанализированные автором, можно классифицировать по группам в зависимости от их происхождения и репрезентативности в поставленном исследовательском поле.

К первой группе следует отнести официальные партийно-государственные документы, направленные на формирование советской школьной политики. К ним относятся декреты и постановления съезда Советов и сессий ВЦИК, законодательство РСФСР и СССР, программы РКП (б) и ВКП (б), решения и Постановления СНК, партийных съездов и пленумов и особенно Наркомата просвещения РСФСР.

Вторую группу источников составляют материалы, являющиеся результатом деятельности партийных и государственных деятелей, имевших отношение к вопросам развития образования и культуры. Это выступления, статьи, заметки В.И. Ленина, Н.К. Крупской, А.В. Луначарского, Л.Д. Троцкого, Н.И. Бухарина, М.Н. Покровского.

Третью группу источников составляет огромный массив документов учебного и программно-методического характера (учебные планы, ведомственные инструкции и распоряжения, статистические данные и т.д.).

Большой и существенный документальный материал этих групп источников, характеризующий работу видных деятелей большевистской партии в области народного образования, имеется в ряде персональных фондов Российского государственного архива социально-политической истории: Н.К. Крупской (ф.12), А.В. Луначарского (ф. 142), М.Н. Покровского (ф. 147). Документы этих фондов содержат в себе материалы серьезного теоретического характера, позволяющие раскрыть сущность понимания основных проблем образования организаторами советской школьной системы.

Также использовались документы ряда фондов Государственного архива Российской Федерации. В работе использованы материалы фондов Нар-компроса РСФСР (ф. 2306), его структурных подразделений: Главного Ученого Совета (ф. 298) и Главного управления социального воспитания и политехнического образования детей (Главсоцвос — ф. 1575).

Особое место в работе занимают исторические документы Научного Архива Российской Академии образования.

Четвертая группа источников представлена периодической печатью. В интересах более всестороннего освещения многих сторон жизни и деятельности народного образования в исследуемый период представлялось вполне оправданными и необходимым постоянное обращение к газетно-журнальной периодике, как официальным партийно-государственным изданиям, так и ведомственно образовательным. Во-первых, страницы многих газет и журналов представляют собой подлинную запись процессов, событий и фактов. Во-вторых, многие из этих публикаций (в том числе кратких заметок, зарисовок, писем, очерков) практически неизвестны. Между тем, ценность таких материалов очевидна: они сохранили и передают непосредственные впечатления прямых участников или свидетелей описываемых событий. В работе использованы материалы следующих периодических изданий: Петроградский учитель, Вестник просвещения, Народное просвещение, Народный учитель, На путях к новой школе, Вестник Северной коммуны. Бюллетень Наркомпроса

РСФСР, Еженедельник Наркомпроса РСФСР.

ПОЛОЖЕНИЯ, ВЫНОСИМЫЕ НА ЗАЩИТУ

• Идейно-теоретическими источниками и предпосылками школьной политики в 1918-1927 гг. выступили философия прагматизма Д. Дьюи, философия культуры JI.H. Толстого, ницшеанский культ «сверхчеловека». Существует определенная преемственность между основными принципами политического линии Советского государства в системе школьного образования и культурой «Серебряного века».

• В своем развитии школьная политика прошла следующие этапы: 19181920 гг.; 1921-1923 гг.; 1923-1927 гг.

• В выработке школьной политики участвовали, кроме Наркомпроса, также комсомол и руководители народного хозяйства, что предопределило противоречивость самой политической линии.

• Деятельность Наркомпроса не соответствовала требованиям времени, что сыграло ключевую роль в провале всех новаций в сфере школьного образования.

• Советское правительство, рассматривая учительство в целом как враждебную силу, смогло подчинить эту группу населения, только введя систему обязательного членства в контролируемом властью профсоюзе.

• Само учительство не приняло новаций Советского государства, пройдя путь от пассивного сопротивления к равнодушному признанию нового победившего режима.

Научная новизна работы заключается в следующем:

• впервые дан системный анализ советской школьной политики в 1918 — 1927гг.;

• раскрыты взаимоотношения советского учительства и государства в годы революции, гражданской войны и новой экономической политики;

• определены основные социально-культурные характеристики советского учительства этого периода.

Практическая значимость исследования состоит в возможности использовать его результаты при подготовке обобщающих трудов, учебных пособий и курсов по социальной истории ХХв., истории культуры, истории педагогики. Практическая значимость работы состоит также в том, что его материалы могут быть использованы в дальнейшей научно-исследовательской работе.

Апробация работы. Материалы исследования нашли отражение в ряде публикаций автора. Тема исследования и основные его положения неоднократно обсуждались на заседании кафедры отечественной истории Московского городского педагогического университета.

Заключение диссертации по теме «Отечественная история», Абалов, Александр Рэмович

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенное диссертационное исследование позволяет сделать следующие выводы:

Идейно-теоретическими источниками и предпосылками школьной политики идеи, сформированные еще в рамках культуры «Серебряного века». Первые советские педагоги-теоретики, разрабатывавшие реформу, восприняли марксизм, как яркий образец целостности, которую они искали В то же время в господствующую идеологию, в дух реформы они привнесли совершенно новые принципы, во многом противоречившие новой идеологии: философию культуры Л.Н. Толстого и философию прагматизма Д. Дьюи, ницшеанский культ «сверхчеловека».

Реформирование содержание образования выразилось в радикальном разрушении старой школы. Важнейшим объектом критики Наркомпроса стала предметная система, как средоточие понятия культура, культура старого мира. Отказ от школьной жизни, искусственно разбитой на предметы, классы, уроки, означал фактически отказ от старой системы ценностей. Это означало переход к новому целостному мировидению и мировоззрению, противостоящему старой, дискретной картине мира.

Школьная политика Советского государства в 1918-1927гг. прошла ряд этапов. В течение первого (1918-1920 гг.) были заложены основы новой школы, намечены главные тенденции изменения содержания образования, сформулирована новая типология школ. В ходе второго этапа (1921-1923 гг.) не отказываясь от первоначал, сформулированных еще в 1918г., Советского правительство попыталось привести школу в соответствии с требованиями времени, усилив ее профессионализацию. На протяжении третьего этапа (1923-1927 гг.) были разработаны и введены комплексные программы, представлявшие собой инструмент формирования не просто советского гражданина, а человека «нового типа», обладающего целостным мировоззрением, способным воспринимать мир во всем его богатстве и разнообразии. Подобное целостное мировоззрение рассматривалось как синоним политехнического образования, как воплощение марксизма, идеологии, претендующей на подобную универсальность.

Однако общество в целом, учительство в частности не приняло этих программ. Само педагогическое сообщество склонялось традиционным формам обучения, рассматривая школу в отличие от руководителей Наркомпроса как институт, способствующей социализации ребенка.

Декларированная в 1918 г. попытка создания единой школы в силу исторических условий гражданской войны не была реализована. В годы нэпа Советское правительство, подчиняясь экономическим требованиям эпохи, изменило типологию учебных заведений, снизив верхнюю планку школьного возраста до 15 лет. Такой шаг фактически означал упразднение школы II ступени как важнейшего звена общеобразовательной школы. Наркомпрос выступил против такой меры и в конце концов настоял на сохранении этого звена школьной системы. Это привело к конфликту Наркомпроса с местными органами народного образования, комсомолом, руководителями народного хозяйства.

Серьезную эволюцию претерпело управление школами. Если на начальных этапах своего существования Наркомпрос ограничивался изданием документов, имевших рекомендательный характер, местным органам народного образования предоставлялись огромные полномочия, а школа управлялась самым демократическим образом, то с начала 20-х годов происходит переход к централизованному администрированию. Возрождается институт школьных инспекторов, в 1927 г. появляются первые программы, имеющие обязательный характер, в руках заведующих школами и органов народного образования сосредотачивается вся полнота власти

Рассматривая педагогов как в целом враждебную силу, столкнувшись с сопротивлением со стороны учительских общественных организаций, большевистское правительство смогло сломить их только через систему обязательного членства в профсоюзе, контролируемом властью.

В свою очередь, учительство, чье материальное положение в годы революции, гражданской войны, новой экономической политики только ухудшилось, в своем отношении к Советской власти прошло путь от неприятия и пассивного сопротивления в целом к равнодушному признанию победившего нового режима.

Школьная политика Наркомпроса носила противоречивый характер и не соответствовала ни требованиям времени, ни решениям вышестоящих органов. Переход к новой экономической политике означал возрождение не только отдельных элементов капитализма и старой социальной системы. Сам дух нэпа, дух прагматизма, в корне противоречило политической линии Наркомпроса, которую вполне можно охарактеризовать как «красногвардейскую атаку на старую школу». «Великий перелом» конца 20-х — начала 30-х годов, положивший конец нэпу, вернул школе традиционную роль института, способствующего социализации подрастающего поколения. Новая эпоха, исходившая из сугубо практических целей, в радикальных реформах, в кардинальной трансформации школьной системы не нуждались.

Список литературы диссертационного исследования кандидат исторических наук Абалов, Александр Рэмович, 2006 год

1. ИСТОЧНИКИ 1. АРХИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

2. Государственный архив Российской федерации

3. Фонд 298 — Государственный Ученый Совет (ГУС) Наркомпроса РСФСР1. On. 1. Д. 37. Л. 11.2. Оп.2. Д. 18. Л. 27.3. Оп.2. Д. 19. Л. 10.4. Оп.2. Д. 66. Л. 1-298.

4. Фонд 1575 — Главное управление социального воспитания и политехнического образования детей (Главсоцвос) Наркомпроса РСФСР5. On. 1. Д. 272. Л. 21.6. On. 1. Д. 329. Л. 23-56.7. On. 1. Д. 330. Л. 19-61.8. Оп. 4. Д. 21. Л. 168.

5. Оп. 4. Д. 22. Л. 30. Ю.Оп. 6. Д. 192. Л. 21. ll.On. 6. Д. 244. Л. 227.

6. Фонд 2306 — Наркомпрос РСФСР12.Оп. 2. Д. 16.13.Оп.2. Д. 112. Л. 4.

7. Оп. 2. Д. 262. ЛЛ. 66-68, 106.15.Оп. 4. Д. 52. Л. 129.16. Оп. 6. Д. 4. Л.7.17.0п. 24. Д. 1.Л. 7.18.On. 22. Д. 17. Л. 21, 35.

8. Фонд 5446 — Совет народных комиссаров СССР 19.0п.1. Д. 1. Л. 566.

9. Фонд 5451 — Всесоюзный Центральный Совет Профессиональных Союзов 20. On. 1. Д.2. Л. 1.

10. Российский государственный архив социально-политической истории Фонд 12 — Личный фонд Н.К.Крупской

11. Оп. 2а. Д. 480. Л. 17. 22. Оп. 3. Д. 102. Л. 64. 23.Оп. 3. Д. 58. Ч. III, Л. 190.

12. Научный Архив Российской Академии Образования24.Ф. l.On.l, Д. 56, Л. 180.

13. Ф. 1. Оп. 4. Д. 288. Л. 255.26.Ф. 18. Оп. 3. Д. 1. Л.2.

14. Ф. 18. Оп. 9. Д. 1. ЛЛ. 138-139.2. ОПУБЛИКОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ1. 2-я сессия Совета по профессиональному образованию М., 1920.

15. Беньямин В. Московский дневник. М., 1997.

16. Блонский П.П. Задачи и методы новой народной школы. М., 1917.

17. П.П. Блонский. Как я стал педагогом и именно таким, каким я стал // П.П. Блонский в его педагогических высказываниях. М., 1928.

18. Блонский П.П. Мои воспоминания. М., 1971.-2466. Блонский П.П. Школа и общественный строй //Избранные педагогическиесочинения. М., 1961.

19. Блонский П.П. Школа и рабочий класс. М., 1918.

20. Блонский П.П. Трудовая школа». 4.1-2. М., 1919.

21. Большаков A.M. Деревня. 1917-1927. М., 1927.

22. Гринько Г.Ф. Очередные задачи советского строительства в области просвещения. Харьков. 1923.

23. Гринько Г.Ф. Очерки советской просветительской политики. Харьков. 1923.

24. Декреты Советской власти. М., 1968. Т. IV.

25. Дзюбинский С. Сельский учитель. Путевые заметки лектора. М., 1925.

26. Директивы ВКП(б) по вопросам просвещения. М.; Л., 1929.

27. Дро6отВ. Великий перелом: (Учительство о себе). М., 1925 20.3а семь лет: Сб. статей. Л., 1924.

28. Заводов В. Учительство и комсомол. М., 1925.

29. Ингулов С. РКП и учительство: (Что сказал ХШ съезд РКП о задачах учительства). М., 1924

30. Итоги десятилетия советской власти в цифрах. 1917-1927. М., 1927.

31. К характеристике социального состава учащихся в школах Соцвоса и Про-фобра: К Всесоюзному партийному совещанию по народному образованию. M.-JL, 1929.

32. К. Цеткин о Ленине. М., 1955.

33. Крупская Н.К. Народное образование и демократия // Собрание сочинений в 4 томах. Т.1, М.-Л., 1930.

34. Культурное строительство Союза Советских Социалистических республик: Сб. диаграмм. М.-Л., 1929.

35. Культурное строительство СССР: Стат. сб. М.; Л., 1940.

36. Ленин В.И. Вариант статьи «Очередные задачи Советской власти //Полное собрание сочинений. Т. 36.

37. Луначарский А.В. Воспитание нового человека, М.-Л., 1928.

38. Луначарский А.В. На новых путях (новые задачи и пути народного образования) Самара. 1924.

39. Луначарский А.В. Просвещение и революция. М., 1926.

40. Маркс К. Капитал // Собрание сочинений, т. 23.

41. Материалы для образовательной работы трудовой школы» Вып. 1-4. М., 1918-1919.

42. Материалы по профессионально-техническому образованию. Вып.З — 1 сессия Сопророфобра. М., 1920.

43. Народное образование в СССР: Общеобразовательная школа: Сб. документов 1917 — 1973 гг. М., 1974.

44. Народный комиссариат просвещения. О единой трудовой школе. Примерные учебные планы для I и I ступеней. М., 1920.

45. Пистрак М.М. Насущные проблемы современной советской школы. М., 1925

46. Пистрак М.М. Очерки политехнической школы переходного периода. М., 1929.

47. Покровский М.Н. Марксизм в программах трудовых школ I и II ступеней. М., 1925

48. Покровский М.Н. Новые программы для трудовой школы. M.-JI. 1923.

49. Постановление XIII Московской Губпартконференции. М. 1925.